Подруга

Глава 1

Глава 1. Новая подруга. Знакомство.

Вот и второй курс. Период, когда ты уже всех знаешь, но не всё. Только поверхностные качества окружающих тебя согруппников. У меня появились подруги. Три – самое то. Но наша троица распалась, поскольку одна из девушек пошла переступать на грант, так как, попав в наш поток, она училась на платной основе. Нас стало двое. Возможно, это заложено в психологии людей — что должно быть трое. Двое — это только секреты, а весело провести — нужен третий. Четвёртый уже лишний, по крайней мере для меня, — размышляла студентка Нурбике второго курса Педагогического института. Она осмотрела девчонок, сидящих в кабинете. Своим взглядом она «ощупывала» каждую. Потом она обратила внимание на Макпал. Аккуратная прическа, очки, всегда немного консервативно и порой безвкусно одета, хм, и брови в стиле «а-ля Брежнев», а эти заметные усики над верхней губой... Нурбике не понимала девушек, которые не ухаживали за собой — ведь они родились девушками, им посчастливилось представлять прекрасную половину человечества в этой жизни. Хотя Макпал — весёлая девчушка, «догоняет» приколы и шуточки Нурбике, легка на подъём, да и неглупа, если судить по отметкам, которые согруппница получала по предметам.

«Надо бы присмотреться к ней повнимательней, — заключила Нурбике, — хотя она часто ходит с Айжан и Динарой».

Макпал быстро и неуклюже стала запихивать свои тетради и принадлежности в сумку, как рядом оказалась Нурбике:

— Макпал, ты будешь готовиться к семинару?

— Да… — настороженно ответила Макпал.

— Может, вместе подготовимся? Завтра с утра в библиотеку пойдёшь со мной и Аселей?

— Да, конечно! — обрадовалась Макпал.

— Ещё созвонимся вечерком. Пока, — улыбнулась Нурбике и вышла из аудитории.

Макпал не могла поверить — самая красивая и клёвая девчонка в группе, и в институте вообще, заметила её. Классно! Всё так чудесно складывается: ещё у неё намечается автомат по «Педагогике», да и появилась возможность сдружиться с Нурбике. Правда, Айжан и Динара стали игнорировать её. А ведь у неё нет друзей… Интересно, почему? Часто она задавалась вопросом — ведь я такая хорошая и чудесная… Да и ладно.

Глава 2. Любовь.

— Ну и ну, на улице такая холодина, — задрожала Нурбике. — Макпал, заходи быстрей и двери закрывай.

Макпал поспешно затворила дверь, чтобы не впустить холодный и пронизывающий осенний воздух. Старшая сестра Нурбике, Надия, стала готовить к столу.

Выпивая с ними чай, она слушала их и, наконец, не вытерпев:

— Зачем вам эти орыс? Казахские парни намного лучше, да и ближе.

— Нет! Ты нас не переубедишь — нам нравятся только русские парни! — отпарировала Макпал.

Надия опешила от такого немного агрессивного выпада. Она просто пожала плечами — привыкла к странностям сестрёнки. Отец поначалу сердился, что младшая дочь дружит только с русскими парнями, но мама успокаивала его словами (возможно, и себя): «У неё такой возраст. Сама решит, что ей нужно, а что — нет».

Оставшись вечером одна с сестрёнкой, заметила:

— Не нравится мне твоя подруга. Слишком беспардонная и хамка какая-то.

— Нет, Надия, ты не права, она классная девчонка. Просто ты её плохо знаешь.

— Не знаю, не знаю, — покачала головой сестра. — Смотри, твоё дело. Сама знаешь, что для тебя лучше. Но эта Макпал мне с первого взгляда не понравилась, а своими выходками ещё больше разонравилась. Это моё мнение.

---

Девушки вышли из гардеробной. Макпал удивлённо потрясла плечо подруги:

— Видела, видела, как тот русский парень на тебя посмотрел? Чуть глазки не сломал.

— Тот урод, что ли? Не-е, мне такие не нравятся, мне темненьких подавай, — ответила Нурбике и, ритмично пританцовывая, вошла с подругами в танцевальный зал ночного клуба.

