Поцелуй ангела. Сказка для взрослых

Глава 1

28 августа2020 года

"В Раю иногда совсем не райская жизнь", - размышлял, стоя в длинной очереди за талончиком на очередь по выдачи заказов, ангел Гамилтон. - "Почему нельзя все это делать по Интернету. Почему здесь все устроено так, как и тысячи лет назад".

Впрочем, это были вполне себе риторические вопросы. Ангелов, предлагавших реформы в Раю, отправляли на самые черные работы. На оформление отказников. Тех, кто желал поменять Вечность с арфами в руках на котлы с кипящим маслом. Такие, как ни странно, встречались довольно часто. Причём отказники утверждали, что не хотят слушать Баха и Моцарта. А хотят «Ред хот чили пепперз" и "Секс пистолз". «Чудаки», - подумал Гамилтон. – «Что может быть лучше классической музыки». И, получив талончик, отошел к стойке бара. Там попросил кофе двойной и без сахара. Гамилтон всегда пил только двойной и обязательно без сахара. Тут к нему подошел ангел Иосиф. Гамилтон и Иосиф дружили с далекого уже детства.

- Привет. Куда сегодня?

- Еще не знаю. Ты ведь знаешь мои обстоятельства. Полагаю, что на Ближний Восток. Там опять какая-то заварушка. Если бы ты знал, как надоела эта рутина. Принял душу, оформил по протоколу. Имя, Фамилия. Сколько лет. Кем работал. Имеет ли судимости... Как в полицейском участке. Потом отвезти на паром через Стикс. Сдать по описи и снова на дежурство. И так уже триста лет.

Мимо ангелов дыша полной грудью прошла красивая девица из протокольной службы. Иосиф восхищенно присвистнул и пробормотал:

- Жаль, что нам разрешено с ними общаться только раз в сто лет. А ты не пробовал подать прошение на перевод? В ангелы-хранители или в хор при Самом. У тебя же такой красивый баритон!

- Бесполезно. Смотри, у меня кроме решения суда уже три прокола, - Гамилтон вытащил права. - Превышение скорости, обгон по встречке, проезд на красный. И все проколы твои, между прочим.

- Не кипятись, - ответил ему Иосиф, - мне скоро вернут права и твои больше не понадобятся. Ты уже поставил подпись под петицией про концерт?

Гамилтон знал про инициативу группы молодых ангелов провести концерт с участием звезд уровня Дюка Эллингтона, Джона Леннона, Фредди Меркьюри и Уитни Хьюстон.

- Нет, это бесполезно. Наверху не хотят никаких реформ.

Тут по громкой связи объявили:

- Номер 666-бис подойдите к 5678 окошку.

Гамилтон вздохнул.

- Мой номер. Подожди здесь, я скоро.

Примерно через полчаса, изрядно помятый в толпе Гамилтон вернулся к стойке бара. Возле которой Иосиф весело болтал с девицей из протокольной службы.

- Ты разве не боишься неприятностей, - удивился Гамилтон.

- В этом углу камера не работает, - сказал Иосиф и показал на заклеенную жвачкой маленькую видеокамеру, встроенную в потолок. - Ну и куда сегодня?

- Минск, - ответил Гамилтон. Там сейчас очень горячо.

- С Богом, - перекрестил его Иосиф и исчез вместе со всей Службой доставки, ангелами и девицами из протокольной службы.

63 года до этого. 21 сентября 1959 года. Нью-Йорк. Центральный парк.

Ангел Гамилтон любил Нью-Йорк. Особенно район Центрального парка. Правда иногда там было довольно много работы. Вот и сейчас он забирал на небеса душу только что умершего в парке очень толстого человека, внезапно упавшего с лавочки. Душа сразу довольно нагло поинтересовалась:

- А вы почему на работе без маски?

Гамилтон вначале даже растерялся от такой постановки вопроса.

- Ну, нам по инструкции разрешено забирать души без соблюдения правили санитарного контроля. Души ведь не заразны. Все болезни остаются там, на Земле.

- То есть в раю, по-вашему, никаких инфекций нет? - поинтересовалась душа.

- Я точно не знаю, - дипломатично ушел от ответа Гамилтон. - Нас ведь в рай не пускают. Мы всего лишь - служба доставки.

- То есть я сейчас должен согласиться отправиться непонятно с кем и непонятно куда, - возмутилась душа. - Летят к черту все планы на будущее!

- Понимаете, у вас сейчас нет выбора, - терпеливо ответил Гамилтон. - Это там на Земле вы можете туда-сюда. А здесь ведь Вечность!

- Вечность, - фыркнула душа озираясь вокруг. - О, а это же я там внизу в окружении плачущих родственников.

- Не вы, а ваше бренное тело, - начал терять терпение Гамилтон. - Так вы летите со мной, или мне вызвать службу безопасности?!

- Кого, кого, - удивилась душа.

- Тех, кто не будет здесь с вами валандаться, а сразу доставит в спецприемник для буйных.

- Опаньки, и тут правовой беспредел, - сказала душа. - Сейчас бы взмахнуть руками, да и те внизу остались. А мы сейчас на каком километре?

- На нулевом, - с грустью ответил Гамилтон. - Я не могу начать движение, пока вы мне мозг здесь выносите. Вы даже не представляете, как ведут себя в вашем положении другие души. Плачут, молятся, каются. Но никто, поверьте, не занудничает так как вы.

- Я не занудничаю, не занудничаю, - сказала тогда душа. - Я просто пытаюсь разобраться в происходящем. Во, глянь, не успел умереть, а племянник уже бумажник из кармана под шумок свистнул. Ну и родственнички у меня. Один наглее другого. Как вы думаете, там, внизу искренне плачут? А по дороге туда, куда мы с тобой полетим кормить будут? А если будут, то хочу посмотреть меню. Мне жаренное нельзя. И мясо тоже. Пост ведь сейчас. А мне зачтется, что я от мяса только что отказался?

