О чем-то важном

1. Струны души

— Чего ты опять начинаешь?

— Чего? Чего?! Да ты отрываешь меня от цивилизации! Ссылаешь в эту дыру на неделю! НЕ-ДЕ-ЛЮ!

— Миш, они твои бабушка и дедушка. К тому же, мы ведь тебе объяснили причину.

— Переезд? А вы где-то же жить будете!

— Мы остановимся у тети Тани. Миш, у нас не будет времени и возможности еще и за тобой приглядывать. Мы будем только ночев...

— Приглядывать?! Я что, ребенок? Мне четырнадцать! Я — взрослый!

— В таком случае веди себя как взрослый! А то ноешь, как шестилетняя девчонка! — не выдержал отец, везущий нас в деревню.

— Прекрасно! — воскликнул я и воткнул наушники.

Родители задумали переезд, а страдать должен я. Видите ли, я недостаточно взрослый, чтобы остаться на неделю у друзей. А у тети Тани на всех места не хватит.

Деревня... Нет, я люблю бабушку и дедушку, честно. Но что мне там делать? Мне, жителю цивилизации? В земле возиться, как крестьяне? Крепостное право вроде как отменили. Да и к тому же, я — медийная личность. Мне нельзя пропадать на целую неделю!

Зашел в свой паблик и капсом написал: «ПРОПАДУ НА НЕДЕЛЮ. ЖИЗНЬ НЕ СПРАШИВАЕТ, ОНА ДИКТУЕТ». Сразу полегчало.

К счастью у меня есть определенный дар — в дороге меня всегда клонит в сон.

***

— Мишенька! Я так рада, что ты, наконец, приехал! — выбежала встречать бабушка.

— На рыбалку сходим! — подоспел дед.

Я молча взял свою сумку и пошел в дом. Нет повода для такой радости. Просто выкинутая из жизни неделя.

Пока родители что-то обсуждали со стариками, я зашел в свой паблик. Хотя бы тут меня не бросили. На душе потеплело. Под моим постом накопилось уже восемьсот девяносто три комментария в стиле «Что случилось???», «М, ты в порядке???», «М, держись, мы тебя любим!». Были, конечно, и хейтеры, но я их тут же баню.

Так, печатаю: «Не переживайте, любимые мои, со мной все хорошо! Просто столько всего навалилось в последние дни — работа, учеба. Решил взять небольшой отгул и уехать в глушь без коммуникаций. Так сказать, восстановить душеную идиллию. Почту читать сейчас не получится, но и о вас забывать тоже не буду.».

Грузит. Деревня...

***

Три дня оказались такими же длинными как Ермунганд. Кто не знает, это змей из скандинавской мифологии. Он настолько большой, что окольцевал землю. Делать просто нечего. Интернет ловит плохо, от чего ни музыку не послушаешь, ни фильмы не посмотришь. Скука.

— Миш, ты уже третий день из комнаты не выходишь. Сходил бы погулял, чего тухнуть?

— Ба, куда я пойду? Я тут никого не знаю.

— Так познакомился бы.

— И о чем мне говорить? О картошке?

— Миш, ты ведь музыкой увлекаешься. У нас тут клуб есть. Сходил бы туда, развеялся.

— Ты же знаешь, я ненавижу танцы!

— Миш...

— Все, ба! Хочешь, чтобы прогулялся? Пойду. Только отстань от меня!

Я вылетел на улицу и побрел. Куда? Мне все равно. Обычный летний вечерок.

Я нашел парк. Чуть дальше за ним был тот самый клуб. Видимо, это единственное тут место, где можно развлечься, вот и ведут сюда все дороги. Вздохнув, сел на лавочку и пустил мысли в свободное плавание.

— Привет, — услышал я и моргнул.

Передо мной стояла девушка в синем платье.

— Привет, — слегка смущенно ответил я.

— Ты чего тут один такой грустный сидишь?

— Почему ты так думаешь?

— Потому что у тебя на лице все написано. Я — Лиза.

— Миша, приятно познакомиться.

— Взаимно. Так что ты тут грустишь? — она села рядом. — Ты ведь не местный. Случилось что?

— Приехал сюда на неделю не по своей воле. А у вас и делать нечего, и интернет плохо ловит, — скривился я.

Лиза, к моему удивлению, рассмеялась.

— А ты как хотел? На то мы и в деревне. Я сюда каждое лето приезжаю. Мне тут больше нравится, чем в душном городе. Я в клуб иду. Подруги еще не пришли, а я тебя увидела, такого несчастного. Пойдешь с нами?

— Нет, спасибо. Терпеть не могу танцы. Да и выгляжу я нормально! Тебе просто показалось.

— Ты не любишь веселье?

— Я — музыкант, — гордо ответил я. — У меня свой паблик. Там три тысячи четыреста семьдесят девять подписчиков. Я привык управлять музыкой, а не слушать ее.

— Ты пишешь музыку? — удивилась Лиза.

— Нет, я — диджей. Составляю подборки, которые нравятся людям.

Лиза замолчала. Вдруг встала, крутанулась и улыбнулась.

— Значит, любишь музыку?

— А как профессионал может не любить свое дело? — снова гордо ответил я.

— Подружки пришли, мне пора. Приходи завтра к восьми на это же место. Кое-что тебе покажу.

Развернувшись, она упорхала.

***

Долго думал, идти мне или нет. В конце концов, что я теряю? Делать все равно нечего.

— Привет! — раздался веселый голос.

— Привет, — буркнул я. — Ты что-то хотела показать.

— Конечно. Пойдем, нам на окраину.

Она верещала не умолкая. Про себя, про учебу, про увлечения. Лиза оказалась всего на год младше меня. А болтушка — не заткнешь. Все же, лучше, чем одному. Вот я и слушал.

— Давай тут к реке спустимся.

— Здесь же все камышом поросло, разве нет? Дедушка говорил, в деревне всего один пляж.

— Ну мы ведь и не купаться идем. Я завтра уезжаю, так что будет тебе как скоротать время.

Я ничего не понял, но пошел следом. Пробравшись через неприветливые кусты, мы оказались в рощице. Заходящее солнце подсвечивало кроны деревьев, создавая магический свет. Повеяло прохладой от реки.

— Так, — вдруг шепотом произнесла Лиза. — Иди за мной и не шуми!

Она взяла меня за руку и повела за собой. Не понимая, что происходит, я уже хотел возмутиться, как услышал это.

Тоненькая визгливая ленточка мелодии, принесенная ветром, пробудила во мне интерес и заставила прислушаться. Она не умолкала, плавно извиваясь, рисуя в моем изображении узоры, навевая воспоминания. Я вспомнил детство. Как давным-давно с бабушкой и дедушкой ходил на концерт. Это скрипка, я уверен!

Поднявшись выше, мы увидели старого дедушку, сидящего к нам спиной. Он действительно в руках держал скрипку. Но он не играл на ней, он делился эмоциями, воспоминаниями.

Звуки той самой ленточки обвязали меня, будто канатом. Мелодия ускоряла темп, и я радовался, словно мальчишка, бегущий играть в прятки с друзьями.

Вдруг все разошлись. Мы, почему-то, стали взрослыми. Я увидел девушку, сердце забилось.

Стряхнув наваждение, посмотрел на Лизу. Она, улыбнувшись, закрыла глаза, отдавшись музыке. Было страшно и волнительно. Сделав глубокий вдох, я дотронулся до мелодии поющей скрипки, уносясь вместе с ней.

Я никогда в жизни не испытывал такого. Сколько лет занимаюсь музыкой, не было ни разу, чтобы что-то вызывало такой шторм чувств. А тут какая-то скрипка... Я забыл, как разговаривать.

Плохо помню, как мы пошли домой, как проводил Лизу и обменялись номерами. В голове была лишь эта мелодия, полная жизни, любви и боли. Я похвалил себя, ведь, дрейфующий в мечтах, я как-то включил диктофон. Выложив запись в паблик, я воткнул наушники и закрыл глаза. Пусть аудио хуже, но я хочу услышать эту мелодию еще раз.

***

— Что? Сколько?!

Казалось, я все еще сплю. Такого просто не может быть! Более тринадцати тысяч просмотров записи скрипки! И число растет! Комментарии разрываются, все хотят еще!

Я вскочил, умылся, позавтракал и помчался к реке. Выше того места, где сидел тот дедушка, стояла хижина. Я постучался. На пороге показался седовласый хрупкий старичок.

— А, это ты? Понравилась вчерашняя игра?

— Здравствуйте! Я... э-э... Вы нас вчера видели?

— Кончено! Я всегда подмечаю слушателей. Ты зачем пришел?

— Я к вам с предложением, смотрите, — я достал телефон и показал пост, — за ночь четырнадцать тысяч просмотров!

Дедушка даже не посмотрел, а лишь улыбнулся.

— Вы даже не представляете, каких высот можно достичь!

— Ты не первый, кто предлагает мне продавать музыку.

— Но, уверен, я — первый музыкант. Я — диджей, у меня свой паблик. Я знаю современные вкусы и наклонности, поверьте, ваша игра вмиг обретет популярность!

— Прости, мне это не интересно.

— Почему? Вы не хотите, чтобы вашу музыку услышали другие?

— Отчего же? Замков нет, сам видел. Любой может прийти да послушать.

— Это будет тоже самое, только через интернет.

— Мне не нужна слава. Разве ты не заметил, вас вчера двое было. Я занимаюсь искусством, а оно сейчас никому не нужно.

— Да с чего вы это решили?

— Потому что эта штука, телефон, заменила вам все интересы.

— Тут вы не правы! Сейчас много людей увлекаются музыкой. Я...

— Ты ведь назвал себя музыкантом? Значит, ты профессионал?

— Да, можно и так сказать.

— Назови трех русских композиторов, — от удивления я раскрыл рот. Голова вмиг опустела. — Как ты можешь заниматься музыкой, если не знаешь, с чего все начиналось?

— Сейчас не важно этого знать, — промямлил я. — Достаточно просто набросать ноты в программе, получится мелодия.

— Видишь, в этом-то и дело. Что такое искусство без души? Однако, оно всех устраивает. Пойми, я занимаюсь музыкой не ради признания, а для души, потому что хочу.

— Я тоже много чего хочу, — буркнул я.

— Так отчего же не занимаешься этим?

— Не всем дано! — зло бросил я, задыхаясь от непонятных эмоций. — Думаете, я не мечтал об искусстве? Я хотел танцевать всю жизнь, сколько себя помню! Но родители, друзья, все смеялись над этой идеей. «Где ты видел, чтобы парни занимались хореографией?». А умений у меня не было никаких. Пришлось проглотить свою мечту. А вы, одаренные таким даром, так легко отмахнулись. У меня одноклассник два с половиной года учился скрипке. Бросил, так как не получалось. Вы поступаете слишком эгоистично.

— Думаешь? Знаешь, почему я играю до сих пор и эта музыка нравится людям? Потому что она идет отсюда, — он похлопал себя по груди. — А если бы шла отсюда, — указал на голову, — то это была бы подделка. Желание прославится или заработать губит искусство.

— Известные артисты с вами не согласились бы.

— Знаешь, сколько молодых талантов полегло из-за алчности и тщеславия?

Я скрипнул зубами, ведь конечно-же слышал такие истории.

— А твоему другу не хватило терпения.

— Терпения? Ну да, легко рассуждать, когда есть талант.

Дедушка, к моему удивлению, расхохотался.

— Расскажу тебе по секрету. Как ты заметил, мы в деревне. Я вырос в обыкновенной семье, которая зарабатывала себе на хлеб работой в поле да скотинкой. В одном журнале мальчишкой я нашел «урок игры на скрипке», загорелся и попросил отца отдать меня учиться. Он хмуро посмотрел на меня, но все же сводил к учителю. Ее слова были такими: «Простите, но ваш сын не сможет играть. У него слишком грубые руки от тяжелой работы. Сожалею». Я сильно расстроился тогда, а вечером отец принес скрипку и сказал: «только ты можешь решать, чего делать, а чего нет. Если хочешь играть — играй. Тренируйся каждый день, и, когда-нибудь, все получится». И я играл. Каждый день после тяжелой работы в поле. У меня долгое время не получалось, но я не сдавался. То, что ты вчера слышал, это не дар, а годы пота и боли.

Я стоял, опустив голову. Почему-то мне нечего было сказать.

— Что ж, у меня еще хлопоты по дому есть. Так что извини. На прощание запомни: делай то, что любишь, несмотря ни на что. Жизнь слишком коротка, чтобы отказываться от того, что нам действительно важно.

Попрощавшись, я побрел домой. Впервые меня не тянуло в телефон к музыке. Я ведь знал, что это всего лишь маска, чтобы скрыть боль от разочарования. На пороге дома меня ждали родители.

— Миш, получилось куда раньше, чем планировали. Собирайся, поедем домой. Ты рад?

Я встал в дверях и не на долго задумался.

— Мам, пап, я решил. Я пойду на танцы.

2018 г.

2. Добро на жизнь

*Б-д-з-з!*-*Б-д-з-з!*

«Ох! Пора вставать... Так не охота... — я закрыл лицо руками и потер глаза. — Вчера допоздна сидели все, а вставать именно мне. На кой сдалась эта зарядка?!»

Голова загудела, слегка затошнило. Это организм говорит мне: «Давай поспим еще! Я не выспался!».

«Может, ну его... Подумаешь, пропущу один день. Кому будет хуже? Никто из друзей ее не делает, так почему мне больше всех надо?»

Довольно улыбнувшись, я перевернулся на другой бок и потеплей укрылся одеялом.

*Б-д-з-з!*-*Б-д-з-з!*

«Да я же выключил тебя!» — зло взял телефон и отключил будильник.

Потупив в черный экран, вздохнул и неуклюже поднялся, размашисто зевая.

«Еще толком не проснулся, а уже ною. Хорошее начало дня, ничего не скажешь!»

После зарядки и прохладного душа бодро зашагал на учебу. Успеваю, все хорошо.

Выйдя на улицу, заметил бабушку из соседнего дома, несущую тяжелый пакет. Ее муж уже не ходит, вот она частенько сама отправляется за продуктами.

«Интересно, а какой я буду в старости? Так же тяжело мне будет?»

— Бабушка, давайте помогу!

— Да не надо, внучок. Спасибо, дойду как-нибудь.

— Не переживайте, мне не тяжело, — улыбнулся я и взял пакет. Он оказался увесистым.

— Ой, спасибо тебе огромное! Не знаю, сколько бы я добиралась сама. Ты из-за меня никуда не опоздаешь?

— Да не, еще есть время, — опять улыбнулся я.

На душе потеплело. Всегда, когда я кому-то помогаю, в груди разливается приятное тепло.

— Ох, повезет твоей жене. Таких заботливых и внимательных сейчас нет.

— Сначала надо работу найти, а то чем кормить ее буду? — отмахнулся я.

— Я верю, что все у тебя будет хорошо! Ну спасибо тебе, внучок! Уж извини, что пришлось со мной возиться.

— Да не переживайте, мне в радость помогать добрым людям. До свидания.

Улыбнувшись на прощание, я поспешил обратно, ловя спиной слова благодарности. И не поспоришь — это приятно. Но время поджимает, надо успеть.

Дойдя до остановки, я увидел отъезжающий мой автобус. Без меня.

«М-да. Вот и как не верить во все эти штуки с судьбой и материальность мысли?! С утра настроился на негатив, вот и получай, как заказывал.»

Я с горечью посмотрел ему вслед.

