О жизни и творчестве пародиста Александра Александровича Иванова - 14
* * *
Среди множества поэтов, чьи произведения оказались в числе удостоенных пародии от «самого» Александра Иванова, довольно часто встречаются такие, которые привлекли внимание пародиста всего лишь однажды. Вот всего одна пародия — и всё (иногда — не считая эпиграмм). При этом среди таких авторов есть и малоизвестные, почти уже позабытые сегодня, и такие, которые и сегодня известны весьма широко.
Я поначалу, не зная, как поступить, просто откладывал решение по таким авторам — и их со временем накопилось число немалое, вполне достаточное уже для того, чтобы сформировать отдельную часть этого повествования. И вот — неизбежное всё-таки произошло, представляю вам подборку авторов, удостоенных пародии Александра Иванова не более одного раза.
Стоит, мне кажется, добавить, что на качестве пародий сей факт совершенно никак не отразился. Равно как и на общем объёме подборки — авторов будет больше, и всё.
Итак…
* * *
Николай Букин ( h t t p s : / / r u . w i k i p e d i a . o r g / w i k i / Б у к и н , _ Н и к о л а й _ И в а н о в и ч ) — советский поэт, писатель, фронтовик, автор слов известной песни «Прощайте, скалистые горы».
В альманахе «День поэзии» 1963 года было напечатано стихотворение Николая Букина под названием «У Букингемского дворца»:
Не только ноги ноют — руки,
Но любопытству нет конца...
И вот стою я, Колька Букин,
У Букингемского дворца.
Безмолвен он и озадачен,
И флаг не вьётся на древце́,
Не вьётся флаг, а это значит —
Нет королевы во дворце.
В далёкие уходит рейсы
Корабль «Куин Элизабет»,
Её Величества гвардейцы
Оберегают Старый Свет.
И от Шотландии до Крита
Со всех полос глядит, смеясь,
Сама принцесса Маргарита,
С каникул римских возвратясь.
Ты дорога́, земля Шекспира,
Но не хочу, да и не спец
Свою московскую квартиру
Менять на лондонский дворец,
В котором жизнь окаменела,
Всё так же, как в былых веках,
Лишь где-то мчится королева
На трёх орловских рысаках.
На это заявление пародистом был дан ответ — в 1968 году, в сборнике «Любовь и горчица», с названием «БУКИНгемская история»:
И вот стою я, Колька Букин,
У Букингемского дворца.
(Николай Букин)
Я — Колька Букин. Коля, Колька,
Я Букин, сын свово отца.
И мне не боязно нисколько
У Букингемского дворца.
Не только руки, но и ноги
И даже органы в груди
Деревенеют, и не мо́ги
Я с места с ентого сойти.
И вот стою я, руки в брюки.
Стою — лежать запрещено.
Глядят гвардейцы, словно буки.
А мне-то что? Мне всё равно.
Поэта Букина поскольку
Не приглашают в тронный зал,
Не ценят в Букингемском Кольку,
Ну и не надо, я сказал.
Обменбюро мне не поможет
Сменять квартиру на дворец.
Моя жилплощадь жить не может
Без Кольки Букина. Конец.
* * *
Олжас Сулейменов ( h t t p s : / / r u . w i k i p e d i a . o r g / w i k i / С у л е й м е н о в , _ О л ж а с _ О м а р о в и ч ) — казахский общественный деятель, поэт, писатель, дипломат и литературовед. Широкую известность получил 12 апреля 1961 года за поэму «Земля, поклонись человеку», посвященную первому полёту человека в Космос. Название поэмы станет эпитафией на месте гибели первого космонавта Юрия Алексеевича Гагарина.
Его произведение — по-другому никак не назвать — «Чем порадовать сердце?» было создано в 1961-1962 годах. Вот отрывок из него, содержащий строки, привлекшие внимание пародиста:
… Я стою у могилы
высокого древнего парня,
Внука Африки,
сына голубоглазой женщины.
Собутыльник Парижа
и брат раскаленной Испании,
Он над степью московской стоит,
словно корень женьшеня.
Я бывал и таким,
я бываю индийским дагором!
…Так я буду стоять,
пряча руки, у братских могил…
Я бываю Чоканом!
Конфуцием, Блоком, Тагором!
…Так я буду стоять,
пряча зубы, у братских могил…
Я согласен быть Буддой,
Сэссю и язычником Савлом!
Так я буду молчать
у подножия братских могил…
Я согласен быть черепом,
кто-то согласен быть саблей…
Так мы будем стоять!
Мы, высокие, будем стоять!
Попроси меня нежно —
спою. Заруби — я замолкну.
Посмотри наконец,
степь проклятая, но моя —
Все вершины в камнях
и в окурках, в ожогах от молний. …
Пародия под названием «Кем я бываю» впервые появилась на страницах журнала «Смена» № 11 за 1963 год:
Я бываю Чоканом!
Конфуцием, Блоком,
Тагором!
(Олжас Сулейменов)
Бываю я Бальзаком и Тагором,
Конфуцием, Ремарком, Низами,
Бодлером, Навои, багдадским вором,
Я Пушкиным бываю,
Черт возьми!
Бываю Александром Македонским,
Есениным, Рембо, Али-бабой,
Шекспиром, Магометом, Маяковским
И даже иногда…
Самим собой!
А в 1969 году в сборник творческого дуэта «Александр Иванов - Александр Рейжевский» «…О двух концах» вошло посвящение Олжасу Сулейменову:
От наград рябит в глазах.
Что ж сказать?
Терпи казах!
* * *
Владимир Фирсов ( h t t p s : / / r u . w i k i p e d i a . o r g / w i k i / Ф и р с о в , _ В л а д и м и р _ И в а н о в и ч ) — советский и российский поэт, переводчик. Автор более 30 книг стихов и поэм. Переводил стихи на русский язык с языков — болгарского, молдавского, украинского, чувашского и др.
На его стихи писали песни композиторы Давид Тухманов, Владимир Шаинский, Александра Пахмутова, их исполняли Геннадий Белов, Леонид Сметанников, Сергей Беликов, Олег Ухналёв, ВИА «Песняры». Но внимание пародиста сумело привлечь только одно его стихотворение:
Есть в мире нечто большее,
Чем должность и зарплата,
Есть синева глубокая
И золото заката.
Есть в мире тропки узкие
С лосиными следами,
Есть в мире песни русские
И солнце над садами.
Есть в мире люди близкие,
Печали есть людские,
Есть руки материнские,
Усталые такие.
И всё-то, всё им дорого,
Заботятся о каждом…
Есть где-то та, которая
Не встречена пока что.
Есть горечи и сложности
В забытой мною хате…
А ты, мой друг,
О должности
И о своей зарплате.
Стихотворение само по себе напоминает пародию — в нём рядом находятся и упоминания о красоте и величии окружающего мира, и мелкие устремления людей к личному удобству и комфорту. Но пародия на него всё-таки появилась — в 1963 году она была напечатана в журнале «Смена» № 11 под названием «Есть в мире очень многое…»:
Есть в мире нечто большее…
. . . . . . . . . .
Есть в мире тропки узкие…
. . . . . . . . . .
Есть в мире песни русские…
. . . . . . . . . .
Есть в мире люди близкие…
. . . . . . . . . .
Есть руки материнские…
. . . . . . . . . .
Есть где-то та, которая
Не встречена пока что.
(Владимир Фирсов)
Есть в мире очень многое,
Перечислять – упаришься!
