Обложка Мой придуманный мир

Мой придуманный мир

Софи Корвус

0% прочитано
Стандартный
Софи Корвус

Мой придуманный мир

Глава 1

Дождь всё никак не прекращался. Холодные капли барабанили по зонтам немногочисленных прохожих. Промокшая куртка потяжелела и прилипла к телу, в ботинках неприятно хлюпало. Антон, единственный без зонта, двигался к метро уже не пытаясь спрятаться от проливного дождя. Стоя на эскалаторе, он наблюдал как тяжёлые капли срывались с одежды и разбивались о ступени. В голову лезли разные мысли о смысле жизни и сущности всего происходящего вокруг.

«В этом мире нет правды, собственно, как и лжи. Всем вокруг просто плевать на тебя. Для каждого прохожего ты просто массовка–очередная кукла, бредущая в неизвестность. Вот ты был и вот тебя нет. Кто ты куда ты идешь? Какая разница? Ты – просто декорация этого дня, да и любого другого».

Скользнув взглядом по лицам людей вокруг, он на миг остановился на молодой девушке, едущей вверх.

«Нас учат, что однажды в этой череде лиц мы увидим кого-то особенное. Случайная встреча, случайный разговор и вот вы вместе. Общаетесь, ходите в кино и по магазинам. Влюбляетесь и продолжаете свои жизни уже не в одиночестве. Кто это придумал? Почему нас с детства убеждают, что все так и будет, что кто-то увидит тебя среди тысячи лиц? Всем плевать, даже тем, кто рядом с тобой. Другой человек для каждого лишь персонаж, который существует только находясь рядом. Так может и мне нужно перестать искать в людях хоть что-то?».

Его рассуждения резко оборвал мужчина, сбегающий в низ по эскалатору. От толчка в плечо парень чуть не упал, но мужчина не обернулся и продолжил мчаться в сторону вагонов метро.

«Об этом и речь. Всем плевать, на то, что может случится из-за тебя с другим человеком. Поблажку могут дать только детям, женщинам и старикам».

Мимо проехала стильно одетая старушка. Каждый элемент её одежды был тщательно подобран и выверен. Образ старой леди завершался прямой как струна спиной и надменным выражением лица. Она напоминала тех престарелых хозяек замков или школ для юных девиц из старых фильмов, стремящихся наставить молодёжь на путь истинный.

«Хотя старикам не повезло. Отношение к ним сильно зависит от их внешнего вида. С каких пор стариков стали делить на группы? Почему прилично одетые и чистые они вызывают больше сочувствия, чем дряхлые и немощные? Наверно гораздо проще переживать за тех, к кому не брезгуешь подойти? А женщины и дети? Каждый мужчина знает, что их нужно беречь и защищать? Почему? Потому что они слабее, нежнее и не могут о себе позаботиться? Так дети при должном воспитании могут дать фору любому взрослому как в выживаемости, так и в работоспособности, за исключением физического труда, конечно. Женщины в наше время вообще существа уникальные. Ищут кого-то особенного, кто будет их обеспечивать, оберегать и лелеять. Хотя и сами могут обеспечить себя ещё и нескольких детей. Про самооборону вообще молчу, полно примеров, как основной боевой единицей в парах была именно женщина. С привлечением пары у них тоже все просто. Женщина с правильным макияжем, каплей духов и обаяния легко найдет себе спутника. Это мы мужчины проходим конкурсный отбор, а не они».

Зайдя в прибывшею электричку, он уселся на свободное место. Под грохот электропоезда мысли сместились к прошедшей неделе. Рабочая неделя выдалась ужасной. Даже наступившая пятница не скрашивала события прошедших дней. Коллеги решили не согласовывать свои действия с Антоном, как со своим непосредственным руководителем. В результате чего документы на поставки были перепутаны и не согласованы вовремя. Пришлось заняться исправлением этой проблемы, но как выяснилось уже было поздно. Все сроки сорваны и организация должна денег заказчикам. Антону предъявили выговор и вычет из зарплаты. В добавок ко всему ему придется все выходные составлять новые комплекты документов. Коллеги вышли сухими из воды, ведь начальству плевать кто виноват, если ответственный не досмотрел.

