Правое дело

Глава 1

«Если человек отдал жизнь за идею, это вовсе не значит, что он погиб за правое дело»

Оскар Уайльд

Летит словно птица его военная форма вдаль, и старый военный улыбнулся, когда она скрылась за горизонтом.

У него было много регалий, когда-то он был следователем первого класса при прокураторе, то революционный лидер, то в конце концов майор в отставке.

Всегда приятно достигать успехов, но лежа на кушетке он был рад попрощаться с прошлым и теперь, можно было пожинать плоды своих работ.

С его балкона виднелись большие и красивые коттеджи тех, кто когда с ним воевал за лучшую жизнь.

Не верилось, что хорошая жизнь, наконец, наступила, но лучшим доказательством этого была вошедшая на балкон жена.

С бездонными добрыми глазами, милыми ямочками и улыбкой.

Он просто смотрел на неё влюбленным взглядом, а она на него, забывшая, видимо, за чем зашла.

Ее щечки покраснели, и она резко начала его толкать

- Пап, Папочка – и в конце закричала – ПАПА!

Алекс проснулся и увидел, как его трясёт дочь.

Взору «хозяина» предстали знакомые желтая стена, пару старых шкафов и кровать дочери рядом.

Его маленькая принцесса все это время молча стояла, переминаясь с ноги на ногу.

- Что такое, доченька? - спросил Немен

- А что на кухне делают дядя Валера и мама?

- Валера и…- не закончил предложение Алекс и указав Лене сидеть в комнате ринулся на кухню.

В коридоре было тихо, все-таки в 3 утра заспала вся коммуналка, но при приближении к кухне слышались стоны.

Дверь кухни резко открылась и от испуга мужчина в тельняшке чуть не хватил инсульт.

- Че ты остановился, кончил что ли?!- недовольно сказала девушка

Валера же был оттащен от жены и получил сильный удар в лицо под крики девушки.

- Алекс, прошу не надо- испуганно кричала изменщица

- Так, ты пошел нахуй отсюда! - рявкнул в сторону Валеры Немен.

Валера, натягивая штаны выбежал из кухни оставляя за собой кровавые капли.

- Прости, Алекс, все случайно вышло, я не хотела- плакала изменщица.

В Алексе кипел гнев, и он дал жене пару сильных оплеух, та перестала рыдать, а только сопела.

- Ника, зачем? Просто скажи, что тебе не хватало?! Ты не работаешь, не учишься, детей я на себя взял, что тебе надо, да и с кем ты мне изменила, ладно с каким-то молодым красавчиком, но со старым пьянчугой?!- риторически спрашивал Немен.

Будто вчера была свадьба, он затравленный бывший революционер, бодрый сорокадвухлетний мужчина под руку с красивой выпускницей ВУЗа, смотрящей на него влюбленными голубыми глазами. Они познакомились где-то в баре, он случайно пролил на нее водку, слово за слово и по утру оказались в одной кровати, так все и началось. В ней ему понравилась не по годам мудрые мысли и чего греха таить, молодость. Как только брак был заключен, Алекс понял, что ей нужна не любовь, а бесплатная комната и деньги. Он все терпел из-за любви к ней и вот что получил в ответ.

- У тебя есть 24 часа, чтобы освободить комнату или это сделают полицейские- приказал Немен

- Но, но мне же негде жить! – жалобно сказала Вероника

- Мне насрать, надо было раньше думать! - сказал он и повернувшись к двери заорал- И хватит подслушивать, своей жизни, что ли нету?!

После этого были слышны звуки закрывающихся дверей, Алекс же пошел в свою комнату, где уже плакала Леночка. Он молча обнял ее и стал успокаивать

- Папа, почему ты кричал на маму? - сквозь слезы спросил ребенок

- Понимаешь иногда мы происходят недопонимания с твоей мамой, вот мы и ругаемся- ответил искренне отец.

Потом он отвел её к хорошему знакомому, поцеловал в лоб и пошел собирать вещи. Как раз когда узел был завязан, пришла полиция задерживать нарушителя порядка, а тот и не сопротивлялся.

С наручниками за спиной и конвоем он прошел весь коридор под любопытные взгляды и громкие перешёптывания, которые не заглушались даже скрипом деревянного пола.

Выйдя на улицу, все сразу почувствовали холодный осенний ветер и ускорились к машине, Алекс вместе с полицейским сел на заднее сиденье, второй сел к водителю, и они тронулись.

В окне плыл серый пейзаж с унылыми людьми и бесконечными грязными лужами, экипаж так же был мрачен, сохраняя мертвую тишину.

- Что ж ты, гражданин Немен, решил жену побить? - попытался развеять тишину водитель

- Нехуй ебаться с кем попало! - жестко ответил Алекс

- Ох, браток, тогда понятно- весело одобрил полицейский

- Я свою как-то тоже застал на горяченьком, так я отхуярил ее в мясо, теперь и посмотреть на другого боится- рассказал довольно сидящий рядом с Алексом полицейский и добавил- Меня, кстати, Дима зовут.

После этого разговор пошел. Водитель был самым молодом членом экипажа, ему только недавно исполнилось двадцать один год, Диме было тридцать, сидящему около водителя, прапорщику Евгению Петровичу, старшему по экипажу было тридцать пять.

- Если хочешь совета, Вань, то не женись никогда. До свадьбы девушка прекрасна, всегда тебя вожделеет и хочет, а как женишься, то ворота закрываются, постоянно «болит» голова и прочее. «Мне уже вторую неделю не дает собственная жена!» —сказал Дима

- Да, есть такое- подтвердил Евгений Петрович

Прапорщик всю поездку вставлял пару слов в разговор, после чего начинал вглядываться в лицо Алекса, будто он кого-то ему напоминает.

Алекс понял, что узнал он его, но продолжал непринужденно разговор, вдруг на разглядывании все и закончится.

- Слушай, а я тебя вспомнил! - заявил в итоге прапорщик- Ты же тот сумасшедший, лидер «Возрождения». Я тебя даже сразу не узнал, думал ты покороче и дряблее будешь

- Я просто не фотогеничен- ответил Алекс

- «Возрождение»? Это не то движение, что чуть не развязало гражданскую войну двенадцать лет назад? - спросил Дима

- Да, тот самый. Я тогда мало что понимал, но мама рассказывала, что тогда у нас в городе была настоящая война и все из-за дебильной идеи вернуть старые порядки, запретить секс до брака и все такое. Слушай, Алекс, вот мы с тобой говорим и вроде ты нормальный парень, но неужели ты веришь во весь тот бред, который несёшь? - искренне спросил Евгений Петрович

- Вот как телевизор говорит, а я уже успел забыть, как эти пропагандисты могут извратить историю и идеи. Вы, наверное, помните, что в те времена был кризис, что людям жрать было нечего?

- Да, было такое, так ведь вы же…

- Кризис был давно, спросить свою маму, она подтвердит. Наше движение появилось именно из-за голода и несправедливости, любой несправедливости. Все что вы перечислили верно, но, кроме этого, мы были за национализацию имущества олигархов и раздачу денег самым нуждающимся. И мы сначала помогали бедным, защищали их в судах от коллекторов, но почему-то на свалках были одни мужчины и многих выгнали из домов коллекторы. Потому и нужно было обуздать женщин, пока мы все не оказались на улицах, только в то время казалось, что нужно хотя бы дать людям работу, еду и кров и потом об этом думать. И люди шли к нам, кто получить помощь, а кто помочь. Потихоньку все стали понимать, что пора менять саму систему, даже начали выигрывать битвы у нынешних правителей, только в итоге все равно проиграли. Видите ли вы Рай на земле или старики все так же вынуждены просить милостыню, чтобы купить себе лекарства?