«Как он надоел! Никогда не встречала такого настойчивого парня», — сердилась она, рассказывая Макпал. Уже вторую неделю ей не даёт покоя этот парень с ночного клуба. Звонит в день по 10 раз, а если она не берёт трубку, то он оказывается у её двери. И это после всего того, что она сказала ему, что любит другого, правда, тот другой не был рядом с нею. Новый знакомый часто вечерами приходил к Нурбике, и они гуляли по городу, а она рассказывала ему, как она любит и будет любить другого — бывшего парня, не замечая, как рядом идущий молодой человек горько ухмыляется и тихо произносит: «Со мной никогда такого не было…»

— Хотя, я чувствую, что он мне начинает нравиться — Димка, — пришла к выводу она.

— Знаешь, я хочу сказать тебе правду, — потупилась Макпал.

— Какую правду?

— Твой Дима мне звонил и болтал со мной по телефону.

Нурбике остановила свой поток слов, удивлённо взглянула на неё.

— Звонил?? Зачем?? О чём вы говорили??

— Ну так… о пустяках.

Нурбике внимательно слушала и вытягивала из Макпал каждое слово о вчерашнем разговоре. Девушке стало неприятно.

Подруги попрощались. Вечером раздался телефонный звонок. Дима.

Разговаривая с юношей, Нурбике еле сдерживала себя, чтобы не поругаться. Поговорив некоторое время, придав голосу холодно-безразличный тон, начала:

— А зачем ты звонил Макпал?

— Ну как… так… просто… потрещать…

— А зачем ты звонишь и трещишь с моими подругами??? Игрушку нашёл?

— Ну…

— Так вот и катись к ней!

— Нет-нет!!! Ты мне нужна. Она — так, просто. Я не хотел. Это Кайрат мне дал её номер.

— Кайрат? — Нурбике вспомнила Кайрата, типа друга Димы, и тут же ухмыльнулась: только вчера этот самый Кайрат звонил ей, предлагая свою кандидатуру в качестве её парня, произнося: «Знай, если что у вас с Димой не получится, помни — я есть…». Она ещё удивилась: а так много говорят о крепкой мужской дружбе… — А зачем он тебе дал её телефон?

— Ну мы вместе сидели и решили повеселиться и позвонить ей.

Некоторое время поговорив, она поняла обстановку. Положив трубку, она задумалась. Зачем так поступила Макпал? Что-то это всё не к добру, — мелькнула мысль у девушки…

Глава. 3. Вот это поворот.

Из института вышли две студентки. Мимо них прошёл симпатичный молодой студент и улыбнулся им. — Видела, как он посмотрел? — довольно заключила одна. Хоть она и привыкла к такому вниманию со стороны мужской половины, но всё же её всегда радовало такое проявление внимания к её персоне. Вторая в ответ промолчала. Зайдя в автобус, вторая наконец-то ответила: — Не хочется тебя огорчать, Нурбике, но он посмотрел на меня. Я ему понравилась, — заключила она.

Нурбике просто взглянула на Макпал. Эта девушка с каждым днём потрясает её всё больше и больше. С каждым днём она понимала, образно говоря, что пригрела на груди змею. А недавно она узнала, что «подруга» звонила Диме. И в это самое время Макпал начала заявлять, что любит Диму и жить без него не может. Просила, чтобы Нурбике «отдала» ей его. Путём тупых шуток ставила Нурбике в незавидное положение, выставляла её дурой перед группой. К тому же Макпал стала полностью копировать Нурбике: покупала ту же одежду, такого же фасона и цвета, изменила причёску — сделала как у Нурбике. Надо бы разобраться в сложившейся ситуации.

Нурбике уже подумывала, что нужно тактично провернуть всё так, чтобы все остались довольны, чтобы Диме понравилась Макпал и он переключился на подругу. В это время ей стал нравиться парень с 3 курса, Диас. Она просто балдела от него и думала, как бы с ним познакомиться. И, как назло, её факультет перевели в другое здание. Теперь она его не видела. И вот отличная новость — будет университетская дискотека в одном элитном клубе. «Может, Диас будет на дискотеке», — довольно, в предвкушении, подумала Нурбике. Она поделилась своими соображениями с Макпал. Макпал ничего не сказала — она всегда молча выслушивала восторженные разговоры Нурбике о Диасе. Нурбике как-то не обращала на это внимания. — Вечером приедем ко мне ночевать, — считая деньги, сказала Нурбике, — на такси сэкономим.