Парень брел от метро к дому. Дождь кончился, под лучами вечернего солнца улицы окрасились в оранжевые оттенки. Теплый ветер играл с зелёными листьями деревьев и приятно обдувал лицо. Но Антон не замечал этого полностью погрузившись в свои мысли. К своим 35 годам он до сих пор один, работает на скучной должности. Снимает небольшую квартирку, но не чувствует себя как дома. В будни он только ночует в ней, а на выходных закрывается как в раковине исчезая на просторах интернета. Кажется, что в его жизни нет ничего интересного. Она унылая и серая. Нет повода выйти в мир, нет желания в нём остаться. Единственное, что он хочет это что бы никто его не тревожил, чтобы больше о нем никто не знал – просто исчезнуть.

Когда Антону было двадцать лет, он думал, что поступает правильно. После школы он уехал в другой город учится на экономиста. Отдал все силы и время учебе игнорирую студенческую жизнь ради успешного вклада в своё успешное будущее. Как итог не нашел престижную работу. Устроился туда, где хорошо платят с мыслью что чуть позже все изменит, но ничего не изменилось. Как же он хотел вернуться лет на десять назад и прожить свою молодость заново. Не корпеть над учебниками, веселится с ребятами да ухаживать за девушками.

Сейчас же Антон просыпался с ощущением пепла во рту. Работа – конвейер уныния, зарплата – насмешка, а пустота в квартире эхом отзывалась в душе. Девушки казались инопланетянками, неспособными понять его. Безнадежность медленно, но, верно, душила. Депрессия постепенно окутывала сознание, мир терял краски, люди казались чужими. Он чувствовал, как жизнь утекает сквозь пальцы, словно песок.

Глава 2

Зайдя в квартиру Антон, закинул мокрую одежду в стиральную машину и забрался под душ. В груди тяжелым грузом ворочались гнев и тоска. Необъяснимым образом они создавали ощущение безысходности и отчужденности от всего мира. Струи горячей воды обжигали кожу, но даже это не могло рассеять внутренний холод. Воспоминания, словно осколки разбитого зеркала, всплывали в памяти, болезненно раня его.

Он закрыл глаза, пытаясь удержать ускользающие образы, но они лишь множились, превращаясь в хаотичный калейдоскоп боли и разочарования. Антон чувствовал, как силы покидают его, оставляя наедине с собственной беспомощностью. Казалось, он постепенно опускается на самое дно, откуда уже не выбраться.

Выйдя из-под душа, мужчина растёр себя полотенцем и опёрся руками на раковину. В запотевшем зеркале над раковиной угадывался лишь смутный силуэт. Антон быстро протёр зеркало ладонью, оставив на зеркальной поверхности разводы. Пристально вглядевшись в своё отражение, он словно пытался отыскать в нём ответы на мучившие его вопросы. На него смотрел все еще молодой русый парень лет двадцати пяти на вид. Даже не скажешь, что через каких-ни будь пять лет ему исполнится сорок. Приятное, хоть и худощавое лицо с темными глазами было украшено небольшой щетиной и синяками под глазами – последствиями тяжёлой недели. Сам Антон не мог сказать, красив он или нет. Девушки за ним не бегали, но и не сторонились, если вдруг удавалось заговорить. Хотя такие разговоры случались редко. Чаще на него просто не обращали внимания. Было ли тому причиной отсутствие выделяющейся внешности или его отстранённость от общества, он не знал.

Человек, смотревший на него из зеркала, был незнакомцем, изможденной оболочкой амбициозного молодого мужчины, которым он когда-то был. Суровым напоминанием о пропасти между его предполагаемой жизнью и серой реальностью, в которой он теперь обитал.

«Мне некуда идти», - прошептал Антон, голос его был хриплым от безысходности. «Я никому не нужен». Даже на работе, где он провел почти всю свою жизнь, его легко могли бы заменить. «Кому нужен почти сорокалетний сотрудник, проработавший всю жизнь в убогой конторе?».