- Я все понимаю, но как бедным поможет запрет секса до брака? - искренне спросил его прапорщик

- Слишком много у нас детей без отцов, а они чаще всего оказываются либо в тюрьмах, либо на улицах- убеждал Алекс

- А мало в тюрьмах детей из полных неблагополучных семей?

- Так оказывается, мы везем знаменитость? - примирительно сказал водитель

- И вижу почти привезли- посмотрел на здание полицейского участка Алекс- Да и в такие времена лучше от таких «знаменитостей» отмываться хлоркой

У входа его обыскали и пустили внутрь, там сняли шнурки и ремень после чего посадили в камеру. С последнего пребывание в этом участке произошел ремонт, вместо стен в дырах и протекающего потолка все новое и чистое, теперь и стекла пластиковые, и новые компьютеры дежурному не забыли купить.

А вот камера осталась той же сырой дырой без элементарных удобств.

Вместе с Неменым был мирно спящий на лавочке алкаш молодой парень, кричащий «Это не я, это ошибка, позвоните отцу, он все уладит!». Парень был одет в брендовые вещи, на пальцах у него был идеальный маникюр, в общем явный мажор.

Через пять минут злой сержант ударил дубинкой по решетке

- Будешь орать, зубы выбью! – рявкнул сержант и ушел

После этого мажор сел на лавочку рядом с алкашем и опустил голову вниз.

- Как зовут? – начал знакомство с ним Алекс

- Андрей, а Вас? – настороженно ответил парень

- А меня Алекс, будем знакомы- после чего они обменялись рукопожатиями.

Алекс заметил на руке Андрея след от пороха, часто видимый им во время войны.

- За что замели? Мне вот говорят, что я жену сильно избил, а тебя?

- Думают, что я друга убил, но я не убивал- занервничал Андрей и начал поправил воротник. На нем были заметны маленькие капли крови

- А это не так?

- Конечно нет, мы с ним бухали, ну вмазались немного, а потом бац и я с батиным пистолетом стою над его трупом, но это не я!

- Кто ж спорит, но вмазались вы серьезно, наверное- уточнил Алекс

- Грамма три и пару бутылок виски, но раньше бывало больше- оправдывался мажор

Тут в здание шумно вошел мужчина средних лет, а за ним два телохранителя

- Пап, я здесь- оживился Андрей

Отец посмотрел на него со злобой, после чего спросил у дежурного кабинет начальника и скрылся из виду.

Сын тут же преобразился и стал веселее

- Ничего, скоро меня выпустят- приговаривал он.

Вскоре позвали Алекса, заковали в наручники и отвели к следователю.

За столом сидел ровесник Алекса, на столе было куча папок, как и в двух шкафах рядом. Сам обвиняемый вспоминал, как пятнадцать лет назад сам сидел в таком кабинете, только в прокуратуре, будто это было вчера, а вроде и целая жизнь прошла с тех времен.

- Разрешите сесть, товарищ следователь- осведомился Немен

- Что ты как не родной, садись конечно- добродушно ответил следователь

Пока офицер юстиции второго ранга искал что-то в своей горе папок, Алекс внимательно к нему присмотрелся. Пару шрамов возле глаза были единственным его отличием от прочих следователей, хотя странно что в таком возрасте он не получил первый ранг.

- Вы, оказывается, гражданин Немен, наш частый гость, только за этот год за вами числится три ареста за несанкционированные митинги, два за клевету о действиях правительства и один за превышения пределов самообороны. Что же вы так не чтите законы нашей страны?

- Просто здесь тише, чем в моей коммуналке, можно хорошо выспаться- пошутил обвиняемый

- Зря шутите, сегодня Вы совершили уголовное преступление и учитывая ваши прошлые правонарушения можете быть привлечены к уголовной ответственности, думаю срок Вы знаете.

- Знаю и уже собрал все что нужно, товарищ следователь.

Неожиданно офицер стал смеяться, после чего из своего стола достал бутылку коньяка.

- Вы бы свое лицо видели, не бойтесь, переквалифицирую в административку и шестнадцать суток, ну и зовите меня Виктор- смеясь говорил Виктор

- Я буду за это что-то должен? – недоверчиво спросил Алекс

Виктор опять пошарил в столе и достал маленькую квадратную медаль с изображением ангела на фоне облаков. Алекс открыл рот от удивления, ведь он награждал этой медалью членов «Возрождения» самых смелых солдат.

- Вы уже все оплатили.

Оказалось, перед ним стоял разведчик 88-й бригады «Возрождения». Тогда лично Верховный Лидер «Возрождения» Алекс Немен вручал ему и его брату эту награду, но без всяких бумажек в официальной обстановке, а лично в Увице под обстрелом. Когда война подходила к своему концу, командир бригады, как и многие другие члены организации сжег списки бойцов, благодаря чему очень немногие знали об участии в гражданской войне Виктора Михайловича Будина.

- Но слушай, раз тебя не раскрыли, что ж ты с двумя маленькими на погонах ходишь- спросил Алекс, наливая коньяк в стакан.

- Пытаюсь, по совести, работать, а тут такое не любят. Наверное, видел мажорика, что своего друга убил?

- Этого то, конечно и порох на его пальце говорит это подтверждает- ответил ему бывший следователь

- Да там доказухи выше крыше, но вот приехал его папочка-миллионер и из дела пропадает следы крови, пороха и прочее, да и парня там не было

- Серьезно?

- Ага, такой тут постоянно, даже говорить тошно, давай выпьем.

Оба выпили залпом и закусывали шоколадкой.

- Я вот часто смотрю телик и во всех исторических программах выступает Велисов и постоянно поносит наше движение, говорит будто под Увицей у нас было десять тысяч человек и взяли мы ее благодаря огромным потерям. Да и про тебя, про тебя что говорит, что ты наркоман и сумасшедший, а ведь когда был твоей правой рукой, ходил во все битвы, а сейчас за деньги готов продать все идеи! – возмущался разведчик

- Слышал что-то такое, всегда думаю, будь у меня тогда столько народу, а не две с половинной тысячи, то может в телевизоре были бы мы, а что про Лешу, я на него обиду не держу, могу его понять, жену и детей надо растить, пришлось ради них пойти на сделку с совестью - грустно сказал Верховный Лидер

- Это ты с возрастом так размяк? Раньше предателей на дуэлях убивал, как командующего второй группой Иванова

- Тогда времена другие, но если я начну сейчас убивать всех предателей, то могил во всей столицы не хватит.

- Что ж, давайте выпьем за честь! - произнес тост Будин

Чокнулись так, что чуть не разбили стаканы.

- У меня тут, думаю это понятно, развод на носу, и я думаю, как получить опеку над дочкой. Мать её блядует и бухает, как думаешь, может смогу себе дочку при таких вводных оставить? - серьезно спросил Алекс

- Тут, увы, ничего хорошего сказать не могу. По семейным делам у нас Анджелина Лин, мать-одиночка и у нее зуб на мужиков, все решения в пользу матери, абсолютно, один раз отдала ребенка матери-наркоманке, которая даже на процесс не пришла.

- Ладно, что-нибудь придумаю.

Разговор еще длился долго, но, когда уже вторая бутылка закончилась, а кабинет стали освещать лучи взошедшего Солнца

- Хорошо посидели, товарищ генерал, но скоро может зайти начальник, так что пора сворачиваться - сказал Будин и начал убирать бутылки в мусорку.

