Мой Ангел

Глава 1

Одиночество всегда относительно.

Алёнка давно заметила эту особенность. Чем больше вокруг неё толпилось людей, чем громче они орали и толкались, тем сильнее она чувствовала себя совершенно потерянной.

Зря она пришла. Все эти тусовки и шумные вечеринки были ей чужды. Но Аська так хотела «отдохнуть и отвлечься», так просила пойти на эту «грандиозную встречу года», что у неё язык не повернулся отказать единственной подруге.

А теперь хотелось на волю.

Продираясь сквозь разгорячённые выпивкой и танцами тела, Алёнка неожиданно для самой себя прихватила бутылку пива. Она стояла на столике, такая же одинокая как сама Алёнка, и манила пузатыми запотевшими боками.

Конечно, дело было в банальной жажде. Вечер, хоть и майский, на удивление выдался такой душный, как будто за окном уже не первую неделю царила июльская жара.. Алёнка поправила бретельку топика и облизнула губы. Припасть к прохладному горлышку захотелось до одури. Но ещё больше уйти, наконец, с этой странной вечеринки, где пообщаться означало перекричать музыку, а отвлечься – значит оказаться в объятьях случайного незнакомца.

По правде сказать, пить горячительные напитки, особенно в большом количестве, Алёнка опасалась. Когда-то она уже пыталась «дружить» с алкоголем. И помнила, чем это закончилось. Но это всего лишь пиво. Что будет, если она позволит себе такую малость? Тем более что совсем скоро, она окажется где-нибудь одна и…

– Ай!

Кто-то больно дёрнул за волосы, и Алёнка вскрикнула. Оглянулась, готовая огрызнуться, но осеклась. Этого парня она знала. Новенький с потока. Глеб? Или всё-таки Никита? В общем, что-то из новомодного. Не Иванушка точно. Довольно симпатичный, кстати. Хотя и не в её вкусе.

– Упс. – Пьяная улыбка расплылась на растерянном лице. – А ты не Дашка.

– Как видишь, нет.

– Ааааа… кто? – Похоже, парню позарез нужно было установить с кем-то тесный, а может, и телесный контакт.

Неважно с кем.

– А я… – Алёнка на секунду задумалась. – Уже ухожу.

– Как жалко, – вздохнул несостоявшийся кавалер. – А может всё-таки…

– Слышь, отстань от неё. Она это…

Алёнка сверкнула глазами, намереваясь дослушать.

– И кто же я, Косухин? Давай, смелее. Публика ждёт.

– Да-да, Витёк. Помоги познакомиться с прекрасной девушкой. – Глеб, или всё-таки Никита, заметно воспрянул духом. – А то ведь она, словно Золушка, сбегает с бала в самый разгар торжества.

Алёнка скривила губы, радуясь тому, что не ввязалась в это сомнительное знакомство по доброй воле. Подобные цветистые речи отталкивали, вызывая как минимум недоумение.

И всё равно. Никто не вправе решать за неё. Тем более такое ничтожество как Косухин.

– Так что же? Нам долго ждать? – поторопила она своего неприятеля. – Просвети уже человека, раз заикнулся.

– Да иди ты.

Витёк махнул рукой, будто ставил на Алёнке крест. Он мог бы ответить и жёстче, так, как любил – смакуя каждое матерное слово, упиваясь унижением несчастной жертвы. Но видимо сегодня был слишком «добр» для публичной порки.

Алёнка презрительно хмыкнула и отвернулась. Пора и честь знать. Эти двое были ей более не интересны.

Она достала мобильник и второпях набрала сообщение для Аськи. Предупредила, что уходит домой и попросила не сердиться на неё из-за бегства. Подруга обязательно поймёт и простит. Хотя, конечно, поворчит для порядка. Ну, да и пусть, не впервой.

Всё, теперь можно и на выход.

Лёгкие босоножки, предусмотрительно оставленные чуть в стороне у порога, Алёнка заприметила сразу. Наклонилась, поочерёдно застёгивая тонкие ремешки и стараясь не расплескать кем-то заранее откупоренную бутылку с пивом. Балансируя на одной ноге, она вдруг покачнулась вперёд, да так и замерла, словно застигнутая врасплох цапля.

