Поправки к Дарвину

Глава 1

«По­ла­гаю, мне уда­лось до­ка­зать не­сос­то­ятель­ность дар­ви­нов­ской те­ории про­ис­хож­де­ния че­ло­ве­ка», - проб­ле­ял он. Я в тос­ке ог­ля­нул­ся. К со­жа­ле­нию, с пос­лед­не­го ра­за в пив­нуш­ке про­изош­ли из­ме­не­ния. Вмес­то сто­ли­ков у стен сто­яли иг­ро­вые ав­то­ма­ты, воз­ле которых ше­бур­ши­лись юн­цы и де­ви­цы. Не знаю точ­но­го зна­че­ния сло­ва "ше­бур­ши­лись", но они имен­но ше­бур­ши­лись, при­чём в высшей сте­пе­ни мер­зос­тно. "Вот-вот, - обрадовался он, - это как раз од­но из на­ибо­лее наг­ляд­ных до­ка­за­тель­ств." Пе­ре­сесть бы­ло не­ку­да. Ну что за на­ка­за­ние! - по­жи­лой, ти­хий и спо­кой­ный че­ло­век при­хо­дит раз в ме­сяц вы­пить па­ру лит­ров пи­ва. И тут к не­му ле­зут вся­кие уса­тые и лы­сые нез­на­ком­цы.

"Ти­пич­ные ко­тя­та, - нез­на­ко­мец шум­но осу­шил сра­зу пол­бо­ка­ла. И пе­ре­шёл на рус­ский. - Мы ведь зем­ля­ки? Я - кос­тром­ча­нин, а Вы, ос­ме­люсь спро­сить, от­ку­да?" По­че­му-то на­ше­го че­ло­ве­ка всю­ду вид­но. Как бы ни оде­вал­ся, как бы бе­зуп­реч­но не вла­дел ту­зем­ным при­сю­сю­ки­вань­ем - сра­зу уз­на­ешь. Да­же со спи­ны. Флю­иды ка­кие из­лу­ча­ем, что ли?

- Из Уз­бе­кис­та­на, - по­че­му-то ска­зал я. Он про­си­ял, слов­но ему по­да­ри­ли дол­лар: "О, са­лям алей­кум!". "Гу­лаг ар­хи­пе­лаг", - бур­кнул я. Он не­по­ни­ма­юще вы­та­ра­щил­ся: "Что... по­че­му Гу­лаг?" "Анек­дот та­кой". Не­до­уме­ва­ющее вы­ра­же­ние спол­зло с его фи­зи­оно­мии. "Смешной?" "Очень смеш­ной". "Вы мне его по­том рас­ска­же­те, - в два глот­ка он до­пил бо­кал и за­ма­хал офи­ци­ан­ту, тре­буя про­дол­же­ния. - Так на чём мы остановились?"

Я сдал­ся. Всё рав­но не­дав­но я пя­лил­ся в зал, за­ви­дуя всем про­чим, при­шед­шим ком­па­ни­ями: мне то­же хо­те­лось об­ще­ния и разговоров. Не та­ких, ко­неч­но, но в пос­лед­нее вре­мя мне что-то не ве­зёт. Уточ­ню, пос­лед­нее вре­мя - это лет со­рок, при­мер­но.

