Последний гриб сезона.

Последний гриб сезона.

Последний белый гриб

Джанкарло вошёл в лавку с таким выражением лица, словно только что обнаружил нечто, способное изменить историю человечества.

В обеих руках он держал корзину, накрытую чистым льняным полотенцем.

— Паоло!

Паоло, занятый укладкой сырных головок на полке, даже не обернулся.

— Если ты опять принёс кабачок весом в семь килограммов, можешь сразу унести его обратно.

— Паоло!

— Или тыкву. Тыквы мне тоже не нужны.

— Ты меня оскорбляешь!

— Я стараюсь предупредить неприятности.

Джанкарло поставил корзину на прилавок.

— Сегодня, мой дорогой друг, ты станешь свидетелем события, о котором будут рассказывать наши внуки.

Паоло наконец повернулся.

— Наши внуки?

— Фигура речи!

— Тогда показывай свою фигуру, пока покупатели не пришли.

Джанкарло возмущённо выпрямился.

— У тебя совершенно отсутствует чувство прекрасного!

— У меня отсутствует свободное место на прилавке. Это разные вещи.

С этими словами Паоло отодвинул корзину подальше от весов.

Джанкарло выдержал паузу, достойную оперного певца перед самым ответственным пассажем, и торжественно снял полотенце.

В корзине лежал белый гриб.

Но какой гриб!

Толстая, почти цилиндрическая ножка, крепкая, светлая, без единой червоточины. Огромная каштановая шляпка, чуть выпуклая, с едва заметными складками по краям. На ней сохранились несколько сосновых иголок и крошечный кусочек мха.

Гриб выглядел так, словно его специально вырастили для ботанического атласа, а затем решили, что атлас такой красоты недостоин.

Паоло наклонился.

— Неплохой.

Джанкарло побагровел.

— НЕПЛОХОЙ?!

— Хороший.

— Хороший?!

— Джанкарло, если ты хочешь, чтобы я упал на колени, сразу скажи. Только сначала дай мне убрать с пола ящик.

Джанкарло прижал ладонь к сердцу.

— Варвар. Я всю жизнь прожил среди варваров.

Паоло осторожно поднял гриб, осмотрел ножку, понюхал шляпку.

— Где нашёл?

— Мне принесли.

— Кто?

— Один человек.

— Очень содержательный ответ.

— Паоло, я торговец овощами, а не полицейский осведомитель!

— Значит, купил.

— Разумеется!

— Дорого?

Джанкарло отвёл глаза.

Паоло понимающе кивнул.

— Очень дорого.

— Это последний настоящий porcino сезона!

— Последний?

— Возможно.

— А если завтра принесут ещё один?

— Тогда этот будет предпоследним!

Паоло рассмеялся.

Через четверть часа в лавке появился Марчелло.

Он пришёл за куском выдержанного сыра для жены, но, увидев корзину на прилавке, остановился.

— Это что?

Джанкарло, который всё ещё объяснял Паоло исключительные достоинства своей находки, немедленно оживился.

— Марчелло! Подойди! Посмотри!

Мясник приблизился, заглянул в корзину и присвистнул.

— Ого.

Джанкарло просиял.

— Вот! Наконец-то человек, способный оценить прекрасное!

Марчелло взял гриб, повертел в руках.

— С таким грибом я бы приготовил телятину.

Джанкарло перестал улыбаться.

— Что?

— Телячью вырезку. Быстро обжарить, немного сливочного масла, шалфей…

— ТЕЛЯТИНУ?!

— А что такого?

— Ты собираешься положить рядом с этим великолепием кусок мяса?!

Марчелло посмотрел на Паоло.

— Он сегодня уже пил?

— Только кофе, насколько мне известно.

— Тогда почему кричит?

— Он нашёл гриб.

— Я вижу.

— Последний в сезоне.

— Понятно.

Марчелло ещё раз посмотрел на гриб.

— Хотя, пожалуй, лучше будет с говядиной.

Джанкарло издал звук, похожий на предсмертный стон.

— Господи, за что?!

Паоло протянул Марчелло купленный сыр.

— Держи. И уходи, пока он не начал петь.

