Не колите морфий

Глава 1

Врачи говорят, у меня есть еще целых три дня. Спасибо им за это! Только пусть не надоедают с уколами морфия. Мне они не нужны. Болит у меня все, очень болит, и дышать мне трудно, но на укол я не согласна. У меня есть целых три дня, чтобы я могла смотреть на детей, внуков и правнуков.

А ради этого можно и боль перетерпеть. Скоро уже мне не будет больно.

Это последние строчки моих записей. Спасибо тебе, моя тетрадь, ты мне помогала принимать правильные решения, о которых я никогда не жалела.

*****

Мы с сестрой появились на свет в один день, с разницей в двадцать минут, но были настолько разные, что нас даже за дальних родственников никто не хотел принимать.

Где-то произошел сбой. Сестре моей достались красота и здоровье, а мне счастье и долголетие.

Сестра была высокой стройная блондинкой с очень легким характером. Она шла по жизни, не задумываясь. Ей было некогда. У нее всегда была свита поклонников, в эту толпу входила и я. Нет, немного не так: я находилась рядом, но не с толпой. Обо мне она вспоминала, если решения, которые она принимала второпях, оказывались ошибочными и надо было что-то исправлять.

Я всегда была некрасивой, походка у меня была косолапая. Мама говорила: "Циля, ну хоть ходить, как нормальная женщина, ты можешь научиться?"

Наверное смогла бы я исправить походку. Но зачем? Все равно во всем остальном я мало походила на женщину.

Но я не завидовала сестре. Я радовалась за нее.

Даже на ее свадьбе, когда делали групповое фото и меня попросили встать в задние ряды, я не обиделась. Правильно! Зачем омрачать радостное событие видом моей физиономии, которая излучает, как говорила сестра, искусственную улыбку.

- Почему искусственную? Почему неестественную? - Спрашивала я.

- Ты только не обижайся, но я бы на твоем месте никогда не улыбалась. Чему радоваться? - Отвечала она.

- Хотя бы тому, что у меня есть такая красивая и успешная сестра.

- Ну тогда радуйся, - со смехом говорила она и покружившись на месте, еще раз показав, какая она стройная, как она может красиво танцевать, сестра убегала на свидание.

А я оставалась одна, но не жалела себя. Я радовалась тому, что у меня есть мечта - мне нужно стать врачом, помогать людям. Значит нужно садиться за учебники.

Лет в тринадцать у моей сестры начались все женские дела с их проблемами и радостями, а у меня ничего подобного не было. Вот тогда мама взяла меня за руку и повела к врачу.

Выяснилось - я не совсем девочка, но и не мальчик.

- Только этого нам не хватало, - схватилась за голову мама, придя домой.

- Ты что, раньше не видела? - Спросил папа.

- Что можно увидеть, девочка она, они ничем с Ханой друг от друга не отличаются.

- Что нужно теперь делать?

- Ничего, сказали она интерсексуал.

-Это... , - папа почесал лысину.

- Ничего это не значит, - с раздражением перебила его мама, - она наша дочь, а знать кому-нибудь что-то лишнее, совсем необязательно, и разговоры на эту тему нужно прекратить. Все, точка.

Я поняла быстро, женского счастья мне ждать не приходится, но дружба вполне может заменить любовь. Так я думала. Дурой я была.

У меня был друг, звали его Яков, он был глухонемой, у него это было наследственное, родители тоже были такими.

Я быстро научилась разговаривать с ним, у нас пальцы мелькали в воздухе, мы постоянно перебивали друг друга, и нам было весело.

Он мне говорил, что жениться не будет, потому что эту линию глухих нужно пресечь.

После окончания школы я подала документы в университет, очень хотела стать врачом, но меня не приняли, все по той же причине. Тогда это считалось болезнью.

- Но у меня ничего не болит, я здорова.

- Может, и так, - отвечали мне, - но мы не можем рисковать людьми. Может тебе стоит выбрать другую профессию.

- Я не хочу - другую.

- Знаешь, может тебе стоит пойти учиться на медсестру, а там видно будет, - предложили мне вот такую альтернативу.

За эту идею я ухватилась с радостью, и уже сейчас, на финише, совсем об этом не жалею.

Я вообще ни о чем не жалею.

Родители наши очень рано умерли, может, я в этом виновата. Папа сильно переживал за меня, хотел что-то выяснить, но мама все эти разговоры прекращала после первого же папиного слова.

Хана после школы сразу выскочила замуж, а вскоре родился Герш, который был все время рядом со мной. Он меня называл мамой, а сестру - Ханой. Она не обижалась, только смеясь, говорила:

- Рожу девочку и никогда тебя не допущу к ней, а Герш пусть будет моим подарком тебе.

Через некоторое время Хана развелась с мужем, а еще через год пришла ко мне вся в слезах.

- Ханочка, что случилось?

- Циля, ты счастливый человек.

Я посмотрела на нее недоуменно, такого я от нее не ожидала.

- Циля, ты не можешь забеременеть, а я вот залетела, дура.

- Так можно сделать аборт.

- Поздно уже. Сначала мне Марк предложил слетать в Европу, потом как-то все закрутилось, завертелось, все откладывала, а сейчас, говорят, уже поздно - пятый месяц пошел.

- Так скажи об этом Марку. Роди девочку. Ты же хотела. И все будет в порядке.

- Где я этого Марка найду? И, вообще, откуда я знаю, что это от него?

- Ты же с ним в Европу ездила.

- Ездила, но забеременела я раньше.

Мне оставалось только пожать плечами.

- Циля, помоги мне, ты моя последняя надежда.

- Как я тебе могу помочь?

- Сделай мне аборт.

Это был последний разговор с сестрой. Я конечно, отказалась, и она забрала у меня Герша.

А через год мне сообщили, что Хана погибла в автокатастрофе.

- А дети? - Спросила я.

Мне говорили, что сестра родила девочку.

- Дети были дома с приходящей няней.

После похорон, я начала собирать документы для усыновления детей, но везде мне говорили, что главное препятствие - мое семейное положение. Оказывается, дети должны воспитываться в полных семьях. Об этом я рассказала Якову.

- Так это не вопрос, выходи за меня замуж.

Мой Яков! О лучшем муже и мечтать не приходится. Он был очень хорошим отцом и мужем. Это был единственный мужчина у меня, но знаю точно - он самый лучший любовник в мире. Сколько радости и счастья, сколько позитива он вносил в нашу жизнь. Я не помню, чтобы он кому-то в чем-то отказал.

- Перестань их баловать, - говорила я.

Он только смеялся в ответ.

После Герша и Ники, так звали девочку, которую успела родить Хана, у нас были еще дети. Как только мы узнавали об оставшемся без родителей ребенке, сразу подавали заявку на усыновление.

Ошибались врачи, говоря, что у меня не может быть детей. Их у меня целых двенадцать.

У меня сорок внуков и уже есть правнуки. Жалко, Яков не дождался их появления.

А сейчас пришла моя очередь со всеми попрощаться и уйти.

- Врачи, не колите мне морфий, я потерплю, мне нужно на моих детей, внуков и правнуков насмотреться.

Мне нужно со всеми попрощаться.

Не колите морфий! А вам всем желаю счастья.

И не вешайте нос.