"Ошиб­ка Дар­ви­на в том, что он ос­но­вы­вал­ся лишь на приз­на­ках внеш­не­го сходс­тва и раз­ли­чия. - про­воз­гла­сил он. - Но ведь это ненауч­ный под­ход. Так мож­но прид­ти, нап­ри­мер, к вы­во­ду, что кит про­изо­шёл от се­лёд­ки, а что, то­же хвост, плав­ни­ки, сре­да обитания..." "Что ж, мо­жет, и про­изо­шёл", - вя­ло сог­ла­сил­ся я. Он что-то ве­щал, та­ра­ща гла­за, от­хлё­бы­вая и хрус­тя за­кус­кой. В воздухе пла­ва­ли за­па­хи про­ли­то­го пи­ва, со­лё­ной ры­бы и по­че­му-то све­же­го хле­ба. Один из иг­ро­вых ав­то­ма­тов у сте­ны вдруг засверкал ог­ня­ми и вы­дал мощ­ный му­зы­каль­ный залп. Стол­пив­ши­еся воз­ле не­го ма­ло­лет­ки вос­тор­жен­но за­во­пи­ли. "Эко­ло­гия!" - лысый воз­дел ука­за­тель­ный па­лец к по­тол­ку и энер­гич­но за­чав­кал бу­тер­бро­дом. Юн­цы пры­га­ли. Во­об­ще-то в пи­тей­ные за­ве­де­ния до дос­ти­же­ния оп­ре­де­лён­но­го воз­рас­та не пус­ка­ют - и я бы этот по­рог по­вы­сил.

"Вы сог­лас­ны со мной?" - он тре­бо­ва­тель­но взи­рал, на­ва­лив­шись не­объ­ят­ным брю­хом на стол. На по­доб­ный воп­рос от­ве­ча­ют толь­ко ут­вер­ди­тель­но, приш­лось кив­нуть: "Да, ко­неч­но... Воз­дух заг­ряз­ни­ли, да. И во­ду, по­то­му и пи­во по­га­ное..." Ме­ня тя­ну­ло ска­зать ещё о гло­баль­ном по­теп­ле­нии, ко­то­рое то­же про­ис­хо­дит из-за то­го, что са­ми же всё вок­руг за­срали, вот, по­чи­тай, пол­зи­мы уже прош­ло, а снег ког­да вы­пал? - но под­нял взгляд и осёк­ся. Вид у не­го был оше­лом­лён­ный, изо рта тор­чал не­до­еден­ный кус. Я по­ду­мал, вот он сей­час по­пер­хнёт­ся и не­до­жё­ван­ные ош­мёт­ки по­ле­тят пря­мо в ме­ня. К счас­тью, он сглот­нул - прог­ло­тил всё сра­зу, слов­но удав кролика. "Вы о чём?" - оша­ра­шен­но спро­сил он. "А Вы о чём?" "Я об эко­ло­гии!" - что­бы пе­рек­рыть воп­ли мо­ло­до­го по­ко­ле­ния, он по­вы­сил го­лос. "Так и я об эко­ло­гии, - за­орал я, - о заг­ряз­не­нии этой ва­шей сре­ды оби­та­ния!" "Да нет же, - он оза­бо­чен­но по­со­сал ус . - Речь у нас с Ва­ми идёт не об эко­ло­гии, а об это­ло­гии." Мо­ло­дёжь вне­зап­но стих­ла, и ста­ло яс­но, что я, дейс­твительно, не дос­лы­шал. "А кит и се­лёд­ка?" "В том-то и де­ло, что ки­ты тут со­вер­шен­но ни при чём!"

Он улыб­нул­ся: "Шум­но­ва­то тут. Хо­ти­те, я пов­то­рю всё с са­мо­го на­ча­ла?" Мне хо­те­лось, что­бы он не­мед­лен­но и без­воз­врат­но про­ва­лил­ся сквозь зем­лю. И про­дол­жал про­ва­ли­вать­ся, по­ка не ока­жет­ся на про­ти­во­по­лож­ной сто­ро­не зем­но­го ша­ра. Я пред­ста­вил, где он вы­ныр­нет, нас­квозь прон­зив гло­бус. По­лу­чи­лось, что в оке­ане, а, мо­жет, в Аф­ри­ке. Луч­ше бы в Аф­ри­ке, пос­коль­ку, на мой взгляд, го­лод­ные аку­лы, увы, гу­ман­нее го­лод­ных нег­ров. "Да­вай­те", - об­ре­чён­но кив­нул я.