Он стоял, прислонившись к косяку, внимательно наблюдая за её спешными сборами. Руки как обычно скрещены на груди, губы сжаты в тонкую линию.

Алёнка медленно опустила ногу, обретая твёрдую опору и равновесие. Замерла, ожидая дальнейших действий. Давненько она не видела этого парня. Жила себе тихой жизнью и соскучиться не успела.

– С дороги, – тихо процедила она сквозь зубы. – Только тебя мне не хватало.

Он, конечно же, промолчал. И даже в лице не изменился. Лишь серые глаза осуждающе сузились, разглядывая зажатую в руках Алёнки стеклянную ёмкость.

– Я что сказала, проваливай!

Шипеть на верзилу было непросто. Алёнка его побаивалась. До лёгкого шевеления, возникающего где-то у самых корней рыжих волос. Да кто б её осудил, если б знал чуть больше дозволенного…

Он посмотрел на неё снова, всё так же неодобрительно, но теперь ещё и головой покачал. Что означал этот немой протест, Алёнка не знала. Более того, и не хотела знать. Она воровато оглянулась, будто собираясь совершить кражу века. Понимая, что поступает глупо и опрометчиво, она, тем не менее, выставила вперёд средний палец, вложив в этот неприличный жест всю свою злость и раздражение.

– Так понятнее?

Парень и на этот раз промолчал. Его веки прикрылись, будто он внезапно ощутил вселенскую усталость и непомерную ответственность за несовершенство этого мира.

– Видал, чё творит?

Противный голос Косухина послышался совсем рядом, мгновенно возвращая Алёнку к проблемам более мелкого масштаба. Да что за напасть! Эти двое её преследуют что ли?

– Чего ты вообще к ней пристал? Нормальных девок тебе мало?

– Да она тоже рыжая, – растерянно отозвался новенький. – Как Дашка.

– Во-во. Пошли лучше Даху разыщем. А эту курицу обходи стороной.

Алёнка досадливо чертыхнулась, убеждая саму себя, что ей безразлично мнение очередного индивида.

Когда дыхание стало ровным, а розовая краска стыда сошла с лица, Алёнка заметила кое-что ещё. Парня, что стоял у двери, уже и след простыл.

*******

Алёнка дала ему кличку Вредитель.

Не сразу. Сначала он был для неё просто незнакомцем. Странным, пугающим, но не представляющим особой опасности. Примерно как тот комод, что стоит в углу у хозяина квартиры. Есть он и есть. Вреда от него никакого.

Однако совсем скоро Алёнка поняла и увидела гнилую сущность, спрятанную за красивой картинкой. Ощутила её на собственной шкуре. Вредитель появлялся лишь тогда, когда хотел ей напакостить. По мелочи ли… Или по-крупному… Оставалось только гадать.

Она не имела представления, за какие грехи ей выпало такое наказание, но точно знала одно – вся её жизнь разделилась на «до» и «после» именно в тот момент. Когда она впервые увидела его…

Алёнка тряхнула головой, прогоняя ненавистный образ, всё ещё стоявший пред глазами. Да к лешему его! Авось, обойдётся. Сейчас ей просто хотелось побыть одной.

Она вышла за порог и огляделась. На лестничной клетке стояли несколько молодых людей. Курили, громко переговариваясь. Иногда матерились. Алёнка уже спустилась на пару ступенек вниз, как вдруг неожиданно передумала. Дом был из старых построек, но очень высокий. Наверняка, вид сверху открывается просто бомбический. Что, если получится выйти прямо на крышу? Было бы неплохо вот так, можно сказать, в прямом смысле возвыситься над мирской суетой.

Алёнка развернулась и быстро начала подниматься наверх. Она ещё не знала, удастся ли ей то, что она задумала, но уже сейчас чувствовала себя окрылённой. Словно вернулась в детство и многое можно прожить заново, исправить…

Когда на последнем этаже оказалась чердачная лестница в паре с незапертой дверью, ведущей на крышу, Алёнка чуть не расплакалась от счастья. Этот маленький островок рая был готов принять случайно забредшего путника и дать ему несколько блаженных минут красоты и покоя.

