Неслучайная любовь

Глава 1

Была зима, и я стоял на вокзале среди таких же как и я, замотанных в кучу тёплых вещей товарищей по несчастью. Порывистый ветер пронизывал до костей, не смотря на пуховую куртку, свитер и футболку. Очень хотелось некультурно выразиться, плюнуть на все и отправиться домой, в обогретую квартирку, налить крепкого сладкого чая и погрузиться в чтение любимой книжки. Но нет, мне нужно было ехать в Северобайкальск именно сегодня. Вот зачем я пришёл на вокзал так заранее? Да все из-за моей дурацкой привычки ни в коем случае никуда не опаздывать, лучше выехать из дома загодя и ждать, чем, не дай бог, нестись за отъезжающим вдаль поездом, пытаясь запрыгнуть на ходу. Это уже давно стало сродни ритуалу, приезжать заранее и ждать поезд. Даже если была такая отвратительная погода, как в этот раз. Просто в городе, где вечные пробки, даже из соседнего дома бывало сложно добраться вовремя. Что уж говорить про тех, кто жил от вокзала очень далеко. Да и сам процесс, когда поезд прибывает, был таким волнительным, что пропустить я его никак не мог. Сами поезда я обожал с детства – романтика. Это вам не самолёт, запрыгнул и долетел куда-нибудь на другой конец планеты. Нет, поезда величаво и важно отправлялись в путь, неспешно объезжали города и даже целые страны, а потом возвращались назад. Этот способ передвижения не подходит торопыгам, он для тех, у кого есть время. Из окна поезда можно было наблюдать за красотой природы, за проплывающими мимо городами, за спешащими куда-то машинами. А уютные купе, где можно было достать заранее приготовленные продукты, которые в поезде становились гораздо вкуснее, а горячий чай? Если же есть немного лишних денег, то можно и пошиковать, и отправиться в вагон ресторан. А как спится под стук колёс! Если вы не знаете, обязательно попробуйте. Ну и конечно куда же без попутчиков? Кто они будут, ровесники или люди постарше? Картёжники, любители выпить или наоборот, любители тишины и покоя, созерцатели, как я их любил называть. А может, наоборот, любители поделиться своими секретами? Как раз последнее происходило чаще всего, незнакомому человеку открыться проще, ведь вы вряд ли когда-нибудь ещё увидитесь. Я любил слушать истории, любил слушать о проблемах других людей. Советов не давал, да и не нужны они таким людям. Вот поэтому, если у меня была такая возможность, всегда выбирал поезд. В этот раз поездка была дальняя и значимая. Сейчас я стоял на перроне города Тайшет, сюда я добрался из Иркутска. Когда родители узнали, как долго я пробуду в пути, мама начала причитать, а отец сурово посмотрел на меня и сказал: «Тебе бы лучше на самолете, дался тебе этот поезд?» Нет, родители абсолютно не понимали моей любви к железным дорогам. Сами они предпочитали передвигаться быстрым транспортом, тем же самолетом. Когда я был маленьким, моя мама решила, что у меня аэрофобия. По совету коллеги с работы она записала меня к некоей бабке-шаманке. Клавдия Ильинична, как утверждалось в ее проспекте, помогала избавиться от всех зависимостей и фобий. Всего за 10 сеансов и 100 тысяч рублей вы очиститесь от всего и станете как новенький.

У меня выбора не было, я был слишком мал, чтобы отказаться от маминой безумной затеи. Все 3 сеанса, на которых я успел побывать, вызывали у меня смех до сих пор. Меня усаживали не неудобный стул (как объясняла ретивая старушка, чтобы я почувствовал неудобство и не мог заснуть во время сеанса). Дальше были зажжены свечи, благовония, с потолка свисали пучки вонючих трав, а Клавдия Ильинична брала бубен в руки и начинала какие-то дикие пляски и песнопения. В общем, все это прекратилось только благодаря тому, что мой отец узнал правду и натравил на обманщицу милицию. Зато эта история стала любимой в моей компании. Сейчас мама уже поняла, что ее любимый сын не боится летать, просто у него есть странности, с которыми надо смириться. Тем более в последнее время моя мама Ирина Анатольевна была озадачена больше тем, что мне пора обзавестись собственной семьей, и активно пыталась найти будущую невестку? Я же пропускал мамины причитания мимо ушей, за 25 лет это уже давно вошло в привычку. В этот раз поездка была дальней, добраться до Иркутска, а оттуда до Тайшета, так что я выбежал из дома раньше, чем мама успела рассказать об очередной потенциальной невесте, дочке ее какой-нибудь подруги. До Иркутска добрался без проблем, до Тайшета, в общем-то, тоже.