Есть мелкое, глубокое.
Есть сок, в котором варишься.
Есть в мире рыбы разные,
Везувий есть в Италии,
В лесу – разнообразные
Поганки. И так далее.
Старушка есть уборщица
В гостинице «Астория»,
Но есть и нечто большее,
То самое, которое…
Есть то, что убедительно
И здорово написано.
Есть даже и любители
Произведений Фирсова…
Характеристику творчества поэта завершает посвящение Владимиру Фирсову, вошедшее в сборник творческого дуэта «Александр Иванов - Александр Рейжевский» «…О двух концах» (1969 год):
Обрёл такую хватку,
Что, право, не тужа,
Он режет правду-матку,
И режет… без ножа.
* * *
Семён Сорин ( h t t p s : / / i r e m e m b e r . r u / m e m o i r s / n k v d - i - s m e r s h / s o r i n - s e m e n - g r i g o r e v i c h / ) — советский поэт-фронтовик, автор множества поэтических сборников и переводчик поэзии с языков народов СССР.
Благодаря рекламе в сети книги (непонятно — напечатанной ли?) врача и поэтессы Людмилы Саницкой «Переделкинские встречи» (2018) сегодня можно оценить вот такое стихотворение (отрывок?) Семёна Сорина:
Говорят, выходишь за поэта?
Не спеши, подумай, воздержись.
Ох, несладкой — я-то знаю это —
У тебя с поэтом будет жизнь.
О семье мечтаешь? О покое?
Распорядке умном — от и до?
А ему до лампочки такое
Сверхблагополучное гнездо.
Всё-то его носит и заносит,
Поутру вернется, как хмельной.
– Где ты был? — глаза устало спросят.
– Не тревожься, с нею был, одной.
«С нею» — это с тою, что покуда
Только-только в мыслях родилась,
Но уже наметилась, как чудо,
Самая возвышенная связь.
Пародию на это стихотворение, авторство которой приписывается Александру Иванову, мне удалось найти пока только в сети. Называется пародия «Помни о Данте»:
Говорят, выходишь за поэта?
Не спеши, подумай, воздержись.
Ох, не сладкой – я-то знаю это –
У тебя с поэтом будет жизнь…
. . . . . . . . . . .
… А была ведь, знаешь, и у Данте
Добрая и милая жена.
(Семён Сорин)
Не с венком изысканных сонетов,
На себя приняв грехи свои,
Девушки, поклонницы поэтов,
Обращаюсь к вам, друзья мои!
Вы хотите за поэтов замуж?
Но от этой мысли я дрожу.
За себя спокоен. Ибо сам уж
К роли жениха не подхожу.
Выйти собралась за Евтушенко,
Думаешь, сам чёрт тебе не брат?..
Погоди, подумай хорошенько,
Он поэт хороший, но женат.
Даже если холост он и честен,
Всё равно убогий – раз поэт…
Если ж он ещё и не известен,
То тогда и вовсе смысла нет.
Выйти за поэта
можно сдуру,
Только как бы он не убежал…
Дант, к примеру,
обожал Лауру,
А жену всего лишь уважал.
Да и денег мало у поэта…
Хочешь пить «Камю», а не «Агдам»?
Если хочешь мудрого совета,
Я тебе его бесплатно дам.
Я тебе рекомендую очень
Жениха
в мазуте и в пыли.
Он простой и скромный.
Он – рабочий.
Автослесарь. Чинит «Жигули».
* * *
Александр Ткаченко ( h t t p s : / / r u . w i k i p e d i a . o r g / w i k i / Т к а ч е н к о , _ А л е к с а н д р _ П е т р о в и ч ) — русский поэт и правозащитник. В молодые годы играл в футбол в том числе в составе «Зенита», был тренером и параллельно начал писать стихи, которых в итоге набралось на 14 сборников.
Вот этот сайт ( h t t p s : / / w w w . o r a t o r . r u / s t i h i _ i v a n o v _ v e c h e r n e e _ k a f e - l i . h t m l ) утверждает, что на одно из стихотворений Александра Ткаченко Александром Ивановым была написана пародия. Ещё один сайт, на котором утверждается то же самое ( h t t p s : / / s c h o k n . r u / a l e x a n d e r _ i v a n o v ), не открывается. Ни в одном известном (мне) печатном источнике найти этой пародии не удалось. Но всё-таки я решил привести её здесь — а вдруг… :
«Вечернее кафе ли?»
… Хожу среди танцующих,
среди флиртующих,
чуть-чуть влюблённых,
средь этих липких туловищ,
ненужной тканью разделённых.
(Александр Ткаченко)
В вечернем кафе
интереснее, чем в кино.
Люди флиртуют, обмениваются улыбками,
играет музыка, весело, но
люди потеют
и ткани становятся липкими.
И меня осенило средь этих мини-пиров,
рюмок, бокалов, кофейных чашек:
что если вообще
отказаться от юбок и свитеров,
джинсов, блейзеров и рубашек.
От шаровар, батников, галифе…
Пусть танцуют, радуются,
пусть изощряются…
Но это будет уже не кафе,
а то,
что у нас не поощряется.
* * *
Валентин Тарас ( h t t p s : / / r u . w i k i p e d i a . o r g / w i k i / Т а р а с , _ В а л е н т и н _ Е ф и м о в и ч ) — советский и белорусский прозаик, поэт, публицист, критик и переводчик. Участник Великой Отечественной войны.
С пародией Александра Иванова на стихи Валентина Тараса случай, аналогичный предыдущему — с Артёмом Ткаченко — когда пародия вроде бы есть, а вроде бы и нет. Поэтому поступить я здесь решил тоже аналогично — привожу на всякий случай:
«Выпускание пара»
Вы не судите слишком строго,
но прямо должен я признать,
что иногда ругался в бога,
а иногда и в бога-мать.
. . . . . . . . . . .
Ведь жизнь – она не булка с маком.
Порой вскипишь, как самовар,
а русский мат – хороший клапан, –
глядишь, и вышел лишний пар.
(Валентин Тарас)
Обычно я не выражаюсь,
вполне прилично говорю.
А в мать и в бога разражаюсь,
лишь только ежели творю.
Поэт, он, в общем, тот же чайник,
а то и целый самовар.
Кипишь, бывает, и случайно
в себе оставишь лишний пар.
Вздыхаешь, стоя под парами,
вот тут и надо рифмовать,
иначе, не в обиду маме,
взорвешься, в бога-душу-мать!..
* * *
Владимир Семакин ( h t t p s : / / r u . w i k i p e d i a . o r g / w i k i / С е м а к и н , _ В л а д и м и р _ К у з ь м и ч ) — советский поэт, переводчик, редактор.
И снова — пародия приписывается перу Александра Иванова, первоисточников обнаружить не удалось:
«Жертва дефицита»
На мальчонку, на сынка,
как молва признала,
не хватило пустяка –
стройматериала.
(Владимир Семакин)
Не красавец, не грузин,
молодой да шалый,
помню, шёл я в магазин
«Стройматериалы».
За прилавком увидал
бойкую девчонку.
– Дай, – прошу, – материал,
чтобы на мальчонку.
Честно в очередь встаю,
не нахал, не бражник.
Ну, конечно, достаю
из штанов
бумажник.
Подобрали вроде всё,
подхожу к прилавку,
улыбнулся, то да сё,
оплатил доставку.
