Пчёлы тоже празднуют

Пчёлы тоже празднуют

С любовью и благодарностью посвящаю этот рассказ светлой памяти моей бабушки - Лидии Ивановны Аникеевой, сохранившей для нас тепло своего детства, дорогие сердцу воспоминания и истории, которые продолжают жить в нашей семье.

История за вечерним чаем

В тот вечер ничто, казалось, не предвещало особенных событий. За окном медленно угасал осенний день. В доме было тепло и уютно. На столе стоял пузатый чайник, от которого поднимался тонкий пар, лежали ломтики домашнего пирога, а в сахарнице поблёскивали белые кусочки сахара. Чай разливала бабушка Лида - женщина неторопливая, с мягким голосом и удивительной способностью рассказывать даже о самых обыкновенных вещах так, будто они случились только вчера.

За столом собралась небольшая компания: сама бабушка, дедушка Федя, внуки - Матвей, Илья и Юлия.

Матвей тогда учился в третьем классе. Он ещё не слишком интересовался взрослыми разговорами, зато охотно участвовал во всём, что обещало приключение, вкусное угощение или возможность посмеяться.

Илья был постарше и старался держаться солидно, хотя это удавалось ему далеко не всегда. Юлия, его старшая сестра, отличалась особым талантом: если ей становилось по-настоящему смешно, она начинала хохотать так громко и заразительно, что вскоре улыбались уже все присутствующие.

Дедушка Фёдор Степанович, лесовод по профессии и человек основательный, обычно слушал больше, чем говорил. Он умел выдерживать паузы, после которых произносил короткую фразу, нередко оказывавшуюся самой меткой за весь вечер.

Бабушка Лида поставила на стол блюдце с вареньем и присела на своё место.

- А я вам одну историю расскажу, - сказала она, поправляя край скатерти.

- Опять про Читу? - спросил Матвей.

- А про что же ещё? - улыбнулась бабушка.- Про моё детство.

- Там что-нибудь интересное было? - уточнил Илья.

Бабушка посмотрела на него поверх очков.

- Да уж, интересного хватало. Только вы, нынешние дети, наверное, и представить себе не можете, что тогда происходило.

- А что происходило? - оживилась Юлия.

- Да вот однажды у нас в посёлке такой праздник случился, что его потом долго вспоминали.

- Драка была? - предположил Матвей.

- Нет.

- Пожар?

- Нет, Матвей. Хотя переполоху было не меньше.

Дедушка Федя тихонько усмехнулся, словно уже догадывался, к чему клонит рассказ.

Бабушка отпила чаю и немного помолчала.

- Это было летом. В те годы я ещё совсем девчонкой была. Жили мы тогда в небольшом посёлке неподалёку от Читы. Лето стояло хорошее, тёплое. В посёлке готовились к празднику. Народ собирался на гулянье, девушки наряжались, ребята старались показать себя с лучшей стороны…

- И что? - не выдержал Матвей.

- Подожди. До самого интересного ещё дойдём.

Она улыбнулась, и в её глазах мелькнуло что-то такое, отчего внуки сразу притихли.

- А началось всё, как ни странно, с мёда.

- С мёда? - переспросил Илья.

- Да. С самого обыкновенного пчелиного мёда.

- Значит, кто-то его украл? - предположила Юлия.

- Нет, милая. Наоборот. У нас был один пчеловод. Человек хороший, добрый, щедрый. Пчёл своих знал так, что мог к ним подойти без всякой защиты. Ни сетки, ни дымаря, ни специального костюма. А пчёлы его будто за своего принимали.

- А нас бы они покусали? - спросил Матвей.

- Вас? Да ещё как! - рассмеялась бабушка. - Но тогда мы этого не понимали. Мы, девчонки, часто к нему на пасеку бегали. Он нас мёдом угощал. Настоящим, свежим, прямо из улья.

- Вот это здорово! - сказал Матвей.

- Здорово, конечно. Только однажды наш пчеловод решил, что и в праздник без мёда никак нельзя.

Дедушка Федя кашлянул в кулак, пряча улыбку.

- А ещё лучше, - добавила бабушка, - чтобы праздник был не только у людей.