Кто-то любит проводить отпуск на море, кто-то копаться на даче, а я предпочитал отправиться на поезде в самые отдаленные участки страны. В этом году я придумал для себя особый подарок - прокатиться по байкало-амурской магистрали. Эта дорогая имела для меня особое значение: ведь когда-то именно здесь познакомились и влюбились мои бабушка и дедушка. Они были теми самыми энтузиастами, которые когда-то приехали строить БАМ, и эта стройка стала для них судьбоносной. Сегодня я отправлялся из Тайшета в Северобайкальск. Там собирался пожить, погулять вдоль озера Байкал, о котором столько слышал с раннего детства. Погода может быть и не совсем подходящая, но разве это остановит человека, который так давно мечтал о такой поездке?

Пока я размышлял о том, какие встречи меня ждут в ближайшее время, и что я смогу увидеть, несмотря на непогоду, прибыл поезд и я отправился изучать купе, в котором должен был провести почти сутки.

- О, а вот и молодежь, - как только я открыл дверь, сразу ко мне направился здоровый, колоритный мужик в возрасте. – Как зовут тебя, сынок?

- Антон, а вас?

- Егор Петрович, но можно просто по отчеству. Ну, за знакомство, парень? – Петрович зашуршал пакетами и на столик была установлена небольшая бутылочка водочки, баночка соленых огурчиков и пара стаканов.

Я, как заядлый путешественник, тоже не остался в стороне и достал два пищевых контейнера, в одном была вареная картошка с укропом, в другом жареная курочка. Также на столе появились пирожки от Петровича.

- Сам пеку с мясом, с грибами и с капустой, - гордо произнес мой сосед по купе.

Как только поезд тронулся, мы чокнулись и выпили за начало пути.

- Рассказывай, парень, куда путь держишь, - устраиваясь поудобнее, предложил Петрович.

Я поделился с соседом своими планами, в том числе историей знакомства дедушки и бабушки.

- Нина Константиновна и Роман Анатольевич познакомились на стройке БАМа в 70-х. Они были полны надежд, верили в светлое будущее и у них были общие интересы. История их любви мне всегда казалась по-настоящему романтичной. Условия труда были непростыми, зато платили хорошо, но не деньги были главными для них, а атмосфера сопричастности к чему-то важному, а дед еще всегда добавлял, что это был отличный способ познать себя.

- Согласен с твоим дедом, - выслушав историю, сказал Петрович. – Я и сам успел в свое время там поработать. Ты знаешь, что для строительства БАМа было заказано несколько тысяч самосвалов в ФРГ? Представляешь, прибыл я строить магистраль, и вот нам в том числе показывают эти машинки. Парень, я как их увидел, сразу влюбился, и понял, что хочу на такой работать. Но вот условия для этого были строгие, только отличники производства имели право садиться за руль таких красавиц. И я им стал. Эх, это была не машина, зверь. Я своей даже имя придумал, назвал ее на иностранный манер Мэгги. Моя девочка была самой лучшей. Конечно, у нас было и весело, и грустно. Денег мы получали прилично, но потратить особо их было негде. С жильем были проблемы, многие жили во времянках. Было всякое, но мы все жили дружно, сплоченно, помогали друг другу, вместе отмечали праздники, вместе горевали. Всяко бывало. Но я рад, что поработал там.

Через пару часов Петрович признался, что хотел бы вздремнуть. К нам в купе так никто и не подсел, поэтому я решил прогуляться.

Вышел из купе и нос к носу столкнулся со странным чудаковатым парнем. Высокий, худой, слегка сутулый молодой человек смотрел на меня с какой-то странной детской доверчивостью.

- Лютик, - произнес он.

-Простите?- удивился я, рассматривая своего нового собеседника.

- Меня зовут Лютик, - уточнил парень.

- Антон, - представился я, все еще недоуменно его разглядывая.

