Ожидание перед вечностью

Ожидание перед вечностью

Трое мужчин и две женщины стояли в просторном холле, похожем на приемную они с ожиданием смотрели на стеклянную дверь за которой находился офис где кто-то работал за компьютером, прошло немного времени, и этот кто-то открыл дверь и пригласил всех войти в к себе.

- Извините за ожидание, меня зовут Сторг я Ангел, думаю вы уже успели понять, что вы все недавно умерли, пардон, пережили телесную смерть и оказались здесь в загробном мире.- почему то с усмешкой проговорил Сторг.

- Сразу же скажу, что вам не о чем беспокоиться, так как вы все верующие в Сына Божия, и сразу получили в дар Жизнь Вечную, по этому туда вы и отправитесь.-

- Единственное, только то, что вам надо немного подождать, до технического завершения ваших мест проживания на Небе, так сказать до полного устроение ваших обителей.-

- Для этого в наличии имеются места ожидания, они идентичны земным условиям жизни, вот посмотрите сюда:-

На стене был огромный экран, на котором были видны как бы отдельные островки, один островок был лазурным берегом моря с растущими пальмами, другой зеленым лугом, среди холмов, третий, скалистые горы укутанные в туман, и еще несколько разных, красивых мест.

- Вам остается решить и выбрать где именно вы хотели бы провести свое ожидание. Хочу кое что сказать о тех местах куда вы решите отправиться, хотя это и не настоящие миры, тем не менее в них все натуральное, день там сменяет ночь, утро, вечер все как на земле, единственное только то, что пространство там все же весьма ограниченное, всего около трехсот километров, но для каникул вам этого хватит. Советую не ходить к границам острова, чтобы не разрушать приятной иллюзии, обычной земной жизни.-

- Друзья, кажется нам предлагают еще немного пожить!- высказался один из мужчин по имени Лабберт.

- А давайте у моря, за всю жизнь не удалось там побывать!- предложила женщина по имени Нина.

Вдруг мужчина со внешностью японца и с таким же японским именем Доку, пальцем указал на островок в правом верхнем углу, до селе даже не кем не замеченный. Это был обыкновенный заснеженный, зимний лес. В ответ все с начало долго смотрели на экран. А потом на Доку. Почувствовав в воздухе недоумение, Доку добавил:

- Мы скоро отправимся в Небеса, предполагаю нет места прекраснее, чем там, а здесь зима, снег, находясь в зимнем лесу мы будем просто ждать весны, то есть времени своего переселения в вечную обитель.-

Мысль была немного авантюрной, а потому интересной, и все согласились отправиться в зимний лес, где среди заснеженных деревьев стояли бревенчатые избы.

Ангел одобрительно улыбнулся и коснулся рукой в угол экрана.

Через мгновение все стояли уже по колено в снегу около деревянных домиков, с труб которых струился дымок, немного морозный воздух освежал, а пение птиц морозный воздух делал еще более звонким. Все были одеты под стать этой зиме, шапки, зимнии куртки, теплая обувь, рукавицы. После ознакомительного молчания, первой заговорила женщина по имени Гульшат:

- Интересно где тут чей дом!-

Все хором они зашли в первый дом, обстановка в нем буквально пестрила яркими цветами, казалось дом был просто набит разнообразием вещей, в нем сразу угадывался французский стиль.

- Все я остаюсь здесь- бухнувшись в плетеное кресло сказал третий мужчина, по имени Готье,. Оставшаяся четверка зашла в следующий дом, обстановка в нем сильно отличалась от дома Готье, она была наоборот простой, и в то же время строгой и сдержанной, этот дом отсеял для себя немца Лабберта, русская изба не отпустила Нину, в четвертом доме все было по восточному, Гульшат хихикнула и указав Доку на дверь помахала ему рукой, Доку пожал плечами и шутливо сказал:

- Интересно, а где же тут мой дом?-

Доку вошел в последний дом, внутри дом был с выраженным стилем минимализма, но сильно перегруженный разного рода декора, что было свойственным для японцев.

Прожив там пару дней, все успели заметить несколько необычных вещей присущие этой зимней деревне: Во-первых в каждом доме были продукты и даже запас дров, можно было все это брать и использовать, а на утро, все само вновь пополнялось. Во-вторых климат этой зимы отличался мягкостью, морозец был легким, а снег лишь немного был прохладным, как будто даже слегка теплым. И в третьих звери и птицы в этом лесу никого не боялись и даже волки в отношении к пришельцам были спокойными как домашние животные.

Зимний лес стал для всех будто вернувшимся детством, днем друзья гуляли, дурачились, вечерами болтали, смеялись и плакали вспоминая прожитую жизнь, и так день за днем. Пока вдруг однажды утром они заметили, что со стороны леса к ним кто-то идет.

- Кто это к нам идет?- стала приглядываться Нина.

- Вроде парень какой-то, только одет как-то не по сезону, в одной рубахе и брюках? Не думала, что здесь, еще есть люди -. Продолжила наблюдение Нина.

- Да нет здесь больше людей Нина, это Сторг ангел из приемного офиса, за нами уже наверное пришел.- разглядел Лабберт.

- А что ангелы, холода не чувствуют?- прошептала Гульшат.

Но ей ни кто не успел ответить, потому что Сторг уже подошел.

Не успели они удивиться его неожиданному появлению, как их насторожил его очень озабоченный вид.

- Нам что уже пора, или что-то случилось, дружища,? -спросил Лабберт не смело улыбаясь.

- Да пора, но есть проблема- начал Сторг.- Дело в том, что один из вас оказался здесь по ошибке, не имея спасения.-

- Не понял вы, что сейчас кого-то из нас в ад утащите?- возмутился Готье.

- Ошибка наша поэтому нет. . Дело вот в чем Небеса уже готовы и больше нет необходимости вам здесь оставаться и уже можно переселятся.

Но тот из вас. кто Туда не имеет права идти, должен сам отказаться покинуть лес, иначе он точно окажется в аду.- закончил Сторг.

- Боже, кто же это?- озираясь на всех прокричала Нина.

- И что же, тому одному здесь вечность по лесу шататься? – в ужасе спросил Доку.

- Это в любом случаи лучше гиены огненной- ответил Сторг.

- Поэтому тот кто не достоин вечной Жизни, должен сам признать это и принять решение остаться здесь навсегда.- сказал Сторг и протянул небольшое устройство типа телевизионного пульта, но лишь с одной кнопкой в центре.

- Вот это для того, что бы вам покинуть деревню, как только вы будете готовы к переходу, каждый из вас пусть нажмет эту кнопку и тогда в миг переместится в Божье Царство. Еще раз настоятельного рекомендую не нажимать этой кнопки тому одному, кто сам про себя знает, что не должен этого делать.- сказал Сторг, и отдал пульт-кнопку в руки Лабберта, и в тоже время сам осторожно пальцем коснулся кнопки и нажал ее, и тут же исчез.

Оставшись снова одни, друзья растерянно и в недоумении смотрели друг на друга, первым в себя пришел Готье и предложил отправится в общий дом, что бы там все обсудить и переварить. Сразу решили, что пульт-кнопка будет храниться здесь в общем доме, потом молча сидели, погруженные в собственные мысли, не зная что сказать друг- другу, пока Готье опять не прервал молчание предложив уже теперь отправиться по домам, и каждому подумать самому, а завтра уже всем собраться и все обсудить.

Понятное дело, что ночью ни кто из них не уснул и потому уже с перовыми лучами солнца все снова собрались в общем доме. Первой разговор начала возмущенная Нина:

- Ни кто из нас не прожил совершенной и без грешной жизни, что бы кто-то мог сам за себя решить уйти или остаться, не для того ли каждый из нас искал праведности по вере во Христа или не каждый? – Нина вопросительно посмотрела на всех.

- Я искала- еле слышно проговорила Гульшат.

- Я тоже- ответил Лабберт.

- И я искал- сказал Доку.

- Я тоже верующий во Христа, и в этом мы все одинаковы, но по факту кто-то из нас чем –то, должен отличаться и не соответствовать, иначе Сторг не чего, не стал бы говорить нам о необходимости, кому-то определится.

- Я – вдруг сказал Доку. И все уставились на японца.

- Потому что я совершил блудодеяние, а потом умер от болезни в наказание за свой грех.

Гульшат вскрикнула от неожиданности и заплакала.