- Да и мне пора, вечером еще лекцию читать- согласился Алекс- Проводишь до выхода?

Следователь согласился, и они спустились вниз, там было тихо, разве что был слышен храп алкаша из камеры.

- Дежурный, а где подозреваемый Житнев? – указал на камеру Будин

- Так приехал Андрей Павлович и приказал отпустить, ошибка какая-то вышла- быстро проговорил дежурный.

- Папочка постарался- зло сказал офицер юстиции

На выходе они обменялись номерами и крепко обнялись. Приятно знать, что не весь мир против тебя.

*********************************

Только Алекс уснул, как через мгновение уже прозвенел будильник.

Три часа будто не просто не добавили бодрости, хотелось выключить будильник и вернуться ко сну, но матерясь герой встал, потупил пару минут и пошел в душ. К счастью, там никого не было и не пришлось ждать по полчаса в холодном коридоре.

Кто-то постучал в дверь с криком «Быстрее» через пять минут и объяснение Алекса стучавшего не интересовали, и он продолжал стучать, но стоило двери перед ним открыться, как Валера тут же испуганно извинился и быстро ушел.

Собравшись, Алекс зашел к Алексею Витальевичу, которому оставил дочку.

- Леночка пошла с Машей гулять, но скоро вернуться должна- сообщил он

- Пусть тогда у вас еще побудет, пусть пока не мучится из-за нашего с Никой развода, если Вы не против, конечно?

- Да о чем речь, мне только в радость. Может посидим, чаю попьем?

- Я бы с радостью, но спешу. Зашел попросить не отдавать Лену Нике, если та в друг с каким-то ебарем припрется.

- Конечно, конечно.

Алекс полностью доверял своему бывшему начальнику в прокуратуре, Алексей Витальевич всегда был понимающим человеком, а в старости лишь подобрел.

Через час душного ада маршрутки перед глазами предстал филиал Столичного Медицинского Университета. Внутри еще ходили студенты и преподаватели, но Алекс на это внимания не обращал, он продумывал текст своей лекции и уже по привычке зашел в нужную аудиторию.

На лекцию пришло всего пять человек, что не расстроило лектора, он был рад хоть до кого-то донести истину.

Речь началась с рассказа о прошлом движения «Возрождении».

Тогда было тяжелое время, мировой кризис жестоко ударил по и так несильной экономике страны, вместо четкое программы власть не могла на протяжении двух лет восстановить экономику. Помогали только приятелям, друзьям и женам политикам, пока простой народ умирал от голода.

Из-за этого в Валиндии начали формироваться много оппозиционных движений, в конце концов большинство из них объединились в «Возрождение». Это было объединение людей левых взглядов, которые выступали за масштабную национализацию собственности, возвращение в законы церковных запретов и увеличение зарплат рабочих. Когда результаты очередных выборов были сфальсифицированы «Возрождение» стало вооружаться. Хотя уже к моменту выборов для защиты народа от разгулявшейся преступности члены «Возрождения» имели оружие, после выборов стало закупаться тяжелое вооружение.

В ответ на это богачи создали «Наше Валиндия», которая должна была разгромить все враждебные силы ради их интересов.

Началась гражданская война!

Во всех городах происходили стычки между организациями и несмотря на численный перевес «нашинцев», они довольно часто проигрывали.

«Нашинцы» кормились из-за чего имели лучшее вооружение, много наемников и сторонников (в основном горожан). «Возрождение» же жило на вклады своих членов и имело более скромное вооружение, зато много рабочих и бывших военных и их лидером был талантливый военачальник, а до этого работник прокуратуры Алекс Немен.

Власти ничего не могли сделать с творящимся безумием, ведь они располагали лишь десятью тысячами слабо обученных и мотивированных солдат, что могли в случае чего перейти на одну из сторон.

Немен собирал армию для решающего сражения у главной базы противника, но услышав об переговорах власти и «нашинцев» он, не дожидаясь полной готовности армии выступил в поход. Он полагал, что переговоры окончатся успехом, после чего вражеские войска войдут в столицу откуда их выбить будет почти невозможно, да и сама атака на столицу будет негативно воспринята обществом.

И действительно части «нашинцев» двигались к столице, но Немен успел перекрыть им дорогу у деревни Рю.

У «Возрождения» было всего пятьсот человек, которые успели окопаться до подхода противника. Вражеские войска имели две тысячи человек.

Командующий генерал Верье атаковал правый фланг «Возрождения», но отряд из ста человек сдерживал четыреста человек Верье, хоть и вынужден был по итогу отступить. Далее Верье почти разбил центр, но посланный Неменым отряд Позднева ударил в тыл противника в самый критический момент битвы после чего отряды врага были разбиты, а их штаб взят, только генералу и лидерам «нашинцев» удалось уйти.

Основные войска «нашинцев» были разгромлены, остальные готовились к обороне подконтрольных городов. После потерь пары городов «Наше Валиндия» начали переговоры. Их итогом стали «Викшенский протокол», который объявлял всем амнистию, провозглашению Валиндии как социального государства, увеличение пособий для широких слоев населения и главное, роспуск военных структур партии. Сначала соглашения соблюдались, но как лидеры «нашинцев» во главе с Амандой Вендер получили полную власть, они начали фальсифицировать дела на бывших членов «Возрождения» и выставлять их как сумасшедших, уменьшать пособия и пенсии до нищенских значений, а для защиты этого вернули свои партийные военные организации, нарастили численность полиции и армии.

Это был срыв соглашений, несмотря на то что они имеют статус закона, только людям с автоматами нет дела до бумажек.

Когда основная часть лекции заканчивалась в зал неожиданно вошли четверо парней, один из которых снимал все на камеру. Они что-то прокричали и начали кидать в лектора помидоры от большинства он увернулся, но один попал в цель. Алекс потянулся за ножом на поясе представляя, как режет этих самодовольных ублюдков, но вовремя останавливается. Нарушители же почувствовали гнев бывшего генерала, потому быстро убежали.

- Будут вопросы? – с чувством собственного достоинства спросил он аудиторию.

- Если Вы разгромили основные силы противника, почему решили договариваться, а не взять власть себе? – задал вопрос парнишка в очках

- Надо понимать, что для нас важна была именно благо Родины, а не власть. Страна находилась на военном положении из-за чего народ лишь голодал, конечно, мы могли бы за год активных боев взять власть в свои руки, но цена власти была бы слишком высока. К тому же покровитель Валиндии в то время - Эльская Империя с интересом смотрела на событии у нас и хоть уже в то время у них был политический кризис, но послать пару корпусов для «наведения порядка» они могли и вряд ли после этого их войска ушли бы. Потому я решил пойти на переговоры.

- Жалеете об этом?

- Скорее да, чем нет, ведь все эти лизоблюды ничто на поле брани, а вот в кабинетной борьбе равных им нет.

- Как ваше движение проиграло борьбу? – спросила девушка в худи.

- Вендер еще прошлое правительство дергала за ниточки, а потом крупный бизнес проспонсировал ей избирательную программу, хотя даже так она выиграла с разрывом всего в один процент! Тогда мы стали менее протестными, все на соглашения рассчитывали, да и организация стала потихоньку разваливаться из-за внутренних дрязг, а потом мы и заметить не успели, как полицейских стало больше, чем учителей, только правду не замолчишь, и эта война уже открывает людям глаза на некомпетентность идиотов в высоких кабинетах.

- Что думаете насчет войны с Эльской Империей? - спросил ботаник в очках

- Глупость, что могу сказать. Думали, что пока там анархия, борьба за власть и война со «Странным» союзом, то можно оттяпать территорий, а в итоге две трети нашей армии не могут даже город взять.

