После тебя

Глава 1

«Он умер 2009 года...».

Ее сердце остановилось, и она присела на стул. В голове рос шмелиный улей мыслей. Умер. Человек, которого она полюбила за несколько минут умер восемнадцать лет назад.

Все вокруг вдруг прояснилось: дождь за окном, голоса на улице, грохот за стенами. Вдруг все это стало громче. Только внутри мысли накатывали прибоем дикого океана.

«Он не мог умереть. Не тогда. Он ведь должен жить!» — крутилось в голове у девушки. Ком поступил к горлу, глаза заслезились и сердце потяжелело, — «Почему…?» — хотелось заплакать, закрыть лицо ладонями и уткнуться головой в подушку. Мир потускнел за секунды, краски смылись словно под каплями ливня. Она выключила телефон и смотрела несколько минут в пол. На улице проехала машина по мокрому асфальту между домов и покатилась дальше.

Через несколько месяцев.

На улице была прелестнейшая погода, солнце поигрывало лучами по траве и иногда пряталось за облаками, как дети прячутся за предметами во время игры. Девушка только встала с постели и вышла на балкон с теплой кружкой кофе в руках. Сегодня нужно было зайти за продуктами и что-нибудь приготовить. Ее вьющиеся каштановые волосы спускались с плеч и падали на грудь, она тихо наблюдала за облаками, верхушками деревьев и, пожалуй, людьми, которые любили странные вещи.

Постояв так несколько минут, она посмотрела на все в общих чертах и открыла ноутбук. Начала что-то печатать, перелистывать и ее глаза бегали по экрану. Время пролетело незаметно. День переходил к вечеру, и она оторвалась от экрана. Было также солнечно. Немного погодя она встала, взяла джинсы, те звонко звякнули ремешком и натянула кофту поверх футболки, сунула книгу в сумку и прошлась по дому в поиске ключей. Спустившись с лестницы, она вышла из дома и направилась к парку.

Этот парк был там относительно недавно, раньше странное место, а теперь место встреч и прогулок. Место куда пойдешь намеренно. По площади он был небольшим, даже маленьким для большого города, зато недалеко и был достаточно милым местом. Дорожки там вели во все стороны, они были протоптаны раньше, несколько больших зон для семей и игр с друзьями. Лавочки же стояли вдали друг от друга и прятались в ветвях деревьев.

Она полюбила там одно место. Эту лавочку можно было легко увидеть если идти к ней, но она будет незаметной из-за пути, по которому проходились все-таки не так часто. Деревья там росли в высь и в тоже время в ширь, ветки около этого места были длинные, но девушки касались едва.

Сколько историй там было прочитано? От небольших рассказов восемнадцатого века вплоть до романов в нескольких томах. Она сидела там, оперевшись на деревянные доски и проживала множества жизней. Когда-то человека привязали к столбу и высмеяли его, он был опозорен, где-то человек потерял близкого друга, и он лишился своей последней любви умирая, в другом месте мать лишилась своего дитя. Сколько судеб. Сколько жизней. Сколько горя и печали. Но все это к тому, чтобы прожить чуть дольше. Она становилась свидетелем, палачом, жертвой, проживала счастье, горе, утрату. Но ее жизнь только начиналась, ей было чуть больше двадцати.

Перед ней роман о людях, о людях бедных и несчастных, но которые идут сквозь время, к своим желаниям и далеки мечтам, которые возможно останутся мечтами, они так и не увидят берегов дальнего острова и останутся посреди буйного океана умирающими. Но все же находятся и те, которые плывут против. Против берегов, мимо богатых гаваней, к тихим и уединенным местам, которые не отмечены на карте и может, на которые натыкаются случайно. И там они обретают подлинное счастье.

- Извините, - голос доносится рядом, и девушка выныривает из повествования, - Я могу сесть рядом? Все лавочки уже заняты, - и действительно сегодня было больше людей чем обычно, - но обещаю, что мешать не буду.

Перед ней стоял парень лет двадцати пяти или немного меньше тридцати. Ее сердце чуть остановилось от темных карих глаз, столь пронзительных и открытых, но в тоже время немного с легкими огоньками веселья и улыбки, мягкой учтивости.

- Да, садитесь, - соглашается девушка, немного помедлив.

- Спасибо, - улыбается юноша, его улыбка открытая и видно искренняя, он явно немного смущался от простого вопроса.

Он тихо сел на противоположную сторону, занимая немного места, настолько, что между ними двумя мог сесть еще третий. Девушка немного отвлеклась, но снова погрузилась в роман почти забыв о соседе около себя.

К сумеркам читать стало сложнее. Она поняла это когда шрифт нужно было рассматривать чуть дольше, чуть точнее. Она оглянулась и вздрогнула. Все это время парень сидел возле нее и тоже читал какую-то книгу. Она перевела взгляд обратно к абзацу и почти сразу его закрыла. Было темно. Раскрыв сумку, она осторожно положила туда книгу чтобы не помять страницы и пошла в сторону выхода. Она заглянула в магазин, купила лапши и овощей, а после завернулась в плед перед сном дома.

