Последнее бабье лето

Глава 1

Лена шла по Александровскому Саду с тремя голыми герберами, смотрела на красные звезды Кремля и думала, что вот теперь уже точно конец. Быстро и нелепо прошли эти двадцать лет, когда казалось - впереди так много времени.

Леша был хороший. Правда, хороший. Он не смотрел футбол и пиву, предпочитал квас. Работящий. Ну и что, что грузчик. Лена и сама занимала не особо высокую должность - лаборант на заводе. Следила, чтобы детали были без брака. Вот Лена, как деталь завода и осталась без брака.

Дни юности стуком шпилек бежали по Красной площади. Как давно это было?

- Ты не замерзла?

Леша вдохновенно рассказывал о себе, пытаясь впечатлить Лену, но заметив, что она не слушает, как-то сник и замолчал.

- Вот бабье лето и кончилось.

Кончилось. Она посмотрела на Лешу. Морщины глубокими трещинами лежали на лбу и в уголках смеющихся глаз. Лена видела такие же морщины в зеркале. Делала гимнастику для лица. Красила седеющие волосы в пшеничный. Юность не возвращалась.

Рыженький Саша предлагал Лене когда-то замуж. Лена смеялась и замуж не шла, потому что не хотела конопатых детей. А у юриста Егора были слишком толстые пальцы. И Лена все думала: "ну как с такими пальцами жить?"

И вот у Саши и Егора есть жёны, которым все равно какого цвета волосы и какого размера руки. Они приходят домой к своим конопатым детям. Толстые пальцы не мешают семейному счастью.

Лена вздохнула, увидев себя с Лешей в отражении витрины. Лысый. С животиком. По-смешному деловой.

"Он мне не подходит" - подумала она.

- Да, что-то прохладно стало, может, зайдем куда-нибудь?

- Тут недалеко есть чебуречная, там перекусим.

Леша оживился и снова заговорил о советских машинах и о наживках на удочки.

Лена не хотела идти в чебуречную. Не то, чтобы она думала о себе много, просто свидание и жареные чебуреки никак не сочетались в её голове.

- Смотри, американская кофейня, может сюда лучше? - с надеждой спросила Лена, остановившись возле Старбакса.

- Кхм, к врагам пойдём, кх, кх, - ироничной покашлял Леша, представляя себя остряком на сцене.

Лена шутку не оценила.

Леша щурился на цены, кряхтел и в итоге с гордым видом заказал эспрессо. Помог снять Лене куртку и, отодвинув стульчик, предложил сесть.

Двадцать лет Лена ходила по Красной Площади, надеясь встретить улыбчивого иностранца, который купит ей дорогой, сладкий кофе с молочной пенкой и увезет с собой в счастливое будущее.

И вот она в американском кафе с Лешей, теребит воротничок слишком нарядной блузы и боится притронуться к чёрной кашице в крошечной чашке.

- Чего же ты не пьешь? Это эспрессо, - растягивая 'с', спросил Леша.

Лена сделала маленький глоточек. Горечь обожгла рот и сдавила горло. Лена посмотрела на герберы и снова на Лешу. Там на заводе, он ходил за ней, улыбался, приносил шоколадки и все старался чем-то угодить. Уборщица Клавдия Ивановна, воспитывающая одна своего тридцатитрёхлетнего сына говорила: "Смотри, Ленка, упустишь мужика и все. Конец. Будешь куковать в одиночестве. Чем он тебе плох? Работает. Не пьёт, не курит".

Ленка по привычке посмеялась. Но потом задумалась и на настойчивую просьбу о свидании ответила согласием.

- Невкусное? - спросил Леша. Лена не подала виду.

- Я кофе не пью. Мне больше чай нравится, - посмеялся Леша, - после работы придешь, с сахарком, очень хорошо.

Лене стало душно. Она расстегнула две верхние пуговицы блузы. Леша принял это за знак.

- Могу дома угостить чаем, - смутившись, предложил он.

Лена хотела отказаться, вспомнив о старом лифчике, который она надела под белую блузу. Лифчик был удобный, проверенный обстоятельствами. Не давил, не оставлял отпечатков на теле, но от частоты использования и времени пожелтел, а кружева порвались. Смущение Леши и пришедшие на ум слова тети Клавы, заставили Лену передумать.

- Да, я бы выпила чаю.

Ехали на метро до Тульской, где у Леши была квартира. Он держал Лену за руку, будто боясь, что она убежит, все время, даже когда открывал дверь в квартиру. И без чая, без поцелуев, сразу стал раздевать ее. Краснея, методично снимал он курточку, кофту, юбку. Лена хотела возразить и не могла. Она стояла в нижнем белье, в колготках до пояса, с герберами в руках.

- Дальше сама, - сказал Леша и стал расстегивать рубашку.

Лена испугалась, что он перестал ее раздевать, потому что ему не понравился лифчик. Она положила герберы на пол. Торопливо сняла нижнее бельё. Аккуратно сложила.

Лена дальше помнила только полосы света на потолке от фар проезжающих машин и нитки паутины в углу комнаты.

Леша кряхтел и краснел, не смотрел в глаза, потом резко замолк, повалился рядом и засопел.

Лена поняла, что все кончилось. Посмотрела на Лешу. Он крепко спал. Осторожно встала и оделась. На кухонном столе стопками лежали газеты и журналы с отгаданными кроссвордами. Лене захотелось выпить воды. Она взяла кружку. На стенках обручами чернел несмываемый осадок от чая и в его липком дне жужжала полумертвая муха. Лена вздохнула, вернула кружку на место, взяла цветы и тихо вышла из квартиры.

Лена брела по бульвару и смотрела на гирлянды, украшавшие деревья и арки. На лавочках целовались пары. Лене хотелось целоваться. Она увидела себя в витрине магазина, поправила волосы и припудрилась. Подняла голову и вдруг поняла, что это магазинчик нижнего белья. Внутри собирались домой девочки- продавцы. Лена нерешительно открыла дверь. Через полчаса она вышла с пакетиком нового кружевного белья. Старый лифчик остался в примерочной вместе с голыми завядшими герберами.