- Доку но разве вы не покаялись пред Богом, когда заболели?- спросила Нина

- Покаялся конечно и даже раньше чем заболел, но потом все равно заболел и умер.-

- Не ужели такое возможно, что Доку не смог получить прощения?- взволновано спросил Лабберт.

- Не знаю, но пока рознит нас только это, а в остальном мы не сильно отличаемся друг от друга,- проговорил Готье.

- Больше не ломайте голову друзья, это точно я.- обрезал Доку.

После чего он извинился и вышел из общего дома видимо не желая продолжать разговор.

- Подождите соглашаться, Ведь Доку сам говорил, что успел искренне покаяться в этом грехе, почему вы думаете что Господь не простил его?- не успокаивался Лабберт.

- Не мы так думаем, а Ангел Господень кое что сказал нам об этом, этого что мало?- возразил ему Готье и покосился на дверь, дабы убедиться, что Доку действительно вышел, затем продолжил:

- Вспомните сколько вам встречалось на земле людей которые полагали нормальным для себя, грешить и каяться потом опять грешить и снова каяться. Где то должны были прописать им стоп, мне и самому жаль, что порой для них, это случается очень поздно.- объяснил Готье.

После этого события, никто уже не знал как теперь вести себя с Доку, ведь все крайне переживали за него, но никто не знал как и чем его утешить. Доку словно чувствовал это и поэтому старался редко выходить из своего дома, и совсем перестал приходить на общие встречи. Но жить отдельно от Доку, друзья тоже уже не могли и потому они стали просить Готье как более мудрого из них, что бы он сходил к Доку и постарался найти слова что бы поддержать его.

Готье постучал, Доку открыл и пригласил войти. Готье зашел не поднимая глаз, сел на стул.

- Доку мы все просто скорбим и незнаем что сказать тебе.-

Доку тихо кивнул в ответ, тоже не поднимая глаз.

- Это слабое утешение, но заметь ты избежал пламени ада, и многие кто мучим сейчас в гиене огненной позавидовали бы тебе, и просто мечтали бы оказаться на твоем месте, сочли бы это раем.- во рту у Готье стало сухо, он остановился.

Доку который казалось все больше мрачнел от каждого слова Готье, вдруг на мгновенье просветлел, и с каким то не здоровым блеском в глазах тихо сказал:

.

- Готье друг, я не мог этого сказать еще кому-то, но ты я думаю достаточно зрел и с тобой я могу поделиться, это то о чем я теперь стал часто думать. Это не правильно и я осуждаю себя за это, но все равно думаю об этом.

- О чем друг?- насторожился Готье.

- Понимаешь Готье никто не пришел и не ткнул в меня пальцем, не Бог, никто. Я сам в себе решил что потерявший спасение это я. Но иногда закрадывается мысль, а вдруг это не я, а кто ни будь другой? Нет я совсем не хочу что бы это был кто-то из вас, просто такой ход событий до конца не исключен, согласись.-

- Доку, такое возможно если кто ни будь из нас что-то от всех скрывает, ты об этом?-

- Не обязательно от всех Готье, можно скрывать и от себя самого,-

- Что ты имеешь ввиду?-

- Ну например совершить что то ужасное, но посчитать это нормальным.-

- Доку я думаю здесь все достаточно адекватны.-

- Конечно Готье так и есть, не обращай на меня внимания, просто так работает инстинкт самосохранения , и как говорится “живой себя в гроб не закопает”. Поэтому я невольно выдумываю себе разные возможности. А так я прекрасно осознаю, что кроме меня, не у кого нет оснований так безнадежно подумать о себе.- как то заботливо сказал Доку.

- Но знаешь, Готье я все равно решил не оставаться здесь.-

Готье хотел было предостерегая возразить, но не хотел уже мучить не Доку, не себя тяжелыми разговорами, после чего посидев еще немного Готье ушел.

Придя домой Готье много думал о разговоре с Доку. Если например Доку ошибается указывая на себя, и остаться здесь должен кто-то другой, тогда кто? Притом этот кто-то может и сам не догадывается что это он, тогда этим кто-то может быть любой из нас и я тоже. От последней мысли Готье внутренне содрогнулся. Ну нет бред какой-то, мы давно в этом разобрались и Доку сам признался, факты на лицо и нечего не надо выдумывать, постарался успокоить себя Готье, но страх уже не уходил. На оборот из страшного предположения все перерастало в некую страшную уверенность, от которой становилось дико на душе. Самое страшное что, для Готье не надо было рыться в памяти, и по частичкам перебирать свою прожитую жизнь выискивая в ней, что-то там подозрительное, как это делали все, сразу после посещения Сторга, сидели в своих домиках разбирали свои прожитые жизни по частям как старые будильники, усыпав пол разными шестеренками. А вот у Готье такой надобности не было, так как в его земной жизни у Готье было только одно событие, которое и по прошествии лет, всегда плавало где то на поверхности его сознания, не исчезая на долго из вида. Событие которое почему-то так и не смогло утонуть в памяти, вместе с другими канувшими безвозвратно в бездну прошлого. Это относилось к тому времени когда

Готье уже был одним из служителей в церкви и всегда старался приобщать людей к вере, и однажды он засвидетельствовал о Христе одному молодому парню по имени Аксел, парень на удивление быстро откликнулся на проповедь Готье и через какое-то время он уже стал ревностным учеником и постоянным членом их церкви. И все шло хорошо пока Аксел всегда ищущий общения с верующими не сблизился с сестрой по имени Элиза, которая подобно и самому Готье уже являлась лидером одного из церковных служений. Только это сближение неожиданно возымело обратное действие, вдруг став причиной для их падения в блуд, шокировав тем самым окружающих, не говоря уже о Готье. Готье сразу возложил всю ответственность на сестру Элизу, которая по его мнению должна была помочь Акселу возрастать в вере, а не потыкать греховным желаниям еще не утвержденной души. Парочка вскоре и вовсе перестали посещать собрания, в итоге полностью исчезнув из вида. Но через пару лет Элиза вновь вернулась в церковь, и сказала, что она раскаявшись в своем грехе и хочет вернуться на истинный путь, Аксела с ней уже конечно не было, он окончательно затерялся где-то там в греховной трясине. Духовная семья с радостью приняла Элизу, одарив ее теплом и любовью. Готье же был единственным кто не смог разделить всеобщую радость. Сожалея об Акселе, Готье по-прежнему винил Элизу за потерю своего духовного сына.

Элиза не отрицала своей вины поэтому поводу, и чувствовала необходимость поговорить об этом с Готье, и вскоре договорилась с ним о встречи.

- Готье мне сложно смотреть вам в глаза, и вы справедливо увидели мою ответственность во всем случившимся со мной и Акселом, но сожалеть об этом сидя теперь перед вами, пустое и ненужное дело. Я лишь хочу что бы вы знали, то что мое осознание греха и его последствий достаточно велико, в плоть до того, что я не могу почувствовать себя прощенной Богом и тем более простить себе самой, хотя люди в церкви сильно стараются меня убедить в полном прощении, говоря мне о дарованной нам благодати, приводя разные доказательства и места из писания, но не смотря на все это, почувствовать себя по-настоящему прощенной я почему-то не могу. В этом вопросе я как-то больше склонна поверить вам, и своим опасениям, чем всему остальному.-

Готье внимательно выслушал Элизу, и из всего изложенного, ему вдруг стало понятно, что все теперь зависит от него, а именно только от него зависит то как дальше будет чувствовать себя эта женщина, что только, он мог бы сейчас облегчить ей жизнь но станет ли он это делать, пожалуй нет, так как это будет слишком легким для нее, а так не должно быть и пусть она все почувствует в полной мере. Поэтому Готье сказал ей :

- Я посоветую вам Элиза, отдать все во власть времени, и когда его пройдет достаточно, то все встанет на свои места и мое отношение, и ваши ощущения.

Сейчас находясь здесь в зимнем лесу и вспоминая этот разговор с Элизой, Готье вдруг подумал: Пожалей он ее тогда хоть немного, постарайся он хоть чуточку там, чтобы утешить ее, то наверное не была бы уже так ощутима ею вина, нависающая над ней словно меч. Поступи он так, то и над его головой сегодня не висело бы, да не поблескивало бы угрожающе.

