Парадоксы и противоречия.
Глава 1. Разгрузка перед госэкзаменом, или к чему обязывают случайные связи.
Парадоксы и противоречия.
Наша жизнь полна противоречий и парадоксов. Иногда мы сами не знаем, что нас ждет впереди, хотя всеми силами стараемся руководить своей судьбой и она, судьба, делает вид, что подчинилась, а на самом деле проворачивает все свои делишки по своему усмотрению.
И вот ты думаешь, что находишься в тихой гавани, возле прекрасного тропического города, наполненного до краев задорной музыкой и бесконечным карнавалом, а на самом деле попал в идеальный шторм, потерпел кораблекрушение и оказался на необитаемом острове. Под рукой ничего нет; ни еды, ни инструмента, ни одежды, а самое главное ты один, нет кругом ни души на тысячу миль. И тут ты видишь, как к берегу необитаемого острова подплывает огромный деревянный ящик, тяжелый, словно наполненный одними кирпичами. Ты мучаешься, чуть ли не целый день, но все же вытаскиваешь его на берег. И тут тебя поджидает разочарование – крышка этого долбанного ящика накрепко забита гвоздями.
Ты целый следующий день пытаешься его открыть, с надеждой в глубине души - вдруг там находятся необходимые вещи для выживания. Вдруг эти вещи помогут тебе выбраться с этого долбанного необитаемого острова. И вдруг эти вещи спасут твою жизнь!
Ты мучаешься, сбиваешь костяшки на пальцах, приобретаешь кучу заноз и наконец, открываешь.
Смотришь, а там находится голодный тигр.
Одним словом - превратности судьбы.
Никто от них не застрахован.
Разгрузка перед госэкзаменом, или к чему обязывают
случайные связи.
Так вот, как помню, это случилось накануне госэкзамена, а если быть точным – за два дня до него. Невзирая на это, настроение у всех было не совсем предрасположено для сдачи экзаменов, сами подумайте - лето, жара, девочки в коротеньких платьицах, горячий песок, пляж и мы молодые, здоровые парни.
Ну ладно, продолжим рассказ.
В тот день я находился в техникуме, уж не помню по какой причине, и уже собрался идти домой, как подходит ко мне Генка Соболев.
- Толик, ты сегодня вечером не занят? - спросил он с напущенной таинственностью.
И этим самым он меня весьма заинтриговал. Хотелось сразу же поинтересоваться в чем дело, но я сдержался, понимая, что все равно в скором времени он сам мне все расскажет. Поэтому, не докучая его своим излишним любопытством, подумал: «и чем же я сегодня занят?»
Если учесть, что меня в ближайшие два дня ждут занудные конспекты, которые нужно штудировать до ряби в глазах, мой ответ выглядел логичным:
- Я совершенно свободен.
- Вот и замечательно! – обрадовался Генка.
Что здесь замечательно, мне было не очень понятно, но мой однокурсник вскоре прояснил сложившуюся ситуацию:
- Наши дамы из отдела кадров решили немного развлечься.
- И?
- Их двое, а я один, - пояснил Генка, - и к тому же Лариска глаз на тебя положила.
Работали у нас в техникуме две очаровательные дамы в отделе кадров, Галина, та, что постарше и Лариса, соответственно помладше возрастом, так, примерно двадцать-двадцать два года, сколько ей было на самом деле, меня не слишком интересовало, а вот остальное, я имею виду ее аппетитные формы…
Кстати о возрасте. Произошел недавно один курьезный случай.
В прошлом месяце мне исполнилось двадцать три года, я в техникум поступил после армии, и наш заводила в группе – Серега Вышегородский предложил справить мое день рождение в ресторане. Как раз мы получили стипендию, и какие-то там десять рублей можно было потратить на такое веселое мероприятие.
Из приличных заведений считался у нас ресторан в гостинице «Лотос». Мы пришли туда заказать столик. И тут заведующая залом заявляет, глядя нам в глаз:
- А документы у вас с собой есть?
- Зачем, мы же совершеннолетние, - удивлено отвечаем хором.
- Про остальных я ничего не скажу, а вот этому молодому человеку, - она показала пальцем на меня, - как мне кажется, еще не исполнилось восемнадцать.
Так что с этим рестораном нам обломилось по полной, и пришлось мое день рождение справлять в ресторане «Волга».
- Так что скажешь? – напомнил о себе Генка.
- Где встречаемся? – своим вопросом я дал понять, что согласен на его предложение.
- У меня дома в пять часов вечера.
После того, как Генка дал свой адрес, мы принялись обсуждать разные мелочи на предстоящий вечер. Ну, во-первых, как истинные джентльмены на счет выпивки мы все решили сами, оставив вопрос о закуске на хрупкие женские плечи наших дам. Во-вторых, Генка сразу меня предупредил, чтобы я ни при каких обстоятельствах не лез к Галке, на что я со спокойной душой ответил:
- Она не в моем вкусе.
И тем самым успокоил своего друга.
На этом мы расстались. Я поехал домой на речном трамвайчике. Долго конечно, целых сорок пять минут добираться, но зато сидишь на верхней палубе под дуновением свежего ветерка и смотришь за медленно проплывающей мимо тебя панорамой, одним словом – красота.
Когда прибыл домой, оставил там тетради с конспектами и предупредил родителей, что сегодня ночевать буду у друга.
***
Генка жил в однокомнатной квартире в Третьем Юго-востоке, так называется один из наших микрорайонов, на пятом этаже девятиэтажного дома. По дороге к нему забежал в продуктовый магазин, купил пару бутылок водки и четыре бутылки «Жигулевского», это так, пока девчонок ждем, чтобы нам скучно не было.
Оказалась я появился у Генки самым последним. Дамы уже сидели на кухне за накрытым столом, спокойно болтали о своем и слушали в пол уха телевизор «Горизонт», стоящий на невысокой тумбочке в зале. Ручка переключения каналов, как и у меня дома у «Рубина», была сломана, поэтому рядом с телевизором лежали незаменимые пассатижи.
Вежливо поздоровавшись со всеми, я закончил сервировку стола одной бутылкой «беленькой», а вторую положил в холодильник «ЗИЛ» среди треугольных пакетов с кефиром и молоком. Это тот еще монстр, типа «однорукого бандита», который ставят в заграничных казино. Дергаешь за большую хромированную ручку, и из нутра огромного ящика что-то постоянно сыпется. Генка сноровисто открыл бутылку и разлил водку по рюмкам, заполнив их до самых краев, но при этом не пролив не капли.
Выпили за встречу.
Я сам по себе немного скованный человек, если это касается женского пола. Но пока мы сидели, опрокидывая в себя рюмки с горячительным напитком, я стал ощущать, как каждая порция водки меня все сильней и сильней раскрепощает.
Включили музыку, начались танцы-обжиманцы, потом еще застолье, потом опять танцы и как-то само собой я остался на кухне наедине с Лариской.
Близость с разгоряченной женщиной заставило отбросить в сторону свою природную скромность и приступить к решительным действиям. Начали с поцелуев. Лариса не сопротивлялась, наоборот впилась в мои губы, как удав в кролика, заставляя все мои чувства обостриться до придела. Вот так целоваться сидя на деревянном стуле не совсем удобно. Хотелось найти какую-нибудь мягкую платформу для продолжения наших двусмысленных действий, но к нашему великому, сожалению единственная комната с единственной кроватью уже была занята хозяином квартиры и Галиной.