- Как думаете из-за чего?

- Вендер всё так же думает цифрами, вот у нас триста тысяч солдат, полное доминирование в воздухе, а у них всего лишь сто семьдесят тысяч штыков и никаких самолетов, значит победа за нами. Правда она не учитывает, кто входит в эти триста тысяч, а там необученные срочники и дебилы генералы, которых нанимали исходя не из профессиональных данных, а из-за лояльности. Потому если город возьмут, то очень нескоро.

Ответив еще на вопросы, люди стали расходится, когда Немену с неизвестного номера пришло СМС:

«Улица Ужицы д.15 кв.86, приходи один»

Проверив нож на поясе, он решил взять чашку кофе и поехать на адрес.

Как только он взял чашку в руки, его толкнул бегущий куда-то старичок. За спиной послышался знакомый голос и обернувшись, Алекс обомлел, ведь перед ним стояла одна из самых высокопоставленных военных партии «Наша Валиндия» Лия Валисова. Именно она спасла лидеров своей партии после поражения у деревни Рю и отбила все атаки на их колонну и хоть выглядела она отличной от плакатов, но это определенно была она.

Конечно, может она была засланной шпионкой, но полковник Валисова никогда не умела скрывать эмоции, а Алекс видел лишь растерянность и стыд на её лице, и Алекс уставился на нее с глупым видом

- Если хочешь посмеяться, то давай быстрее, у меня еще много работы- буркнула она

- Мне то смеяться?! Я вообще санитаром в психбольнице работаю, но со мной все понятно, ты то тут как? Великий герой, спаситель страны от поехавших красных, награжденная «Стальным сердцем» полковник Валисова? - удивился Немен

Она же в ответ прыснула в лицо моющим средством и продолжила работать.

Выругавшись, Алекс пошел к лифту, хотя его кольнула мысль пойти и извиниться, но только сделал ли он что-то плохое? Конечно, она была достойным врагом, но все-таки врагом, построившим нынешнюю систему и даже если эта система её выкинула, что это меняет?

«Кофе не попил, а осадок все равно остался!» подумал Немен садясь в автобус.

Улица Ужицы была натуральным гетто, где тебя окружали грязные многоэтажки, лежащие возле них наркоманы и ходящие по улице подозрительные лица.

Дом 18 был двенадцатиэтажной панелькой, где во многих квартирах вместо окон была забита фанера.

Дверь была открыта и переступая пакеты, шприцы и чье-то грязное белье герой дошел до лифта. Удивительно, но он работал.

И хоть в СМС этаж не был указан, Алекс после секундных вычислений отправился на одиннадцатый этаж.

Железная дверь с табличкой 86 открылась при первом же нажатии звонка и оттуда вышел высокий симпатичный мужчин с запоминающимся орлиным носом.

- Лех, не мог выбрать район получше? – спросил Алекс Велисова

- Здесь нашу встречу никто не заметит, вокруг лишь одни наркоши, они миром науки не интересуются- пояснил Велисов и жестом пригласил гостя зайти.

В квартире была уютная обстановка, только несколько тусклый свет от лампочек портили впечатление, хотя, с другой стороны, Алекс подумал, что это придает антураж тайной революционной ячейки.

По квартире летал какой-то вкусный запах, от которого тут же начинают течь слюни. Гость после ванны тут же ввалился на кухню и стал с надеждой смотреть на еще неготовую шипящую маслом жаренную картошечку с курицей.

- Хватит слюни пускать - сказал Велисов и громко поставил бутылку виски на стол.

- Другое дело- одобрил Немен.

Пока гость разливал, гостеприимный хозяин вился у плиты.

- Что же, первую за павших- произнес тост Алекс и стаканы оказались пусты.

Начали с обсуждения дел насущных, Алекс рассказал о своей проблеме, Леша лишь слушал и наполнял стаканы, когда они пустели. Потом пришла и его очередь говорить, кроме маленького ада из-за четырех детей, были проблемы на работе

- Вот вызывали в Министерство отчитываться- жаловался Леша

- Твой язык и так уже глубоко у них в жопе, куда уж глубже? - пошутил Алекс

- Бесконечность не предел!

- Что на этот раз?

- Требуют увеличить «Патриотическую историю современности» в нашем МЕДИНЦИНСКОМ университете, даже на профильных факультетах!

- А в чем проблема? Пусть твои медики узнают о великой Аманде Вендер и об ужасных психов из «Возрождения».

- Ну слушай, я, конечно, «жополиз», как ты говоришь, но все-таки должны быть какие-то разумные границы, наш ВУЗ выпускает не агитаторов, а врачей. Если дальше все пойдет, то наши выпускники будут на радость священникам будут лишь отправлять людей на тот свет к Всеемлещему – разразился ректор и поднял свой стакан – Ну, давай выпьем за то, чтобы этого не произошло.

Встреча продолжалась и чем более пустой была бутылка, тем более громкий был разговор, который прерывался лишь на секунды для опрокидывания очередной порции виски и поедания закуски.

- Кстати, как тебе картошечка? – спросил Леша

- Знаешь, очень вкусно, только зачем ты ее наготовил так много, мы же ее не съедим всю? – поинтересовался Алекс

- Все съедим, не бойся – и под недоумевающий взгляд Алекса продолжил Леша – Не хотел раньше времени тебя знакомить с еще одним участником нашего застолья – после этих слов он постучал по стене и из комнаты вышла женщина.

При ее виде Немена сначала захлестнула ярость, а потом навалилось огромное разочарование.

- Значит, ты все таки решил меня сдать, наверное, ради великой цели не так ли? – задал риторический вопрос уставшим голосом бывший глава «Возрождения» своему бывшему товарище и не дав ему сказать слово продолжил – А то я все думал, почему сегодня встретил великого полковника.

В дверях стояла Лия Владимировна Валисова в простом спортивном костюме, в куртке которого держала руки и поглядывала по сторонам.

- Значит, завел меня в тихое место и привел одного из палачей Вендер, не думал, что ты на такое способен. Когда-то ведь мы договорились, что ты будешь на них работать, тогда, когда Вендер стала диктатором и начала гонения на всех, ты должен был быть нашим голосом, нашим помощником у врага, но видимо, ты помощник врага – закончил Алекс, наполнил до краев свой стакан и выпил его до дна.

- Да зачем тебя, дурака, куда-то отводить, арестовать тебя можно где угодно – ответил ему Алексей

- Это понятно, я же тут должен навсегда остаться или по частям выехать. Давай только, по старой дружбе, твоя подружка меня просто пристрелит из своего пистолета в куртке, ну чтобы без лишних истязаний. Ах да, что же наш дорогой полковник не на фронте?

- Хотела бы тебя убить, твой труп уже давно здесь валялся – зло ответила Лия

- Предлагаю всем убрать руки с оружия и сесть поговорить, нам ведь столько нужно обсудить – добродушно сказал Леша и по-хозяйски показав Лии на стул возле Алекса открыл холодильник и достал оттуда бутылку водки.

Пока хозяин квартиры накрывал на стол для нового гостя, на кухне было гробовая тишина.

Алекс был в напряжении и был готов взяться за свой нож, Лия же не доставала руки из карманов.

Полковник была женщина особенной еще в события прошлой войны, обладающая невероятной жесткостью и стойкостью, всегда ходившая с короткой прической девушка. Алекс даже ни разу не видел, чтобы на ее губах когда-то появлялось что-то похожее на улыбку.