При­во­дить дос­лов­но всё, что из­ла­гал этот чу­дик, чес­то го­во­ря, поп­рос­ту не­охо­та. Тем бо­лее, что тог­да приш­лось бы изоб­ра­жать бес­ко­неч­ные пов­то­ры, со­пе­ние, чав­канье и буль­канье. А ещё он каш­лял, от­ры­ги­вал и - че­го я со­вер­шен­но не тер­плю - хва­тал ме­ня за ру­ку.

Квин­тэс­сен­ция же - вот она. Это­ло­гия - это, ока­зы­ва­ет­ся, на­ука о по­ве­де­нии жи­вот­ных. Ну, а пос­коль­ку че­ло­век - то­же жи­вот­ное, то... са­ми по­ни­ма­ете. Ко­ро­че, лы­сый чу­дик ре­шил в от­ли­чие от ан­гли­ча­ни­на со­пос­та­вить не те­лес­ное об­ли­чие, но по­ве­ден­чес­кие мо­де­ли. И об­на­ру­жил, что бли­же все­го к лю­дям на­хо­дят­ся кош­ки. Толь­ко кош­ка и че­ло­век пред­по­чи­та­ют все­му ос­таль­но­му не име­ющие смыс­ла иг­ры. Ко­тё­нок са­мо­заб­вен­но го­ня­ет­ся за собс­твен­ным хвос­том, че­ло­век пи­на­ет мяч ли­бо пог­ру­жа­ет­ся в мир вир­ту­ала. При­чём ко­тё­нок прек­рас­но зна­ет, что хвост вов­се не мышь, рав­но как и под­рос­ток по­ни­ма­ет, что чу­до­ви­ще на мо­ни­то­ре - толь­ко изоб­ра­же­ние. Ни хвост, ни кар­тин­ку съ­есть не­воз­мож­но. " А мы­ши?!- хри­пел он. - Да, бульк, чав-чав, кош­ки, бульк, уфф, охо­тят­ся на мы­шей. Но кто ког­да-ни­будь ви­дел, что­бы кош­ка съ­ела мышь?! Она охо­тит­ся для за­ба­вы! Кош­ки мы­шей не едят!!"

На его крик уже ог­ля­ды­ва­лись с со­сед­них сто­ли­ков. Я на­чал под­ни­мать­ся, но он опять ух­ва­тил ме­ня за ру­кав: "Внеш­ние раз­ли­чия? Вздор! Вот тут сэр Чарльз был прав. Да, чав, в про­цес­се эво­лю­ции, чав, паль­цы раз­ви­лись, втяж­ные ког­ти прев­ра­ти­лись в ног­ти, а шерсть поч­ти пол­нос­тью ис­чез­ла! Кста­ти, Вы за­ме­ти­ли, что мно­гие жен­щи­ны по­хо­жи на ко­шек?"

"Пой­ду по­ку­рю", - про­бор­мо­тал я, выс­во­бож­да­ясь. Эти не­до­ум­ки из гор­со­ве­та зап­ре­ти­ли ку­рить в пи­тей­ных за­ве­де­ни­ях. Хо­ро­шо, что хоть не зап­ре­ти­ли пить, за­ра­зы.

На ули­це у вхо­да ро­илась куч­ка мо­лод­ня­ка - то ли те же, что бе­си­лись у ав­то­ма­та, то ли их близ­не­цы. Ды­мок си­га­ре­ты та­ял в под­сту­пив­ших су­мер­ках. В го­ло­ве во­ро­ча­лась мысль, что хо­ро­шо бы по­дой­ти к ним и неп­ри­нуж­дён­но за­го­во­рить. Но что я мог ска­зать? Что при­лич­ные мо­ло­дые лю­ди не дол­жны ме­шать сво­им бе­зоб­ра­зи­ем от­ды­ху ок­ру­жа­ющих? Да ни фи­га они не пой­мут. А в бре­де лы­со­го что-то есть. Пом­ню, ви­дал в детс­тве схем­ку, где наг­ляд­но по­ка­зы­ва­лось, к ка­ким жи­вот­ным бли­же все­го че­ло­век в от­дель­ных сво­их сос­тав­ля­ющих. Под­роб­нос­тей на­чис­то на пом­ню, но, ус­лов­но ко­неч­но, че­реп у нас от обезъ­яны, бед­ро от свиньи, поч­ки от ко­та... Там да­же пе­ту­ху наш­лось мес­то.