Но было поздно.

Джанкарло поднял глаза к потолку и мощным баритоном затянул:

— Nessun dorma! Nessun dorma!

— Джанкарло! — взревел Паоло.

— Tu pure, o Principessa…

— У меня сыры от твоего голоса созревают быстрее!

Марчелло схватил свёрток и поспешил к двери.

— Я к Джузеппе! Пусть он решит, что делать с этим грибом!

— И НЕ ВЗДУМАЙ ПРЕДЛАГАТЬ ЕМУ МЯСО! — крикнул вслед Джанкарло.

Джузеппе появился через двадцать минут.

Он вошёл спокойно, поздоровался, осмотрел корзину и попросил нож.

— Зачем? — подозрительно спросил Джанкарло.

— Посмотреть.

— Глазами смотри!

Джузеппе вздохнул.

— Джанкарло, я не собираюсь его убивать.

— Это ты сейчас так говоришь.

Паоло молча протянул повару небольшой нож.

Джузеппе аккуратно срезал с основания ножки тонкий, подсохший слой.

Осмотрел срез.

Понюхал.

Удовлетворённо кивнул.

— Отличный гриб.

Джанкарло расправил плечи.

— Слышали?!

— Сделаю с ним тальятелле.

— Нет!

Джузеппе поднял брови.

— Что значит «нет»?

— Никаких тальятелле!

— Почему?

— Потому что ты его порежешь!

Джузеппе несколько секунд смотрел на зеленщика.

— А что ты предлагаешь? Поставить его на стол и любоваться?

— По крайней мере, сначала!

Паоло прикрыл лицо ладонью.

— Господи, дай мне терпения.

Джузеппе осторожно положил гриб обратно.

— Хорошо. А что ты сам хочешь с ним сделать?

Джанкарло задумался.

Вопрос оказался неожиданным.

— Я… — начал он. — Я полагаю…

Он замолчал.

— Вот именно, — сказал Джузеппе.

— Можно запечь его целиком!

— Можно.

— С чесноком!

— Можно.

— С розмарином!

— Можно.

— С оливковым маслом!

— Можно.

— Тогда почему ты предлагаешь тальятелле?!

Джузеппе развёл руками.

— Потому что я люблю тальятелле с белыми грибами.

— А я люблю оперу! Но не заставляю тебя петь!

Паоло кашлянул.

— Это спорное утверждение.

В разгар спора дверь открылась, и в лавку вошла София.

— Доброе утро.

Все трое мужчин одновременно повернулись к ней.

— София! — воскликнул Джанкарло. — Слава богу!

Она остановилась.

— Что случилось?

— Здесь собрались люди, совершенно неспособные оценить дар природы!

София посмотрела на Паоло.

Тот указал на корзину.

— Гриб.

— Какой гриб?

— Белый.

— И что?

— Последний в сезоне, — пояснил Джузеппе.

София подошла к прилавку.

Джанкарло с видом человека, представляющего королевскую регалию, снял полотенце.

Она внимательно осмотрела гриб.

— Красивый.

— София! — Джанкарло раскинул руки. — Ты одна меня понимаешь!

— Сколько весит?

— Семьсот восемьдесят граммов!

София слегка присвистнула.

— И что ты собираешься с ним делать?

Джанкарло замялся.

— Мы как раз обсуждаем.

— Уже сорок минут, — уточнил Паоло.

— И никто не может прийти к разумному решению, — добавил Джузеппе.

— Потому что вы предлагаете варварство! — возмутился Джанкарло.

София взяла гриб, осмотрела ножку, шляпку, осторожно очистила прилипшую сосновую иголку.

— Я бы приготовила ризотто.

Наступила тишина.

Марчелло, вернувшийся как раз в этот момент, остановился на пороге.

— С чем?

— С грибами.

— А мясо?

— Марчелло, — сказала София, — ты когда-нибудь ел ризотто без мяса?

— Конечно.

— И выжил?

— Как видишь.

— Тогда помолчи.

Паоло расхохотался.

Джузеппе задумчиво кивнул.

— Вообще-то неплохая мысль.