Но даже и на этом история с Элизой к сожалению тогда еще не закончилась. Прошло наверное с год или полтора после их разговора, как вдруг их город потрясло известие о страшной трагедии унесшей жизнь пяти человек: большая автокатастрофа, по вине нетрезвого водителя, коим оказался тот самый Аксел, тоже погибший в той аварии. И уже наследующий день в дверь Готье постучала, Элиза, она зашла слегка покачиваясь вместе с ней в квартиру проник и запах спиртного, Элиза не естественно улыбалась, и поймав наконец взгляд Готье сказала:

- Готье как это ты так точно смог тогда подметить, ты и впрямь пророк- ухмыльнулась Элиза, и продолжила:

- Помнишь как ты ответил мне и сказал о времени, которое все доведет до конца и даже поможет мне справиться с чувством вины, скажет так сказать все недосказанное. Хочу заметить, что тогда я была виновна только в падении Аксела, а сегодня уже добавилось. Получается что теперь и в его смерти тоже, и в смерти еще четверых человек, согласись Готье если бы не я, то Аксел пел бы сегодня хвалы как и ты, и не стал бы одной из жертв несчастного случая и к тому же его причиной. Что мне делать теперь, а брат? –

- Вы опять себя жалеете Элиза, а как же те пятеро, “что мне делать”, протрезветь для начала- проговорил Готье выводя Элизу за дверь своей квартиры. Элиза ушла всхлипывая и пошатываясь, а через неделю она покончила собой, сбросившись с городского моста в реку. И когда потом позже случалось, что кто-то вдруг из церкви заводил разговор о том, почему же так все произошло, то Готье на это давал всегда только один комментарий, цитируя из писания : Если кто соблазнит одного из малых сих, то лучше бы ему повесить себе жернов на шею и ввергнуться в море, нежели жить.

Уставший от мрачных воспоминаний и размышлений Готье вынырнул из воспоминаний в реальность уже теперь ночного леса, и слово желая прострелить резиновую лодку на которой плавали все эти страшные мысли, сделал свой вывод : они блудят, они кайфуют, и им не чего, а я тут думай и мучайся. Не выйдет, больше я не подпущу к себе даже мысли об этом.

Утром как обычно все собрались в общем доме, и Доку на удивление пришел тоже и с ходу обратился:

- Друзья вчера я решил не оставаться здесь, я выйду вместе с вами, чего бы мне это не стоило, и будь, что будет.-

- Нет Доку не делай этого, мы не хотим, что бы ты пострадал.- сказала Нина.

- А давайте не кто из нас. не куда от сюда не пойдет.- предложил Лабберт.

- Я думаю если мы сами не выйдите от сюда, то нас все равно от сюда заберут, рано или поздно.- возразил Готье.

- Лучше пусть так, чем мы сделаем это сами- сказала Нина.

- Это, что будет наш протест Богу в Его решении?- усомнился Готье.

- Мы не протестуем мы просто не можем оставить здесь Доку одного, вот и все.- возразила Нина.

В конце- концов было решено ни кому пока не выходить из деревни, а оставаться всем здесь.

Все понимали, что возможно в какой то момент они могут оказаться восхищенными из этой деревни, оказавшись навсегда разделенными с Доку, но пока этого не произошло, а это как раз то « пока », которое и будет их жизнью сегодня. Доку казалось просветлел в лице, хотя для него это немногое меняло, но видимо и он посчитал то « пока » своей какой-никакой, а жизнью. Каждое утро он обеспокоенно выбегал на улицу, что бы убедиться в том, что он здесь все еще не один, и завидев хотя бы кого-то, он сразу успокаивался и позволял себе радоваться этому дню. Да и каждый сам понимая это, старался проснуться пораньше и рисонуться у окон Доку.

Хотя выражения все и каждый не совсем верны, так как например Готье став словно подстреленным после откровенного разговора с Доку, и вечера личных воспоминаний. Так вот он с не меньшим беспокойством по утрам старался кого ни будь встретить, боясь, а не остался ли он сам один в этой деревне. И даже в течении дня если Готье вдруг оставался один и некого не оказывалось в его поле зрения, его мгновенно охватывала паника.

Все в древне жили в постоянном осознании того, должно было произойти с Доку, с постоянным ощущением страшного и не минуемого. Но тем не менее иногда хотелось, и даже удавалось отстраниться от этого ощущения и хоть какое то время просто жить и не думать об этом. Притом и сам Доку не был исключением и хотя такое состояние «покоя» было для него ни чем не оправданным, но воспринималась им как отдушина. Однажды в один из таких моментов кто то предложил сходить к южному холму от туда открывался прекрасный вид на ледяное озеро. Готье который переживал на данный момент далеко не облегчение, стал противником такого предложения, и на отрез отказался от затеи.

Утром все встали рано, кроме Готье разуметься, он и не подумал, что его протест проигнорируют и соберутся в поход без него. Все собрались и на лыжах отправились в путь, с неба сыпал снег, но все были уверены, что погода все же улучшиться.

Проснувшись двумя часами позже, Готье сразу ощутил страх, который встречал его уже каждое утро, поэтому он сразу хотел выбежать на улицу и повстречать хоть кого то, что бы успокоиться, и убедиться, что он здесь не один. Так он каждое утро и делал, но сегодня он сказал сам себе, что так продолжаться больше не может и пора остановит эту жуткую параною, поэтому он взял себя в руки и решил спокойно заняться своими домашними делами, без всяких выяснений. Он умылся, почистил зубы и принялся зашивать недавно разодранную куртку. Хотя Готье сильно старался сохранять самообладание, боковым зрением он не вольно постоянно сканировал окно. И от того что там до сих пор не улавливалось ни чьего движения, паника стала нарастать, пока наконец Готье раздетый и босой не выбежал на улицу, неожиданная тишина ударила по ушам усилив панику. Не где, не кого не было, не было и следов, их засыпал недавний снег, о котором Готье тоже не чего не знал. Готье бегал от дома к дому, распахивал двери, вбегал внутрь, кричал в пустоту, дом Доку был последним на его пути и тоже разуметься был пуст, оказавшись внутри его дома Готье не выдержал и зарыдал, силы покинули и он упал лицом вниз заливая пол слезами.

Он лежал на полу и пытался сколько ни будь времени еще удерживать свой разум от страшного осознания и не впускать мучительные мысли игнорируя реальность.

Готье лежал на полу погруженный в ужас, от которого его вдруг отвлекли голоса и шум исходящие с улице от возвращающейся компании. В следующий момент он вдруг вспомнил, что действительно вчера все собирались идти к южному холму, а вот сейчас видимо они пришли обратно. С утра набросившийся на него страх даже не дал ему предположить подобного разворота событий, внушив ему только самый страшный сценарий. Доку войдя к себе домой и увидев там бледного Готье, несколько растерялся, а потом вдруг понял что произошло и схватился за голову.

-Боже мой, Готье как мы могли не подумать об этом прости, ведь ты решил, что ты здесь остался один, а мы… -

Доку мысленно представил, что Готье здесь пережил из-за их не осторожности. Через некоторое время подошли и все остальные обеспокоенные настежь распахнутыми дверями в своих домах, при виде Готье в доме Доку, всем сразу же становилось все понятно, о произошедшем во время их отсутствия, мгновенно включалось так называемое позднее зажигание, и все в ужасе спохватывались от того как они опрометчиво поступили. Все так беспокоились за Доку, что совсем не побеспокоились о бедном Готье не предупредив его уходя утром. Настораживало и то, что Готье не проявлял ни каких эмоций, он не радовался неожиданному появлению друзей, он не злился на них за неожиданный уход утром. Казалось, что от случившегося его душа натянулась подобно струне, до самого предела, теперь, ни как не могла опять ослабнуть. Готье молча прошел мимо всех и вышел из дома, Немного помешкав друзья решили пойти к Готье и извиниться по лучше. Гульшат первой вошла в его дом и тут же с криком испугано выбежала, все поспешили внутрь и были поражены увиденным. Готье в доме не оказалось, а также там не оказалось и его мебели, да и вообще в доме не было ни каких вещей, дом был пустым будто выметенным, голые стены, голый пол. Казалось будто Готье просто съехал от сюда, но резко ощущалась не естественность произошедшего, которая действительно пугала.

-Готье не заходил сюда он ушел в общий дом и воспользовался кнопкой- уверено высказался Лабберт.

-Он восхитился, сегодняшний инцидент сломал его.- проговорила Нина.

Придя в общий дом они действительно обнаружили пульт-кнопку брошенной на пол, точнее упавшей туда с рук Готье в миг исчезнувшего после ее нажатия.

Происшедшее с Готье вдруг освежило для Доку всю реальность грядущего одиночества о которой он успел не то что позабыть, но как то все под остыло, уже не болело, а теперь будто разогретое на огне вновь обжигало душу. Теперь живо представлялось как скоро сам Доку будет бегать от дома к дому как бегал ошалелый Готье, скоро он будет видеть все дома друзей пустыми как будто они там некогда и не жили. Все что произошло сегодня было лишь пробным кусочком от того, что станет повседневной пищей, пищей вечного одиночества и отверженности. Ведь скоро все как Готье исчезнут, хотя нет, не так, мои друзья не исчезнут, они будут вечно в объятьях Великого Бога, который их и утешит, утешит так, что не будет даже места для болезненных воспоминаниях обо мне, поэтому это не они, а я исчезну на веки.

Лабберт, Нина и Гульшат так же осознавали, какую боль нес Доку, казалось ею пропитан весь воздух и она чувствовалась всюду и всеми. Надеждой на утешение было лишь то, что опять пройдет время и атмосфера вновь разрядиться, и все смогут дышать свободнее. И сам Доку надеялся на тоже, желая как можно дальше и скорей, уйти от остроты пришедшего осознания, и отдалившись погрузиться в некое состояние обыденности . В деревне, для всех это было таким же непрерывным циклом, как день, ночь: с начало очень плохо, потом полегче, потом вроде и вообще нормально. Все были хорошо с этим знакомы и просто ждали следующей фазы

И потому все надеялись на то что в дальнейшем состояние Доку и остальных опять мало по малу войдет в прежнее русло. В то русло, где если утром все встретились то день можно позволить себе прожить относительно спокойно. Но на этот раз, напрасно ждали возвращения на прежние рельсы повседневности.

К сожалению Готье воспользовавшись кнопкой, смог не только покинуть деревню, но похоже, что тем самым он также запустил в ход какой то страшный «механизм». Это стало заметно уже на следующий день.

Утро оказалось более морозным, чем обычно. И наследующий день не потеплело, Гульшат так же заметила что из снега ушла та необычная теплота, и снег стал обычным холодным снегом, да и провизия кажется больше не пополнялась. В дальнейшем когда друзья прогуливались по лесу и Нина стала подходить к сидевшей на ветке птице, то птица вдруг не подпустила ее, а испуганно вспорхнула и улетела, хотя раньше любая здесь птица спокойно позволяла коснуться своих перышек. Так обнаружилось что изменения коснулись не только климата, но также еще и всего остального.

- Стоит и нам начать опасаться лесных зверей.- встревожено предположил Лабберт.

Вечером собравшись в общем доме, все стали рассуждать о том, что произошло, и как все сильно поменялось.

- Перемены большие но они на естественном уровне, не стоит паниковать, на земле мы жили именно в таких условиях.- предложил Лабберт.

- Не хочу пугать, а что если перемены продолжатся, и все перейдет на более опасный уровень, температура допустим продолжит понижаться, а продукты закончатся и условия жизни в деревне станут не выносимыми?- высказала опасение Нина.

- Звери, они могут начать охотиться на нас.- почти шепотом произнесла Гульшат.

- Я думаю это все не случайно, это все началось для того, что бы прекратить ваше упорство, вам надо покинуть эту деревню, больше не будет так как мы хотим, это надо принять.- твердо произнес Доку.

- Оставить тебя одного в диком лесу?- возмутился Лабберт.

- Выбора нет вам все равно придется это сделать, сама деревня и лес заставят вас уйти, а для меня есть надежда, что как только вы покинете это место, деревня вновь преобразиться в прежнее состояние.- настаивал Доку.

- Откуда нам знать, преобразиться она или нет, а может ухудшений и вовсе больше не 4,.- не отступал Лабберт.

- Я не буду этого проверять, и если вы не решитесь воспользоваться кнопкой, то я сделаю это первым.- Доку взял пульт-кнопку с готовностью нажать на нее.

- Подожди Доку, тебе нельзя этого делать, ты прав времени больше не осталось, нам придется уйти.- согласился Лабберт.

После не долгой молчаливой паузы поднялся плач, с начало заплакали женщины, потом зарыдали мужчины. Доку всегда боялся, наступления этого момента, но сейчас он сам хотел, что бы все уже кончилось, пусть самым страшным образом, но лишь бы к одному концу. Не прерывая плача Лабберт взял пульт и протянул его Гульшат, через мгновение она исчезла, Нина подобрала пульт, и еще раз взглянув на Доку, нажала кнопку и тоже исчезла. Стало тихо, мужчины молчали, глядя друг- другу в глаза, Лабберт не выпуская пульт крепко обнял, Доку. Пальцы друга больно впились в спину, мокрые от слез лица были красно-бардовыми,

- Не забуду -произнес Лабберт и тоже исчез, нажав кнопку.

Пульт-кнопка тоже исчезла вместе с Лаббертом.

Доку вышел на улицу, и пошел мимо опустевших домов, проходя мимо каждого он заглядывал в их окна, сквозь которые виднелись голые стены. Доку даже не решался открывать двери в пустые дома, ему казалось будто это были не дома вовсе, а какие-то склепы. Странно, но ужас от произошедшего не обрушивался на Доку ожидаемым безумием отчаяния и безысходности, напротив деревня как будто стала окутывать его какой-то успокаивающей атмосферой. Доку самому было странно наблюдать в себе внутреннею прочность, сразу появившуюся после ухода друзей. Конечно если бы он позволил то «монстр» жаждущий его крови, но удерживаемый присутствием друзей, теперь мгновенно бы накинулся на его, Доку это понимал и потому не задавался лишними вопросами типа таких: Как же теперь, а что дальше, но сохранялся довольствуясь пусть ограниченным, но пространством некоего покоя.

Вернувшись в свой дом Доку просто лег и заснул, утром солнечные лучи буквально залили комнату светом, разбудив Доку своим обилием. Лучи касавшиеся своей игрой мебели и стен, казалось также касались и души приподымая настроение.

- Потеплело- произнес Доку выйдя на улицу.

Новый день не до конца еще смыл атмосферу вчерашних событий, и потому вид опустевших домов все еще вносил свою мрачную порцию, поэтому оставаться в деревне не хотелось, Доку встал на лыжи и решил провести этот день в прогулке по лесу. Также не хотелось оказаться в тех местах леса где он часто бывал с друзьями, что бы не затосковать по ним, необходимо было больше свыкнуться со своим нынешнем положением и максимально закрепиться в нем, для этого Доку выбрал новый маршрут и отправился в те места где он раньше не был. Снег был прохладным а солнце по весеннему теплым, лесные звери встречавшиеся на пути воспринимали Доку как одного из лесных жителей подобного им самим.

Проехав значительное расстояние, Доку стали отрываться совершенно новые виды леса и холмов, их вид впечатлял его.

-Скоро к сожалению я буду знать каждый сантиметр этого леса, обойдя со временем все во круг до самых границ, тогда возможно лес станет для меня просто клеткой, тюрьмой. Но это будет потом, не теперь, сейчас открывающиеся просторы кажутся безграничными и восхитительными- подумал Доку.

Следующая картинка зимнего пейзажа, не столько удивила Доку, сколько насторожила его, Между двумя холмами лес как будто отступил в стороны освободив место для большой поляны. В середине которой был небольшой холмик, а во круг холмика еще пять других чуть поменьше, на вид рельеф шести холмов, а точнее бугров точно не был природным ландшафтом.

Это точно не просто холмики так ровно размещенные по отношению друг к другу, скорее всего слой нанесенного снега, что-то скрывает под собой. Доку съехал на лыжах вниз к заснеженной поляне, снежные холмы оказались гораздо выше человеческого роста и были достаточно широкими. Доку снял лыжи и взяв одну стал ей копать снежный бугор, расковыривая ему бок, слегка углубившись он тут же уперся во что-то твердое, заглянув во внутрь сугроба он увидел что лыжина уперлась в деревянные бревна. Вдруг Доку понял что скрывал снег и расположение холмиков только подтверждало догадку:

- Это должно быть деревня, такая же как наша из пяти домов и с еще одним, общем домом в центре, как и у нас. Кто-то тоже жил здесь раньше нас, невероятное открытие.- подумал Доку.

Он приблизительно определил по форме сугроба где должно находиться окно дома, и стал прокапывать снег, вскоре лыжа во что-то ударилась, раздался звон разбитого стекла, расчистив снег он просунулся в окно дома и увидел что дом был абсолютно пустым, как и дома в его деревне, полностью опустевшие с уходом своих обитателей. Злая ирония вдруг заставила Доку прослезиться, будто ему было мало тех своих оставленных , а он еще нашел эти.