Лё­гок на по­ми­не, бо­га­тым бу­дет. Лы­си­на на ко­рот­ких нож­ках вы­ка­ти­лась из две­ри и це­ленаправленно ус­тре­ми­лась ко мне. "Да­ди­те си­га­ре­ту? Я во­об­ще-то не ку­рю, да ин­те­рес­ный у нас с Ва­ми раз­го­вор за­вя­зал­ся".

Он за­тя­нул­ся и тут же за­каш­лял, за­пер­хал.

Нас­чёт ДНК я его пы­тать не стал. Пос­ле то­го, как про­чи­тал, что моя собс­твен­ная ДНК поч­ти пол­нос­тью сов­па­да­ет с ДНК чер­вя, я в этот ме­тод боль­ше не ве­рю. Так мож­но до­ка­зать всё, что угод­но. Учё­ные, мать их. Се­год­ня они ут­вер­жда­ют, что ко­фе вре­ден, а зав­тра, что ис­клю­чи­тель­ней­ше по­ле­зен. У нас в КБ то­же был один, при Бреж­не­ве - уж та­кой ком­му­нист, а власть пе­ре­ме­ни­лась, так де­мок­ра­том из де­мок­ра­тов за­де­лал­ся. И, вот же сво­лочь, рань­ше ме­ня в эмиг­ра­цию мах­нул. На­каш­ляв­шись, лы­сый про­тя­нул пот­ную ла­донь: "По­ра бы нам и всерь­ёз поз­на­ко­мить­ся". Наз­вал­ся он то ли Ви­тей, то ли Ми­тей, а мо­жет, Ди­мой. Я ска­зал, что ме­ня зо­вут Гри­го­рий. "Звуч­ное у Вас имя", - ува­жи­тель­но про­тя­нул он.

Зва­ли бы ме­ня дейс­твительно Гри­го­ри­ем, я б уда­вил­ся. Не имя, а клей­мо ка­кое-то. Гриш­ка От­репь­ев, Гриш­ка Рас­пу­тин... В на­ши вре­ме­на то­же, по­жа­луй­ста, Гриш­ка Яв­лин­ский.

Юн­цы стай­кой по­ва­ли­ли об­рат­но в зал. Я про­во­дил их взгля­дом: "Ва­ша те­ория кра­си­ва, но не­вер­на". "По­че­му?!" Об­рюз­гшая фи­зия ста­ла до­нель­зя нес­час­тной и рас­те­рян­ной, и яв­но бы­ло, что ему хо­чет­ся со мной раз­зна­ко­мить­ся. "Вот по­че­му, - ши­ро­ким жес­том я по­ка­зал на ос­тав­ше­еся пос­ле мо­ло­дё­жи - окур­ки, смя­тые си­га­рет­ные пач­ки, обёр­тки от же­ва­тель­ной ре­зин­ки и про­чее. Меж­ду про­чим, ур­на бы­ла сов­сем ря­дом. - Так му­со­рят толь­ко свиньи".

- Да, но...

- Ни­ка­ких но! Сог­ла­сен, что со­еди­не­ние ан­тро­по­ло­гии с би­хе­ви­орист­ским под­хо­дом весь­ма пло­дот­вор­но, од­на­ко кош­ки су­щес­тва чис­топ­лот­ные и так сви­ня­чить не мо­гут!

Та­кое ощу­ще­ние, что о би­хе­ви­ориз­ме этот ге­ний ус­лы­шал впер­вые.