Ночь завернула мир в одеяло, осталось несколько горящих окон в доме напротив, но и они скоро погаснут.

"Почему я не могу увидеть тебя? Увидеть твоих темных глаз, открытой улыбки и мягких ладоней, услышать рядом твой голос и на секунду коснуться тебя?"

Она по привычке открыла глаза и на часах время шло к четырем, солнце еще не взошло разве едва окрасилось небо. В квартире тишина, окна закрыты и птицы не поют. Только ночная вуаль застилала глаза. Она села на кровать в задумчивости. Думала о чем-то, и легкая грусть коснулась ее карих глаз. Было утро.

Ее стопы коснулись холодного пола, легкое шуршание одеяла и тихий звук шагов послышались в квартире. Чайник зашумел. Летняя прохлада дома касалась кожи. Был август.

К вечеру она пошла в парк. Было жарко, но к сумеркам уже собиралась прохлада и раздувалась ветрами. Она подошла к своей скамейке и раскрыла книгу. Птички чирикали рядом и несколько прохожих проходило мимо. Прошло около полу часа.

- Извините, можно я снова присяду к вам? – послышался недалеко голос. Девушка подняла глаза и увидела того же юношу, что и вчера и те же теплые глаза. Она улыбнулась от этой глупой случайности, от этого странного случая.

- Конечно, - сказала она

Он сел на противоположную сторону, и временами перелистывание страниц слышалось между ними. Наступили сумерки. Она изредка бросала в его сторону взгляды, как бы проверяя его существование, будто между прогулками по старой Франции она оглянется на скамейку, а его уже нет. Но он сидел рядом, на противоположной стороне и не уходил. За несколько минут она успела услышать рассказ автора о последнем сражении, о гибели империи и о трепетной любви к маленькому ребенку, и все это прервалось легким туманом приближающейся ночи, она не торопясь закрыла станицы и потихоньку направилась домой.

Воробушки на тонких ветвях тихо щебетали между собой и словно гонимый ветром майский пух, перепрыгивали на ветки, издали напоминая соцветия вербы. Пролетали птицы, и со взмахами их крыльев пролетало время. День уступчивым шагом проходил за днем, а воробушки находили важным делом покумекать слегка, покачиваясь на ветвях под ветром. Прошли недели - их место пребывания сменялось крышами домов, старыми чердаками, медными статуями в городах, мостами и мощеными тротуарами. И только с высоты их птичьего полета неизменным оставалось одно - место встречи двух людей. Около тропинки, около маленького дерева за спиной лавочки, они молча приветствовали друг друга взглядом.

Перед ней снова послышался знакомый голос, только не вежливый вопрос, а милое приветствие.

- Здравствуй. - он стоял на том же расстоянии.

- Здравствуй, - тихо сказала она и ее голос переливался с шелестом травы. На секунду она заметила джинсы свободного кроя и заправленную в них светлую рубашку.

Он сел на скамейку и продолжилось их легкое молчание с шелестом листьев позади и криками ребят на спортивной площадке. Иногда слышались броски мяча, его удары в сетку и смех детей от неудачного броска, азарт по середине партии от точных попаданий и звонкого веселья, но вдруг те завопили и взглянули на небо. Оно покрылось грозной серой тучей и небольшие капли падали на землю. Дети быстро собрали свои разбросанные по полю вещи, подобрали мяч и вышли через заднее ограждение.

Дождь начался резко, на бумагу попало пару капель и нужно было спешить домой чтобы книга не промокла. Она взглянула на своего соседа, но тот еще не заметил изменчивости погоды и отвернулась обратно. Нехотя она потянулась за край сумки, открыв ее, недалеко послышался голос.

- Вы уходите из-за дождя? – Она повернула голову и встретила теплый взгляд карих глаз.

- Да, он может усилиться, - кивнула девушка.

- Я могу предложить вам переждать дождь под зонтом, - это предложение прозвучало неожиданно. Она чуть вскинула брови от удивления и в задумчивости взглянула на небо, как бы проверяя идет ли там и в правду дождь.

- Хорошо, - в конце согласилась она. Мужчина немного улыбнулся и достал зонт. Щелчок. Этот звук раскрывающегося зонта вдруг напомнил ей дуновение ветра сквозь массивные белые паруса кораблей. Он пододвинулся к ней навстречу и занял половину скамейки как бы приглашая ее под укрытие, дождь усиливался, и она быстро нырнула под зонт с сумкой на коленях.

- Спасибо, - тепло, немного засмущавшись, сказала она.

- Всегда пожалуйста, - ответил он.

Дождь весело падал на землю и барабанил по зонту, прохлада спустилась и окутала кожу. Они сидели плечом к плечу и поглядывали куда-то вдаль.

- Как вас зовут? – послышался голос около уха, и девушка взглянула на него. Она назвала свое имя, и он сказал свое. Они заговорили спустя несколько недель после первой встречи и их укрывал маленький черный зонт. Его взгляд скользнул по книге в ее руках, задавая немой вопрос, он не спешил его озвучивать.

- «Отверженные» Гюго, – слегка повернув ее открылась тонкая бумажная обложка книги в тысячу страниц, - Что же у вас?