- Я сейчас, - выбравшись из моих объятий, проворковала Лариса мне на ухо и куда-то исчезла.
Пока она ходила, я решил сходить в ванну, ополоснуться.
Санузел у Генки оказался совмещенный, так же, как и у меня дома. Но больше всего меня поразило то, что в девятиэтажном доме новой постройки по архитектурному плану в ванной находилось маленькое окошко на кухню. Чей инженерский полет мысли придумал это, до сих пор загадка для меня за пятью печатями, так же, как обувная ложка-лошадка. Вот объясните мне, почему именно лошадка?
Быстро ополоснулся, почистил зубы и вернулся на кухню. Там как раз появилась Лариса со свернутым одеялом. Увидав, что я только что принял душ, она сказала:
- Я тоже хочу.
И исчезла в том направлении. А я тем временем, расстелил одеяло на полу, прямо на кухне и прилег на него. Это конечно не кровать, но все же что-то.
Появилась довольная, посвежевшая Лариса и мы продолжили с того места, на котором остановились.
В скором времени я ощущал, что закипаю от нахлынувших чувств, как ядерный реактор без должного теплообмена и чтобы не произошел преждевременный взрыв, запустил свою руку в женские трусики, посчитав, что прелюдия закончена и пора, переходить к более решительным действиям.
И в этот момент Лариса своей миниатюрной ладошкой остановила меня:
- Постой, мне нужно кое-что тебе сказать.
- Да, киска, я слушаю тебя, - промурлыкал я, целуя ее в шею.
- Я как обычная советская одинокая женщина имею женатого любовника, - начала говорить Лариса.
- И ты хочешь его бросить из-за меня? – продолжая ее награждать нежными поцелуями, игриво поинтересовался я.
- Нет, я совсем другое подразумевала, - ответила Лариса. – Если вдруг я чем-нибудь плохим его «награжу», тогда это приведет к непредсказуемым последствиям. Ты понимаешь меня?
- А если он тебя «наградит»? – с ехидцей прошептал я, глядя ей прямо в широко открытые зеленые глаза. Тем самым дал я ей понять, что если этот пресловутый любовник бегает на сторону от жены, почему бы ему так же не поступить и с любовницей? Заиметь еще одну на всякий случай.
- Дурак! – Лариса не сильно ударила кулачками мне в грудь.
- Ладно, ладно, Киска, я пошутил, - прошептал я ей на ухо. – А если честно, то с женщинами я последний раз в постели был… да я сам уже забыл когда. Так что ничем плохим от меня ты не можешь заразиться.
- Вот и ладненько, - успокоилась Лариса и мы, наконец, занялись тем, чего так оба желали.
И так до четырех часов утра, а потом к нам прибежала Галка. Уж не знаю, что там у них произошло с Генкой, но она предпочла спать на жестком полу на кухне, чем с ним в комнате на мягкой кровати. Мне же уже было все равно, потому что я устал и вот так и уснул между двумя полуголыми кисками, совершенно не думая на тему пошлых фантазий.
***
Домой я вернулся после отдыха, как всегда ужасно уставший. Думал, сейчас доберусь до кровати и провалюсь в «коматозный сон» до самого утра. Не получилось. Невзирая на усталость, сон почему-то не шел, зато лезли разные ненужные мысли, которые хотелось изложить на бумаге. Чем я и занялся.
Взял шариковую ручку, чистую тетрадь. Открыл ее, почесывая пластмассовый ручкой себе лоб, чтобы лучше сконцентрироваться и вот, начал писать.
Тайна мерцания звездных огней
Скрывалась в бездонных глазах,
Кому-то они были жизни милей,
Кого-то охватывал страх.
Но дальше этих строк, как я не мучился, больше ничего не выходило, и тогда, решил продолжить свою небольшую повесть про попаданца в параллельный мир, которую начал писать пару недель назад.
Так, на чем я там остановился? Ага, наш славный герой завел дружбу с храбрым рыцарем Арчером и тот обещал ему помочь вернуться в свое время.
«О да, мой храбрый друг, тебе всего на всего нужно придти в дом чародейки и попросить ее вернуть тебя домой», - сказал Арчер.
«Неужели все обстоит так просто? – изумился Роберт. – Вот так попрошу, и она вернет меня домой?»
«О, нет, мой храбрый друг, не все так просто, - вздохнув, признался Арчер. – Чародейка обязательно попросит тебя об ответной услуге».
«О какой»? – насторожился Роберт, понимая, что услуги могут быть разными от безобидных, например, натаскать полное корыто чистой воды из ближайшего пруда, который находится в миле от дома. Или невыполнимые – вырвать сердце у грудного ребенка. Нет, уж лучше найти другой способ вернуться домой, чем идти на поступок, противоречащий твоим принципам.
«Об этом я ничего не могу сказать, - неопределенно пожав плечами, ответил Арчер. – У нее бывают иногда весьма странные прихоти».
«Как мне к ней попасть?» - спросил Роберт, когда понял, что внятного ответа у него не удастся добиться от друга.
«Нет, нет, мой храбрый друг, я тебя одного не брошу! – воскликнул Арчер. – Я тебя сопровожу до самого места».
И чтобы не откладывать дело в долгий ящик, они сразу пустились в путь. Благо их кони успели хорошо отдохнуть, а слуги успели собрать снедь в дорогу.
Путь был долгим – три дня по лесным дорогам, и даже по таким местам, где впервые ступила нога человека. И вот, наконец, среди звериных троп появилась опушка, на которой стояла ветхая покосившаяся хибара, огороженная кривой плетеной изгородью, более защищающая человеческое жилище от четвероногих хищников, чем от хищников двуногих. Но, по всей видимости, хозяйке не были последние страшны, потому что через равномерное расстояние на не слишком высоких столбиках смуро повисли отполированные до блеска человеческие черепа.
И было странным, что этот вид не слишком испугал Роберта, как будто он каждый день сам лично своими руками отполировывал человеческие черепа.
Покосившаяся дверь со скрипом открылась. Из темного проема появилась женщина неопределенного возраста с копной грязных волос, которые скомканными паклями падали ниже плеч. Хозяйка дома, одетая в какой-то бесформенный балахон, полностью скрывающий контуры ее фигуры, подозрительно посмотрела на пришельцев.
«Доброго дня, тебе чародейка», - поздоровался с женщиной Арчер.
«И вам, милорды, не кашлять», - ответила хозяйка дома почему-то Ларискиным голосом, да и черты лица стали казаться какими-то подозрительно знакомыми.
«Мы к тебе, чародейка, прибыли по одному деликатному делу, - Арчер взял на себя смелость быть переговорщиком в этом непростом деле. – И если ты сумеешь выполнить просьбу моего милейшего друга, то мы обязуемся сделать все, что ты пожелаешь».
«Вот так уж и все?» - усмехнулась чародейка одними лишь губами.
«Поверь, истинно так», - заверил ее Арчер.
«И что же за такое дело у вас милорды, что вы согласны на все?» - поинтересовалась чародейка.
«А вот на этот вопрос ответит мой друг вам на ухо», - сказал Арчер и подтолкнул Роберта в спину, пока тот не передумал.
Тот, повинуясь инерции, на полусогнутых ногах подлетел к чародейке и прошептал свое желание.
Стоило хозяйке покосившейся хибары услышать просьбу, как ее слегка подслеповатые глаза от удивления увеличились в размере в три раза. Но в следующее мгновение она взяла себя в руки и прошептала короткую фразу Роберту на ухо. Он стойко выслушал предложение, сделанное ему, от которого с удовольствие отказался, но не мог, если желал вернуться домой. А Роберт желал этого больше своей теперешней жизни.