Поздно ночью Надия проснулась от сердитого голоса сестрёнки, прерываемого редкими всхлипами. Ещё ничего не понимая, Надия слышала: — Зачем ты сделала это? Макпал, ты же знала, что мне нравится Диас???!!!! Ты же специально подошла к нему познакомиться! А эти поцелуи в первый вечер с только что познакомившимся парнем??? Точнее — с Диасом? Ты это специально сделала???

Надия, наконец очнувшись от сна, поняла, в чём дело. «Не буду вмешиваться, — мысленно заметила девушка, — сестрёнка сама разберётся с подругой. А я завтра узнаю нормально, в чём дело…» И уснула.

Глава 4. Месть.

Утром Нурбике метала и рвала. Негодуя, она всё поведала сестре: как Макпал сама подошла и познакомилась, а потом всю дискотеку целовалась с Диасом.

— И что ты будешь делать дальше? — озабоченно спросила сестра.

— Я сначала отомщу Макпал.

— И перестанешь с ней общаться?

— Нет, буду вести себя с ней как ни в чём не бывало. Вчера я позволила себе расчувствоваться…

— Как? Я б на твоём месте перестала с ней общаться. Я бы не смогла на неё даже смотреть — меня бы переполняло презрение и отвращение.

— Нет, это ты, а я придерживаюсь принципа: друзья должны быть ближе, а враги — ещё ближе… Сначала я её жалела и даже хотела, чтобы Дима от меня отстал и стал встречаться с Макпал… А теперь… посмотрим…

Надия тяжело вздохнула. Почему сестрёнка такая? Ведь ей придётся нелегко — постоянно нужно контролировать себя, подавлять негативные чувства в окружении таких двуличных особ. Но раз Нурбике решила — это её право. Она уже взрослая.

Вечером, вернувшись с очередной дискотеки, Нурбике позвала Макпал к себе домой переночевать. Уже дома, когда позвонил Дима, Нурбике жёстко сказала ему, чтобы он никогда не смел больше звонить или отвечать на звонки Макпал и чтобы он сказал ей, что он к ней относится несерьёзно, просто шутил, трещал над нею — он её никак не воспринимает. Сначала Дима не соглашался, но девушка заметила: «Ты же мне это сказал, так почему бы не сказать это прямо её “подруге”?» Молодой человек дал согласие.

Макпал тихо слушала жестокие слова Димы, грубо крикнула: «Зачем ты тогда звонил?!», бросила трубку и убежала в зал. Нурбике подняла трубку. Она ни о чём не жалела. Макпал надо было проучить, поставить на место, так сказать. Никакой жалости к такой «подруге», которая так эгоистично и некрасиво поступает. Она ещё немного поговорила с другом. Зайдя в зал, она увидела, как Макпал утирает слёзы, приговаривая:

— Брось его, Нурбике, он тебя не любит, поиграет, как со мной, и бросит. Смотри, как он со мной поступает.

Нурбике холодно посмотрела на обратившуюся:

— Ха! Так он же тебе правду сказал. И это же Дима с тобой так поступает, а не со мной. Тебя обидел, хотя ты сама виновата, а я его бросай? Ты с ним дружишь или я? Девочка, опустись на землю, — говоря жестокие слова, Нурбике торжествовала в этот момент, видя унижение «подруги»…

Глава 5.

Утром Макпал ушла. Нурбике проснулась поздно. Была суббота. Родителей не было дома — они, как всегда, на работе. Сестры тоже не оказалось — видимо, ушла по делам.

Нурбике убрала кровать, умылась и пошла пить чай. Мешая сахар в чашке, она размышляла, вспоминая все последние события. В голове понемногу формировался план — как быть дальше.

Дима начинал ей нравиться. Хоть она никак не давала ему шанса и не показывала, что он ей симпатичен — просто выходила, общалась, но не больше. Угрызений совести из-за того, что параллельно рассматривала других, она не испытывала.

Влюблённости к Андрею — её бывшему кавалеру — она уже не чувствовала. Этому было объяснение, последние ситуации, события оказали сильный эмоциональный эффект на ее чувства, что сейчас она чувствовала опустошенность и некую усталость.

Она поняла, что тогда она влюбилась не столько в него, сколько в их бесконечные разговоры по телефону. Душевные даже, если честно. Казалось, он понимает её, её душу.

Познакомились они в городском чате. Сначала переписывались, потом — долгие часовые разговоры. Андрей не торопился встречаться, всё отнекивался. Но Нурбике была упрямая — и всё же добилась встречи. Когда он её увидел, опешил.