-За чем я сюда только поперся - огорченно произнес Доку одел лыжи и отправился домой.

Пройдя немного он остановился, неведомая сила заставляла его вернуться и проверить другие дома, он вернулся и принялся копать следующий сугроб, теперь Доку аккуратно от копал окно следующего дома без ущерба для стекла. Из-за слабо попадающего внутрь света он с трудом вглядывался, прильнув к окну, но и это помещение тоже оказалось пустым.

-Да почему будет иначе, разве я здесь кого-то встретил, нет, а значит все давно покинули это место отправившись в Царствие Божие, дома разумеется тоже сразу пустеют. Смысла откапывать другие просто нет-

Но Доку не смог себя убедить и принялся ковырять снег третьего дома, откопав окно снова стал вглядываться внутрь, узрев пустоту он перешел к четвертому, потом к пятому по расположению в его деревне это был бы его дом, откопав окно пятого дома и снова прижавшись к холодному стеклу, его взгляд вдруг не провалился в пустоту как обычно, а наткнулся на силуэты мебели. За трясшиеся руки выронили лыжину, от горячего дыхания стекло быстро запотевало и мутнело, он тер его рукавом и снова смотрел, не веря своим глазам. Вечерний сумрак и вовсе усложнял эту задачу, надо откапывать двери и войти туда решил Доку, когда он откопал двери уже окончательно стемнело, открыв дверь он ввалился внутрь дома и окончательно обессилев упал на что-то мягкое, похожее на ковер. Затхлый запах вещей говорил о приличной старости содержимого этого дома, Доку лежал не чего не видя, и плакал не зная, что думать.

Пробудившись, но еще не открывая глаз Доку настиг приступ страха, а что если это был только сон и нет ни какого дома с мебелью, но устойчивый запах затхлости опроверг предположение. За столько времени солнечный свет тоже был неожиданным гостем в этом доме как и сам Доку. Доку лежал на полу озираясь по сторонам, стол, стулья, посуда, кровать, широкий шкаф, разная утварь и даже одежда, Доку смотрел и ни как не мог понять, что же здесь, во всех этих вещах было не так, что-то в них было таким необычным и буквально режущим глаз.

- Да это же древность, предметы старины век 15-й наверное.- изумленно произнес Доку. Казалось что это и не дом вовсе, а музей какой-то, рядом с ним у самого входа стояли высоченные сапоги ботфорты из грубой кожи. На столе глиняные горшки, чаши и медный, потускневший кувшин. В углу изящный секретер на нем чернильница с пером и бумажные свитки. Обитатель этого дома должно быть парень из далекого прошлого, похоже, что зимний лес во все века служил перевалочной базой между землей и Небом. И далеко до нас здесь были другие люди, пятерка из 15 века. Возможно на всей территории зимнего леса таких деревень даже несколько, просто они скрыты под снегом. Странно что в этой деревне как и в нашей только четыре дома пустые, а значит что обитатель этого дома, подобно мне был «осчастливлен» альтернативой остаться в деревне. Но как получилось что потом он все таки ее покинул, сердце Доку дрогнуло надеждой. Или такое могло произойти если он остался тут по ошибке, не верно счел себя погибшим грешником, а ушел кто-то другой кто заслуживал ад, в прочим туда он и отправился, а жильца этого дома похоже после пришли и забрали на Небо.

-Интересно «после» -это когда? Сколько у меня еще есть времени, что бы до конца убедится, что со мной-то ни какой такой ошибки точно не произошло.- с сожалением подумал Доку. И тут Доку снова посмотрел на секретер из прошлого, где лежали письменные принадлежности того времени, рядом с секретером стояла плетеная корзинка полная бумажных свитков, и тут его будто током ударило, ведь у всех людей того времени, было одно излюбленное дело, притом у всех поголовно – каждый счел своим долгом вести свои дневники. И если те свитки как раз и есть дневник который вел тот парень, тогда я могу узнать многое.

Поднявшись и подойдя к секретеру Доку взял один из свитков и в глаза ему бросился изумительно красивый почерк, свойственный стилю той эпохи. Из прочитанного в свитке Доку узнал: Что действительно несколько веков назад, за долго до того как здесь оказались они, сюда также попадала другая пятерка умерших, при том, по той же теме. А вскоре к ним как по расписанию, являлся сюда тот же неизменный, и видимо вечно ошибающийся Сторг. Сообщил им, что не все они пойдут на Небо, и что один из них только по недосмотру до сих пор еще не оказался в аду, и предложил тому альтернативу остаться в деревне. Остальным же пора переезжать, а бедняге предложил отыскаться и не высовываться, вручил чудо-кнопку и был таков.

Следующий свиток поведал Доку о том, как у несчастной компании начались поиски единственного грешника и как под эту категорию угодил какой-то Джимми, который как выяснилось в своей земной жизни избил и обокрал старика священника, пятнадцатый век не смог простить парню подобного и его казнили. Тот Джимми сам вызвался почти сразу после объявления Сторга. Точно также как Доку сразу сам определил себя в грешники, Джимми был просто прототипом самого Доку, да только как видно свитки написаны не бедным Джимми, а каким-то Крэфом, значит хоть Джимми сам себя и назвал недостойным спасения, но почему-то остался-то здесь не он, а совершенно другой человек, вот этот, с красивым почерком. Хотя не чего удивительного ведь если бы Джимми здесь остался как того требовала справедливость, то наверное он бы до сих пор находился бы здесь, но так как остался Крэф, тот кому не надо было оставаться то этого Крэфа потом все равно как видно забрали на Небо, а о Джимми теперь и подумать страшно.

В третьем свитке тот самый Крэф объяснялся по какому поводу он не позволил Джимми тут остаться, хотя тот и настаивал, причиной этому послужила одна история из собственной жизни Крэфа, то есть автора этих самых свитков: Оказывается тот кто остался и писал эти свитки при жизни был судьей, и как он сам про себя пишет то он был очень справедливым судьей. Так вот однажды ему пришлось судить одного парня звали его Ролан, так вот тот парень убил своего отца с целью стать наконец богатым наследником, просто его не прельщала альтернатива ждать когда это произойдет естественным путем, ведь на это могли уйти целые годы. И вот этот Ролан попадает на скамью подсудимых и его судит наш судья Крэф. И по закону он осуждает его и приговаривает к виселице. Не задолго до того как приговор должен был быть приведен в исполнение, тот Ролан просит свое последнее, предсмертное желание, и хочет чтобы судья Крэф навестил его в камере смертников. Крэф явился туда, а Ролан ему говорит:

- Я не буду умолять вас о помиловании, мне этого совсем не надо, ибо я и сам истязаю себя за причиненное зло своему отцу, и не только ему, я по жизни многим сделал зло и считал это почти нормальным, странно, что только теперь совершив на конец нечто немыслимое и угодив сюда я к своему ужасу будто прозрел, да так сильно, что с болью осознаю свою пагубность, и даже уверен, не поймай вы меня, я бы сам прибежал сюда и молил бы вас о казни, верите вы мне или нет, но это без варианта, Сегодня не говоря уже о моей боли за прожитое и содеянное, меня разрывает и от другой мысли почему только теперь я стал способен это видеть и понимать, когда уже ” черт возьми” так поздно, где было раньше это озарение, почему оно не приходило ко мне, будто таилось и пряталось всю мою жизнь, ожидая когда я сотворю самое черное из всего что только мог. Но теперь оно пришло во всей своей полноте и настолько сильно, что верни вы мне право жить, я жил бы точно по другому, и ценил бы жизнь других людей не меньше чем свою, но и даже теперь я радуюсь этому озарению, знаете почему? Отец любил меня и очень переживал что не видел во мне доброго сына, и я уверен, что ради того что б его сын хотя бы теперь приобрел человеческое сердце, ему не было бы жаль той цены, которую ему пришлось заплатить для этого. Все это как есть, так пусть и будет, но еще одно беспокоит меня, скажите: Почему когда я был слепым от жестокости, мне разрешалось жить, а теперь когда я впервые за свою недолгую жизнь стал иметь сердце способное сострадать, жить мне уже не разрешается. Это, что и есть справедливость, почему она больше похожа на злую иронию?