«Ладно, что не делается, все к лучшему. Надеюсь.»

Быстрым шагом направился в сторону универа. Дорога пешком занимает минут тридцать, а так, как я опоздал на автобус, то на следующем приеду как раз к этому же времени. Может, чуть раньше. Пять минут погоды не сделают.

На середине пути ко мне снова подошла тоска. Я — обычный студент из небогатой семьи. Учусь на механика, поступил на бюджет, хоть и прошел самым последним. В общежитии живу один. Не потому, что я нелюдимый, просто повезло с богатеньким соседом, который вечно где-то пропадает. Его не исключат, ведь он с деньгами. А я? А что я? Не самый умный. Да, я читаю, но мне больше нравятся фантастика и книги про механику. Другие темы не сильно волнуют, а насильно что-то делать я не могу. Вот и выходит, могу завязать разговор с кем угодно, но, как только беседа уходит глубже моих поверхностных знаний, приходится улыбаться и молча кивать. Отстойно.

Родители получают немного и, само собой, отправляют мне денюжку, но этого мало. Работать я не могу, за зубрежкой не остается времени на нормальную работу. Если получается выхватить пару часов на раздачу флаеров — тут как тут. А зубрить приходится, так как не схватываю все на лету. Почему у меня, технаря, столько гуманитарных предметов?! Бесит! Приходится их зубрить, ведь я хочу красный. Хочу ли? Мама хочет. А я не хочу ее расстраивать.

Получается, единственный мой выбор — здоровый образ жизни: зарядка, правильное питание (не такое, чтобы есть одну капусту, а в разумных пределах), да и занятия спортом. Мои друзья пьют, курят, веселятся, а я почти всегда отказываюсь от всего. Нет, я не против выпить. Но для этого нужен весомый повод. Боюсь, если буду тратить все на алкоголь и сигареты, я потеряю себя, смешаюсь с обществом и буду «как все». Но в последние дни все чаще ловлю себя на мысли: а не буду ли я потом сожалеть об этом?

— Макс! Здарова! Опять на автобус опоздал? — хлопнул меня друг по плечу.

— Здарова, Лех.

— Что-то ты не веселый. Не выспался?

— Не-а. А ты?

— Ну, я поспал на часок больше твоего, — смотря на часы, усмехнулся он.

Вчера мы до глубокой ночи играли в монополию. Игра затянула настолько, что я потерял ход времени. А сегодня — бух учет. И у меня по нему долг. Когда все пошли спать, мне пришлось учить почти до утра.

— Я вчера учет зубрил, — я зевнул.

— Вот делать тебе нечего! — усмехнулся Леха.

— Ладно тебе, пошли.

Пары тянулись медленно и нудно. Почти все, из тех, кто пришел, дремали. Я же, как бы не слипались глаза, старался слушать. А как иначе? Пропущу сейчас, придется учить дома самому. А разбираться в этой ерунде сложней любой компьютерной игры.

Наступило время бух учета. Я, бегло пробежав глазами по тексту, готовился отвечать.

— Ребята! Отличная новость! Тихоныча нет! Он уехал на конференцию! Мы свободны! — громко прострекотала Ленка, наша староста.

— Прям отличная! — буркнул я.

— Видишь, дружище, плюнь ты на это неблагодарное дело, — усмехнулся Леха. — Все равно это никто не оценит. Никому не нужен будет твой диплом и здоровый образ жизни. Зря лишь время тратишь.

Эта легкая словесная перепалка у нас не в первой, только сегодня почему-то в первый раз я не смог ему возразить. Отмахнувшись, мы пошли на улицу.

Домой ходим пешком, ведь спешить некуда. Собравшись нашей компанией, мы направились в общагу.

— Смотрите, сегодня премьера! — пискнула Настя.

— Хочешь, свожу тебя вечером? — выпятив грудь, спросил Никита.

— Конечно! — она чмокнула его в щеку.

— Пойдет кто еще?

— Вечером все равно делать нечего, я — за, — кивнул Леха.

— Я на свидание иду, так что извольте, — пожал плечами Андрей.

— Ты же вчера расстался с Мариной? — ахнула Настя.

— Ну да, только это было вчера. А сегодня — я свободен!

Мы рассмеялись.

— Макс, а ты чего молчишь? — спросил Никита.

— Я буду отсыпаться. Да и денег нет лишних.

— Тебе надо завести девушку, — приобнял меня Андрей.

— Спасибо, проблем мне и так хватает! — мы опять рассмеялись.

— В кафешку? — спросил Леха.

Все кивнули.

Друзья покупали гамбургеры, пиццы, колу. Я — как обычно сок. От запаха еды сводило желудок, но я продолжал повторять: «это вредно и дорого». Хотя не сильно помогало. Снова появилась тоска.

— Ты так себя с голоду сморишь, — сочувствующе сказала Настя. — Хочешь, поделюсь с тобой пиццей? Она не такая вредная.

— Нет, спасибо. Иначе зачем это все? — сглотнув, ответил я.

— Вот и мы, дружище, не понимаем, зачем это все, — пожал плечами Никита.

— Ты придерживаешься устаревших принципов, — снова завел Леха. — Уступаешь место всем подряд в автобусе. Помогаешь с сумками каждому второму. Всегда услужливый. Моришь себя голодом, с утра что-то делаешь. Учишься. К чему это? Кому это нужно все? Оглядись, ты как динозавр. Таких как ты попросту нигде не найдешь.

— Мы просто прячемся, — слабо улыбнулся я.

— Дело твое, дружище, но я считаю, что ты впустую тратишь жизнь.

Впустую? Я всегда отстаивал свою позицию, а сегодня почему-то не хочется даже спорить.

Поев, мы отправились домой. Ребята что-то обсуждали, но я их не слушал. Тоска давила сегодня неимоверно сильно. Быть может, я просто не выспался?

— Давайте перейдем тут? — опомнился я. — Мне в магазин надо.

— Фрукты и кефир? — улыбнулась Настя.

Я мрачно кивнул, Леха покачал головой.

— С той стороны открыли новый магазинчик, надо будет как-нибудь заглянуть, — бросила Настя, прижимаясь к Никите.

— А что там? — спросил он.

— Безделушки всякие, — пожал плечами Андрей. — Ладно, я тут с вами прощаюсь. Мне надо за конфетами сбегать.

Мы попрощались.

— Щеночек! Стой! Там опасно! Щеночек! — послышался детский крик.

Мы резко обернулись. Впереди, метрах в десяти, на дорогу выбежал щенок. Машина, проезжающая по встречной полосе, напугала его и он, свернувшись калачиком, дрожал на нашей стороне асфальта. Стоя на тротуаре, его звала девочка лет пяти. Ее тоненькие ножки дрожали не меньше щенка.

— Ну же! Умоляю тебя! Вернись!

Мама, заметив пропажу ребенка, быстрым шагом приближалась к ней.

Слева послышался рев двигателя. Обернувшись, я оторопел. Груженный КАМАЗ мчался прямо на щенка. Водитель, уткнувшийся в телефон, даже не смотрел на дорогу.

— Щеночек! Быстрей! — в слезах крикнула девочка и бросилась к нему.

Не успев сообразить, я сорвался следом. Вкладывая в этот рывок все силы, все годы тренировок, мчался вперед. Я слышал удивленные возгласы стремительно удаляющихся друзей, слышал испуганный крик матери, видел девочку, накрывшую собой щенка.

— Быстрей! — запыхавшись, бросил я, хватая девочку за пояс.

— Нет! Мы забыли щенка! — вырываясь, всхлипнула она.

Я повернул голову. Удар. Темнота.

Пустота. Нет, то, что я ничего не вижу, меня не волнует почему-то. Меня пугает пустота внутри. Я выжат. Словно какая-то апатия. Я не хочу есть. Не хочу пить. Не хочу ничего. Что со мной? Ни желаний, ни стремлений — НИ-ЧЕ-ГО.

— Очнулся? — спросил мелодичный женский голос.

Я моргнул. Снова. И снова.

Я лежал на холодном белом кафеле в ярко освещенной комнате. Странно. Борясь с головокружением, медленно встал.

— Присаживайся, — мило улыбнулась девушка, указывая на мягкое кресло перед собой худенькой ручкой.

Черные волосы, подстриженные под каре, открывали милое добродушное личико с зелеными глазами и теплой улыбкой. Одетая в строгое белое платье, она удобно сидела на роскошном диване.

— Кто вы? Я...

— Да, ты прав. Ты умер.

В голове помутнело. Чтобы не упасть, я плюхнулся в кресло.

— Не переживай. Многие реагируют еще хуже. Все хорошо. Ты ведь можешь думать, а, значит, это еще не конец пути. Слышишь? Прошел лишь очередной этап твоей жизни.

— Кто вы? — спросил я, стараясь держать себя в руках. Сердце бешено колотилось.

— Моя задача — успокоить тебя и приготовить к следующему шагу.

— К-какому?

— Не переживай, — улыбнулась она. — Ты ведь прожил неплохую жизнь. Да, были и свои замечания, но их не много.

— Ты мой ангел?

— Можно и так сказать.

— Девочка? — вдруг вскрикнул я. — Что с ней?

— Извини, ты не успел, — грустно вздохнула она, отводя взгляд.

— Я — неудачник, — простонал я. — Всю жизнь преследовал какие-то лживые идеалы, занимался, а так и не смог никому принести пользы!

— Ну же, не печалься. Тебя ведь никто не заставлял, помнишь? Это был твой выбор.

В голове перещелкнуло. Хочется кричать от безысходности.

— Дай мне второй шанс, прошу! — взмолился я. — Я ведь от столького отказывался, и все впустую! Даже умер глупо!

— Но ведь, если бы ты жил по-другому, и следующий шаг ожидал бы тебя другой.

— Да, но я ведь мог все так же жить, только не ограничивая себя в еде или тренировках. Для чего это было? Чтобы прожить долгую жизнь. А результат? Куча нервов и зря потраченного времени! Прошу! Я ведь тебя никогда ни о чем не просил! Всегда всем помогал, жил по совести! Хотя бы раз помоги мне!

По моим щекам потекли слезы. Обида сжимала грудь. Я ведь только сегодня думал, что зря проживаю жизнь. И что? Оказался прав!

Она долго и пристально смотрела на меня. В конце концов сжалилась.

— Хорошо. Я исполню твое желание. Ты правда прожил хорошую жизнь, никогда не просил и стойко все переносил, помогая окружающим. Но учти, ты собираешься идти по опасному пути. Любой отступ — и тебя будет ждать в конце другая участь. Не забывай об этом. Каждый сам делает выбор.

Я не мог подобрать слов, чтобы выразить благодарность. Мысли перемешались винегретом, а тело обмякло.

Она улыбнулась, медленно встала и подошла ко мне. Взяв мое лицо в свои хрупкие ручки, поцеловала в лоб.

*Б-д-з-з!*-*Б-д-з-з!*

Я соскочил с кровати, вцепившись в телефон так, что побелели костяшки. Я жив! Я снова жив! Ну и сон!

Подпрыгнув до потолка, я упал и принялся отжиматься. Зачем? Я не знаю. Энергия переполняла меня. Я хотел почувствовать ту легкую усталость в мышцах. Или это привычка? Я не знаю, да и как-то все-равно!

Пробегая мимо остановки, я помог старушке и счастливый направился сразу в универ. На порожках стоял Леха.

— Макс! Здарова! Ты чего так светишься?

— Считай, заново родился, — подмигнул ему я.

Все пары я проболтал с Юлей, переведенной к нам в этом году. Раньше, думаю, застеснялся бы, да и слушать надо лекции, но только не сегодня. Да и материал кажется знакомым.

— Твой любимый бух учет, — улыбнулся Леха, провожая Юлю взглядом. — А ты тут девчонок кадришь.

— Его не будет, — в ответ улыбнулся я.

— Ребята! Отличная новость! Тихоныча нет! Он уехал на конференцию! Мы свободны! — громко прострекотала Ленка.

Леха удивленно уставился на меня, а я лишь пожал плечами.

— Видимо, мне сегодня везет.

Собравшись нашей компанией, мы пошли в сторону общежития.

— О, премьера! — заметил я. — Пойдем?

— Я давно хотела на нее сходить! Ники-ит? — протянула Настя.

— Конечно сходим, — улыбнулся он. — Андрюха, Леха?

— У меня свидание, — пожал плечами Андрей.

— Ты же вчера расстался с Мариной? — ахнула Настя.

— Ну да, только это было вчера. А сегодня — я свободен!

— Я пойду, — кивнул Леха. — Макс, что с тобой? Ты сегодня весь день ведешь себя как-то странно.

— Я решил последовать твоему совету и не ограничивать больше себя ни в чем, — улыбнулся я.

— Смотри, дружище, чтобы тебе это голову не снесло, — похлопал меня он по плечу.

— Идем кушать? — спросила Настя.

В этот раз я, как и все, взял гамбургер, к которому добавил пару самых кремовых пирожин и шоколадное мороженное в ванильном сиропе. Под удивленные взгляды друзей есть, оказывается, еще забавней. Но этот вкус... Как давно я не ел жаренного мяса. Нет, такого жаренного мяса! Вредного, пропитанного маслом! А эти сладости... От наслаждения я закрыл глаза.

— А мы давно говорили тебе, что ты слишком во многом себе отказываешь, — рассмеялся Никита.

Я не ответил. Слишком вкусной была еда.

Наевшись, мы потопали дальше, лениво о чем-то болтая.

— Макс, ты не будешь покупать кефирчик? — толкнул меня в бок Леха, от чего мой полный живот недовольно уркнул.

Мы рассмеялись.

— Тут где-то новый магазинчик, — улыбнулся я.

— Значит, зайдем! — решила за всех Настя.

— Я вас покину, мне надо к свиданию готовиться, — сказал Андрей.

Мы, попрощавшись, подошли к магазину. Никита и Настя зашли вперед, Леха задержался.

— Не знаю, дружище, что с тобой сегодня стряслось, но выглядишь ты счастливым. Оставайся таким как можно дольше! — он приобнял меня.

— Щеночек! Стой! Там опасно! Щеночек! — послышался до боли знакомый детский крик, от которого похолодело все внутри.

Я обернулся. Пролетевшая мимо иномарка шумно просигналила, заставив щенка свернуться и дрожать. Я увидел испуганное лицо девочки, стоявшей напротив. Ей было страшно, она не решалась спуститься с тротуара на дорогу и умоляла щенка вернуться.

Глянув вправо я увидел стремительно приближающийся КАМАЗ, водитель которого уткнулся в телефон.

Так знакомо...

В этот раз все было по-другому. Почему-то я был уверен, что успею. Перебежать лишь одну полосу, и окажусь рядом с щенком.

Я сорвался изо всех сил, что мог выдавить из себя с полным животом. Почему-то пронеслась мысль, зря ел гамбургеры.

— Щеночек! — послышался снова отчаянный крик.

Сделав пару длинных шагов, я подхватил щенка. Подняв голову, увидел, как эта маленькая, слабая, дрожащая девчушка набралась смелости и шагнула вперед.

Справа послышался рев двигателя.

Осознавая, что времени почти нет, я кинул щенка девочке, повалив ее с ног и выбив на тротуар.

— Каждый сам делает выбор, — прошептал я и почему-то улыбнулся.

Следом пришла темнота.

*Пик*

...Еще раз...

*Пик*

...Слабый...

*Пик-пик*

...Он спасен...