Алёнка села у самого края крыши, с трудом поборов желание свесить ноги. Всё ж таки от такой немыслимой высоты и пустоты под болтающимися конечностями было чересчур жутко. Зато теперь она могла с чистой совестью припасть губами к горлышку вожделенной бутылки и сделать первый глоток.

Пиво оказалось на удивление крепким, горьким и сразу же обожгло гортань. Алёнка закашлялась, недоумённо повертев в руках стекляшку с незнакомой этикеткой. Особый сорт? А может кто-то плеснул сюда чего-то покрепче? Увы, скорее второе, чем первое. Желание охмурить девчонку, да побыстрее довести бедняжку до нужной кондиции порой идёт вразрез с нормами морали.

Интересно, кому предназначался этот «подарочек»? Алёнка неодобрительно хмыкнула, прежде чем сделала следующий глоток. Что ж, и не такое бывает. Но не пропадать же теперь добру. Она здесь совершенно одна. И к тому же прекрасно себя контролирует.

– Надеюсь, ты не собираешься прыгать?

– Ох, чёрт! – Алёнка схватилась за сердце, услышав приятный баритон за своей спиной. – Откуда вы взялись? Это моя крыша! – В её голосе было столько неподдельной обиды, которой она сама от себя не ожидала.

Почему сегодня все пытаются не дать ей побыть в желанном уединении?

– Я тоже так раньше думал! – Незнакомец шагнул вперёд, подойдя совсем близко. Он говорил с наигранным возмущением, за которым скрывалась еле сдерживаемая улыбка. – А оказалось, что крыша в общей долевой собственности жильцов этого дома. Представляешь, какая несправедливость?

– Да уж, – фыркнула Алёнка.

Она скосила глаза на мужчину, отмечая его внешнюю привлекательность. Красивый профиль, мужественный подбородок. Чёрная рубашка с закатанными до локтей рукавами обнажала сильные мускулистые руки. Тёмные классические джинсы сидели как надо, а не болтались где-то между ног, как бывало у современной молодежи. Алёнка снова фыркнула, мысленно отметив, что рассуждает, словно женщина в летах, не причисляющая себя как раз к этой самой «современной». Но так уж вышло, что со сверстниками ей и в самом деле было нелегко. Не понимала она их. Или же они её…

– Так что? Не помешаю?

Мужчина хотя и спрашивал, но уже устраивался рядом.

– Чему? – Алёнка чуть сдвинулась в сторону, подчёркивая значимость личного пространства.

– Ну, как же? Прыжку в неизвестность.

– Да перестаньте. Не собираюсь я прыгать.

– Это радует. Стало быть, можно и познакомиться. – Широкая ладонь была незамедлительно протянута для рукопожатия. – Меня зовут Марсель. И я готов ответить на твой следующий вопрос. Моя мать была француженкой, так что имя она мне выбирала согласно местным традициям.

– Была? – На самом деле Алёнке хотелось спросить вовсе не это, но врождённое чувство такта опередило банальное любопытство.

– Увы, да. Но давай не будем о грустном. Итак, а ты? – Марсель приподнял бровь, ожидая ответа.

– Ал… ина.

– А что так неуверенно?

Алёнка потёрла о коленку ладошку, которая всё ещё горела от крепкого и приятного рукопожатия. Казалось бы, всего лишь мимолётное прикосновение… Но поди ж ты. Как о многом оно сказало… Пожалуй, она была готова признать, что этот мужчина ей определённо нравится. Возможно, именно поэтому она ведёт себя с ним как глупая малолетка.

– Вообще-то я соврала. – Алёнка начала интенсивно заправлять длинные пряди за уши, как бывало всегда в моменты сильного волнения. – Меня зовут Алёна. Наверное, мне захотелось как-то конкурировать с «Марселем»... И всё такое… – Она коротко хохотнула, стараясь сгладить неловкость. – Пожалуй, вам не стоило подходить ко мне. Я та ещё сумасбродка.