Джанкарло схватился за голову.

— Вы сговорились!

София невозмутимо продолжала:

— Хороший рис. Немного белого вина. Хороший бульон. Сливочное масло. Пармиджано. И гриб.

— Весь?! — ужаснулся Джанкарло.

— Нет, Джанкарло. Половину мы оставим на память потомкам.

Паоло едва не уронил весы.

В конце концов выяснилось, что главная проблема заключалась вовсе не в способе приготовления.

Джанкарло просто не хотел расставаться с грибом.

Он купил его рано утром у старика, который собирал грибы в лесах за городом. Тот рассказал, что последние несколько дней были холодными, земля уже начинала промерзать по ночам, а этот красавец оказался под слоем хвои у старого каштана.

Джанкарло заплатил, не торгуясь.

И всю дорогу до своей лавки любовался покупкой.

— Понимаете, — объяснял он теперь, — таких больше не будет до следующей осени.

— Конечно, — согласилась София.

— Целый год!

— Да.

— И вы хотите его съесть!

София посмотрела на него с искренним удивлением.

— А зачем же ты его купил?

Джанкарло открыл рот.

Закрыл.

Потом снова открыл.

Паоло немедленно воспользовался моментом.

— Запомните этот день. Джанкарло впервые за двадцать лет нечего сказать.

— Я думаю! — возмутился зеленщик.

— Это ещё удивительнее.

София осторожно положила гриб в корзину.

— Послушай меня, Джанкарло. Ты ведь каждый год продаёшь прекрасные помидоры, персики, виноград, каштаны…

— Разумеется.

— И что с ними делают люди?

— Едят.

— Вот именно.

Она поправила полотенце.

— Хороший продукт выращивают не для того, чтобы он сгнил от старости. Его выращивают, чтобы кто-то получил удовольствие.

Джанкарло молчал.

— Ты нашёл замечательный гриб. И теперь хочешь сохранить его навсегда. Но он не станет от этого лучше. Через несколько дней он испортится.

— Знаю, — вздохнул Джанкарло.

— Так приготовь его сегодня. И запомни.

— Что запомнить?

— Какой он был вкусный.

Вечером они собрались у Джузеппе.

Не всей улицей — только те, кто участвовал в утреннем споре.

Джузеппе уступил Софии свою кухню, хотя и заявил, что присутствие посторонних возле его плиты противоречит всем принципам здравого смысла.

София выгнала его в зал.

— Сиди и жди.

— Это моя кухня!

— Сегодня моя.

— София…

— Джузеппе!

Он капитулировал.

Ризотто получилось великолепным.

Рис был нежным, но сохранил лёгкую упругость. Гриб придал ему глубокий, почти ореховый аромат, а небольшое количество сливочного масла и пармиджано связало всё в одно целое.

Никто не разговаривал, пока ел первую порцию.

Даже Джанкарло.

Это обстоятельство Паоло счёл настолько необычным, что предложил отметить его в городских хрониках.

Когда тарелки опустели, Джанкарло откинулся на спинку стула.

— София.

— Что?

— Ты была права.

Паоло поднял голову.

— Повтори, пожалуйста.

— Что?

— То, что ты только что сказал.

— Не начинай!

— Нет-нет, это исторический момент. Джанкарло признал, что кто-то другой был прав!

Марчелло поднял бокал.

— За Софию!

— За Софию! — подхватили остальные.

Джанкарло тоже поднял бокал.

Потом задумчиво посмотрел на пустую тарелку.

— И всё-таки…

— Что? — спросил Джузеппе.

— С телятиной тоже было бы неплохо.

Марчелло торжествующе стукнул ладонью по столу.

— Я ЖЕ ГОВОРИЛ!

И тут Джанкарло запел.

Громко, мощно, совершенно не заботясь о том, что в траттории ещё оставались несколько посетителей.

— Vincerò! Vincerò! Vincerò!

Паоло поднял глаза к потолку.

— Господи, за что мне это?

А София смеялась.

Потому что гриб действительно был великолепным.

И потому что следующей осенью Джанкарло непременно найдёт ещё один.

И всё начнётся сначала.