Чародейка скрылась с глаз в своей покосившейся хибаре.
Арчер все понял без слов. Он ободряюще улыбнулся и кинул своему товарищу флягу, наполненную крепким пойлом.
Роберт поймал флягу, открыл ее и, глубоко выдохнув, сделал большой глоток, а после того, как вышибающая мозги по крепости жидкость опустилась на дно его желудка, крякнул, вытер рот тыльной стороной ладони и последовал за чародейкой.
Сложнейшим по составу ароматом, переплетенным из множества компонентов, встретил его сумрак внутреннего помещения. Из них без сомнения, Роберт мог с легкостью определить жженую траву, перемешенную с ядреным амбре немытых ног. На эту сочную основу, можно смело сказать фундамент, наслаивались – запах нечищеных с рождения зубов, половина которых, скорее всего, окажутся гнилыми, вспотевших подмышек, покрытых обильной растительностью и такой тонкий, специфический, душок кишечных газов.
Роберт, по превратности судьбы, прибывший сюда из двадцать первого века, где к гигиене тела относятся достаточно щепетильно, от окружившего его амбре слегка затошнило. Чтобы не показать свою слабость он, сморщив нос, сделал еще один большой глоток из фляжки пятидесятиградусного пойла, которое предусмотрительно ему с собой навязал услужливый Арчер, как будто знал, что это пойло ему понадобится.
И это как бы послужило сигналом для чародейки. Она, щербато улыбаясь, как ей казалось, изящно изогнулась, и скинулся с себя свой бесформенный балахон.
Тоскливый, все еще трезвый взгляд Роберта, мельком пробежался по обнаженной фигуре чародейки. Но и этого было достаточно, чтобы понять – в него не влезет столько спиртного, сколько надо для полного беспамятства, когда уже все равно, кто под тобой шевелится.
Сколько же ей лет? Судя по натруженным, в сетке вен, безумно волосатым ногам и по обвисшим грудям, совершено лишенным упругости, данной женской особи предположительно столько же лет, сколько старушке Тортиле, той самой Тортиле, помогавшей Пиноккио.
Роберт с жадностью выпил еще пол пинты, даже не чувствуя вкуса крепкого пойла. Ему сначала, что все это привиделось в кошмарном бреду. И для верности он ущипнул себя за руку. Нет, не привиделось, все это происходит на самом деле. И тогда Роберт сделал еще один глоток и поморщил от отвращения нос, когда заметил, как в буйных зарослях лобка и игривой дорожке густых волос, подбирающихся к пупку, что-то отчетливо шевелится и ползает.
Он почувствовал, как скупая мужская слеза, проторила дорожку по его холеной чисто выбритой щеке. Роберту стало жаль себя, потому что, судя по похотливому взгляду чародейки, впереди его ждала бурная ночь, наполненная до краев новыми ощущениями и открытиями. Он тоскливо выпил остатки пойла из фляги, и отбросил ее в сторону.
Со щемящим сердцем от осознания того, что в скором времени неизбежно должно произойти, Роберт наблюдал за чародейкой, приближающейся похотливой походкой. Та торопилась положить начало их близкому знакомству, которое послужит залогом его возвращения домой…
***
С глубоким выдохом я проснулся. Оказывается, я заснул прямо за столом, лицом на тетрадном листке, на котором я пытался написать продолжение своего эпического произведения.
Как только мои глаза окончательно сфокусировались, я отклеил лист и просмотрел текст, который успел написать. Там все кончалось на разговоре Роберта с чародейкой возле покосившейся хибары, потом шла извилистая черта место окончательной точки.
Это что же получается, остальной сюжет мне приснилось?
Выходит так. Я еще раз прокрутил в голове только что приснившийся сон. Нет, в таких пикантных подробностях не стоит углубляться, в издательстве не поймут. Ну, да, у нас, прежде всего, нужно прославлять скромность, героизм, порядочность и все к ним прилагающееся. Но только никакой эротики, никаких боевиков, никаких мистических ужастиков. Вот такие издательские рамки. Ах да, еще забыл сказать про перемещения во времени. Там это тоже считают антинаучным и неприемлемым.
Вот в таких условиях приходится всячески изворачиваться. Место перемещения во времени, приходится придумывать параллельный мир, где все еще царит эпоха средневековья, мистических монстров никаких, только сплошные мутанты, созданные злодеем-алхимиком. И так далее и тому подобное.
***
Как оказалось, такая психологическая разгрузка мне помогла. Я удачно сдал все госэкзамены. Впереди меня ждал месяц отдыха, а потом мы все должны были разъехаться кто, куда по распределению. И тут, как всегда, вышел на сцену наш заводила - Серега Вышегородский. Я как раз направлялся в отдел кадров за своими документами, а он как раз оттуда выходил.
- Поехали с нами в Ригу, - предложил он.
Серега и еще трое наших парней из группы там проходили практику. Полный расчет они получить не успели, и теперь туда им нужно было ехать за деньгами.
- А где ночевать будем? – сразу поинтересовался я.
- В гостинице, - ответил Серега.
- А если мест не будет? – привел я правдоподобный аргумент. – Сейчас лето, время отпусков.
Сейчас со стороны могло бы показаться, что разговаривают студенты, у которых папа, как минимум зарабатывает по миллиону в год и поэтому у них появилась возможность покататься ради своей прихоти в Прибалтику. На самом деле во времена СССР, советский человек при желании мог раз в год в свой законно оплачиваемый отпуск поехать по путевки отдыхать на курорт или заграницу, при этом часть оплаты брал на себя профсоюз, а в лечебный санаторий вообще отправляли бесплатно.
- Не будь таким занудой, - отмахнулся от моих слов Серега. – Какая разница, где мы будем ночевать. Главное будет весело! Ну что, готов пуститься в круговорот приключений?
- Ладно, согласен, - ответил я.
На самом деле, мне хотелось посмотреть на Прибалтику, погулять по берегу Балтийского моря. Да и вообще после настойчивых слов Сергея у меня возникло желание отдохнуть вместе с друзьями. К тому же это могло произойти в последний раз, потому что кто его знает, как сложатся наши судьбы. Так что была вероятность, что после того, как мы разъедимся по местам отработки по распределению, шанса встретиться вместе, возможно, больше не будет.
- Замечательно! – Серега по-дружески похлопал меня по плечу. – Тогда вечером встречаемся у нас в общаге и обсудим все детали нашей предстоящей поездки.
И удалился, а я зашел в отдел кадров.
- Привет, - поздоровалась со мной Галина. – Я слышала, ты удачно сдал экзамены.
- Привет, - поздоровался я. – А где Лариса?
- Она вышла в буфет, - ответила Галина, роясь в стопке документов. – И это к лучшему. Мне нужно с тобой поговорить наедине.
- Я слушаю, - она весьма заинтриговала меня своими словами.
- До меня дошли слухи, что ты вместе с Юркой Ивановым выбрал распределение в Баутино, - сказала она и замолчала, глядя мне в глаза.
- Да, так оно и было, - подтвердил я.
- Так вот, - после небольшой паузы продолжила говорить Галина, - ты должен мне дать слово, что когда там ты будешь работать, никому не растреплешь про тот самый вечер. Ну, ты сам понял, про какой. Ты даешь мне слово?
- Даю, - все еще не понимая к чему такая секретность, ответил я.