Привезли товар домой
и распаковали…
По дороге –
боже мой –
всё ж разворовали!
Тесть и тёща помогли
нервы успокоить…
Из того, что привезли,
начинаем строить.
Доля мужа нелегка,
надо ставить точку…
Вместо, стало быть, сынка
я имею дочку.
* * *
Александр Балин ( h t t p s : / / r u . w i k i p e d i a . o r g / w i k i / Б а л и н , _ А л е к с а н д р _ И в а н о в и ч _ ( 1 9 2 5 - 1 9 8 8 ) ) — русский советский поэт, поэт-фронтовик. Переводчик стихов поэтов СССР с армянского, литовского и других языков.
Что характерно, с пародией на его стихотворение история почти та же, что и с пародиями на стихи Валентина Тараса, Артёма Ткаченко и Владимира Семакина — за исключением того, что на просторах сети это самое стихотворение-первоисточник удалось отыскать. Вот оно — безымянное:
Утверждают, что глупы коровы,
Вроде бы бездушные они.
Ты коровам ласковое слово,
Проходя по стойлу, оброни,
Мелкий дождик зашуршит по травке,
Караси запрыгают в пруду.
Пастушонок в ватной безрукавке
Задудит в горластую дуду.
А когда пастух проснётся главный,
Протирая очи кулаком,
Над общеньем медленным и плавным
Пусть дыхнёт домашним табаком.
Хорошо-то! Словно так и надо
Жить, дышать, печалясь и любя…
Может, забрела случайно в стадо
Радость, потерявшая тебя.
Цедит капли тихая ветёлка,
Чтобы ход времён не затихал...
Вон телёнок - наотлёт метёлка -
Всё в пшеницу норовит, нахал.
Что ему почёт, вниманье, имя,
Должность иль богатая родня?
Мамка есть, податливое вымя
Да с лихвою солнечного дня.
Александру Иванову приписывается авторство пародии и на это стихотворение:
«Диалог с коровой»
Утверждают, что глупы коровы,
Вроде бы бездушные они.
Ты корове ласковое слово,
Проходя по стойлу, оброни…
(Александр Балин)
Утверждаю: не глупы коровы!
Безусловно, человек велик,
Но коровы тоже ценят слово,
С ними общий я нашёл язык.
Для меня радушие не внове,
Я не зря в себе его хранил.
Проходя по стойлу, я корове
Ласковое слово обронил.
И корова это оценила.
Грустно, но от всей души зато.
Чуть помедлив, тоже обронила…
Только, к сожалению, не то.
* * *
Вы помните! Вы всё, конечно помните! Ну, а если и не всё, то многое из этого найдёт отклик в душе: «Душа болит, а сердце плачет, / А путь земной ещё пылит…», «Сквозь полудрёму и сон / Слышу малиновый звон…», «И снится нам не рокот космодрома, / Не эта ледяная синева…», «… Аист на крыше, аист на крыше - / мир на Земле…», «Малиновки заслыша голосок, / Припомню я забытые свиданья…», «Живёт в белорусском Полесье / Кудесница леса Олеся…», «Там, где месяц сказку сторожит, / Где в зелёных дебрях ветер ропщет…» Ну, разве такое можно позабыть!
Автор всех этих, а также множества других стихов, ставших словами популярнейших песен — советский и российский поэт Анатолий Поперечный ( h t t p s : / / r u . w i k i p e d i a . o r g / w i k i / П о п е р е ч н ы й , _ А н а т о л и й _ Г р и г о р ь е в и ч ).
Не стоит, однако ж, считать, что ему, ставшему впоследствии столь маститым поэтом, в молодости чужды были стихотворные эксперименты с реализацией различных новаторских начинаний. Ну, вот как вам, например, такое:
О миг преодоленья,
Где ты,
Когда вдруг взбычена спина
И нить борьбы в ушко продета…
…
О, эта вздыбленная вера
И переход за грань, в карьер…
Ах, молодость, молодость… мог бы подумать пародист, если бы не был на два года моложе самого поэта. Но в 1964 году, когда поэту едва стукнуло 30, а пародисту ещё не было и 28-ми, результаты подобных экспериментов, время от времени появляющиеся в печати, привели, наконец, к появлению на страницах журнала «Крокодил» № 3 пародии. Единственной — но какой! А «взбы…», «взды…» и прочие «преодоленья», «грани» и «карьеры» в стихах подсказали пародисту название — «Не тот барьер»:
Был день чертовски необычен, –
Не чуя под собою ног,
То взбычен, то опять разбычен,
Скрипел четвёртый позвонок.
Была гроза.
И редька с хреном,
Застряв в груди, мешала петь.
Я побежал со страшным креном,
Чтоб в поликлинику поспеть.
О, руки!
Граблями воздеты,
Они вгнездились в перегной,
И в уши яблоки продеты,
И вверх ногами шар земной!
Взлетая, падая, трубя,
Я понимал, что в центре мира
Неважно чувствует себя
На дыбу вздыбленная лира.
Но поздно.
Вдруг через барьер
Лечу, теряя чувство меры.
Карьер, вольера, интерьер,
Курьер
И прочие химеры…
И, ощутив давленье сфер,
Я вскоре превратился в атом.
Так перешёл за грань Попер-
Ечный.
А жаль его – новатор!
* * *
Иван Хараба́ров ( h t t p s : / / f e b - w e b . r u / f e b / k l e / k l e - a b c / k e 8 / k e 8 - 2 1 5 2 . h t m ) — русский советский поэт и переводчик поэзии народов СССР. На сайте «ИРКИПЕДИЯ.RU. Энциклопедия и новости Приангарья» о нём говорится так:
Основные темы поэзии Харабарова, отличающейся высоким гражданским пафосом, лиризмом, естественностью звучания, — преемственность поколений, любовь к родному сибирскому краю.
В 1965 году в антологии «День поэзии» было напечатано стихотворение поэта «Черемша», написанное им в тяжёлые и голодные годы Великой Отечественной войны:
По сибирским просторам
растёт черемша —
Неприметное с виду растение;
Ты сорви и попробуй её не спеша.
«Хороша!» —
улыбнёшься растерянно.
Черемша.
Или просто — таёжный чеснок.
Как она зелена
и как солнечна!
С непривычки собьёт
одним запахом с ног,
Коль в ушате
вкрутую засолена!
Вспоминаю я солнце
и тающий снег,
Молодое голодное небо.
В деревушке у нас
и картошки-то нет,
А не то что муки
или хлеба!
Эти годы далёкие я не забыл
И вовек не забуду, поверьте:
Постный суп с черемшой
нам на первое был,
Черемша — на второе
и третье!
На побывку с войны —
в чём держалась душа! —
Возвращались больные и раненые.
А на пищу-то им
лишь одна черемша,
Вся пропахшая влагою раннею!
И была с черемшою беда не страшна, —
Помогала она, врачевала.
Хорошо там иль плохо,
а всё же она
Нас от голода всех выручала!
И шептали старушки,
о чём-то молясь,
Меж собой вечерами толкуя,
Что, мол, это сама
мать сырая земля
Нам её посылает такую!
Эти дни миновали.
Но что ни пиши —
Всё, что есть во мне стойкого, гордого,
Всё упорство и твёрдость —
от той черемши,
Того стебля пахучего, горького!
И какие б невиданные чудеса
Мне сады ни сулили весенние —
Не забыть мне тебя,
черемша, черемша —
Неприметное с виду растение!
