Пессимист

Глава 1

Скрипнула калитка. Во двор зашёл понурый школьник в белой рубашке и брюках. С папкой в руках. Подошёл к дому, уселся на крыльцо. Смотрел в землю. К нему вышла тётушка-соседка. - Взяли? - Сказали, что завтра перезвонят. Соседка присмотрелась к нему. - Мишка, чего же ты унылый-то такой? Пойдём, блинов поешь... - Тётя Сона. Они откажут. "В духе Мишки..." - подумала тётя Сона и ретировалась, оставив Мишку размышлять в одиночестве. "Они откажут. Сказали, что будут смотреть только результаты экзаменов. Там у меня пятёрки и четвёрки. А они открыли аттестат... А там - проделки Галины Михайловны... Так грозно посмотрела та тётка из училища... Не возьмут меня, ох, не возьмут..." Как назло, сегодня, после недели дождей и холода, светило солнце. За калиткой по улице шёл мальчик в шлёпках, и увидев Мишку, окликнул его. - Мишка! Вернулся! Погнали к речке, глянь какая погода! Миша сидел на крыльце, глядя в пол. В голове - сумбур. И промолчать грубо, и сказать нечего. Пусть он просто уйдёт. - Миш, это я, Слава! Ну пойдём! Дядя Лёня лодку надул! Катать будет! "Все уже знают, что я не попал. А я ведь так хвастался всем. Так кичился. Гордился. И погода эта дурацкая..." - не давал себе выйти из уныния Миша. - Ну ты сиди тогда, захочешь - придёшь... Я пока червей накопаю... Не получив ответа, Слава, постояв, зашагал прочь. Миша слышал, как скрип его резиновых тапок всё отдалялся и отдалялся. "Отец меня таким умным считал... Мать так старалась... А я - я всех подвёл..." За размышлениями Миша не заметил, как наступил вечер. На грядки и летний душ во дворе упала тень от дома. Свет солнца стал золотистым. А Миша всё сидел. Когда услышал урчание подъезжающей "пятнашки", внутри у него всё сжалось. Вот теперь-то у него будут проблемы. Мотор за забором заглох, на засохшую после дождей землю ступили отцовские ботинки. Ботинки эти зашагали к дому. В замке калитки провернулись ключи. - Миша, вернулся? Как съездил? Я вот торт по случаю купил... Какой-то панический страх захлестнул Мишу. Ещё заслышав мотор он схватил телефон, папку, и побежал прочь. Перепрыгнул невысокий забор из профлиста. Пролез в сарайку тёти Соны на соседнем участке. Теперь пути назад уже не было. "Я исчез... Я не смог... Отец уже всё знает..." С этими мыслями Миша остался в сарае. Зная, что тётя Сона за барахлом старым ночью не полезет, он постелил себе старый коврик между залежами проржавевшего садового инструмента и грязными резиновыми сапогами, улёгся, и решил спать. Завтра - будь что будет. Он слышал, как отец ходил по двору, звал его. Потом весь дом осмотрел. Друзьям его звонил. Вскоре и мать со станции дошла. Они решили, что сын остался в городе, может быть, что заблудился и не смог выйти к станции и сесть на поезд до дома. Пришли к тёте Соне, рассказали о случившемся. Миша слышал, как ахала и охала Сона на веранде. Как будили дядю Лёню. Но Миша решил спать здесь, в сарае, наплевав на весь мир вокруг. Его и так не приняли. Всю ночь он ворочался. Было холодно, пыльно, тесно. Мысли не отпускали в царство сна. "Всю жизнь бомжом буду, бродяжничать, попаду под поезд - а потом? Бежать нужно, спору нет. Жизнь моя уже закончилась..." Уже совсем стемнело. Включил телефон - десять процентов заряда. Время - без пяти полночь. "Несчастный, больной я человек. Никуда я не годен..." С этими мыслями он всё же заснул, стиснув зубы от холода.

Разбудила его вибрация телефона в руке. Приёмная комиссия. Руки после сна на коврике почти не двигались. Вокруг - витающая в воздухе пыль. Наплевав на страх, Миша просто принял вызов. «- Здравствуйте, Михаил Тимофеевич. Вам удобно говорить?» Миша откашлялся. Он ждал неминуемого. «-Да.» «- Мы посмотрели ваши документы и результаты...» Внутри всё скомкалось. Какая-то жалость к себе. Солёная печаль. Давящий страх. Едкая беспомощность. «- У вас крайне достойные данные...» Миша уже начинал злится. Его это бесило. "Ну давай, просто скажи - НЕТ!" Женщина из приёмной комиссии взяла паузу. Где-то в глубине души Миша ещё надеялся. «- Приезжайте второго числа для зачисления.» Миг вакуума. «- То есть... Я принят?» Вопиющее чувство абсурда. Преждевременный стыд за невероятно глупый вопрос. Конечно, она откажет. Он ослышался. «- Да, вы приняты. Родители второго должны приехать, подписать...» В этот момент Миша заметил всё вокруг. Будто бы по-настоящему проснулся. Кругом - благодать. Лучи утреннего солнышка, пробивающиеся в сарай через окошко. Приятный запах старого дерева. Кукареканье петуха у дяди Лёни. Красивый узор на старом ковре. Свежий ветерок из приоткрытой форточки. Хотелось плакать. Тело отнялось и сопли пошли. Простыл. «- Я... Спасибо...» «- До свидания. Увидимся на учёбе.» Женщина из комиссии бросила трубку. Все предыдущие сутки по сердцу Миши ездили гружёные щебнем самосвалы. Один за другим, волна за волной. И тут, внезапно, он понял, что их не было. Что его бы взяли при его результатах. Андрей вообще экзамен в первый раз не сдал - и его взяли. А он, Миша, был обречён на успех.

В этот же момент треснула дверь. В глаза ударил свет. На пороге - тётя Сона. - Вот он где, негодник! Миша закрыл лицо рукой. Только почувствовал свободу. - Тётя Сона, меня приняли в училище... Жилистая рука рванула его вверх. - Конечно приняли, ещё б тебя не приняли! На кой чёрт ты в сарай убежал? Мать с отцом полночи по городу ходили, всю полицию на уши поставили! Мы с Леонтием с фонарями по лесу ходили. А он здесь, негодник! Совсем в тебе совести нет! Мише даже не хотелось спорить. Он молча встал, поднялся. Тётя Сона вывела его на веранду. С накрытым столом. Блинами. Сметанкой. - Отец твой уже под утро сам в училище звонил. Ему и сказали, что приняли тебя. Просто вечером звонить не хотели. Вот мы стол и накрыли. Садись, сейчас всем расскажу... Никогда ещё Миша не мог насмотреться на чистое небо, зелёную травку, росу, встающее солнце. Не мог наслушаться пением пташек. Лаем собак. Мурчанием котов. Даже трещины на столе и цветочки на эмалированной тарелке казались любящими и родными. Хотелось ему обнять весь мир. И не бояться пустяков