Галина нашла мои документы, положила на стол и только после этого окончательно обрисовала сложившуюся ситуацию:
- У меня там муж работает на корабле…
- На судне, - машинально поправил ее я.
- Да, да, на судне «Сплин», - сообщила Галина.
- М-да, - произнес я, слыша, как мой голос захрипел от волнения. – Но ты же не хочешь сказать, что я именно к нему попаду на стажировку? Или все же, как раз это подразумеваешь? Нет, не верю. Не может такого случиться. Ты сама подумай, сколько там рыболовных судов – десятки! И то, что я попаду стажироваться к твоему мужу, можно сказать один шанс из тысячи!
- Но такую вероятность нельзя исключить, - сказала Галина. – И помни, ты обещал.
Не мог я понять женщин. У нее есть муж, а она на сторону бегает, хотя с мужиками тоже такое случается.
- Не одобряешь, - сделала вывод Галина, - ты пойми, его никогда дома не бывает, а если и появляется, то уходит в длительный запой. Я же не кукла какая-то там пластмассовая, я живой человек и мне тоже хочется немного развеяться от повседневной рутины.
- Так разведись с ним, - сказал я.
- Не могу, - ответила она.
- И как же я узнаю, что попал не туда, куда нужно? – перевел я разговор в сторону от щекотливой темы.
- Ты сразу поймешь, - сказала Галина.
- Как?
- Бородатый мужик среднего возраста, ходит постоянно в помятых трико, - ответила Галина. – И все его зовут Потапычем.
- Потапычем? – удивлено переспросил я.
- Ну, да, Потапычем, - еще раз подтвердила Галина. – Наша фамилия Потаповы, вот поэтому на судне его все и кличут – Потапыч. Да, и не забудь, что он безвылазно работает на ЖМЗ «Сплин».
И в это время в кабинет вошла Лариса.
Пришлось нам закончить разговор, да больше и говорить нам не о чем было. Галина газами показала мне – помни о своем обещании. Я так же, молча, едва заметно махнул головой, мол, сделаю, как обещал и вышел из кабинета, надеясь, что следом за мной последует Лариса, но она так и не появилась, чем меня весьма разочаровала.
Глава 2. Небольшие каникулы перед большой работой.
Что такое неловкое положение? Это не сложно представить. Вот, например, такая ситуация. Ты с друзьями в своем частном доме, во дворе решили сообразить шашлыки со всеми соответствующими к этому таинству шаманскими плясками – пиво, водка, девки, баня. И вот, пока в мангале прогорают дрова до нужной угольной кондиции, а подруги накрывают под деревьями стол, вы насаживаете куски сырого мяса на шампур. И как раз во время этого столь важного процесса, требующего полной концентрации внимания, до вашего слуха доносится тревожное завывание пожарных машин.
Вы вскакиваете с места и направляетесь на этот звук, чтобы утолить свое любопытство. И наблюдаете такую картину. Соседский дом горит, а сами соседи стоят на улице, обнимают друг друга и плачут от горя. В этот столь трагический момент, соседка поворачивается в вашу сторону и смотрит с таким лютым ненавистным взглядом, как будто хочет в вас просверлить огромную черную дыру.
Вы недоумеваете от такой внезапной волны абсолютной ненависти от добрейшего создания, коим является ваша соседка. Вы не можете понять причину этой лютой ненависти, потому что ни в чем перед ней не виноваты.
И тут вдруг до вас, как до жирафа, доходит в чем здесь дело. У вас в руках находится шампур с кусками сырого мяса.
Вот это и есть неловкое положение.
Небольшие каникулы перед большой работой.
Я собрал в кучу свои рукописи. Да, да, как ни странно, но именно рукописи, написанные от руки на развернутых тетрадных листах и в самом низу с нумерацией, чтобы не запутаться в последовательности своего произведения. Такому положению вещей подтолкнула банальная вещь – отсутствие пишущей машинки, а про компьютеры, о боже, про них мы только в фантастических произведениях читали.
Так вот, отдал рукопись на оценку своему другу. Тот вдумчиво прочитал, оценил и выдал вердикт – произведение неплохое, только стоит некоторые диалоги изменить и сделать основательную вычитку, чтобы лишнее убрать, а в кое-каких местах наоборот один из эпизодов сделать более развернутым.
Короче, по его словам, у меня получился настоящий прорыв в новом для советского времени направлении фантастики. А возможно я все это нафантазировал, или друг пожалел мои чувства и слегка слукавил. Как бы там ни было, но я уверовал в свою счастливую звезду, потому что был молодым, весьма амбициозном, и ни черта не понимающим в литературе.
В связи с этим я уже начал себе представлять, как темными вечерами, под светом настольной лампы, в каждом уголке нашей огромной страны, читатели будут окунаться в леденящую кровь историю. Они будут содрогаться от ужаса, перелистывая страницу за страницей, а когда устанут глаза, то не осмелятся лечь в постель и выключить свет. А по утрам бедные сотрудники скорой помощи будут носиться по городам, и реанимировать поседевших от страха заядлых читателей.
Мужественные шахтеры будут, украдкой читать мое произведение, при этом дрожа от страха, как осиновый лист, а потом закинут книгу в самую глубокую штольню и завалят там ее отработанным грунтом, чтобы больше никогда не видеть этого ужаса.
А если эта книга попадет в руки детям, то их нежная психика не выдержит такой нагрузки и они начнут заикаться и бояться темноты до конца своих дней.
Психиатрические больницы переполнятся, а меня исключат из комсомола. И все будут с нетерпением ждать продолжение той до ужаса страшной книги.
Под впечатлением такой головокружительной перспективы я направил свою рукопись в журнал «Техника молодежи». И с замиранием сердца стал ждать оттуда положительного ответа, потому что на другой исход я просто не рассчитывал.
***
А тем временем я и мои друзья купили билеты до Риги.
Надо тут заметить, во-первых, в то время билеты на самолет стоили не так дорого, например, когда я летел из Иркутска, после демобилизации, у меня до дома вышла сумма в двести рублей или сто пятьдесят, уже точно не помню. Во-вторых, до армии я полтора года, кода учился в вечерней школе, работал на стройке. Как можно понять, трат у меня практически никаких не было, ну там, на сигареты, на танцы, на кино, а так мои родители основную сумму от зарплаты складывали на мою сберегательную книжку. А тут нам еще дали подъемные. Как раз часть из них я и взял с собой в поездку.
Рейс был до Риги с пересадкой в Москве. И пока у нас выдалось свободное время, мы решили немного побродить по нашей столице.
Первое, что нам пришло в голову это посетить ГУМ и ЦУМ. Оказалось, там ничего интересного нет. Если на прилавках появлялись какие-нибудь дефицитные товары, ну там джинсы или импортная обувь, в том отделе моментально образовывалась бесконечная очередь.
После магазинов мы направились на «Старый Арбат».
Можно смело сказать – для провинциального парня все, что находилось там, произвело невероятно сильное впечатление.
Хочу сказать, перфоманс и инсталляцию там я не видел, не те еще наступили времена, а вот уличных художников, которые за определенную плату нарисуют твой портрет карандашом или угольком вполне хватало. Прекрасные уличные фонари, уличные музыканты.
Красота!
И это дело нужно было как-то «обмыть». Поспрашивали у местных, где здесь можно пивной бар найти, те услужливо показали направление, и мы без лишнего плутания обнаружили искомый объект. Правда, он оказался не таким, как в нашем городе.