Из песни слов не выкинешь — была Александром Ивановым написана пародия на это стихотворение, была. То ли показалось ему слишком наивным повествование, то ли раздражало слух ему часто повторяющееся «черемша, черемша…», а то ли просто решил он, молодой и растущий пародист, что найден подходящий повод для литературной шутки — вряд ли мы когда-то узнаем. В 1966 году в «Литературной газете» № 31 был опубликован сокращённый, а в 1968 году в сборнике «Любовь и горчица» — полный вариант его пародии под названием «Черемшание»:
По сибирским просторам растёт
черемша…
. . . . . . . . .
Постный суп с черемшой
нам на первое был
Черемша –
на второе и третье!..
. . . . . . . . .
Не забыть мне тебя,
черемша, черемша…
(Иван Харабаров. «Черемша»)
Если нету у вас на обед
ни шиша,
Если мучает вас
малокровье,
Поезжайте в Сибирь,
где растёт черемша,
И питайтесь себе
на здоровье.
Лично я лишь одной
черемшою дышу
В неустанной сутолоке
быта.
Черемша, черемши,
черемше, черемшу,
Черемшою, надеюсь,
вы сыты?!
Предлагаю я всем
черемшовый паёк,
Пейте чай с черемшою
вприкуску.
Ну, а если случится потом
черемШОК, —
Прочитайте меня
на закуску!
И опять поневоле всплывает в памяти: «Как славно было бы, кабы / Они бы не были грубы!..»
* * *
Эмма Мошковская ( h t t p s : / / r u . w i k i p e d i a . o r g / w i k i / М о ш к о в с к а я , _ Э м м а _ Э ф р а и м о в н а ) — советская детская поэтесса и прозаик. Автор более 20 сборников стихов и сказок для дошкольного и младшего школьного возраста. Сама поэтесса говорила о своей поэзии, что она — своеобразная форма самовыражения, что пишет она не для детей, а о себе, передает собственное ощущение мира благодаря нерастраченной эмоциональной памяти детства. «Я маму мою обидел, / Теперь никогда-никогда / Из дому вместе не выйдем, / Не сходим с ней никуда…», «А у меня портфель в руке / С огромной двойкой в дневнике!..», «Зяблик: — Пинь! Пинь! Пинь! / Шубу скинь! Скинь! Скинь! / Зяблик распелся — / Зяблик согрелся» - наверняка среди этих строк вам встретились давние знакомые.
Вот начало стихотворения Эммы Мошковской «Вам не догадаться!»:
Вы ещё не знаете,
что я придумал ночью.
Вы не угадаете,
что я придумал ночью!
За хвост подёргать кошку?
Вам подставить ножку?
Или — подраться?
Вам не догадаться!
Я придумал
УТРО.
Я придумал
УТРО!..
Вставайте,
вставайте!
ВЕДЬ Я ПРИДУМАЛ УТРО!..
Много подобного в её творчестве. Зачастую поэтесса склонна к повторению используемых сюжетных и поэтических приёмов. Это не преминул отметить пародист в напечатанной в журнале «Детская литература» № 2 за 1967 год пародии «Что было внутри»:
Если очень постараться,
Очень-очень постараться,
Всё равно не догадаться,
Никогда не догадаться,
Ни за что не догадаться,
Что курица снесла?..
Яйцо она снесла!
Если снова постараться,
Очень сильно постараться,
То опять не догадаться,
Никогда не догадаться,
Ни за что не догадаться,
Что было в том яйце…
Цыплёнок дохлый был!
* * *
Владимир Лифшиц ( h t t p s : / / r u . w i k i p e d i a . o r g / w i k i / Л и ф ш и ц , _ В л а д и м и р _ А л е к с а н д р о в и ч ) — советский писатель, поэт, драматург, сатирик, сценарист. Начинал, главным образом, как автор стихотворений для детей. Выпустил около 30 книг стихов. Также является автором текстов песен ко многим известным советским кинофильмам, в том числе «Девушка без адреса», «Карнавальная ночь» («Песня о влюблённом пареньке», «Пять минут», «Таня-Танечка»), «Сказка о потерянном времени» и другим. Широко были известны его сатирические стихи, появлявшиеся на страницах«Литературной газеты» под коллективным псевдонимом «Евгений Сазонов».
В 1963 году в антологию «День поэзии» вошло написанное им стихотворение «Ночной полёт»:
Белый снег.
Синий лёд.
Взлётная дорожка.
Взял разбег
Самолёт.
Я гляжу в окошко.
Всё быстрей,
Всё быстрей,
Вот он оторвался!..
Красный свет
Фонарей
Подо мной остался.
И сейчас
Мне видна,
Ближе став немножко,
Только круглая
Луна
В круглое
Окошко.
Рядом
Девушка сидит,
Сняв платок и шубку.
Сбоку
Старый инвалид
Набивает трубку.
Обживается
Народ.
Людям отдых нужен.
Стюардесса
Несет
На подносе ужин.
С аппетитом
Ем и пью.
Взял конфету «Мишку».
Спрятав столик,
Достаю
Из портфеля книжку.
Все летят —
И я лечу
За мое почтенье!
Все молчат —
И я молчу,
Погрузился в чтенье.
Спать охота,
Вот беда…
Ну и что же,
Если
Нет кровати,
Тогда
Можно спать и в кресле…
Подремавши,
Глаза
Открываю вскоре —
Бьёт в глаза
Бирюза:
Море, море, море!
И земля
Под крылом
Зеленью одета.
Это мы
Из зимы
Прилетели в лето!
Своё сакраментальное «— Это и я так могу!» злодей Промокашка из фильма «Место встречи изменить нельзя» скажет, но гораздо позже и по совсем другому поводу. Александр же Иванов словами разбрасываться не стал, а написал пародию, которая сначала, в 1967 году, печаталась в сборнике«Детская литература» № 2, а в 1968 году вошла в его первую книгу «Любовь и горчица» под названием «Между небом и землёй»:
Белый снег.
Синий лёд.
Взлётная дорожка.
Взял разбег
Самолёт,
Я гляжу в окошко.
(Владимир Лифшиц)
Где-то лёд.
Где-то зной.
Слушайте счастливца.
Между небом
И землёй
Жаворонок (Лифшиц).
Тра-та-та,
Красота,
Не было заботы,
Вышла кошка
За кота
И ушла с работы.
На поляне
В лесу
Выросла поганка.
Укусила
Вошь лису,
Дура, хулиганка.
В море – кит.
В поле – рожь.
В переулке – лужи.
Я пишу,
Я хорош,
Остальные – хуже.
Ха-ха-ха,
Хи-хи-хи!
Ловкое коленце.
Сочиняем мы
Стихи,
Мы – не иждивенцы!
* * *
Владимир Приходько ( h t t p s : / / r u . w i k i p e d i a . o r g / w i k i / П р и х о д ь к о , _ В л а д и м и р _ А л е к с а н д р о в и ч ) — русский писатель, детский поэт, переводчик и журналист. Первый его поэтический сборник — «Прогулки под дождём» — был опубликован в 1964 году. Для эпиграфа к своей пародии Александр Иванов взял не стихотворение — но некую тенденцию, обнаруженную им на страницах данного сборника. Несколько казалось бы, не связанных между собой строчек:
Мы стоим в лесу с Вероникой.
Вижу – соседская Настя…
Жизнь-то вся впереди, правда, Нина?