Парень оказался неуверенным в себе, да и опыта с красивыми девчонками у него явно не было. Только благодаря виртуальному общению и беседам по телефону он смог быть интересным, уверенным. А в жизни… просто растерялся. Он испугался — и начал отдаляться.

Реальность оказалась сложнее виртуальности.

Нурбике тогда не понимала: почему после встречи он будто исчез? Наверное, подумала она, просто не понравилась ему. И это ранило.

Дима. Конечно, если судить с позиции взрослого, молодой человек повёл себя некрасиво. Уже по его поступкам можно было понять, что он не совсем подходящий вариант. Но в её юной голове, в молодости и наивности, она видела только плюсы.

Он делал всё, что она просила. Он слушал её — даже когда она говорила про других. Он всегда старался быть рядом.

«Может, зря я его отшиваю?.. Может, дать шанс?.. Попробовать… хотя бы дружить… как пара?..» — размышляла она, глядя в чай и не замечая, как сахар давно растворился.

С момента, когда Нурбике сделала выбор всё-таки дать шанс Диме, она начала в него влюбляться. Сначала медленно, осторожно. Она не показывала чувств, вела себя сдержанно, но сама ловила себя на том, что ждёт его звонков, улыбается, когда должны были встретится и мысленно перебирает, что наденет на встречу.

Как только Дима понял, что девушка отвечает ему взаимностью, его было не остановить. Он приходил каждый вечер. Они гуляли по городу — по набережной, по старым улицам, заходили в сквер за университетом, где пахло липами и свежей травой. Иногда он приглашал её в небольшое кафе с деревянными столиками у окна. Старался делать ей маленькие, но приятные подарки: резинку для волос, открытку с надписью «ты — чудо», карамельку с лаванды, просто потому что вспомнил о ней.

Когда не было возможности встретиться, он обязательно звонил на домашний. Болтали долго, обо всём. Иногда ни о чём. Смех, тишина, дыхание в трубке — и снова слова. Простые, как влюблённость.

Макпал как будто отошла в сторонку. Она снова стала проводить время с девочками с их потока. Нурбике было не до неё. Хоть и повторяла себе, что враги должны быть ближе, на деле — избегала. Бывшая подруга начала сутулиться, потуплять глаза, выглядела тише. Несмотря на то, что благодаря рекомендациям Нурбике стала лучше одеваться, делать лёгкий макияж, внутри она будто сдулась.

Зато с Асель они крепко подружились. Смех, учёба, планы, походы по магазинам, мечты. Нурбике было, с кем делить будни.

Так прошёл учебный год. И вот настало лето. Дима должен был вернуться домой — он был из деревни. Поначалу не хотел уезжать надолго, переживал, что отдалится. Но в родительском доме нужна была помощь. Да и жил он у родственников в городе, становилось неудобно: раньше он весь день был на учёбе, вечером — с друзьями или с Нурбике. А теперь лето, праздная суета, и чужой дом давил.

Он уехал с грустью. Но каждый вечер созванивались. Иногда коротко. Иногда — как будто и не расставались.

Нурбике собралась в гости к Асель — своей согруппнице, с которой давно дружила. Та жила в деревне, где родился и вырос Дима. Родителям Нурбике она сказала, что едет к подруге, просто отдохнуть. Если бы они узнали, что она собирается встретиться с парнем, вряд ли отпустили бы.

Нурбике так скучала по Диме, и думала, как с ним встретится. Вдруг она вспомнила. Ведь ее согруппница Асель с той же деревни, что и Дима. Асель несколько раз звала к себе в деревню Нурбике. Вот он шанс. Девушка позвонила подруге и напросилась в гости.

Асель встретила её с радостью. Деревня была залитой солнцем — зелёные поля, запах травы, тихий шум листвы. Здесь Нурбике чувствовала себя по-другому — легче, тише. Дима жил неподалёку, он знал, что Нурбике приедет и уже вечером пришел к дому Асель. Они пошли гулять к реке.

Он был счастлив её видеть — в этой деревенской, почти сказочной тишине. Прогулки, разговоры, лёгкое молчание, и снова они вместе.

---

Мама Димы, Марина Павловна, врач сельской амбулатории, давно замечала, что сын стал другим: замкнутее, тише. Но взгляд — мягче. Он влюблён.

— Если она в деревне, — сказала она однажды, — пригласи в гости. Пусть поест, отдохнёт. И я посмотрю, кто это такая.