У нас пивной бар находился недалеко от техникума. Нужно было всего лишь пересечь мостик через ерик, пройти примерно сто метров и все, ты на месте. Заходишь в закрытый павильон, который постоянно заполнен равномерным, как в улье гулом и плавающими слоеными потоками сигаретного дыма. Подходишь к барной стойке, платишь, и тебе продавец дает оплаченное количество кружек, наполненных пивом.
Это я так, описываю упрощено. Потому что на самом деле попасть к барной стойке еще то, эпическое занятие. Ты стоишь в длиннющей очереди, и тебе кажется, что она совершено, не движется. А пока стоишь, завидуешь счастливчикам, уже получившим заветную порцию холодного шипучего пива и боишься, что это долгожданное пиво закончится как раз на тебе. Стоит вплотную приблизиться к разливному кранику, как откуда-то берутся знакомые, слезно упрашивающие взять для них кружечку-другую без сдачи. Потом обязательно появляется кто-то, кому позарез надо, а не то «помрет прямо здесь», без похмелья. Все начинают недобро ворчать, однако, входят в положение страждущих, и дают им возможность «подлечиться», то есть припасть к источнику живительной влаги.
И это только маленькая часть из всех перипетий во время продвижения твоей очереди к заветному кранику.
В Москве мы ожидали чего-то подобного.
Но здесь очередь к стройному ряду пивных автоматов была без всех этих многочисленных препон, а потому двигалась намного быстрей. И вот мы уже за двадцать копеек получили свою порцию пива, после чего, под равнодушные взгляды завсегдатаев этих мест, направились к свободным местам, которые заранее присмотрели. Конечно же, я слукавил, назвав чисто равнодушными взгляды аборигенов. У некоторых из них было ярко выраженное такое тихое недовольство, сочетаемое в тихом ворчании и сморщенным лицом. Мол - вот понаехали к нам разные и мешают культурно сидеть.
А нам-то по большому счету наплевать, что про нас думают. Мы расположились на свободных местах, которые предусмотрительно сторожил один из нас от наглых чужих посягательств, разложили наполненные пивом кружки, а вот когда из наших сумок появились чалки с сушеной воблой, посетители пивного павильона сделали «стойку»!
Мы как привыкли употреблять сушеную воблу? Берешь, отрываешь голову, потом пузо, достаешь из последнего икру, если она есть, а сами ребрышки выкидываешь за ненадобностью и начинаешь чистить спинку, в итоге употребляешь ее под пиво.
Наблюдая за всем этим процессом глаза москвичей, постепенно начали увеличиваться до размера чайного блюдца, а рты так и хотели выкрикнуть: «Что вы делаете изверги, это же такой замечательный деликатес!»
Но молчали. А чего тут говорить? Жара, солнце палит нещадно, а перед нами стоят потные кружки разливного пива. Берешь кружку и одним непрерывным глотком, с жадностью всасываешь в себя все содержимое кружки. И все на секунду замирает, останавливается, и только во рту остается горчащий пивной вкус, а в следующее мгновение все отмирает, но ты уже другой и жить хорошо.
Со второй кружкой мы расправлялись, неторопливо, со вкусом ощущая, как во рту приятно пощипывает от пивных пузырьков. Ну и конечно под этот божественный напиток ведется непринужденная беседа ни о чем.
И тут один из местных не выдержал. Он уверенной походкой приблизился к нашему столику.
- Извините, пожалуйста, - «решительным» таким тоном обратился местный к нам.
Прекратив свой разговор, мы с интересом посмотрели в его сторону.
- Это тарашка? – спросил местный, показывая пальцем на сушеную воблу, лежащую перед нами.
- Неужели по размеру она похожа на густеру? – показывая на самую большую рыбину, поинтересовался Серега. – Нет, приятель, это астраханская вобла.
- А вы брюшки потом выкинете? – спросил местный.
- Конечно, - без задней мысли ответили мы.
- А можно, я несколько штук возьму с собой? – неожиданно попросил местный.
- Да бери, жалко, что ли, - мы пренебрежительно махнули рукой.
Местный аккуратно выбрал штук пять рыбьих животов и удалился.
А мы благополучно забыли про этот инцидент, но оказалось, что последует продолжение.
- Извините, пожалуйста, - послышался уже знакомый голос.
Мы обернулись на него.
- Вот вам, так сказать, от нашего стола, - местный поставил перед нами четыре кружки наполненные пивом.
Такой щедрости от местных мы не ожидали и поэтому были слегка шокированы, но быстро придя в себя, так же по московским меркам отдарились.
- Держи, - вручили мужику небольшую чалку воблы.
Тот от счастья чуть не прослезился, изъявил желание со всеми обниматься, но мы вежливо, попросили его ограничиться обычными благодарными словами. Но местный в знак благодарности вместе со своими приятелями, прихватив с собой литр водки и еще четыре кружки пива, переместились к нашему столику.
На водку мы слишком не налегали по двум причинам. Во-первых, находясь в чужом городе, передвигаться по улицам в усмерть пьяным не есть хорошо, можно запросто попасть в милицию, а во-вторых, вечером нам еще нужно на вокзал, чтобы сесть на поезд, направляющийся в сторону Риги.
Тут нужно приметить одну интересную деталь. В ходе демократических преобразований общества стало как бы обычным, что пьянство сугубо твои личные проблемы или проблемы твоих несчастных родных. Ты свободная личность, можешь пить хоть до зеленых чертиков, все винно-водочные магнаты только спасибо скажут тебе. А в то время, в СССР тебя запросто могли забрать в медвытрезвитель, а потом песочить на месте работы, на комсомольском собрании или на каком-то другом собрании, потом ставили на вид и если ты работаешь, лишали тринадцатой зарплаты. А в случае частого знакомства с «зеленым змеем», вообще могли принудительно отправить в ЛТП, таким образом, заставляя бросить пагубную привычку.
Так что водку мы практически не пили, а вот на пиво основательно налегли, потому что знали – от того пива башка дурной не станет, ведь оно изготовлено без консервантов, на чисто экологическом продукте и срок годности имеет всего неделю, а не как сейчас – год.
Да, все это хорошо, вот только о последствии мы не подумали.
Теперь представьте. Столица, идешь по многолюдным улицам и вдруг, тебе приспичило по маленькому. И куда идти? А некуда. Нет нигде поблизости общественного туалета. Хоть себе в штаны делай!
И вот пока шел, мучаясь от переполненного мочевого пузыря, по всей видимости, эта моча мне в голову и ударила, порождая небольшой поэтический этюд:
Вот такой вот попандос,
Как на площади понос,
Словно там живот скрутило,
А сортир ушел на снос.
У нас в родном городе как-то проще было с общественными туалетами, если поблизости такового не находишь, можешь зайти в любой двор. У нас много старых еще дореволюционных построек, так что в любом дворе можно обнаружить деревянное сооружение для «долгих раздумий» с газеткой в руках или быстрого сброса лишнего груза. Запашок, как вы понимаете, стоял там соответствующий, но зато бесплатно и всегда доступно.
А здесь в столице, куда нам податься?
Выход из этого затруднительного положения нашел, как всегда Серега.
Увидев первый попавшийся ресторан, он повел нас туда, не для того, чтобы продолжить банкет, а из-за наличия там туалета. И знаете, узнав, в чем дело у приезжих товарищей, сотрудники ресторана вошли в наше положение и разрешили уединиться в этом интимном кабинете по очереди, даже не заставили ничего у них покупать.