- Иду попросить у проводника кипяточку, - уточнил парень.

Тут я даже не знал, что добавить, поэтому просто кивнул и пропустил его. Сам остался стоять и смотреть на проплывающие мимо припорошенные снегом деревья.

- Здесь красиво, правда? - через минуту спросил меня Лютик.

Я промолчал, продолжая любоваться видами.

- А вы куда едете?- робко спросил меня мой новый собеседник.

- В Северобайкальск. Хочу полюбоваться местными красотами, а вы?

- А я просто катаюсь на поезде.

- Простите?

- Я очень люблю поезда…

- Знаете, я тоже, но я вас не очень понимаю.

- Я люблю поезда, - продолжил Лютик, но не города. В детстве я часто оставался один, и чтобы не было страшно, я играл в железную дорогу. У меня была такая немецкая, красивая. Потом стал просить у родителей купить мне еще одну. Потом мне купили одежду машиниста и я представлял, что вожу сам поезд. Нет, нет, машинистом я не стал. Но катаюсь на поездах часто.

- Я тоже. Но не хочу вас обидеть, все-таки это выглядит весьма странно. Я поезда покидаю, а не остаюсь в них.

- Понимаю, мама говорила, что у меня проблемы, у меня много фобий, проблемы со здоровьем, только поезда меня как-то успокаивают. Так что выбравшись в отпуск, я просто езжу по железной дороге туда-обратно, привожу свои мысли и чувства в порядок. А еще только тут я могу общаться с людьми.

- А так вы с ними не общаетесь?

- Нет, я стесняюсь и, вообще, неуютно себя чувствую, работаю дома. Выхожу редко, все заказываю по Интернету.

- Да уж, сочувствую. Слушайте, а почему все-таки Лютик? – я решил, что мы уже вполне можем переходить на ты.

- Прозвище в школе дали, вроде как такой вот нежный цветок. Я как-то привык.

Пока мы разговаривали, открылась дверь соседнего купе и чуть полноватая девушка улыбнувшись мне, обратилась к моему собеседнику.

- Василий, я накрыла на стол, приглашаю вас, - она повернулась ко мне, заглянула в глаза и добавила, - хотите к нам присоединиться?

Я не колеблясь, согласился. Делать все равно было нечего, а провести время с новыми людьми всегда интересно.

Зайдя в купе после Лютика, или точнее, как теперь выяснилось, Василия, я обнаружил сидящую на нижней полке девочку лет 5 с торчащими косичками. Она оторвалась от бумаги, посмотрела на меня, улыбнулась.

Здравствуйте, - радостно сказала она мне, - а вас как зовут?

- Антон.

- А я Оленька.

- Привет, Оленька, а чем ты занята?

- Рисую принцессу.

- Здорово. Я замолчал, так как понятия не имел, как общаться с детьми и что им надо говорить. Но девочку, похоже, это не смутило.

- Рисовать умеете? – спросила она у меня.

- Нет.

- Знаете, все умеют рисовать, - в этот момент она казалась очень серьезной.

- Я – нет, - заверил я ее.

- Просто нужно часто рисовать и все у вас получится, - заверил меня ребенок. Давайте покажу.

Я не стал отказываться. Не уверен, что хотел бы научиться рисовать принцесс, но вот просто научиться рисовать очень хотел. Тем временем ее мама и Лютик (нет, не смог я его называть по имени), сели и принялись что-то обсуждать. Прислушался и понял, что Лютик продолжает делиться информацией о поездах. Он знал о них все: когда, в какой стране запустили первый поезд; протяженность каждой железной дороги; когда и как менялись поезда. В общем, такая ходячая энциклопедия по поездам. Мне он казался немного чокнутым и одержимым, но Марина была с ним вежлива и доброжелательна.