Дима застеснялся, но всё же решился. Сам пришёл за Нурбике, проводил её до дома, тихо спросил:

— Мама зовёт на ужин. Ничего особенного, просто хочет познакомиться. Придёшь?

Сначала Нурбике растерялась. Переживала, впервые в ее жизни, она шла встречаться с родителями парня— а вдруг не понравится, вдруг будет неловко? Но затем подумала: "А чего бояться? Это же просто ужин"

Дом Димы стоял у самого края деревни. Белый, с синими ставнями, палисадник утопал в цветах. На крыльце — женщина: высокая, прямая, с проницательным, но добрым взглядом. Марина Павловна.

— Здравствуй, Нурбике. Заходи. Мы тебя ждали, — сказала она, щурясь от солнца.

На столе был накрыт простой, но душевный ужин: борщ, пирог с картошкой, клубничное варенье в баночке. Пахло мятой, деревом и теплом. Разговор шёл спокойно. Марина Павловна слушала, изредка задавала вопросы. Без колкостей, без сравнений. Только прямой, внимательный взгляд.

Нурбике волновалась, но быстро почувствовала, что её здесь не оценивают — с ней просто знакомятся. Она улыбнулась. Ей понравилась эта семья.

Позже, когда они с Димой снова пошли к реке, Марина Павловна посмотрела им вслед и тихо сказала мужу:

— Она не простая. В ней сила. Не из тех, кто всё прощает. Но с ней можно быть счастливым — если беречь.

- Дорогая, ты начиталась книжек, - пошутил супруг.

- Нет, милый. Я чувствую в ней сильный характер, ее любовь сможет вдохновить мужчину так, что он много может добиться в жизни, либо же опустить на самое дно, если он обидит ее..

Выходные прошли легко. С Асель они долго болтали, гуляли. Днём Нурбике встречалась с Димой — у реки, в роще, у старого моста. Иногда просто сидели рядом.

Однажды вечером они сидели на крыльце у дома Асель. Закат окрасил небо в золотисто-розовый цвет.

— Спасибо, что приехала, — сказал Дима, глядя вперёд. — С тобой всё становится... тише. И яснее.

— Мне с тобой тоже спокойно, — тихо ответила она. — Это... редкость.

— А ты вообще видишь нас дальше? — неуверенно спросил он. — Не как обязательство. Просто хочу понять, есть ли мы потом.

— Не знаю, — честно сказала она. — Пока что — мне хорошо с тобой. А завтра я уезжаю. Немного грустно.

Он кивнул:

— Тогда сегодня просто будь со мной. Друзья устроили вечеринку. Хотят познакомиться. Пойдём?

Нурбике замерла. Она не любила шумные компании, особенно с алкоголем и громкой музыкой. Но посмотрела в его глаза — и кивнула:

— Хорошо. Ради тебя.

Они шли по просёлочной дорожке — он с широкой улыбкой, она в светлом платье, осторожной походкой, будто примеряя эту землю на вкус. Дима держал её за руку, и взгляд его был лёгким, радостным. Он будто светился.

— Всё будет хорошо, — сказал он, ободряюще сжав пальцы. — Там мои друзья. Они нормальные. Весёлые. Захотят с тобой познакомиться.

Нурбике кивнула, не вполне убеждённая. Она не любила шум. Новых людей. Непонятные взгляды. Но ради него — она готова попробовать.

Он не знал, что его ждёт.

Дом, где собрались друзья, гудел. Из окон лилась музыка. Кто-то смеялся, на веранде курили. Внутри — столы с нарезкой, бутылки, пластмассовые стаканчики, запах духов, перегара и жареного мяса. Атмосфера — расслабленная и разбросанная, как после грозы.

— О, Димон! — закричал кто-то с кухни. — А ты кого привёл?

— Знакомьтесь, это Нурбике, — с гордостью сказал он, обняв её за плечи. — Моя девушка.

Глаза парней округлились. Кто-то восхищённо присвистнул. Девушки украдкой окинули её взглядом — с головы до ног, с прищуром. Нурбике улыбнулась вежливо. Она не стеснялась. Но ей не нравилось это ощущение — как будто оказалась на витрине.

— Привет, — бросила она. — Я из города. С Асель учусь.

Кто-то налил ей сока. Кто-то предложил вина — она отказалась. Дима тоже ничего не пил.