Потом был железнодорожный вокзал. Здесь я в первый раз увидел, как на розлив продают заграничную диковинку – «Фанту» и «Кока колу». Ну да, мы же обычные провинциалы, привыкшие пить обычный «Байкал» или «Дюшес» или «Лимонад», а тут дуновение «западной демократии». Еще только джинсов, свободно лежащих на полках, и резиновой жвачки не хватало.
Глава 3. История в поезде.
Что такое удача?
Вот представь себе. Сидишь ты такой, голову ломаешь над непростым выбором. И тут решаешься положиться на удачу.
Кидаешь монету.
А этот сумасшедший кругляк, место того, чтобы упасть тебе в ладонь, на сверхзвуковой скорости, пробивает потолок, входит соседке выше в задницу, с хрустом вылетает из ее темечка, насквозь через крышу, продолжает свой полет в небо, продырявливает попавшейся на пути самолет.
У пилота инфаркт, пассажиры в панике. А монета дальше выходит за пределы стратосферы и попадает Боженьки прямо в глаз.
Он как заорет – а-а-а! что за козел это сделал, твою мать? Вычислю по траектории, морду набью, уроню на тебя поезд, падла, ты не хороший человек! Смерть объявлю человечеству, чуму нашлю, всемирный потоп, падающие астероиды, взрыв ядра планеты в утробе твоей матери! Всем божий гнев и смерть!
Вот так-то. Поэтому лучше надеяться на себя, а не полагаться на случай.
История в поезде.
Пришел наш поезд. Мы туда загрузились. Ехать до Латвийской столицы всего одну ночь, но все равно скучно. Тогда ноутбуков, планшетов, навороченных мобильных телефонов не было, поэтому из развлечений в нашем распоряжении находились свежие газеты с кроссвордами, купленные в киоске «Союзпечати» и еще истории услышанные где-то и от кого-то или просто выдуманные.
Мы расположились в купе; уложили вещи, разложили заранее постель, переоделись в спортивные костюмы.
Поезд тронулся, и мы от нечего делать начали разгадывать кроссворды. А заодно попивали горячий чай, который нам вежливо предложила проводница.
И вот, когда нам надоело хвастаться своей неординарной эрудицией, решили мы друг друга позабавить историями.
- Однажды, черной, черной безлунной ночью, к черному, как смоль перрону подошел черный, черный поезд, - начал первым рассказывать Юрка. – И в одном из черных, черных вагонов стоял черный рояль. Возле черного при черного рояля сидел мужчина, одетый в черный, черный костюм. И играл он на черном, черном рояле Брамса.
- Кого играл? – переспросил Виталик.
- Брамса играл, - ответил Юрка. – Вот так. Прямо ногами – брамс и брамс.
И замолчал.
- А дальше что? – не выдержал, спросил Виталик.
- Это все, - ответил Юрка.
- А кто-нибудь знает что-то длиннее и интересней? – поинтересовался Виталик.
- Я знаю, - отозвался Серега. – Вот слушайте. Эта кстати история тоже началась с поездки на поезде.
Где это произошло, на каком направлении поезда, он вдаваться в подробности не стал, потому что в каждом городе эту историю рассказывают и добавляют, что все произошло именно у них, а другие просто все перевирают.
Так вот, началось с того, что нужно было добраться трем товарищам из пункта А в пункт Б на поезде, а билетов, как назло не было. Тогда ребята проявили не дюжую инициативу, подошли к уборщице и рассказали слезную историю, про погибшего от несчастного случая на работе друга, которого нужно отвезти домой, а начальство не шевелится, в общем, нужно три билета в купе, а мы сами типа отвезем по-тихому. Уборщица в кассу подошла, пошепталась и им продали билеты.
Примерно через четыре часа, залетают в купе целый отряд, состоящий из начальника поезда, двух милиционеров и еще каких-то в форме очень важных типов, а в купе два товарища мирно пьют чай, третий же спит на верхней полке.
Ворвавшийся толпа принимает зловещие морды и начинает учинять форменный допрос с тонкими намеками на толстые обстоятельства:
- Ну, что, парни, пришел к вам маленький северный пушистый зверек, который любит подкрадываться незаметно. И звать его ни как либо, а именно Большой такой Писец.
Эмоциональные выкрики, с энергичным радостным потиранием рук от предвкушения скорого получения повышения по должностной лестнице, что означает прибавление в окладе и значительные премии, настолько взбудоражили должностных лиц, что они совсем потеряли лицо приличия. Еще бы, не каждый день выдается случай поймать преступников с покойником на руках. А именно им такой уникальный случай подвалил так нежданно. И вот, своими угрожающими возгласами они разбудили парня, спавшего на верхней полке.
Третий товарищ проснулся и повернулся на выкрики с заспанной мордой, которое даже не заспанное выглядело по жизни как у Франкенштейна и сиплым голосом произнес:
- И чего тут разорались?
Должностные лица, как-то сразу сбледнулись и ломанулись из купе, как Мамай при Куликовской битве. Потом, правда, опомнились и через пару минут вернулись с идиотским выражением на морде.
- А он живой что ли? – задали должностные лица вопрос.
- А кто здесь по вашему умер? – включили парни дурочку, хотя понимали, что те имели виду.
Их пытались на сознанку расколоть, но ребята только ржали, как кони и посылали пришлых по всем известному адресу.
Короче все обошлось. А потом, уже ночью, пили чай с начальником поезда. Теперь уже он ржал до слез, когда услышал всю предысторию ребят.
- Ребята, чайку еще будете? – поинтересовалась у нас проводница, когда проходила мимо.
- Будем, - ответили мы хором.
- Сейчас принесу.
- И это все? – спросил Виталик, имея виду только что услышанную историю.
- Нет, это только начало, - возразил Сергей. – А дальше произошло вот что.
Дальше происходит вот что.
Трое парней едут, попивают чай и ведут неспешный разговор. И тут тот самый парень с мордой Франкенштейна, вдруг заявляет:
- Друзья, только представьте, а если бы у меня сейчас вдруг случился летаргический сон, как бы вы выкручивались?
- А что, у тебя такое уже бывало? – поинтересовался один из его товарищей.
- У меня нет, а вот у одного из моих родственников такое происходило, - ответилФранкенштейн, - и его по ошибке чуть живого не похоронили.
Короче, поговорили на эту тему и забыли.
Но ненадолго.
Собрались парни сходить в вагон-ресторан, смотрит, а их товарищ на верхней полке не подает видимых признаков жизни.
- Он что, погрузился в летаргический сон на самом деле? – спросил один из парней.
- Наверное, - ответил другой и попробовал растормошить товарища, но все его попытки оказались безрезультатными.
А тут остановка и к ним подсаживают еще одного пассажира – перспективного спортсмена с сумкой гантелей. Напряженка в тот момент была с гантелями, вот он и решил в свой родной спортзал, привезти их целую сумку.
Познакомились ребята между собой. И два товарища, уходя в вагон-ресторан, предупредили спортсмена:
- Если вдруг наш товарищ проснется и спросит, мол, где мы, скажешь перекусить пошли, скоро вернутся.
А что еще ему говорить? Мол, наш товарищ погрузился в глубокий летаргический сон, а может, вообще отправился прямой дорогой в рай. Тот еще чего доброго в милицию заявит. Нет, пусть лучше пока ничего не знает.
Спортсмен охотно согласился:
- Без проблем, и за вещичками присмотрю и товарищу вашему все объясню.
И вот, значит, спортсмен начал доставать матрас с самой верхней полки и нечаянно задел парня. И тот упал со второй полки прямо башкой в эту сумку с гантелями.