– Обожаю неординарных людей. – По всей видимости, её нового знакомого было не так-то просто смутить. – И пока что мне всё нравится. Кроме одного. – Марсель поднял палец вверх, подчёркивая важность момента. – Того, что ты упорно продолжаешь выкать в мою сторону. Давай скажу сразу. Мне тридцать три, я взрослый и состоявшийся мужчина. Не женат. И всё ещё достаточно молод, чтобы надеяться на свободное общение с забавной чудачкой на крыше чужого дома.

Алёнка улыбнулась, «пробуя на вкус» новое прозвище. Никто и никогда не называл её даже близко к этому. Забавная чудачка. Хм. Может, она и не была такой, но Марсель видел её именно так. И это было приятно.

Они проговорили добрых полчаса, перескакивая с темы на тему. За разговором Алёнка не заметила, как полностью опустошила прихваченную с вечеринки бутылку. Лишь горький привкус на губах и языке всё ещё напоминал о терпком напитке. В голове было немного путано, а в животе порхали бабочки. «Наверное, вот так и приходит настоящая любовь» – подумалось ей.

А потом Марсель сказал фразу, от которой даже бабочки замерли, притихли и затаились

– Я уверен, что наша встреча не случайна, и мы можем стать кем-то очень важным друг для друга.

Алёнка моргнула, чувствуя, как губы растягиваются в глупую улыбку. Она хотела ответить, но Марсель уже продолжал:

– Сейчас я спущусь вниз. Один. Посмотри, вон там, за углом соседнего дома стоит моя машина. Если через двадцать минут ты последуешь за мной, значит, я не ошибся.

– Почему? – Алёнка снова моргнула, на этот раз растерянно. – Зачем такие сложности? Я готова дать тебе ответ прямо сейчас.

– Потому что у тебя должно быть время на то, чтобы подумать.

Голос Марселя звучал твёрдо и уверенно. Наверное, он знал, о чём говорил. Но Алёнка его решительно не понимала.

Она смотрела на то, как мужчина её мечты встаёт, отряхивает джинсы и… уходит.

*******

Несколько минут Алёнка просто сидела в ступоре. Она никак не могла поверить в то, что Марсель действительно сделал это. Ушёл, оставив её одну. После того, как сам же признал значимость их встречи.

Было по-настоящему обидно. Как будто перед самым её носом помаячило своим ярким радужным хвостом счастливое будущее, а уже через мгновение вернулась серая реальность.

Алёнка сделала глубокий вдох, стараясь успокоиться. Ничего ещё не случилось. Что бы ни двигало Марселем, решающее слово он оставил за ней. И если просто сделать так, как он предложил – последовать за ним – эта прекрасно начавшаяся история получит своё не менее прекрасное продолжение.

Она встала на ноги, отметив, что они не очень-то её слушаются. Припасённый для кого-то «подарочек» возымел своё действие в самый не подходящий момент. Алёнка скривилась, но не пала духом. В любом случае цель будет достигнута. Спуститься вниз и догнать свою судьбу она уж точно в состоянии.

Чердачная дверь слабо покачнулась от поднимающегося ветра. Сумерки заметно сгустились, и погода начала ухудшаться. Впрочем, Алёнку это только порадовало, духота её изрядно выматывала.

Знакомый силуэт она заметила не сразу. Остановилась, всматриваясь и не желая верить своим глазам. Он. Второй раз за вечер. Почему бы ему точно также не испариться, как тогда на вечеринке? Это был бы самый щедрый подарок от Вселенной!

Увы, ей не могло снова так повезти. Алёнка это знала.

– Что тебе нужно?! – громко выкрикнула она, не боясь кого-нибудь потревожить. – Когда ты оставишь меня в покое?!!

В этом и есть прелесть уединения. Можно быть собой. Без оглядки на чьё-то мнение.