Музыка становилась громче. Кто-то включил танцевальные треки, начали двигать столы. Атмосфера разогревалась. Все пили много алкоголя. Нурбике это немного напрягало. Успокаивало только то, что Дима был рядом и не пил. Она сидела тихо улыбалась и в основном, молчала. Вежливо отвечала, если не о чем то спрашивали. Дима же был счастлив. Шутил, громко разговаривал.

Нурбике чувствовала себя неуютно, ещё ей было тревожно. Она чувствовала, что кто то пристально смотрит на нее, весь вечер, но не могла понять. Смогла только один раз поймать взгляд симпатичной девушки со светлыми волосами. Девушки встретились глазами, блондинка презрительно скривила губы и отвернулась.

Нурбике захотелось домой. Она шепнула Диме, что устала и хочет спать. Дима, разгоряченный атмосферой вечеринки уже подумывал начать пить, так как весь вечер ему этого не хватало, Но его сдерживало присутствие его девушки. Вдруг не поймет. Он кивнул, встал , чтобы попрощаться с хозяином дома, его другом. По пути кто то схватил его за руку. Он обернулся . Это была Олеся. Его бывшая, с которой он так и не расстался.

Дима был уверен: Олеся уехала. Учится в другом городе. Говорили, на каникулах не вернётся. Он не слышал её голос с весны — она не звонила, а он... не искал. Было неловко, да. Он не закрыл ту дверь, но давно стоял на пороге новой. Молодой человек стал судорожно думать, как выкрутиться, чтобы не было сцен.

- Вижу, что ты не один, - девушка пристально смотрела в глаза Диме, не отпуская его руку.

- Да я это..Прости Олеся...Так получилось. Мы в разных городах, - стал неуверенно торопливо говорить Дима.

- Да я понимаю, - Олеся смотрела на него с полузакрытых глаз и улыбнулась, - подари мне последний танец и можно считать, что между нами все кончено.

Дима, не хотел сцены, он больше боялся, что Нурбике его бросит, если увидит сцену истерики со стороны Олеси, но как объяснить, что он танцует танец с другой девушкой?

- Подожди, сейчас, стакан с соком передам ей, - быстро сказал Дима и поспешно подошёл к Нурбике.

Наклонился к ней:

— Подруга детства. Всего один танец. Разрешишь?

Нурбике ничего не ответила. Просто слегка кивнула. Лицо её было спокойным, как поверхность пруда перед бурей.

Они пошли на середину комнаты. Танец был неловким. Он держался на расстоянии. Но она всё время тянулась ближе. Прижималась. Обвивала руки. Он мягко отстранялся.

Когда музыка стихла, Олеся обняла его и… поцеловала. В губы. Долго. Намеренно. И Дима не сразу отпрянул.

Нурбике всё это увидела. Всё тело сжалось. Глаза затянула пелена ярости — она уже не видела ничего, кроме этой сцены. Она резко встала, подлетела к ним, оттолкнула Олесю. Та чуть не упала.

— Что, происходит, Дима?!

Олеся рассмеялась — звонко, зло.

— А ты не знала? Он просто исчез. Ни слова. Ни "мы расстались", ни "у меня кто-то есть". Просто взял и перестал быть. А теперь пришёл, как павлин, с тобой , новой подружкой. Думаешь, ты первая такая?

Нурбике перевела взгляд на Диму:

— Это правда?

Он побледнел, как мел.

— Я… я думал, что между нами всё закончилось. Мы же не говорили...

— Ты не говорил, — отчеканила она.

— Я не знал, что она будет… Я просто...

— Ты просто трус, — перебила его Нурбике. И в следующий момент — ударила. Прямо в скулу. От злости.

Он покачнулся. Все замерли, даже музыка стала тихой.

— Не провожай меня, — бросила она и вышла, хлопнув дверью.

---

Дима выбежал на улицу, босой. Ночь была тёплой, луна висела, как молчаливый свидетель. Он увидел, как вдали мелькнул подол платья. Нурбике заходила в калитку дома, где жила Асель.

Он не решился подойти. Только стоял. Схватившись за лицо, не от боли, а от стыда.

Утром он пришёл. Поначалу стоял , долго и все таки решился. Асель открыла, в футболке и с заспанными глазами.

— Привет… Я к Нурбике.

— Она уехала, — спокойно сказала та. — Рано утром. На попутке. Сказала, что не хочет тебя видеть.

Он молча кивнул. Развернулся. И ушёл. Как ему вернуть её? И сможет ли?