В их первую встречу, надо признать, он принял ее за мужчину из-за чего случился конфуз во время мирных переговоров, когда ему сообщили, что его будет встречать женщина-офицер, а к нему в штаб приехал какой-то широкоплечий, скуластый парень с выбитым носом.

- Ну что, выпьем за павших – сказал тост Леша, когда заполнил стол новыми тарелками и стаканом для гостьи

Выпив не чокаясь, кухня погрузилась в мертвую тишину, которая на всех давила, словно они оказались под колесами грузовика, который медленно по ним едет.

- Ребята, как вам последние сводки с фронта? – первым не выдержал хозяин квартиры

- А что там интересного? – спросила Лия

- Главнокомандующий нашими войсками говорит, что мы возьмем Леньин уже через три месяца.

- Этот мерзкий жук Шалин носит погоны только благодаря своим обещаниям – сказала Лия

- Кто знает, все таки Леньин уже второй год штурмуют, должен же, он наконец пасть? – подстрекал Леша Алекса

- Ты же знаешь мое мнение, он ведь это говорил и три месяца назад и скажет через полгода снова – недовольно буркнул Алекс

- Ну же. Алекс, что так тухло?

- Слушай, ты притащил сюда эту генеральшу из власти и думаешь, что буду клоуном для вас?!

- В этом как раз, мой товарищ, ты ошибаешься.

- Неужели?

- Она уже как год уволена с позором – ответил Леша и положил на стол какую-то бумажку.

Это был сильно потрепанный военный билет еще старого образца, где вместо нового герба с сильной воительницей со щитом и мечом на обложке располагалась шипящая змея в траве.

В этом документе была вся жизнь полковника Лии Валисовой от Института до современности.

Куча штампов о геройстве, награда за героизм в битве при Рю, за помощь в заключении «честной сделки» с «Возрождением».

Образцовая карьера, звания получались неимоверно быстро, но в какой-то момент серебряные погоны стали пределом, а должности стали все ниже, пока в конце не была печать об увольнении из армии «за отсутствия общего видения с вышестоящим начальством на развитием вооружённых сил».

Сам когда-то имеющий такую книжечку в кармане, Немен внимательно ее изучил, пропускал через свет и в конце концов спросил воительницу:

- Вы меня заинтриговали, что же было за такое видение?

- Встала костью в горле новым реформам в армии, но выперли за то, что я была против вторжения в Империю. Я все таки офицер и тогда мне дали выбор стать генералом и поехать губить солдат на фронт или увольнение, вот так я стала безработной – пояснила Лия

- Но почему же я об это ничего не слышал?

- А как давно ты вообще в новостях слышал мое имя?

- Но неужели с твоим опытом тебя никто не взял на работу?

- Я уже давненько не держала скальпель в руках, да и во Высшую врачебную комиссию пришли мои не лучшие рекомендации, потому куда-то еще идти уже немолодой женщине на работу?

- Стоит признать, о проблемах Лии мне стало известно случайно, тогда я так же отнеся к ней со скепсисом, но все проверил и решил, что достойные люди должны быть вместе в независимости от прошлого – сказал хозяин стола и поднял стаканы, после чего беседа пошла живее.

Обсуждали войну, и все присутствующие быстро сошлись, но это жестокий провал и надо менять армию.

В основном говорили два бывших вояки, хотя и ректор Медицинского Университета Алексей Васильевич Раник раньше был главным помощником Нема в во время гражданской войны и лично отправлялся на передовую, но он разумно считал, что надо дать возможность гостям высказаться и наладить контакт друг с другом.

- Все из-за вас случилось, весь этот развал, и причина, почему тебя перестали слушать. Предатель всегда предаст предателя поменьше, это в его природе – спорил с полковником лидер «Возрождения»

- Не стоит меня называть предателем, если не хочешь получить пулю в лоб – огрызнулась воительница и продолжила – Тогда все было сделано правильно, мы были сильнее, и страна бы без сильной страны могла развалиться.

- После Рю это звучит бредом, ты же свои звездочки получила за то, что спасала своих хозяев после проигрыша. Вы просто были псами без совести, слабы на поле брани и сильны во лжи, потому то сейчас топчетесь у одного города, но внутри страны прижали всех к ногтю.

- Твоя эта организация развалилась почти сразу, как Аманда взяла власть, чтобы было, если бы такому жалкому червяку дали бы власть над страной?!

Раник уже был готов успокаивать Алекса, но его до того огненные глаза потухли и даже тело стало расслабление:

- Не бойся, Леш, за правду я не режу – сказал Немен и прилично хлебнув прямо из бутылки, он продолжил – Ваша эта мразина хитрющая и жестокая мразина, но, где же был я? Она же, сука, одарила всех нас сверх договора пособиями, брюликами и долго не нарушала договор. Когда же она начала, некоторые не замечали, черт возьми, Леш, даже я не сразу понял! Потом я начал бежать по людям, дабы вновь собраться и сбросить нового тирана, но тогда почти у всех были семьи, спокойная жизнь. Сложно отправить людей на войну, но оказалось, почти невозможно их вернуть на нее. От самых активных, конечно, быстро избавились, представляя их убийцами, но в основной массе, они же до сих пор живут в этих муравейниках и тихо бояться, что однажды за ними придут, но, сука, надеются, что пронесет.

- Если ты такой идейный, мог бы поднять их, поднять народ! – найдя слабое место перешла в нападение полковник

- Хм, тебе не понять, что такое руководить целым движением, организацией. Тебе выдают людей сверху, а вот мне нужно было всегда привлекать людей и без угроз уговаривать их рисковать жизнью, что без идеи невозможно. Ваша Аманда постаралась, чтобы наша идея была втоптана в грязь, тех же кто на это не повелся, просто запугала своими тысячами бойцов. Когда видишь, как твои бывшие солдаты из волков превратились в баранов, то сам начинаешь разочаровываться в борьбе – мрачно закончил Алекс

- А что, если я скажу, что как раз по этому поводу мы и собрались? – хитро спросил Леша

- Мне всегда не нравилось, когда ты так заговорчески говоришь.

- Давно ли ты стал таким пессимистом? У меня есть кое-какие связи во власти, у Лии имя в военных кругах, а у тебя остались люди с «Возрождения», и мы може…

- Сделать революцию? – перебил Краника Алекс – Кажется, ты плохо меня слушал, так что повторю, мне такое неинтересно, я уже лет двадцать бегал и что-то доказывал, но Вендер все так же у власти. Сейчас она еще сильнее, чем раньше, только ее внутренняя армия составляет более ста тысяч человек, сколько в Особой Службе и знать не хочу. Мне теперь нужна лишь борьба за наследия нашего движения, сохранение нашей идеи для того, чтобы уже молодые, что не познали горечь поражения, подняли наш флаг и сделали нашу страну великой. Я же, Леш, устал, чувство, будто бью по стене, а она становится лишь толще от каждого удара. Так что, удачи вам в вашей революции, но без меня – закончил Немен, оделся и ушел, не слушая возражения Раника.

На небе было не было видно звезд, только самые яркие пробивались через грязное городское небо.

Идя под таким небом и, иногда чувствую, как ветер через куртку добирается до него, Алекс Немен, думал, правильно ли он поступил.

Но, думать об этом не хотелось, он всегда привык принимать свои решения и идти дальше не оглядываясь.

На дороге виднелись редкие огоньки проезжающих машин и особенно в ночной тишине были слышны кареты скорой помощи, нарушающие ночной покой.

В такие прогулки мысли постоянно менялись, то идеи о том, что можно было сделать двенадцать лет назад, когда решалась судьба страны, то о том, как жить сейчас.

И думать ведь было о чем, за весь этот странный день уже стало забываться, что его реальность поменялась, теперь это реальности одиночества без плохой, неверной, но любимой жены.

Во время развода всегда вспоминается то самые плохие моменты, вроде вздохи жены под каким-то алкашом или ее постоянный ор и кидание посудой, то первые дни знакомства, когда были лишь поцелуи и влюбленные взгляды.

За всем этим как-то теряется остальная совместная жизнь, то, как на одной кровати лежали чужие люди, как живя в одной комнате муж и жена могли не проронить ни слова, эта холодность ведь хуже любого одиночества, будто ты находишь в пустыне оазис и идешь насытить водой, но у тебя во рту оказывается лишь песок, ведь все это мираж.

Наверное, большинство мужчин уходя в брак из одиночества чувствуют то же самое.

После магазина игрушек со светящейся вывеской Алекс вошел в неосвещенный двор, то там его уже ждали.

Это был обычный двор, в центре детская площадка, а по всем сторонам панельные девятиэтажки старой постройки.

На лавочке возле подъезда одного из домов сидели двое мужчин, около них была допитая бутылка водки и пустые пластмассовые тарелки.

При виде Алека они сразу встали у него на пути и играя мускулами один из них спросил

- Сигареткой не угостишь? – разразился громким басом амбал

Перед Алексом были два амбала, хоть подвыпившие, но представлявшие опасность. Из окружения рядом стояла машина, она вряд ли сможет повысить его шансы на победу.

- Не курю, ребят – ответил Немен держа руки на рукоятке ножа.

Он уже приготовился к тому, как один из этих амбалов на него наброситься и напорется на его нож.

Первый амбал со словами «Сейчас будем учить, как разговаривать надо» понесся к нему, Алекс быстро достал нож, но тут прозвучал выстрел, и он упал плашмя на асфальт и тут точно так же упал и второй.

- Следишь за мной? – спросил своей спасительницы

- Леша просил тебя догнать и поговорить – ответила она

Лия убила двух амбалов столь аккуратным выстрелом в голову, что на асфальте под ними не было крови.

- И что наделала?! – возмутился он

- Боишься крови или жаль этих подонков?

- Да на меня же повесят этих дебилов, у магазина скорее всего есть камера, которая меня засекла.

- На этой улице вообще нет камер, я уверена – спокойно ответила Лия и спросила – и вообще, куда ты вообще шел?

- За этими домами кладбище, там похоронены мои товарищи – сухо ответил Немен.

- Вот как раз и пройдемся – безапелляционно навязалась Лия.

Алекс, надев перчатки и вытащил из карманов трупов мобильники, кошельки, а с одного и снял кольцо.

- Ты уже настолько обеднел, что до мародерства опустился? – презрительно спросила полковник

Ничего не ответив, Алекс положил эти вещи в пакет, положил в свою куртку и пошел в сторону кладбища.

Пройдя через детскую площадку, состоящую из деревянной песочницы без одного борта и ржавых качелей, они вскоре вышли к дороге, но пошли не в сторону кладбища, а в находящийся около него парк.

Вдоль тропинок волновались массивные деревья, с которых на землю спадались новые желтые листья, которые, впрочем, и стали землёй, так как никто их не убирал.

По деревьям шастали, наверное, белки или хорьки, их было особо не различить в полумраке, который чуть рассеивали палатки с кофе или газетами со светодиодными табличками.

Убедившись, что его никто не видит, Алекс вынул из телефонов симки, разломал их пополам и выкинул в мусорку, спустя пару метров он сошел с тропинки, вырыл руками небольшую ямку и положил туда все вещи убитых, после чего накрыл это листьями.

- Думаешь все обставить, как ограбление? – догадалась Лия

- Именно и если повезет, то награбленное найдет какой-нибудь наркоман и понесет в ломбард, где его и повяжут – объяснил Немен

- Подставишь случайного человека?

- А не надо чужое брать – заключил бывший работник прокуратуры.

У входа кладбища стояла небольшая будка сторожа из который вышел охранник, поздоровался с Алексом и вернулся к себе в будку.

Пройдя через арку Вечности, два старых вояки оказались на кладбище Воинской славы.

Нарка служила не только входом или украшением, но эта конструкция была наполнена символизмом.

На ее вершине расположена небольшая скульптура, на которой умирающий солдат с закрывающимися смотрит в сторону города.

Кладбище было во тьме, лишь отдельные скульптуры и острие заборчиков были видны, несмотря на это Алекс без фонарика безостановочно проходил ряд за рядом, пока не остановился.

- Вот я и пришел, друзья – весело сказал он и сел посередине трех могил.

Алекс вел монолог, а Лия тихо села рядом.

- Твои друзья? – спросила она, когда монолог кончился

- Товарищи еще со школы – начал рассказ Немен – Ванька, вот, хоть и средний брат, но самый горячий был – показал он на табличку с фотографией молодого парня с орлиным взглядом – Первый погиб, еще от бандитов, по глупости, честно говоря. Зашел ночью в магазин, и как раз в этот момент зашел грабитель и сначала обнес кассу, а потом направил пистолет на Ваню и потребовал денег. Вместо того, чтобы просто отдать ему деньги, он попытался выхватить пистолет как герой боевиков, но грабитель успел выстрелить быстрее.

- Убийцу нашли?

- Нет, я лично писал кучу жалоб в полицию, ходил к ним, инициировал проверки, но оказалось, что искать убийцу никто и не собирался из-за каких-то договоренностей с одной из банд. Тогда у меня что-то и щелкнуло, мне стало стыдно носить форму, и я ушел из прокуратуры. Мы нашли подонка и совершили месть. Полиция ничего доказать не смогла, но мы прославились и стали получать кучу обращений, тогда мы и стали «Возрождением» и бились за обновление страны. За нее пролил кровь под Лухинсе Димитрий, старший брат, как в шутку говорила «самый красивый из вас, уродцев». Это был последний убитый на войне Рынкин, так по крайней мере я думал.

- А что стало с младшим?

- После смерти Димитрия он со мной не разговаривал, винил меня в его смерти, ведь я его отправил в бой. Когда война закончилась, он не мог спокойно жить и еще раньше меня понял, как нас обманули. На него начали шить дело об госизмене, но он раньше начала процесса застрелился. В наше первое знакомство они отогнали от меня задиру, так началось наше общение и так всегда было, всегда они меня выручали, а я их вновь и вновь просил их помочь, пока всех не довел до могилы. Теперь, когда мне кажется, что пора сдаться навсегда, я прихожу сюда к ним, смотрю на эти плиты и понимаю, что я еще не отдал весь свой долг и пока рано мне уходить к ним.

- Вряд ли тебе это поможет, но поверь, ты ни в чем не виноват – сказала Лия

- Я, может, и не стрелял в них, но именно из-за меня они оказались в этом кровавом круговороте и из него не вышли. Лишь со временем стало понятно, что мясорубка войны не разбирает своих и чужих, а размеренно превращает всех в нее попавших в мертвецов, но они хотя бы верили, что станут народными героями посмертно и даже этого я не смог им дать!

- Мертвые товарищи не могут быть злы на нас, они всегда будут героями в наших сердцах, но их призраки лишь оставляют нас в том Аду – поспорила Лия.

- Лучшие люди лежат в могилах, а мы на их спинах так и не смогли построить Рай, значит мы уже в Аду – закончил Алекс и ушел.

Проснулся бывший герой революции тяжело, лишь с огромным трудом, не подчинившись огромному желанию закрыть глаза и пустить весь день на откуп судьбе.

Алекс почистил зубы, позавтракал дешевые хлопьями с молоком, после чего пошел одеваться.