2018 г

3. Быть мужчиной

В старших классах я занимался рукопашным боем. Дядя Саша тренировал бойцов ОМОНа, а в свободное от этой работы время уделял внимание и нам, подросткам.

Однажды после построения и приветствия дядя Саша сказал:

— Сядьте, сегодня будет своеобразная тренировка, — он задумался на некоторое время, после чего, улыбнувшись, добавил, — думаю, сегодняшний урок будет одним из главных, который я хотел бы вам дать.

Когда был молод, я, как и все, служил в армии. Тогда тяжелое было время, и я попал в горячую точку. Со мной служил тощий, невысокий парнишка. Серега.

Чувствуя свое превосходство в силе, мы его шпыняли. Нет, никто его не избивал или гнобил, такого не было. А вот подшутить — пожалуйста. Я не помню, как так получилось, но он делал всю работу.

— Серег, копни траншею, а то я что-то устал.

— Да, конечно.

— Серег, натаскай воды, а то у меня мозоль на мизинце. Не удобно.

— Да, сейчас сделаю.

— Серег, поможешь прибраться? А то никто не справится так, как ты.

— Да, уже иду.

И любая работа, которую нам поручали, падала на его плечи. Мы и чувствовали себя уверенней на его фоне. Обыкновенный трусливый дурачок. Самоутверждаясь за его счет, мы придумывали ему все новые и новые нелепые задания, соревнуясь друг перед другом «находчивостью» и «умом». А он ни разу никому не отказал. Всегда брался за любой труд, всегда был готов выручить, чем мы и пользовались.

На очередной вылазке мы были на холмистой местности. Все шло как всегда: мы общались, рассказывали анекдоты и смеялись. Вдруг неизвестно откуда на нас обрушился град пуль. Много наших товарищей тогда полегло. Мы жались в траншеи и любые углубления, стремясь оказаться как можно дальше от жужжащих пуль, а они, как на зло, цепляли волосы.

Мы поднимались в гору. Террористы оказались на вершине. Они соорудили насыпи, доты и поливали нас сверху.

Понимаете, мы не то, чтобы отстреливаться, мы голову от земли поднять не могли. Было не видно, откуда идет огонь, сколько их там, сколько наших полегло. Лишь сырая земля, лезущая в рот, нос, глаза. Было страшно. Честно скажу, я думал... да и все, наверное, тоже, что это конец. Я молился, ведь больше ничего не оставалось, и ждал конца.

Вдруг вскочил Серега и швырнул гранату. Понимаете, тот, кого никто никогда не воспринимал всерьез, набрался смелости встать под свистящими пулями, чтобы кинуть гранату. А мы, недогерои, в этот момент дрожали от страха и прощались с жизнью.

Конечно, в Серегу тут же попали. Больше пяти пулевых было. Но его бросок оказался рядом с дотом и подарил нам шанс на победу. Нет, шанс на жизнь.

Раненых тут же доставили в госпиталь, Серега быстро поправился. После я уже понял, что он встал в момент перезарядки пулемета, когда стреляли только из автоматов. Но все равно это был огромный риск.

И знаете, что он сделал, когда вернулся к нам? Продолжил всем помогать. Мы никто его не заставляли и даже не просили, а он брал сам и делал. Тогда мы поняли, что вся его помощь была не из-за страха, а от доброты. Простой добрый парень, стремящийся помочь всем. Тот, кого мы считали слабаком и трусом, оказался куда мужественней нас, здоровых лбов. Мы тогда поклялись прожить достойную жизнь, чтобы с гордостью называть себя мужчиной.

Запомните, ребята, что я сейчас скажу: то, что вы сильней кого-то и можете навязать свою волю, не делает вас мужчинами. Проживите достойную жизнь и поступайте так, как правильно, как поступил бы настоящий мужчина. За вас должны говорить не ваши слова, обещания или клятвы, а поступки. И только они.

Дядя Саша замолк на какое-то время. Мы молчали тоже. Вдруг он хлопнул в ладоши и произнес:

— Так, а теперь давайте на разминку. Не хочу, чтобы к следующей тренировке вы обленились. Направо и бегом.

Мы послушно поднялись и побежали, каждый погруженный в свои мысли.

2018 г

4. Новый Год

Яркая вспышка вынудила зажмуриться. Отвернуться не получалось, гель держит крепко. Кожу начало покалывать, появилась легкая дрожь.

— Который раз пользуюсь этой услугой, а до сих пор не привык, — подумал Максим, недовольно открывая глаза и вылезая из капсулы.

— Дорошин Максим Сергеевич, с прибытием на станцию «З-СС-317», — с растянутой улыбкой проговорила девушка. — Благодарим вас за использование нашей системы перемещения. Компания МТСП (межрасовая транспортирующая сеть порталов) будет рада предоставить вам наши услуги снова. Это уже десятое перемещение у нас, поэтому рада сообщить, мы дарим вам промокод...

Дальше Максим не слушал. Покивав в ответ и получив скидку, он двинулся на выход. Не терпелось поскорее вдохнуть свежего воздуха.

— Еще бы я не пользовался вашей компанией, — буркнул Максим, спускаясь в лифте, — остальные бедным студентам не по карману.

На улице в лицо подул морозный свежий ветерок, заставляя глаза слезиться. В воздухе не было ничего особенного: работа очистителей оправдывала себя. Но что-то всколыхнуло давно забытые воспоминания: «я дома»! Несмотря на поздний вечер, кругом было полно народу. Да и не удивительно — Новый Год ведь.

— Мася! Мася, мы тут! — раздался взволнованный женский голос.

Обернувшись, парень тут же попал в объятия невысокой женщины, которая, не сдерживая слез, начала его целовать, вогнав в краску.

— Смотри как вымахал-то за год! Мамку-то на две головы перерос! — едва женщина выпустила Максима из рук, он тут же утонул в медвежьей хватке отца.

— Сережа! Ты же его раздавишь! Смотри, он хрипеть уже начал, — обеспокоенная мама начала вытеснять отца. Она тут же взяла сына под руку, — пойдем. Голодный, наверное?

— Да не сильно, я кушал, — улыбнулся Максим. — После порталов аппетит пропадает.

— А я тебе говорил, пользуйся кораблями. Да, дольше будет, но это для здоровья куда полезней. Эти порталы медленно убивают организм.

— Пап, это все чушь прошлого века. Я же тебе объяснял, нынешние разработки полностью безвредны.

— Женька остался. Он звонил, сказал задержится, — не дав отцу продолжить, вмешалась мама.

— Дядь Андрей с теть Людой уже приехали?

— Да. На стол накрывают, мы за тобой поехали. Как сессия? Закрыл?

— Отлично.

Наша семья была большой: мама с папой, его брат с женой, дядя Андрей и тетя Люда — все уже пенсионеры. Мама с тетей, уйдя на заслуженный отдых, занялись подделками и межпланетной продажей через интернет. Отец отдал всего себя рыбалке и охоте. Однажды с вылазки он принес живых волчат, мать которых попала в капкан браконьеров. Изголодавших животных взял себе дядя, выходил их. Теперь у него небольшая ферма, куда отец с каждой охоты приносит птенцов, либо других зверушек. Я в семье не один — мой брат, Виктор, уже состоявшийся человек, работает Историком в одном солидном институте, женат на Оле, археологе, и растит двух непосед — Лизу и Сашу. У дяди с тетей тоже два ребенка — Настя, школьница, и тот самый Женя — военный. Так получилось, что жизнь раскидала нас всех по разным уголкам вселенной, видимся мы очень редко. А собираемся и того...

Дома ничего не поменялось за год: тот же диван, тот же стол, ломящийся от новогодней еды, стулья, голограмма елки в углу и Рыжик, с вызовом смотрящий на нее.

— А ну не трогай бутерброды! Это на Новый Год! — тетя Люда отогнала Максима от стола. — Иди руки мой.

— Разница, что я съем сейчас, что через пару часов, какая? — возмутился парень, тиская подбежавшую детвору.

Так и не получив ответа, он, недовольно бурча, ушел мыть руки.

Женя не заставил себя долго ждать. Вся семья собралась за столом. Ну как вся семья — Лиза и Саша, маленькие сорванцы, валялись на полу, смотря как Рыжик кидается на елку, от чего голограмма рассыпается и раздраженно вибрирует. Кот, каждый раз одерживая победу, довольно орал, вызывая заливистый хохот от детей.

— Оль, ты же на той самой планете работаешь? Ну, которую по новостям показывали?

— Да, мам. Мы там нашли новую разумную расу глубоко набожных фанатиков. Вот пытаемся сейчас наладить связь, — с гордостью ответила жена брата.

— Что, Максим, когда в армию? — спросил Женя, накладывая салат. — Молодая кровь всегда нужна нам.

— Настюш, расскажи, как в школе дела? — положила мне бутерброд мама.

— Нечего ему там делать. Еще подцепит заразу космическую, — скривилась тетя Люда. — И тебе, Женя, надо давно нормальную работу найти.

— Мам, мы же обсуждали это уже и не раз, — вздохнул Женя.

— Я вот недавно ходил на охоту, — начал отец.

Так и сидели. Одна огромная куча родственников, поделенных на свои семьи. Все живут далеко друг от друга. Все живут в своих мирах, которые не пересекаются. Максим сидел и поражался: как могут археологу, работающему с новой, ранее не виданной расой, быть интересна охота на гусей, которые-то нигде больше и не водятся? Или военному, ежедневно сражающемуся с космическими пиратами, бисерные украшения? Как вообще такое может быть, что люди, живущие вдали друг от друга, имеющие разные интересы, встретились в одной комнатушке?

— Так, давайте все сюда, сейчас курантов включат! — мама быстро долила напитки, поправила волосы и встала.

За ней поднялись все, разговоры резко прекратились. Детишки непонятно как оказались рядом с родителями. Кот, довольно урча, уже сидел на руках у Настюши.

Первый удар. По телу прошла легкая дрожь. Мысли успокоились и улетучились. Второй удар. Стало вдруг тепло и приятно. Третий удар. Все проблемы и заботы оказались очень далеко, в прошлом. Четвертый.

— Ну-с, много говорить не будем, — начал отец. — Год был тяжелым. Надеюсь, следующий будет попроще. Я рад, что вся семья собралась здесь, не нарушая традиции. Чтобы так было и дальше!

Все начали чокаться, громко кричать, радоваться и друг друга поздравлять. Стало так легко и спокойно на душе. Максим знал, что у него все получится, он любой цели сможет добиться. Его семья вновь соберется вместе через год, и не важно, как далеко судьба раскидает всех по миру. Все будет хорошо, ведь... Ведь Новый Год!

2019 г

5. Новый год 2

— Наконец-то нашел! — устало выдохнул мужчина, плюхаясь на землю возле обгорелой стены.

Он не спеша прикоснулся к губам, смакуя только что сказанные слова на вкус.

Отлежавшись, мужчина поднялся и подошел к остаткам стены. Видимо, тут когда-то был рекламный баннер с сосновым лесом, от которого едва-едва осталось одно деревце. Очистив сажу, мужчина довольно ухмыльнулся. Убрав назад непослушную густую шевелюру, почти белую от седины, он подтянул затертый походный мешок и начал в нем копаться.

Сам мужчина внешне соответствовал своему рюкзаку: потрепанная, изношенная одежда выдавала в нем путешественника, который очень давно в дороге. Крепкий, широкоплечий, с заросшим лицом и густой шевелюрой.

Дрожащими руками он достал вдвое свернутую бумажку, обгорелую по краям, и развернул ее. Это была фотография. Если не считать края, она отлично сохранилась. С нее смотрел мужчина лет сорока с хорошо уложенными волосами и легкой щетиной, одетый в дорогой костюм. Он обнимал жену (об этом говорили обручальные кольца) в легком светлом платье, немного смущенную, но однозначно, счастливую. Между ними, улыбаясь, стояли две девчушки, лет пяти-шести. Беленькие сарафанчики делали их похожими на ангелочков.

Налюбовавшись, мужчина бережно отложил фотографию, снова залезши в мешок. После недолгих поисков он достал многое повидавшую флягу и железную кружку. Отлив на глаз, встал, взяв фотографию в руку.

Тяжело посмотрев на очищенную от сажи сосну, мужчина проглотил подступивший к горлу комок, смахнул слезы и уставился на счастливую семью.

— Что ж, надо, наверное, что-то сказать, — прохрипел он. — Я не знаю, как так получилось. Видимо, все-таки глобальное потепление не выдержало напора человечества. Я... Я не знаю, почему я. Есть куда более достойные... С Новым годом, мои любимые. И пусть... я остался не один!

2019 г

6. Писатель

Типичный осенний вечер в захудалом провинциальном городишке. Саша, одиноко сидя в небольшой рощице, допивал последнюю бутылку пива. Ему нравилось это место: поваленное бревно, очищенное от коры и довольно сухое, чтобы на нем можно было сидеть, словно падший воин среди бравых товарищей, несущих свой караул долгие годы и в грязь, и в зной. Это место — его личный уголок природы, где нет шума цивилизации, проблем и забот. Нет, Саша не избегал общества, просто иногда ему хотелось побыть одному.

Мысли пустились в свободное плавание, забирая с собой остатки вечера. Уж больно часто ему хотелось побыть одному в последнее время.

Он — писатель. Вернее сказать, не такой знаменитый, как его коллеги по ремеслу. Своим огромным достижением Саша признает один единственный роман, написанный в прошлом году. Есть еще пара рассказов и повестей, но это было больше для развлечения. Какого-то серьезного смысла Саша туда не вкладывал. Все те, кто читали его книгу, в восторге заставляли его слать роман по издательствам. Но ему было приторно заниматься этим. Надевая маску «искусство не должно превращаться в коммерцию», он скрывал свою неуверенность. Да и было просто лень, ведь гарантий на успех никто не давал.

Саша закончил литфак, да и то благодаря лишь своей болтливости. Благо фантазией и красноречием его не обделили. Про таких говорят: «за словом в карман не полезет» или «ты ему слово, а он тебе двадцать в ответ».

Работал Саша в одной интернет компании, пишущей под заказ статьи. Благодаря своим талантам он быстро достиг определенных высот и заработал себе уважение, став ценным сотрудником. Но, несмотря на все успехи, чувство, что что-то ускользает, не покидало.

— Саш, тебя шеф зовет, — подошла Лида, молоденькая девушка, только устроившаяся к ним в фирму.

— Спасибо, загляну как допишу. Мне немного осталось, — рассеяно кивнул Саша.

Когда он писал — все его мысли занимала лишь работа.

— Да, хорошо, — замялась она.

Быть может, девушка сказала бы что-то еще, но Саша больше ее не замечал. Вздохнув, она оставила его наедине с текстом.

— Если Лидка из-за тебя перестанет работать, я тебе по шеи настучу! — вместо приветствия погрозил толстым пальцем Шеф.

Это был не высокий полный мужчина далеко за сорок с блестящей лысиной и добрым лицом.

— Станислав Петрович, уверяю вас, в отношении Лиды у меня нет никаких планов, — растерянно отмахнулся Саша.

— В том-то и дело, — пробурчал Шеф. — Ладно, не для этого я тебя звал. Тут бумажку прислали, на следующей неделе в Питере пройдет литературный семинар наших коллег. У меня есть пригласительный. Помимо публицистики, там будет и художка. Текст-то везде текст. Я хочу, чтобы от нас поехал ты. И тебе полезно будет, и нас в грязь не окунешь.

— Семинары я люблю! — оживился Саша.

