Однажды в декабре

Глава 1

Глава 1.

Телефон лежал в руке. Но кому позвонить она не знала.

«1:16»

В комнате темно. Экран горел прохладным синим цветом. Совсем слабо светил с улицы фонарный столб. Лучи не могли дотянуться даже до конца комнаты, и лишь слабым прожектором лежали на мебели.

Девушка не могла уснуть уже несколько часов и теперь сидела на расправленной кровати. Белая сорочка почти сползала с плеч. Руки давно окоченели. Но окно оставалось открытым, все также впускало ночной ветер и иногда било створкой.

Дверь в комнату тоже была приоткрыта. За ней стояла девочка. Стояла спиной, прислонившись к стенке.

Обернутая в пуховик, она вся тряслась от холода. В руке маленький пластиковый трансформер. Сжимала его как столовый нож.

Уже не в первый раз так стоит. Раньше такие посты раз в неделю или две. Но в последнее время мама часто не может уснуть. Маленький страж очень беспокоился. Вчера она простояла за дверью целую ночь.

Но вот мама протирает лицо руками и магнитом сцепляется с кроватью. Отворачивается к стене и закутывается в ворсистый плед.

Сегодня мама наконец заснет и завтра проснется веселая и добрая. Утром девочку как раньше разбудит запах яичницы с кухни.

Она постояла еще минут десять, и, наконец дождавшись, когда дыхание мамы успокоится, прокралась в комнату. Ориентируясь наощупь, наступила на маленькую пустую упаковку и вскрикнула. Но мама не проснулась. Тогда девочка тихонько подвинула табуретку к батарее, забралась на нее и захлопнула окно.

Глава 2.

Люди в халатах проносились вереницей призраков. Один из врачей вырвался из течения и неуверенно подошел.

«Твоя мама заболела. Ей нужно в больницу.»

Они смотрели друг другу в глаза и пытались что-то прочитать. Как потерянные души на границе двух миров. Казалось бы, что нового может рассказать зеркало? Достаточно, чтобы вытащить из кошмара за волосы или вырвать их с корнем.

Мужчина прочистил горло.

«Ты молодец. Ну, что позвонила…»

Глаза-шары чуть не выкатились во время кивка.

«Мы сделаем, что сможем. Я тоже сделаю, в том числе. Вон, видишь парня высокого?»

Он махнул в сторону комнаты. Высокий кудрявый парень стоял в дверном проеме. Рука что-то искала в кармане джинс, оттопыривая халат.

«Это наш лучший врач-токсиколог. Ты знаешь, чем занимаются такие врачи? Когда больной съел что-то плохое, токсиколог помогает ему поправиться. Твоя мама наверное отравилась.»

На очках врача пошатывались солнечные блики. В коридоре было так неестественно светло, что пыль блестела будто пролетающий у фонарной лампы снег. Косые, гротескные тени лизали стены и черной простыней укладывались на паркетный пол.

«Мама сильно отравилась?»

Мужчина открыл было рот, но тут же замялся и сделал кривой шаг в сторону, пропуская носилки. Двое с пустыми лицами незаметно прокатились мимо. Запахло сладковато и тошнотворно. Врач поморщился.

«Не знаю. Наверное, не очень сильно.»

Он моргнул пару раз и посмотрел на дверь.

«Мне тоже нужно идти. А к тебе сейчас приедет няня.»

В квартире внезапно стало очень тихо. Пальцы врача сжимали и разжимали невидимый эспандер.

«Давай я тебе телевизор включу?»

И под неразборчивые звуки громко захлопнулась входная дверь.

Глава 3.

В коттедже раненым зверем стонал ветер. Под потолком на оголенном проводе качалась лампа. А на улице глубочайший мрак. Только бушующий за панорамными окнами снег блестел гипнотизирующим светом.

На кресле сидел лесничий, широко расставив ноги. Он вглядывался в таинственный черный квадрат за распахнутой дверью. Дряблое лицо уже успело посинеть.

Но столь ожидаемый ночной гость не появился ни через пятнадцать минут, ни даже через час. Черный квадрат оставался таким же пустым.

Старика насадило на скалы. Все отчетливее ему слышались голоса, напоминающие осторожный шепот во время тихого часа. Ноги скользили, приходилось поправлять. Ладони исследовали гладкость коленей.

Обхватив себя за плечи, он лишь выдавил: «Не уберег».

Под тяжелое мужское дыхание ветер орудовал невидимой метлой. Рваный конверт сдуло в угол.

Лесничий опустил голову на сложенные руки и захныкал. Ветер обиделся и завыл сильнее.

А за окнами все разгонялась и разгонялась слепая бессмысленная пурга.

Глава 4.

«Иди сюда.»

Лицо женщины покраснело от мороза. Она сидела на корточках и приятно теребила щечку девочки. Длинный пуховик касался свежего снега.

Они как будто попали внутрь маленького снежного шара. Тонкое стекло защищало от людей вокруг и злых собак без поводка. Под плотно припаянным куполом было душно, но вместе с тем тепло. Невидимое запотевшее стекло размывало и сглаживало беспокойные силуэты снаружи.

«До свидания.»

Они перегнулись через невидимую ограду и неловко обнялись, шурша куртками. По спине обеих пробежал электрический разряд.

«Чуть не забыла…»

Женщина закопалась в сумочку. Достала кожаный кошелек с расходящимися швами, а оттуда два билета.

«Это вам.»

Она наконец посмотрела на коренастого мужчину, стоявшего рядом. Этот давящий взгляд серых глаз пробирал до костей.

«Сходите обязательно. Отличный океанариум. С сыном туда ходим»

Мужчина убрал билеты в карман.

«Всего доброго.»

«И вам.»

Женщина напоследок обняла девочку. Снова укололась об эти пустые глаза. А потом растворилась в толпе, и дед с внучкой остались маленькими фигурками под стеклянным куполом.

«Деда, снег какой идет…»

И правда. Будто в центре пулеметной перестрелки. Мокрые хлопья быстро наслаивались на плитку площади. Лицо приходилось протирать рукой.

«В Новгороде тоже много снега»

Они стояли минуты две наверное. Со стороны казалось будто кого-то ждут. Но все вокруг очень спешили. Проносились будто мячи мимо лунки.

У Московского вокзала собралась настоящая толпа. Реклама экскурсии по Севкабель порту звенела механическим эхом.

Она прокашлялась. Тогда дед накинул ей меховой капюшон и как-то грубо приобнял.

А потом они пошли, оставляя за собой отпечатки узоров на подошвах, и те быстро исчезали под напором декабрьского снегопада.