Хрясь!
- Ты как там, парень, не ушибся? – спросил спортсмен.
Пассажир не звука.
«Убил!» - мелькнуло в башке у спортсмена. – «Чертовы гантели!»
У него сразу перед глазами промелькнули по кадровые картинки – крах карьеры, скамья подсудимых, срок, короче вся его благополучная жизнь в один момент слилась на помойку.
«Что делать? Блин! О! окно!»
Приняв быстрое решение проблемы, спортсмен моментально открывает окно и хрясь, труп кидает в окошко.
Фу! Вытирает выступивший на лбу пот.
Вскоре возвращаются назад два товарища, смотрят, а третьего друга не хватает.
- Где он? – спрашивают с подозрением.
- Вы знаете, он проснулся, и говорит, мол, а где эти двое? Я сказал, что вы в ресторане, он слез и пошел за вами.
***
Бреющий полет бесчувственного тела проходил как раз над руслом одной широкой реки, но в воду сразу упасть ему, было не суждено, так как поезд мчался по длинному железному мосту и вот на его полотно оно удачно приземлилось.
Обходчик, проходя мимо, замечает такое безобразие и размышляет:
«Дело идет к концу смены. Так что если я сейчас сообщу, набегут сразу разные в погонах, мозги начнут «вправлять». Ну его к чертям.»
И решает сбросить тело с моста от проблем подальше, вернее поглубже. Решено, сделано.
Вжик его с моста.
Темнело.
В это время, под мостом на двух лодках гребли рыбаки. В одной сидели сами, вторая с рыбой на буксире. Вот эту самую, которая на буксире, упавшее тело ногами с лету пробило на хрен.
«Ах ты, мать твою! Падла! Место нашел для купания!» - взвыв, озверевшие трудяги-браконьеры, вытаскивают тело на берег и давай его пинать ногами.
Потом один из них опомнился и кричит:
- Тормозите! Он по ходу не дышит!
- Вот попали так попали! – запричитал второй. – Мало того срок за браконьерство, так еще труп навесят, давай тащим его на дорогу!
Вытаскивают тело на асфальт и бросают там, сами сваливают на целой лодке.
А в это время из-за поворота вылетает ЗИЛ-130 и вдруг фары выхватывают тело на дороге. Бац-бац по тормозам! Хрен там! Переехал тело.
«Вот черт! Что делать? Куда его?»
Шофер видит с другой стороны дороги колхозный сад. Тащит тело к забору и начинает переваливать его через забор.
А в это время, сторож вышел из сторожки глотнуть свежего воздуха и видит, что кто-то лезет через забор.
«Ах, вы падлы, расхитители социалистической собственности, сейчас я вам покажу! Нате вам на сей раз не солью, а дробью! Один хрен в темноте не попаду!»
Только шофер толкнул тело через забор в сад, тут дед и долбанул дуплетом.
Бряк. Глухой звук упавшего тела ужасом шелохнул у сторожа в ушах и мозгу обжигающим шипом: «Убил! Мать твою! Да чтоб тебя десять раз через коромысло! Как же так? Я же в сторону! Все, тюрьма, бабка хрен будет передачки носить, не протяну я на зоне! Что делать?»
Решает сторож снова тело на дорогу оттащить.
Решено, сделано.
Отволок тело бедолаги снова на дорогу. Бросил, а сам по-быстрому свалил, пока никто не видит.
А в это время, шурует парень на шестерке.
Вот блин, тело на дороге! Бац-бац по тормозам. Хрен, не успевает и переезжает тело.
«А-а-а! человека задавил, надо срочно его к врачу!»
Грузит тело в машину и вперед, в поиске врача.
Трасса тянется вдоль железнодорожного полотна. И тут водитель видит, как пассажирский поезд, проезжающий мимо, неожиданно резко тормозит. Открывается дверь одного вагона и оттуда в темноту выпрыгивает какой-то парень.
«Это судьба! Там в поезде обязательно должен быть врач!» с облегчением думает водитель. Он останавливает свою шестерку, вытаскивает из салона тело и затаскивает его вагон. И как раз вовремя. Поезд трогается.
Тем временем, в поезде, двое товарищей не успевают за сбежавшим спортсменом, зато обнаруживают тело своего товарища, в тамбуре. Они его притаскивают в купе, и в это время тот открывает глаза и говорит:
- Парни, у меня все тело болит, как после мясорубки. Я что с верхней полки упал?
Глава 4. Парадоксы и противоречия 4.
Парадоксы и противоречия 4.
Если ты имеешь дурную привычку, которая заставляет тебя верить людям, и верить в людей, будь готов к тому, что в один прекрасный момент тебе непременно сядут на голову. Но это еще не все. С тобой поступят так, чтобы ты раз и навсегда запомнил одну простую истину – никому нельзя доверять, нельзя никому давать второй шанс, не нужно притягивать за уши то, чего нет. И тем более не надо додумывать за кого-то тех самых положительных несуществующих качеств, которые ты хотел видеть в людях.
Если тебе с первого взгляда показалось, что человек – говно, то в девяносто девять случаев тебе это не показалось.
***
Ну, вот мы и в столице Латвийской Социалистической Республике.
Это было что-то! Как будто мы попали заграницу.
А что в этом удивительного?
Только представьте, после масштабной индустриализации, маленькая республика заняла третье место в стране, сразу после Московской и Ленинградской областей, как наиболее промышленно развитый регион.
Здесь производили абсолютно все! Микроавтобусы, бытовую технику, самолеты, трамваи, автомобили, электропоезда. А так же – суда, медикаменты, текстиль и трикотаж, косметику и мебель. Завод-гигант «ВЭФ», на котором работали двадцать тысяч человек, производил продукцию, экспортировавшую в сорок две страны мира! Тоже находился там.
Так что там все трудились и получали неплохие зарплаты.
Мне тогда казалось все таким простым – приехали, заселились в гостиницу, и занимайся своими делами, сколько хочешь.
В реальности оказалось все не так.
Из-за летнего периода времени в Риге был огромный наплыв туристов со всего СССР и из-за границы, еще приезжали разные специалисты в командировку на заводы и фабрики, поэтому мест в гостинице для нас – диких туристов не оказалось.
Я был в растерянности. А вот Серега, как позже, оказалось, все успел заранее предусмотреть.
Пока он куда-то удалился, мы с интересом осмотрелись.
На вокзале непривычная чистота, даже в общественном туалете стоит приятный запах освежителя воздуха. Кругом стоят через каждые пять метров урны для мусора, и никто не кидает окурки на асфальт, только в пепельницы, которые висят даже на каменных стенах домов через каждые пару шагов.
И еще маршрутные такси в исполнении небольшого автомобиля – РАФ!
Представьте себе – маршрутное такси, к которому стоит небольшая очередь, и никто без очереди не лезет!
Мать твою! Это было откровенным шоком для меня.
До этого ничего подобного мне лицезреть не приходилось., потому что у нас в городе можно было добраться из пункта А в пункт Б двумя дешевыми способами – на автобусе или на речном трамвайчике и был еще один дорогой – такси.
Ну, речной трамвайчик это понятно. Заплатил за билет 15 копеек и едешь себе с комфортом, хочешь на верхней палубе, где свежий ветерок трепет твои волосы, хочешь на нижней палубе, глядя в квадратный иллюминатор на прибрежные пейзажи. А вот с автобусом все намного сложней.
Как говорится, угадайте, какой самый вместительный транспорт в мире?