Гамилтон тяжело вздохнул и начал было набирать номер Небесного Центра с целью вызова службы безопасности. Но тут с небес раздался гром, мелькнули молнии и громкий голос сказал:

- Оставь его, Гамилтон. Он здесь не нужен. Пусть там, на Земле мозг выносит своим родственникам.

Гамилтон облегченно вздохнул и взглянул вниз. Там недавно умерший внезапно ожил и погнался за своим племянником с криком:

- Верни бумажник, сволочь. Там целых пятнадцать долларов!

Гамилтон дал отбой Небесному Центру и подумал:

"Удивительно, но все-таки зануды живут дольше других. И многие их родственники и знакомые уже готовы сами умереть, чтобы только с ними не встречаться"!

И решил, раз уж так сложились обстоятельства немного отдохнуть в небе.

Ангел Гамилтон любил летать на крыльях самолетов. При виде еще очень редких в конце 50-х годов в небе "Боинга" или "Кометы" у Ангела сладко замирало сердце. Как у обычного пацана замирает сердце при появлении мотоцикла с хромированным бензобаком и кожаными сидениями. Кататься на крыльях было строго запрещено Небесным Кодексом, но наверху сквозь пальцы смотрели на эти невинные, как там считалось, чудачества. Ведь ангелам тоже надо было как-то отдыхать. Поэтому они так любили самолеты. Особенно, если те летели в нужном направлении.

Вот и сейчас, заметив реактивный "De Havilland Comet" забравшийся на высоту восемь километров, Ангел тотчас же догнал его и пристроился на правом крыле. Над ревущими двигателями возле иллюминаторов. Которые все были задернуты створками. Это означало, что пассажиры мирно спали после сытного обеда. Правда из одного иллюминатора на Ангела смотрел маленький мальчик. Гамилтон знал, что он невидим, но не удержался и подмигнул мальчику. И тот вдруг подмигнул в ответ.

"Совпадение", - подумал Ангел, отвернулся и стал смотреть по сторонам. Внизу убегали назад кучерявые облака, впереди по курсу привычно сиял огромный диск солнца. Все было, как всегда. Но что-то было не так. Что, Ангел никак не мог понять. Что-то тревожило его на этот раз и не давало испытать то наслаждение, которое обычно приходило сразу же после нахождения в воздухе самолета. Ведь пути ангелов и самолетов не всегда совпадают.

Гамилтон снова посмотрел на мальчика и шутя отдал ему честь. Мальчик в ответ приложил маленькую руку к кудрявой голове. Все сомнения исчезли, мальчик его видел. А ведь люди никогда не видят своих ангелов. Впрочем, как и чужих. Точнее видят, но только за несколько минут перед смертью. Или, когда ангелы вмешиваются в их судьбу. А Гамилтон хотел сейчас только одного - наслаждаться полетом. И ни в коем случае ни во что не вмешиваться. Но он был очень умный ангел и быстро догадался, что самолет, парящий в небе не должен был долететь до своего аэропорта.

Ангелам ни в коем случае нельзя изменять жизнь людей. Точнее можно, но надо сначала подать заявку, ждать, когда ее рассмотрят, поставят несколько маленьких печатей, которые утвердят одной большой печатью...

"Чертова бюрократия", - подумал Гамилтон, тут же перекрестился, плюнул через левое плечо и огляделся по сторонам. Вдруг кто-то прочитает его не самые правильные мысли. Но никого в округе на сотни километров не было. Был только самолет, которому сужено погибнуть через несколько минут, маленький мальчик, корчащий рожицы в иллюминаторе и Ангел. У которого не было разрешения действовать. Точнее было, но за такое полагалось полторы тысячи лет отлучения от полетов над Землей.

И Гамилтон вошел в самолет. Вошел, как могут входить только ангелы. Подумал, взял и вошел. В самолете было тихо. Большинство пассажиров мирно спали, кто-то уткнулся в книгу, один мужчина пил что-то из стеклянного стаканчика. "Виски", - решил Гамилтон и пошел вдоль рядов внимательно вглядываясь в лица пассажиров. Множество лиц. Старых и молодых. Умных и не очень. Но все не то, не то, не то! И только в самом хвосте Ангел нашел того, кого искал. Человек маленького роста, сидящий в одиночестве у прохода нагнулся и вытащил из-под сидения сумку. Открыл ее, громко закричал на весь самолет что-то невнятное и нажал на каком-то устройстве кнопку!

Точнее хотел закричать и хотел нажать. Но не успел. Гамилтон за секунду до этого проник ему в мозг и разрушил его. Разрушил на самые мельчайшие частицы, которые уже никогда не смогли соединиться в одно целое. Даже если бы их соединял сам Дьявол.

Потом, покидая самолет, Ангел посмотрел на спящих пассажиров, на воркующих в хвосте стюардесс и на мальчика, который глядел на него широко открытыми от удивления глазами.

- Как тебя зовут, - прошептал мальчик.

- Гамилтон - ответил ему Ангел и улыбнулся.

- Спасибо, Гамилтон, - сказал мальчик

- Пожалуйста, - ответил Ангел. Он всегда был очень вежлив. А то, что пока он разговаривал с мальчиком на его поясе запищал Индикатор Гамилтон просто не заметил. Слишком много событий произошло за последние несколько минут. Затем Ангел еще немного покачался на крыле самолета и резко ушел вверх. Ему уже пришло извещение о грубейшем нарушении Небесного Кодекса и приглашение на Суд.