Вредитель смерил Алёнку тяжёлым взглядом, словно прицениваясь, а стоит ли отвечать? Впрочем, он всегда был молчуном. И эти вопросы тоже останутся без ответа…

– Уходи! Я тебя ненавижу!

Ещё один крик души улетел в почерневшее небо, где совсем неожиданно сверкнула молния. Когда успело набежать столько туч? Вот, чёрт. Самое время убираться с крыши.

Алёнка шагнула вперёд, надеясь проскочить мимо Вредителя. В конце концов, сейчас ей было не до него.

Однако и парень зевать не собирался. Он поднял руку над головой и сделал то, что делал всегда, когда готовил очередную гадость. Щёлкнул пальцами. Совсем беззвучно, словно в немом кино. Но Алёнке всегда чудился этот сухой щелчок. Она слышала его секундой позже, как бывало в бракованной киноленте, где звук не поспевал за картинкой.

Она замерла на месте, будто неудачливый сапёр, случайно наступивший на мину. И в следующий миг дверь покачнулась сильнее обычного. Ржавый замок «выплюнул» спрятанный язычок ровно в тот момент, когда случилось сразу две вещи – Вредитель шагнул за порог, а дверь за его спиной с громким стуком захлопнулась.

Алёнка осталась стоять там же. Одна. Запертая на крыше.

*******

Вжииихх! Вжииихх! Вжииихх!

Частое скрещивание клинков говорило о том, что оба фехтовальщики устали. Каждый стремился нанести, наконец, решающий удар и завершить поединок. Тот факт, что до сих пор этого никому не удавалось, свидетельствовал о равенстве сил и мастерства.

Алёнка слышала эти звуки, быстро вращая глазными яблоками под сомкнутыми веками. Ей снился сон.

Она сжимала в руке рукоять шпаги, прицеливаясь к очередному выбросу. Увы, как и множество раз до этого, ей снова не повезло. Серия быстрых ударов, наносимых соперником так, будто у того внезапно открылось второе дыхание, заставила отступать. Алёнка наступила на толстую ветку, невесть как оказавшуюся под ногами, покачнулась и упала на спину.

– Туше. – Остриё чужой шпаги уткнулось в район солнечного сплетения.

– Это нечестно! Откуда здесь взялась эта чёртова коряга?! – Алёнка отвела клинок в сторону, нехотя поднимаясь на ноги. – Я должна была победить!

– В следующий раз, Айка. Обязательно победишь. – Голос был совсем молодой, и он звучал без тени насмешки. – Уровень твоей подготовки с каждой тренировкой только растёт. Но остаётся одна проблема.

Алёнка закусила губу, ожидая продолжения. Мнение этого человека было для неё важно. Сейчас это уже не соперник, а наставник. Он снял фехтовальную маску и повернулся к ней лицом.

– Я давно заметил это…– Парень сделал паузу, задумчиво поворачивая в руках свою шпагу.

Алёнка заметалась во сне, мечтая проснуться. Всем телом она почувствовала, как её буквально прошиб холодный пот.

Она не Айка! А он не наставник! Он – Вредитель! Её главный и ненавистный враг!

– Продолжай. – Алёнка облизнула пересохшие губы, не в силах сопротивляться сонным путам.

Она всё ещё была там, делала и говорила то, чего не хотела. Она не была собой.

Вредитель подошёл совсем близко, и впервые Алёнка смогла рассмотреть каждую чёрточку его лица. В таких же серых, как и у неё, глазах она увидела беспокойство.

– Тебя преследуют неприятности, – сказал он странным, не своим голосом.

Это были тембр и интонация Марселя.

*******

Алёнка испуганно вздрогнула и, наконец, проснулась. Часто моргая, она попыталась сфокусировать взгляд на чём-то, что дало бы ей подсказку. Она точно была не дома. Но где? Это предстояло выяснить.

Вечер накануне вспоминался обрывками. Сначала Алёнка вспомнила Аську и её мольбы отправиться на вечеринку. Потом просторную, но переполненную людьми гостиную. Противный Косухин и новенький с потока. Её побег… Пиво на столике… Крыша…

Сердце сладко ёкнуло, как только Алёнка добралась до знакомства с Марселем. И тут же болезненно сжалось, когда она вспомнила о том, что было после этого.