Мысль о том, чтобы начать всё сначала, казалась абсурдной. Слишком поздно для перемен, слишком много времени было потрачено впустую. В груди снова сжался комок от бессилия. Он вспомнил о своих мечтах, о юношеской жажде знаний, о желании оставить след в мире. Теперь же оставалось лишь горькое сожаление и пустота.

Он выключил свет в ванной и побрел на кухню, где его ждала пустая квартира. Завтра будет новый день, но он был уверен, что он будет таким же серым и унылым, как и сегодняшний. Антон почувствовал, как снова опускается знакомая серая завеса отчаяния.

***

Вечер прошел спокойно. Отложив все дела на завтра, Антон до поздней ночи просидел перед экраном ноутбука, просматривая второсортные ролики и фильмы. Уснув под утро, он проснулся уже в обед в не самом лучшем состоянии. Голова и глаза болели, ватное тело не хотело слушаться, а настроение стало не многим лучше, чем накануне. Груз не выполненной работы, которую нужно завершить за выходные, повергал в уныние и апатию. Хотелось все бросить и забыть, но тогда его положение в офисе станет еще хуже.

После короткого завтрака, который он проглотил, даже не почувствовав вкус, Антон с тяжелым сердцем принялся за работу, но его попытка справиться с работой оказалась тщетной. Сфокусироваться на задаче не удавалось, мысли путались, и с каждой минутой нервное напряжение возрастало. Осознав, что в таком состояние он ничего не сможет сделать парень решил дать отдых мозгам и вздремнуть. Выставив будильник на полчаса, он надеялся, что такая передышка поможет прийти в себя и наконец-то завершить начатое.

***

Под лазурным небом раскинулась бескрайняя изумрудная степь. В самом сердце этой зеленой бездны высилось огромное дерево. Толстый, тёмный как смоль ствол уходил в небеса, откуда с ветвей падали белоснежные листья. Они танцевали в воздухе повинуясь лёгкому дыханию ветра, и, медленно опускались на траву, покрывая её белоснежным ковром. По траве бегали солнечные зайчики – отголоски лучей солнца, проникающих через крону. Казалось, что в этом мире больше ничего нет, кроме этого моря травы и огромного дерева.

Антон сидел, прислонившись спиной к древней коре дерева и смотрел на безбрежное изумрудное. В этом месте он снова чувствовал себя живым. Здесь, окруженный странным, почти потусторонним спокойствием, он снова чувствовал проблеск утраченной жизни. Это место дарило умиротворение. Антон закрыл глаза и вновь погрузился в сон, забывшись под шепот ветра

***

Утро было на удивление добрым. Отдохнувшие тело и разум требовали действий. Оглядев свою скромную квартирку, парень пришёл к выводу, что превратил ее скорее в нору, чем в жилье человека и принял решение в первую очередь разобраться с бардаком, а потом уже с работой.

Уборка приносила какое-то странное удовлетворение. Антон не раз заметил, что сейчас он как никогда спокоен и доволен жизнью. Поток мысли подчиняясь своим не ведомым правилам выносил на поверхность давно забытые воспоминания. Работа уже не казалась столь пугающей, да и все проблемы теперь были несущественными.

Периодически он возвращался к своему сну: одинокое дерево, стоящее на страже в огромной степи, купающееся в эфирном, золотом свете. Пейзаж и аура безмятежности того места хорошо отпечатались в его памяти и будоражили воображение.

«Возможно, это был просто сон, мираж, порожденный усталостью и тоской по чему-то большему, чем серая повседневность».

Антон пока не мог ответить на этот вопрос. Но одно было ясно: в его душе что-то изменилось. Он чувствовал себя обновлённым и готовым к новым свершениям. Словно сковывающие его оковы внезапно разорвались, освободив дорогу новым мечтам и стремлениям. Он был готов к тому, чтобы жить полной жизнью, наполненной смыслом и красотой.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге