Последний подарок судьбы

Глава 1

Одиночество давно вызывает у Кошки сильнейшую аллергию – стойкую, агрессивную; сжимает свою беззащитную жертву в цепких объятиях, не даёт сделать даже один-единственный полноценный вдох. Каждый день становится для давно не юной творческой леди на порядок тяжелее предыдущего.

От расстояний в отношениях ещё с давних, допандемических, времён мутит так, что перед глазами всё плывёт и кружится в ритме какого-то заморского бешеного танца. А высшие силы знай себе твердят:

"Время этих испытаний ещё не прошло. Готовься, милая: впереди круг почёта".

Кошка для порядка лапками помахала – мол, быть такого не может – но решила не сопротивляться. Как будет – так и будет.

Терапии от несезонных напа́стей, невесть когда свалившихся на хрупкие кошинные плечи, не найти, даже если очень хочется. Её ещё даже не придумали. И не важно, что позади уже осталась четверть двадцать первого века. Учёные (даже британские, как бы странно это ни звучало) понятия не имеют, как такое лечить. Им разобраться бы для начала, что стало причиной таких осложнений – вирус, инфекция или другая какая-то зараза – а потом решать, на каком транспорте к решению этой особо сложной задачки добираться удобнее. Время идёт, а воз и ныне там, где его оставили.

И Кошке с места не сдвинуться ни на шаг. Единственный путь к спасению от неве́домой заморской гадости оказался заблокирован. Без помощи тех, кто входил в ближайшее Кошкино окружение, не обошлось. Входил – потому что после такого неожиданно жёсткого, даже жестокого поворота событий никакого входа на прежнем месте больше нет. Его теперь нигде нет. Совсем. Потому что по-другому стало невозможно. Слишком часто через эту единственную дверь в Кошкин внутренний мир умудрялись проникнуть без разрешения.

Сами по себе приметы редко начинают ни с того ни с сего безошибочно в цель попадать. Им обычно нужна помощь. И она пришла с той стороны, откуда её совершенно не ждали: Кошкину младшую сестру вдруг настойчиво начали отправлять в семейную жизнь. Те самые люди, которые, глядя в грустные серые кошинные глаза, уверяли:

– Да куда ты спешишь? Всё у тебя ещё будет.

Знали, что ничего не будет, если сложится так, как хотелось бы им, но зачем-то всё равно заставляли Кошку верить в лучшее.

А она сама, ещё в детстве увидев действие той страшной приметы, всю свою жизнь открещивалась от похожей судьбы:

– Нет. Мне никто дорогу к счастью не перейдёт. Не будет этого ни-ког-да.

А потом, перед самым счастливым днём в жизни Кошкиной младшей сестры, та самая коварная народная мудрость ударила по семье их добрых соседей. И тогда Кошке стало по-настоящему страшно за своё будущее. Она изо всех сил гнала от себя тревожные мысли, но они упрямо возвращались обратно, продолжая разбрасывать семена сомнений в глубине беспокойной творческой души.

Кошка в одиночку совсем ничего не смогла сделать, чтобы защитить себя от прорастания этих семян. Попросту не успела – слишком благоприятное выдалось время. К сожалению, не для неё.

***

Дарэн появился в Кошкиной жизни внезапно – в тот момент, когда она уже почти поверила, что ничего не может сложиться удачно: ей давно не восемнадцать, поздновато начинать новую историю и надеяться, что на этот раз точно не придётся рвать и жечь очередные черновики, которые ещё и горят из рук вон плохо. К тому же, стараниями близких, у сестры всё сложилось раньше. Куда одной хрупкой Кошке сражаться против проверенной века́ми народной мудрости? Но в том са́мом "почти" оставались невидимые невооружённым глазом частички надежды.

Подходило к финишной черте очередное лето. Оно уже на две трети скрылось за горизонтом. Кошкиной душе, заледневшей от неласкового дыхания одиночества, отчаянно хотелось уловить в непреодолимо остывающем воздухе капельку тепла, которым ни с кем не придётся делиться. Она понимала, что в тридцать пять это непозволительная роскошь – ей твердили об этом ещё с юности – но разве можно добровольно запретить себе мечтать?

Она и не запрещала. Летала на медленно отрастающих крыльях – невысоко, как ласточка перед дождём – и надеялась, что ни одна жуткая примета её не коснётся. Ну не может быть такого, что даже капельки настоящего счастья для одной отдельно взятой Кошки не предназначено. Так не бывает. Слабо, но всё же верилось в то, что, пусть ненадолго, но ей вселенная разрешит на такое явление взглянуть поближе. И воздухом, пропитанным ароматами сбывшейся мечты, вдоволь надышаться позволит.