"В конце концов, полторы тысячи лет, не так уж и много", - подумал Гамилтон. - "Но вот будут ли тогда самолеты"...

Глава 2

22 сентября 1959 года. Небо. Суд.

«Прошу всех встать. Суд идет». Ангел Гамилтон растерянно смотрел в зал заседания. Уже выступили прокурор и защитник. Прокурор настаивал на максимальном сроке в силу тяжести содеянного. Защитник просил о снисхождении в сто лет в виду безупречного поведения обвиняемого последние триста лет.И вот судья оглашает приговор: «Перевод в категорию U-2». Что означало работу только с суицидникам.

- Ты легко отделался, - рассуждал ангел Иосиф через полчаса в баре возле суда. – Кто-то на нашем Небе к тебе явно не равнодушен.

- Никогда в жизни больше не вмешаюсь в жизнь людей, - ответил ему Гамилтон через трубочку потягивая эфир. – На небе и своих проблем хватает. Ну их всех к черту.

Иосиф испуганно оглянулся, но никого рядом не было.

19 октября 1959 года. Нью-Йорк. Эмпайр-стейт-билдинг

.Молодой человек, тяжело дыша, стоял на карнизе боясь посмотреть вниз. Его всего трясло от возбуждения, руки лихорадочно вцеплялись в стену небоскреба Эмпайр-стейт-билдинг.

- Прыгнуть хочешь? - внезапно раздался голос, идущий откуда-то сверху.

Молодой человек поднял голову и увидел парящего над ним ангела.

- Ты, ты кто? - его голос так сильно дрожал, что внезапно стал каким-то писклявым.

- Гамилтон - ангел по особым поручениям. Разреши, я присяду рядом с тобой.

- Да, конечно, присаживайтесь. Но послушайте, ведь я же еще не умер. Почему тогда я вас вижу?

- Ангелов люди видят за несколько минут до смерти. Или, когда ангелы сами этого захотят. - Гамилтон посмотрел вниз и присвистнул. - Ого. 98 этаж. Лететь несколько минут придется. Не боитесь?

- Боюсь, - сказал молодой человек, - с недоумением глядя на ангела. - А что делать?

- Понимаю, - сказал Гамилтон. - Она вас бросила. Работы нет. Банк кредит требует.

- Откуда, откуда вы знаете?

- Так тут место такое. Каждый день кто-то прыгает. Хоть живи на этом карнизе. Кстати, вы не подождете минут десять-пятнадцать. Я слетаю вниз выпить кофе. Вы любите кофе?

- Люблю. Но позвольте, какое сейчас может быть кофе?

- Правильнее говорить какой. А я лично предпочитаю арабику из Лаоса. Внизу есть приличная кофейня. Хозяин - грек. Полихроний. Не знаете такого?

- Нет. Позвольте мне все-таки прыгнуть!

- Пожалуйста-пожалуйста. В принципе, я могу выпить кофе и потом. Вот отвезу вашу душу на небеса. Сдам по описи, как положено.

- А как положено?

- Ну там все сначала проверят. Биографию посмотрят. Перечень грехов опять же.

- У меня нет грехов!

- Грехи есть у всех. Не все их помнят. Так вы будете прыгать или как?

- Подождите. Расскажите, как там у вас все устроено?- Ну, это длинный рассказ. Скоро сами все узнаете. Кстати, у меня зеленый пропуск.

- Что значит зеленый? Это хорошо или плохо?

- Конечно, хорошо. Если бы вас подобрал ангел с синим пропуском, или, не дай Бог, с красным, знаете сколько бы времени потом потратили на входе. А с зеленым - зеленый коридор!

- Постойте. Дайте закурить перед прыжком. Я ведь имею право на последнюю затяжку?

- Если бы жизни лишали, то да. А в вашем случае нет. К тому же, курить вредно.

- Очень смешно. Кстати, меня Ричард зовут.

- Мне ваше имя ни к чему. Давайте, или прыгайте, или я полетел. Почему люди так уверены, что у нас, ангелов, много свободного времени?

- Ну, хорошо. Была, не была. Прощай, Джулия!!! - молодой человек с криком оторвал руки от стены и шагнул в пропасть.

Ангел Гамилтон тяжело вздохнул и спикировал вслед за ним вниз. На 57 этаже он увидел сидящего на карнизе своего друга ангела Иосифа.

- Привет. Все развлекаешься? - Иосиф подвинулся и дал Гамилтону возможность сесть рядом. - Только что твой пролетел.

- Ага. Сейчас обратно прилетит. Они ведь не знают про сетку на 29 этаже.

Тут мимо них вертикально вверх пролетел молодой человек. Его лицо выражало крайнее изумление.- Привет, Ричард, - благожелательно сказал ему Гамилтон. И добавил, когда тот пролетал уже вниз: - Пока, Ричард.

- Ну что закурим, - спросил Гамилтона Иосиф. Тут нас не увидят, не бойся.

Ангелы закурили и еще некоторое время с интересом наблюдали за молодым человеком, подпрыгивающим на строительной сетке вверх и вниз.- Все-таки, люблю я эти небоскребы Нью-Йорка, - заметил Гамилтон. - Они великолепно оздоравливают любую психику.

Ангел Иосиф согласно кивнул головой гася почти докуренную сигарету о край карниза и пряча окурок в карман хитона.

- Да и нам меньше работы, - добавил он и улыбнулся своею ангельской улыбкой.

1 января 2021 года.