Пародия на «это», опубликованная в 1967 году в журнале «Смена» № 7, получила название «Прогулки с Приходько»:
Пахнет спелою земляникой.
Воздух! Батюшки! Ну и ну!
Я стою в лесу с Вероникой,
Вспоминая свою жену.
Увлекательная картина,
Я от радости весь горю.
Как прекрасна ты, Валентина! –
Серафиме я говорю.
Пахнет Зоей, Галиной, Никой,
Тянет свежестью и росой.
Консервированной клубникой
И любительской колбасой.
Звёзды светятся над Россией,
Я последний кладу мазок:
Дело пахнет Анастасией,
Но об этом – в другой разок…
* * *
В числе своих любимых русского поэта Серебряного века Игоря Северянина ( h t t p s : / / r u . w i k i p e d i a . o r g / w i k i / С е в е р я н и н , _ И г о р ь ) Александр Иванов упоминал неоднократно. А вот нечто, напоминающее пародию на его стихи, представил на суд читателей всего однажды. Источником вдохновения пародиста в данном случае стало стихотворение «Кэнзели», написанное в 1911 году:
В шумном платье муаровом,
в шумном платье муаровом
По аллее олуненной
Вы проходите морево...
Ваше платье изысканно,
Ваша тальма лазорева,
А дорожка песочная
от листвы разузорена –
Точно лапы паучные,
точно мех ягуаровый.
Для утонченной женщины
ночь всегда новобрачная...
Упоенье любовное
Вам судьбой предназначено...
В шумном платье муаровом,
в шумном платье муаровом –
Вы такая эстетная,
Вы такая изящная...
Но кого же в любовники?
и найдется ли пара Вам?
Ножки плэдом закутайте
дорогим, ягуаровым,
И, садясь комфортабельно
в ландолете бензиновом,
Жизнь доверьте Вы мальчику,
в макинтоше резиновом,
И закройте глаза ему
Вашим платьем жасминовым –
Шумным платьем муаровым,
шумным платьем муаровым!..
Публикация пародии под названием «Поэза тринадцатая» также известна (мне) всего одна — в № 2 «Литературной газеты» за 1968 год:
Там, где ночь овосторжена
шумным шёлком муаровым,
Где драпри бледно-розово,
там, где крем «Violett»,
В бельэтаже Марусином
бредит сном будуаровым
экспедитор Мирэллии
кавалер де Валетт.
Было всё так изысканно,
очистительно-адово,
Он читал ей, мучительно,
содрогаясь в душе.
Что-то игорекобзево,
эдуардоасадово.
Что-то евгениальное,
что-то под Эф туше!
* * *
Известнейшийсоветский поэт, прозаик, публицист, общественный и политический деятель, переводчик, Герой Социалистического Труда Расул Гамзатов ( h t t p s : / / r u . w i k i p e d i a . o r g / w i k i / Г а м з а т о в , _ Р а с у л _ Г а м з а т о в и ч ) свои стихи писал исключительно на родном, аварском языке. Казалось бы, пародисту в данном случае «ловить нечего»? Отнюдь! Ну, то есть, пародий на стихи Расула Гамзатова Александр Иванов по этой самой причине не создавал, но эпиграммы…
Многие композиторы, в том числе Ян Френкель, Оскар Фельцман, Раймонд Паулс, Юрий Антонов, Александра Пахмутова писали музыку к прекрасным песням на его стихи, исполнявшимся Анной Герман и Муслимом Магомаевым, Иосифом Кобзоном и Валерием Леонтьевым, Софией Ротару и Вахтангом Кикабидзе, Марком Бернесом и Дмитрием Хворостовским. За это мы должны благодарить поэтов, создававших переводы его стихов на русский язык — Якова Козловского, Елену Николаевскую, Владимира Солоухина, Роберта Рождественского, Андрея Вознесенского, Юнну Мориц. А поэт Наум Гребнев воистину может считаться полноправным соавтором бессмертной песни «Журавли»…
Стоит также упомянуть о «Надписях» — цикле коротких стихотворений-изречений, в которых Расул Гамзатов в поэтической форме рассуждает о вещах, его окружающих — как о различных предметах (кинжалы, знамёна, скалы и карикатура на самого поэта),так и о людях (поэты, литераторы, друзья и даже знакомый парикмахер).
Многословно поясняю, согласен, но смотрите сами — вот так напечатанная в № 18 «Литературной газеты» за 1968 год по видению Александра Иванова выглядит гамзатовская «Надпись на стремени»:
(Расул Гамзатов. Перевёл с аварского Я. Козловский)
Когда любовь, как непокорный конь,
Устав,
замедлит бег на горном гребне,
Кто в сердце скакуна зажжёт огонь?
Мой несравненный друг
товарищ Гребнев!
Одна из первых эпиграмм, озаглавленная «Расулу Гамзатову (Уроженцу аула Цада)», появилась в сборнике 1969 года«…О двух концах», который был создан творческим дуэтом Александра Иванова и Александра Рейжевского:
Нам такого дал поэта
Этот маленький аул,
Что никто не даст ответа,
Где фольклор, а где Расул…
А вот в № 12 журнала «Юность» за 1970 год можно прочесть уже эпиграмму, созданную самостоятельно Александром Ивановым:
С успехом демонстрирует поэт
Всю многогранность творчества богатого.
Уж невозможно отыскать предмет,
На коем не было бы надписи Гамзатова.
* * *
Алексей Сурков ( h t t p s : / / r u . w i k i p e d i a . o r g / w i k i / С у р к о в , _ А л е к с е й _ А л е к с а н д р о в и ч ). О нем можно сказать сухо, как обо всех прочих — русский советский поэт и литературный критик, общественный деятель; педагог, журналист, военный корреспондент. А можно вспомнить «Бьётся в тесной печурке огонь…», «Смелого пуля боится, смелого штык не берёт! …», «Мы не дрогнем в бою / За столицу свою, / Нам родная Москва дорога. / Нерушимой стеной, / Обороной стальной / Разгромим, уничтожим врага!», «По военной дороге / Шёл в борьбе и тревоге / Боевой восемнадцатый год…»
В одном из стихотворений Алексея Суркова послевоенного периода (а период этот для Суркова был отмечен многочисленными зарубежными поездками по линии СП СССР) внимание Александра Иванова привлекли следующие строки:
Пальмы непомерной вышины,
Древних пагод каменные груды,
Буйволы, удавы и слоны,
Даже ламы, даже зубы Будды…
Только что-то мне не по себе
На прекрасном острове Цейлоне.
В «Литературной газете» № 34 за 1968 год была напечатана пародия Александра Иванова, философски названная им «Дома лучше»:
Я в Коломбо. Пряный аромат.
Тут же, как на грех, встречаю Будду,
Но поскольку я не дипломат,
С Буддой я беседовать не буду.
Еду, наблюдая, вдруг гляжу –
Мне навстречу многорукий Шива.
Я его, конечно, обхожу.
Что-то радом с Шивой мне паршиво.
Сотни экзотических зверей:
буйволы, удавы, обезьянки…
Только мне приятней и теплей
В неблагоустроенной землянке.
Мне не по душе чужой огонь
И чужого неба бирюза.
…и поет мне в Коломбо гармонь
Про улыбку твою и глаза.