С такими неоднозначными мыслями решила Кошка в очередной раз поискать в сети хотя бы иллюзию счастья. Как обычно куда-то нажала нестандартно растущими лапками – и завертелось бешеное колесо жизни с такой скоростью, которую ей даже вообразить оказалось непросто.

Дарэн ответил на симпатию практически мгновенно. И Кошка сразу поняла, что самые странные прогнозы начинают сбываться – ей снова предстоит провести неопределенное количество дней в ожидании встречи. И на удивление легко приняла этот поворот судьбы.

И так, и этак мысленно крутила Кошка имя нового знакомого, чтобы понять, как бы так извернуться, чтобы оно не звучало ни слишком сухо, официально, ни неуместно приторно. Само собой с языка однажды сорвалось символичное "Дар". Так и звала, когда хотела обратиться по имени, а в глубине души понимала: он и есть тот самый дар, который судьба по каким-то причинам ей не хотела преподносить раньше. Наверное, было не время.

Зато когда знакомство, наконец, состоялось, Кошка и Дар не могли наговориться. Казалось, всю жизнь знакомы были, и теперь с нетерпением ждали возможности увидеться – молодой человек планировал в самое ближайшее время вернуться в родной город из длительной командировки. Он успел заранее рассказать о Кошке своим родным. Она, вспомнив, насколько активно её недалёкие родственники умеют лезть в чужую жизнь, решила пока никому ничего не говорить, но в глубине души уже знала: это надолго, если не навсегда.

Вселенная внимательно наблюдала за Кошкой и не забывала устраивать ей испытания разной сложности. А чем ещё можно объяснить, что долгожданная встреча в последний момент чуть не сорвалась? Дар умудрился каким-то образом всё уладить. Но перед счастливой развязкой драмы Кошка успела и перенервничать, и даже чуть-чуть поплакать кошьими слезами, когда Дар предложил созвониться по видеосвязи. Не удержала эмоции под контролем. Он не мог этого не заметить – слишком явно блестели её глаза, слишком медленно высыхали капли на ресницах. Кошка для себя отметила, что молодого человека не так просто сбить с толку всякими форс-мажорами, но пообещала себе никогда не загружать его своими проблемами. Образ сильной и независимой девушки за много лет, проведённых в глубоком одиночестве, буквально прирос к ней и ощущался как вторая кожа.

С первых дней знакомства Дар удивлялся не только этой, но и другой странной Кошкиной способности – не принимать привычные знаки внимания. Не сразу поверил, что она и от цветов не приходит в восторг, и подарков требовать не собирается. Даже пообещал это проверить. Наверное, думал, что она кокетничает. Эх, если бы она такое умела... А учиться подобным премудростям в её возрасте уже поздновато.

Да и влюбляться безрассудно и бесповоротно вроде бы тоже нужно было раньше. Но так уж получается, что вот эта отдельно взятая Кошка от признанного нормальным ритма жизни ещё с юности на несколько лет отстаёт. Вот и сложилось так, как сложилось. Только Дар не должен был узнать об этом раньше, чем последнее препятствие между ними останется позади.

Кошка всеми правдами и неправдами переводила тему, когда разговор слишком близко подходил к обсуждению чувств – даже гипотетических. Она не могла позволить ни одной эмоции потеряться где-то за пеленой вечно пропадающей связи, а буквы в таких случаях и вовсе перестают быть помощниками – в них всё выглядит до невозможности сухо, будто грызёшь случайно найденный в кухонном шкафу брикет киселя, который ждал своего часа много месяцев подряд.

Но когда до встречи оставалось несколько часов, в паутине метафор одного из своих сообщений Кошка незаметно для себя проговорилась. И искренне порадовалась, когда поняла, что Дар не разгадал её мудрёный шифр.

***

Волнение не покидало Кошку до са́мого вечера. Она не знала, чего ждать от этой встречи и боялась разочаровать Дара. Ни один телефонный разговор не сравнится с живым общением. А что если что-то в его ожиданиях не совпадёт с реальностью? Вдруг он не поймёт или не согласится принять какие-то из особенностей её скорпионьего характера, в полную силу в телефонных разговорах не проявляющегося, или не самых популярных увлечений? Рассказать она успела далеко не обо всём, что наполняло её жизнь. Многие считали Кошку, мягко говоря, странной, и после первой встречи находили тысячу и один повод навсегда забыть о её существовании. Не думать о прошлом опыте на букву Ж у неё получалось с огромным трудом.