Глава 6. Старик, которого во дворе все звали просто дед Федя, сидел на старой деревянной лавочке у подъезда и щурился от яркого света. Он неспешно грел свои старые косточки, слушая щебетание воробьев и привычный гул города. Его взгляд скользил по выцветшему кирпичу пятиэтажки, которую он видел каждый день уже больше сорока лет. И тут его внимание привлекло что-то необычное. Во двор въехал старый "Москвич" грязно-зеленого цвета. Дед Федя не видел такой машины в их районе уже много лет. Из машины вышел высокий, симпатичный парень. На вид ему было лет двадцать пять. Длинные русые волосы слегка растрепаны, а глаза синие, как летнее небо. Он был одет просто, но аккуратно — в старые джинсы и вылинявшую, но чистую футболку. Парень неспешно направился к подъезду, но, не дойдя, остановился. Он поднял голову и стал пристально всматриваться в окна третьего этажа, словно пытался найти что-то или кого-то. Застыл на месте, как вкопанный, в его позе чувствовалась какая-то внутренняя нерешительность. Через минуту он медленно развернулся и вернулся в машину. Дед Федя усмехнулся: "Чудной какой-то. Чего ему тут надо?" Прошло полчаса. Солнце уже клонилось к закату, и дед Федя засобирался домой. Но, выйдя вечером на улицу, он снова увидел тот самый "Москвич". Тот же парень сидел внутри, опустив голову на руль. "Неужто ворюга какой-то?" — подумал дед Федя, хотя внешний вид парня никак не вязался с образом преступника. Любопытство взяло верх, и он подошел к машине. — Кого ждёшь, молодой человек? — спросил старик, по-доброму прищурившись. Парень вздрогнул, поднял голову и посмотрел на деда Федю своими синими глазами. — Свою любовь, — тихо ответил он. Дед Федя нахмурил густые, седые брови. "Шутить со старым решил?" — подумал он, но в глазах юноши не было и тени смеха, только грусть и какая-то безысходность. Парень криво усмехнулся, завел мотор и резко тронулся с места. "Зря я сегодня здесь проторчал, — мелькнула в его голове горькая мысль. — Я так и не увидел её..." Наступила осень. Но лето хотело напоследок порадовать всех своей теплотой и солнечными днями, не торопясь уступать место золотой поре. В воздухе уже пахло влажной листвой, но деревья еще не успели окраситься в свои яркие наряды. Нурбике с головой погрузилась в учебу, и осенние будни закрутили её в свой водоворот. Малика, её одногруппница, поначалу не обращала внимания на перемены в поведении Нурбике, но потом заметила, что та совсем перестала говорить о Диме. Девушка общалась в основном с девчонками из их группы, и ни разу не обмолвилась о том, что происходит в её личной жизни. Дима тоже иногда мелькал в коридорах института, но Малика ни разу не видела их вместе. "Неужели они поссорились?" — подумала она, но быстро отогнала эту мысль. Воспоминания о вспышке гнева Нурбике, о том, как та однажды схватила ее за волосы, были еще слишком свежи. Малика не хотела рисковать и снова оказаться в такой ситуации. Она решила оставить все как есть: "Зачем мне это, тем более, у меня вроде бы появился свой парень", — заключила она про себя. Дима, тем временем, тайком любовался Нурбике. Он старался не попадаться ей на глаза, но каждый раз, когда случайно видел ее в коридорах, его сердце начинало биться быстрее. Он наблюдал за ней издалека, видел, как она смеется, разговаривает с подругами, и понимал, что не может подойти. Первая сессия подходила к концу. Сегодня в институте была новогодняя вечеринка. Дима выпил немного, чтобы набраться храбрости, и поймал такси. Он знал, что Нурбике живет с родителями, и решил поехать к ней домой. Подойдя к двери её квартиры, он почувствовал, как сердце колотится в груди. Он постучал. Дверь открыл высокий, строгий мужчина с усами, очень похожий на Нурбике. — Здравствуйте, а можно Нурбике? — тихо спросил Дима. Мужчина внимательно посмотрел на него. От его пронизывающего взгляда Диме захотелось спрятаться. Мужчина словно сканировал его взглядом с ног до головы, а потом спокойно ответил: — Сейчас. Через несколько секунд в дверном проеме появилась Нурбике. Она улыбалась, но её улыбка тут же исчезла с лица, когда она увидела Диму. — Что тебе нужно? — холодно спросила она. — Поговорить, — тихо сказал Дима, сжимая кулаки. — Нам не о чем говорить, — отрезала Нурбике. — Дай мне шанс, — взмолился Дима. — Дай хотя бы объясниться. Неужели из-за одной ошибки?.. Я люблю тебя... Нурбике удивленно посмотрела на него. Она мечтала услышать эти слова, но никак не ожидала, что услышит их сейчас. Глядя на его глаза, полные раскаяния, она понимала, что он ей все еще нравится. — Можешь не отвечать сразу. Подумай, — сказал Дима. — Хорошо. Пока, — ответила Нурбике. — Пока, — Дима улыбнулся и стал спускаться по лестнице. Он уже был на первом этаже, когда услышал, как она крикнула: — Дима! — А? — С Новым годом! — И тебя! — ответил он, его сердце переполнилось радостью.

