Отряд особого назначения

Глава 1

Взвод старшего лейтенанта Романа Волгина в батальоне, да что там в батальоне — во всём полку считался везучим. С тех пор как командиром взвода назначили Волгина, отряд не потерял ни одного бойца. Может быть, всё дело было в том, что в отряде служили только контрактники — люди опытные и проверенные. А возможно, действительно, в простом везении. Так или иначе, группе поручались самые ответственные и опасные задания. Впрочем, на войне неопасных ситуаций не бывает.

Вот и сейчас старшего лейтенанта вызвали в штаб полка. «Наверняка чтобы поручить новое задание», — по дороге думал Роман. И не ошибся. По данным воздушной разведки наблюдалось оживление боевиков — передислокация бандформирований. Готовилось что-то крупное. Командованию стало известно, что к боевикам прибыла группа арабских эмиссаров.

Никакая другая; воздушная или электронная разведка не могли заменить наземной операции — человеческого фактора. И хотя наши соколы, наконец-то, засекли примерное дислокацию командного пункта боевиков, однако точное местоположение штаба вычислить так и не удалось.

На этот раз перед группой Волгина ставилась не только разведочная задача, но и диверсионная: найти и уничтожить вражеский командный пункт. Но перед этим вынести всю имеющуюся документацию и, если удастся, взять «языка» — желательно не простого…

С базы уходили поздно вечером в полном молчании, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания. К утру рассчитывали быть в указанной лётчиками точке. В отряде было десять человек — оптимальное число для разведгруппы. Во-первых, десять человек не так-то легко заметить в горной местности, где каждый валун служит укрытием, особенно если люди в камуфляже идут неплотной группой. Во-вторых, отряд мог дать достойный отпор при боестолкновении, если вдруг такой случится.

Сначала шли по своей территории. Предупреждённые блокпосты беспрепятственно пропускали разведочную группу, не спрашивая даже пароля. Но потом пошла незнакомая местность. Ориентировались по картам. Шли колонной, едва различая друг друга в густых сумерках. Под ногами всё чаще скрипело и осыпалось каменное крошево. Почти исчезла растительность, лишь низкий колючий кустарник цеплялся за камуфляж.

В четыре часа возглавляющий отряд старший лейтенант Волгин вдруг резко остановился и поднял руку.

Шедший следом прапорщик Александр Гончаренко едва не наскочил на него:

— Ромыч, ты чего?

— Погоди, Сашка… сейчас. — Несколько секунд Роман стоял не шевелясь. К ним подтянулись остальные. — Ох, не нравится мне эта полоска у горизонта, — наконец заговорил Волгин. — Рык, Паша, сходите посмотрите… —Ни слова не говоря, два бойца скинули с плеч плоские рюкзаки и растворились в предутренней мгле. — Остальным отдыхать. И не курить мне! — свистящим шёпотом отдал он приказ, и тут же про себя усмехнулся — никто из десяти не курил, — сам подбирал людей.

Старший лейтенант тоже снял тяжёлый рюкзак и сел на землю, прислонившись спиной к тёплому, не успевшему остыть за ночь валуну, с наслаждением вытянул ноги.

— Что-то ты нынче, Ромыч, раскомандовался. — Рядом примостился Сашка. — Что опять твоя знаменитая интуиция?

Роман посмотрел на друга и, молча, пожал плечами. С прапорщиком Александром Гончаренко они служили в одной части — Рязанском училище ВДВ. Сдружились ещё там и на войну поехали вместе.

Через двадцать минут вернулись разведчики.

— Засада, командир — выдохнул Рык. Рядом с ним стоял, тяжело дыша, ефрейтор Паша Звягинцев, только что отслуживший срочную. Вокруг них уже сгрудились все остальные.

— Ну-у, дел-а-а! — протянул Сашка. Да ты у нас, Ромыч, экстрасенс! Надо держаться к тебе поближе.

— Да ты и так не отстаёшь, — доставая карту, пробормотал Роман. Потом взглянул на Степана Рыкова: — Сколько?..

— Не меньше роты. Три пулемётных гнезда. Там протекает ручей, небольшая роща…

— Снайперов не заметили?

— Нет.

— Это хорошо. — Волгин снова уткнулся в карту. — Хо-ро-шо. Что делать? Ну что будем делать? — шептал он.

— А может, вертушки подгоним, — предложил Сашка. — Чеченам мало не покажется.

Несколько секунд Роман размышлял.

— Не пойдёт. Подумают — прорыв, успеют эвакуировать штаб. Надо всё сделать по-тихому. Пойдём в обход.

— Нормальные герои всегда идут в обход! — продекламировал Гончаренко.

Волгин взглянул на друга:

— Вот именно. — Потом посмотрел на остальных. — Придется заняться альпинизмом. Картину «Переход Суворова через Альпы» все видели? Тогда вперёд.

— Да-а-а, были люди в наше время… — вновь подал голос Сашка.

В полной тишине, вновь растянувшись в колонну, отряд двинулся дальше. Где-то запела птица. Всё явственней стали проступать серые громадины гор. К гряде сплошных скал люди подошли, когда совсем рассвело. Дальше пути не было.

— Да раз плюнуть, — посмотрев вверх, сказал Сашка. — Не выше пятиэтажки.

— Балабол ты, Сашка, вот первый и полезай, — мрачно произнёс один из бойцов.

— Ну, ладно, — Гончаренко быстро взглянул на Романа.

— Давай, — кивнул тот.

Сашка стал расстёгивать рюкзак.

Путь через перешеек скал занял всего полчаса и прошёл без эксцессов.

Когда все спустились, Волгин сказал:

— Отдыхаем пять минут. Боюсь, у нас нет больше времени. Выбиваемся из графика. — Развернул карту. — Как думаешь, мы обошли их? — спросил он у Сашки, стоящего рядом и скручивающего в тугой жгут моток капроновой верёвки.

— А как же, — улыбнулся тот. — Не успели они моргнуть, а мы уже… в тылу. Эх, так и хочется подойти и сказать: салям алейкум

— Вот именно: моргнуть… — задумчиво произнёс Роман. — Меня беспокоит, не заподозрили ли они что-нибудь? Не напоремся на них?!

Лежащий неподалёку старшина Рыков повернулся к ним:

— Роман Львович, может, я сбегаю — посмотрю, что там?

Волгин взглянул на него, потом на наручные часы:

— Хорошо, Рык, давай.

Степан быстро поднялся. На, дёрнувшегося, было, Пашку махнул рукой:

— Сиди, я один.

— Стёпа, только не здоровокайся. — Гончаренко растянулся прямо на тёплом песке. — Это я пошутил.

…Рыков появился ровно через десять минут.

— Порядок, командир,— прерывающимся голосом доложил он. — Сидят на месте.

— Добро. Можем двигать. Все готовы? — повернулся Волгин к разведчикам. Не дожидаясь ответа, скомандовал: — Тем же порядком, рысцой, за мной! — Мельком взглянул на Степана. — Ты как?

— Порядок.

Через сотню метров группа вышла к просёлочной дороге. Через минуту Роман вновь резко остановился, — так что бегущий следом Гончаренко едва не наскочил на него, и предупреждающе поднял руку.

— Что, Ромыч, опять?..

Волгин не ответил. Присел на корточки и стал внимательно рассматривать что-то на земле:

— А вот и они.

— Кто?

— Следы от машин. И довольно свежие. Вот только не пойму, сколько их здесь проехало. — Роман встал, отряхивая ладони, и огляделся. Характер местности несколько изменился. Появились редкие низкорослые деревца, а вдали виднелись целые заросли кустарника. Да и окружающие скалы стали более пологими и низкими. — Ох, чувствую — где-то здесь! Ребята, давайте на этот холм и не высовываться.

Все бесшумно поднялись на пологую скалу. Волгин подполз к обрыву утёса и достал бинокль.

— Так-так-так, — приговаривал он, медленно поведя биноклем. — Ага, а вот и машинки. — Открытый джип и небольшой грузовичок были загнаны в самую гущу кустарника, но замаскированы кое-как — закиданы ветками, лишь бы не заметили сверху.

— Ромыч, дай посмотреть, — потянулся Гончаренко.

— Подожди. Опа-а-а, а вот и то, что нам нужно! — Роман передал бинокль Сашке.— Смотри, — и, обернувшись, тихо позвал: — Клык.

К нему подполз боец.

— Я!

— Твой выход, Коля. — Волгин отобрал прибор у друга и передал Коле Клыку. — Посмотри, — он указал направление. — Сможешь снять?

— Да как два пальца… об асфальт.

— Ну, давай, Николай!

Клык сбросил с плеча ремень автомата, передал оружие Сашке:

— Смотри, не забудь…

— Будь спок, верну.

Николай проверил, как вынимается нож из чехла и ужом соскользнул с холма. Клык по национальности был дагестанцем. Командование поначалу не хотело включать его в группу, но Роман настоял… И вообще, в полку служили сотни кавказцев, и несколько десятков из них — чеченцы.

Волгин прильнул к окулярам — два боевика, с автоматами за плечами, почти в таких же камуфляжах как у них, о чём-то оживлённо переговаривались, размахивая руками. За ними темнел малоприметный вход в пещеру.

— Ромыч, не маловато ли охраны?

— Остальные в засаде. — Вдруг почти одновременно оба охранника рухнули, как подкошенные. От неожиданности Волгин едва не выпустил из рук бинокль. На месте боевиков, будто из земли вырос Клык. Посмотрев в их направлении, махнул рукой. — Ловок, дьявол! — прошептал Роман. Оглянувшись, скомандовал: — Ну, парни, пошли. Оружие к бою.

Вход в пещеру оказался настолько узким, что пришлось протискиваться по одному. Через минуту загрохотали автоматные очереди, многократно усиливающиеся эхом, но вскоре оборвались так же неожиданно, как и начались. В первом отсеке пещеры находились всего пять боевиков, которые были уничтожены в мгновение ока. Где-то слабо гудел генератор, но под сводом пещеры висела всего одна тускло светящаяся лампочка.

— Командир, дверь! — крикнул один из разведчиков. Из-за слабого освещения Волгин не сразу заметил её. Подошёл. Эта была стальная плита-дверь, вроде тех, что изготавливают в сейфовых шкафах. Роман подёргал за ручку и прислушался.

— Тихо! — предостерегающе поднял руку. — Там кто-то есть. — Из-за двери доносился едва различимый писк и бормотание. — Авдеев, — Роман нашёл взглядом подрывника.

— Я уже, — откликнулся тот, копаясь в своём рюкзаке.

— Давай.

Авдеев подошёл к плите-двери и оценивающе осмотрел её, затем быстро закрепил по её периметру пластиковую взрывчатку:

— В укрытие!

Раздался хлопок, на минуту всё заволокло дымом, а в следующее мгновение стальная дверь рухнула наружу. Из пролёта полился целый поток свинца. Пули цокали о стены, выбивая рой острых осколков.

— Гранаты! — крикнул Волгин.

В проём полетело несколько светошумовых гранат. Пещеры озарила вспышка равная сиянию нескольких солнц. Выстрелы прекратились. Разведчики ворвались в отсек. На полу в различных позах лежали несколько человек. Четверо из них, судя по всему, были полевыми командирами, остальные — те самые эмиссары, о которых прознало командование, об этом говорили шевроны, нашитые на их форму.

— Живы?

— Вроде дышат.

— Пакуйте этого борова, — Роман указал на военного, лежащего ближе всех к столу. — Приведите его в чувство. Ребята, в темпе, они вызвали подмогу. — В стороне на тумбе мигала зелёной лампочкой рация. — Документы в рюкзаки, чтобы ни одна бумажка не пропала. Макс, вызывай вертушки...

— Ромыч, сейф!

— Сколько?

— Не меньше сотни.,.

— Командир, я видел тачку, — прокричал кто-то рядом.

— Тащи.

Оторвать сейф от стены и погрузить на ручную тачку оказалось минутным делом.

— Командир, вертушки в воздухе, — доложил сержант Максим Карпин.

— Хорошо! Авдеев, как у тебя?

— Сейчас… Готово.

— Ставь таймер на пять минут. Ну а теперь, ребятки — бегом.

— И пускай нас догонют, если смогут! — залихватски крикнул Сашка.

Когда разведчики садились в вертолёт, приземлившийся в условленном месте, горы сотряс оглушительный взрыв.

Обезглавленную, деморализованную группировку бандформирований удалось разгромить одними лишь силами ВВС, не прибегая к наземным силам. Последний оплот врага пал. Федералы не понесли ни одной потери. Во многом это стало возможным благодаря разведочно-диверсионной группе старшего лейтенанта Волгина.

* * *

— Ромыч, ты не спишь?

Роман медленно открыл глаза.

— Уже нет, — недовольно пробурчал он.

Оба друга были раздеты по пояс и расположились в тени палатки на лоскуте прорезиненного брезента. Солнце коснулось горизонта и уже не пекло как днём. Но духота, казалось, сгустилась ещё больше. Гончаренко сидел по-турецки скрестив ноги и поигрывал коробочкой из-под медали.

— А вот мне интересно, что было в сейфе, который мы давеча притаранили?

— Баксы там были. Под завязку набит пачками долларов.

— Эх ты, кабы раньше-то знать! — сделал комично-огорчённое лицо Сашка.

Роман усмехнулся:

— Ещё там был чемоданчик с драгоценностями.

— Эх, чёрт! — Сашка в сердцах бросил коробочку на землю.

С минуту друзья молчали. Солнце окончательно скрылось за горами, небо окрасилось в розовый цвет.

— Ну ладно, — вставая, сказал Роман, — пошли, скоро ужин. Да, давно хотел спросить: почему к тебе не прилипает никакая кличка? Наши ребята вроде мастера на это…

— Не поверишь, сам удивляюсь. Иногда, даже обидно, ей богу. Ромыч, войне скоро конец, ты куда после?..

— В Питер махну. Ну а ты?

— А я в деревню, — мечтательно произнёс Гончаренко. — Хочу парного молока… Постой-постой, — он резко остановился, — мы что ж, больше никогда не увидимся?!

— Увидимся. Обязательно увидимся. Мир тесен.