Прочь С Улицы

Глава 1

Глава 1. Ещё раз

В тот весенний вечер шёл дождь, заполнявший водой все неровности дороги и тротуара на одной из улиц Калининграда. Не считая обильного ливня, пространство вокруг словно замерло: пешеходы поблизости не гуляли, а автомобили не ездили. В окнах зданий по обеим сторонам проспекта постепенно загорались люстры и закрывались занавески. По водостокам журчала вода и образовывала на асфальте ручейки, стремительно исчезавшие под канализационными решётками. Повсюду стоял монотонный гул от удара капель о различные поверхности.

До этого несколько дней подряд стояла тёплая погода, поэтому какая-то глупая птица уже успела свить себе гнездо прямо на водостоке у крыши. Гнездо, прежде чем размякнуть и стать смытым потоком, перекрывало путь воде, так что в какой-то момент она стала переливаться через край, окатив холодным душем сидящего на картоне внизу человека. Его шляпа и куртка тут же намокли, и любой другой человек резко отдёрнулся бы, но этот даже не пошевелился. Он был полностью погружён в свои мысли. В руке он держал промокшую бумажную рекламу, что часто вывешивают на дверях подъездов, и тупо смотрел в одну точку. Казалось, ничто не могло его побеспокоить или отвлечь, не говоря уже о какой-то там дождевой воде.

Бумажка в коротких и пухлых пальцах мужчины уже успела размякнуть и кое-где раствориться, но основная часть всё еще сохраняла нечёткую форму текста: "Требуется почтальон для разноса газет. Зарплата от 20 тыс. рублей".

Немного опомнившись, человек заботливо сложил листок вчетверо и засунул во внутренний карман измождённой временем коричневой кожаной куртки. Затем тяжело вздохнул и приложился спиной к стене, продолжая сидеть на влажном картоне. Его тёмные толстые брови были нахмурены, а бледные губы сжаты в неосознанном напряжении. Скрещенные на груди руки плавно то поднимались, то опускались из-за медленного движения лёгких. Ноги — одна согнутая, другая вытянутая — были одеты в тряпичные бесформенные тёмного цвета штаны и резиновые сапоги и разведены в разные стороны. Так мужчина просидел под дождём около получаса.

Что если и в этот раз он получит отказ? Ему довелось совершить уже множество попыток трудоустроиться и все они оканчивались неудачей. Без прописки по месту жительства он был никому не нужен. А где он возьмёт это место жительства? Если его, как такового, и нет...

Однако, Сергей не всегда был бездомным. В прошлом он страстно увлекался азартными играми и слыл частым посетителем казино. Его любимой игрой была рулетка, которую он ценил за заманчивую простоту своих правил. Ставишь на красное. Проигрываешь. Ещё раз ставишь на красное. Проигрываешь. Третий раз ставишь на красное. И снова проигрываешь. И так продолжаешь ставить на один и тот же цвет до победного, удваивая ставку. Ведь не может шарик выпадать на одно и то же место много раз подряд?

Уверенный в отрицательном ответе на этот вопрос, Сергей регулярно сливал львиную долю своей зарплаты водителя автобуса на любимое хобби. Когда её стало не хватать, он не придумал ничего лучше, чем взять кредит в банке и оставить свою квартиру в качестве залога. А тем временем нездоровые жадность и азарт умножали ставки, затевая опасный спор с математикой.

К глубочайшему сожалению Сергея правильным ответом на тот вопрос было "да". Глупый шарик выпадал на один и тот же цвет одиннадцать раз подряд, совершенно не обращая внимания на результаты своих предыдущих заходов. Для него вероятность попадания на красное поле всегда была равна половине и ему совершенно безразлично, что происходило в прошлый раз.

Когда судебные приставы опечатывали квартиру, по наследству доставшуюся Сергею от родителей, он отрешённо стоял на лестничной клетке и крайне смутно соображал, что происходит. Он просто не мог поверить в то, что натворил. Куда ему было теперь идти? На дворе было восемь часов утра, январская вьюга бушевала снаружи, ближайшие родственники жили в Сибири, а каких-либо мало-мальских друзей у него не было. Казалось, всё на свете тогда отвернулось от него.

Вспомнив тот первый ужасный день, Сергей очнулся и поморщился. Ему часто случалось так впадать в забытье и предаваться подобным воспоминаниям, воплощавшие теперь его самые сокровенные страхи — остаться без всего и стать никому не нужным. Превратиться в пустое место. Видеть в глазах прохожих едва скрываемое омерзение и отвращение в свой адрес. Оказаться объектом безразличия.

С тех пор прошло более четырёх месяцев и быт бездомного успел порядком осточертеть Сергею. Уже не было мочи по утрам сидеть перед перевёрнутой шляпой возле входа в метро, а вечерами ошиваться возле ларьков, подбирая под прилавком упавшую мелочь, и бродить по парковке возле торгового центра в поисках тележек, чтобы доставать из их замков "десятки". Так жить больше никак не хотелось.