Небо. Гальсингфорский сад

Гамилтон шел по тропинкам мимо повозки, запряженной оленями. На повозке дремал забавный старик в красном колпаке. «Вот и начался Новый год», - подумал Гамилтон – «Интересно, что хорошего он нам всем принесет»? На стене объявлений в конце сада было пусто. Висело только одно воззвание о концерте мировых звезд.«Никак эти молодые реформаторы не успокоятся», - подумал Гамилтон. – «Ну кто им разрешит здесь вместо База и Моцарта исполнять «Can't Buy Me Love» или «"America the Beautiful"!На небе царил твердый порядок и вечный конформизм.

29 октября 2020. Минск

Ангелы Гамилтон и Макрос барражировали над центром Минска делая фото и видео съемку всего происходящего внизу. А внизу, как обычно по воскресениям, ОМОН разгонял протестующих дубинками, светошумовыми гранатами и водометами.

- Вот, снимай, снимай, - ангел Макрос кричал Гамильтону. - Сейчас того парня с флагом догонят и мочить будут.

- Да снимаю я, снимаю, - отвечал ему Гамилтон. Он в отличие от Макроса, которого прислали из Небесного Центра только сегодня, уже два месяца работал в этом городе, фиксируя все происходящее. Зачем, Гамилтон не очень понимал. Но приказ есть приказ. Поговаривали даже, что он поступил с самого верха.

- Эх, как же хочется вмешаться во все это, - вздохнул Гамилтон. - Ведь там, внизу, уже даже детей бьют.

- Ты что, - испугался Макрос. - Даже думать не смей. В Центре узнают о нарушениях такие санкции введут, что мало ни одному ангелу не покажется. К тому же там все внизу сторонники мирного протеста.

- Да знаю я, знаю, - досадливо поморщился Гамилтон. - Но как же надоело мне ни во что не вмешиваться.- Давай лучше подумаем, как будем посылать информацию наверх. Интернет-то тут совсем не работает.

- Через спутники Маска пошлем. Сейчас это самый удобный способ передачи. Смотри, смотри, что там вытворяют!Внизу омоновец схватил девушку за волосы и волок ее в автозак.

- Нет, я так больше не могу, - рассвирепел Гамилтон и достал из кармана хитона маленькую коробочку.- Это что такое? - удивился Макрос. Потом, внимательно посмотрев, присвистнул. - Это же машинка перемещений. Ты что, стащил ее из музея? Она же не работает. Там хранится только копия. А оригинал, - тут Макрос перешел на шепот. - Сам знаешь у кого.

- Вот сейчас и проверим: работает она или нет, - хладнокровно ответил Гамилтон. - Устанавливаем время... Я думаю в год так 1943 его отправить.

И Гамилтон навел прицел на первого омоновца. Потом еще на нескольких человек в форме космонавтов. Макрос с ужасом смотрел на Гамилтона и мелко, мелко крестился.

12 апреля 1943

Третья рота зондеркоманды СС Оскара Дирлевангера шла строем в баню когда буквально с неба в метрах ста от нее на землю посыпались какие-то люди в странных черных костюмах."Партизанен"! - раздался крик с головы колонны. Рота быстро рассредоточилась и окружила незнакомцев. Командир роты гауптшарфюрер Эрнст Гравиц с удивлением рассматривал пленных.

- Кто есть командир группы? - на ломанном русском языке спросил он и брезгливо хлыстом тыкнул одного из них.Тот глядел на него каким-то безумным взглядом и только молча шевелил толстыми губами.

- Это что, это вы кино снимаете, да? - только и смог он выговорить после долгой паузы.Гауптшарфюрер усмехнулся.- Это не есть кино. Это есть реальный жизнь. Увести этих. К вечеру они нам все расскажут.

Вечером Эрнст Гарвиц пил пиво с баварскими сосисками в небольшом кабачке в центре Минска и громко смеясь рассказывал обо всем произошедшем другим офицерам зондеркоманды.- Представляете, они доказывали, что попали к нам из будущего. Русские ничего смешнее не могли придумать. Пришлось применить третью степень. Сломали всех и сразу. Это отдельная диверсионная группа, посланная взрывать железнодорожные пути на участке Минск-Барановичи. Как они оказались в центре Минска и где их парашюты, пока непонятно. Но допрос продолжается. Наши ублюдки вынут из них все что можно!А ублюдки из зондеркоманды Оскара Дирлевангера знали свое дело очень неплохо. Ведь в нее отбирали самые отбросы со всей Европы. Убийцы, насильники, мошенники всех мастей выполняли всю грязную работу на территории оккупированной Белоруссии.Вот и сейчас они хладнокровно смотрели на уже бывшего лейтенанта Минского Омона Дмитрия Барабу, превращенного ими за несколько часов допроса в кусок мяса. Тот, едва шевеля окровавленными губами шептал:- Я скажу все, что вы хотите. Только не бейте. Я готов сделать все, что вы прикажете. Только не бейте. Мы все такие же ублюдки, как и вы. Только не бейте.- Хорошо, - сказал ему толстый унтер-офицер, подавая стакан воды. - Нам в роте нужны ублюдки. Но придется пройти проверку. Расстреляешь своих товарищей, возьмем тебя в свою команду. Ну как, согласен?- Согласен, - после недолгой паузы сказал бывший омоновец. И вытянув вперед руку прошептал:- Хайль, Гитлер.Через две недели после этих событий вся зондеркоманда была поднята по тревоге. Пришедший в себя, переодетый в форму СС и прошедший проверку Дмитрий Бараба сидел в одном из грузовиков, зажав автомат между ног.- Куда мы едем, - шепотом спросил он у сидящего рядом солдата.- Не знаю точно, - равнодушно ответил тот. Какая-то деревня. Хатынь вроде...

