Образ возлюбленной

Глава 1

Прямо перед главным входом остановился, запылённый после долгой дороги, чёрный «Лексус». Водительская дверь мгновенно открылась и оттуда выскочил маленький лысый человек. Он резво оббежал машину и распахнул заднюю дверь. Из нее вышел высокий, очень хорошо одетый мужчина лет сорока в костюме от Гуччи, в начищенных до блеска туфлях, с «Ролексом» на левой руке. Быстро и уверенно он поднялся по ступенькам и вошёл в ресторан, держа подмышкой свой новенький макбук.

Внутри, по сравнению с душной и шумной улицей, было прохладно и довольно тихо. В воздухе ощущался нежный аромат свежезаваренного кофе. В этот послеобеденный час заведение пустовало. Метрдотель проводил солидного гостя к столику у окна и, оставив меню, вежливо удалился.

Посетитель открыл меню – аккуратное, блестящее и, кажется, ещё пахнущее типографской краской. Довольно быстро и равнодушно он стал пролистывать пёстрые страницы.

– Добрый день. Может Вам что-нибудь посоветовать? – вдруг рядом послышался так когда-то знакомый, почти родной женский голосок.

Мужчина поднял глаза и, увидев симпатичную полную девушку с густыми каштановыми волосами, воскликнул:

– Катя!

– Саша?! Не может быть! – удивлённо произнесла официантка.

В груди у неё защемило.

На мгновение повисла тишина.

– Отдохнуть приехал? Или вы, «бизнесмены», только за границу ездите? – быстро справившись с собой, саркастически спросила девушка.

– Я здесь по работе, – буркнул гость. – Я депутат.

Ощутив знакомый сладковатый запах её духов, Саша немного расслабился, закрыл меню и попытался улыбнуться.

– Что ты выбрал? – сухо спросила официантка.

– Ирландский кофе и штрудель.

Она провинциально крикнула бармену Васе, чтобы сделал кофе, и уже собралась идти на кухню, когда Саша спросил?

– Как мама?

– Как всегда, – почти безразлично бросила девушка и сделала шаг.

– Катя, постой! Всё так же на рынке торгует?

– Она спилась, – грустно ответила официантка и, борясь с подступающим к горлу комом, побежала на кухню.

Саша попытался представить себе Катины страдания все эти годы. Пустота овладела им. Сидя в огромном ресторане, депутат не слышал и не видел ничего. Он не сразу понял, что глаза его закрыты и тихо здесь просто потому, что закончился очередной музыкальный цикл, а бармен Вася забыл включить другой.

Негромкий стук вывел Сашу из оцепенения.

– Я не знал, что всё так вышло, – чуть слышно пробормотал он.

– Да и откуда тебе знать, депутату, – парировала Катя.

Тихо зазвучала музыка, видимо метрдотель напомнил бармену о её отсутствии.

– Как это случилось? – Саша потянул её за руку. – Присядь, расскажи.

Катя опустилась на стул напротив него, коротко вздохнула и, овладев собой, выпалила:

– Когда ваши бандиты стали у отца деньги требовать, угрожали расправой над всей семьёй, папа покончил с собой. А мама с горя начала пить.

Повисла тишина.

– Печально, – грустно заключил Саша, пытаясь поддержать разговор.

Девушка не ответила, лишь нервно начала теребить в кармане авторучку.

Память предательски стала показывать в голове Кати улыбки, прогулки по ночному городу, объятья, поцелуи. Потом его визит, когда он пришёл не к ней, а к её отцу. В день, когда не стало папы, исчез и Саша. Словно между ними ничего и не было.

Саша отрезал кусок штруделя и, прежде чем положить его в рот, спросил:

– Катя, а помнишь, ты когда-то мечтала открыть свой ресторан?

– Мечтала. Но только то были мечты, а жизнь сложилась по-другому, – вздохнула она. – Ты вот хотел быть как отец, а стал чиновником. А я собиралась работать в ресторане, так оно и вышло, работаю.

- Я могу денег дать на открытие твоего собственного ресторана, - внимательно глядя ей в глаза предложил он.

Катя выдержала его взгляд, медленно приподнялась из-за стола и тихо ответила:

– Ты же знаешь, я не возьму, – и быстро ушла на кухню.

Саша допил кофе, бросил на стол пятитысячную купюру и вышел. Не дожидаясь Гены, распахнул дверь машины, сел и буркнул:

– Поехали.

«Лексус» тронулся. Саша оглянулся. На крыльце никого не было.

– Дай сигарету, – потребовал депутат у водителя.

«Нервничает», – мелькнуло у Гены, и он почти мгновенно протянул пачку сигарет и зажигалку.

– Она всё так же очаровательна, хотя и раскабанела, – после долгой паузы начал Саша. – Красивые волосы, тонкие брови, глубокие карие глаза, правда, уже не блестят, как раньше... А вот губы совсем не изменились – всё такие же невероятно притягательные.

Он замолчал.

– Вы, видимо, сильно её любили, Александр Борисыч? – осторожно спросил водитель.

– Да, – чуть слышно вздохнул депутат. – Любил. Но отцу перечить боялся. Выполнял все его просьбы и её отца на тот свет проводил собственноручно. А теперь ни у родителей счастья нет, ни у неё, ни у кого. Одни только разбитые судьбы.

«Лексус» медленно ехал по пустой дороге. Саша курил на заднем сиденье.

«Развернуться бы сейчас и поехать прямо к ней, к его Кате, заключить её в объятья и никогда-никогда не отпускать»….

Большие белые буквы «А Э Р О П О Р Т» проплыли над автомобилем и остались позади…