История закончилась и ниже в свитке Крэф уже делился выводами, писал что после того разговора справедливость в его понимании приобрела совершенно другие оттенки. Поэтому Крэф подошел к Джимми когда тот было вызвался остаться в деревне и сказал:

- Джимми а там в тюрьме, ты стал сожалеть о том что ты сделал тому священнику?-

- Конечно же я даже просил о возможности по просить у него прощение, но мне отказали- ответил Джимми.

- Джимми с другой стороны тебе повезло, что это был именно старый священник, потому что раз он является, тем кем является, то значит он сам молился Богу о твоем прощении, и тебе не нужно здесь оставаться, а иди на Небо со всеми вместе.-

-А здесь я останусь сам, знаете сколько я людей осудил, так сказать по справедливости, что мне даже страшно от сюда и голову высунуть.- Этими словами закончился последний свиток дочитанный Доку, который он слегка подкинув отправил назад в корзину.

Еще раз оглядев древнюю утварь в доме теперь уже известного ему Крэфа, Доку отправился назад к себе домой, в такую же пустую как и здесь деревню. По пути назад внутри нарастало опасение и страх увидеть в недавно опустевших домах друзей свое вопиющее одиночество. Но на удивление вернувшись к себе Доку почувствовал себя хорошо, так как обычно чувствуют себя дома. Только лишь одно было плохо, что пустующий около суток дом, немного под остыл, и было прохладно, поэтому он вышел в сенцы, взял там охапку дров и затопил печь. Пока огнь разгорался Доку мыслями опять вернулся к своим новым знакомым пусть и познакомился он с ними заочно и односторонне, справедливо все же было подумать о бедняге Джимме, которого просто лишили единственной возможности вот так как Доку греться у огня, а наоборот отправили мучается в его пламени, кто же знал что услуга доброго Крэфа окажется такой медвежьей для него, благо Готье не оказался таким сентиментальным как тот Крэф он тоже мог из лучших намерений отправить Доку туда куда угодил Джимми, Доку был просто уверен, что именно Готье среди всей их пятерки вполне обладал всеми качествами духовно зрелого человека, под стать Крэфу. Доку впервые обнаружил что теперь он даже дважды был в шаге от пропасти ада, первый раз когда Сторг к счастью что-то там напутал, и второй когда Готье отказался играть роль бравого парня, хотя ведь спокойно мог это сделать. Интересно а когда же Там на верху смогли разобраться и забрать от сюда невинного Крэфа, если судить по количеству написанных им свитков с указанными по порядку датами в них, то их было семь, три было на секретере и четыре внизу в корзине, значит семь дней ожидания Крэфа, моих же только два, а значит еще пять дней и прощай надежда, да и теперь прощай, только ведь пока есть хоть, что-то даже маленькое за что можно зацепиться, все равно будешь цепляться, надеяться. После того как тепло от огня наполнило дом еще большим уютом, то сразу сказалась усталость и Доку не покидая своих раздумий погрузился в глубокий сон, прямо так сидя у печи.

Казалось, что прошедший день одаривший Доку событиями на недвижимом острове, теперь влился в еще более недвижимую ночь и проявился во сне у спящего Доку:

Доку будто бы вернулся в найденную им деревню окутанную теперь каким-то сумраком и вдруг видит там Крэфа одетого в судейскую мантию, сам же Доку был невидим для судьи Крэфа, и Доку вдруг понял почему он невидим для него, потому что Доку не просто в найденной им деревне, а он в том далеком прошлом когда его еще вообще не было, а был там один только Крэф. И Крэф что- то вроде там мастерил прямо в лесу у деревни, время от времени он вглядывался в бумажные свитки с чертежами, им же начерченными. Крэф работал ножовкой, стучал топором и у него выходило какое то массивное деревянное сооружение похожее на огромный станок, но абсолютно не понятного назначения. Когда Крэф закончил его делать, он почему то не обрадовался этому, а наоборот сильно заплакал, потом он подошел к деревянному монстру и встал на специальный в нем помост около длиной стрелы с прищепкой на конце, после чего он сдвинул приделанный рычаг и монстр- станок механически задвигался издавая скрипучий звук, и тут зубчатые обручи крепко обхватили тело Крэфа, Крэф вскрикнул и зажмурился, деревянный локоть сустав провернувшись на шестерне резко ударил его прямо в голову, лишив Крэфа сознания а стрела-рука с прищепкой на конце потянулась и в миг отщипнула крохотный кусочек плоти от Крэфа вместе с тканью от одежды, и отбросила окровавленный кусочек в темный лес. Последующие движения станка в точности повторяли тоже действие, лишь только меняя траекторию отбрасывания частичек Крэфа, раскидывая их далеко друг от друга, машина все делала так как задумал и сделал сам Крэф, таким образом он захотел перестать быть, исчезнуть. Вдруг сумрак окутывающий снежный лес превратился в густой и едкий дым, и заставил Доку проснуться и хотя сон испарился, а едкий дым продолжал клубиться по дому, пока на конец Доку не сообразил, что дымится не снятая им куртка. Похоже что уснув он коснулся рукавом раскаленной печи и теперь она на половину с тлела прямо на нем, Доку скинул ее с себя, и распахнул дверь швырнул ее в снег, где куртка зашипела.

Лес все еще был погружен в ночную тьму, и лишь небо было пронизанную яркими звездами и светом бледной луны висевшей у самых макушек хвойного леса. Доку ногой утопил тлеющую куртку поглубже в снег и она снова продолжила шипеть. В шкафу другой куртки не было, висел только тяжелый тулуп.

- Придется носить теперь его, хотя низ можно немного обрезать.- подумал Доку.

Дым быстро выветрился через открытую дверь, оставив только горький запах, Доку лег на кровать и снова уснул. Утром солнце долго будило Доку щекоча его по лицу лучами, и будто потеряв надежду отправилось в зенит, только тогда он и проснулся, тяжелый от долгого сна и трудной ночи. Доку не сразу разобрался, что камень на душе давит не по поводу утраты одежды, а от еще более раннего события, от того сна о бедняге Крэфе. До кошмара у Доку был только один вариант того куда девался Крэф, вторая альтернатива подаренная жутким сном конечно не приживалась в здравом рассудке, но и не выветривалась от туда, а веяла какой-то атмосферой страха. Доку одел овечий тулуп и отметив черту кусочком мыла, снял и обрезал его чуть ниже бедра, и снова померил, стоять в нем было очень даже комфортно, но двигаться в нем все равно было не удобно и от его тяжести быстро становилось жарко. Потеря повседневной и удобной куртки хоть и не стояло остро для Доку, но до проблемы она все же дотягивала и причиняла беспокойство, мозг по привычке искал решения. Но где же это решения найти, магазинов где Доку смог бы купить новую куртку здесь конечно же нет, но стоп Доку вдруг осенила мысль – дом Крэфа, и Доку вспомнил массивный шкаф у стены, который он видел когда был там.

- Ведь в нем должны быть все вещи Крэфа и я возможно смогу там себе подобрать что ни будь подходящее.- обрадовался Доку, и отправился в путь к найденной под снегом деревни.

Подъезжая на лыжах к деревни Доку на всякий случай внимательно осмотрел ее окраины, нет ли там какого ни будь холма скрывающего под снегом деревянного монстра, который разорвал бы Крэфа на маленькие фрагменты. Не какого подозрительного холма не наблюдалось и Доку облегчено вздохнув спустился по склону к расковырянным в снегу домикам. Войдя в дом Крэфа, Доку снова стал любоваться бытом древности с необычной для него утварью, и лишь потом он принялся за шкаф, подошел к нему и осторожно потянув дверцу за маленькую, деревянную ручку, дверца громко заскрипела, заставив Доку вздрогнуть и тут же распахнулась в месте с другой дверцей подобно воротам, в миг обнажив для глаз все свое содержимое. И то что Доку вдруг там увидел заставило его отпрянуть назад, и смотреть на шкаф с широко раскрытыми глазами. Все пространства внутри шкафа было заполнено бумажными свитками, подобными тем, которые он прочитал у секретера, каждый уголок огромного шкафа был просто затыкан исписанными, бумажными свертками, их там было в несколько рядов, от их видимого множества даже казалось, что свитки не поддадутся счету. Те свитки- дневники, что у секретера и в корзине казались просто каплей в море на фоне тех что заполняли шкаф.

