Муза

Глава 1

Сначала он хлопал её по плечу, когда она плакала и кусала губы. Спасал своим присутствием, но не словами. Их было недостаточно.

Он обнимал её и утирал слёзы собственными руками, улыбался, всхлипывая. И она улыбалась ему. И всё становилось хорошо. По крайней мере, у него.

— Зачем ты делаешь это?

— Ну, мы же друзья, — он всё также улыбался.

Приходил к ней, грустный. Был жалким. А она рассказывала ему свои истории. Как-то проговорилась, что обрела любовь, хоть и не к нему, он засмеялся, похлопал её по плечу. Он тоже любил.

— Ты сумеешь завоевать его сердце! Смотри, какая ты красивая!

Вспомнил своего Старшего Брата, а она сказала, что ему очевидно не хватает любви, и они обнялись. Сидели так под Луной, ужасно улыбнувшейся. Он ушёл в раздумьях. Смотрел себе под ноги.

Она каждый день вспоминала свою любовь и смеялась. Ему нравился её голос. Он радовался историям. Ибо её чувства могли оказаться взаимными. Он умилялся.

Хотел написать Старшему Брату письмо. Но в Аду вряд ли есть почта.

Он был безумен.

Она продолжала рассказ, и он расплывался в улыбке. Но боялся её любимого. Потому что не знал о нём ничего... Только она. Только её слова.

Он пришёл, веселый. Рассказывал ей о своих прекрасных снах. Она удивлялась. Но ей нравилось. По крайней мере, так ему казалось.

Однажды он вернулся странным.

— Скажи, что будет, если ты умрёшь? — спросил он, чуть ни плача.

— Не бойся, друг. За тобой придут другие, — она похлопала его по крепкому плечу. Чтобы утешить безумные мысли, возобновила рассказ о любви… прекрасной, истинной любви. История сделала своё дело. Он был слишком рад за неё, чтобы думать о смерти.

Появилась весточка от Старшего Брата. В Аду, наверное, тепло.

«Он был совсем на других не похож,

И владел искусством калечить

Он втыкал ей меж рёбер нож,

А потом целовал её плечи,» - пел сам Дьявол. Сам Старший Брат. И в его стеклянных глазах отражалось горячее солнце — сердце пламенного царства.

Они сидели под всё той же лицедейкой-Луной и говорили. Ни о чём. Плакали вместе. Друг другу в шеи.

Она могла заставить его улыбаться и радоваться, лишь взглянув. И пока уголки губ находились в приподнятом состоянии, рассказывала о своей любви. Говорили, что тот парень чувствует нечто внутри себя. Она в один день сказала своему любимому правду, и тот ответил: «Взаимность возможна».

Старший Брат смеялся над Младшим, и хохот его пробивался сквозь бездну Ада к ушам.

Он вышел в лес и тоже рассмеялся. Вспомнил Старшего Брата. И подлинную силу Братства. Он любил Старшего Брата, но не сердцем. Оно было занято.

Демоны из Ада кричали имя. Его имя.

Она пришла сама. Он не сказал правду, но описал сон. Другой сон, новый. Обнял её, а она его. Луна ухмыльнулась ещё отвратительнее. Но первобытное сердце Ада вступило с лицедейкой в жестокий бой и одолело. Настало утро.

Он рассказывал ей многие свои мысли. А она ему свои. Потому что они были друзьями.

Она не пришла, и он двинулся в путь. Не взглянула. Остался грустный. Начал еще сильнее бояться её любви.

Старший Брат рвался на волю. Своды Адского дворца содрогались, пока он царапал своими длиннющими когтями потолок. Свободу!

«Младший стал бы отличным… послушным… Демоном,» - вздыхал Дьявол, и сердце его становилось таким же стеклянным, как глаза.

Он смотрел на её портрет. Икона.

Пришло письмо.

Она позвала его в театр. Он пришёл… куча людей. И тот, кого она любила. Заставила их пожать друг другу руки, познакомиться. Он ничего уникального и красивого не увидел. Сказал ей правду, когда началось бессмысленное представление. Без ответа.

Ушёл. А они остались наедине…

Он вспомнил Старшего Брата, когда проходил сквозь мглистый, страшный, таящий тьму хвойный лес.

