12+Один из этих
Старая добрая школа двухтысячных, старые добрые подростковые проблемы. Или все немножко более странно?
Учительница, к счастью, привычно меня не замечает, как будто я не человек, а мутное черное пятно на ее радужке.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1Смысл моего мерцающего существования — сон. Я смотрю, как мой мир уплывает влево, сносимый ветром. Накрениваются окна, размазывается серый пейзаж за немытыми стеклами, схваченными в решетку рам: дерево и дорога, спортивная площадка, облупившиеся металлические звери под низким небом, просевшим, как старая крыша. Я отворачиваюсь, чтобы не видеть мольбу в их глазах.На темной правой стене висят портреты Гоголя, Толстого и Тургенева. Их зазубренные брови насуплены, щерятся, как ряды пик. Кто ты, как бы спрашивают они, достоин ли называться сыном нации, которую мы прославили, сколько слов в минуту ты можешь прочитать, ассимилировать, поглотить, впитать? Мой разум потемнел и загустел от букв, моя голова — стеклянная чернильница.Я уроню ее на парту — и она разобьется, и комнату затопит чернота.— Янушевич! — орет прямо мне в ухо русица. — Что за поза? Приведи себя в порядок.Я смотрю на не…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.






Комментарии 0