- «Вино из одуванчиков» Бредбери.

- Хорошая история, - она кивнула, вспоминая ее. - И как вам?

- Увидеть одно мгновение в разном. Описывать предметы противоположными явлениями. В этом творчество Бредбери. Не много о детстве, немного о жизни, - улыбается мужчина и разглядывает лицо девушки перед собой, - Почему вы читаете здесь?

Она взглянула на него, задумалась и снова повернула голову смотря вдаль.

- Мне нравится, когда птицы чирикают рядом, дует легкий ветер и просто ощущение большого пространства, - сказала она и ненадолго затихла, - будто книга умещается не в пространство, история, рассказанная здесь разлетается по ветру, - в ее глазах было волнение на грани трепета, радости и внутреннего восхищения, - Понимаете?

- Ваши высказывания необычны, - сказал он, - и все же в ваших словах есть что-то что цепляет и кажется за этим же чувством что и у вас прихожу и я.

В ее глазах сверкнули огоньки облегчения от услышанного, и она повернулась к бьющимся об асфальт каплям дождя.

- Вы живете рядом? - спросила она.

- Да, - ответил он.

Дождь продолжал проноситься, падая с небес.

- Вам не холодно? Может я провожу вас до дома? - спросил мужчина, она повернулась и, оглянув его лицо, согласилась. Они встали со скамейки и пошли в сторону дома под громоздким стуком воды.

"Я знаю, что тебя нет. Знаю, что не увижу проходя мимо, среди других людей по улицам разных городов. В отражении окна мне покажется твое лицо, среди других мне послышится голос, чья-то фигура напомнит мне о тебе. Ты мелькнешь в других людях, останешься в воспоминаниях, в другом человеке увижу твои повадки, в другом человеке услышу твой смех. Но все мне это покажется, развеется в дымке иллюзий в секунду времени. Но в этой иллюзии я увижу на миг тебя и вспомню."

Она проснулась, резко открыв глаза. Время без пяти шесть. Сегодня состоялась встреча важных людей и нужно было присутствовать за час раньше до начала. Утренняя рутина началась также по списку. Умывание, завтрак, занятия, чтение и легкий спорт. Было тридцать минут до выхода, она немного покрутилась около зеркала, накрасилась, надела вельветовый костюм и вышла.

Люди в пиджаках говорили о цифрах, о стоимости некоторого проекта и рассуждали, взвешивая решения. На секунду словно с легким дуновением осеннего ветра, как иссохший лист приносится через открытое окно в комнату, так и воспоминание мелькнуло мимо. Она на секунду оглянулась во вчерашний день и медленно прошлась в памяти по мужчине, который проводил ее до дома. Вспоминая его лицо, его глаза, его спокойный ласковый голос.

С той встречи прошло пару дней, а его образ, образ мужчины, который в определенный час приходит и проводит несколько минут рядом чаще мелькал у нее в голове. И она уже невольно, даже может не задумываясь ждала с ним встречи.

"Ты жив в своем мире, где-то там за гранью, твоя душа бессмертна. Возможно, ты взглянул бы на меня с улыбкой и сказал пару добрых слов. Возможно. В песнях я услышу часть твоей души, в мотивах я слышу былой голос, твои слова, твою былую страсть и увлечение. Я будто попаду в далекое прошлое, где твое тело было еще теплым, но окатит меня волной цунами и очнусь я на песчаном берегу в понимании. Ты перешел грань между жизнью и смертью. Ты стал вечен."

Они снова встретились в привычный час, но в этом привычном молчании, она, скользнув глазами по страницам, пыталась вникнуть в текст, будто пробить лед замерзшего озера, чтобы окунуться в море повествования, но этот лед оказался прочнее. Мысли заводили ее на тропу собственной жизни, отбросив чужие истории, под стуком сердца она невольно заглядывалась на мужчину рядом или глазами бегала по каменной тропинке, разглядывая травинки. Ей совсем было не до чтения.

- А если похолодает, то ты придешь сюда? - вдруг выразила она волнующую ее мысль. Мужчина оторвал взгляд от разглядывания структуры бумаги и повернул к ней голову, слегка удивленный этим вопросом.

- Приду, - ответил он.

- Даже когда выпадет снег?

- Даже тогда.

- И когда наступят крещенские морозы?

- Тоже буду.

Повисло молчание. Она пристально вглядывалась в его карие глаза. Он глядел на нее с теплой улыбкой, медленно закрывая книгу.

- Если же ты замерзнешь, то я угощу тебя чаем, чтобы согрелась, - сказал он, чуть прерывая молчание. Она взглянула на него из-под длинных ресниц.

- А может, сейчас мне холодно? - на это мужчина улыбнулся шире, слегка смеясь.

- Тогда пойдемте, - он привстал со скамейки. - Здесь недалеко есть кофейня, там продают хороший чай.

Она улыбнулась в ответ на его смех, встала, и они пошли вместе дальше по городу.

Позже, открыв потрепанный временем дневник, пролистав, несколько толстых страниц она зацепилась за письмо человеку, которого больше не сможет увидеть и дописала в самом конце:

"Спасибо тебе, что ты жил в этом мире".