- А у кого ещё? - удивился Илья.

Бабушка посмотрела на внуков и выдержала паузу.

- У пчёл, конечно.

Юлия уже начала улыбаться.

- Бабушка, а разве пчёлы праздники отмечают?

- Ещё как отмечают, - ответила Лидия Ивановна. - Только у них, видимо, свои представления о том, как это надо делать.

Она снова отпила чаю.

Матвей, Илья и Юлия придвинулись поближе к столу.

За окном окончательно стемнело. В комнате стало особенно уютно, а за семейным столом начиналась история, которой предстояло пережить ещё не одно десятилетие.

Лето в посёлке

Лето в тех краях умело радовать людей. Утро начиналось рано. Солнце поднималось над сопками, постепенно заливая светом деревянные домики, огороды, пыльные улочки и редкие деревья вдоль дороги. Воздух был свежим, пахнул травами, прогретой землёй и чем-то ещё - особенным, что бывает только в летнюю пору, когда впереди целый день и никто никуда особенно не торопится.

Посёлок жил своей привычной жизнью. Кто-то с раннего утра уходил на работу, кто-то возился в огороде, кто-то отправлялся за водой или по хозяйственным делам. Дети носились по улицам, придумывая себе занятия, которые взрослым порой казались совершенно бессмысленными, зато самим детям доставляли огромное удовольствие.

В такие дни даже самые обычные события становились приключениями.

Но сегодня посёлок был необыкновенно оживлён. Готовились к празднику. На площадке уже расставляли столы, кто-то развешивал украшения, женщины хлопотали возле угощений. Мужчины занимались тем, что считали необходимым для настоящего гулянья: переносили скамейки, устанавливали лавки, проверяли, всё ли готово.

Девушки обсуждали наряды, причёски и, конечно, кто с кем будет танцевать. Парни старались выглядеть занятыми и равнодушными, хотя то и дело поглядывали в сторону девушек.

Праздник обещал быть весёлым.

Лидия и её подружки тоже с самого утра находились в приподнятом настроении. Взрослые поручали им то одно, то другое, но девчонки старались не слишком задерживаться возле домашних дел. Им хотелось поскорее выбраться на улицу, встретиться с подругами, посмотреть, что происходит на площадке, и узнать последние новости.

А новостей в посёлке всегда хватало. Особенно если речь заходила о местном пчеловоде.

Человек, которого знали пчёлы

Пчеловода в посёлке знали все. Человеком он был добрым, незлобивым и, как говорили соседи, немного чудным. Впрочем, чудным его считали главным образом те, кто никогда не бывал на его пасеке. Он любил пчёл. Не просто держал ульи ради мёда, не просто занимался ремеслом, которое приносило ему доход. Он относился к своим маленьким труженицам с каким-то особенным уважением.

На пасеке он чувствовал себя как дома. Мог подолгу стоять возле ульев, прислушиваясь к ровному гулу. Мог заглянуть внутрь, проверить соты, осторожно вынуть рамку. И всё это делал без суеты, спокойно и уверенно.

Самое удивительное заключалось в том, что он обходился без привычной для других пчеловодов защиты. Не надевал специальной сетки на лицо, не укутывался в плотную одежду, не пользовался дымарём.

Пчёлы словно привыкли к нему.

Они жужжали вокруг, садились на руки, кружились возле головы, но не проявляли особенной агрессии. Пчеловод разговаривал с ними, будто с добрыми знакомыми.

- Ну что, работницы, как дела? - мог спросить он, подходя к ульям. - Много сегодня натаскали?

Разумеется, ответа словами он не получал. Но, судя по его довольному выражению лица, гул пчелиной семьи вполне его устраивал.

- Он с ними разговаривает! - удивлялись девчонки, впервые попавшие на пасеку.

- А чего же не разговаривать? - отвечал пчеловод. - Они ведь тоже живые. Работают, стараются. Надо и к ним по-доброму.

Девочки переглядывались. Им казалось, что пчеловод знает какой-то особенный секрет. Может быть, пчёлы узнавали его по голосу? Может быть, чувствовали, что он не причинит им вреда? А может, всё было проще: он действительно знал своё дело и умел обращаться с пчёлами.

