Подарок

Глава 1

Мой дедушка с самого начала жизни был искренним горячим приверженцем заповедей Научного Коммунизма.

А также некоторых других незыблемых заповедей, не знаю толком, из какой веры взявшихся, но о них скажу позже.

Как и любому ортодоксально верующему, ему приходилось проходить через многие трудности.

Так, в девяностые годы семья была расколота напополам календарём, повешенным на нашу с братом дверь.

Наша мама, дедушкина дочка, уверяла дедушку, что на календаре — произведение мастера древней живописи.

Дедушка кричал в ответ, что на календаре — опиум для народа.

Календарь переехал на внутреннюю сторону двери, которая теперь всегда была закрыта, а дедушка с тех пор старался не переступать порог детской.

Вместо этого он старался выманивать внуков из комнаты с опиумом на двери в комнату с одеялом на двери и красной фотографической лампой на столе. Внуки были довольны и так и эдак.

Внуки были довольны, но дедушка волновался. Дедушка переживал.

Ближе к двухтысячным годам дедушкины трудности обострились. Дело в том, что пока дедушка был занят стратегическим просвещением внуков, бабушка осталась без должного надзора, и у неё вдруг тоже появилась своя собственная горячая вера.

Бабушка страстно уверовала в астрологию. До такой степени страстно, что уже очень хорошо разбиралась, где астрология каноническая, где еретическая, а где — бессовестная коммерческая подделка.

Дедушка ругался. Дедушка ёрничал. Дедушка скорбно молчал. Дедушка страдал.

А бабушка склонялась над тетрадками и мелким почерком писала гороскопы всем ближним и дальним.

В конце концов дедушке ничего не осталось, как купить компью­тер и установить нужные программы, которые хотя бы частично считали всякие там бабушкины градусы и аспекты и всякую прочую луну без курса.

Бабушка — это бабушка. Ничего не поделаешь.

Но ещё несколько лет спустя дедушка устроил себе катастрофу собственными руками. Итак, одна из его заповедей гласила что-то вроде того, что Праздник — это святое. То ли речь шла про День рожденья, то ли про Новый год или Двадцать третье февраля — я, увы, не во всех тонкостях помню дедушкино вероучение.

Суть не в датах. Суть в том, что у дедушки на работе была молоденькая сотрудница, которая ни в грош не ставила эту заповедь. И ладно бы ещё внутри семьи, но она вела себя так в коллективе. Не поздравляла. Не дарила открыток.

Дедушка ругался. Дедушка объяснял. Дедушка уговаривал. Дедушка возмущённо молчал. Дедушка боролся. Дедушка не сдавался!

И он победил!!! В очередной Праздник невозможно упёртая молодая сотрудница наконец-то подошла к дедушке, почтительно поздравила его и протянула ему Подарок.

А вот здесь, внимание, вступала в действие ещё одна заповедь. Подарок — это ведь плоть от плоти Праздника, как вы понимаете. Поэтому дарёному коню в зубы не смотрят, дарёное не передаривают и так далее.

Дедушка с волнением развернул упаковку, и предстало перед ним с любовью оформленное в красивую рамку изображение с элементами шелкографии.

«Тайная вечеря»!

Дедушка мужественно исполнил свой праздничный долг — с энтузиазмом благодарил Дарителя и хвалил Подарок. А вечером, конечно же, завернул Подарок поаккуратнее и понёс его домой.

Дома дедушка не знал, плакать ему или смеяться. Дедушка закрывал лицо рукой и качал головой.

Потом он сказал:

— Ну, я не могу сказать, что это икона. Скорее всего, это следует отнести к живописи.

Подумал ещё и сказал ещё:

— Если это трудно назвать живописью в силу вот этих золотинок, то, уж во всяком случае, можно назвать народным промыслом.

— Это символ твоей победы над неопытным поколением, которое нуждается в твоей мудрости и в твоём воспитании, — подсказала мама.

— Чтоб я ещё пытался кого-нибудь перевоспитывать... — кашлянув, ответил ей дедушка.

И поставил Подарок в самом центре мебельной стенки. Над главным столом в доме. Там Подарок и стоит по сей день, слегка вспыхивая под упавшим на него лучом и невольно притягивая взгляд.

Бабушка сидит под этим Подарком и вычисляет астрологически благоприятные дни на все случаи жизни для тех, кого любит.

Дедушка сидит под этим Подарком и смотрит новости, размышляя о том, насколько долог ещё путь к Истинному Коммунизму.

Правнук сидит под этим Подарком, наяривает новорожденными зубами ухо пластмассовой собачки, и ему интересно в этом мире решительно всё.