Тем временем Оленька, когда обнаружила, что у меня не получается нарисовать принцессу, нарисовала ее сама и предложила раскрасить ей платье. Конечно, розовый цвет был выбран как лучший для одеяния венценосной особы. Ну я и раскрашивал, попутно удивляясь терпению Марины. Она была очень обаятельной, привлекательной и так заразительно смеялась, что я, поневоле, постоянно улыбался. Когда Лютик выдохся и перестал пересказывать историю железной дороги, Марина обратилась ко мне и расспросила, кто я, чем занимаюсь, куда держу путь. Дальше мы уже говорили обо всем. Оказалось, что они с дочкой тоже едут в Северобайкальск, домой. Марина спросила, где я решил остановиться. Я рассказал, что еще не решил, буду искать гостиницу или другое жилье. Тогда девушка предложила поселиться у ее тети Глаши. Во-первых, дешевле, чем гостиница, во вторых – удобнее добираться до Байкала. Себя Марина предложила в качестве гида. Как оказалось, она еще какое-то время будет в отпуске и с удовольствием погуляет со мной и покажет все, что я захочу.

На том и порешили. Я распрощался до утра и покинул их. Рано утром мы встретились вновь. Я помог Оленьке и ее матери с багажом, мы взяли такси и отправились к тете Глаше. Дородная приятная женщина встретила нас в дверях, Марина ее заранее предупредила о госте. Тетя оказалась мировой и громогласной, накормила нас борщом, котлетами с макаронами, а потом ушла, пояснив, что у нее еще партия в преферанс с подругами намечается. Как оказалось, Марина с Оленькой жили в том же доме, так что я донес девчонкам багаж и вернулся в квартиру. Вечером Марина позвонила, и мы пошли гулять. Оленька бежала впереди, а мы неспешно гуляли и говорили, говорили. Оказалось, Марина работает в школе учительницей рисования, очень любит искусство и следит за выставками, читает о современных художниках, скульпторах и мечтает однажды поехать во Францию. Ведь «Мона Лиза» находится именно там. Прошла неделя, я налюбовался на озеро, сделал, как мне казалось, миллион фотографий. Зимой, когда оно замерзает, оно производит какое-то невероятное впечатление, как какая-то ожившая сказка или мультфильм. Замерзшее озеро периодически, кажется, что трещит и ухает, говорят, некоторые особо пугливые туристы падают на лед и закрывают голову руками. Но я был предупрежден Мариной, так что падать не стал, хотя звуками впечатлился. Но, как и другие туристы, не отказал себе посидеть на льду и послушать звуки вокруг. Все же для городского жителя вокруг царила непривычная атмосфера. Такой невероятной красоты я действительно больше нигде не видел. Марина, пока я наслаждался замерзшим Байкалом, сделала несколько карандашных рисунков: она всегда брала с собой альбом для рисования. Парочку я выпросил для себя. А однажды она взяла краски и мольберт, и рисовала, рисовала, а я любовался, тем, как она одержимо рисовала, как закусывала губу, когда о чем-то задумывалась, как летала кисточку в ее руках. Время пролетело незаметно, мне пора было уезжать, а я совершенно не хотел. Я перестал бояться Оленьки, этот непоседливый ребенок как будто не замечал, что я не знаю, как себя с ней вести, и всегда прямым текстом озвучивала, что она хочет. С такой детской непосредственностью она все делала и произносила, что я иногда забывал, что девчонке всего лишь 5 лет. А Марина… Марина стала для меня чем-то особенным. Глотком свежего воздуха после столичных девиц, которые так любят деньги, тачки, и обычно первый вопрос, который они задают, это о том, где я работаю и сколько зарабатываю. Вот только я живу в Москве, а Марина в Северобайкальске, как я буду с ней встречаться, если мы живем так далеко? Я мучился этим вопросом весь последний день перед отъездом, и так и не решил, что делать. Мы тепло попрощались, и я уехал. И уже в пути понял, что расставаться не хочу. Радовался тому, что обменялись телефонами. Вернувшись, я погрузился в работу, но о Марине и Оленьке не забывал, писал, звонил и все больше скучал. В феврале я уже точно знал, где проведу майские праздники. Я купил билеты заранее и все время думал, что это судьба. Ведь мои бабушка с дедушкой познакомились именно на БАМе, я свою любовь тоже встретил тут. Я с трудом дождался весны и первым делом, когда сошел с поезда, подошел к Марине, встал перед ней на одно колено, протянул заранее купленное кольцо и сказал:

- Я люблю тебя, ты выйдешь за меня замуж?

Оленька захлопала в ладошки, Марина зарделась, но все-таки произнесла то самое заветное слово, которое я так хотел услышать.

- Да!