Одиночество с суетой за дверью

Глава 1

Я стояла перед зеркалом в свадебном наряде и смотрела на себя. Мама вышла провожать свадебного стилиста и встречать фотографа. У меня в это время промелькнуло сомнение, – А надо ли мне всё это?

Ванька он замечательный, люблю его безумно, мы вместе со школы, где он в десятом классе признался мне в любви, а до этого дёргал меня за косы по любому поводу.

Мама в школу всегда мне заплетала косы, разные: голландские, колосок, жгут, французские, да какие она только мне не плела. Я их не любила, – Мам, двадцать первый век на носу ну какие косы, пожалуйста, давай я постригусь, – с таких слов начиналось почти каждое утро в школу. А она становилась передо мной, смотрела мне в глаза и говорила, – Даш, коса тебя красит, лицо открытое, глаза сияют, идеально, – я фыркала и закатывала глаза.

Как говорят все эти новомодные психологи, что все травмы родом из детства от матерей. Я так и думала, до сегодняшнего утра. Пока свадебный стилист, с которым мы за месяц обсудили всё до последней шпильки, вдруг не замер с феном в руках и не сказал: – Дарья, простите, но давайте попробуем косу. Просто доверьтесь мне, не знаю, но моё профессиональное чутьё просто кричит, что это будет идеально. А я взяла и кивнула согласием.

Вот я думаю, а почему мы всё, что говорят близкие люди, воспринимаем в штыки, да не всегда, но в основном это так. Может быть потому, что они часть нас самих, их слова проходят через фильтр наших обид, привычек. А чужой человек, он как чистая страница, нам ему проще поверить, потому что у него нет власти над нами. Передо мной стоял абсолютно посторонний человек с расчёской в руках, смотрел на моё отражение в зеркале спокойно и профессионально и предлагал то, что делала мне мама, косу. И я ему поверила.

Он вплетал косу в причёску медленно, словно вплетал нить моей памяти в сегодняшний день. Вот первая прядь косы – школьные годы, когда я ненавидела эти плетения. У меня сжалось в груди. Вот ещё одна – Ванькины пальцы, дёргающие за кончик. Я улыбнулась. А вот самая тонкая – мамины руки, которые каждое утро, не смотря на мои капризы, всё равно заплетала меня, потому что любила. Тепло разлилось по всему телу. И когда последний виток лёг вокруг гладкого пучка, я вдруг поняла, что всё это время я была той самой девочкой с косами. Просто не хотела этого замечать, а может быть верить. А теперь коса перестала быть маминой. Она стала частью моей свадебной причёски. Частью меня.

Когда стилист всё доделал, я впервые за многие годы, посмотрела на себя не глазами дочери, которая спорила с матерью, и не глазами девчонки которую дёргал Ванька за эти ненавистные косы, а просто посмотрела на себя со стороны. И знаете, я даже хмыкнула, смотря на себя в зеркало, вдруг пришло осознание и спокойствие: «Боже, как красиво. И как я раньше этого не видела?»

А вот появившиеся сомнение, меня пугало.

Сомнение.

Почему оно появилось? Я счастлива. Я знаю это точно, как знаю, что меня зовут Даша. Что вдруг меня пугает?

Может быть то, что я люблю одиночество. Люблю сидеть с книгой в руках и пить кофе рано утром, когда все ещё спят. Особенно зимой, за окном темно, а на кухне тепло и тихо. Люблю закрываться в своей комнате, забираться в кровать и на ноутбуке смотреть какой ни - будь сериальчик и чтобы по всей кровати валялись вкусняшки. Люблю готовить одна, слушая музыку или аудиокнигу. Мне нравиться одиночество.

А может быть это страх потерять себя, своё личное пространство, ту самую тишину, которую я любила с детства.

Тишину.

А была ли она тишина, и на самом ли деле я люблю одиночество…

Воспоминания накрыли меня мгновенно. Мне пятнадцать. Я первый раз осталась дома одна. Родители уехали на два дня, к каким - то родственникам, и я упросила оставить меня одну. О, я предвкушала, как накуплю тех самых вкусняшек, скачаю сериал, закроюсь в комнате, буду наслаждаться тишиной и одиночеством. Ни кто не войдёт без стука. Прекрасно. Будет просто, прекрасно думала я.

Первый вечер прошёл отлично, всё как я и задумала. Но на второй день, случилось странное. Я вдруг услышала тишину. Нет, нет, не ту тишину, когда все спят, и ты знаешь – за стеной мама, папа, можно встать и пойти на кухню. А другую тишину – мёртвую. Холодильник то переставал, то начинал гудеть, часы на кухне тикали слишком громко, и каждый мой шаг отдавался эхом в пустом коридоре. Я поняла, что боюсь выйти из комнаты. Не потому, что там темно, а потому что там никого. Я включила свет, даже в туалете. Села в кресло, поджала ноги, обняла подушку и просидела так до приезда родителей.

В том возрасте я даже и не знала, что я почувствовала тогда. Что это был за страх, страх чего?

А сейчас стою перед зеркалом и четко осознаю, тогда я впервые почувствовала, как же это сказать? Да, точно, пустое одиночество.

Одиночество, которое я люблю, оно другое, – это не отсутствие людей, а их присутствие за дверью.

Господи! Да о чём я думаю. Одиночество. Да, люблю. Но только с суетой за дверью. Там где родные тебе люди живые и здоровые, радуются, смеются, да и ругаются, в конце концов. В этом вся жизнь.

Из размышлений меня выдернула открывшаяся дверь.

– Ну что, где невеста, – ворвался как вихрь в комнату фотограф, а за ним зашла мама, – мне сказали, невеста готова. Боооже, какая, красота! Мамочка становитесь рядом, и так улыбка, снимаю…

Сомнения исчезли.

А время побыть одной я найду. Буду сидеть в комнате за закрытой дверью, а за ней будет муж оттягивать от неё детей, чтобы те не вломились ко мне в комнату пока я отдыхаю, мама пришедшая в гости будет греметь на кухне и готовить что - то вкусное, а я сидеть в одиночестве, улыбаться и наслаждаться той самой суетой за дверью.