Поэтому бездомный мужчина решил ни в коем случае не отчаиваться и завтра в очередной раз попытаться добыть работу в той конторе, о которой говорилось на сложенном листке в кармане куртки. Авось, на почте удастся договориться. Ему ведь даже не нужен полный оклад — лишь бы на еду хватало, да на новую одежду с рюкзаком. А к осени и с жильём можно было бы что-то придумать.

С этими мыслями он направился в свой самодельный шалаш из кусков картона, шифера и деревяшек, покрытых прозрачной клеёнкой, и уснул в нём до самого утра.

Глава 2. Важный выбор

Утром Сергея разбудила жужжащая газонокосилка, работавшая где-то недалеко за забором. Проснувшийся медленно, один за другим, продрал глаза и защурился от солнца, смотрящего на него между домами. Ему не очень-то хотелось вставать. Снова идти на собеседование, объяснять ситуацию, терпеть унижение и выслушать отказ. Кому такое понравится? С другой стороны, не может же не везти столько раз подряд? Когда-то же должны взять. Хоть куда-нибудь...

С этими мыслями он выполз из убежища, выпрямился и потянулся. Сон на твёрдом холодном покрытии не ушёл бесследно, а оставил на память ноющую боль в спине и тяжесть в плечах. Голод также не остался в стороне, присоединившись к кампании окоченевших кистей рук и ледяного носа. А ещё жутко хотелось в туалет.

Сделав все свои дела и позавтракав бутербродом из зачерствевшего хлеба с дешёвым сыром, Сергей взял потрёпанный рюкзак и отправился по адресу с той листовки. По пути мужчина прокручивал в голове вероятный диалог с тем, кто будет его собеседовать, заранее продумывая свои слова и повторяя историю, которую уже много раз рассказывал другим сотрудникам кадрового отдела. Может, он не так изъясняется и не может подобрать нужных фраз? Да нет, чушь всё это. Дело только в бездушной бюрократии.

Дорога к офису почты проходила через любимый у бездомного ларёк с шаурмой, который нравился ему не только своим вкусным и дешёвым меню, но и монетками, словно специально роняемыми для него под прилавок. Сейчас у окошка ларька кто-то стоял и разговаривал с кассиром, поэтому Сергей замедлил шаг, ожидая пока тот уйдет и даст спокойно пособирать "добычу". Издалека было видно плохо, но по общим очертаниям это был высокий мужчина в длинной куртке с рюкзаком, повисшим на правом плече. Вот он передал что-то в окошко — видимо, заплатил — и забрал из рук кассира свеженькую шаурму. Второй рукой он пытался засунуть бумажник в рюкзак, но получалось у него это не очень. В конце концов рука, кажется, куда-то попала и отпустила предмет вниз. От нетерпения приступить к перекусу, человек не оглядываясь пошёл дальше по своим делам.

Тем временем, бездомный подоспел к ларьку, готовый своим зорким взором выцеливать бесхозные монетки, как вдруг его взгляд на мокром асфальте привлекло нечто давненько невиданное. "Бумажник! Не может быть!", — стрельнуло у него в мыслях. Рывком наклонившись и подобрав потерю незнакомца, Сергей зашёл за угол ларька и, убедившись, что на него никто не смотрит, раскрыл кошелёк.

А внутри него была полная противоположность тому, чем располагал бездомный. Заполненный десятком пятитысячных купюр, стопкой однотысячных и прочих номиналов банкнот, а также несколькими банковскими картами, бумажник внушал впечатление о своём владельце, как о состоятельном человеке. По крайней мере, так показалось бы любому бедняку, живущему на улице на подати. Сергей ещё раз пересчитал деньги и прикинул, на что и на сколько ему хватит всего найденного. По самым скромным оценкам он мог бы позволить себе три месяца съёма самой простой комнатушки, чтобы получить в ней регистрацию, а на оставшиееся питаться нормальной едой, заодно обновив одежду. Дыхание его участилось, а на лбу выступил пот. Он оглянулся ещё раз и спрятал находку во внутренний карман куртки.

"А может, вернуть?" — внезапно мелькнула шальная мысль. "Не-не-не! Нельзя. Это мой шанс. Нельзя его упускать. Отдам — дай бог, двумя косарями наградит и всё. Так из этого болота не вылезу. А себе возьму — ничего мне не будет. Никто ведь не видел", — рассуждал Сергей. И действительно, он не замечал никаких причин, почему ему не стоило бы оставить бумажник себе. Но вдруг он на секунду представил себя на месте неудачливого предыдущего хозяина, который обнаружит пропажу в первый же следующий раз, когда ему придётся платить: в транспорте ли, в кафе или ресторане ли, во всех случаях его ждёт, скажем, неприятная ситуация. Сначала он будет в панике искать кошелёк по рюкзаку, по карманам штанов, куртки. Рано или поздно поймёт, что потерял его, и далее к нему придёт осознание масштабов трагедии, в зависимости от величины его достатка. Может быть, это и не столь значительный удар по его бюджету, какой некогда испытал Сергей, но... Потерять деньги? Это больно не только морально, но и, если сумма критическая, физически. Утрата денег означает лишение себя в том, в чём ты раньше себе не отказывал и даже подразумевал как само собой разумеющееся. Например, свой дом. Тут Сергея дёрнуло от этой мысли.