15 мая 2015

- Итак, вы хотите служить в минском ОМОНе... похвально, похвально. Мы изучили ваше личное дело. Никаких претензий нет. Только вот... Дмитрий Бараба - один из самых известных карателей зондеркоманды Оскара Дирлевангера. Ваш, как ни странно, полный тезка. Расстрелянный по приказу военного трибунала в мае 1945 года. Он родственник?- Нет. Впервые слышу о таком.- Впрочем, это не является препятствием к службе в ОМОНе. Поздравляю. Вы зачислены. Можете приступать к охране закона и порядка в республике Беларусь!

30 октября 2020

Ангел Гамилтон настроил машинку перемещений на миллион лет до нашей эры. В эпоху динозавров. И поймал в прицел еще одного омоновца...

23 июня 2021 года. Нью-Йорк. Центральный парк

Ангел Гамилтон, пролетая над Центральным парком со своим напарником ангелом Иосифом, заметил как человека, что-то увлеченно пишущего в смартфоне, сбил на полной скорости велосипедист. И через несколько мгновений от тела пешехода поднялась вверх душа.

- Ты будешь забирать? - спросил Иосифа Гамилтон. - Сегодня уже третий со смартфоном.- Нет, я пас. К тому же у меня фитнесс, потом бассейн и спа. - Иосиф заложив крутой вираж исчез в облаках, а Гамилтон, тяжело вздохнув, полетел оформлять вновь прибывшего.

- Скажите, а Фейсбук у вас здесь есть, - перво-наперво спросила душа, - тревожно оглядываясь по сторонам. - Мне надо срочно закончить важное сообщение.- У нас есть вечность, - ответил Гамилтон. - И здесь запрещены социальные сети и чаты. Но есть игра на арфе. Можно закончить курсы.- Вы не понимаете. Мне надо обязательно доделать одно важное дело!- Понимаю, - сказал Гамилтон. - Но мы всего лишь служба доставки. И у нас нормативы. Двадцать минут от момента когда душа отлетела и до врат. За опоздания штрафуют. Подрезают крылья, отнимают сигареты...- Так здесь разрешено курить, - обрадовалась душа. - Вот жизнь и налаживается. Можно я стрельну у вас сигаретку?

- Нет. Тут даже ангелы курят втихомолку. Тут очень строго, - вздохнул Гамилтон. - Давайте уже оформляться.С трудом доставив новую душу до врат и сдав ее по описи, Гамилтон полетел в курилку. Так ангелы называли укромное место за обратной стороной Луны. Там Гамилтон достал из кармана хитона смартфон и вошел в чат "Ангелы и Демоны". И послал свое первое сообщение. Потом оглянулся и, увидев множество ангелов задумчиво тыкающих крыльями в свои смартфоны, подумал:" Раньше хоть Библии читали".Но тут Гамилтон получил первый лайк и с головой погрузился в сладкий мир социальных сетей Того света...

15 июля 1939 года. Лондон

Раньше в небе летали только птицы и ангелы. Но потом появились самолеты. И сразу нарушилось все небесное благолепие. Самолеты нещадно разрезали небесную синь, чадили моторами, рубили зазевавшихся птиц винтами и пугали привыкших к тишине и покою ангелов. Но среди ангелов был один, который сразу полюбил эти нелепые поначалу этажерки. И звали его Гамилтон.

Гамилтон обожал кататься на крыльях самолетов. Особенно когда те научились делать фигуры высшего пилотажа. При очередной бочке или мертвой петле у Ангела сладко замирало сердце и сосало под ложечкой. А уж при заходе в штопор Гамилтон и вовсе, как какой-нибудь пацан при спуске с крутой горки, визжал от восторга и иногда даже показывался отчаянному и больному на всю голову от полетов летчику. Что, кстати, было строжайше запрещено Небесным кодексом. Летчик после такого полета, конечно, рассказывал друзьям, что видел ангела, но те только смеялись и крутили пальцем возле висков.А потом началась война. В Первую войну самолеты были еще маленькие и неуклюжие. Гамилтон внимательно наблюдал, как летчики начали стреляли друг в друга из револьверов и кидать на землю гранаты. И эта изменившаяся картина мира ангела очень расстраивала. А потом началась Вторая война. Самолеты стали летать гораздо быстрее и их скорость сравнялась со скоростью полетов ангелов. У самолетов появились пушки и пулеметы и бомбы. И они принялись уничтожать все живое на земле и в небе. И в первую очередь друг друга. Гамилтон тогда впервые подумал, что кататься на крыльях и визжать от восторга ему уже не очень хочется.А в июле 1940 года началась первая в мировой истории воздушная битва, вошедшая потом в учебники под названием "Битва за Британию". Сотни немецких "Мессершмитов" и "Юнкерсов" пересекали Ла-Манш и нападали на английские аэродромы и города. Им противостояли сотни "Спитфайеров" и "Харрикейнов". Именно тогда среди английских летчиков появилась легенда о Черном Ангеле. Ангеле, воюющем на стороне немцев и помогающем им сбивать английские самолеты. Немногие уцелевшие в боях летчики потом, сидя в баре и сбивая накал боев с помощью виски, рассказывали как в последний момент перед гибелью самолета мимо них пролетал этот самый Черный Ангел. Но летчикам никто не верил, списывая все эти их видения за счет нервных срывов. Никто не верил кроме других летчиков. А ведь ангелам ни в коем случае нельзя вмешиваться в жизнь людей. Точнее можно. Но для этого им надо сначала подать заявление установленной формы в Небесную Канцелярию. И потом ждать, когда на него поставят несколько маленьких печатей и на них ляжет одна большая печать.