Он никогда не упускал шанса узнать что-то или научиться новому. Да и такие семинары отличный шанс заявить себя, как автора. Ни для кого не секрет, что помимо писателей такие места посещают и издатели.

— Отлично. Тогда передавай дела и иди готовься. Тематику и задание я скину тебе на почту. Не дело ехать неподготовленным. Выступишь с какой-нибудь статейкой для них. Плюсик нам в копилку, — довольно откинулся Шеф.

— Я закончил текст. Отредачу его, скину в базу и пойду собираться.

***

Питер, ах Питер! Если у Саши спрашивали, какое его любимое место на земле, отвечал он не задумываясь, с теплой улыбкой. Может, есть и другие города, похожие и по архитектуре, и по той волшебной атмосфере, царящей повсюду, но о них Саша не слышал. Он каждый раз, бывая тут, мечтает переехать сюда жить, но каждый раз что-то его останавливает. В конце концов, все сводится к мысли «а мне и дома хорошо», на что переезд откладывается до следующей поездки.

У входа в метро Саша остановился и закрыл глаза, вдыхая влажный воздух, наслаждаясь шумом любимого города. Вдруг в него кто-то врезался, послышалась ругань.

Открыв глаза, он увидел девушку, чьи кудри цвета осеннего каштана непослушно выглядывали из-под легкой шапочки. Подняв какие-то бумажки, она поправила пальто и строго на него посмотрела.

— Стоите тут себе, прохлаждаетесь, а люди-то спешат по делам! Если вы такой беззаботный, не мешайте тем, кто к своей жизни относится чуточку серьезней! — строго отчитала она его, мило задрав носик и призывно глядя на Сашу.

— И-извините, — пробубнил он. Девушка, хмыкнув, двинулась ко входу. — Меня Саша зовут.

Она вдруг остановилась и презрительно посмотрела в сторону парня. Фыркнув, собралась было уходить, но, ехидно улыбнувшись, повернулась обратно.

— Тургенев. Повесть для журнала «Современник», — с превосходством бросила она и, не дожидаясь ответа, шагнула в метро.

— Ася, — прошептал Саша. — Настенька.

Собравшись ее догнать, ему в глаза бросились ключи. Видимо, обронила его невольная знакомая. Подняв ключи с симпатичным брелоком-гремлином, Саша кинулся догонять девушку, но той будто и не существовало. Лишь холодный мокрый металл говорил о том, что эта заносчивая девица не вымысел.

***

Добравшись до университета, проводившего семинар, Саша распылился не на шутку.

— Мало того, что это ОНА в меня врезалась, так я еще и крайний оказался! Еще и этот взгляд! Будто я неуч или бездарь! Что я, школьной программы не читал что ли?! Или выгляжу так глупо, что без шарад со мной и разговаривать не стоит?! Сейчас в актовом зале напишу в «потеряшки», а, когда она найдется, выскажу ей все, что о ней думаю!

Небрежно скинув куртку, Саша протянул ее гардеробщику. Тот, зло на него посмотрев, специально не спешил, будто провоцируя на конфликт.

— Что ж за день такой! — скрипнул зубами Саша.

Взяв номерок, он было двинулся к лестнице (это не первое посещение этого университета), как в глаза бросилась девушка в черном платье, подчеркивающем ее стройную фигуру. Она что-то судорожно искала в своей сумочке, то и дело убирая назад непослушные каштановые кудри.

Злорадно ухмыльнувшись, Саша подошел к ней.

— Не это ли ищете, Анастасия? — девушка, увидев ключи и Сашу, приоткрыла рот. — Ваше счастье, что я не такой злопамятный. Вы бы, лучше, чем грубить, внимательней к вещам были. В следующий раз меня может и не оказаться рядом. Кстати, милый гремлин.

Вложив ей в руку ключи, Саша развернулся и самодовольно пошел в конференц-зал.

Давно он не чувствовал себя так прекрасно. Справедливость восторжествовала! Зло покарали, равновесие пришло в норму. Всегда раздражали девицы, которые, раз вышли милыми на личико, считали, что им все можно. Обычно Саша на них никакого внимания не обращал, но раз выпала возможность вернуть такую особу на место, грех не насладится.

Вступительная речь была не плохой. Ни лучше и ни хуже, такая же, как и всегда. После — небольшое выступление профессора, именно он организовывает эти семинары, Саша с ним очень хорошо знаком. И на заключение — разбор некоторых работ, присланных участниками. К концу семинара обещали каждому помочь усовершенствовать свой текст, ровно, как и умения обращаться со словом. Были названы пять лучших работ, в которые Саша конечно же вошел.

— Задания на завтра вы получили. Проработайте портрет вашего героя. Принесите мне полное его досье, как это бы сделал детектив. Вся его подноготная: где родился, когда, кто был первой любовью, что обычно ест на завтрак, от чего несварение желудка — все, — спокойным голосом подвел итог профессор. — Ну, а на сегодня все. Спасибо, что пришли.

Народ начал расходиться, кто-то направился к профессору, кто-то уже выходил.

— Саша, подождите! — к нему подошла Ася.

Девушка виновато теребила лямку сумочки, собираясь с мыслями. От былой напыщенности не осталось и следа. Сейчас перед Сашей стояла робкая девчушка, хотевшая признаться в чувствах возлюбленному, но не знавшая как. Хотелось обнять и успокоить, ведь это не такая и проблема, чтобы так переживать.

— Стоп! Откуда у меня такие мысли? Как к этому все пришло?! — удивился Саша, отмечая про себя ее красоту. Ну да, до этого момента он не рассматривал «врага» как девушку.

— Саш, вы простите меня пожалуйста за мое поведение. Последнее время выдалось очень трудным, но даже это не дает мне права так вести себя с кем-то.

Глядя в эти зеленые глаза Саша давно уже не держал обиды.

— Вы мне лучше скажите, неужели я выгляжу настолько идиотом, раз вы не стали просто называть свое имя? — попытался пошутить Саша.

— Это было бы не интересно, — робко улыбнулась Ася.

— Александр, Анастасия, у вас не найдется минутки? — услышал Саша профессора. — Хорошо, что вы знакомы. Видите ли в чем дело, вы не первый раз сюда приезжаете. Я, готовясь к сегодняшнему семинару, заметил неприятный казус: работы, присланные вами ранее и сегодня идентичны. Один и тот же стиль, те же сильные и слабые стороны. Да, работы хороши, но они не идеальны. И меня очень огорчило, что за прошедшее время вы никак не продвинулись вперед. Вы топчитесь на месте.

Саша и Настя стояли будто школьники, которых отчитывал учитель. Виновато опустив головы, они внимательно слушали каждое слово, делая выводы.

— Я хочу, чтобы вы пробили этот барьер. Думаю, вам пойдет на пользу поработать друг с другом. Вот вам мое задание: возьмите тексты друг друга и постарайтесь их улучшить. Вы сами увидите результат. Ваши сильные и слабые стороны в тексте взаимодополняют друг друга.

— Ты никуда не спешишь? — спросил Саша, помогая девушке надеть пальто.

— Хотела почитать твою работу, чтобы завтра не спеша подготовиться к семинару. А есть предложения? — улыбнулась Настя.

— Пойдем куда-нибудь перекусим? Да и обсудим как раз с тобой сильные и слабые стороны этого мира.

Настя рассмеялась и взяла Сашу под руку. Оба направились к выходу.

***

— А он мне и говорит: если бы Есенин тебя увидел, он бы нарисовал свою лучшую картину! — Настя сжала кулачки и зажмурилась. — До сих пор в дрожь бросает!

— А ты что? — рассмеялся Саша.

— А что я? Решила, что мне не так уж и нужна работа, — сделала кислую мину Ася. — Мой внутренний критик не позволил мне иметь с ним общих дел.

Саша понимающе кивнул, отпив кофе.

— На самом деле, мало кто бы отгадал мое имя, — честно призналась Ася. — Обычно я даю что по проще, но тут сорвалась.

— Так глупо я выглядел?

— Ну да. Ты извини, но парень, добродушно улыбающийся посреди суетящийся толпы, выглядит как минимум странно.

Саша не стал отвечать, лишь пожал плечами.

— Ты только не обижайся. На самом деле, я ни сколечко не жалею, что так поступила. Думаю, это был мой самый правильный поступок, — зарумянилась Ася.

— Почему это? — чуть не поперхнулся Саша.

— Как это? Тогда бы ты не запомнил мое имя и не заинтересовался мной, — показала язык Ася.

Саша лишь покачал головой, довольно попивая кофе. Ася была странной девушкой. Талантливой, начитанной, трудолюбивой, но по-детски наивной и озорной.

Она работала баристой, все свободное время уделяя писательству. Саша лишь качал головой, удивляясь, сколько сил и времени тратит Ася на свои тексты. Даже если взять всю жизнь, он написал куда меньше, нежели она только за этот год.

— Моя мечта, — робко прошептала Ася, приблизившись к Саше, — стать настоящей писательницей. Заключать контракты с издательствами, жить, не заботясь о том, где достать деньги. Хочу творить, и чтобы это помогало мне заниматься любимым делом. Я много сил трачу на это, надеюсь, когда-нибудь это даст свои плоды.

Они разговаривали много и долго, но так и не дошли до своих работ. Да и никто из них не хотел, наслаждаясь каждым мгновением, проведенным с собеседником.

Посадив Асю в такси, оплатив проезд (девушка возмутилась, но Саша под предлогом «побыть рыцарем» одержал верх), он направился домой.

Открыв ноутбук, быстро создал новый текстовый документ и написал строчку: «И. С. Тургенев „Ася“ — для меня ты что-то большее, чем просто повесть». Улыбнувшись, Саша отдался приятным мыслям, уносящим его далеко-далеко. Туда, где он сегодня пил кофе, туда, где были эти озорные зеленые глаза.

***

Проснувшись рано утром в гостинице, Саша открыл почту и нашел работу Аси, с головой уйдя в ее творчество. У нее был выработан собственный стиль, что не мог не заметить опытный писатель. Текст шел ровно и спокойно, уделяя внимание каждой мелкой детали, о которых Саша сам никогда бы и не подумал писать.

Он понял, почему ему поставили ее работу в пример: он не любил ходить вокруг, да около, вываливал сразу все на читателя. А после бил ему в лицо фактами. Если тот был все еще непреклонен, Саша резко ломал сюжет, переворачивая все с ног на голову. И когда читатель сдавался, полностью покорившись его творчеству, он снова обливал ледяной водой, избивая новыми фактами. И в конце, когда читатель горько плакал от того, что работа закончилась, Саша, в своем репертуаре, снова ставил подножку, сбрасывая твои мысли в пропасть собственной души, заставляя в очередной раз все переосмыслить.

Ася же писала по-другому. Она тихо и спокойно начинала свой рассказ, беря тебя за руку и показывая всю красоту окружающего мира. Каждую травинку или бабочку, жучка или облако — все то, что нас ежедневно окружает, а мы не видим. Ее текст переполняло умиротворение и спокойствие, любовь к жизни и пониманию происходящего.

Их работы были очень разными, противоположными по стилистике и манере подачи. Все, что им нужно, найти золотую середину, и тогда их текстам не будет равных.

— Посмотрим, что на это Ася скажет, — улыбнулся Саша, отложив ноутбук и развалившись на кровати.

За вчерашний вечер он многое узнал о ней. Девушка как и он закончила литфак. Только если он делал все спустя рукава, наслаждаясь студенческой жизнью, она кропотливо работала над собой и текстами. Быть может из-за этого ей оказалось сложней найти работу, ведь с людьми она плохо ладила.

— Ну как, плохо? — улыбнулся Саша. — Может, просто я слишком общительный?

— Все видят во мне красивую девушку, забывая, что я — писатель, — грустно призналась ему Ася. — И весь дальнейший разговор сводится к флирту, откладывая мои труды в долгий ящик. Я уже и забыла, какого это, нормально общаться, — она посмотрела на Сашу и хитро улыбнулась, — а уж когда мне грубят — и подавно.

Жизнь Насти очень сильно ассоциировалась с горной рекой: слишком быстрый поток, встречающий на своем пути так много различных препятствий, но не сдавающийся и с каждым разом продолжающий путь. Сам Саша навряд ли бы справился с таким количеством неудач. Его жизнь, если сравнивать с теми же реками, напоминала скорее спокойные воды какой-нибудь могучей реки. У нее, несомненно, бывают и свои пороги, но основное время она тихо плывет в даль, следуя намеченному курсу, величаво наслаждаясь окружающим пейзажем.

Заказав кофе, Саша пошел в душ. Негоже в Питере сидеть в четырех стенах.

***

Побродив по парку, Саша двинулся в сторону университета. Погода на удивление стояла отличная. Так как был пятничный вечер, семинар начался на час раньше, чтобы раньше всех отпустить. Он прошел довольно быстро и на веселой ноте.

К своему стыду Саша заметил, что слова профессора проходят мимо него. Все внимание похищала зеленоглазая девушка, сидящая с противоположного краю. К чести Саши, она и сама все внимание уделяла ему. Когда их взгляды встречались, Ася краснела и отводила взгляд.

Она сегодня опоздала, поэтому заняла свободное место.

Профессор на проделанный им и Аси труд (к удивлению, Настя сделала куда более подробный разбор его текста, вывела основные сюжетные повороты и сильные стороны, которые, по ее мнению, усилят ее работу) сделал несколько уточнений, одобрительно покивав на тезисы, после чего дал задание — работать.

— Я сегодня вся в облаках летала, — взяла Сашу под руку зардевшая Ася. — Со мной такое очень редко бывает.

— Я тоже мало что слушал. А ты проделала большую работу. Даже не представляю, когда это ты успела.

Ася от его слов, казалось, засияла.

— Да пустяки, на работе выпало свободное время. У тебя очень захватывающий текст. Словно бушующий ураган, накрыл меня с головой, — улыбнулась Ася.

— Твоя работа ничуть не хуже. Я даже не заметил, куда утро делось, пока читал твое произведение. Пойдем в кафе? А то вчера так ничего и не обсудили.

— Ну уж нет, — Ася повернулась и хитро улыбнулась. — Вчера ты был моим рыцарем, сегодня им побуду я! Ты ведь не против?

— За Вами, сэр, хоть на край света! — Саша выпрямился и слегка поклонился, рассмешив девушку.

— Я принимаю вашу волю, прекрасный принц! В сей пятничный день мы отправимся с вами на ристалище бардов свободных, дабы сразиться с ними в поединке словесном!

Насмеявшись вдоволь, они сели в такси.

***

Это было здание театра, в таких Саше не доводилось бывать. Тем более на сцене. Народу собралось человек десять. Все друг друга знали и тепло приветствовали.

— Сегодня у меня уже есть напарник, — улыбнулась Настя, взяв Сашу за руку и отведя к свободным стульям, стоявшим полукругом.

Поделившись на команды, ведущий объявил первое задание.

— Опишите качества своего товарища используя животные прилагательные. Например: «Щенячья нежность» или «гусиная кожа». Подглядывать или переговариваться запрещено!

Злобно усмехнувшись, Ася взяла ручку. Саша тяжело вздохнул, битва обещала быть тяжелой.

***

— Тебе понравилось? — спросила Ася, держа Сашу за руку.

Мероприятие подошло к концу, и они победили. Не сказать, что это было легко, их соперники были мастерами своего дела. Но потом и кровью им удалось одержать верх. По традиции вся компания заказала пиццу, кормя победителей. Так что чемпионы ушли сытые и счастливые.

— Это было очень интересно. Я даже и подумать не мог, что есть такие вот мероприятия. Да и теперь кажется, что знаю тебя всю жизнь.

— Раньше мы просто соревновались, а после заказывали еду. Как-то решили, что мотивация «победитель не скидывается» будет достойной. Так и привязалось это, — Ася остановилась и посмотрела на Сашу. — Я очень рада, что тебе понравилось.

Она смущенно улыбнулась. Не в силах сдерживаться, Саша приобнял ее и робко поцеловал. Ася не сопротивлялась, ответила взаимностью. Все посторонние звуки куда-то исчезли, но этого никто и не заметил. Давно Саша не чувствовал такой нежности и легкости. Не хотелось думать, говорить или что-то сейчас делать. Саша растворялся в мягком поцелуе, наслаждаясь каждым мгновением.

Оторвавшись, Ася сладко облизнулась и крепко обняла Сашу.

— Поедем ко мне? Не хочу никуда тебя отпускать!

***

Остаток вечера и всю ночь они лежали в объятиях друг друга. Им не нужны были слова, чтобы наслаждаться происходящем.

— Мы будем давать этому продолжение? — спросил Саша за завтраком.

— А ты не хочешь? — удивилась Ася.

— Дело не в этом. У нас разные работы в разных городах.

Ася встала и подошла к Саше, уткнувшись в него кучерявой головой.

— Саш, если ты хочешь, я брошу все ради тебя. Я готова на этот шаг. Но ты ведь знаешь мою мечту. Мы в Питере, тут куча издательств и возможностей. Да и ты сам говорил, что давно хочешь переехать. А в твоем городе что? Мы зачахнем. Решать тебе. Не хочу, чтобы ты до старости лет винил меня в упущенных возможностях.

Саша приятно удивился готовности пойти на жертвы и планам девушки на долгосрочность отношений. Он ей не говорил, но за время работы (а поскольку он ленился писать, то отдушиной была она) на его счету скопилось неплохое состояние. Саша никогда не считал себя бизнесменом, поэтому деньги просто лежали и ждали своего часа.

— Ты мне дашь время подумать?

— Конечно, — улыбнулась Ася. — Только не затягивай. Если решишь ехать в свой город, мне нужно уволиться заранее.

Саша уже со всем определился. Осталось лишь признаться себе и... переехать в Питер. К Асе.

***

День пролетал за днем. Саша решил уволиться лично, ведь компания для него очень многое значила. Но сначала надо пройти семинар до конца, не опозорив Станислава Петровича. Работая с полученными заданиями, он и не замечал, как возвращалась Ася, добавляя в жизнь ярких красок. Ноутбук он оставил в гостинице, все равно она была проплачена. Работая по старинке с бумагой Саша наслаждался творчеством.

Поделившись с Асей планами, он был счастлив, как и она.

Так как билеты покупала компания, времени между поездом и окончанием семинара практически не было. Уйдя раньше, Саша направился в гостиницу за вещами.

К его удивлению, Ася на семинар не пришла. Телефон ее был выключен, а соц сети не доступны. Уйдя чуть пораньше, Саша, собрав все лавры, вызвал такси и кинулся к Насте. Неприятное чувство разрасталось внутри живота.

Дверь в квартиру была не заперта. Дрожащей рукой он ее отворил и вошел внутрь. Неприятный холодок пробежал по спине.

В квартире творился хаос: всюду валялись рваные книги, вещи, битая посуда. Посреди этого погрома сжалась, всхлипывая, Ася.

— Милая моя, что случилось? — кинулся к ней Саша, побросав вещи. — Ты в порядке?

— Они отказали, — всхлипнула, прижимаясь к нему, Ася. — Все трое отказали!

Слезы нескончаемым водопадом полились вновь. Глаза девушки были красными, ее сильно трясло.

— Тише, тише! — гладил дрожащей рукой лохматую голову Саша. — Кто они? В чем отказали?

— И-издательства, — прошептала Ася, пытаясь вытереть слезы. Она была разбита. — Сказали, что мой текст слишком обыденный, не вызывает должных эмоций. Посоветовали публиковаться через интернет, попытав счастье там, или, что лучше, не писать вовсе.

Ася снова разревелась. Те работы, на которые она ставила большие надежды, провалились. Издательство не приняло их, не признав Асины труды.

— Тише, тише, все будет хорошо, — шептал Саша, целуя девушку и успокаивая.

Настя замолчала и быстро уснула у него на руках. Он не отпускал ее, защищая от всех проблем этого жестокого мира. Все будет хорошо, он верил в это.

«Дин-дон! Поезд через час! Не опоздай!» — заорал телефон. Ася открыла глаза и грустно вздохнула.

— Ты правда хочешь уехать?

— Это ведь не на долго. Пару дней максимум. Я живо вернусь, обещаю. Куда я теперь от тебя денусь, глупышка? — Саша ее поцеловал. — А по поводу отказа: в конце концов, есть множество других издательств. А, учитывая твой труд и прогресс за семинар, это лишь вопрос времени.

— Спасибо, — тепло улыбнулась Ася. — Прости меня, я не должна была себя так вести.

Она встала, поправляя волосы и вытирая лицо, но вдруг опять плюхнулась рядом и уткнулась лицом Саше в плечо.

— У меня такое противное чувство, что, если ты уедешь, я больше никогда тебя не увижу. И больше никогда не буду счастлива.

— Глупенькая, все это чушь, — тепло обнял ее Саша. — Я быстро вернусь, ничего не случится.

— Обещаешь, что будешь любить меня до конца своих дней и не предашь? — подняла глаза Ася, словно ребенок смотря на Сашу.

— Обещаю! Я помогу стать тебе самым выдающимся писателем в мире, вот увидишь!

Ася благодарно прижалась, шепча «спасибо».

***

Уезжать от нее было очень тяжело, но Саша знал, что иначе чувство вины будет преследовать его ни один год. Ему доверились, а, значит, он должен вернуться в сроки и доложить. Там уже Саша спокойно уволится, закроет дом, оставив ключи соседям, и вернется обратно. К любимой.

В метро была толкучка, пару станций Саша едва отлипал от дверей. Вдруг резко вагон опустел, за исключением пары людей. Удивившись такому преобразованию, он сел на освободившееся место. Спустя остановку вошел старик в потрепанном пальто и шляпе, сев рядом. Он задумчиво осматривал собравшихся, затем повернулся к Саше и улыбнулся.

— Тяжелый сегодня выдался день, верно?

— А? Да, есть такое.

— Тебе не кажется несправедливым, что люди к чему-то идут годами, а кто-то получает это не заслуженно легко, просто удачно родившись?

— Я... я не совсем вас понимаю.

Старик не показался Саше отталкивающим, наоборот. Манера говорить и его речь выдавали в нем начитанного, явно образованного собеседника. Пальто и плащ, несмотря на поношенность, сидели со вкусом.

— К примеру, ты можешь всю жизнь пытаться запечатлеть красоту природы, а родится какой-нибудь простак, который будет рисовать полотна на твоем уровне друг за другом, даже не напрягаясь. На что тогда ты потратил свою жизнь?

— Это ведь называется талант? Призвание?

— Это называется несправедливость.

Саша замолчал, погрузившись в свои мысли. Конечно же, это так. Было бы очень обидно. Но что можно тут сделать? Только больше заниматься. Видимо поэтому он и не стал настоящим писателем. Нужно усердно трудиться, а Саша ждет чуда. Но ведь Ася — другое дело. Отказ сильно на нее повлиял. Справится ли она?

— Справится, куда ей деваться, — хитро подмигнул старик ошарашенному Саше.

— А-а, как вы... э-э?

— Считай меня личным Фаустом. Вы идеально дополняете с Настей друг друга. И, как ты сам заметил, симбиоз ваших работ дает отличный результат. Но вы ценны, пока вместе. По одиночке вам успеха не добиться. Поверь, я знаю, — довольно прищурился старик.

По спине Саши пробежали мурашки.

— Ты ведь хочешь для нее признания масс? Думаешь, от этого она станет счастливее? В твоем сердце я вижу две большие любви: творчество и Ася. Видишь, Сашенька, мир наш такая тяжелая штука, что одновременно две вещи ты иметь не сможешь. То, что ты любишь, будет отнимать у тебя все свободное время, обделяя вторую половинку, и не важно, что будет на первом месте: книги или девушка.

Сашу бросило в холодный пот. Вагон остановился, кто-то вышел, кто-то зашел. Старик молчал.

«Как такое может быть? Если я хочу писать, я не смогу быть счастлив с Асей? И наоборот?»

— Всегда нужно чем-то жертвовать, дорогой мой, — вздохнул старик, как поезд тронулся. — Я предлагаю тебе услугу. Вернее, помощь. Определись, что важнее для тебя? Я могу показать миру твой талант, а могу отдать его Асе. Выберешь ли ты книги или отречешься от всего ради девушки?

Так вот о чем говорила Ася. «Если ты уедешь, я больше никогда тебя не увижу». Саша закрыл глаза и глубоко вдохнул.

«Так. Надо определиться, что важнее? Пускай. Я хочу счастья для Аси. Да и, сделав ее известной писательницей, я сдержу свое обещание.»

— Ася. Я пожертвую свой талант ей. Только я хочу знать, где гарантии, что это никак не отразится на моих чувствах? — голос Саши дрожал.

— Все зависит от самого человека. В конце концов, это ведь твой выбор. Никто тебя не принуждает, — улыбнулся старик. — Твоя остановка следующая. Если ты готов пожертвовать все, просто пожми мне руку. Так же ты можешь пустить все на самотек, но гарантий нет никаких.

— Я понял, — решительно ответил Саша.

Он взял старика за руку. Вмиг телом овладела слабость, которая тут же прошла. Проморгавши, Саша огляделся. В вагоне он ехал один.

***

На вокзале он тут же позвонил Асе, ее бодрый голос придал уверенности и тепла. Саша посоветовал отправить ее семинарскую работу куда-нибудь в издание. Пообещав быстро вернуться, он положил трубку.

Всю дорогу не покидало тревожное чувство, что что-то не так. В соц сети желания заходить не было, неимоверная тоска не позволит нормально пообщаться хоть с кем-то, а портить отношения Саше не хотелось.

По приезду его встретил ливень, проводивший до самого дома, а оттуда на работу.

Подойдя к своему рабочему месту, Саша включил компьютер и открыл последний файл. Он попытался что-либо написать, но пальцы не гнулись, мысли путались, в глазах все плыло. Пробуя снова и снова с разными файлами, статьями, открывая пустые черновики, беря листок и ручку, — не получалось ничего. В конце концов Саша сдался. Свою жертву он заплатил. Хоть было и больно, его грела мысль, что скоро он вернется к ней, зеленоглазому чуду, и от этого становилось спокойно. Жаль не на долго: отчаяние и страх снова брали верх.

В такой борьбе он собрал вещи, и пошел к начальнику.

Шеф долго не хотел его отпускать, предлагая и повышение, отпуск, работу на дому. Но, вспоминая о провале, пришлось отказаться.

Выйдя под проливной дождь безработным, Саша набрал Настю. Она почему-то была недоступна.

Решив не откладывать, Саша поехал домой собирать вещи. Он планировал сегодня же уехать в Питер. К Асе.

В дверях Саша столкнулся с курьером, который принес заказное письмо. На ходу раскрыв его, он узнал подчерк и сел на пол прям посреди зала.

«Дорогой, любимый Сашенька! Я отправлю это письмо заказным, самой быстрой доставкой. Не хочу использовать соц сети или мобильник, как-то бездушно. А письма... Они передают мои мысли, мои чувства в этот момент. Можно сказать, в них есть частичка души.

Саш, мне очень тяжело писать тебе. И я сейчас плачу. Но я должна, нет, обязана тебе все рассказать.

Как же это тяжело!

Сразу после твоего звонка в мою дверь постучали. Это был какой-то старик в потертом пальто и шляпе. Представился Фаустом, представляешь? Он попросил чаю. И рассказал странную историю.

Начал он с несправедливости нашего мира. И предложил мне выбор: стать известной писательницей, но отречься от того, кто пожертвовал всем ради меня. Или разделить свою жизнь с тобой. Но тогда ни ты, ни я не сможем стать известными писателями. Мы так и будем нуждаться друг в друге.

Тогда я посмеялась абсурдности его слов. Кто пожертвовал всем ради меня? Родители? Но мы в последнее время не общаемся. Ты тоже не мог. Извини, Саш, но работа — это не все. Это не то, что называют «жертва всей жизни». Так что я выбрала первое. Я правда не верила в реальность происходящего.

Но как только он ушел, мне позвонили из московского издательства. Им так сильно понравилась моя работа, что они предложили мне заключить контракт. И... я согласилась! Ты представляешь? Я теперь писательница! Которая получает деньги за то, что пишет! Я до сих пор не могу поверить. Мне кажется, я сплю.

Тебя взять с собой мне не разрешили. Ну это я понимаю. Новообретенный актив, который вместо работы будет витать в розовых облаках. Я сначала освоюсь там, потом заберу тебя с собой. Издательство не против. Скорее всего я улечу из страны. Или поеду по городам набирать материал. Пока еще не знаю, этот вопрос обрабатывается.

Жаль, что придется тебя покинуть, но, Саш, это то, о чем я мечтала! Я хочу этого. Потерпи пожалуйста. Это будет отличное испытание временем.

Каждый раз, когда я думаю о тебе, мне почему-то очень грустно. До слез. Но я стараюсь держаться. Я ведь у тебя сильная.

Саш, чуть-чуть, и я приеду. Сейчас, издадим первую книгу, денег хватит, чтобы жить вместе. Да и издательство уже против не будет. Телефон сильно отвлекает, я от него откажусь. Пиши мне пожалуйста, ты — мой мир. Саш, умоляю, дождись меня! Я знаю, что это эгоистично с моей стороны. Я готова до конца дней замаливать перед тобой свой поступок. Но дай мне шанс. Прошу!

И, кстати, я так и не заметила, что потеряла того, кто стольким ради меня пожертвовал. Интересно, кто это?

Ладно, надо собирать вещи. Я побежала.

С любовью, твоя Ася.»

Не в силах удержаться, Саша упал на пол. Его била сильная дрожь, в голове не было мыслей. Незаметно пришла темнота.

Проснувшись, разбитый и подавленный он залез в кровать и достал ноутбук. На рабочем столе был единственный документ, открыв который, Саша прочитал: «И. С. Тургенев „Ася“ — для меня ты что-то большее, чем просто повесть». Дрожащими пальцами он дописал: «Для меня ты — жизнь».

2020 г

7. Изобретатель

Запах машинного масла, пропитавший в этом доме-мастерской каждую тряпочку, смешался с не менее резким запахом алкоголя. Артур шумно втянул воздух и швырнул зараз опустевшую бутыль через всю комнату. Пролетев небольшой письменный столик, заваленный грязной посудой и какими-то чертежами, она разлетелась, осыпав кухонные шкафы осколками.

— Да пошли вы все! — заорал Артур, сильно покраснев и пошатнувшись.

Неуверенно прошагав к одному из шкафчиков, он небрежно приоткрыл его и достал еще одну бутыль.

— Чтобы вы сдохли! — откупорив, приложился к ней.

Не осилив и половины, он раскашлялся. Размазав по лицу грубой ладонью слезы, вперемешку с соплями и слюнями, Артур плюхнулся на потертый диван, не боясь испачкать свой новый костюм.