- Да сколько же времени он здесь был?- промолвил Доку и дрожащей рукой вытянул один из общей массы, и развернул его, запись в нем датировалась числом 370- это уже было равно году пребывания Крэфа в этом лесу. Глядя на цифры и даже не читая написанного в свитке текста, Доку был ошарашен мыслью о том:

- Сколько же это времени Крэф здесь находился, и зачем праведного и невинного Крэфа надо было здесь столько времени держать, а если он не был праведным и невинным то куда он тем более теперь делся? Конечно написанное здесь в дневниках возможно принесет хоть какую то ясность в этом вопросе. Надеюсь что я не найду в этих свитках чертежей той страшной машины из сна?- вновь отвлеченно и с опасеньем подумал Доку.

Напрочь забыв про куртку, Доку стал разбирать свитки из шкафа, сопоставляя их по датам, читать все дневники по порядку займет массу времени, и хотя Доку считал что он не куда не торопится, все же важность того что бы узнать происшедшее с Крэфом, требовала как можно скорее войти в курс хотя бы общих событий. Поэтому Доку ориентируясь по датам решил разложить все свитки по временным фазам разделив их на три основных, начало, середина и конец. Любопытство часто брало верх и тогда Доку брал любой попавшийся под руку свиток, разворачивал его и жадно читал, от такого набега на информацию сложилось шокирующее впечатление, такое, что когда он брал очередной свиток и читал его, ему вдруг казалось, что он опять по ошибке прочитал уже прочитанный. Такое впечатление появлялось в результате того, что написано в них было почти одно и тоже- это тоска, одиночество и поиск какой ни будь надежды, в общем каждый свиток можно было бы смело озаглавить одним названием: НЕ СМИРЕНИЕ С УЧАСТЬЮ. Читать подобное было очень болезненно для Доку, так как все читаемое здесь было прямым наследием для него, и в один момент он понял что больше не может и не хочет их читать. Но включился здравый смысл, который подсказал, что надо искать в этой массе лишь ключевые записи, которые бы указывали на повороты событий, и не стараться вникать в те которые по общим признакам просто клоны отчаянья, и по первому подозрению в этом, надо сразу бросать чтение свитка.

С горем пополам но Доку все же удалось узнать, что Крэф после многих своих исканий и измышлений решился на отчаянный поступок, а именно на то что бы отправиться к границам острова. О цели такого решения, свитки Крэфа не давали четкой ясности, но вот для Доку имелась конкретная цель, что бы отправиться туда самому вслед за Крэфом, это для того что бы воочию увидеть куда же делся Крэф

Вернувшись в свою деревню, Доку снарядил себя в экспедицию, взяв с собой все необходимое, с расчетом провизии дней на семь исходя из того что ангел Сторг говорил о площади этого леса.

Определив по движению солнца направление своего пути, Доку отправился на лыжах с целью достигнуть так сказать края земли, там в земной жизни, множество людей из далекого прошлого, не редко затевали подобное, может быть и Крэф тоже был не сильно просвещен по поводу круглой планеты и такое понятие как путешествие до края земли для него было весьма обычным, а для Доку это звучало как минимум не привычно.

- Но у этой земли точно должен быть край.- решительно подумал Доку.

- Но вот какой он этот край может там вокруг бездонная пропасть и край это обрыв над бездной, или на оборот остров окружен стеной безгранично уходящей в высь. В случаи с обрывом Крэф мог в отчаянье спрыгнуть вниз и зависнуть в бесконечном полете, а в случаи с бескрайной стеной, Крэф мог упереться в стену и ходить по непрерывному кругу, а это давало шанс, даже на встречу с Крэфом.

С огромным самошитым рюкзаком на спине Доку продвигался по намеченному курсу, до наступления темноты он ушел далеко в глубь леса, где и решил переночевать, развел костер, поел и укутавшись в одеяло из плотной ткани уснул. Утром снова с ориентировавшись по восходящему солнцу Доку продолжил движение, так путешествие стало множиться днями. Вечерами Доку останавливался на привал, разводил огонь, кушал, спал, а утром рассвет снова будил его холодом и Доку подкладывал дров в огонь, завтракал и отправлялся в путь.

На шестой день ближе к полудню Доку стал замечать, что погода будто бы стала портиться . И действительно к вечеру начало сильно дуть, ночью и вовсе завернула буря, невозможно было разжечь огонь, Доку мокрый от пути стал просто дрожать от холода. Буря набрав силу не на чуть не затихала, нависшие тучи и не прерывная метель не пустили рассвет и ночь продолжалась вместе со страшным буйством снежного шторма. Окончательно промокнув и до нетерпения застынув, Доку принял это как предупреждающий знак и решил что надо возвращаться назад и не рыпаться. Но где тут было назад или вперед понять было не возможно стихия бушевала, Доку почти в бреду стал просто идти в непонятном направлении, и выбившись из сил он рухнул в снег и уснул, когда он пробудился то вой вьюги дал знать, что не чего не поменялось, ночь длилась похоже уже вторые сутки, метель не сбавляла оборотов. Доку не знал что делать, его вдруг стали посещать страшные догадки или даже почти целые откровения, о том что он по видимому уже достиг того самого края. И край на самом деле это не бездонная пропасть, и не бесконечная стена в высь как думал Доку, а край острова -это непрекращающаяся ночь и вьюга. И вот он здесь, где то здесь и Крэф, но что толку ведь на расстояние вытянутых рук уже нечего невидно, и как теперь вернуться назад без единого ориентира. Следующая мысль пришла с еще большим страхом для Доку, а что если он достиг края острова уже тогда когда заметил перемены в погоде, ведь как он знает они не случаются здесь напрасно, такое происходило лишь однажды когда Готье воспользовался кнопкой- пультом. А Доку не предал этому должного значения и продолжил путь. а теперь похоже уже давно пересек невидимую черту и незаметно для себя перешел в другое измерение туда от куда нет возврата и где нет больше той солнечной деревни в зимнем лесу. Получается что он Доку все таки взял и покинул деревню, только не тогда с кнопкой-пультом как прочие, а уже теперь когда в своем путешествии он опрометчиво пересек границу лесной обители, выходит, тем самым Доку пренебрег сказанным словом Ангела о необходимости оставаться в деревне, что бы не оказаться в аду. И теперь Доку не просто ушел из деревни, а именно покинул и для него ее больше нет, как нет ее и для Крэфа. Теперь есть только тьма и бушующий холод или если назвать все это одним словом то это ад. И если все так, тогда Крэф завис в буре уже не на одну сотню лет, и по сей день трясется от холода, только даже не здесь, а в другом, но в таком же черном лесу, без всякого шанса выбраться от туда. Доку с усилием посмотрел сквозь снежную стену ревущей бури на окружающий лес и сильно напугался увидев что это действительно не тот лес , это другой лес чужой и черный, он истошно закричал но не смог даже воспроизвести короткого звука, рев бури подавлял всякую ноту исходящую из кричащего рта. Доку бессмысленно брел шатаясь под ударами ветра, он хотел скорее выбиться из сил так что бы потерять сознание и хоть на мгновенье провалиться в небытье, чтоб не чего не чувствовать, он шел и шел, пока не упал. Он так и не смог потерять сознание, тогда он сильно зажмурился и заткнул свои уши и так лежал обжигаемый мокрым холодом, он боялся открыть глаза и уши и так все лежал и лежал, так хотя бы было тихо.

-О если бы я открыл сейчас глаза и увидел бы вдруг солнечный и теплый лес как прежде я не задумываясь бы отправился назад в свой дом и честное слово я был бы счастлив этому, Господи, Боже мой правда я не имею права просить Тебя об этом, но пожалуйста прости, я просто вовремя не сориентировался, прости мне мою не серьезность и умоляю дай мне вернуться назад, в мою деревню, я носа от туда больше никогда не высуну, пожалуйста поверь мне.-

Мысленно помолившись Доку решил открыть уши, он убрал руки которыми до боли сдавливал себе голову, и вдруг тишина, он приоткрыл глаза и солнечные лучи тут же впились теплом в его зрение.

- Не может быть, это чудо, спасибо Боже!-

Невероятно но сказочный лес опять вернулся, снова пели птицы, на елях почти празднично искрился снег. Доку взглянул на солнце что бы определить курс для возвращения в деревню, он совсем не хотел медлить и скорее использовать данный Богом шанс на возращение. С ориентировавшись Доку встал на лыжи и уже хотел отправиться, как вдруг скользнувший по горизонту взгляд наткнулся на что то не совсем естественное, виделось что то более зеленое чем хвоя елей, он пригляделся и был поражен увиденным. С одной стороны снежный лес прерывался зеленым лугом, притом сразу без всякого перехода просто вот здесь зима снег, а уже рядом сразу лето и зеленая трава и дальше только лето. Доку в миг забывший о предпринятом возвращении снял лыжи и шагнул на траву и не зная что думать и чувствовать, он пошагал вперед все дальше уходя в лето.