Дар, как мог успокоил. Но сомнения нет-нет да и поднимались из глубины кошьей творческой души. Ровно до момента встречи взглядов. Дальше всё стало понятно без слов. Стоило молодому человеку обнять Кошку, её сомнения растаяли, как лёд реке под весенним солнцем.

Они гуляли по вечернему городу, изредка перекидываясь короткими фразами. Говорил в основном Дар. Кошка молча считывала его мысли, не веря своему счастью: быть такого не может, чтобы тот, с кем ей так легко и спокойно, существовал не просто в одной с ней реальности, а в её родном городе.

– Почему ты молчишь? – тихо спросил он.

– Я думаю, – честно призналась она.

– О чём?

– О тебе.

– И что ты обо мне думаешь?

– Радуюсь, что я тебя нашла.

– Будь готова к тому, что со мной непросто.

– Догадываюсь. Лёгкого пути к большому кошьему счастью мне никто не обещал. Но я готова к сложностям.

– Уверена?

– Да. Мне с тобой по-настоящему тепло и спокойно, и ради этого ощущения я готова пройти через любые испытания.

– Кошка, я очень-очень люблю тебя.

– И я тебя люблю. Даже сильнее, наверное.

– Сильнее любить невозможно.

– Ты меня плохо знаешь, – рассмеялась Кошка. – Моя любовь не представляет, что значит "невозможно". Для неё нет преград.

Время будто остановилось, позволяя влюблённым успеть сказать друг другу всё, что ни разу не прозвучало в телефонных разговорах, посмотреть на знакомый с детства город глазами друг друга и попытаться подслушать мысли. Интересно же, какое оно – впечатление от долгожданного момента там, с другой стороны этой медали. Казалось, мир существует только для них – все остальные элементы этой головоломки были как будто лишними. Заметить, а тем более запомнить эти детали в какой-то момент стало невообразимо сложной задачей.

Кошка быстро поняла, что всё даже серьёзнее, чем ей показалось поначалу. Дар занимал её мысли, не оставляя ни единого шанса подумать о чём-то ещё. Даже на расстоянии она продолжала с поразительной тонкостью улавливать изменения в его настроении и состоянии.

"О-очень странные ощущения, – в недоумении размышляла Кошка. – Такого со мной ещё не случалось".

Она решила понаблюдать, что будет происходить дальше, и насколько длительным окажется этот спецэффект.

***

Дар позвонил. И этим вечером, и следующим утром. А между звонками была ещё переписка в соцсетях. Кошка позволила себе поверить: у этой истории действительно будет продолжение, потому что оно нужно не только ей.

В следующий раз Дар пришёл с цветами. Такой романтический порыв впечатлил бы любую девушку. Но Кошка – совершенно нетипичное создание. Она до мозга костей практична, и в недолговечности букетов ничего милого никогда не видела. И Дар об этом знал, но почему-то честному Кошкиному слову не поверил. Правда, убедившись в её неординарности, пообещал больше не повторять подобных экспериментов. Кошке бы предупредить поклонника и про другие сюрпризы – мол, она уже немолода, нервов почти не осталось и лучше бы обойтись без эмоциональных аттракционов – да только подумала она, подумала, и решила не сопротивляться романтическим веяниям, внезапно проникшим в её мрачную кошинную жизнь.

Кошка не заметила, как темы в разговорах с Даром стали серьёзнее, а искры, которые пролетали между ними – ярче, и, совсем осмелев, поинтересовалась его планами на будущее. Молодой человек, оказалось, был настроен решительно. Он заявил, что дальнейшую жизнь хочет провести рядом с совершенно определённой Кошкой. Мельком спросил про размер кольца, она ответила и почти сразу забыла об этом: что там какие-то цифры, когда в сердце поселилась настоящая любовь – живая, искренняя, согревающая в любую погоду?

Спустя неделю, Дар зачем-то завёл тот же разговор разговор средь бела дня. И попросил Кошку ничего не планировать на ближайшие пару часов. Она удивилась, но виду не подала и пообещала выполнить просьбу. И тут же понеслась превращать обычное, "домашнее" лицо в то, с которым можно в наружу выходить. Интуиция шептала, что если уж Кошка вечером без макияжа не гуляет, то днём такую роскошь она себе тем более не может позволить.

Внутренний голос был спокоен и вмешиваться в тактические игры Интуиции не спешил: он видел, что та ведёт Кошку туда, куда должна привести. И сама напомнит, что нужно обязательно взять с собой ключи и смартфон – на Память безнадёжно влюблённой девушке полагаться было рискованно. Спускаясь по лестнице, Кошка мысленно перебрала миллион возможных вариантов развития событий – один другого волнительнее. В самый очевидный ей до конца не верилось.