Гамилтон же занимался тем, чем ему поручили заниматься наверху с началом Второй войны - оформлял документы на убитых летчиков и отправлял их потом в Небесную канцелярию. Работы было много. Слишком много. На Гамилтона с удостоверений личности смотрели молодые парни, которых уже никогда не дождутся их семьи. А он все больше и больше размышлял о превратностях войны.- Что сидишь, все свои бумажки перебираешь, - внезапно раздался старый скрипучий голос.Гамилтон оторвался от документов и с удивлением увидел, что рядом с ним остановилась сама Смерть. Последние дни он часто видел, как она летала от одного самолета к другому, падала в море вслед за упавшими в ледяную воду летчиками или сопровождала тонувшие в проливе корабли. Но Смерть никогда раньше не приближалась к ангелам. К тому же им строго-настрого запрещено разговаривать со старухой, поэтому Гамилтон, пожав плечами, ничего ей не ответил.- Ну-ка, покажи свою документацию. Так: сержант Хэрри Ньютон – 21 год, лейтенант – Том Хеллоуз – 23 года. Лейтенант Боб Хьюз – 22 года. Да, пошла рубиловка. Давно у меня такого урожая не было. Слыхал про Черного Ангела?Гамилтон молча покачал головой.- Вот нежданно-негаданно помощник у меня появился. Слепит англичан из своего зеркальца, а пока те глаза протирают, немцы их и того. Уже десяток самолетов ко дну помог пустить. Кокаинчику не хочешь нюхнуть?Гамилтон опять молча покачал головой боясь раскрыть рот.- Ну, как знаешь. У русских в Париже взяла. У русских всегда самый лучший кокаин. А тебе я про черного Ангела не просто так рассказала. Не люблю предателей. Хотя сама родом из них.С этими словами Смерть бесследно исчезла. Гамилтон облегченно вздохнул, подумав, что удивительно, что Смерть тоже когда-то родилась, и снова занялся оформлением документов. Но мысли о Черном Ангеле не шли у него из головы. Гамилтон много слышал о нем, но ни разу пока его не встречал. По имеющейся у него достаточно отрывочной информации Черный Ангел был изгоем. Или вечным странником. Он обычно путешествовал по Вселенной где-нибудь на ее далеких окраинах. А на Земле появлялся только когда там начиналась какая-то крутая заварушка. Когда толпы народа начинают верить какому-нибудь своему вождю и начинают уничтожать другие народы и самих себя. И Гамилтон понял, что нынешние сражения в воздухе – это только начало каких-то очень и очень больших событий.Черного Ангела необходимо было срочно остановить. Но как? Ангелы не могут воевать против ангелов. К тому же все они бессмертны. Ангелы в небе боятся только одного… И Гамилтон после долгих раздумий решился.

Чешский летчик Йозеф Франтишек готовился к очередному вылету на своем «Харрикейне» на перехват немецких «Мессершмитов» над Ла-Маншем когда увидел на левом крыле ангела. Летчики – единственные на Земле люди, которые довольно часто видят в небе ангелов. «Вероятно, сегодня будет мой последний вылет», - подумал Йозеф застегивая ремни. Он потряс головой, но ангел не исчезал. Более того, он улыбнулся летчику. А потом сказал:- Привет.- Привет, - ответил ему летчик. – Что тебе от меня надо?- Помощь.- Помощь? - удивился летчик. – Я думал, это ангелы помогают людям.- Обычно, да, - ответил Гамилтон. – Но не сейчас. Ты что-нибудь слышал о Черном Ангеле?- Еще бы. Его видели двое ребят из нашей эскадрильи. А что?- Просто Черный Ангел воюет на стороне немцев. И что-то мне подсказывает, что скоро воздушная битва за Британию закончится полным вашим поражением, а немцы начнут свою операцию «Морской Лев».- И что мне надо сделать?- Всего-навсего сбить Черного Ангела.Летчик засмеялся:- Ты это серьезно? И почему именно я?- Я изучил биографии всех ваших асов. У тебя пока не очень много побед – всего три. Но ты из них самый отмороженный. Ты ведь успел повоевать и в Польше и во Франции?- Да. Ты весьма осведомлен.- На Небе все про людей известно. Я еще знаю, что тебя пару раз пытались отчислить за воздушное хулиганство, что ты любишь летать в одиночку и что ты отлично владеешь высшим пилотажем. А это умение нам очень даже понадобится.- Нам?- Да, нам. Черный Ангел невидим для простых людей. Но не для ангелов. Я буду твоими глазами.

- И как мне его прикажешь сбить. Из пулемета?- Нет. Ангелы бессмертны. Единственно чего все мы боимся – это попасть под винт самолета. Потому что тогда повреждаются крылья, и ангел отправляется на пару месяцев в ремонт.- В ремонт?- Ну я так выразился, чтобы тебе было понятно. Мы рубанем винтом Черного Ангела и у Британии будет время, чтобы переломить ситуацию.- Что за черт! Прости, забыл с кем разговариваю. Ну, если от меня зависит судьба этого маленького острова, то я, конечно, согласен.- И не только острова, - тихо сказал Гамилтон, но Йозеф Франтишек его не услышал. Он мысленно уже чертил рисунок воздушного боя.- Так, а какая скорость у этого проклятого Черного Ангела? И мне нужны все его тактико-технические характеристики. Потолок, скороподъемность, дальность. И вооружение.- Зеркало, - ответил ему Гамилтон на последний вопрос. – Обыкновенное зеркало. Давай перейдем к обсуждению деталей боя. Я расскажу все, что знаю о Черном Ангеле.Прошло несколько недель после этой встречи. Во время посадки на свой аэродром самолет чешского летчика Йозефа Франтишка потерпел крушение. Летчика выбросило из кабины, и он мгновенно погиб. На фюзеляже его «Харрикейна» к тому моменту было нарисовано 17 немецких крестов. 17 крестов и один маленький черный ангел. Но никто тогда не обратил на это никакого внимания. Заканчивалась Битва за Британию. Люфтваффе потерпело в ней полное поражение, и Гитлер приказал прекратить налеты на остров и отменил операцию «Морской Лев».

