Политкорректность

Глава 1

Андрей Михайлович, сидя в суде, вспоминал как всё это безобидно начиналось в Советском Союзе. Шла перестройка, страна открылась для запада и мы смотря европейские и американские фильмы с удивлением узнавали о таких понятиях как толерантность, политкорректность и т.п.

Оказывается человек может обижаться не только на то, что его ударили по лицу или послали на х.., но и по другим причинам.

Истоки этих явлений шли с запада, где меньшинства сначала робко, а потом все более агрессивно стали отстаивать свои права.

Расизм - безусловно чёрная страница истории колониальных стран и с ним конечно надо было бороться.

Вслед за борьбой с расовой дискриминацией, свои права стали отстаивать сексуальные меньшинства. Появились родитель №1 и №2, и прочие понятия не оскорбляющие чувств геев и лесбиянок. Эти социальные группы стали официально вступать в однополые браки и демонстрировать свои наклонности на специально организованных парадах.

А мы смеялись на кухнях обсуждая 54 варианта половой принадлежности и прочие изыски загнивающего западного мира.

Дошло до того, что оскорбительными стали считаться внешние оценки людей, легкий флирт с девушкой мог превратиться в обвинение в харассменте, стало оскорбительно называть людей с избыточным весом полными, а анорексичных моделей тощими.

И вот это явление добралось и до России, Pussy Riot устроила панк-молебен в храме Христа Спасителя и все сразу заговорили об оскорблении чувств верующих. Группа молодых девушек перешла незримую черту между современным искусством, вернее тем идеалистичным представлением его в своих головах и простым уважением к религии вне зависимости от веры в Бога.

Защиту чувств верующих законодательно защитили и православные активисты стали устраивать акции на выставках современного искусства куда они до этого отродясь не ходили.

Процесс был запущен и его было уже не остановить.

«Дело слушается судьей Смирновой при секретаре Николаевой. Истец, представьтесь пожалуйста и огласите суть Вашей жалобы суду», обратилась судья к молодому человеку приподнявшемуся со своего места.

«Илья Николаевич Прошкин, студент филфака МГУ», парень оглянулся и махнул рукой сидевшим на заднем ряду блогерам, снимающим процесс на мобильные телефоны.

«Уважаемый суд, суть моей жалобы в том, что меня глубоко оскорбляют некоторые произведения русской литературы описывающие темные времена крепостного строя в Российской Империи.

Хочу пояснить, дело в том, что моя семья из села Рождествено Тверской области. До 30-х годов двадцатого века все записи о рождении и смерти моих предков фиксировались в метрических книгах, которые чудом сохранились до нашего времени. Согласно этим записям мои предки были крепостными крестьянами.

Я испытываю оскорбление своих чувств, когда читаю произведения Тургенева, Радищева и Салтыкова-Щедрина, в них описываются унижения крепостных людей и издевательства над ними. В особенности меня коробит от сцен, где моих предков представляют рабами, безропотным скотом, которым помещики торгуют как товаром на рынке. А описания вседозволенности и похотливости помещиков заслуживают отдельного упоминания. Когда эти, даже язык не поворачивается сказать господа, безнаказанно насилуют жён и дочерей крепостных крестьян, это вызывает у меня чувства стыда и возмущения.

Надеюсь суду понятны мотивы моей жалобы. Я не намерен просить суд запретить книги этих авторов. Но мы можем использовать опыт накопленный западной цивилизацией, например произведения Марк Твена давно уже подвергаются правкам, что бы не задеть чувства афроамериканцев. Почему не откорректировать книги писателей 18-19 веков, что бы они не вызывали оскорбления чувств потомков крепостных крестьян при чтении этих произведений?», закончил свою речь молодой человек поправляя на носу очки в чёрной оправе.

«Суд вызывает свидетеля защиты по этому делу, профессора, доктора филологических наук, Андрея Михайловича Лугавого», зачитала судья по бумажке.

Профессор вздохнул и направился к кафедре.

«Уважаемый суд, все перечисленные истцом писатели были противниками крепостного права, поэтому они в своих произведениях и описывали всю пагубность, несправедливость, постыдность и жестокость этого строя. Литературный вклад упомянутых писателей поспособствовал отмене Александром II в 1861 году этого позорного для России явления. Подвергать правкам произведения классиков русской литературы я считаю кощунством. Если истца так глубоко оскорбляют эти произведения, то он может просто их не читать. Из школьной программы упоминаемых авторов уже исключили, за травмирующее действие их произведений на детей, а для чтения в свободное время можно выбрать любые другие книги.»

«Суд удаляется на совещание», судья с секретарем покинули зал заседаний.

Спустя пол часа судья вернулась в зал и зачитала решение суда.

«Суд решил исковые требования Ильи Николаевича Прошкина о внесении необходимых правок в произведения И.С. Тургенева, А.Н. Радищева и М.Е. Салтыкова-Щедрина, для исключения оскорбления чувств потомков крепостных крестьян, удовлетворить.»

Истец радостно воскликнул и победно помахал рукой блогерам.

«Куда катиться этот мир», печально произнёс Андрей Михайлович выходя из зала заседаний.