Вредитель запер её на крыше. Одну. Под внезапно хлынувшим дождём. Да ещё и в один из самых важных моментов в её жизни.

Алёнка сжала кулаки, готовая прямо сейчас кинуться в драку. Убила бы эту гадину, если бы это было возможно!

На глаза, как и тогда, навернулись предательские слёзы. Она была так растерянна, так напугана. Не представляла, что делать, и как выбраться из заточения. Кажется, она даже кричала, звала на помощь, пока не сообразила набрать номер Аськи. Как же она была счастлива услышать не только голос подруги, но и громкую музыку на фоне всеобщего веселья. Аська не ушла с вечеринки, а значит она всё ещё была здесь, совсем рядом. И уж точно что-нибудь придумает.

Боевая подруга действительно появилась спустя каких-то пять-семь минут. Сквозь запертую дверь она громко оповестила Алёнку о том, что прихватила с собой самого трезвого человека, который к тому же кое-что понимает в таких деликатных делах. Она так и сказала – деликатных. А ещё вежливо уточняла у копошившегося с замком парня, как скоро проблема будет решена и можно будет вернуться к танцам и выпивке. Из всего этого, Алёнка сделала сразу два вывода – Аська была ужасно пьяна, но даже такую, она, Алёнка, её просто обожала.

Потом она бежала вниз по многочисленным лесенкам, которые никак не заканчивались. Было очень холодно, мокрая одежда липла к телу. Но всё это было неважно по сравнению с тем, что она (уже!) опоздала.

Алёнка даже не знала, зачем продолжает искать глазами припаркованный на углу соседнего дома автомобиль. С высоты крыши она видела лишь смутное пятнышко, и стоило ему отъехать хотя бы на пару метров, как для неё машина Марселя тут же превращалась в одно из множества средств передвижения.

Когда Алёнка полностью выдохлась и отчаялась, она просто побрела вдоль дороги, ни на что более не надеясь. Она не имела понятия, как скоро выйдет к метро, если будет держаться выбранного курса. Но ей было всё равно. Главное, в её жизни уже случилось. Вернее, не случилось. И это было не исправить.

Дождь продолжал беспощадно лупить по спине и лопаткам, словно хлопая по плечам, говорил: «Обернись же!». В какой-то момент Алёнка действительно обернулась. И заметила тёмную машину, которая неожиданно подмигнула ей фарами. Сердце ускорило ритм. Неужели…?

Она сделала один нерешительный шаг, затем следующий. Свет снова моргнул, подтверждая её догадки.

Когда Алёнка решилась перейти на быстрый темп, её отвлек мелькнувший сбоку силуэт. Знакомый жест и беззвучный щелчок пальцами… И вот она уже летит в лужу, ломая тонкий каблук на дорогих туфлях.

*******

– Поднял…ся силь..ный ве..тер. И за...мок на две..ри за..хлоп..нулся.

Алёнка часто вздрагивала, заикаясь от холода. Боже, неужели совсем недавно она изнывала от жары? Что вытворяет погода? Откуда этот ледяной ливень и всё, что за ним последовало?

Она была грязная, мокрая и наверняка выглядела ужасно. Боль и унижение от падения в лужу, были последней каплей в череде сегодняшних происшествий. И даже Марсель, который сразу выскочил под дождь, чтобы помочь ей встать на ноги, а затем услужливо проводил до машины, уже не мог спасти этот вечер.

– Я и представить не мог, что всё так выйдет. Думал, ты просто решила пойти своей дорогой.

Марсель, кажется, чувствовал себя виноватым в случившемся, и Алёнка поспешила заверить его в обратном.

– Всё в… поряд..ке. Прав..да. Со мной всё вре..мя так.

Она не кривила душой и не преувеличивала. Вредитель почти никогда не давал ей расслабиться. Лишь только ей удавалось ненадолго отвлечься, забыть о нём, как снова и снова он возвращался в её и без того неспокойную жизнь, добавляя новых проблем.