P.S.Прошло много лет после тех событий. 11 сентября 2000 года маленький мальчик в ясный воскресный день шел с мамой в кино смотреть мультфильм.- Смотри, мама, смотри, - внезапно закричал он. – Черный Ангел!- Успокойся, малыш. Черных ангелов не бывает.- Нет бывает, бывает! Я его вижу. Вон над тем большим домом. Давай сегодня не пойдем в кино!- Как так не пойдем? У нас бесплатные билеты. Там же будет так весело и интересно. Все твои друзья сегодня там будут.Но малыш заплакал, и мама в растерянности остановилась посреди улицы...Дмитрий Зотиков

Глава 3

20 февраля 2022 года

Ангел Гамилтон любил путешествовать среди людей. На самолетах, пароходах, поездах. Конечно, это было строго запрещено Небесным кодексом. Но наверху смотрели сквозь пальцы на такие проступки, если ангел был в отпуске.

А Гамилтон после напряженной работы во время последней эпидемии заслужил самый длинный отпуск, из тех что дается ангелам. Десять земных суток.

И вот он в обличии католического патера, а сутана очень помогала скрыть крылья, идет по перрону на поезд Белград - Подгорица. Впереди его ждет увлекательное путешествие, общение с дамами в вагоне-ресторане, партия в преферанс с отставными офицерами, а по вечерам в купе можно и начать написание романа «По Млечному пути». Гамилтон давно мечтал написать роман. Как и все начинающие авторы он стремился начать сразу с больших форм.

Вокзальная суета немного утомила Гамилтона, поэтому он вышел из своего купе только когда поезд тронулся. Вы уже, вероятно, поняли, что это был непростой поезд. Это был поезд для тех, кто мог себе позволить заплатить за комфорт, потягивая дорогой виски и рассматривая прекрасные виды за окном. Которые, впрочем, иногда прерывались туннелями. И тогда в поезде становилось темно и было как-то странно ощущать, что над тобой может находиться гора высотой полтора или даже два километра.

Через несколько часов после отправления туннелей становилось все больше и больше. Пассажиры престали обращать на них внимание и занялись своими делами. Кто-то уже флиртовал с дамами. Кто-то в купе тасовал колоду. В ресторане подавали шампанское и фуа-гра.

Гамилтон заказал себе бутылочку Бургундского урожая семнадцатого года, своей любимой холодной осетрины с русской горчицей и жареные каштаны. В предвкушении знатного обеда ангел оглядел ресторан. За соседним столиком сидел толстяк, по виду напоминавший коммивояжера. Он жадно огладывал свиное колено и пил немецкое пиво «Кромбахер». Чуть далее оживленный разговор вели две дамы. Причем одна говорила по-русски, а вторая отвечала ей по-польски. И обе весело смеялись.

Гамилтон, решив, что после обеда попробует познакомиться с дамами рассказав им несколько еврейских анекдотов. А пока, ожидая заказ, стал смотреть в окно. В котором, впрочем, ничего не было видно. Поезд только что вошел в очередной туннель. От скуки Гамилтон начал считать секунды, загадав что туннель закончится где-то через минуту. Но ни через одну, ни через две, ни через пять минут этого не произошло. Поезд упорно продолжал двигаться в темноте, причем, как заметил Гамилтон, значительно прибавив при этом скорость.

- Скажите, милейший, - Гамилтон поймал за руку официанта в белой манишке и с короткими, завивающимися наверх усиками. – Почему поезд так долго находится в одном туннеле. По моим расчетам мы едем в нем уже почти тридцать километров.

- О, не беспокойтесь, - ответил ему улыбаясь официант, - Вам просто показалось. Тут так много туннелей, что они сливаются в один. Просто не обращайте внимания и отдыхайте, святой отец.

Наконец-то Гамилтону принесли все, что он заказывал. Правда вино было не такое холодное как он любил, а каштаны не такие зажаристые. Но осетрина была великолепна.

«И все же в этом есть что-то странное», - продолжал размышлять ангел. Что, впрочем, не помешало ему начать трапезничать. – «Почему никто из пассажиров не замечает, что мы едем в полной темноте»?

- Простите, ради Бога, - Гамилтон решил обратиться к толстяку, уже расправившемуся к тому времени с огромной, свиной коленкой. – Вы не замечаете ничего странного?

- Что может быть странного, святой отец, - удивился толстяк, вытирая салфеткой жирные губы. – Жизнь прекрасна и удивительна.

- А то, что мы уже почти час едем в полной темноте, вас разве не пугает?

- Я думаю, что и машинист, и поездная бригада в курсе нашего направления. – Толстяк достал гаванскую сигару, отрезал кончик специальными ножницами и закурил. – Я лично готов ехать в темноте сколько угодно, лишь бы здесь продолжали кормить так же вкусно, как и сейчас. Ха-ха.

Внезапно в вагоне погас свет и стало абсолютно темно. Послышался грохот падающих тарелок, чьи-то крики. Спустя несколько минут зажглось аварийное освещение. В слабом, красном свете Гамилтон увидел толстяка. Он лежал, уткнувшись лицом в тарелку. Гамилтон встал и потрогал пульс на его шее. Пульса не было. Две, недавно так весело болтающие дамы, также сидели в своих креслах в нелепых позах. В проходе лежал официант.

«Случилось что-то, что выходит за пределы человеческого разума», - лихорадочно размышлял ангел. – «И это что-то…»

Гамилтон взял со стола бутылку виски и начал продвигаться к первому вагону. По пути ему встречались лежащие в проходах пассажиры и кондуктора. Ни у кого из них не было пульса. Наконец ангел добрался до двери, ведущей к машинисту. К удивлению, та оказалась открыта. В кабине был свет, сверкали какие-то многочисленные лампочки. На месте машиниста сидел человек.