— Какие же вы глупцы, — тихо прошептал он и с отчаянием приложился к горлышку.

Наверняка его жена пришла бы в ярость от такого поведения, но, к счастью для Артура, он был холост. Артур был очень привлекательным мужчиной: добрые черты лица под гривой каштановых волос и солидной щетиной, явный вкус в одежде (когда ему было дело до внешнего вида), начитанный и трудолюбивый. Поклонниц хватало, но камнем преткновения служила его работа, а точнее — дом.

Артур был изобретателем. Он считал (и вполне оправдано), что его интеллект куда выше, чем у самих работодателей, поэтому работа на какого-нибудь глупца, жаждущего лишь богатства, убьёт его индивидуальность.

Отец всю жизнь проработал на фабрике по изготовке запчастей для автомобилей. Там он подхватил какую-то заразу, от чего и умер. Мама же была учительницей, так что Артур получил хорошее образование. Вскоре вслед за отцом ушла и мать.

У Артура был старший брат, презирающий все «железяки». Он пошёл служить в армию, где и погиб. Артуру прислали все его жалование вместе с «деньгами за смерть». Это дало серьёзный толчок для становления нового изобретателя.

Артур закупился новейшими инструментами, сделал ремонт. Его ранее семейный дом на несколько поколений превратился в мастерскую: маленькая гостиная-спальня, в которой стоял небольшой столик, диван и пару кресел, соединялся с кухонькой, где были лишь плита, раковина и пару шкафов. От входной двери слева наверх уходила лестница на второй этаж — библиотеку, карнизом нависающую над входом. В соседней комнате, попасть куда можно через кухню, была мастерская. Его мастерская. Объединив два этажа и порядка восьми комнат, Артур снёс все стены, создав большое пространство, которое быстро заполнили шкафы и стеллажи с различными инструментами.

Чтобы не умереть с голоду, он занялся ремонтом. Починить автомобиль для него не составляло труда, а такие редкие люди ценились. Очень скоро Артур прослыл отличным механиком, и к нему потекли люди. Он даже смог купить себе воздушный шар. Зачем это ему Артур так и не разобрался. Просто знал, что пригодится.

Работая каждый день в мастерской, Артур потихоньку начал творить. Различные улучшения и изобретения появлялись в его фантазиях раз за разом, требуя своего воплощения.

Постепенно творения становились смелей и изощреннее. Он стал участвовать в съездах и выставках, где зарекомендовал себя как молодой талант. В порыве амбиций и вдохновения, Артур решил попробовать соединить паровой двигатель от автомобиля с каким-нибудь плугом, создав машину для пашки, которой можно будет пользоваться, не переживая за животное.

Разработка и реализация заняла ни один год. Первым делом Артур изучил пашку земли, как это зависит от местности, устройство плуга и прочие мелочи, которые обязательно нужно учесть. Далее он занялся конструированием. Необходимо было высчитать размеры и максимальную пользу от его творения. И, наконец, реализация. Подгонка деталей, создание новых, поломки, брак и прочие бытовые моменты взяли свою долю времени создания. Не обошлось и без тестов. Пару полей, которые вспахал Артур, были успешно засеяны. Единственная сложность была привести машину. Но даже с потраченным на это временем и силами результат окупился.

— Идиоты, думающие лишь о своей выгоде, — пробурчал Артур, вставая с дивана.

Он уже не был одет в костюм, замасленный халат не сковывал передвижения. Растолкав пустые бутылки ногой, неуклюже встал и пошёл к заветному шкафчику.

Сколько времени прошло после повторного провала Артур не помнил. На дверях мастерской висел замок, заказы он не брал. Пару раз привозили еду и выпивку, так что запасы полны. Приходили друзья-коллеги, но он в пьяном бреду их прогнал.

Мир поплыл, словно всё вокруг — сон. Артур посасывал бутылку. Зайдя в мастерскую, он сшиб пару ящиков с инструментами. Петляя, все же дошёл до воздушного шара.

Он долго не мог сообразить, зачем же сюда пришёл.

Когда бутыль опустела на половину, озарение снизошло до него. Усмехнувшись, Артур сделал пару больших глотков и принялся менять баллон с газом.

— Если шар потухнет, будет тяжко снова накачать его, — пробурчал он, радуясь слышать голос.

Начав присоединять баллон, Артур вдруг выпрямился и рассмеялся.

— Вы думали, что унизили меня? Ха-ха-ха! Профаны! Да вы весь мир обрекаете на нищее существование! Моя машина перевернёт всю аграрную промышленность! Люди теряют здоровье в адском труду, а я мог бы спасти миллионы жизней! Вы еще услышите обо мне, я... я...

Артур поперхнулся. Откашлявшись, он уже все забыл и лег спать.

***

Рев как от разорвавшегося снаряда заставил подскочить с дивана. Не успев понять в чём дело, его перевернуло, придавив мебелью.

Гул, стоящий в ушах, потихоньку начал утихать. Выбравшись из-под завала, Артур огляделся. Дверь в мастерскую была выбита.

Заглянув во внутрь, он ужаснулся: внутри то тут, то там догорало пролитое масло, или топливо, или что ещё может гореть. Все его запчасти и ключи, большинство созданное под заказ, были раскиданы как после взрыва бомбы. Воздушный шар комком лежал по центру. Крыши не было.

— Что случилось? — ахнул Артур, хватаясь за голову.

От выпитого спиртного не осталось и следа. Его глаза лихорадочно метались по мастерской, ища причину взрыва.

— Определённо, взорвался шар. Но почему?

Вдруг он уловил какое-то движение в лохмотьях шара. Затем услышал стон.

Не раздумывая, Артур бросился к центру комнаты. Разгребая лохмотья, он вдруг вскрикнул и, запутавшись, упал назад.

Перед ним лежала хрупкая девушка. Ее рыжие волнистые волосы, напоминающие солнце в древней наскальной живописи, местами закоптились и спутались. На безмятежном аккуратном личике тоже была грязь. Маленький носик и подрумяненные щёчки украшали веснушки. Сквозь полураскрытые губки виднелись беленькие зубки. Из одежды на незнакомке были лишь шортики, бесстыдно открывающие взору ее красивые стройные ножки, и повязка, скрывающая небольшую грудь, непозволительно оголявшая все остальное хрупкое тело.

Прикрыв наконец-то рот и шумно сглотнув, Артур снял с себя халат и накрыл девушку. Пусть лучше он будет выглядеть не прилежно, чем даст девушке повод обесчеститься. Негоже никому, кроме мужа, лицезреть её тело.

Она оказалась на удивление лёгкой. Занеся в гостиную, Артур аккуратно уложил её на диван. Благо он его сразу перевернул. Удача ли или осознанный поступок — он не знал, но был очень благодарен.

— Она такая беззащитная, — подумал он, любуясь её личиком.

Только сейчас стала заметна золотистость кожи незнакомки. Такие лица он видел у пахарей. И у тех, кто работает в полях на солнце. Но откуда такой девушке взяться у него в мастерской? Да ещё и в таком виде?

Стук в дверь загремел не хуже взрыва. Боясь разбудить незваное чудо, Артур кинулся к двери. Мелькнула мысль, что он не хочет, чтобы это пришли за девушкой. Скрипнув зубами, открыл дверь.

— Артур, у вас всё в порядке? — обеспокоенно спросила тётушка Элиза, милая старушка, проживающая по соседству.

— Да, всё хорошо. Спасибо. Просто неудачный эксперимент, — соврал Артур.

— Вы снова работаете? Как замечательно! Пьянство вам ни к лицу, — захлопала в ладоши она.

— Если кто придёт, остальные соседи или полицейский, вы не могли бы сказать им, что всё хорошо? Не хотелось бы отвлекаться, сами понимаете...

— Ой, конечно! Не волнуйтесь об этом!

Поблагодарив, Артур закрыл дверь. Ему, конечно, было немного стыдно за свою ложь, но девушка, лежащая на его диване, вызывала интерес куда сильней.

Переодевшись в чистое, Артур умылся и почистил зубы. Будет неловко, если она упадёт в обморок от его смрадного дыхания. Набрав тёплой воды, он сел рядом с девушкой и принялся аккуратно вытирать её личико.

Её кожа была очень мягкой на ощупь. В какой-то момент Артур даже подумал, что недостоин прикасаться к такому бархату своими грубыми руками. Но она манила к себе, и он ничего не мог с собой сделать.

Вдруг распахнулись голубые глаза, милое личико приняло испуганно-злое выражение лица.

— Арр, — зарычала она и ударила Артура по лицу.

Артур отлетел и ошарашенно уставился на неё. Незнакомка ловко вылезла из-под халата, изгибаясь словно кошка, и была готова вот-вот кинуться на него.

— Стой! Я... я нашел тебя у себя в мастерской! Я не трогал тебя, эээ... — Артур отчаянно выставил руки перед собой. — Я лишь хотел помочь!

Её глаза стрельнули в перевёрнутый таз и тряпку рядом. Черты лица заметно смягчились, а плечи расслабились.

— Зачем ты трогал моё лицо? — спросила она.

Понадобилось какое-то время, чтобы осознать, что он понял все слова. Её голос был чарующий.

— Я... смывал... грязь.

— Только мама может умывать меня, — она вдруг прищурилась. — Или муж. Ты что ли так мне предложение делал?

От удивления пересохло в горле. Артур хотел возразить, но язык не слушался. Он лишь что-то промычал.

— У тебя такое забавное лицо получилось! — рассмеялась она. — Раз ты спас мне жизнь, то я тебе верю.

— Ты бы прикрылась, — шумно сглотнув, прошептал Артур.

Девушка покраснела и отвернулась, хотя это не сильно помогло. Она бегло осмотрела топ, слегка поёрзав грудью, встала, покрутила округлыми бёдрами и недовольно повернулась.

— Всё у меня в порядке с одеждой. Или тебе я не нравлюсь?

— Т-ты что такое говоришь? П-просто у нас так не принято ходить...

— Глупости какие. Быть может, такой красивой как сейчас я уже никогда не буду. Так ответь, зачем мне тогда прятать тело в груде тряпья?

Артур лишь неуверенно пожал плечами.

— Какие вы смешные, — развеселилась незнакомка.

Только теперь Артур понял, что разговаривает с ней на одном языке, но девушка — чужестранка, это видно. К тому же, она из очень дальних и тёплых стран, об обычаях которых он даже не слышал.

— Кто ты такая? Ты ведь не с наших мест, как я тебя понимаю?

— Потому что мы — люди, — она посмотрела на Артура как на глупца. — Птицам ведь не мешает расстояние понимать друг друга.

Артур не нашёл, что ответить. Видимо удостоверившись, что он не опасен, она расслабленно села.

— Мое имя — Анна. Как тебя зовут?

— А-Артур.

— Рада подружиться с тобой, Аартур, — она тепло улыбнулась.

— Просто Артур. Как ты очутились у меня в мастерской?

— Мне стыдно об этом говорить, — она сложила руки на коленках и виновато опустила голову.

— Моей мастерской теперь нужен капитальный ремонт. Крыша разрушена, в комнатах, — он обвел рукой, — разруха. И единственный, кого я нашёл, это ты. Тебе не кажется, что я заслуживаю объяснений?

— П-прости! — она вдруг шмыгнула носом, глаза её заблестели.

— Эй, ты чего?! — Артур ошарашенно на неё смотрел.

— Это я виновата... Но я не специально, честно! — она в упор смотрела на него, от чего Артуру стало не ловко. — Я просто... упала.

— Упала? Что?

— Нам с детства твердили, что там, где облака тонкие, ходить опасно. Я не послушала и...

— Какие облака? — вдруг вскричал Артур. — Ты мне мастерскую разнесла, а теперь за дурака держишь?

— Зачем ты так? — расплакалась Анна. — Я ведь тебе не вру.

В груди у Артура что-то неприятно сжалось, но злость была сильней.

— Люди не летают! А воздушного шара у тебя не было! Так что даже...

— Это такой большой мешок с облаком внутри? Я на такой упала, — затараторила она. — Я летела быстро-быстро, так было страшно! Я не думала, что спасусь. Я пролетела в щель на крыше и упала на такой шар. Потом раздался хлопок. Из-под шара бахнул огонь и вышел через крышу. Я была с краю, меня не задело. Но я ударилась и потом увидела тебя. Честно, я не вру!

— Видимо, ты ударилась головой, и тебе всё привиделось.

— Почему ты не веришь мне?

— Потому что такого просто не может быть, — ахнул Артур, закрывая лицо руками.

— Ой, а ты прям всё знаешь?

Артур удивлённо на неё посмотрел. Анна выдержала взгляд. Стало ясно, она упрямо будет стоять на своём.

Вдруг по комнате раздалось тихое урчание. Анна схватилась за живот и покраснела.

— Голодная? У меня продуктов почти нет, могу приготовить яичницу. Будешь?

— Это съедобно? — изменилась в лице девушка.

— Это... жареное яйцо курицы.

— Курица — это птица? — уточнила она.

Артур кивнул.

— У нас это называется белучка. Если я правильно тебя поняла.

Не веря в происходящее, Артур пошёл на кухню, надеясь, что яйца уцелели.

***

Эмоциональность Анны его забавляла, она вела себя как ребёнок. Ей всё было очень интересно. Накормив гостью, Артур напоил её лучшим чаем, что у него был. На удивление, Анна почти не разговаривала. Она была так увлечена новыми для неё блюдами, что отдала себя всю изучению. Попивая чай, Артур заметил, что она клюёт носом.

— Сегодняшний день полон событий. Ты устала?

— Немного.

— Раз мы не знаем, откуда ты, то, быть может, ты останешься у меня? — Артур почувствовал, как горло пересохло, и хлебнул чаю.

— Как это не разобрались? — искренне удивилась Анна. — Я оттуда.

Она показала пальчиком в небо и улыбнулась своей милой улыбкой.

— Хорошо, раз мы не знаем туда дорогу, то до этого времени предлагаю тебе пожить у меня. На улице спать холодно, да и полицейские тебя арестуют.

— Жить с парнем мне не доводилось, — покраснела Анна. — Но ведь выбора у меня нет. Да и ты спас меня. Тебе я верю.

Артур смущённо улыбнулся. Действительно, жить вдвоём с девушкой он ещё не готов. Но этот милый ангелок не плюётся от запаха масла и его обилия вокруг.

— Стоп! — подумал про себя он. — Какой ангелок? Да, она очень красива, но я ведь не верю во всю эту чушь!

— Могу я тебя попросить? Ты поможешь мне вернуться домой? — робко спросила Анна.

— Обещаю! — не задумываясь вздохнул Артур. — А я всегда держу слово.

Он постелил ей на диване, а сам направился в библиотеку. Наверху он оглянулся посмотреть на Анну, она уже мило сопела.

— Умоталась, — тепло прошептал Артур.

Больше пол ночи он ворочался, сон к нему не шёл. Сердце бешено колотилось, энергия рвалась наружу. Артур не понимал, что с ним случилось. Он трогал лоб, боясь за простуду. Но всё было в порядке. Так что же мешало ему уснуть?

***

Солнце давно встало, его лучик пробился сквозь пыльное окно библиотеки и яростно ударил в лицо Артуру. Недовольно поморщившись, он сел. Было странное послевкусие, как от приятного сна с нотками разочарования, что всё прошло. Внизу он услышал шорох, сонливость мгновенно исчезла.