Мяукнуть не успела, как оказалась в объятиях Дара. Без лишних слов он в миллион первый раз за эти несколько дней признался в любви и вручил серебряное кольцо со словами, которых она ждала практически всю жизнь:

– Ты выйдешь за меня замуж?

Не расплакаться оказалось заметно сложнее, чем Кошка могла себе представить. Но она сильная – справилась. Ну почти.

Ему хватило короткого "Да" и её счастливого взгляда, в котором робко поблёскивало счастье. Остальное легко читалось без лишних слов. Кошка решилась только намекнуть, что хотела бы отложить все важные церемонии до другого, чуть более спокойного времени, чтобы успеть подготовиться без ненужной суеты и точно ничего не забыть. И лишнего внимания окружающих не хотелось. Дар понял, откуда взялись Кошкины сомнения и опасения, и спорить не стал. За короткое время он успел убедиться: ей можно доверять. Не давил, не торопил события – просто потому, что она попросила. Этого оказалось достаточно.

У них с каждым днём находилось всё больше общих интересов. Даже в чертах характера было много общего – если бы они вдруг решили переспорить друг друга, вряд ли из этого что-нибудь могло получиться. Может, поэтому они даже не пытались.

***

Был только один случай, когда Кошка вцепилась когтями в свою правду и изо всех сил отстаивала её. Дар заявил, что собирается подарить часы Кошкиному папе на день рождения, который вот-вот должен был на всех наступить. Кошка взбунтовалась:

– Нет. Это очень плохая идея. Откровенно говоря, ужасная. Тем более, вы даже не знакомы.

– Значит, познакомимся, – настаивал Дар. – Всё будет хорошо.

"Не будет", – отчётливо почувствовала Кошка, но ничего не сказала. Она надеялась, что Дар не заметил предательски сверкающие под ласковым солнцем августа капельки слёз в её серых глазах.

Спустя три дня Дар попросил Кошку передать папе часы. Откуда-то из недр беспокойной души поднялась волна тревоги. Она накрыла Кошку с головой, не давая сделать даже один глубокий вдох. Но ничего изменить было уже нельзя. Кошка попыталась "откупиться" от судьбы, и вручила Дару монетку – это всё, что было в её силах. Оставалось только надеяться, что маленькая хитрость сработает и действие приметы удастся остановить. Тогда Кошка окончательно решила, что про другие важные семейные даты молодому человеку знать пока не надо.

Кошка надеялась. Верила, как могла. Но тревогу унять не удавалось. А время неумолимо неслось вперёд, приближая момент расставания – Дар должен был уехать, и ни отложить, ни перенести отъезд было нельзя.

Как могла, Кошка успокаивала:

– Я буду ждать следующей встречи, даже если она будет нескоро.

Дар чувствовал, что она говорит правду, и был благодарен за искренность. О своих опасениях и переживаниях он молчал, но Кошка и без слов понимала, насколько ему непросто. Казалось, за эти три недели он стал ей ближе всех на свете; единственным, кто не считал её девочкой со странностями, а если считал, то никогда даже не намекнул ей об этом вслух.

А потом случилось то, чего Кошка даже вообразить не могла. Поздним вечером она получила очень странное сообщение в одном из мессенджеров. Дар, с которым она общалась буквально два часа назад, написать такого точно не мог – он никогда не общался с ней в таком тоне. Она сразу уточнила:

"Что случилось?"

Ответом стал видеозвонок с его номера. Чтобы развеять свои сомнения, она ответила.

Она ожидала чего угодно, но не того, что увидела: с экрана смартфона на неё смотрела девушка со странно знакомыми чертами лица. Она без стеснения заявила с вызовом:

– Знаешь, а Дар сейчас со мной.

Незнакомка ещё что-то говорила, но для Кошки это звучало просто как раздражающий шум. Разобрать слова́ она уже не могла.

– М-м, – только и смогла ответить она на непрекращающийся поток слов собеседницы – и сбросила звонок, чувствуя, что с трудом удерживает смартфон в руке.

Всё выглядело как очень плохой розыгрыш в духе какой-нибудь второсортной мыльной оперы. Буквально несколько часов назад Дар звонил, и Кошка даже по голосу без труда определила, что он не совсем здоров. В таком состоянии обычно не устраивают свидания.

Кошка не могла поверить, что это всё происходит с ней наяву. Но страшнее всего для неё оказалось то, что обрывок короткого разговора с незнакомой деви́цей сомнительного вида услышала мама. Утром непременно начнутся расспросы, а что отвечать, было непонятно. Само́й бы разобраться для начала.

А незнакомка всё не унималась. Теперь она звонила и присылала сообщения со своего номера. Так Кошка узнала имя возмутительницы спокойствия – Эва. Бессмысленность сообщений давала понять, что телефон собеседницы в какой-то момент оказался в руках ребёнка. Никаких разговоров среди ночи Кошке вести́ не хотелось. Только Дар мог объяснить, что это было и как с этим жить.

Но он не выходил на связь. Ни утром следующего дня, ни позднее Кошкины сообщения, отправленные ему в разных соцсетях и мессенджерах, не были прочитаны. Зато Эва продолжала выводить Кошку из себя.

К полудню до бесцеремонной собеседницы и её дочки наконец дошло, что они натворили – и поток сообщений иссяк. Эва не придумала ничего лучше, чем заблокировать Кошку. Очень логично, если учесть обстоятельства нача́ла этого общения. А Кошкина битва за спокойствие тем временем только началась.

Дар ответил на Кошкино сообщение только дня через три, когда она успела тысячу раз прокрутить в голове всю ситуацию и сделать миллион выводов – один другого страшнее. Но ответ молодого человека был настолько странным, что Кошкины сомнения и опасения только выросли и окрепли. Несколько следующих дней она просто не помнила. Они остались в памяти нечёткими фрагментами, из которых при всем желании не получилось бы собрать ничего вразумительного. Будто её и не было вовсе на планете в это время.

Не помня себя от отчаяния и боли, Кошка злилась на беспринципную Эву, которая одним уверенным жестом не оставила камня на камне от хрупкой реальности, которую Кошке и Дару с таким трудом удалось построить. Чтобы окончательно вычеркнуть из памяти эту жуткую страницу, Кошка поменяла смартфон, а заодно и некоторые свои привычки. Оказалось, что сон становится крепче и спокойнее, когда он не прерывается бесконечными звонками и уведомлениями в соцсетях и мессенджерах.

Одним обыкновенным утром, спустя несколько часов после предполагаемого отъезда Дара, проверяя новые сообщения, Кошка обнаружила удалённое послание Эвы. Что это могло значить и чем грозило, выяснить не удалось. Все Кошкины попытки хоть что-то узнать оказались бесполезны – Эва молчала, будто это не она только что в очередной раз вмешалась в Кошкину жизнь и основательно там наследила.

Прошло ещё много тревожных часов прежде чем Дар позвонил Кошке. Она не сразу подобрала цензурные слова, чтобы ответить. Волна недавно утихшей обиды, смешанной с болью, казалось, поднялась с новой силой и захлестнула Кошку с головой. О многом хотелось спросить, но с чего начать?

Разговор получился скомканным, но оставил очень тёплое ощущение определённости. Именно этого Кошке не хватало все последние дни. Ей впервые за долгое время захотелось дышать. "Жить буду, видимо, – подумала она. – Остальное поправимо". Этот вечер вернул в её жизнь яркие краски. Кошка осторожно сделала глубокий вдох, и с удивлением заметила, что особенных усилий для этого больше не требуется.

Она чувствовала, что готова ждать новой встречи, даже если ожидание затянется на долгие месяцы. Ей не привыкать к расстояниям и всему, что с ними связано. Лишь бы знать, что ждёшь не напрасно.

Дар звонил при любой возможности. Кошка знала, что эти звонки нельзя пропускать, чтобы само́й не волноваться и не заставлять молодого человека переживать за неё. Его спокойствие стало для Кошки важнее собственного.

Она ничего не говорила Дару о своих опасениях, которые со временем только росли и становились сильнее. Внутренний голос упрямо нашёптывал ей одну установку: "Береги его. Не усложняй". Кошка и прислушалась. Она не могла не поверить надёжному союзнику, который ни разу за много лет не подвёл её ни в чём.

Ей и само́й хотелось оградить Дара от всего, но одной кошинной силы на это ни за что на свете не хватило бы. А дополнительных в этой комплектации почему-то не было предусмотрено. Да и с обстоятельствами не поспоришь – особенно с теми, которые в жизни Дара появились раньше Кошки. Она их приняла и постепенно училась с ними жить.

Получалось с переменным успехом. Кошка время от времени злилась на судьбу, рыдала от бессилия, но разве слезами что-то исправишь? Она выдыхала, брала себя в лапки и шла навстречу жестокому и беспощадному миру. Уверенно. Молча. Это была история, которую в деталях знали только двое, потому что третьи лица (а заодно – нечистые руки и любопытные носы) в таких случаях оказываются лишними. Дар постепенно, выверенными, чёткими, порой неожиданными шагами и решительными действиями заново завоёвывал Кошкино доверие.

Действий с его стороны вообще оказалось намного больше, чем слов. И это тоже в Кошкиной не такой уж короткой жизни впервые случилось только после встречи с Даром. Он с первого дня отношений настаивал на том, что ей нужно привыкнуть быть слабой, и был готов стать для неё надёжной опорой. Кошка не спорила – понимала, что иногда не справляется со всем, что на себя взвалила, и училась отпускать контроль.

Ей была приятна нежная забота и незнакомая возможность плыть по течению жизни. Спокойно, не останавливаясь каждую минуту, чтобы сделать очередной сложный выбор. Кошка почувствовала, что ей нравится быть чуть слабее, чем обычно. Она решила иногда позволять себе такую роскошь. Как минимум, в те моменты, когда Дар мог быть рядом. А он цеплялся за любую возможность ненадолго вернуться домой, к своим близким, в ряды которых с недавних пор попала одна очень своенравная Кошка.

Он показывал, что слышит и правильно понимает Кошкины просьбы и желания, даже если она о них не говорит. И умудрялся делать сюрпризы чаще, чем кто бы то ни было за Кошкину долгую, насыщенную самыми разными событиями жизнь. Несмотря на все её возражения – принимать знаки внимания она так и не научилась – в один из следующих визитов в родной город он вручил ей браслет из розового кварца. Она не обратила внимания на цвет подарочной коробочки – тот самый, от которого бессознательно пряталась несколько лет. Но Интуиция неприятно царапнула сердце. Пришлось прислушаться к ощущениям. Кошка готова была поддаться панике, но Внутренний голос вовремя успокоил и взял обещание не думать о плохом. И носить браслет, ощущая любовь, заботу и поддержку любимого человека. Кошка в тот момент была готова пообещать что угодно. Она знала, что Дар мысленно рядом, даже если далеко.

В разговорах то и дело всплывала та странная история с ночным звонком Эвы. Кошка вспомнила, что видела эту малоприятную особу во время одной из своих первых прогулок с Даром. Теперь у Кошки больше не было сомнений в том, что сообщение, с которого начался весь этот кошмар, написала именно Эва. Но как эта с виду взрослая особа не сообразила, что влезает в чужую жизнь, так и осталось загадкой.

***

Перед своим днём рождения Кошка несколько дней не видела Дара: сначала он уехал из города на выходные, а потом она неделю провела вдали от дома. Не будь соцсетей, пережить эту разлуку оказалось бы куда сложнее. О видеозвонках Кошка по-прежнему даже слышать не хотела. Дар не настаивал – ему важнее было её спокойствие.

Кошка в очередной раз поймала себя на мысли о том, насколько точным оказался тот, поначалу показавшийся невероятным, прогноз, который предвещал ей очередные отношения на расстоянии.

"Опять эта невыносимая пытка... Дорогая Вселенная, как это великодушно с Вашей стороны! – закипая от негодования, размышляла Кошка. – Спасибо, что хотя бы разрешаете видеться с любимым человеком чаще, чем два раза в год".

Кошка с видимым спокойствием ждала встречи. Просто увидеть Дара после долгой разлуки уже было для неё одним из самых дорогих подарков на планете. И больше ничего было не нужно.

Но традиционное волнение накануне личного новогодья даже не думало никуда исчезать. В этом была вся кошинная беспокойная натура: накрутить себя, а потом сходить с ума от нарастающей тревоги – это надо ещё суметь. У Кошки такие фокусы получались легко и непринуждённо.

Отмечать собственное взросление с гостями и шумными развлечениями она перестала ещё в школьном возрасте. И теперь ей совсем не хотелось ни гостей, ни бесконечных дежурных поздравлений, ни банальных пожеланий.

Дар совсем не разделял этот её настрой, и пообещал, что без подарка она точно не останется. Чего ожидать, Кошка даже не представляла. И уж точно не мечтала получить золотой кулон со своим зна́ком зодиака. Подобное украшение она искала, наверное, десять лет, и уже не думала, что эта мечта когда-нибудь сбудется. И уж тем более не рассказывала о ней Дару. Кошка в очередной раз сдерживалась, как могла, чтобы не разрыдаться: казалось, она сама за тридцать шесть лет не научилась настолько тонко улавливать свои мысли и желания, как это удавалось молодому человеку, который знал её немногим больше трёх месяцев.