Конечно же автобус, потому что как мне казалось с самого глубокого детства – его салон или резиновый, или его внутренняя площадь самым фантастическим образом не подчиняется земным физическим законам и поэтому вмещает в себя неограниченное количество пассажиров.
Как сейчас помню. Меня возили каждое утро в садик. Это происходило в час пик. Все торопятся попасть на работу, лезут в автобус без очереди, а ты, особенно зимой, одетый в толстую плюшевую шубу, с помощи бабушкиных рук втискиваешься в душный салон автобуса и там зависаешь. Ощущения еще те: дышать нечем, пот течет от духоты, все орут и раскачиваются на каждом крутом повороте. А ты, не чувствуя под ногами пола, висишь со слезами на глазах и мечтаешь о том моменте, когда автобус доберется до твоей остановки, и ты окажешься на свежем воздухе.
Разве после всех этих злоключений ты будешь любить детский садик? Я что-то сомневаюсь в этом.
Пока мы определялись, в какую очередь нам встать, Серега уже успел вернуться обратно с какой-то незнакомой тетушкой весьма приятной внешности.
- Так, парни, знакомьтесь – это Раиса Федоровна, она по чистой случайности ищет временных съемщиков на дачу, которая находится практически в черте города, а нам как раз нужно где-то перекантоваться, и после недолгих переговоров нам удалось достигнуть взаимовыгодной договоренности, - радостно он сообщил нам.
Что ж, мы люди не привередливые. На даче, значит, на даче.
Добрались до места временного проживания на трамвае вместе с Раисой Федоровной. Она привела нас на свой дачный участок, показала аккуратный домик, в котором мы с легкость все поместились. Получив деньги от нас, душевная тетушка попрощалась и удалилась.
Мы же расположились на даче, отдохнули, а с утра отправились в город.
Старый город в Риге занимает небольшую территорию на берегу реки «Западная Двина». Если попробовать описать старый город в двух словах, здесь есть много маленьких узких улиц, и много разных храмов и соборов, из которых самые большие и известные — Домский собор и церковь святого Петра. На 123-метровой башне церкви святого Петра расположена смотровая площадка, откуда открываются красивые виды на старый город и всю Ригу.
Кругом брусчатка, клумбы с цветами, стерильная чистота и ни капельки пыли. А местные аборигены, какие «гостеприимные»!
Идем мы по тротуару, а на встречу плетется тройка местных парней одетых в футболки, джинсовые шорты до колен и мокасины. Они что-то щебетали между собой на своем языке непонятном.
- Привет, как пройти к центральному универмагу? – поинтересовался у них Серега.
- Мы по-русски не понимай, - мимоходом презрительно выплюнули аборигены, и пошли дальше своим путем, а когда отошли недалеко, один из них повернулся и с ехидцей произнес:
- Кrievi cūkas.
После чего троица громко засмеялась.
Кrievi cūkas – русские свиньи.
Мы, конечно, ничего из услышанного не поняли, но наши кулаки подозрительно зачесались на, так сказать, генетическом уровне.
Не получив от не слишком дружелюбных аборигенов нужного ответа, мы пешком продолжили свой путь.
На безоблачном небе по-летнему пригревало солнышко, и нам срочно понадобилось охладить себя.
Как по заказу на нашем пути повстречалась уличная продавщица мороженого, стоящая под солнцезащитным зонтиком возле специального холодильника, на боку которого висел ценник. И вот тут перед нами образовался невероятно трудный выбор. Только представьте, здесь в наличие имелось «Эскимо» по 11 копеек, «лакомка» по 28 копеек, «крем-брюле» по 15 копеек, фруктово-ягодное по 13 копеек и обычное молочное мороженое по 9 копеек. Нам хотелось всего и сразу, но подумав о предсказуемых последствиях переедания холодного лакомства, мы взяли каждый по одной порции мороженого. Кто-то выбрал «лакомку», кто-то «крем-брюле», я же купил «Эскимо». Но прежде чем уйти, мы поинтересовались у молодой симпатичной женщины на счет дороги до центрального универмага.
Продавщица приветливо нам подсказала, на какой нам следует сесть номер трамвая и на какой остановки нам нужно сойти.
Мы поблагодарили ее, после чего направились к ближайшей остановке, при этом с наслаждением поедали эскимо.
Советское мороженое ГОСТа 117-41! Я где-то читал, что этот гост был введен 12 марта 1941 года и был одним из самых жестких стандартов в мире. Благодаря этому ГОСТу наше Советское мороженое выпускалось без применения консервантов, посему было обалденно вкусным и экологически чистым. Все виды мороженого в СССР делались по единой технологии. К тому же стаканчики, брикеты и эскимо по всей стране изготовлялись тоже по единой технологии. Каждую партию снежного лакомства оценивали по 100-балльной системе. Любое отклонение от вкуса, цвета или запаха считалось браком. Кроме того, время реализации мороженого ограничивалось одной неделей, но и этого было вполне достаточно. Его успевали распродать до конца срока годности. Еще бы! Сами подумайте, за границей советское мороженое относили к престижному классу. Его продавали исключительно в дорогих ресторанах по далеко не советским ценам наравне с русской черной икрой и русской водкой.
И кстати. На экспорт мороженое отправлялось 2000 тонн ежегодно. Вот так вот.
Подошел нужный нам трамвай. Мы торопливо загрузились в него и стали ждать, когда он тронется. Вскоре мы услышали объявление на латышском:
- Рiesardzīgi, durvis aizveras!
Двери благополучно захлопнулись, трамвай тронулся и только после этого тот же самый женский голос сделал объявление на русском языке:
- Осторожно, двери закрываются!
И тут я в очередной раз убедился в охренительной «дружелюбности» некоторых Прибалтийских индивидуумов, которые ставят себя выше других наций.
Мне тогда казалось, что это единичный случай, что в других братских республиках все иначе. В последствии я убедился в обратном. Тогда уже не было никакого братского единства, а шло медленное, но планомерное разрушение великой, могучей державы.
Через пять остановок мы увидели здание центрального универмага.
Хочу сказать, есть в этой прибалтийской столице одна очень неприятная индивидуальность, а именно непредсказуемое природное явление, как погода. Вот смотришь на небе солнышко, ни одного облачка и вдруг в следующую минуту набегают тучи, и начинает дождь лить как из ведра, а в следующее мгновение опять светит солнышко.
В этой истине мы убедились, когда вышли из трамвая. В тот же самый момент, низкие темные тучки закрыли собой солнышко, и начался проливной дождь.
Пока бежали до центрального универмага, мы все промокли с ног до головы, кроме Сереги. Он воспользовался зонтиком, который предусмотрительно взял с собой.
Прошлись по отделам. Хотели прикупить джинсы, но таковых в данный момент не нашлось, зато в обувном отделе мне приглянулись летние чешские туфли «Цебо» бежевого цвета. Я их примерил. Туфли легкие, удобные, на ноге сидели как влитые, да и стоимость не намного дороже отечественных, всего 35 рублей. Я их купил без разговоров и не пожалел об этом. Потом в отделе одежды приобрел, модные бежевые штаны с дополнительными боковыми карманами и на этом все мои покупки здесь закончились.
Закинув все лишние вещи на дачу, мы решили немного оттянуться в местном баре.
Серега знал один такой. Он находился в полуподвальном помещении и пользовался огромной популярностью у местной молодежи. В этом мы сами убедились когда подошли ко входу бара и увидели туда длинную очередь.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге