Опровержение

Глава 1

В дверь номера люкс настойчиво стучали. Стучали столь настойчиво, что Сергей Вячеславович именитый художественный критик, только волею случая, оказавшийся в провинциальном городишке, открыл её непричесанным, с отекшим после сна лицом, в банном халате, накинутым на голое тело, и в одном тапочке.

В коридоре стоял молодой человек, который тут же протиснулся мимо него с планшетом в руках и мобильником, зажатым между плечом и ухом. Вроде как Сергей собирался на него закричать и выпроводить вон, как водится на Руси, к матери, но не успел.

- Вот, смотрите, я тут набросал пару эскизов по вашему заказу, нет, Машуля, я не тебе, я уже с клиентом общаюсь, ну и пусть звонят. Успеется. Да, конечно, я возьмусь за их проект, но позже. Знаешь, здание кинотеатра никуда не уйдет, а ТАКИЕ КЛИЕНТЫ бывают не каждый день! — молодой человек закатил глаза, после чего оборвал разговор и неимоверно ловким движением перекинул телефон в карман.

- Что простите? — Сергей Вячеславович непонимающе смотрел на гостя.

- Ваш портрет!

- Я не заказывал никаких портретов! — попытался откреститься заспанный мужчина.

- Сергей, вы не только его заказали, но и уже оплатили большую часть суммы. Я понимаю, что вчера вы были, скажем так, не совсем трезвы, но шестьдесят семь тысяч достаточная сумма, чтобы я немедленно приступил к работе.

- Я, гм. Что?! А вы собственно кто?

- Мы познакомились на банкете. Я, как и вы, человек «близкий к искусству, но прибывающий от него по большему счету в легком разочаровании». Вы попросили исполнить Ваш портрет в стиле КМФП – конструктивистском минималистическо-фантасмагорическом попарте. Вы сообщили, что вам улетать сегодня вечером, внесли аванс и сказали, что я могу беспокоить вас в любое время за уточнениями к заказу. И я, конечно же, немедленно приступил к работе. Но вы посмотрите эскизы, — все ускоряясь, протараторил юноша.

События предыдущего дня действительно вырисовывались в голове Сергея Вячеславовича с большим трудом. Была галерея, затем был банкет. Хороший банкет. Затем прием у местного чиновника. И снова банкет. Затем, кажется, бар с дискотекой. Мог ли он на протяжении такого напряженного вечера заказать кому-то портрет. Наверное, мог. Хотя на кой черт ему этот дурацкий портрет. Но заплатить? Впрочем, Сергей не строил иллюзий на свой счет — в пьяном виде мог и заплатить.

В доказательство слов молодого человека — его пропустили к нему на этаж. Он знал гостиницу, номер, его имя и изобретенный им буквально на днях художественный стиль. Изобретенный надо сказать случайно, чтобы обозначить «грандиозность» работы местной портретистки, дочери того самого чиновника, который спонсировал поездку.

Кем-кем, но дураком то Сергей Вячеславович в свои сорок два года точно не был и первым делом, не обращая внимание на молодого человека, полез в смартфон. Юноша тем временем уже что-то рассказывал об эскизах и попеременно тыкал каждым из них, сколько же их всего, непосредственно в заспанное лицо заказчика.

«ШЕСТЬДЕСЯТ СЕМЬ тысяч — это же до Москвы можно слетать и обратно или в тот же Таиланд, может даже на недельку».

Выписка со счёта подтвердила худшее, недоставало восьмидесяти тысяч рублей и за минусом коктейлей в баре и чаевых бармену, каким-нибудь миловидным официантуткам и музыкантам, как раз и получалась примерно такая пропавшая со счёта сумма. Проверить куда и кому он их отсылал – возможности не было, деньги были сняты наличными. Сергей Вячеславович вздохнул.

- А могу ли я как-то вернуть эти деньги.

- Вот! Именно поэтому мы вчера и условились, что если вы вдруг передумаете, я могу оставить аванс себе. Но, Сергей, вы сначала просмотрите эскизы. Как вы вчера сказали, деньги пыль, а хороший портрет в подарок вашему другу сможет выполнить не каждый мастер.

«Кому я хотел подарить свой портрет и зачем?»

Сон почти полностью отпустил Сергея, а вот последствия выпитого спиртного наоборот, навалилось с новой силой. Отхлебнув минералки, заботливо припасенной в мини-баре, Сергей Вячеславович отобрал у юноши планшет и принялся сам изучать эскизы. Портреты были разные, больше десяти вариантов, как мог этот юноша накатать их за один вечер, но все вписывались в изобретенный на днях Сергеем стиль и надо сказать были не так уж плохи.

