Пересадка

Глава 1

Пять часов в Мюнхене — дурацкий срок для пересадки. Вроде бы и в город можно съездить, бывал в городе, люблю его, дорогу знаю. Но пока выйдешь из аэропорта, дождёшься поезда, доедешь, потом всё время будешь смотреть на часы, дергаться и думать, когда пора возвращаться. Проще остаться в терминале. Только и пять часов в терминале — это долго.

Я возвращался из короткой командировки в Софию. Устал не настолько, чтобы спать на сиденьях, и слишком сильно, чтобы работать. Прошёлся по магазинам, хотя покупать ничего не собирался, съел колбаски с пивом, хотя никогда не пил во время путешествия, посмотрел на часы. До посадки оставалось четыре часа сорок минут. Ещё раньше, когда гулял по терминалу и искал свой гейт, я заприметил места для работы. Там было неудобное сиденье, розетка, узкий стол — необходимый минимум, который нужен для работы в аэропорту. Я купил воду, открыл ноутбук, быстро просмотрел рабочую почту, ответил на два сообщения и посмотрел в MS Teams.

Д. была в сети. Я написал:

— Удобно тебе сейчас поговорить?

Ответ пришёл почти сразу:

— Да, давай.

Я распутал наушники. Никогда не любил говорить через беспроводные наушники, когда пользуюсь ноутбуком. Вероятно, какая-то старомодность мне присуща. Один провод зацепился за молнию сумки, так что пока разбирался, прошло ещё несколько секунд. Наконец-то распутался и нажал на звонок.

— Привет, — сказала она.

— Привет.

Она улыбнулась. Наверное, я тоже. Я видел себя в маленьком углу экрана, обычно я не люблю смотреть на собеседника во время звонка и зачем-то смотрю на себя, но с ней мне хотелось смотреть только на неё.

— Ты где?

— В Мюнхене.

— Долгая пересадка?

— Пять часов.

Я повернул ноутбук, показывая окно и самолёты.

— Красиво, — сказала Д. — И долго тебе ещё?

— Ещё три с лишним часа.

— Почему в город не поехал?

— А смысл? Пока доберусь, уже обратно. Я в Мюнхене был, ничего нового за полчаса там не открою.

— Зато мог бы посидеть не в аэропорту.

Я поднял бутылку воды.

— Меня и тут неплохо кормят. И пиво тут очень приличное, кстати.

Она усмехнулась.

— Ах да, пиво. Посреди рабочего дня, да?

Пустой стакан всё ещё стоял рядом.

— Теперь мне почему-то стыдно. Спасибо.

Она засмеялась. Я поставил стакан подальше, чтобы случайно не задеть его проводом.

— Ты очень красивая, солнце, ты знаешь?

Д. просто улыбнулась, немного смутившись, как это было всегда, когда она не знала, что ответить.

— Как там София?

Я стал рассказывать, как прошла командировка, про людей, которые меня бесили, и как я рад, что пробыл там только два дня. Зачем-то описал дорогу в аэропорт и человека впереди меня на контроле, который долго перекладывал вещи из одной сумки в другую. История была совершенно неинтересная, но она слушала и улыбалась. Иногда она переводила взгляд на соседний экран.

— Ты работаешь? — спросил я.

— Немного. Я тебя слушаю.

— Я могу не мешать.

— Ты не мешаешь.

Я всё равно замолчал. Д. что-то дочитала, напечатала несколько слов и снова посмотрела на меня.

— Всё, — сказала она. — Я с тобой.

Вокруг постоянно кто-то проходил. Чемоданные колёса стучали по стыкам пола, из динамиков звали опаздывающих пассажиров на самолёт, а за окном медленно двигались самолёты. Мужчины по соседству дважды посмотрели в мою сторону. Наверное, решили, что не может быть человек настолько счастливым. Отчасти они были правы. Мы разговаривали в Teams, перед глазами у Д. был обычный рабочий день, а я был самым счастливым на свете, потому что у меня была Д.

— Подожди, — сказала она и сняла очки.

Протёрла стёкла, снова надела, поправила волосы. Я смотрел, как она это делает.

— Что? — спросила Д.

— Можешь снять очки снова?

Она уже привыкла к моим просьбам, улыбнулась и сняла очки.

— В твоих глазах — моя Вселенная. И ты самая красивая на свете, ты знаешь?

— Я не успеваю забыть, ты уже говорил.

— И буду говорить.

Я улыбался, как блаженный, улыбка появлялась сама, и я замечал её только тогда, когда видел Д.

— Я просто рад тебя видеть.

— Я тоже рада.

Оставшееся до рейса время перестало иметь значение. Мы говорили о её дне, о моём возвращении домой, о каком-то фильме. Я показывал ей людей в терминале и пытался угадать, куда они летят. Она говорила, что я всё придумываю, и по цвету чемодана невозможно определить пункт назначения.

— Этот точно в Рим, — сказал я.

— Почему?

— У него красный чемодан.

— Очень убедительно.

— А женщина рядом летит в Стокгольм.

— У неё тоже красный чемодан.

— Оттенок другой. А этот в Румынию.

— Да почему?

— Сама посмотри. У него чемодан в форме гробика.

— И вправду. Максимально странно.

Д. засмеялась. Потом мы оба замолчали. Она смотрела на меня, я на неё. Пауза не требовала объяснений. Нам всегда было о чём помолчать. Она была родной и очень близкой мне, и какая разница, сколько километров было между нами.

— Мне скоро нужно будет отключиться, — сказала Д.

— Конечно. Я понимаю.

— Ты расстроился?

— Нет, солнце. Я люблю тебя.

— Напиши мне сразу, как прилетишь, хорошо?

— Конечно.

Она улыбнулась, и экран погас. Я некоторое время сидел, не закрывая Teams. Там снова был список чатов, зелёные и серые кружки возле имён, уведомления. До рейса оставалось ещё больше двух часов.

Я убрал ноутбук, сходил за кофе и сел смотреть на самолёты за окном. Аэропорт и всё остальное были теми же, только я не видел ничего вокруг. Я вспоминал, как она смеялась над красными чемоданами, а ещё то, какая она красивая.

Я бывал в Мюнхене много раз. Гулял по городу, Мариенплац, Английский сад, помню вокзал и отели. Теперь у меня в голове только рабочее место в аэропорту и её лицо на экране. И красный чемодан, который летит то ли в Стокгольм, то ли в Рим. Мы больше не разговариваем. Она никуда не делась, иногда я вижу её на общих звонках. Просто нас больше нет.

В тот раз я так и не вышел в город, но у меня там была встреча. В следующий раз я хочу найти то место, где сидел.