- Но... Гри­ша, пос­лу­шай­те, Гри­ша... Ээ... А как же иг­ро­вые мо­де­ли?.. Мы же с Ва­ми ус­та­но­ви­ли, что оп­ре­де­ля­ющим мо­мен­том яв­ля­ет­ся иг­ра, как важ­ней­шая часть... э...

Он не знал, важ­ней­шей час­тью че­го яв­ля­ет­ся иг­ра. Я про­ин­фор­ми­ро­вал, что свин­ки, ед­ва по­явив­шись на свет, тут же на­чи­на­ют иг­рать и про­дол­жа­ют это бес­смыс­лен­ное за­ня­тие до са­мой ста­рос­ти. Кро­ме то­го, не­да­ром не­ко­то­рые ре­ли­гии зап­ре­ща­ют по­еда­ние сви­ни­ны. В этом, не­сом­нен­но, про­яв­ля­ет­ся под­соз­на­тель­ный от­каз от кан­ни­ба­лиз­ма и не­же­ла­ние по­жи­рать собс­твен­ных пред­ков.

Он всё ещё по­мар­ги­вал не­до­вер­чи­во, и до­бил я его, со­об­щив, что по­ро­ся­та рож­да­ют­ся с со­вер­шен­но пря­мы­ми хвос­ти­ка­ми, за­ви­ва­ют­ся же они спи­ралью как раз в ре­зуль­та­те неп­ре­рыв­ной иг­ры, ку­да там ко­тя­там. О том, что со свинь­ями я стал­ки­вал­ся лишь ког­да они в ипос­та­си вет­чи­ны и эс­ка­ло­пов, приш­лось умол­чать.

Вид у не­го сде­лал­ся со­вер­шен­но по­те­рян­ный, но вер­нув­шись на место, он стук­нул ку­ла­ком по сто­лу, за­ка­зал для нас ещё пи­ва и ска­зал, что я, по­ви­ди­мо­му, прав. Упо­мя­нув при этом ко­го-то, кто на ли­цо - вы­ли­тый ка­бан. И что все ко­пыт­ные про­изош­ли от пя­ти­па­лых, так что об­рат­ное раз­ви­тие впол­не воз­мож­но. Пос­ле че­го пред­ло­жил сот­руд­ни­чес­тво и за­явил, что нам не­об­хо­ди­мо об­ме­нять­ся те­ле­фо­на­ми. Мол, в гря­ду­щих Ака­де­ми­ях на­ши пор­тре­ты бу­дут ви­сеть ря­дом. Я про­дик­то­вал ему на­бор цифр. На­де­юсь, по­лу­чил­ся но­мер пси­хи­ат­ри­чес­кой кли­ни­ки, то-то он об­ра­ду­ет­ся, ког­да за ним при­едут са­ни­та­ры.

Кста­ти о мен­таль­ных вы­ви­хах. Ав­то­бу­сы в на­шем бо­гос­па­са­емом го­ро­диш­ке стра­да­ют ма­ни­ей ве­ли­чия. Они во­об­ра­жа­ют се­бя не ав­то­бу­са­ми, а ва­го­на­ми трам­ва­ев, по­че­му и под­ка­ты­ва­ют к ос­та­нов­кам все ско­пом. А в про­ме­жут­ках мож­но ох­ре­неть, ожи­да­ючи.

Я топ­тал­ся в кон­це не­ма­лень­кой оче­ре­ди, за­ра­нее ре­шив, что ся­ду во вто­рой "ва­гон", а луч­ше в тре­тий. Ага, как же. Со­из­во­лив­ший под­ка­тить, на­ко­нец, ав­то­бус был как пер­вым, так и пос­лед­ним. Ос­таль­ные, ви­ди­мо, где-то иг­ра­ли со сво­ими хвос­та­ми. На­ро­да внут­ри бы­ло - не про­тол­кнуть­ся. Чёрт ме­ня дёр­нул об­лю­бо­вать пив­нуш­ку вда­ли от до­ма. Ни за что боль­ше в этот вер­теп не пой­ду.