- Привет, Аббадон, - тихо произнес Гамилтон. – Давненько мы с тобой не виделись.

Человек резко обернулся и вскрикнул от изумления.

- Гамилтон, что ты тут делаешь? Небесным кодексом запрещено…

- Небесным кодексом разрешено бороться с падшими ангелами, - ответил ему Гамилтон, и резким ударом опустил бутылку виски на голову визави. Машинист всхлипул и сполз на пол. Гамилтон после некоторого изучения ручек управления остановил поезд и, включив освещение, дал задний ход. Затем пошел обратно по вагонам в ресторан. В проходах поднимались люди, явно не понимающие, что с ними только что было. В ресторане две дамы удивленно смотрели друг на друга и начинали весело смеяться. Толстяк вынул лицо из тарелки и пытался раскурить погасшую сигару. Гамилтон допил вино из бокала и сказал вставшему с прохода официанту:

- Счет, пожалуйста. И включите в него бутылку хорошего шампанского вон для тех двух дам.

Глава 4

19 октября 2022 года

Ангел Иосиф после очередного успешного выполнения задания Небесного Центра бесцельно барражировал над городом. Ему по всем правилам полагался трехдневный отпуск, и Иосиф размышлял на тему, где его лучше провести. Последнее время работы было слишком много и отпуск уже не казался чем-то лишним. Который ничто не могло испортить, если только не случится что-то крайне неординарное...

И тут на поясе Ангела запищал Индикатор. Это было так неожиданно, что он даже вздрогнул. Последний раз такое событие произошло много месяцев назад, и Иосиф прекрасно его помнил. А внизу на лавочке сидела девочка лет семи-восьми и гладила примостившегося на ее коленях кота. Ангел немного покружил возле них, чтобы убедиться, что ошибки нет. Но индикатор уверенно пищал, а других детей рядом не было. "Ну что ж, накрылся отпуск", -

подумал Иосиф. Но он нисколько об этом не жалел. Сегодня его повстречала редкая удача. И Ангел тут же послал сообщения в Небесный Центр, понимая, как там ему обрадуются. Ведь ни на Земле, ни на Небе никто так и до сих пор и не понял, почему иногда, очень и очень редко, рождаются дети, из которых потом вырастают гениальные изобретатели, летчики, крутящие фигуры высшего пилотажа или писатели, чьи книги зачитывают миллионы. Но на Небе знали, что таких детей надо искать и потом оберегать от всех возможных в этой жизни неприятностей. Ведь именно они, вырастая, толкают Землю ногами, не давая ей остановиться. А если Земля остановится, то и ангелам в небе нечего будет делать.

А из Небесного Центра уже пришло сообщение, что Самый Главный Ангел тут же вылетает на своей Небесной Карете и что надо уже с этой минуты начинать оберегать ребенка. И Ангел Иосиф, приземлившись на лавочку, начал смотреть, чтобы кошка не смогла сильно поцарапать девочку.

"Девочка, как девочка", - думал он. - "Две косички и немного хулиганистые глаза". Но Индикатор никогда не ошибался. И Ангел принялся ждать прилета Небесной Кареты и других Ангелов.

Торжественная церемония Посвящения прошла довольно быстро. Девочка получила подарки (родители в этот день узнают, что выиграли в лотерею детский велосипед и путевку в международный детский лагерь), ангелы спели ей свою песню, а Самый Главный Ангел поцеловал ее в самую макушку. Это означало, что с этой минуты девочка находится под защитой Неба. "Никто не знает, что дальше будет с этой девочкой. Кем она вырастет. Ангелы ведь только помогают и все. Но быть под их защитой всегда приятно". Так думал Самый Главный Ангел садясь после церемонии в свою Небесную Карету. И тут на его поясе запищал Индикатор. Который уверенно показывал на старика, сидящего на соседней лавочке. И Самый Главный Ангел все понял. Произошла ошибка. Такое иногда бывает. Даже на Небе. Даже среди Ангелов.

Девочка только что прошедшая обряд Посвящения была обычной девочкой. Как и все девочки. А старика в детстве просто не заметили. Пропустили. Промазали. Профукали. Самый Главный Ангел не стал исправлять ошибку и лишать девочку своего покровительства. Он подошел к старику и вдруг понял, что тот его тоже видит. А ведь люди никогда не видят своих ангелов. Впрочем, как и чужих. Точнее видят, но только за несколько минут перед смертью. Или, когда ангелы вмешиваются в их судьбу.

- Вы меня видите, - на всякий случай спросил Самый Главный Ангел.

- Да, - ответил старик, прищуриваясь на солнце. – Значит, я сейчас умру?

- Да, - ответил ему Самый Главный Ангел. - Вам страшно умирать?

- Нет, - ответил старик. - Я видел смерть. Я всю жизнь проработал детским хирургом, делал операции на сердце. 552 операции из них 541 успешная.

- Значит, вы спасли 541 ребенка, - уточнил Самый Главный Ангел.

- И потерял 11, - сказал старик и переспросил: - Так я умру?

- Да, снова ответил ему Самый Главный Ангел. - Вы обязательно умрете, как умирают все люди на этой планете. Но не сейчас. И не сегодня. И не на этой неделе. И не в этом году. Самый Главный Ангел подошел к старику и поцеловал его в макушку. А старик улыбнулся и сказал:- Это хорошо. Это просто замечательно. А вы, когда будете дома, обязательно передавайте привет ангелу по имени Гамилтон. Ангелу, который так любил кататься на крыльях самолетов.