Эдинбург – Берлин – Переделкино – Коломбо – Москва – Алжир – улица Горького
1941-1955-1968
А в сборнике «Антология сатиры и юмора России XX века. т. 41: Эпиграмма» (2005) состоялась публикация эпиграммы Алексею Суркову, написанной в своё время тандемом авторов Александр Иванов - Александр Рейжевский:
«Бьется в тесной печурке огонь …»
Бьется скоро он тридцать уж лет.
И поет нам в землянке гармонь,
Почивает на нарах* поэт.
* «На нарах» следует читать «на лаврах». – Примечание авторов.
* * *
Осип Колычев ( h t t p s : / / r u . w i k i p e d i a . o r g / w i k i / К о л ы ч е в , _ О с и п _ Я к о в л е в и ч ) — русский советский поэт и переводчик, журналист, военный корреспондент. Известен в основном по стихам, ставшим песнями, многие из которых вошли в репертуар Краснознамённого ансамбля песни и пляски Советской армии имени А.В. Александрова — это, прежде всего, «Песня о Советской Армии» («Несокрушимая и легендарная»), а также «Ласточка-касаточка», «Широка душа солдатская», «Ой, ты вишня», «Тридцать четвёрка», «Баллада о Сталине», «Сталин родной», «Святое Ленинское знамя», «…Если Сталин сказал», «Поэма об Украине», «Эшелон за эшелоном», «Боевая красногвардейская», «Песня о Ворошилове» и другие.
Чувствуете?! Даже не верится, что среди всего этого пародист нашёл-таки строки, которые смогли его заинтересовать. А ведь нашёл! Всего одно зерно — но жемчужное! В пылу борьбы за, как сказали бы теперь, «традиционные ценности» из-под пера Осипа Колычева вышли такие вот строки:
Стиляжьи штиблеты модерна
Порой не натянешь никак.
Но служит спокойно и верно
Разношенный ямба башмак.
И, знаете, чтоб не только своими словами…
Журнал «Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Лингвистика» (2022). Научная статья по специальности «языкознание и литературоведение» автора Владимира Ильича Карасика «Дискурсивная точность: функциональные характеристики» (отрывок):
Точность и неточность в художественном общении
Художественная точность представляет собой яркое образное обозначение эстетически значимого переживаемого фрагмента реальности. …
Примеры художественной неточности весьма многочисленны и отчётливо показаны в пародиях на неудачные опыты стихотворцев. Показателен текст известного пародиста Александра Иванова:
Стиляжьи штиблеты модерна
Порой не натянешь никак.
Но служит спокойно и верно
Разношенный ямба башмак.
(Осип Колычев)
Пусть помнят стиляги и монстры,
Как, дверь запирая на крюк,
Ношу я свободно и просто
Поношенный ямба сюртук.
Пусть те, кто бесстыдно поносит
Меня за излюбленный штамп,
Поймут, что хотя я и Осип,
Но все-таки не Мандельштам!
Пусть те, кто не знает России,
Увидят меня за столом
В портах амфибрахия синих,
С нахмуренным гневно челом.
Извечный противник модерна,
Я с классикой с детства дружу.
С тех пор я спокойно и верно
В галоше хорея сижу!
Неудачное в семантическом и фонетическом планах словосочетание «ямба - башмак» получило насмешливую интерпретацию в тексте пародиста. Критику вызвала идея странного сопоставления стихотворных размеров и одежды и обуви. Отметим, что странным в этом тексте является упоминание о Мандельштаме, но пародист прав, отметив использование штампа в исходном тексте. В тексте пародиста башмак превращается в галошу. Исходный и пародируемый тексты написаны трёхстопным амфибрахием, семантический ореол которого включает ассоциации спокойного размеренного движения, к которым по воле пародиста примкнули порты (т. е. штаны) синего цвета.
От себя считаю необходимым лишь добавить, что эта пародия впервые была напечатана в № 34 «Литературной газеты» за 1968 год под названием «Нам бы ямбы».
* * *
Николай Тихонов ( h t t p s : / / r u . w i k i p e d i a . o r g / w i k i / Т и х о н о в , _ Н и к о л а й _ С е м ё н о в и ч ) — русский советский писатель, поэт и публицист, общественный деятель. С 1949 года — председатель Советского комитета защиты мира.
На протяжении 1920-х годов считался одним из самых популярных советских поэтов. Строки из его «Баллады о гвоздях» стали крылатыми:
Гвозди бы делать из этих людей:
Крепче бы не было в мире гвоздей.
Позднее эти строки и вся биография Николая Тихонова побудили Александра Иванова и Александра Рейжевского посвятить ему совместное посвящение, напечатанное в 1969 году в сборнике«…О двух концах»:
Железной твёрдостью
в поэте
Мы все давно восхищены.
Поэт вбивает гвозди эти
В гроб поджигателей войны.
Занимался Николай Тихонов также переводами грузинских, армянских, дагестанских поэтов, что послужило поводом к появлению в 1968 году на страницах «Литературной газеты» № 45 пародии Александра Иванова под названием «Грузинская баллада»:
Мцхета. Цхнети. Сагурамо.
Хачапури. Сацибели.
Ладжапури. Гурджаани.
Алазань. Шашлык. «Грузвин».
Хаши. Лобио. Тбилиси.
Цинандали. Метревели.
Генацвале. Гамарджоба.
Я страны советской сын!
Кое где в сети утверждается, что это пародия на стихи Николая Тихонова «Старая Грузинская дорога». Прямых подтверждений тому обнаружить не удалось, а вот на стихотворение «Рустави» — очень похоже.
Ещё одно посвящение Александра Иванова «Николаю Тихонову» вошло в сборник 1978 года «Красная Пашечка»:
Он прошёл над Алазанью
Поседелый, как сказанье,
Нержавеющий, как гвоздь,
Он везде желанный гость.
* * *
Яков Аким ( h t t p s : / / r u . w i k i p e d i a . o r g / w i k i / А к и м , _ Я к о в _ Л а з а р е в и ч ) — советский детский поэт, сценарист, фронтовик. У него очень «детские», добрые и во многом наивные стихи, все их герои — очень воспитанные, усердные в труде и прилежные в учёбе дети. Современные составители сборников детских стихов даже объединили некоторые стихотворения Якова Акима и Корнея Чуковского под обложкой «говорящей» книги «Чудо расчудесное. Открой - и слушай стихи».
В сборник 1968 года «Любовь и горчица» Александр Иванов включил пародию на творчество (ибо — без эпиграфа!) Якова Акима под названием «Чудо-бородач»:
В третьем классе я учусь,
От рахита не лечусь
И мечтаю для красы
Отпустить себе усы.
У меня – вот это да! –
Отрастает борода.
Вы такую бородищу
Не видали никогда.
Разевают люди рот:
Борода моя растёт!
– И откуда что берётся? –
Удивляется народ.
С бородою я хожу,
Свысока на всех гляжу,
Потому что в третьем классе
Пятый годик я сижу…
Возможно, пародист увидел в творчестве Якова Акима этакий детский вариант «взвейтесь да развейтесь!» — и решил слегка похулиганить, представив читателям «альтернативное» прочтение детской поэзии. В общем — не зло и, пожалуй, даже не грубо.
* * *
Сергей Марков ( h t t p s : / / r u . w i k i p e d i a . o r g / w i k i / М а р к о в , _ С е р г е й _ Н и к о л а е в и ч ) — русский советский поэт, прозаик и историк, географ, путешественник, архивист, этнограф, журналист. Действительный член Географического общества СССР (1946). Член Союза писателей СССР (1947).