- А портрет я в каком виде купил? В электронном?

- Почему же, на холсте маслом.

- И то хорошо. Раз такое дело, то вот этот, — наконец сдался Сергей, вернув планшет юноше. — Но ведь вы в курсе, что я улетаю сегодня. Почтой отсылать собираетесь?

- Я так и думал, что вы выберете именно его, — молодой человек скрылся за дверью номера. — Вот, полюбуйтесь!

На Сергея с полутораметрового холста взирало его собственное лицо, только несколько квадратичное, гораздо более фантасмагоричное и слегка попартовое, но при этом волевое и умное. Одни черты лишь слегка обозначены, другие наоборот намеренно выделены, а сходство все равно получилось практически фотографическим.

- Как Вам удалось за один вечер?! — спросил критик даже в некотором восхищении.

- Нравится?

- Хм. Достойно. Скажем 7,5 из 10.

- Вот, только к утру и закончил. Я бы сказал, что дело тут не в срочности и даже не в деньгах. На меня снизошло вдохновение, как будто Ваше лицо просто создано для того, чтобы отражать этот новый стиль живописи.

- Сколько с меня?

- Еще семьдесят четыре тысячи. Вы сказали, что сто сорок один — Ваше самое любимое число.

Сергей Вячеславович не нашелся что сказать, он и правда имел привычку нарекать то одну, то другую цифру «своей любимой», хотя в этот момент его, что называется «слегка придушила жаба». Но ведь портрет-то он одобрил, а раскидываться похвалами уважающему себя критику не пристало. Да и картина уже была аккуратно водружена молодым человеком на комод.

- Хорошо, — нехотя проговорил Сергей и, спустя несколько нехитрых манипуляций со смартфоном, денег на счете стало еще чуть меньше.

Молодой человек распрощался и ушел. Сергей сел на кровать и стал созерцать собственное изображение.

«Сходство есть, стиль необычный, хотя я сам его изобрел, почему же необычный, рама даже добротная – из бука».

А вот в собственном лице критику стала мерещиться какая-то издевка, как будто нарисованный Сергей взирал на Сергея настоящего с неким превосходством и еле скрытым сарказмом. Похмелье постепенно отпускало вслед за сном и деньгами. И тут Сергея Вячеславовича, единственный раз в жизни купившего картину, причем сразу свой собственный портрет, одолела новая волна сомнений.

- Ресепшен? — проговорил он в трубку внутреннего телефона, — тут ко мне в сто четырнадцатый молодой человек поднимался с картиной.

- Доброе утро! Да, мы его пропустили, он сказал, что от союза художников. Пришел Вам подарить Ваш портрет. Просил не предупреждать, сказал, будет шикарный сюрприз. Что-нибудь случилось? У Вас голос обеспокоенный.

- Да нет, все в порядке. Но если я еще раз остановлюсь в этом отеле, никогда ко мне никого не пропускайте без звонка, — Сергей Вячеславович бросил трубку и погрузился в размышления.

«Какого еще союза художников? В местном союзе художников я всех этих старых пердунов отлично знаю. И никто бы из них не рискнул дарить, а тем более продавать мне мой же портрет».

Сергей Вячеславович подошел к картине и внимательно всмотрелся в подпись автора, еле различимую на фоне пестрого буйства красок.

«А.И. Шаповалов — а это не тот ли выскочка, которого я размазал на столичной выставке с его «работами» полгода назад? Он же, как раз родом из этого городишки, тоже мне областной центр. Кажется, я тогда сказал, о работах парня, что они будто намалеваны за один вечер и демонстрируют какое-то безвкусное, варварское смешение стилей. Видимо с тех пор он только мои портреты и рисовал все полгода. А я то, подивился — какая скорость. Вот же ёшки-матрешки. Ну что теперь. Талант у парня определенно есть, во всяком случае, продать свои картины он может кому угодно — это уж точно».

Сергей Вячеславович снял с комода портрет и отвернул его лицом к стене, но сделал это крайне бережно.

«Надо написать в блоге опровержение, что картины А.И. Шаповалова были даже вполне себе ничего, а теперь стали гораздо лучше. А то такими темпами он и без меня славу заработает, того гляди и на телефон все заснял пронырливый засранец. Остался один вопрос — если никакого аванса не было, а его наверняка не было, то куда я потратил столько денег, и почему все кругом, кроме меня, об этом знают».