«Нет, Дьявол! Мой инструмент тебя остановит,» - присел у старой, дряхлой ели. Он принялся рыть землю голыми руками. Во тьме она разлеталась во все стороны, грязь забивалась под ногти. Он вздохнул и улыбнулся, достав из ямы свой маленький секрет. Кремневый пистолет…

Старший Брат вышел на Землю, отправился за новым демоном. Но логово было пусто — никого, кроме Луны. Дьявол улыбнулся ей и распалил костёр. Старший Брат проделал здоровенную трещину и впустил частичку Ада прямо в дом. Старший Брат проделал здоровенную трещину и впустил весь Ад прямо в Младшего…

Он окончательно потерял себя. Хотя, когда приходила она, остатки разума всё же начинали блестеть в очах.

Они отлично друг друга знали, были хорошими друзьями, но вот, она стала приходить реже. Он сильно переживал, сходил с ума…

И однажды всё же пришёл сам. Она плакала и кусала губы… снова. Любила… так любила. Взаимно.

Он подошёл к ней, сел рядом, обнял.

— Помнишь, я говорила, что тебе очевидно не хватает любви? — всхлипнула. — Нашёл кого-нибудь?

— Нет, — в его глазах мелькнула радость, — но моё сердце занято. И я готов во имя неё сотворить всё, что угодно!

— Я тоже, — она улыбнулась, кольцо рук стало уже. — Они – моя муза!

Он взглянул на её алые обкусанные губы, провёл тыльной стороной ладони по роскошным распущенным русым волосам. Она посмотрела ему в глаза. Он опустил взгляд на прекрасное белое платье, подчёркивавшее её шикарную фигуру и, вздохнув, погрустнел. Она прошептала его имя и чуть дёрнулась.

— Скажи мне, что есть твоя муза?

— Дорогая… моя муза – Мы…

Ответом стало молчание.

Прошло два дня. Она не приходила. Старший Брат проник в опустошённое сознание младшего. И смеялся, смеялся, смеялся. Смотрел на него и искажал. Младший становился Демоном.

Он следил за ней, преследовал, нагонял ужас.

Но вдруг прекратил и стал приходить… просто приходить каждый божий день, стучался в дверь, думая, что у неё больше не может быть дел. Он смотрел на неё, и насладившись красотой, опускал глаза.

Раз в месяц она приходила сама. И они вроде бы были счастливы. Смотрели друг на друга и переставали грустить. Или нет…

Он звал её по имени ночами, горел внутри.

Однажды в дверь постучал тот, кого она любила. Он открыл. Человек с роскошной причёской и в чёрном плаще кинул презрительный взгляд на сумасшедшего с бледной кожей и мешками под глазами. Он молча дал младшему в руки запечатанное в конверт с красной печатью письмо и лукаво осмотрел комнату. Парень принял дар, а человек, стуча сапогами, покинул дом.

Он сжёг письмо в Адском пламени своего сердца. Она сказала в нём, что им обоим пора идти дальше, знакомиться с новыми людьми, и либо закончить их историю, либо возобновлять реже. Он плакал, рвал на себе волосы, крушил всё вокруг. Разломал стулья, стол, затушил огонь, пылавший в камине и пускавший дым в трубу. Он не понимал, почему и за что.

«Всё так быстро, так спонтанно… я привязался к ней! Нет… наверное, просто любовь оказалась взаимной, в отличии от моей.» - после в глаза бросилась последняя строка: «Помни, дорогой, оборванная нить не равняется смерти.»

Он улыбнулся: «она не равняется смерти, если нить не была единственной… я чувствовал себя живым.»

Добравшись до её дома вместе с инструментом, он замер. Слеза сползла по щеке… кровь вскипела. Ад желал выбраться наружу, чтобы трансформация завершилась.

И вот в окне он увидел, как она танцевала с тем, кого любила. Улыбка освещала её и без того прекрасное лицо, и он улыбался. А рядом сидел ещё пятак незнакомых человек.

Он в последний раз оглядел её.

— Она говорила, что другие придут за мной, — слезинка за слезинкой падали на землю, ползли по лицу, мешали видеть божественный лик. — Прости меня, любимая!

Он приставил ствол пистолета к виску… но в тот же миг на плечо приземлилась чья-то когтистая лапа.

— Уничтожь свою музу… мой Демон…