– Тебя преследуют неприятности, – задумчиво изрёк Марсель, словно подслушав её мысли. – Пожалуй, тебе нужен сильный ангел-хранитель.

Алёнка пожала плечами, не желая развивать эту тему. Кому приятно признавать в подобном? Да, я не только странная. Я ещё и неудачница. Прошу любить и жаловать.

Однако, как ни крути, сегодняшний день побил все рекорды. Трижды за один вечер! Такого целенаправленного упорства со стороны своего врага Алёнка не припомнила. Чего же ждать от него дальше?

Она сделала глубокий вздох, наконец, приведя дыхание в порядок.

– И что теперь?

Это был вопрос без конкретики, который на самом деле подразумевал очень многое.

Я нужна тебе такая? Что ты будешь со мной делать? Ты уже жалеешь, что задержался и не уехал, пока я торчала одна на крыше, пытаясь справиться со своими вечными проблемами?

Наверное, на лице Алёнке было написано, если не всё, то многое из того, что её тревожило. Потому что Марсель неожиданно улыбнулся.

– Теперь я буду твоим ангелом, – ответил он, заводя мотор.

Машина тихо заурчала, а затем плавно тронулась, выезжая к оживлённому проспекту.

*******

«Выходит, что мой сон не такая уж и загадка, – вяло шевельнулось где-то в голове у Алёнки. – Фраза про неприятности была сказана Марселем. Притом, что Вредитель преследовал меня весь вечер. Вот и наложилось одно на другое».

Она перекатилась на другой бок, отмечая необычную тяжесть во всём теле. В голове гудело и постукивало маленькими противными молоточками. Алёнка решила наконец сесть и обнаружила, что то, что изначально она приняла за мягкость дивана, на самом деле, ни что иное как толстый ворсовый ковёр. И лежит она прямо на полу.

Это было так странно, что она не сразу заметила мягкие кожаные браслеты на обоих запястьях.

– Что за…

Алёнка грязно выругалась, как не позволяла себе аж со школьной скамьи. Тогда она была просто оторвой, и имела внушительный матерный лексикон.

От браслетов тянулись такие же кожаные ремешки. С виду тонкие, но очень прочные. Они были слишком длинными, и пока Алёнка не успела разглядеть, где заканчивались её путы.

– Эй! Здесь есть кто-нибудь?

Голос предательски задрожал, выдавая Алёнку с потрохами. Так страшно ей не было ещё никогда. Куда она влипла? Что это за место?

Полумрак в комнате, который поначалу показался ей приятным и интимным, теперь внушал настоящий ужас.

Здесь нет окон! Да, чёрт возьми! Их здесь просто нет!

Алёнка часто задышала, вжимаясь в стену, которая оказалась совсем рядом. Она попыталась подняться на ноги, но те не желали слушаться, став ватными и непослушными.

Но только ли от страха? Что вообще случилось?

– Гадаешь, что с тобой стряслось?

Алёнка дёрнулась от испуга, услышав этот мягкий и спокойный баритон.

– Марсель?

Свет вспыхнул внезапно, больно резанув по глазам. Предметы наконец обрели свои чёткие очертания и краски. Хотя рассматривать тут было ровным счётом нечего. Комната была совершенно пуста. Лишь бордовый ковёр, застилающий каждый сантиметр пола да чугунная батарея в дальнем углу. Именно к ней вели два ремешка от рук… пленницы?

– Если это твои сексуальные фантазии, то я не оценила. – Алёнка села поудобней, решительно вскинув глаза. – Немедленно развяжи меня.

Марсель коротко хмыкнул, начав медленно расстёгивать пуговицы на своей рубашке.

– Ты не поняла, детка. Я не собираюсь делать того, о чём ты уже размечталась.

– А выглядит иначе.

– Это потому что ты видишь только то, что хочешь видеть, – поучительно изрёк Марсель. Его движения были плавными, словно он исполнял какой-то лишь ему ведомый танец. – И слышишь тоже только то, что тебе хочется. Все женщины слеплены из одного теста. И поэтому всегда попадаются на одну и ту же удочку.