В шкафу уже висела выглаженная военная форма, его военная форма.

Светло-синяя, с рисунком медведя на погонах, значком на правой стране кителя «майор Немен» и множеством серебряных и золотых наград, особенно из них выделялась круглая золотая, в середине которой был алмаз и надпись «За победу революции».

Эту награду ему вручили за участие в гражданской войне в Дарии.

После того, как герой войны во Вландии разочаровался и понял, куда движется его страна, он поехал строить справедливость в соседнюю страну и вступил в Революционный Народный Фронт Дарии(РНФД) простым добровольцем, но быстро его повышали, сначала за былые заслуги, а потом и за победы над правительственными войсками.

Когда РНФД победили, то стали расправляться с недовольными, грабить сторонников прошлого режима, даже простых крестьян и Немену это не нравилось и когда он отказался обстрелять поднявшую мятеж деревню, новое руководство страны предложили ему почетную отставку и он согласился, так ему и повесили эту награду на грудь.

Одевшись и закрыв свою комнату, он пошел повидать дочь, которая была у его соседа.

Была еще почти ночь, потому и сосед, и дочь еще спали и постояв у их двери, он с тяжелым сердцем решил их не будить и вышел на улицу.

На улице было темно, даже две полных луны на небе не могли ее осветить, как и выгоревшие лампочки в уличных фонарях, потому идти пришлось почти на ощупь, то и дело наступая на большие лужи.

Дойдя до остановки, Алекс стал ждать автобуса. На остановке висели оборванные плакаты с цитатами Вендер, а так же реклама туров в Дарию.

На рекламной картинке были нарисованы каменные двухэтажные домики с верандами.

Это Рула-Кура, деревня, которая десять лет назад. Тогда уже целый дивизионный генерал Немен, великий гений народной армии после парада в столице отправился наводить порядок в эту деревню.

Тогда ему сказали, что из джунглей партизанский отряд противника напал на эту деревню и захватил её.

Собрав разномастные отряды и двинувшись в путь, генерал видел проезжавшие машины с кричащими женщинами с детьми. Когда он остановился в одном из городов, то стал свидетелем, как танк прямой наводкой бьет по какому-то дому.

- Зачем вам танк в городе, что, не можете безопаснее для города взять эту жалкую хибару? – возмутился генерал

- Сэр, там ублюдки, враги, что укрывают продовольствие, так нужное нашей армии! – ответил ему молодой лейтенант в форме политического работника.

- А договориться с людьми не пробовал?

- Я, сэр, не словами воюю, а делом!

- Да ты, сопляк, даже нормально не можешь кобуру надеть, какое воевать! – рявкнул Алекс, указывая на криво вываливающийся из кобуры пистолет и приказав прекратить обстрел, вернулся в расположение своих войск.

Как он выехал из этого города, там снова начался еще ожесточенный грохот пушек.

- Зря Вы поругались с тем политруком, он же нажалуется наверх – осудил генерала его верный адъютант Лешка Боторев – как всех враги полегли, на их месте повылазили из штабов море таких «героев войны», наводящих «справедливость» и это все по воле Партии.

Алексей Боторев был давним другом Алекса, он еще с гражданской был его адъютантом и вместе с ним приехал в дикие джунгли Дарии.

Он напоминал глазами щенка, а лицом плюшевого медвежонка, но был худощаво высок.

Благодаря своему позитивному настрою и доброте, благодарю чему умел решать вопросы миром, но в отличии от многих, не боялся говорить неприятную правду дорогим ему людям в лицо, когда чувствовал, что это им необходимо.

- С политической точки зрения ты прав, но я все таки не политик и честь для меня важнее любых выгод – резко ответил ему генерал и закрыл тем разговор.

На одной из развилок генерал приказал выслать разведку вперед, а так же разделил имевшиеся под его командованием войска на две колонны и вторую во главе с Лешкой отправил в обход по проселочным дорогам, чтобы выйти противнику в тыл, а во главе основной колонны продолжил путь по шоссе.

Ехали осторожно, даже после доклада разведчиков о том, что впереди чисто все меры предосторожностей от засады были предприняты офицерами.

Увидев в метрах пятисот от себя противника, генерал отдал приказ спешиться и занять позиции для атаки, но более до его приказа ничего не предпринимать.

Посмотрев в бинокль, он увидел в домах деревни снующих автоматчиков в гражданской одежде, что очень смутило Алекса.

Недобитые контрреволюционные войска редко расстаются со своей военной формой, ибо она не только удобна, но и служит для них символом страны, за которую они сражаются и которую теряют, поэтому стоило сначала узнать, кто захватил деревню и, может быть, взять ее без стрельбы.

Взяв с собой несколько бойцов и передав командование одному из старших офицеров, генерал, взяв белый флаг пошел в сторону деревни.

После слов Алекса о том, что пришел договориться, его пропустили через блокпост и направили в деревянный просторный двухэтажный дом, который возвышался над жалкими хибарами, сделанными из чего попало.

- Генерал, Вы можете пройти, но Ваши люди пусть остаются здесь или сдадут оружие – вежливо сказал коренастый охранник с панамой на голове.

- Оружие останется при нас и советую мне не мешать, если не хочешь, чтобы оно начало стрелять – спокойно предупредил и вместе со свитой вошел в дом.

Внутри было необычно прохладно, и пока генерал ждал старосту, он присел на диван в гостевой и наслаждался прохладой.

Особо мебели в доме не было, как и дверей, но особо выделялись на белой стене две картины.

На первой всадник в черных доспехах с красным львом на плаще стоит со свитком напротив чумазых крестьян в лохмотьях.

Под всадником была гнедая кобыла с сильными ногами чесала копытом землю, рыцарь же читал воззвание, на его благородном лице было видны вены на лбу, как признак возбуждения, рука его была вскинута.

Толпа крестьян была наполнена тощими мужчинами в серых рубашках и обуви из соломы. Они смотрели уставшим взглядом на рыцаря.

Один из толпы выделялся из всех тем, что единственный был с бородой и очень крепкий, а так же носил синюю тунику. Он, выпрямившись с неудовольствием смотрел на всадника.

На фоне были бамбуковые дома с соломой на крыше, а на небе не было не единого облака.

Это была картина мастера Уль Хуна «Дворянин читает воззвание о независимости»

Произведение было первым в цикле «Народ на войне» о дарийской войне за независимость против Империи.

Вторая картина из этого цикла висела правее первой, и эта была батальная сцена из битвы при Убоне.

На ней были изображены скачущие на пикинеров закованные в латы всадники. Позади них видна поднятая ими пыль.

Всадники держали в руках тоже пики, но короче, чем у своих противников.

Они были в бело-красных доспехах с нарисованными гербами.

У каждого всадника был свой герб, но ближний к врагу всадник имеет на шлеме изображение розы с шипами

Пикинеры одетые в кольчугу и без шлемов испытывали разные эмоции.

У кого-то было обреченное лицо, на лице солдата в конце шеренги виден сиюминутный страх.

Спереди всех стоял бородатый командир, который с яростью проткнул одного из всадников.

Как помнил Алекс, была еще третья картина, где этот командир сбрасывает с коня уже оратора с первой картины, но судя по следам на стене, ее решили снять, чтобы не взбесить дорогого гостя оскорбительной аналогией.

- Товарищ генерал, как Вам наша коллекция картин? – послышался вопрос старческим голосом.

- Красивые и вдохновляющие, но могли бы меня не стесняться и повесить все свои картины – ответил генерал

- У нас вежливость цениться сильнее хвастливости.