После того новогоднего вечера в их отношениях словно что-то надломилось, но в то же время что-то новое и хрупкое начало прорастать. Дима стал ненавязчиво, но настойчиво искать встречи с Нурбике. Сначала это были случайные "пересечения" в коридорах института, потом — короткие разговоры на переменах.

— Может, пойдём кофе выпьем? — как-то предложил он, когда они столкнулись у буфета.

Нурбике не сразу согласилась. В её душе всё ещё жила обида, но слова Димы — "Я люблю тебя" — тоже не давали ей покоя. Ей нравилось, как он смотрел на неё, нравилось, как он стал осторожен и терпелив.

Они начали встречаться. Сначала это были робкие свидания, больше похожие на прогулки старых друзей. Они гуляли по парку, много разговаривали, делились новостями. Нурбике, поначалу закрытая и настороженная, потихоньку оттаивала. Она видела, как Дима старается, и это трогало её. За полгода они восстановили свои отношения. Они не были парой в привычном смысле, но их дружба была наполнена симпатией, нежностью и надеждой.

Дима был счастлив. Он чувствовал, что наконец-то нашёл свой путь к её сердцу. Он снова стал самым близким для неё человеком. Но его незрелая натура снова дала о себе знать.

На одной из студенческих вечеринок, куда он пошёл с друзьями, Дима познакомился с другой девушкой. Она была яркой, общительной и весёлой, совсем не похожей на сдержанную и серьёзную Нурбике. Сначала Дима думал, что это просто мимолётное увлечение, но постепенно общение с новой знакомой стало затягивать. Он стал реже приходить к Нурбике домой, находил всё более нелепые отговорки, чтобы не пойти на встречу, которые она чувствовала своей душой.

Нурбике чувствовала это охлаждение. Она видела его отстранённость, слышала фальшивые нотки в его голосе, когда он звонил ей по телефону, и её сердце сжималось от предчувствия.

В один прекрасный день её худшие опасения подтвердились. Одна из подруг увидела Диму в кафе с той самой девушкой. Подруга, чувствуя несправедливость, сразу же пришла к Нурбике домой, чтобы всё рассказать. Мир в её глазах сузился до одной точки — слов подруги, и и в сердце словно ударили ножом. Слёзы не текли, была только ледяная пустота.

В тот же вечер Дима пришёл к ней домой. Дверь открыла Нурбике. Её лицо было бледным, а глаза пустыми.

— Не утруждайся, — холодно сказала она. — Я всё знаю.

— Нурбике... — начал он, но она его прервала.

— Нам больше не о чем говорить, Дима. Прощай.

Она закрыла дверь прямо перед его лицом. Больше они не общались.

Мимолётное увлечение Димы прошло так же быстро, как и началось. Девушка оказалась слишком поверхностной. Когда он остался один, его снова накрыло то же чувство опустошения, что и год назад. Он понял, что всё ещё думает о Нурбике. Он много раз приходил к ней домой, звонил на стационарный телефон, но ему никто не отвечал.

Он ещё несколько раз пытался подойти к ней в институте, но она проходила мимо, не глядя на него. Её лицо было непроницаемым, а в глазах читалось равнодушие. Она не дала ему второго шанса. Закончив институт, Нурбике уехала в другой город. Дима узнал об этом случайно, от их общих знакомых. Пошёл к её дому, но дверь ему открыли незнакомые люди.

"А прежние владельцы переехали в другой город, — сказали они. — Сказали, что навсегда".

Конец.

Благодарю, что уделили свое драгоценное время и прочитали мое творчество.