Довольно улыбаясь, Анна, ползая на четвереньках, мыла полы. Его гостиная не была такой чистой... никогда! Все проливы масла, топлива и прочих пятен куда-то исчезли. Это не говоря уже о копоти кухни.

— Привет, любитель поваляться в кроватке! — помахала рукой Анна.

— Ты что тут наделала?

— А... я хотела как-то тебя отблагодарить... В той комнате много всяких железяк, я не стала их трогать... А тут... Прости... — она виновато опустила голову.

— Как я по такой чистоте ходить теперь буду? Я боюсь запачкать!

Анна робко улыбнулась.

О, снова это чувство! Как ночью. Хотелось спрыгнуть прям сверху на диван... валяться на солнышке... улыбаться всему на свете...

— Было немного непривычно, но я разобралась очень быстро. Видела, как ты вчера воду получал. Я быстро учусь, — она показала язык.

— А у тебя дома полы не моют?

— Моют. Но чтобы набрать воды, мы идём к грозовым тучкам, они тёмно-синие, и черпаем кусочек.

— Э-э-э... Ладно. Ты голодная?

— Угумз! Но я не нашла ничего съестного, чтобы приготовить.

— Сейчас схожу за продуктами.

Артур быстро оделся и отправился на рынок.

***

Завтрак получился очень вкусным, ведь готовил он больше для неё. Анна от удовольствия закрывала глаза и причмокивала.

— Расскажешь о своём мире? — спросил Артур, моя посуду.

— А что там рассказывать? — спросила Анна, внимательно следя за секундной стрелкой часов. — Мы живём семьями. Всё делаем сообща. Старые люди, раз не могут охотится или работать, следят за малыми.

— Ты ведь не похожа на глупую, как ты упала? Несчастный случай?

Повисла тишина, Артур начал переживать, что не то спросил. Он обернулся. Анна сидела перед часами затаив дыхание.

«Ку-ку!»

— Ха! — вскричала Анна, хватая игрушечную кукушку и вырывая её с часов. — Я знала, что она скоро появится! Смотри, я поймала нам обед!

Анна подбежала к Артуру и гордо показала добычу.

— Э... посмотри на неё, — как можно мягче сказал Артур, стараясь скрыть неловкость. — Она не настоящая.

Анна какое-то время изучала птицу, затем вскрикнула. Виновато посмотрев на Артура, она шмыгнула носом.

— П-прости, я всё исправлю.

— Не стоит, я сам всё сделаю.

Артур взял у неё птицу. Анна виновато сжалась.

— Так, ты чего без настроения?

Девушка шмыгнула носом, готовая вот-вот разрыдаться.

— Смотри, что покажу, — нашёлся быстро Артур. — На одной выставке увидел. Пришлось повозиться, но я всё-таки смог её воссоздать.

В его руках появилась небольшая коробочка, в центре которой стояли мужчина в костюме и женщина в белом платье. Их поза походила на танец.

Покрутив внизу ключик, Артур осторожно поставил коробочку на стол и улыбнулся.

Раздался сухой скрип, и пара задвигалась. Вдруг полилась мелодия в такт танцу. Анна зачарованно смотрела на грубые и рваные движения деревянных человечков.

— Это... божественно! — выдохнула она. — Я никогда раньше не слышала и не видела ничего подобного!

— Называется музыкальная шкатулка, — улыбнулся Артур.

Анна напоминала ему любопытного ребёнка, которому показали первый в его жизни фокус.

— А... А можно еще? Пожалуйста! — её глаза светились счастьем.

— Да, конечно. Смотри, вот тут ключик поворачиваешь и музыка будет играть.

Анна в точности выполнила его указания, пара снова начала танцевать. В это время она, как показалось Артуру, даже не дышала. Когда музыка закончилась, Анна вопросительно посмотрела на него.

— Можно ещё раз?

— Д...

В дверь постучали. Анна инстинктивно сжалась, накрывшись халатом.

— Не переживай, я не дам тебя в обиду, — пообещал Артур, подходя к двери.

— Ну что, железяка, как ты? — раздался притворно весёлый голос.

— Не заржавел тут? — поддержал его второй.

Зашли двое. Первый — высокий худой мужчина в чёрном костюме. Его товарищ — чуть ниже среднего роста, с небольшим животиком и в такой же одежде.

— Михаил! Георгий! Рад вас видеть! — Артур искренне пожал руку обоим мужчинам, жестом приглашая внутрь. — Анна, это мои друзья. Знакомьтесь, Михаил, — он показал на того, который ниже. — Георгий, — на высокого. — А это — моя гостья, Анна.

Девушка смущённо помахала, сильнее кутаясь в халат.

— Что за девушка? — удивлённо спросил Михаил.

— Моя гостья. Она упала с неба, — увлечённо начал Артур. — Да, знаю, в это трудно поверить. Я и сам все ещё не до конца осознаю. Но с того дня моя жизнь перевернулась!

— Артур, разреши мне уйти в твою мастерскую? — робко спросила Анна. — Поговорите наедине.

— Хорошо, — кивнул Артур. — Иди.

Он смотрел, как девушка дошла до кухни, затем, хихикнув, вернулась обратно, схватила шкатулку, показала язык и скрылась за дверью мастерской. Артур рассмеялся.

— Артур... Ты сегодня пил? — осторожно спросил Георгий.

— Нет, что за вопрос? — удивился Артур. — я с её появления не пробовал вкус алкоголя. И, думаю, не буду. Вы даже не представляете как её присутствие окрыляет! Наверное, я влюбился.

— Тогда я очень рад за тебя, дружище! — похлопал его по плечу Георгий. — Когда думаешь возвращаться к работе?

— В ближайшее время. Я ей обещал помочь найти дорогу обратно, — воодушевлённо продолжил Артур. — Понятия, правда, не имею как, но сдержу слово!

— Тогда мы будем тебя периодически навещать. Заодно и посмотрим, что ты придумаешь. Удачи тебе.

Георгий встал и пожал руку. Михаил кисло последовал его примеру, не проронив и звука.

— Попрощайся за нас с Анной.

Когда гости ушли, он нашёл девушку лежащей на животе. Играя ножками, она слушала музыку, зачарованно глядя на шкатулку. Артур замер, боясь помешать. Когда мелодия закончилась, она подняла свои глазки на него.

— А, ты уже всё?

— Ага. Они ушли.

— Ты не обиделся, что я ушла? Я бы не хотела ни с кем видеться, ведь надо кутаться в эти дурацкие тряпки.

— Нет, что ты. Конечно же не обиделся, — Артур тепло улыбнулся.

— Тогда...

В её глазах заплясали искорки озорства, она хитро улыбнулась.

— Иди ко мне! Я хочу попробовать!

Заведя шкатулку, Анна прижалась к Артуру, и они закружились в ритм музыки.

— Я... ведь... никогда... не... танцевал! — пытался поймать равновесие Артур.

— А-ха-ха-ха! Я тоже! — вскричала Анна, веселясь и откидывая голову назад.

Кружась всё быстрей и быстрей, они набирали обороты. Всё, что попадалось под руку, будь то передвижные шкафчики, подносы с инструментом или вёдра — всё сметалось прочь.

Когда музыка резко остановилась, замерли и они. Анна смотрела в глаза Артуру и, тяжело дыша, улыбалась. Их лица были очень близко, обжигая друг друга дыханием.

— Ты бесподобна! — прошептал Артур.

Его сердце колотилось так сильно, что он вот-вот оглохнет.

— Нет, это ты удивительный, — робко прошептала Анна.

Не в силах больше сдерживаться, Артур поцеловал её. Анна, шумно втянув воздух, закрыла глаза и слегка обмякла. Крепкие руки ещё сильнее стиснули девушку в объятиях.

Артуру показалось, что прошла вечность. Вечность, полная блаженства и наслаждения. Он посмотрел на девушку, довольно улыбающуюся в его руках.

Анна облизнула губы, смакуя долгий поцелуй и озорно посмотрела на него. Показав язык, она, извернувшись, выскочила из объятий и весело умчалась в комнату.

Артур постоял какое-то время, смотря ей в след. Дотронувшись до своих губ, он улыбнулся. Как же было тепло и приятно!

***

Артур пил крепкий кофе и смотрел, как Анна ковырялась в его мастерской, словно ребёнок в песочнице. Не известно, сколько бы времени понадобилось на её восстановление, если бы не помощь гостьи. Мастерская приняла прежний вид, разве что за исключением шара и пары слоёв пыли и грязи.

Большая часть приспособлений её забавляла. То она навинчивала гайки на болты, а затем развинчивала. То вбивала гвоздики в дощечку, веселясь, словно дитя. То надела сварочную маску и угрожающе пыхтела. Одним словом — веселились.

Утром за завтраком Артур попытался узнать конкретней о доме Анны. Но кроме пальца в небо ничего не получил. Он не хотел расставаться с ней, но возвращение домой сделает её счастливой. А значит будет счастлив и он.

— Смотри, — весело улыбнулась Анна, надев шлем на голову. — Я ведь так могу бегать по облакам и не бояться удариться головой при падении!

Она расхохоталась, расставила руки в стороны и начала носиться по мастерской. На одном из поворотов шлем сполз на глаза. Пока Анна его поправляла, впереди возникла стена.

БУХ! И она упала на попу, удивлённо и испуганно выглядывая из-под шлема.

— Ой! Зато не больно!

Этот «БУХ» словно огрел самого Артура. Он читал, что где-то использовали конструкцию для планирования по воздуху. Делались крылья как у воздушных змеев, к ним крепился человек. При отличных погодных условиях можно было пролететь несколько десятков метров. Всё зависит от дружелюбности ветра. Но такие полёты опасны своей непредсказуемостью. А что, если получится управлять полётом? Что, если к змею прикрепить, плевать пока как, паровой двигатель от автомобиля? Невозможно? Но для пашки ведь получилось. Что помешает тут?

Артура прямо трясло от возбуждения.

— Анна! Ты — чудо! — прокричал он, чмокнув раскрасневшуюся девушку, и побежал за бумагой составлять чертёж.

— Что это? — спросила любопытная девушка.

Артур не слышал, как она подошла.

— Это поможет тебе попасть домой.

— Это полетит? — в её голосе не было недоверия, лишь подлинный интерес и восхищение.

— Думаю, да.

Анна слегка приуныла. Её мимика отражала внутреннюю борьбу. Наконец, она решительно посмотрела в глаза Артуру.

— Обещай, что ты будешь со мной!

— А... ты... это... хочешь... ты...?

— Обещай! — девушка надула губки.

Она выглядела милой, но не строгой. Однако, этого и не требовалось.

— Всегда!

Артур подался вперёд и поцеловал её. Анна не сопротивлялась.

***

— Это... невероятно! — выдохнул Георгий. — Я помогу тебе с этими деталями. Думаю, у этой штуковины есть все шансы на полёт. Это будет прорыв всего человечества!

Он отложил чертежи и восхищённо глянул на Артура.

— Ты, друг мой, гений!

— Как ты додумался до такого скрещивания? — поддержал Михаил.

— Меня Анна вдохновила... Михаил, не делай такое лицо! Она тебе с первой встречи не понравилась, но уверяю тебя, ей можно верить. Анна хорошая.

Михаил многозначно посмотрел на Георгия. Тот едва заметно покачал головой. Михаил лишь тяжело вздохнул.

— Мы просто мало знаем твою подругу, — сгладил Георгий.

— К сожалению, так и есть. Она сторонится людей. Но тут нет её вины. Мы, можно сказать, из разных миров.

Артур развел руками.

— Кстати об этом, ты ведь хочешь помочь ей вернуться домой. Для этого ты строишь эту машину?

— Ну да, — уклончиво ответил Артур.

Глупо скрывать тягу к созданию чего-то нового изобретателем.

— А дальше что?

— Так далеко я не планировал, — опять уклонился Артур.

Он не рассказывал друзьям о связи между ним и Анной.

— Ну тогда удачи тебе, друг! — Георгий встал и пожал руку. — Запчасти будут в ближайшее время.

— Будь осторожен, Артур, — лицо Михаила было серьёзным. — Облака могут скрывать неприятные вещи.

Артур ничего не понял, но он был рад друзьям. Рад их поддержке.

***

Время понеслось с уважающей скоростью. Расчёты оказались не очень сложными, главное было выделить основные опорные точки, с чем Артур справился легко.

Анна взяла на себя работу по дому. В свободное время она помогала ему. Из неё получился отличный напарник, множественно убеждался Артур.

Когда дело дошло до подгонки деталей и конструирования, Анна отошла на второй план. Она предпочитала не мешать, чем очень помогла Артуру. Он, конечно же, об этом не стал говорить. Но Анна не была дурочкой.

Продукты заказывали курьером. Тратить время на поход до рынка — непозволительная роскошь. Приносила еду Элиза, дочь знакомого фермера. Многие считали её странной, из-за чего она до сих пор ходила в девках. Зато Анне Элиза пришлась по вкусу. Девушки подолгу болтали, когда та приносила еду.

Недели сменяли друг друга. Сколько точно прошло времени Артур не знал. Он все реже видел Анну, подолгу возясь в мастерской. Когда заканчивал, она уже спала. Артур тешил себя тем, что, когда всё закончится, они снова будут счастливы.

Пару раз в неделю приходили друзья. Михаил сильно переживал за здоровье Артура и не скрывал этого. Между ним и Георгием было какое-то разногласие, но друзья решили не освещать это.

Наконец, Артур вышел на финишную прямую. Пока ждал детали, он сконструировал дугообразную трассу для разгона. На одной стороне с помощью натянутых жгутов его аппарат должен был выстрелить как из арбалета и по трассе вылететь через крышу, куда вёл второй её конец.

Артур свёл к минимуму сон и еду. Он должен поскорее закончить. Тем более, когда победа так близка. И вот, последний винт закручен. Издав вздох эйфории, Артур упал на колени. Перед ним стоял его летательный аппарат. С помощью него люди смогут летать как птицы! Расстояние будет не помеха! Весь мир узнает о молодом изобретателе! И она попадёт домой.

Эта мысль уже не так печалила Артура, ведь, теперь он — повелитель неба.

— Ты, наконец, закончил его, — услышал он грустный голос.

— Эй, ты чего? Я... я ведь теперь повелитель неба! Мы будем видеться каждый день!

— Дурак ты, — прошептала Анна, прижалась к нему и расплакалась.

— Ну хватит, хватит, — гладил по волосам ошарашенный такой сменой настроения Артур. — Всё будет хорошо.

***

— Так, ты пристегнулась? Шлем крепко сидит? Ты точно не хочешь, чтобы я протестировал один?

Анна в очередной раз лишь улыбнулась.

— Всегда вместе, разве забыл?

— Прости, я очень нервничаю. Ладно, давай. Последний отсчёт. Три. Два. Полетели!

Артур дёрнул рычаг, его тут же вдавило в кресло. Лопастной винт молотил во всю, но он этого не слышал. Не слышал и шум двигателя. Ветер в ушах не оставлял шанса ничему.

Вцепившись в рычаг, Артур выровнял самолёт. Они не падали. Аккуратно он направил его вверх, затем выровнял снова. Они всё так же летели прямо.

— Ууууууаааааа! Мы летим! — проорал Артур.

Он был счастлив. Внутренности сковывал страх, адреналин гонял кровь. О, это чувство полёта! Какие же птицы счастливые! Но он справился! Он смог!

— Только попробуйте теперь сказать, что я бездарен! — прокричал Артур. — Я вас всех уделал! Я — повелитель неба! Я вывел человечество на новую ступень!