Вско­ре не­по­да­лё­ку ос­во­бо­ди­лось си­денье. К не­му рва­ну­лась тол­стая нег­ри­тян­ка, но я ус­пел рань­ше. "Уфф", - ска­за­ла тол­сту­ха, опус­кая не­объ­ят­ные ба­улы на пол. Де­монс­три­ро­ва­ла, как она, бедненькая, ус­та­ла. "Уфф", - от­ве­тил я и скор­чил страш­ную ро­жу. А ког­да нуж­но бы­ло вы­хо­дить, на­роч­но встал так, что­бы моё мес­то за­нял кто-то дру­гой.

Квар­тир­ка у ме­ня кро­шеч­ная, пол­сан­ти­мет­ра на пол­то­ра, но так да­же луч­ше. Убор­ки нем­но­го, я иног­да от­ва­жи­ва­юсь на этот под­виг, и рент не­ве­лик. Пло­хо дру­гое, от ос­та­нов­ки до до­ма ещё то­пать и то­пать. Ув­ле­ка­тель­ней­шее за­ня­тие, осо­бен­но зи­мой. Не пред­став­ляю, ка­кие иди­оты пла­ни­ро­ва­ли ли­нии грё­ба­ной ТТС. Меж­ду про­чим, эта са­мая ТТС су­щес­тву­ет как раз на мои на­ло­ги.

Ря­дом плав­но за­тор­мо­зи­ла лег­ко­вуш­ка - двух­мес­тная, спор­тив­ная на­вер­ное, я в этом сла­бо раз­би­ра­юсь, вся та­кая лад­ная, блес­тя­щая, и на ка­по­те - рас­плас­тав­ший­ся в прыж­ке се­реб­ря­ный ягу­ар. Мне бы та­кую, не­бось не тя­ну­ли бы с ме­ня на­ло­ги, точ­но б ско­пил. Двер­ца рас­пах­ну­лась - пе­ред са­мым но­сом, и на тро­ту­ар вы­пор­хну­ла де­ва. Ох, как она бы­ла хо­ро­ша! Бе­лые пря­мые во­ло­сы ни­же ло­па­ток, си­я­ющие в сум­ра­ке гла­зи­ща... А, нет смыс­ла опи­сы­вать то, что опи­сать не­воз­мож­но. Что я, Пуш­кин, что ли? Глав­ное же: в се­ле То­рон­тов­ке все ба­бы ще­го­ля­ют в пор­тках, а у кра­сот­ки из-под рас­пах­ну­той шуб­ки выг­ля­ды­ва­ла ми­ни-юб­ка - ко­лен­ки так и свер­ка­ли! В го­ло­ве мгно­вен­но сло­жи­лось: "- Ах, из­ви­ни­те, я Вас чуть не за­де­ла. - Ни­че­го, ка­кие пус­тя­ки. - Нет, Вы ме­ня всё же из­ви­ни­те. Кста­ти, ме­ня зо­вут..." Вот имя ей при­ду­мать не выш­ло - по­то­му что эта дрянь пос­мот­ре­ла пря­мо на ме­ня, но как бы не на ме­ня, а сквозь. Она ме­ня поп­рос­ту не ви­де­ла!

Я мрач­но сле­дил, как она ле­тя­щи­ми ша­га­ми шла к до­му. Не дом, а дво­рец, я бы не от­ка­зал­ся, да раз­ве чес­тным тру­дом на по­доб­ное за­ра­бо­та­ешь. Вот был бы мой этот па­лац­цо, да и "ягу­ар" за­од­но, ведь не её собс­твен­ные, сто про­цен­тов, а то­го, кто ей за лю­бовь дол­ла­ра­ми пла­тит, не­бось не гля­де­ла бы сквозь, не­бось как они все уме­ют, с улы­боч­кой ан­гель­ской: "Ой, мо­ло­дой че­ло­век, а мож­но с Ва­ми поз­на­ко­мить­ся?" И рес­нич­ка­ми хлоп-хлоп-хлоп. Ба­боч­ка кры­лыш­ка­ми бяк-бяк-бяк. Не смеш­но.

