Последние дни Марка.

Глава 1

За окном гремит гром, и одинокая темная фигура, сидящая в кресле, смотрит в окно.

Да это я, старик Марк Лоурес. Мне уже 79 лет, и вот я доживаю свои последние дни в этом доме престарелых, глухой и немой. Вы спросите, как я вообще общаюсь со своими сожителями и сотрудницами этого дома? А никак. Только сестра Рона может со мной общаться и то только потому, что у нее отец тоже немой. Вот ее ко мне и приставили. Но, конечно же, это дел не меняет. Я все равно чувствую себя одиноким в этом чертовом мире и уже сам жду не дождусь, чтобы его покинуть. В комнате было темно. Картины разной степени дороговизны украшали ее, а несколько резных деревянных шкафов довершали ее уют. Вдруг в окне отразилось свечение. Я повернулся к нежданному гостю, и это оказалась Рона. Я жестами спросил ее, что она здесь делает, но ответа не последовало. Я спросил ещё раз, на что она ответила мне, что нужно идти на ужин. Нда, вот смотрю я на Рону и насмотреться не могу. Красива собой, золотые волосы, голубые глаза. Напоминает мою жену в молодости. Жаль что ее уже шестнадцать лет как нет… Мы прожили с ней в счастье целых сорок лет. Она была библиотекарем, а я писателем. И я ни о чем не пожалел за прожитые годы. Но увы, те счастливые сорок лет канули в забытье и ничего не осталось. И все-таки пропадает она тут. Вот работала бы она со своими знаниями и внешностью в какой нибудь компании или на любой другой работе, то прохода от женихов ей не было! А так, находится она тут среди стариков 24 часа в сутки и жизни не знает. Вот мы и пришли на кухню, а тут уже все в сборе: и мой давний друг Джордж, и Кларентина, и многие другие. Я не обращая на них внимание проследовал к своему месту за столом. Во время ужина все о чем то разговаривали, веселились, а я грустил. Ведь мне не было дано понять о чем они все говорят и понять их. В такие моменты я ещё сильнее чувствую себя одиноким, сильнее даже, чем когда нахожусь один в темной комнате. Когда ужин наконец закончился я подал знак Роне, чтобы она зашла ко мне, когда закончит, и пошел в свою комнату. *** Хмм, что это дяде Марку понадобилось? Может ему плохо? Так, надо поскорее заканчивать со своими делами и направляться к нему. А то мало ли, вдруг состояние ухудшится. На скорую руку помыв посуду, а затем отметившись у главного управленца дома, я направилась в комнату к дяде Марку. Когда я открыла дверь, в комнате снова было темно, а темный силуэт марка освещаемый фонарями с улицы сидел в своем излюбленном кресле и смотрел в окно. Я тихонько, чтобы не потревожить дядю, подошла к нему и потрепала его за плечо, и в тот момент он повернулся ко мне. Я жестами, как обычно делаю со своим отцом, спросила все ли у него в порядке. На что он мне ответил, что все отлично. Он сказал, что хотел бы пообщаться со мной. Это была уже обыкновенная просьба с его стороны, к которой я уже давным-давно привыкла. А я уже разволновалась, вдруг что случилось. Все таки у него уже весьма преклонный возраст и это частень заставляет о нем волноваться. Я взяла стул и села рядом с ним, готовясь выслушать все, что он скажет. Старая ладонь дядюшки Марка легла мне на руки и это весьма меня удивило. Второй рукой он начал рассказывать мне, что хотел бы, чтобы я выслушала его просьбу, но сначала узнала его историю. И я внимательно начала его слушать…

***

И я начал рассказывать Роне о своей жизни ещё с моей женой, Клэр. Я рассказал ей, как мы жили с женой, множество историй из жизни и самое главное – посвятил ее в свою проблему. Дело в том, что моя Клэр при жизни была бесплодна и у нас не было детей. Нам тогда пришлось многое преодолеть, но завести ребенка так и не удалось. И вот, мне уже 79 лет, а наследников все нет. Так вот, о Роне. Я ее знаю уже чуть более четырех лет, до этого у меня небыло ни одной радости жизни и не с кому было рассказать о своих переживания, не говоря уже о общении. И за эти годы я уже успел привыкнуть к ней и полюбить как собственную дочь. Я рассказал ей свои чувства к ней и что я чувствую уже приближение своей кончины. Я переписал все свое имущество на нее, ведь больше не на кого. Эта новость весьма ее ошарашила. Она начала протестовать и отнекиваться, на что я ей ответил, что больше некому мне все это передать. Спустя пол часа объяснений она перестала протестовать, но вместо этого заплакала и ушла. Эхх, как же она похожа на Клэр… Я улыбнулся сам себе и закрыл глаза. Я ещё долго пытался заснуть, но мне это не удалось.

***

Утреннее солнце проникло сквозь шторы и осветило одинокую женскую фигуру, лежащую на кровати. Свет начал уже бить мне в глаза, что вынудило меня проснуться. Сладкая утренняя нёга заставляла меня оставаться в объятиях уютной кровти, но дела не ждут! Судя по часам на стене, уже почти обед, а мне сегодня ещё столько всего предстоит сделать. Я с тяжестью встала с кровати, приняла душ, оделась и направилась в главный зал. Там меня уже поджидал управитель дома и уповестил меня о пропущенном завтраке и обеде. Так же он сказал, что вместе со мной на обеде не было и дяди Марка. Это было весьма странно, т.к. Марк всегда сам рано просыпался и направлялся на завтрак. Только на ужин мне приходилось его отвлекать от созерцания природы за окном. Это меня обеспокоило и я направилась в его комнату. Пока я шла к нему, вспомнила вчерашний разговор. Вот как дядя Марк может говорить такие вещи? Нельзя же так! Ему ещё жить и жить! Вон, дедушке Джошуа уже почти 90 и живет, здоров. А тут ему видите ли кажется приближение его кончины! Да наверняка просто давление скачет! Вот я уже подошла к двери его комнаты и тихонько отворила ее. Дядюшка Марк снова сидел в своем излюбленном креслице запрокинув голову и спал. Это было очень странно обычно он просыпается рано утром. У него в ногах валялась ручка, выпавшая из руки, а на подоконнике лежал листочек. Я легонько потрепала дядюшку Марка за плечо, но он не проснулся. Тряхнула ещё сильней и он все равно не проснулся. И тут я поняла, что очень сильно ошибалась на счет вчерашнего. Я взяла листочек с подоконника, и прочитала что там написано.

***

По всему дому раздался крик и плач. Вскоре в комнате Марка столпился весь персонал дома престарелых и с жалостью смотрел на обнимающую и рыдающую над телом старика Рону.

Содержание письма: Дорогая Рона. Надеюсь ты простишь меня. Этой ночью я ощущаю приближение смерти как никогда ранее. Если ты читаешь это, значит это не обычное давление, как ты могла бы подумать ранее. Хочу уведомить тебя о том, что я все таки уже три месяца как переписал все свое имущество на тебя. В банке на моем счету хранится около полутора миллионов долларов. Надеюсь ты будешь использовать их с умом. Так же у меня есть дом, который я тоже переписал на тебя. Мой адвокат должен будет тебе принести всю информацию в течение двух месяцев. Помни, ты всегда была для меня как дочь. И это не менялось на протяжении всех четырех с лишним лет, как мы знакомы. Надеюсь с этими деньгами ты поступишь в Гарворд как и хотела. И найди наконец себе жениха!

С любовью, твой дядюшка Марк.