Он долго ликовал, пикируя в воздухе. Артур видел, что его заметили с земли и все, раскрыв рты, тычут в него пальцем. Он наслаждался заслуженной славой.

Наконец, он плавно направил самолёт в верх. Нужно выполнить своё обещание.

Когда до ближайшего облака оставалось всего пара метров, рукой подать, самолёт начал чихать и пошёл вниз. Артур мгновенно среагировал и выровнял его. Он сделал второй заход, и третий, и пятый — всё одно: не хватало тяги.

Недовольно крякнув, Артур направил самолёт на посадку, топливо кончалось.

— Ничего. Главное — летаем! Нужно всё детально изучить, и я смогу это сделать! На сегодня это — мой предел.

Приземлившись на площади, самолёт сразу окружила толпа людей. Все кричали и поздравляли его, говоря, что это чудо. Анна же почему-то убежала вся в слезах. Артур хотел кинуться за ней, но оставлять самолёт толпе нельзя. Слишком много сил в него вложено.

Взяв первый попавшийся автомобиль, он повёз его домой, принимая заслуженные лавры.

***

Когда щёлкнул дверной замок, Артур тяжело плюхнулся на пол. Это был тяжёлый на эмоции день. Но главное — он смог! Он всем доказал, чего он стоит!

— Анна, почему ты не осталась со мной в этот замечательный миг? Ты же знаешь, сколько сил я потратил. Почему ты не разделила это всё со мной?

— Это твоя победа, не моя. Я была там лишняя, — послышался тихий голос из-под халата, валявшегося на диване.

Артур купил ей много новой одежды, но она почему-то всегда куталась в старый рваный халат.

— Г-глупая! Это ведь всё я делал ради тебя!

Артур подошёл к ней, хотел обнять, но Анна отстранилась.

— Нет, Артур. Ты всё это делал для себя.

— О чём это ты? — удивлённо вытаращил глаза Артур.

— Оставь эту ложь для остальных, прошу тебя. Я ведь была с тобой. Ты очень сильно поменялся. Как и твои помыслы.

— Нам не хватило мощности. Но я знаю, как это исправить. Я покажу своё изобретение людям. Пока я буду работать над доработкой, самолёты получат массовое производство. Благодаря этому можно будет найти неучтённые факторы и увеличить высоту полёта. Потерпи ещё немного и твоё желание сбудется.

— Моё желание? Или желание Артура?

— О чём ты?

Упёртость Анны начинала раздражать.

— Я же говорила, не лги. Хотя бы мне. Я ведь вижу, как тебя манит слава. И ты её вот-вот получишь. Да, ты её заслужил. Но не впутывай сюда меня, прошу.

— Анна, прошу. Я тоже огорчён провалом. Но давай не будем ссориться? Иди ко мне. Я это всё делаю ради нас.

— Анне слава не нужна.

Терпение Артура лопнуло.

— А Анне не кажется, что лишать всё человечество возможности летать как-то эгоистично? Тебе ведь понравилось чувство полёта? Почему ты хочешь лишить этого остальных?

— А ты не думал, что люди не зря не летают?

— Ну да. Ведь тогда мы сможем попасть на облака, где райские условия и нет никаких забот. Где люди не чахнут от голода, холода и болезней, а лишь резвятся себе в облачках!

— Прекрати!

— Ну да. Мы ведь для тебя чужие! Нам не место рядом с вами! Такие как мы должны ползать внизу, в грязи, подальше от избранных...

Звонкая пощёчина прервала гневный поток слов, выгнав всё зло и обиду. Наконец Артур увидел заплаканное лицо, полное... жалости. Жалости к нему.

— Анна, я...

— Прости, Артур. Я должна уйти. Я поняла ход твоих мыслей. Не хочу, чтобы ты считал, будто я пользуюсь тобой.

— Анна, ты не можешь... — заплетающимся языком прошептал Артур.

В горле пересохло. В груди больно сжалось. В животе похолодело. На глазах выступила влага.

— Я давно уже тебе не нужна. Ты оправился от своего горя, я в твоей жизни стала лишней.

— Но... это... не... так...

— Артур, я же просила: не ври, хотя бы себе. Я буду приглядывать за тобой, ведь ты бываешь таким рассеянным, — она дрожащей рукой прикоснулась к его щеке. Плакали оба. — я верю, что у тебя всё получится. Прощай.

Скрыв лицо руками, она выбежала наружу, оставив его одного. Повелевающего в небе и разбитым на земле.

***

В дверь постучали. Артур вскочил. Анна! Она передумала! Какой же он все-таки дурак! В погоне за славой он оттолкнул девушку, это было так. Но он получил второй шанс! Он обязательно всё исправит! Они...

— Привет, дружище... скверно выглядишь! — обеспокоенно сказал Георгий. — Что произошло?

Не в силах произнести ни слова, Артур расплакался.

— Тише, друг, — хлопал его по плечу Михаил. — Всё хорошо. Ты справился.

— Она... она... — всхлипывал Артур. — Она ушла...

Друзья переглянулись. Георгий покачал головой.

— Я не могу больше так! — вскричал Михаил. — Он обязан знать правду!

Внутри всё похолодело. Артур почувствовал, как что-то противное и липкое ползёт по спине. Что это? Страх? Страх узнать что-то, что скрывал Михаил, вызвал дрожь.

— Ты же видишь его состояние. Правда лишь навредит ему, — не очень убедительно ответил Георгий.

— Быть может, этого не было бы, узнай он всё сразу!

— О чём это ты? Что-то случилось с Анной?

— Да, случилось! — Михаил вдруг изменился. Злость сменилась на сожаление. Он достал какую-то бумажку. — Анна... её никогда не было в твоей жизни.

Эти слова выбили всю землю из-под ног. Что он такое говорит? Она... она существует, ведь они жили вместе. Она упала с неба к нему. Месяц... или сколько прошло, не могли быть ложью... нет! Это всё было на самом деле!

— Это правда, — прошептал Георгий. — Мы узнавали. Ты надышался газом и сильно ударился головой. В итоге твой мозг создал для тебя образ, который помог бы тебе выбраться из ямы отчаяния. А когда дело сделано — нужда в образе отпала.

— Нет...

— А тебе разве не показалось странным, что твоя Анна, прежде избегающая людей, ушла?

— Я хотел тебе сразу рассказать, но ты был счастлив, — досадно посмотрел на него Михаил. — Ты бросил пить, начал работать.

— Но... я ведь видел её... она...

Михаил посмотрел на Георгия и тяжело вздохнул.

— Да, ты правда видел её. Вот она.

Он протянул свернутый клочок бумаги — вырезку из газеты, которую ему вечно суют в те моменты, когда Артур ходит за покупками.

С обрывка на него смотрела его Анна. Только она была немного другой. То, как вальяжно стояла эта девушка, выдавала в ней другого человека.

— Новая мода! Купальники ограниченной серии... — прочел Артур вслух, окончательно убивая надежду.

Всё было кончено. Жизнь потеряла краски. Его мир рухнул. Друзья ещё что-то говорили, но он их не слышал.

Они похлопали его по плечу и ушли. Он снова остался один. Как же это было противно. За последнее время одиночество исчезло из его жизни, он уже забыл, какого это быть одному. Боль пожирала изнутри. Артур подошёл к шкафу, где хранился алкоголь. Он и не помнил, когда в последний раз сюда заглядывал. А нет... помнил. В тот день он встретил её.

Не думая больше ни о чём, Артур приложился к горлышку.

***

Артур проснулся от жажды, раздирающей горло. Он допил содержимое бутылки и раскашлялся. Жарко. Очень душно. Артур застонал.

Поднявшись, он дрожащей рукой принялся срывать с себя одежду. Шатаясь, нашёл новую бутыль.

Сколько он пьёт? Время потеряло своё значение. Видимо, недостаточно, ведь в груди всё ещё болит. Она... он помнит о ней. Как теперь жить дальше?

Артур дошёл до мастерской, держась за стены. Там, где раньше стоял воздушный шар, горделиво возвышался венец его творения. Его дитя, подаренный человечеству во спасение. То, что отняло у него Анну.

Он долго стоял и смотрел на свой самолёт, попивая из бутылки.

— Я ведь правда его делал для тебя... — прошептал он, вытирая глаза. — Где же я сбился?..

Ответа не было. Он прокручивал много раз их последний разговор. Почему она решила, что самолёт ему дороже? Это ведь не так!

Сильно приложившись к горлышку, Артур встряхнул головой. На лице отразилась решимость.

— Так... газ... — забубнил он.

Шатаясь, Артур поплёлся к баллонам, опрокидывая по ходу инструменты. Раскрутив все вентили, он обернулся. Глаза слезились, но это была его мастерская. Тут он знал всё.

Дойдя на ощупь до углового стеллажа, Артур взял большую канистру с топливом. Чуть ли не падая, он дотелепал до самолёта. Постояв немного, принялся обильно его поливать.

— Глупая... — прошептал Артур. — Ты мне куда дороже всей славы мира... Я... Я докажу тебе! Ты... Я... Люблю!

Дышать становилось тяжело, что-то сдавливало грудь. Сердце бешено колотилось.

— Анна... Анна... Найду... Люблю... Ты... ведь помнишь?.. Вместе... Всегда!

Допив алкоголь, он зажёг спичку.

2020 г

8. Новый собеседник

В небольшой кафешке у окна обедал мужчина. Затертый пиджак явно теснил, а рубашка выглядела застиранной. Вымученное гладко выбритое лицо без толики радости поглощало пищу. Под глазами, невидяще смотрящими куда-то вперед, темнели круги от недосыпа.

— Приятного аппетита! — кивнул подошедший мужчина, садясь на свободное место за столом.

Опрятный, можно даже сказать элегантный, лет за сорок, с аккуратно подстриженной бородкой, в черных замшевых перчатках и пальто, несмотря на теплый весенний день.

— Мы знакомы? — спросил первый, мгновенно проглотив пищу и начав испуганно озираться.

Гость дружелюбно улыбнулся, снял перчатку и протянул руку.

— Альберт, рад познакомиться.

— Дмитрий, — неуверенно ответил первый после крепкого рукопожатия. — Я могу вам чем-то помочь?

Улыбка Альберта располагала, внушая какое-то спокойствие, добавляла долю мистики в происходящее.

— Не люблю обедать в одиночестве. Не возражаете, если составлю вам компанию?

Дмитрий помотал головой.

Подошла официантка.

— Мне как обычно, пожалуйста, — улыбнулся ей Альберт.

— А вы желаете еще что-нибудь? — спросила девушка у Дмитрия.

Мужчина, отвернувшись, пробурчал что-то неразборчивое. Извинившись, официантка упорхнула.

— Расскажите о себе, — попросил Альберт. — Всегда интересно знакомиться с новыми людьми.

Дмитрий смутился. Стараясь скрыть неловкость, он набрал полный рот еды, пару раз пожевал и проглотил. Раскашлялся.

— Не спешите, — сказал Альберт, — пища никуда не денется. Глупо так рисковать жизнью.

Дмитрий отмахнулся, вытер лицо салфеткой и отдышался.

— Бывает, — коротко бросил он. — Не повезло вам с собеседником. Я — обычный офисный работник.

— Зря вы так, — покачал головой Альберт. — Порой за обыденностью скрываются самые что ни на есть настоящие чудеса.

Дмитрий от удивления даже приоткрыл рот. Не такого он ожидал услышать.

Вернувшаяся официантка принесла десерт из взбитых сливок, посыпанный шоколадной крошкой. Как только она посмотрела на Дмитрия, тот насупился и отвернулся.

— У каждого свои слабости, — пояснил Альберт, наслаждаясь вкусом.

— Простите за мою реакцию, — покраснел Дмитрий. — Эта девушка... Лиза. Она мне очень нравится.

До этого момента Дмитрий никому не рассказывал эту сокровенную тайну. То ли потому, что у него совсем не осталось друзей, то ли потому, что считал это слишком сакральным — он не знал и сам.

— Как-то странно вы проявляете симпатию, — удивился Альберт.

— Я... стесняюсь, — промямлил Дмитрий и тут же затараторил. — Сейчас я не готов к отношениям. Что я могу ей дать? Хорошей работы нет, начальник скидывает свои задачи на меня. Отсюда и свободного времени нет. Стресс и нервы выливаются в лишний вес. А девушки стройных любят. Сейчас поднакоплю, займусь собой, сменю работу. Вот тогда можно будет и добиваться.

Проглотив большой кусок десерта, Альберт задумчиво обсосал ложку.

— Ну не знаю, Дмитрий, — неуверенно ответил он. — Разве девушкам это нужно?

— А как иначе? — удивился Дмитрий. — Все мы любим красивых, вкусно кушать и хорошо жить. В этом ведь и заключается человеческая натура.

Альберт улыбнулся и пожал плечами. Ловко вычерпал остатки десерта, после чего довольно откинулся на спинку стула.

— Значит, вы сейчас меняете свою жизнь?

— Ну не прям, чтобы меняю, — смутился Дмитрий. — Скорее, разрабатываю план.

— Вам что-то мешает?

Дмитрий задумался.

— Обстоятельства. Да, обстоятельства. Знаете, вот решишь, что с завтрашнего дня начнешь бегать, худеть, к примеру, так утром обязательно проспишь! Да еще и начальник работы надает столько, что домой еле приходишь.

Альберт с не поддельным интересом разглядывал собеседника, слушая каждое его слово. Дмитрий, взглянув на часы, засуетился, взявшись за обед.

— А вы не боитесь, что будет слишком поздно? — поинтересовался Альберт. — Жизнь ведь слишком непредсказуемая. Как и девичье сердце.

Жующий Дмитрий с непониманием уставился на него, осознавая услышанное. С трудом проглотив все, начал собираться.

— Я поэтому и сказал, что буду добиваться. Сейчас у меня шансов нет. Но вот в будущем... Накачаюсь, заработаю много денег... Она мне не откажет, я уверен. Альберт, извините меня, опаздываю на работу. Спасибо за компанию.

Дмитрий спешно пожал руку и вылетел на улицу.

Альберт, грустно вздохнув, достал часы и сверил время. Через стекло он увидел, как начал накрапывать дождь.

Появился Дмитрий, подбежавший к пешеходному переходу. Гипнотизируя красный светофорный сигнал, он нетерпеливо притоптывал ногой. Достав мигающий телефон, недовольно скривился. Посмотрев по сторонам, взял трубку, пригибаясь и глупо улыбаясь при каждом слове. Убрав телефон, Дмитрий устало протер глаза и начал переходить дорогу.

Послышался гудок машины, свист шин, звук разбивающегося стекла, чей-то крик.

— Дмитрий, Дмитрий, — покачал головой Альберт. — А я ведь давал шанс тебе все изменить.

Отсчитав деньги за десерт с щедрыми чаевыми, Альберт достал блокнот, открыл нужную страницу, пробежался по столбцу и вычеркнул очередное имя — Дмитрий.

2021 г

От автора.

Большое спасибо, что прочитали книгу! Буду рад, если напишите впечатление о ней.

Приглашаю вас познакомится с историей Ретрокса. Первая книга: https://author.today/reader/24231 Вторая книга: https://author.today/reader/97201 Третья книга: https://author.today/reader/163073

Первая книга о зарождении Мира: https://author.today/reader/24233/

Сборники рассказов: О чем-то важном: https://author.today/reader/161336 Солянка: https://author.today/reader/161337