Когда он заговорил об очередном отъезде, Кошка приняла эту информацию и по привычке сделала вид, что почти не волнуется. Но с каждым разом волнение оказывалось на порядок сильнее обычного. Девушка заметила, что всё настойчивее стала заменять каждое неуверенное "если", которое слышала от Дара, на своё условно-оптимистичное "когда". Дар соглашался, но Кошка понимала – он не верит и скорее успокаивает её, чем видит свет вдалеке, в полупрозрачном, пугающем будущем. И она с удвоенной энергией дарила ему этот свет надежды, пытаясь провести слабеющее сияние сквозь невыносимо плотную стену тревоги.

Успокоить Дара и при этом не сорваться в океан паники – задачка с тремя звёздочками. И её нужно было решить одной отдельно взятой Кошке без посторонней помощи. И она справилась. Потому что выбора не оставалось. В особенно сложные моменты у Кошки и Дара не было никого, кто верил бы в них сильнее, чем они верили друг в друга. Так и закалялась первая в Кошкиной жизни всеобъемлющая, бескорыстная с обеих сторон любовь.

Этому чувству оказались нипочём и пронизывающий ветер, и осенние непредсказуемые дожди, и первые морозы, и сезонный бесплатный каток на городских улицах. Ни место, ни время встречи не менялось ни при каких обстоятельствах. И подобного в Кошкиной жизни до встречи с загадочным, непредсказуемым, но невообразимо понятным Дарэном тоже не происходило. Ни-ког-да. Она на личном опыте убедилась – такое вполне может случиться впервые в любой момент, даже когда тебе чуть за тридцать... пять. Если бы не испытала этого сама, ни за что на свете не поверила бы, что так бывает.

Кошка изо всех сил надеялась, что необыкновенная история её нежданной поздней любви обязательно закончится примерно так же, как знакомые и обожаемые с детства сказки о принцессах и их прекрасно воспитанных избранниках, которым семь вёрст не крюк. Просто потому, что она так хотела. Должно и у неё когда-то исполниться то, что у других давным-давно сбылось.

Но из глубины Подсознания нет-нет да и всплывёт непрошенное:

"Жизнь длинная. Успеешь ещё, наживёшься - наревёшься".

И тут же поднимается волна возмущения:

"Нет. Такого сценария в моей жизни нет и не может быть".

***

Вселенная выдала влюблённым ещё семь дней, чтобы насладиться ощущением тихого, осторожного счастья. Дар то и дело строил далеко идущие планы, Кошка всеми жабрами своей души пыталась донести ему то, что услышала от своей наставницы Интуиции:

– Не загадывай. Не планируй.

Она знала, что планы – штука страшно нестабильная, и они могут в любой момент сорваться, как срывались миллиарды раз. Дар тоже это понимал, но планирование было важной частью его жизни. Кошка спорить не собиралась – как могла, она оберегала Дара от лишних волнений и открыто делиться опасениями не решалась.

Особенно часто она полушёпотом повторяла эти известные им обоим заклинания в один из последних ноябрьских вечеров, перед очередным расставанием на довольно короткое время. Её мудрая Интуиция настаивала, что Дар должен услышать это послание. Внутренний голос изо всех сил подавал растерянной Кошке сигналы тревоги.

Та прогулка вообще много чем отличалась от всех предыдущих. Каждой фразой, каждым взглядом Кошка и Дар будто пытались убедить себя и друг друга в том, что очередная надвигающаяся на них разлука будет просто ещё одним испытанием на пути к бесконечной цепочке счастливых событий. Последним испытанием за эти непростые для обоих месяцы. Говорили и, казалось, совсем не верили собственным словам.

Дар непривычно крепко сжимал Кошкину руку, сыпал странными вопросами и тревожными просьбами. В этот вечер в одной точке невероятным образом сошлись советы Интуиции, подсказки Внутреннего голоса и вполне себе независимые друг от друга, но пугающе одинаковые мысли влюблённых. Кошка не совсем понимала, как на всё это реагировать.

Каждая фраза молодого человека звучала непривычно многозначительно – как откровение, совет и наставление одновременно. Кошка, не выдержав напряжения, искрящегося в воздухе крошечными звёздочками, которые с каждой минутой становились всё ярче и заметнее в постепенно густеющем полумраке попросила:

– Не спеши прощаться. Мы не в последний раз видимся, – а сама, уже не в силах отогнать от себя или чем-то заглушить непривычно тревожные мысли, надеялась, что Дар не заметит, насколько ей не по себе.

Естественно, он заметил – знал её не первый месяц и научился различать первые сто пятьдесят оттенков настроения. И пусть это была далеко не вся цветовая гамма её состояний, но нескольких десятков разгаданных нюансов хватило, чтобы Кошка почувствовала себя важной частью маленького мира, который Дар построил для себя.

