Офицеров надо давить, пока они лейтенанты

Глава 1

Это дословная фраза одного из наших прапорщиков, в связи с бесчинствами вновь прибывших в часть молодых офицеров, сказанная над бездыханным телом дежурного по стоянке машин, сумевшего заступить в наряд, но не сумевшего победить сонливость после бессонной ночи, на что присутствующий при её изречении майор Шилов сказал, что это бестолку – когда они дорастут до майоров, то еще и вас потоптать будут.

Слова впоследствии оказались пророческие, один из лейтенантов дослужился до начальника штаба, двое до командиров подразделений, но свежая струя от хоть и мелких, но частых бесчинств в 1998-1999 годах лихорадила коллектив воинской части, и добавляла суматоху к наличным баламутам среди прапорщиков и контрактников. Старожилы части даже удивлялись – Давно такого не было! Вышли лейтенанты из камаза в городе и сразу – «Пошли-ка спиртика что-ли попьем»!

При всяком удобном случае лейтенанты шарахались по кабакам, в основном в главный ресторан города Север, по девкам и местным малинам. Обязательно возвращаясь увеличившейся компанией в Хилтон, иногда собирая целые гаремы. А когда лейтенантам не хватало драйва в своем общежитии, то они ходили в гости в общежитие вертолетчиков, там постоянно были лютые пьянки, какие-то бестолковые драки и регулярно что-то терялось. При одном нашем офицере, присутствовавшие там собутыльники сказали, что все офицеры козлы, хоть наш офицер и был один, но в драку полез один против трех, и чтобы его унять вызвали полицию. Впрочем, отделался довольно легко – синяком под глазом, потом, еще и в части добавку получил, когда сказал начальнику штаба, что он там «защищал честь офицера». После этого он ходил по части в черных очках и заимел прозвище «Агент Смит».

На одном из больших праздников части Максим Жарков взял раздухарившегося на него Камбарова и запустил его в колючую проволоку. Больше праздников на природе замполит не устраивал.

На службе у лейтенантов дела шли неплохо, одному даже объявили благодарность за ввод в строй, но все же приколов, хватало, они часто опаздывали на службу, у Толика даже кирпич под дверью лежал, которым будили весь его подъезд, но только не самого Толика. Лейтенанты косячили, купались в проруби на Рождество в - 40 С°, ездили в любом состоянии на машинах, встревали в разборки внутри и вне части, причем выходили целыми из всех передряг.

Одного лейтенанта отправили осенью 1998 года старшим машины в поселок Факел забирать отремонтированный компьютер узла связи. Заместитель командира части майор Шилов дал на выполнение задачи 20 минут, а опытный солдат, рассчитав время, так втопил педаль газа, что на обгоне чуть не въехал во встречный грузовик. Хорошо, что обгоняемый уазик и встречный грузовик притормозили, давая возможность проскочить. При этом в уазике ехал чин изполиции, который потом остановил и отчитал лейтенанта за лихачество.

Старшина нашего отдельного измерительного пункта старший прапорщик Валентин Федака не любил, когда ему клали перчатки на стол. А с учетом того, что в холоднее время мы строились в казарме и его каптерка была местом куда все офицеры и прапорщики собирались перед построением, то желающих, что-либо поставить или положить в каптерке хватало. И вот в один такой из моментов, осложненный, тем, что там присутствовало командование части, лейтенант, отвлеченный вопросом начальника штаба, совершил сей святотатственный поступок. Валентин, которого также опрашивал замкомандира части, на автомате хватает и бросает перчатки обратно. Возникает тишина. Промолчать нельзя, скандалить при командовании вроде как тоже. Лейтенант набирает воздух и на одном дыхании выдает без мата малый петровский загиб. Они потом долго мирились в бане.

Во время летнего прилета начальника космодрома неудачно доложился про неисправную радиостанцию Р-415. (Как же, товарищ капитан, не может быть у связистов без проблем. Так точно товарищ генерал!! После чего командование центра чуть меня не сожрало. В результате чего целую ночь делал документы на его ремонт. Вторую ночь бухал с Толиком и Максом – вечером у Тельца выпили по бутылке пива, затем взяли 1,5 литра пива пошли к Максу ужинать, потом у меня пили водку и повели Макса домой. По пути выпили еще по бутылке пива. Макс тормознул мотоцикл с коляской и на нем вчетвером поехали в Метелицу. Толик в повседневной, я в полевой, Макс с водителем в гражданке. После Метелицы водителя срубило и он отрубился прямо в седле посреди дороги, куда мы вытолкали мотоцикл, чтобы завести его с толкача. Пока крутились вокруг заглохшего мотоцикла, от которого не могли оторвать водителя, подъехал Слава Головач на машине и забрал нас домой. Как только отъехали, лупанул летний ливень, но возвращаться уже не стали. Третью ночь переделывал документы на списание. В результате всех этих приколов, по ночам спал по 3 часа и на четвертый день ходил по части как привидение.

На узле была традиция перед пуском накатывать по сто грамм, если все было в порядке и не было проблем по связи. Когда норму в сто грамм стали превышать, я эту практику прикрыл, но неудачно – это было как раз в 2002 году, перед аварийным пуском, когда ракета взорвалась сразу после старта. После чего подчиненные перестали превышать норму, а я перестал им перекрывать кислород – традиция-с… А то вдруг, окажется как со словом Таня на стартующей ракете....