Википедия:
По инициативе Маркова Госпланом СССР были выделены средства на регулирование русла р. Нуры (1930), сооружён памятник-маяк Семёну Дежнёву на мысе Дежнёва, присвоено имя Александра Грина одному из островов в северной части Тихого океана, восстановлена Триумфальная арка в Москве в память о победе над Наполеоном.
Человек с очень сложной судьбой, однако не сломавшийся. Желающим подробностей могу порекомендовать статью Станислава Золотцева «Искатель живой воды. Роман-исследование о писателе Сергее Маркове», опубликованную в журнале «Сибирские огни» № 7 за 2003 год ( h t t p s : / / p o i s k . n g o n b . r u / f l i p / p e r i o d i k a / s i b o g n i / 2 0 0 3 / 0 0 7 / 1 6 8 / ). Оттуда я лично впервые узнал, что «Золотая Баба», «Белая Тара» или «Дара-Эхе» — это разные имена самой загадочной богини, чьё скульптурное изображение почиталось многими народами Центральной Азии, Сибири и Поволжья как символ «праматери» человечества.
Зачем мне и вам это? А всё просто. Одно из написанных Сергеем Марковым в 1967 году стихотворений носит название «Белая Тара»:
Жирный лама Жамьян-жамцо,
Погрязший в смертном грехе,
Всем говорил, что видел в лицо
Богиню Дара-Эхе.
Он уверял, что, недавно она
Была в Стране Антилоп,
В белую женщину воплощена,
В руках не лотос, а сноп.
Смешав с молитвой низкую лесть,
Весел и в меру пьян,
Схватив бумаги целую десть,
Писал о богине Жамьян.
Жамьян похитил алый коралл,
Воспетый в древнем стихе,
Тибетскую ткань из музея украл ―
В подарок Дара-Эхе!
Зря ликовал Жамьян-жамцо,
Поглаживая живот.
Живую богиню я знаю в лицо,
А лама хвастливый ― лжет!
Знаю, что женщин (даже богинь!)
Туда, где опасна стезя, ―
В самую глубь нагорных пустынь ―
Одних отпускать нельзя…
Жамьян-жамцо! Не обессудь ―
С тобой еще встретимся мы.
Судьбой мне завещан священный путь
По владеньям вечной зимы.
В оленьих унтах, в сибирской дохе,
Сквозь снег и морозный свет,
Белая Тара – Дара-Эхе
Пойдет за мною в Тибет!
Другое стихотворение Сергея Маркова, «Су-Ээзи́ — Водяной Дух», было написано ещё раньше — в 1927 году:
И в Эликмана́ре и в Узнези́,
В ущельях горных —везде
Я слышал хвалы тебе, Ээзи́,
Живущему в бурной воде.
К тебе, приминая высохший лист,
Безмолвно шли сквозь туман
С китайским шёлком контрабандист
И с бубном звонким шаман.
Они утомляли мольбами твой слух,
Искали лёгких удач,
Тебя я видел, сердитый дух
И слышал Катуни плач.
Река скакала по скатам скал
Конём, резвящимся смолоду,
А ты, Ээзи́, на валун намотал
Свою широкую бороду.
Потом, прищурив зелёный глаз,
Бросал в меня пеной звонкой,
На дно уходил, возвращался не раз,
Вертел водяною воронкой.
Когда ты меня устрашал, кипя,
Я только взмахнул нагайкой.
В другой раз я, Ээзи́, у тебя
Сидел с пригожей алтайкой.
Свидетели - лес и горы... Но вот,
Зелёный от скользкой тины,
Вцепившись руками в водоворот,
Ты вылез до половины.
Посмотрим, кто кого изведёт!
Глаза твои старые жа́лки.
Живёшь в Катуни который год,
Поди, надоели русалки?
А тут - соседство трепетных рук,
Земная, тёплая сила...
На дно обрушился так, что луг
Волна едва не скосила!
Тебя, Ээзи́, я видел опять
Когда, позволив туману
Свободно в твоей бороде гулять,
Ты плакаться вздумал шаману.
Но жрец не сказал в ответ ничего,
Любуясь зарёю пригожей.
Шаман был бессилен, хоть бубен его
Обтянут был новой кожей.
Вы тоже заметили тенденцию? Во-о-от! А Александр Иванов не просто заметил, но и написал пародию, впервые напечатанную в 1972 году в сборнике «Не своим голосом», а в последующем неоднократно публикуемую и исполняемую в ходе концертов и творческих вечеров. Ценители творчества пародиста знают о ней наверняка. Название этой пародии — «Случай в Коп-Чик-Орде»:
Жирный лама Жамьян-жамцо,
Погрязший в смертном грехе,
Всем говорил, что видел в лицо
Богиню Дара-ехэ.
. . . . . . . . . . .
И в Эликманаре и в Узнези,
В ущельях горных – везде
Я слышал хвалы тебе, Ээзи,
Живущему в бурной воде.
(Сергей Марков)
Пахла ночь, как голландский сыр,
Когда, прожевав урюк,
Ушёл искать красавец Тыр-Пыр
Красавицу Тюк-Матюк.
Сто лет искал он её везде,
На небе и под водой.
Нашёл он её в Коп-Чик-Орде,
Что рядом с Кишмиш-ордой.
Она вскричала: «Бэбэ, мэмэ!
Полундра! Мизер! Буза!»
Хотя он не понял ни бе, ни ме,
Сверкнули его глаза.
Призвал к себе их абориген,
Владыка Туды-Сюды.
И жирный лама Глотай-Пурген
Сказал им: «Аллаверды!»
Ещё сказал он: «Пардон, батыр,
Битте-дритте Утюг!»
И пала в объятья красавцу Тыр-Пыр
Красавица Тюк-Матюк.
* * *
Ещё один повод возразить «критикам», убеждённым, что Александр Иванов писал свои пародии исключительно на произведения малоизвестных сочинителей стихов, не покушаясь на действительно выдающихся и талантливых. Маргарита Алигер ( h t t p s : / / r u . w i k i p e d i a . o r g / w i k i / А л и г е р , _ М а р г а р и т а _ И о с и ф о в н а ) — русская советская поэтесса и переводчица, журналистка, военный корреспондент. Тональность и глубина лучших её произведений настолько пронзительны, что «александроивановское» посвящение ей, впервые напечатанное в № 6 журнала «Вопросы литературы» за 1986 год, звучало так:
Сказал однажды некто незабвенный,
Явив тем самым рыцарства пример:
«Мне не смешно, когда фигляр презренный
Пародией бесчестит Алигер!»
Однако и «полноценную» пародию Александра Иванова на своё творчество Маргарита Алигер всё же получила. Не являясь знатоком, не берусь утверждать, существует ли конкретное стихотворение, послужившее пародисту основой и побудительной причиной для её написания. Вероятнее всего, что нет, ибо эпиграф эту пародию не предваряет. Напечатана она была в сборнике 1968 года«Любовь и горчица» под названием «Несколько шажков»:
Жизнь моя насыщена покуда.
Ноги. Руки. Голова. Лицо.
Я хожу отсюда и досюда,
Жизнь моя – Садовое кольцо.
Помню ту, а также эту дату,
Вспоминаю первый свой шажок.
Я была Дюймовочкой когда-то,
А теперь я выше на вершок.
Что такое узы Гименея?
Сандрильона,
как же ты хрупка!