Доку шел по зеленому лугу, просто не веря своим глазам, казалось он целую вечность не видел травы, цветов не слышал насекомых и вот теперь все это вокруг него. Он шел как очумевший в зимней одежде по теплому лету, ему даже не было жарко, все не как не мог отойти от холода, совсем еще недавно так сильно мучавшего его.

Зеленая равнина перешла в подъем на округлый, высокий холм, только теперь поднимаясь Доку снял на конец теплую шапку и отбросил ее, он также снял еще рукавицы, но почему то положил их в карманы. Все еще не очухавшись от удивления, он думал, что теперь он просто умрет от того что он увидел когда поднялся на холм. Внизу с другой стороны холма Доку увидел целый город, который поражал своим масштабом, казалось он заполнял собой всю видимую равнину уходя дальше за горизонты. Когда Доку спускался вниз он заметил, что солнце осталось за холмом, но город по прежнему светился каким то своим еще большим светом. Скоро стали слышны и звуки города, и голоса людей, о как хотелось скорее увидеть этих самых людей, на что раньше он уже никогда не рассчитывал. Доку ускорил шаг и вот он почти вбежал в этот город, чем кажется даже слегка напугал его жителей, еще бы в такой одежде он был похож на снежного человека. К нему тут же подошли несколько человек, похожих на стражей порядка и насторожено попросили его пройти с ними, весь остальной люд казалось застыл в не движении внимательно наблюдая за ними. Доку со стражами сели в машину и поехали в глубь города, по дороге его о чем то спрашивали, но дар речи казалось был абсолютно потерян, и Доку просто смотрел во все глаза по сторонам, на дома, на людей, на всю красоту во круг и не верил, что все это видит. Очнулся он когда они приехали и оказалось, что уже вошли в какое то огромное здание и теперь он стоял в просторном зале, а в центре стояло что то вроде высокой тумбы из золота, а на ней большая раскрытая книга, ее страницы казалось шевелились как живые.

- Книга Жизни- пронеслось в уме Доку.

- это что Небеса, я, что все время был здесь рядом?- изумился Доку.

Какой то человек или ангел подошел к Книге и стал искать там глазами, Доку вдруг обнаружил что в зале людей уже добавилось, но все молчали ожидая что скажет тот что у Книги. Вдруг торжественную тишину прервал какой звук, такой тихий шлепок рядом с Доку и все в раз посмотрели в его сторону, и только тот что у Книги не чуть не отвлекся, Доку посмотрел вниз около себя и обнаружил источник этого звука- это рукавица она выпала из его кармана тихо ударившись о зеркально мраморный пол, и лежала теперь у всех на виду такая, большая и уродливая, наверное так же для всех выглядел и сам Доку.

-Доку Кояма?- неожиданно спроси читающий.

- Вы прочитали мое имя в этой Книге?- чуть слышно спросил Доку.

- Да!- облегченно улыбаясь ответил прочитавший.

- А можно я сам посмотрю?- все еще не веря попросил Доку.

Тот кто у Книги сделал пригласительный жест, и Доку тихо направился к нему, люди в зале стали издавать радостные звуки. Доку подошел и взглянул в книгу и как только он увидел раскрытые страницы, то зайчики света стали бегать по его лицу от сияния исходящего от Книги. И только он собрался искать свое имя из перечня имен и фамилий, как вдруг слезы предательски стали заполнять его глаза не давая ему что либо прочесть. Доку стал быстро смахивать их с глаз стараясь скорее увидеть то, что так важно было ему сейчас знать, ведь если там действительно есть его имя то тогда он…

Но слезы только усиливались и текли теперь сплошным потоком, не давая ему вообще не чего видеть. Доку боролся еще какое то время , но после сдавшись, сел на пол и зарыдал, всхлипывая и рыдая он все спрашивал и спрашивал: действительно ли там есть его имя?

- Оно там есть Доку.- сказал Чей-то Голос, который почему то проник в самое сердце и поселил в нем такую уверенность, что у Доку даже отпала нужда читать это самому, но за то теперь Доку уже боялся смотреть и увидеть Того Чей был этот Голос , потому что он знал Кто сейчас говорил с ним. Это был Господь Иисус, неожиданно появившийся в зале.

Через какое то время Доку стоял уже вместе с Иисусом в Его кабинете. Грубые, зимние одежды куда то исчезли, а на Доку уже был одет изящный, белый костюм.

- Но как же так Господи ведь я действительно согрешил блудом уже будучи верующим в Тебя, поэтому то я и посчитал, что потерял спасение.- вопросительно сказал Доку.

- Да ты согрешил и Я наказал тебя болезнью и физической смертью за это, но не лишал тебя Вечной Жизни- ответил Господь Иисус.

- Тогда кто из ребят оказался в аду, ведь в деревне никого не осталось?-

- В деревне должен был остаться только Готье, Я определил это для него, за то что он не только легко осуждал людей при своей земной жизни, но и позволил погибнуть одной из Моих дочерей когда она не находя прощения пришла к нему за помощью. Тогда Готье целенаправленно отказался ей помогать, а сатана в это время разворачивал против нее свой жестокий план, который впоследствии уничтожающе сработал. Сработал лишь только потому, что Готье отказался выполнять то, для чего Я его взрастил и поместил в те события и обстоятельства.

Я даже дал ему зимний лес, который сделал для него местом Моего Суда, но Готье пренебрег и Им, потому что взамен того чтобы что-то понять и постараться как ни будь исправить, он наоборот легко соглашается на то, что бы определить тебя Доку на вечное отвержение и одиночество, а сам становится первым кто покидает деревню.- осуждающе проговорил Господь.

- Я понял- сказал Доку и продолжил:

- Значит по Твоему Плану Готье должен был поступить так же как поступил в свое время Крэф, когда не позволил остаться в деревне тому парню, который при жизни ограбил старика священника, Крэф даже счел большим злом свою судейскую практику и потому решил остаться сам. И поступи бы наш Готье также, то и он был бы здесь, как и Крэф, ведь Крэф тоже как и я пришел сюда или нет?- опять спросил Доку.

- Конечно Нет, это ты также как Крэф пришел сюда- с улыбкой поправил его Иисус и продолжил :

- Да конечно, Крэф давно уже здесь с нами, и ты правильно все понял. А теперь Доку можешь идти, ведь на улице тебя уже ждут друзья.-

Доку вышел из здания, и теперь он не чем не отличался от жителей этого города, и тут он увидел Лабберта, Нину

и Гульшат они стали обниматься радуясь встречи, потом они предложили Доку проводить его к его дому. Это был большой особняк с садом, следующим сюрпризом стало то что друзья все были его соседями, даже их особняки стояли в том же порядке, как и в зимнем лесу. После они праздновали встречу в шикарном ресторане, они даже пригласили туда Крэфа, Доку рассказывал ему как сильно пригодились и помогли ему дневники написанные Крэфом, после оставшись опять в узком кругу, друзья смогли поговорить на тему, которая будто бы все время висела в воздухе, этот разговор начала Нина:

- Я все еще никак не могу понять, за что Готье оказался в аду, пусть он поступал довольно низко, но он же не кого не убил и не кого не мучил, разве справедливо было бросить его в ад?-

Доку увидел растерянность в глазах его друзей, но сам в себе он чувствовал что может дать ответ на вопрос Нины.

- Друзья просто вы оказались здесь весьма сверхъестественным образом, я имею в виду ваше чудо-перемещение из зимнего леса сюда в Царство Небесное, но позвольте заметить что я то сюда пришел своими ногами, а это значит, что тот зимний лес, это тоже территория Неба, и мы хоть завтра можем туда отправиться и покататься там на лыжах, можем зайти в свои домики, а после опять вернуться сюда, это не так далеко. Понимаете что умерев на земле, по сути мы все сразу попали на Небо, хоть и представлялось это не тем и не так, но мы были здесь в Царстве Небесном, только что вот не в Городе, а на одном из Его лыжных курортов. И Готье также был с нами здесь на Небе и не кто его в ад не кидал. Он к сожалению сам покинул Божье Царство, а нужно то было просто в Нем оставаться и все.