Но для девчонок это выглядело почти волшебством. Особенно когда хозяин пасеки доставал из улья рамку с золотистыми сотами.

- Ну-ка, подходите, попробуйте, - приглашал он.

Девочки подходили осторожно. Сначала держались на расстоянии, потом, убедившись, что хозяин не шутит, смелели.

Мёд был густой, ароматный, солнечного цвета. Он тянулся тонкими нитями, когда его пробовали, и казался самым вкусным лакомством на свете.

- Вот это мёд! - говорила одна из подружек.

- А то какой же ещё? - смеялся пчеловод. - Не покупной же из лавки!

Он угощал девочек щедро, никогда не жалел для них мёда. И они уходили с пасеки довольные, осторожно неся в ладонях маленькие кусочки восковых сот, словно драгоценность.

Так продолжалось не один день.

Пчеловод привык к их визитам, а девочки - к его гостеприимству. И никто из них не мог предположить, что однажды именно эта привычка приведёт к такому переполоху, о котором потом будут рассказывать за семейным столом.

У каждого свой праздник

В тот день посёлок готовился гулять с особенным размахом.

С самого утра слышались голоса, смех, стук и перестук. На праздничной площадке уже собирались люди. Женщины приносили угощения, мужчины расставляли столы, а молодёжь поглядывала на часы, ожидая, когда же наконец начнётся самое интересное.

К полудню праздник набрал силу.

На столах появились разные угощения. Кто-то принёс пироги, кто-то - домашние закуски. Взрослые поднимали рюмки, поздравляли друг друга, говорили тосты.

Среди угощений нашлось место и медовухе.

Для одних это был просто праздничный напиток. Для других - повод вспомнить, что мёд бывает не только вкусным, но и вполне подходящим для весёлого застолья.

Люди пили, разговаривали, смеялись.

А где-то неподалёку, на пасеке, продолжалась обычная работа. Пчёлы не знали, что сегодня праздник. Или, возможно, знали, но не считали нужным менять свои планы. Они вылетали из ульев, возвращались с добычей, передавали нектар своим сородичам и снова отправлялись за цветочным богатством. Каждая занималась своим делом.

И если бы кто-нибудь мог перевести их непрерывный гул на человеческий язык, то, вероятно, услышал бы примерно следующее: «Мы тут с рассвета до заката трудимся. Собираем нектар, строим соты, заботимся о запасах. А люди тем временем празднуют! Да ещё и медовуху пьют!».

Конечно, это была лишь фантазия. Но, глядя на пчелиную суету, невольно можно было подумать, что у маленьких тружениц есть собственное мнение о человеческих развлечениях.

Особенно если учесть, что главным богатством пасеки был именно тот самый мёд, который люди так любили.

И уж совсем непонятно, как бы отнеслись пчёлы к мысли, что их труд превращают в напиток, после которого некоторые люди начинают говорить громче обычного, смеяться без причины и считать себя душой любой компании.

Впрочем, пока пчёлам было не до философии. У них была работа. А у людей - праздник.

И две эти жизни, казалось, могли спокойно существовать рядом. Если бы не один человек. Тот самый пчеловод. К вечеру он уже успел изрядно повеселиться вместе с остальными. Настроение у него было прекрасное, разговоры шли легко, а воспоминания о пасеке и мёде почему-то казались особенно приятными.

И вдруг он вспомнил о девочках.

- А ведь надо бы наших маленьких гостей угостить! - сказал он кому-то из соседей.

- Каких ещё гостей?

- Да девчонок! Часто ко мне на пасеку ходят. Мёд любят. Вот и сегодня пусть попробуют.

Мысль показалась ему прекрасной. Он поднялся из-за стола, поправил одежду и направился искать девочек.

А пасека тем временем жила своей обычной жизнью. Пчёлы возвращались домой, не подозревая, что к ним вскоре пожалуют гости. И что этот визит может оказаться совсем не таким, каким его представлял хозяин. Возможно, у них тоже были свои планы на вечер. Но об этом люди пока не знали.

Приглашение на пасеку

Девочки в тот день тоже не сидели без дела. Они успели побывать на праздничной площадке, посмотреть, как взрослые готовятся к гулянью, обсудить наряды и даже немного потанцевать. Но до настоящих развлечений было ещё далеко.

Лидия с подружками держалась неподалёку от места, где собирались люди. Оттуда хорошо всё было видно - и столы с угощениями, и тех, кто уже успел расположиться за ними.

Праздник постепенно становился всё шумнее. Кто-то пел, кто-то рассказывал истории, кто-то громко смеялся. Взрослые чувствовали себя свободнее обычного, а молодёжь ждала, когда начнутся хороводы.

Именно тогда девочки заметили знакомую фигуру. К ним направлялся пчеловод. Шёл он уверенно, с довольным видом и улыбкой человека, которому весь мир сегодня кажется добрым и приветливым.

- А вот и наши красавицы! - приветствовал он девочек.

- Здравствуйте! - ответили они почти хором.

- Что, праздник празднуете?

- Празднуем! - засмеялась одна из подружек.

- А мёд сегодня пробовали?

- Нет ещё.

- Так чего же вы ждёте? У меня на пасеке мёду сколько угодно. Пойдёмте, угощу вас прямо из сот!

Девочки переглянулись. Предложение было заманчивым. Мёд они любили, а поход на пасеку давно стал для них привычным развлечением.

- А далеко идти? - спросила одна из них.

- Да что там идти! Совсем рядом. Сходим, полакомитесь, и обратно. Праздник никуда не убежит.

Он засмеялся собственной шутке. Девочки тоже улыбнулись.

Никто из них не обратил особенного внимания на то, что пчеловод сегодня выглядел несколько иначе, чем обычно. В обычные дни он был спокойным и неторопливым. Теперь же говорил громче, двигался размашистее и то и дело возвращался к одной и той же мысли:

- Мёд у меня нынче хороший! Настоящий! Такого на празднике не найдёте!

- А мы знаем, - сказала одна из девочек. - Вы нас всегда угощаете.

- Вот именно! Поэтому и сегодня без мёда вас не оставлю!

И компания направилась к пасеке.

У пчёл свои порядки

Пасека встретила их знакомым ровным гулом. Ульи стояли на своих местах. Вокруг них сновали пчёлы, возвращаясь с цветочных полей и снова отправляясь за добычей. Всё было привычно, спокойно и почти по-домашнему.

Пчеловод сразу преобразился. Оказавшись среди своих ульев, он словно вспомнил, кто он такой и зачем сюда пришёл.

- Ну вот, мои работницы! - произнёс он, подходя к одному из ульев. - Принимайте гостей!

Он говорил громко, весело и совершенно уверенно.

Девочки остановились чуть поодаль.

- А они не покусают? - осторожно спросила одна из них.

- Да что вы! - отмахнулся пчеловод. - Они меня знают. Я тут каждый день. Сколько лет с ними работаю - и ничего!

Он приблизился к улью, занялся рамками и приготовился показать девочкам мёд.

В другое время он, вероятно, действовал бы осторожнее. Но сегодня его движения были менее привычными, а сам он, казалось, совершенно не замечал, что ведёт себя не так, как обычно.

Девочки ждали.

Вскоре показались соты. Мёд блестел в ячейках, словно маленькие капли янтаря.

- Ну что, будете пробовать? - спросил пчеловод.

- Будем! - ответили девочки.

И тут произошло то, чего никто из них не ожидал.

Пчелиный гул словно изменился. Сначала это было почти незаметно. Потом жужжание стало громче, беспокойнее. Несколько пчёл закружились возле пчеловода, затем к ним присоединились другие.

Он попытался продолжить своё занятие, но пчёлы вели себя совсем не так, как обычно.

- Да что вы, девочки? - пробормотал он, отмахиваясь.

Девочки насторожились.

- Что случилось? - спросила Лидия.

- Ничего, ничего. Сейчас…

Но «сейчас» не наступило. Пчёлы словно подняли тревогу. Их становилось всё больше. Они кружились над пасекой, подлетали к людям, не давали спокойно стоять на месте.

В бабушкином рассказе это объяснялось просто: пчёлы не терпят запаха спиртного.

И сегодня, после праздничного застолья, от пчеловода, похоже, исходил именно такой запах.

Девочки поняли, что пора уходить.

- Давайте назад! - крикнула одна из них.

- Быстрее! - подхватила другая.

Пчеловод тоже уже не выглядел столь уверенным. Ещё минуту назад он был хозяином положения, человеком, который мог без всякой защиты подойти к любому улью. Теперь же его собственные работницы, казалось, решили пересмотреть условия многолетнего сотрудничества. И пересмотр этот происходил без предварительных переговоров.

Пчеловод отступил. Девочки бросились бежать.

Праздник продолжается!

Побежали все. Никто уже не вспоминал о мёде, сотах и гостеприимстве. Даже самые смелые девчонки теперь думали только о том, как поскорее оказаться подальше от пасеки.

Позади гудела целая туча пчёл.

- Быстрее! Быстрее! - кричали девочки.

Куда там было до осторожности! Бежали кто как мог, оглядываться боялись, а о том, что ещё совсем недавно собирались лакомиться свежим мёдом, никто даже не вспоминал.

Впереди показался посёлок.

И надо же было такому случиться, что именно в этот момент на праздничной площадке началось самое весёлое.

Девушки уже водили хороводы. Люди собрались вокруг, кто-то хлопал в ладоши, кто-то подпевал. Взрослые продолжали веселиться, и никто не подозревал, что к ним приближается весьма необычная делегация.

Первыми появились девочки. Они вбежали на площадку с такими лицами, словно за ними гналась целая стая волков.

- Пчёлы! Пчёлы! - кричали они.

Люди не сразу поняли, в чём дело. Кто-то обернулся, кто-то засмеялся, решив, что девочки просто разыгрались.

Но затем над площадкой показалось нечто, что уже не оставляло места для шуток.

Пчёлы летели роем. Они приближались к людям, и праздничное настроение мгновенно сменилось тревогой. Хоровод рассыпался. Девушки бросились в разные стороны. Мужчины, ещё недавно уверенно державшиеся возле столов, теперь искали, куда бы поскорее спрятаться. Женщины звали детей, кто-то хватал за руку соседей, кто-то пытался укрыться в ближайшем доме.

Праздничная площадка опустела на глазах.

Двери захлопывались одна за другой. Те, кто успел добраться до дома, прятались внутри и старались не выглядывать наружу. Никому уже не было дела ни до песен, ни до хороводов, ни до угощений.

А пчёлы продолжали кружить над площадкой. Можно было подумать, что они явились сюда не просто так. Может быть, хотели проверить, как люди распоряжаются собранным ими мёдом? Или решили напомнить, что без их труда никакого сладкого угощения не было бы? А может, у них и в самом деле имелся собственный взгляд на праздники.

Одно было ясно: человеческое гулянье закончилось совершенно неожиданным образом. И если до этого дня люди считали, что праздник принадлежит только им, то теперь им пришлось признать: у пчёл на этот счёт имелось другое мнение.

Впрочем, выяснять отношения с таким количеством недовольных участниц никто не собирался. Все предпочли переждать переполох в укрытии. А там, на праздничной площадке, ещё недавно звучали песни и смех. Теперь же главным звуком был тревожный пчелиный гул. И, пожалуй, впервые за весь день никто не вспоминал о медовухе. По крайней мере, вслух.

А что было потом?

- Ну и что же было потом? - первым нарушил молчание Матвей.

Бабушка Лида посмотрела на него и улыбнулась.

- А вот этого я уже не помню, внучек. Знаю только, что переполоху было много. Все испугались, кто куда побежал, кто в дом спрятался. А дальше… давно это было.

- А пчеловод? - спросил Илья. - Он тоже убежал?

- Конечно, - ответила бабушка. - Куда ему было деваться?

Дедушка Федя тихонько усмехнулся.

- Видать, в тот день он впервые понял, что хозяин на пасеке не всегда тот, у кого ключи от ульев.

Юлия прыснула со смеху.

- Дедушка, ну ты скажешь!

- А что? - невозмутимо ответил он. - Пчёлы - народ серьёзный. С ними шутки плохи.

Матвей уже не мог сдерживать улыбку.

- Значит, они его за то, что он выпил, наказали?