Принц ушёл, мыча и цепенея,
Он теперь начальник ОТК.
Я теперь (не плачьте) поэтесса,
Ты теперь студентка МГУ.
То-то и оно. Всё это – пьеса.
…Ничего добавить не могу.
* * *
Наталья Астафьева ( h t t p s : / / r u . w i k i p e d i a . o r g / w i k i / А с т а ф ь е в а , _ Н а т а л ь я _ Г е о р г и е в н а ) — русская и польская поэтесса, переводчица.
Стихотворение Натальи Астафьевой (без названия), которое привлекло внимание Александра Иванова, было напечатано в альманахе «День поэзии» 1963 года:
Я никогда не изменю.
Я не обижу даже кошки,
я напою котят из плошки,
я утоплю тоску мою.
Пусть тень не закрывает день
с его полями и лесами,
с его зелёными лугами,
с его площадкой для детей.
Уют рабочего посёлка
как будто столик на двоих.
За листьями жилые блоки
с любовной планировкой их.
Приподнято сосредоточен
квартал, машины не снуют…
Здесь инженеры и рабочие
с большим достоинством живут.
Раздумчивые зрачки
на тонко высеченных лицах…
Треть жизни ездят москвичи.
Вам позавидует столица.
Серьёзности, и глубине,
и современности, и толку.
Уют рабочего поселка
С его достоинством -
во мне.
Стихотворение-наблюдение такое получилось, стихотворение — бытовая зарисовка. Рваный сюжет, неровное, где-то даже нервное повествование… в общем-то ни о чём. Немного поиграв словами и ассоциациями, присутствующими в стихотворении, Александр Иванов создал на него пародию, которая впервые появилась в сборнике 1968 года «Любовь и горчица» под названием… «Суп с котом»:
Я никогда не изменю.
Я не обижу даже кошки,
я напою котят из плошки,
я утоплю тоску мою.
(Наталья Астафьева)
Хоть свет и не в одном лукошке,
хоть как сестра я их люблю,
я уведу котят от кошки
и, горько плача, утоплю.
Я зарыдаю
– Кошки, крошки,
не обижайтесь, –
а потом,
верна себе, я понарошке
сварю на кухне суп с котом
Я похлебаю суп из плошки,
тем самым дав урок котам,
и мясо съем.
А ушки, ножки
на суп читателям отдам!..
«… на суп читателям». Что ж, пожалуй, действительно, только — туда.
* * *
Соломон Фогельсон ( h t t p s : / / r u . w i k i p e d i a . o r g / w i k i / Ф о г е л ь с о н , _ С о л о м о н _ Б о р и с о в и ч ) — советский поэт-песенник, режиссёр, актёр. Автор слов многих известных песен — «Потому,потому, что мы — пилоты…», «Эй, моряк, ты слишком долго плавал…», «Мне сверху видно всё, - ты так и знай!», «Ой вы ночи,матросские ночи, / только море да небо вокруг»…
В антологию «День поэзии 1963» (ленинградское издание) вошло стихотворение Соломона Фогельсона «Выступление в прениях». В нём, как можно догадаться, поэт подводит итог неким обсуждениям животрепещущих вопросов, затрагивающих поэтический творческий процесс. Это«Выступление…» завершается следующими строками:
Я подхожу к стиху с оценкой,
Рожденной тридцать лет назад,
Когда был в люльке Евтушенко,
Л. Слуцкий бегал в детский сад.
Слыть консерватором рискуя,
При всём при том я не грущу, —
Быть Маяковским не могу я.
А Вознесенским — не хочу!
Подметив в данном «выступлении» тенденцию к превознесению поэтом самоценности количества собственных прожитых лет (и, кажется, небезосновательно), в 1968 году в сборник «Любовь и горчица» Александр Иванов включил пародию под названием «Бег на месте»:
Когда Гомер качался в люльке,
Мне было лет примерно семь,
Омар Хайям играл в бирюльки,
А Блока не было совсем.
Отбросив грусть и не тоскуя,
Стремясь здоровье сохранить,
Слыть консерватором рискуя,
Я начал сам себя ценить.
До сей поры живу я с оной
Оценкой. В прениях кричу.
Хочу остаться Фогельсоном,
А Соломоном* — не хочу!
* Соломон — древний мудрый царь.
* * *
Владимир Британишский ( h t t p s : / / r u . w i k i p e d i a . o r g / w i k i / Б р и т а н и ш с к и й , _ В л а д и м и р _ Л ь в о в и ч ) — советский и российский поэт, прозаик, литературовед и переводчик (особенно — с польского и на польский). Из любопытного — лауреат нескольких польских литературных премий, награждён нагрудным знаком «За заслуги перед польской культурой», Офицерским крестом Ордена Заслуг перед Республикой Польша, Командорским крестом Ордена заслуг перед Республикой Польша. Многозаслуженный, в общем.
На строчки из следующего его стихотворения (без названия), напечатанного в антологии «День поэзии» 1962 года, обратил внимание Александр Иванов:
Я в отпуске.
Я гость.
Я эгоист.
За стол присядем —
будто я в президиуме.
Мне мать старается обедом угодить.
Отец и брат ко мне предупредительны.
И ломтиками режут мне лимон,
и коньяку пододвигают рюмку —
я чокаюсь, протягивая руку.
Но я уже отрезанный ломоть.
Мы обсуждаем быт, бюджет семьи
и живописи каверзные свойства.
А предо мною — Северная Сосьва:
январь, а всё дымятся полыньи!
Вон — лошади заметны на снегу.
Вон — лыжники.
А кто — сейчас увидим.
Наверно, это Яков Чусовитин
из двухнедельной вылазки в тайгу.
Я дома.
Я в гостях.
Я отпускник.
Я маменькин сынок ещё.
Я Вова.
Как мог я эти годы жить без них!
Как мыслить я могу уехать снова!
Мне прилепиться б к этим старикам,
к их ритуалу,
к быту,
к их бюджету.
И не блуждать и не метаться там,
где ничего устойчивого нету.
Я сплю…
(Прозрачны сны мои.)
Я сплю…
(И редкостны, как двойники кристаллов.)
Не царства ли Сибирского послу
такой прием у петербуржцев старых?
Я сплю, как в детстве, лёжа на спине.
Во мне проходит плоскость симметри́и.
И Ленинград срастается во мне
с просторами пережитой России.
Как мне видится, в целях поддержания вот той самой «симметри́и» Александр Иванов написал и включил в сборник 1968 года «Любовь и горчица» пародию под названием «Поэт в пелёнках»:
Я дома.
Я в гостях.
Я отпускник...
Я маменькин сынок ещё!
Я Вова!
(Владимир Британишский)
Я в зеркале свой изучаю лик —
Горящий взор.
На помочах штанишки.
И скромно размышляю:
Как велик,
Высокообразован Британишский!
Познал я жизнь и вдоль и поперёк,
Бескомпромиссно,
Дьявольски сурово...
И всё-таки
Я маменькин сынок,
Поэт в пелёнках —
Британишский Вова...
* * *
Конечно же, количество поэтов, на чьи произведения Александр Иванов писал пародии всего однажды, гораздо больше, нежели представленное здесь. К этой теме мы ещё вернёмся и, уверен, не однажды. Ведь даже и с одного раза пародист не раз, что называется, «попадал в десятку».
А на этом — разрешите откланяться. Пока. Во всех смыслах :-)
Спасибо за чтение
Вернуться к книге