- Что же, с кем же я имею честь говорить?

- С Вами говорит вся наша деревня устами своего староста.

Староста был сухим стариком с тростью в руке, тем не менее державший крепко и прямо, что редкость для стариков в деревнях.

Этот старик пригласил своего гостя в импровизированную переговорную, закрытую просторную комнату с небольшим окном, выходящим на центр деревни.

Усевшись в комфортные деревянные кресла, староста начал рассказ, как они взялись за оружие.

Конечно, по идее генерал революционной армии должен был немедленно взять этого старика в плен и требовать капитуляцию без каких-либо условий, но Алекс чувствовал, что старосту стоит хотя бы выслушать.

Рула-Кура была взята год назад и сначала революционные власти не меняли в ней порядка, требуя поставки продовольствия и налоги в таких же объемах, каких ранее деревня платила правительству.

А вот полгода все поменялось и специальным декретом деревни были обложены новым продовольственным налогом, по которому все «излишки», определяемые «хлебным» комиссаром, должны быть сданы продовольственным отрядам.

Деревни стали голодать и вот терпение жителей Рула-Кура закончилось со смертью новорождённого ребенка от голода, и они подняли восстание, изгнав продовольственный отряд и отбив атаку небольшого карательного отряда.

- Это, конечно, печально и ответственных за это должны осудить, но перед собой я вижу не несправедливо ограбленных крестьян, а вооружённых бандитов и обязан действовать – сказал, выслушав историю Алекс – поэтому вы должны разоружиться и тогда Партия пойдет на уступки

- Как только, генерал, мы опустим оружие, то наш голос перестанет стоить даже потраченного на него воздуха – ответил Староста – мы не против помогать, но не до смерти, а на старых условиях!

- С вооружёнными людьми говорят оружием!

- Что же , это будут сложные переговоры – предвидел Староста и попросил своих помощников принести в переговорную прохладительных напитков.

Разговор проходил спокойно, но каждый вел свою линию.

Так, генерал готов был согласовать условия, но был против возврата объемов поставки из деревни к старым показателем, ведь такое предложение в Партии никто даже слушать не станет. Кроме того, он требовал разоружения повстанцев, против чего горячо выступал староста.

- Вам лучше подумать над моим предложением, ведь если вы их не примите, то один залп артиллерии сметет деревню с лица земли – пригрозил генерал и на этом закончил переговоры.

В расположение своих войск он вернулся и собрал старших офицеров на военный совет.

После описания ситуации, долговязый капитан Ловен, размахивая своей изуродованной рукой предлагал начать плотный обстрел деревни из танков и миномета, выбив позиции для обороны и под дымовой завесой пойти в атаку как можно скорее.

Ловен был у Алекса командиром всей штурмовой пехотой дивизии, и в данном походе командовал штурмовой полуроты. Он был типичным «штурмовиком», весь в ранах и ищущий еще больше боев, чтобы их получить.

Майор Лок Ван же, командир разведывательного взвода, как уже человек в годах был спокоен и считал, что нужно вести несильный обстрел, чтобы притупить внимание противника и ждать вестей от второй колонны и когда та начнет атаку, основные части так же должны будут ее поддержать и ударом с двух сторон при огневой мощи бунтовщики будут побеждены с минимальными для солдат потерями.

Командир танкового взвода поддержал Лок Вана, подчеркнув, что у его экипажа снаряды не бесконечны, а командир минометного взвода и начальник связи выступили за план Ловена считая, что чем дольше противник будет сидеть в обороне, тем лучше сумеет подготовить оборону.

Выслушав мнения, он отправил офицеров к своим подразделениям и пообещал скоро принять решение.

Оба плана предполагали разрушение деревни и штурм, который в любом из вариантов быстро превратиться в расстрел жителей деревни.

Во время боев с повстанцами, особенно в их родных местах, сложно отличить местного жителя от вражеского солдата, что приводит к убийству мирных жителей.

И генерал решил позвонить главнокомандующему и попросить разрешение предложить повстанцам более мягкие условия для сдачи.

В Главном военном управлении Партии выразили огромное недовольство генералом, его ругали самыми неприличными словами и отвергли план генерал, но после часа переговоров разрешили выдвинуть требования тверже, чем предлагал генерал, но намного мягче тех, из-за которых началось восстание.

Давая разрешение, председатель управления маршал Дэйвен сказал:

- Хороший генерал должен быть хорошим политиком, четко чуя настроение Партии и делающий так, как она скажет несмотря ни на что.

- Надеюсь лишь остаться хорошим человеком – ответил Алекс.

Посмотрев через бинокль на деревню, обсмотрев десяток домов на трех улицах и на дорогу в поисках парламентеров.

Белых флагов он не увидел и потому приказал радистам соединить его с Боторевым.

- Прием, говорит Рыцарь, какая у вас обстановка? – спросил в трубку Алекс

- Рыцарь, говорит Мишка, обстановка без пива и девочек! – бодро ответил Лешка – Мы находимся примерно в часе от цели

- Задача немного поменялось, противник это не разбитые гады, а бунтовщики с этой деревни, так что нужно минимизировать жертвы инфраструктуре и противнику.

- Интересный поворот, но как прикажете «минимизировать», у них ведь автоматы, а мы не бессмертные.

- У тебя же все машины на ходу, погрузи в свои БМП столько людей, сколько можешь и со всей имеющейся броней езжай на всех порах до противника, никого на саму броню не сажай. Я так понял, они ребята пугливые, поэтому будь настоящей стальной лавиной, которую никак не пробить и которая стремительно движется на них. Можешь стрелять рядом с ними, в крайнем случае по ним, но, прошу, чтобы потом эти идиоты могли вернуться к своим матерям. Как первую линию пройдешь, займи окраины деревни и закрепись там, как закрепишься доложи, все ясно?

- Так точно, товарищ генерал! – радостно ответил Лешка.

Решение было принято, Алекс решил объединить планы Ловена и Лок Вана, о чем сообщил всем командирам.

Так, танки и минометы начали обстрел города и позиций врага, стреляя раз в десять минут и особо не попадающие по зданиям, снаряды генерал приказал выпускать просто для отвлечения внимания противника.

Спустя час, оставив за главного Лок Вана, генерал вместе с штурмовиками Ловена пошел на штурм.

Целью была автомастерская, находящаяся в трехсот метрах от города, это было небольшое цементное здание прямо у дороги.

Когда Алекс шел на переговоры, он заметил, что оно было слабо защищено, там было всего три человека, видимо, у повстанцев не было достаточно людей для обороны или же автомастерская должна была лишь задержать штурмующих, пока обороняющийся удобно с крыши домов будут поливать их огнем.

В любом случае, это здание требовалось взять, как минимум для плацдарма для остальных частей, что пока стояли в чистом поле под палящим солнцем.

Выдвинувшись под звуки минометного и танкового огня по деревни, отряду удалось подойти к зданию незаметно.

Взорвав дверь, один из бойцов кинул внутрь светошумовую гранату после чего генерал первый ворвался в проем и сразу приложил прикладом опешившего мальчишку в майке.

В это время другой парень, наводя автомат на Ловена вылез из под сломанной машины, но немедленно получил пулю.

- Хватит, сдаемся, не стреляйте! – закричали из комнаты напротив входа и оттуда осторожно под пристальным вниманием солдат вышли подросток с заячьей губой и высокой девушкой.

- Это все? – спросил капитан и получив положительный ответ добавил, указывая на тело возле машины – Лис, проверь этого.

Генерал же, отправив трех человек проверить помещения, тоже подошел к телу.

- Умер? – мрачно спросил он.