Выглянув из-за ларька в сторону, куда направился незнакомец, бездомный заметил его стоящим в ста метрах у автобусной остановки и залипающим в телефоне. Спрятавшись назад, Сергей кинул взгляд на другой конец улицы, где был перекрёсток. Там среди прочих автомобилей он увидел белую “Газель” с жёлтой табличкой за лобовым стеклом. "Маршрутка", — подумал он и почувствовал пробежавшее по всему телу волнение. "Стоит ли делать это? Может, ну его?..". Красный свет сменился жёлтым, после чего включился зелёный. Моторы вдалеке заревели и белая “Газель” тронулась вместе с течением машин. Его пульс усилился. Он опять выглянул из-за угла и увидел, как мужчина высматривал что-то в направлении перекрёстка и начал медленно шагать к краю проезжей части. Сергей физически ощущал, что времени остаётся очень мало и принимать решение нужно немедленно. Вынув кошелёк из куртки, он открыл его снова и с нервной печалью посмотрел на деньги. Они были не его.

“Газель” включила правый поворотник и, перестраиваясь в крайний правый ряд, начала тормозить. Скрип едва исправных барабанных тормозов вернул Сергея в чувство и заставил обернуться. Осознав, что сейчас или никогда, он побежал к остановке.

— Молодой человек, стойте! Вы тут обронили!..

Глава 3. Встреча

— Вам какую? Вот эту?

— А в ней есть объявления?

— Да, на последних двух страницах. Вот тут откроете, увидите. Тридцать рублей.

Сергей передал монетки в руку женщины из окошка газетного киоска, забрал газету и побрёл дальше. На ходу раскрыв нужный разворот и найдя раздел с недвижимостью, он принялся искать доступные на его новые средства предложения.

Всего час назад бездомный и не думал, что у него на руках окажется целая пятитысячная купюра. Его личная. Не просто где-то найденная, а добровольно отданная ему тем самым прохожим в благодарность за возвращение потери. Сергей одновременно и гордился собой, и отчасти жалел о поступке. Ведь у него сейчас могло быть намного больше денег. Но вспоминая радость мужчины, утешал себя тем, что вроде как сделал доброе дело.

Газета пестрела множеством объявлений о покупке, аренде и сдаче квартир, но почти все они были слишком дорогие для человека в положении Сергея. Лишь два или три из них оказались посильными для бюджета. Спросив у прохожих направление до ближайшего таксофона, бездомный не без волнения приготовился к разговору с хозяевами. А вдруг все места уже заняты?

Подтвердив свои опасения на первом звонке и не дозвонившись до второго человека, Сергей с дрожью в руке стал набирать третий номер. Пошли гудки.

— Алло, слушаю.

— З-здравствуйте! Я звоню по объявлению, хочу узнать по поводу комнаты, которую вы сдаёте. Предложение же еще актуально?

— Да. Хотите приехать посмотреть?

— Да, и если можно, то сегодня, — с надеждой попросил Сергей.

— Без проблем. Давайте с восьми до девяти вечера. Записывайте адрес...

Весь день мотаясь по городу от нетерпения, бездомный тянул время как мог. Усталость от брождения по улицам слегка притупляла жажду встречи, но тем сильней та становилась, чем меньше времени оставалось до срока. И вот наступило полвосьмого — пора отправляться к месту.

Нужный дом нашёлся весьма быстро. Это была обыкновенная пятиэтажная хрущёвка с узким проездом для машин, разваленной детской площадкой и клумбами из покрышек. Подойдя к подъезду, Сергей хотел было набрать номер квартиры на домофоне, но дверь отворилась раньше и из неё вышла мать с коляской. Недоверчиво, возможно даже, осуждающе посмотрев на бездомного, она покатила своего ребёнка к детской площадке. Привыкший к такого рода вниманию, мужчина зашёл внутрь и чуть ли не побежал по лестнице — то ли забыл про лифт, то ли не хотел его ждать. Поднявшись на этаж, он аккуратно позвонил в звонок.

За дверью послышалось неторопливое шарканье тапочек, замок зашевелился и дверь распахнулась. "Здраству... йте", — еле произнес хозяин, оторопев сначала от вида гостя, а потом от осознания того, что они сегодня уже встречались. Сергей же сначала не понял, кто перед ним, но, услышав голос и всмотревшись в знакомое лицо, узнал в нем того гражданина, который потерял бумажник. Постояв в ошарашенном молчании несколько секунд, человек раскрыл дверь нараспашку и гостеприимно пригласил Сергея: "Входите!".