- Так тогда мы и думали, - сказала бабушка. - Он ведь обычно к ним подходил, а они его знали. А в тот день всё получилось иначе.

- А может, они решили, что он привёл на пасеку слишком много гостей? - предположил Илья.

- Или что гости пришли без приглашения! - добавила Юлия.

Тут она не выдержала и рассмеялась во весь голос. Её смех оказался таким заразительным, что вскоре засмеялись и Матвей с Ильёй. Даже дедушка Федя, обычно сдержанный, не удержался от широкой улыбки.

Бабушка смотрела на них с удовольствием. Ей, похоже, было приятно, что давняя история снова ожила, пусть теперь уже в другом времени и за другим столом.

- А ведь пчёлы действительно трудятся целыми днями, - заметила она. - Им некогда праздники устраивать.

- Вот именно! - подхватил дедушка. - Пока люди медовуху пьют, пчёлы работают. А потом ещё и отвечай за беспорядок!

Юлия снова громко рассмеялась.

- Получается, они пришли на праздник проверить, куда их мёд дели?

- Может быть, - улыбнулась бабушка. - Кто их знает?

Матвей задумался. Ему представилось, как маленькие пчёлы целыми днями летают от цветка к цветку, собирают нектар, возвращаются в ульи, а потом вдруг видят, что люди устроили праздник и пьют напиток из их мёда. Картина получалась забавная.

- Бабушка, - спросил он, - а пчёлы вообще умеют сердиться?

- А ты как думаешь? - ответила она вопросом на вопрос.

Матвей пожал плечами.

- Наверное, умеют.

- Вот и я так думаю.

Бабушка налила себе ещё немного чаю. Разговор постепенно перешёл на другие темы, но история о пчёлах ещё долго оставалась поводом для шуток. Стоило кому-нибудь упомянуть мёд или медовуху, как Юлия начинала улыбаться, а дедушка Федя непременно вспоминал про пчелиных тружениц.

Так одна история, рассказанная за вечерним чаем, стала частью семейной памяти.

Багульник на сопках

Прошли годы. Детство осталось позади, семейные встречи стали другими, а многие подробности той давней истории постепенно стёрлись из памяти. Но кое-что сохранилось.

Сохранился бабушкин голос, её неторопливая манера рассказывать, её улыбка, когда она вспоминала тот самый праздник.

Сохранился и смех Юлии - громкий, искренний, такой, что невозможно было не засмеяться вместе с ней.

А ещё остались дедушкины короткие замечания, которые порой говорили больше длинных объяснений.

В памяти Матвея эта история жила не только как рассказ о пчёлах. Она была связана с уютом родного дома, с семейным столом, с теплом бабушкиных рук и с тем особенным чувством, когда взрослые вдруг открывают детям дверь в своё далёкое прошлое.

У бабушки Лиды был свой любимый цветок - багульник. И была песня, которую она любила особенно: «Где-то багульник на сопках цветёт…». Когда звучала эта мелодия, в ней словно оживало далёкое Забайкалье - с его летними днями, сопками, посёлками и людьми, которых уже давно не было рядом.

Может быть, именно поэтому история о пчёлах так крепко запомнилась Матвею. В ней было всё, из чего складываются настоящие воспоминания: детская радость, немного озорства, неожиданное приключение и семейный смех.

И, конечно, мёд.

Мёд, который пчёлы собирали всё лето, пока люди готовились к празднику.

Люди пели, танцевали, угощались и пили медовуху. А пчёлы, не обращая внимания на человеческие заботы, продолжали делать своё дело.

Но однажды их пути пересеклись.

И тогда выяснилось, что у маленьких тружениц тоже есть характер, свои порядки и, возможно, собственное представление о справедливости.

Кто знает, может быть, в тот летний день они и в самом деле решили напомнить людям о своём труде?

А может, всё было гораздо проще.

Но одно можно сказать наверняка: тот праздник запомнился.

И если люди ещё долго вспоминали, как однажды пчелиный рой разогнал гулянье, то сами пчёлы, вероятно, просто вернулись к своим обычным делам. Ведь у них впереди было ещё много работы.

А праздники… Что ж, праздники бывают разные. Пчёлы тоже празднуют. Только по-своему.