А он сам для неё давно стал не просто планетой или целой галактикой – её личным космосом. Несколько месяцев назад она о таком подарке судьбы и мечтать не могла, и теперь изо всех кошинных сил надеялась, что мудрая Интуиция, которая за много лет ни разу не подводила, теперь наконец-то ошибается. И Внутренний голос тоже что-то путает. Определённо.

Влюблённые часто вслух мечтали о будущей свадьбе. Дар настаивал на пышном торжестве, а Кошке совсем не хотелось привлекать к этому мероприятию внимание. За те месяцы, которые прошли со дня помолвки, её представления о главном событии в своей жизни ничуть не изменились.

В тот вечер она снова пообещала ждать, сколько будет нужно. И обронила фразу, которую как будто уже слышала, но не могла вспомнить, когда именно. Много месяцев спустя она поймёт, что однажды написала её сама в одной из первых своих законченных рассказов. Это была часть прощального послания главной героине повести от давнего поклонника.

Утром в день отъезда Дара Кошке на глаза попался старый фильм с тяжёлым, трагическим сюжетом. Даже в телефонном разговоре она не смогла скрыть от избранника свои переживания и грустно вздохнула:

– Нашли время такие фильмы показывать...

Их история оказалась слишком тесно переплетена с сюжетом этого фильма. И Внутренний голос тут же начал шептать Кошке разные версии возможного развития событий в реальности.

Дар успокаивал – он всегда находил слова, от которых становилось легче. Но тревога в недрах Кошкиной души на этот раз никак не желала униматься. Предчувствие того, что вот-вот что-то внутри хрупкого мира сломается и всё разлетится на мелкие кусочки, не покидало Кошку. Судя по всему, не только её.

И не напрасно. С этого дня даже еле заметные очертания планов на ближайшее будущее начали разрушаться с немыслимой скоростью. Кошке становилось уже не просто тревожно, а попросту страшно. Не за себя. Просто весь её мир теперь был слишком далеко от неё, а она – в полной неизвестности. Больше, казалось, не было никакого "завтра". И "сегодня" тоже перестало существовать. На этих почётных местах обосновалась Её величество Неизвестность – необъятная, мрачная, находящая ужас одним своим существованием. Чем дальше – тем страшнее.

А вокруг в это время вовсю бурлила предновогодняя суета. Кошку это всё на этот раз ничуть не волновало. Она жила единственным желанием – получить очередную новость от Дара. И лучше, если эта новость будет хорошей. Но вскоре поняла, что лучшей новостью для неё станет любая, которую сообщит Дар – это будет означать, что на какое-то время Кошка перестанет тонуть в пугающе огромных волнах океана Неизвестности.

***

Когда всё окружение готовится праздновать, а ты пытаешься не сойти с ума от беспокойства, сложно держать лицо и улыбаться как ни в чём ни бывало. Кошкино лицо при таких обстоятельствах не отвалилось только чудом – ничем другим она это объяснить не могла. Да никто и не спрашивал.

Она твердила себе, как заведённая, одну простую фразу – "Всё будет хорошо" – и больше не верила. Не получалось. Потому что каждое новое известие близкого человека оказывалось заметно страшнее предыдущего. Новогодние пожелания были пропитаны еле ощутимой надеждой на скорое тихое счастье.

Во время редких недолгих телефонных разговоров Дар делился осторожными мечтами и смелыми планами. Кошка больше слушала, невольно запоминая не только слова, но и голос, и интонации.

В нестройной череде обыкновенных разговоров был один, который одновременно и насторожил Кошку, и подарил ей самый яркий луч надежды за все последние недели. В простых, ничем не примечательных фразах любовь и нежность буквально переливались через край. Прощаясь, Дар максимально беззаботно бросил фразу, которую Кошка не смогла бы забыть даже если бы вдруг задумала напрочь стереть себе память:

– Готовь платье, я скоро приеду.

Через секунду после того, как разговор закончился, Кошка, казалось, отчётливо услышала, как в едином порыве смеются её наставница Интуиция, верный союзник Внутренний голос и сама Вселенная. Услышала и поняла то, во что до сей поры не решалась поверить.

А потом на Кошку решительно и бесцеремонно наступила душераздирающая Тишина. Стоило огромных усилий держать себя в руках и не проверять телефон и социальные сети по миллиону раз в день в ожидании очередного спасительного известия.

Внутренний голос то и дело шептал:

"Не надо, девочка. Так легче". – Кошка понимала, что он прав.

Это длилось до поздней весны – до момента, когда, подплывая к внешнему краю апреля, мир неожиданно затрещал по швам и рухнул на мирно дремлющую Кошку всей своей невозможно огромной массой...