Оги­бая суг­роб, я пос­коль­знул­ся и чуть не упал. Вот мер­зав­цы! Ма­ло то­го, что на­во­ро­ва­ли столь­ко, что до­ма се­бе по­ку­па­ют, так ещё и снег рас­чи­щать на пред­наз­на­чен­ном учас­тке ле­нят­ся. Нет, иног­да я прос­то уве­рен, что Кар­ла Мар­ла и Вов­ка Уль­янов бы­ли пра­вы.

Не­ма­ло я в сво­ей жиз­ни оши­бок со­вер­шил, приз­на­юсь. (Оп­ре­де­лён­ные не­дос­тат­ки у ме­ня есть, гре­шен как вся­кий, но са­мок­ри­тич­ность то­же име­ет­ся, не от­ни­мешь). И са­мог­лав­ней­шая ошиб­ка бы­ла эмиг­ра­ция. Что ж, все по­бе­жа­ли, и я по­бе­жал. А ос­тал­ся бы, сде­лал­ся оли­гар­хом не ху­же про­чих. Тог­да б эта бе­ло­во­ло­сая... Да я б её тог­да и на де­сять плев­ков не под­пус­тил.

Хо­тя те­перь быть оли­гар­хом в Рос­сии - де­ло опас­ное. Пук­нуть не ус­пе­ешь, как рас­ку­ла­чат и по­са­дят. Или на­обо­рот, спер­ва по­са­дят, а по­том рас­ку­ла­чат. А са­ми ви­но­ва­ты, нуж­но бы­ло ду­мать, ко­го пре­зи­ден­том наз­на­чать. Я стал раз­мыш­лять, ко­го бы наз­на­чил, будь бо­га­че Бе­ре­зов­ско­го и Аб­ра­мо­ви­ча вмес­те взя­тых. (Кста­ти, точ­но был бы, ес­ли б не у­ехал. На­вер­ня­ка по­ум­нее этих дво­их.) Так, ко­го бы я выд­ви­нул? Уж во вся­ком слу­чае, не Пу­ти­на. И не При­ма­ко­ва, он то­же че­кист. И уж, ко­неч­но, не это­го, как его, с про­тив­ной оч­кас­той ха­рей...Сте­па­нен­ко? Сте­паш­кин? Он те­перь то­же чем-то кон­тро­ли­ру­ющим ру­ко­во­дит, пос­ле­дыш вель­мож­но­го па­на Фе­лик­са... Я на­чал ли­хо­ра­доч­но пе­ре­та­со­вы­вать в па­мя­ти воз­мож­ные кан­ди­да­ту­ры - и да­же ос­та­но­вил­ся: вы­хо­ди­ло, что пос­та­вить пре­зи­ден­том я бы смог толь­ко се­бя са­мо­го. Это ж на­до, до че­го не­пу­тё­вая стра­на, полтораста мил­ли­онов на­се­ле­ния, а на выс­ший пост в го­су­дарс­тве го­дит­ся один-единс­твен­ный! Так и то­го ухит­ри­лись в эмиг­ра­цию вы­пих­нуть.

Спра­ва ко­рот­ко гуд­ну­ли. Ока­зы­ва­ет­ся, я сто­ял пос­ре­ди про­ез­жей час­ти, а зе­лё­ный свет для ме­ня уже сме­нил­ся крас­ным. Из пе­ред­ней ма­ши­ны вы­су­нул­ся де­ятель, ос­ве­дом­ля­ясь, о`кей ли я, и не нуж­на ли мне по­мощь? Я по-рус­ски пос­лал его за го­ри­зонт. Хо­чешь ехать, так объ­ез­жай, а не хо­чешь - стой. Но не би-би-кай!

Доб­рав­шись, на­ко­нец, до­мой, я по­ужи­нал. Во­зить­ся с из­го­тов­ле­ни­ем бу­тер­бро­дов не хо­те­лось, так что по­пе­ре­мен­но от­ку­сы­вал от ба­то­на и лом­тя сы­ра. Ча­ем то­же пре­неб­рёг, ог­ра­ни­чил­ся во­дой из кра­на. Ни­че­го, мы лю­ди скром­ные, чу­жо­го не во­ру­ем, нам и так сой­дёт.

От нес­ве­жих, мя­тых прос­ты­ней нес­ло по­том. На­до бы пе­ре­си­лить се­бя и по­се­тить пра­чеч­ную. И пол, на­ко­нец, под­мес­ти, и пе­ре­мыть гро­моз­дя­щу­юся в ра­ко­ви­не по­су­ду. И да­же сте­реть пыль отов­сю­ду, ку­да смо­гу до­тя­нуть­ся. От гран­ди­оз­нос­ти за­мыс­лов чуть зак­ру­жи­лась го­ло­ва. И не­кий всплеск энер­гии воз­ник. Чес­тное пи­онер­ское, ес­ли бы с ут­ра не на­до бы­ло на ра­бо­ту, я тут же при­нял­ся на­во­дить чис­то­ту и по­ря­док. Но - не выс­плюсь, зна­чит сно­ва сво­им сот­руд­нич­кам что-ли­бо ляп­ну. Прос­то не сдер­жусь, ес­ли с не­до­сы­па. Но ска­зать им прав­ду о них оз­на­ча­ет, что опять при­дёт­ся ис­кать но­вую ра­бо­ту. Что в России, что здесь - всю­ду фаль­шь и ли­це­ме­рие. Лад­но, по­тер­пит убор­ка, где-ни­будь на сле­ду­ющей не­де­ле. Или на пос­лес­ле­ду­ющей.

Нек­ста­ти по­ду­ма­лось, что жаль всё же, что уш­ла от ме­ня моя быв­шая, Га­ли­на, не к но­чи будь по­мя­ну­та, Ни­ко­ла­ев­на. Она бы уж квар­ти­ру до блес­ка вы­ли­за­ла, чис­тю­ля бы­ла. И ужин бы нор­маль­ный при­го­то­ви­ла, кот­лет там на­жа­ри­ла, кар­то­шеч­ки, и са­ла­тик бы при­го­то­ви­ла, луч­ше из по­ми­до­ров с лу­ком, как она уме­ла. В жи­во­те за­ур­ча­ло, да не вста­вать же, всё рав­но ни­че­го, кро­ме хле­ба и за­сох­ше­го сы­ра в хо­ло­диль­ни­ке нет. Да, на все ру­ки Галь­ка бы­ла мас­те­ри­ца... Но ведь она бес­пре­рыв­но го­во­ри­ла, она тре­ща­ла с ут­ра до но­чи! И ей при­хо­ди­лось от­ве­чать!! А ещё она тре­бо­ва­ла, что­бы я не ку­рил в кро­ва­ти. А ещё... Слы­шал кра­ем уха, неп­ло­хо пос­ле раз­во­да ус­тро­илась, га­ди­на. Ни­че­го, пе­ребь­ём­ся, мы на­род прос­той, без пре­тен­зий. Хо­лос­то­му не в при­мер луч­ше, а ес­ли на­ше муж­ское по­доп­рёт, так на то мас­саж­ные ка­би­не­ты изоб­ре­те­ны.

Уже за­сы­пая, я вспом­нил лы­со­го Ви­тю-Ми­тю-Ди­му и впер­вые за весь день зас­ме­ял­ся. Вот же ду­рак. Вы­во­дит на­шу ро­дос­лов­ную то от ко­шек, то от сви­ней. Триж­ды ха-ха. Я-то знаю ис­ти­ну: лю­ди про­изош­ли от коз­лов!