– О чём ты?

Алёнка задала этот вопрос не из праздного любопытства. И не потому, что просто надеялась выиграть время. Она и в самом деле хотела знать ответ.

– Да всё очень просто. – Марсель скинул рубашку, демонстрируя хорошо сложенный торс. В других обстоятельствах Алёнка обязательно оценила бы эти широкие плечи и рельефные кубики на животе. – Скажи любой женщине несколько ключевых фраз, таких как «состоятельный», «не женат», «наша встреча не случайна», и она поплывёт во всех смыслах. – На лице мужчины появилась самодовольная ухмылка. – А уж как вы любите европейские корни. Мама-француженка, Марсель… Каждый раз это работает безотказно. – Он склонил голову набок, широко расставив ноги. – Скажи, ты уже представила, как назовёшь наших детей? Наверняка, что-нибудь эдакое… В память о безвременно ушедшей свекрови, м-м-м?

Алёнка густо покраснела, избегая устремлённого на неё насмешливого взгляда.

– Да пошёл ты.

– Увы, не могу. – Не-Марсель беспомощно развёл руками. – Ведь мы в ответе за тех, кого приручили. И теперь только смерть… разлучит нас.

Он ударил её слишком резко, наотмашь. Она даже не успела среагировать. Так и завалилась беспомощным кулем набок. Щеку обдало болью и жаром, и Алёнка запоздало схватилась за лицо.

«Будут синяки, – пронеслось в голове. А затем пришла следующая, самая страшная мысль из всех имеющихся: – Если вообще останусь жива. Что он там говорил про смерть?».

– Убьёшь меня? – хрипло выдавила Алёнка, желая понимать, чего ей ждать от этого психа.

– Только если ты сама мне позволишь, – невозмутимо отозвался её мучитель. Он сцепил руки в замок, вытянув их вперёд, словно разминаясь перед долгой тренировкой. – У тебя есть выбор. Встать и отвязать ремни от батареи. Узлы не крепкие, ты справишься. Либо продолжить сидеть и скулить как жалкая собачонка на поводке. А то, что вскоре ты заскулишь, я тебе гарантирую.

Алёнка облизала пересохшие губы, принимая очевидное решение.

– Я встану.

– Вот и славно. Я знал, что ты меня не разочаруешь. – Не-Марсель тут же отступил на шаг, освобождая дорогу. – Ну же. Чего ты ждёшь?

Ноги Алёнки по-прежнему её не слушались. Она с трудом поднялась, всё время держась за стену.

– Моя настойка хороша в деле, правда же? – Неприятная улыбка промелькнула на холёном лице. – Помнишь, в машине я предложил тебе сделать глоток, чтобы согреться?

Алёнка вспомнила. Да, она замёрзла и была благодарна за проявленную заботу. А потом сразу же вырубилась.

Дура. Доверчивая идиотка. И кого тут винить в том, что случилось? Сама ведь неслась на всех парусах за этим садистом. Теперь вот расхлёбывай.

– Один на один с девчонкой… Которая к тому же едва стоит на ногах… Да ты просто "мачо".

Она презрительно сплюнула прямо на дорогущий ковёр – единственную вещь, которую могла испортить хозяину дома. Не-Марсель, кажется, и бровью не повёл. Наверное, ему были безразличны такие мелочи.

Алёнка развернулась, делая осторожные шаги к батарее. Пятиться было неудобно, но повернуться к врагу спиной… Чёрта с два! Она может и дура, но не до такой же степени.

Когда до цели осталось всего ничего, мужчина сделал резкий выпад, нанеся сразу несколько точных ударов. Алёнка охнула, падая на колени. Боль разлилась по всему телу.

– Первый раунд ты провалила, – услышала она равнодушный голос. – Теперь узлы будут крепче. – Не-Марсель демонстративно не спеша затянул ремни, вновь занимая боевую стойку. – Итак, продолжим?

Алёнка часто дышала, сплёвывая кровавую слюну на мягкий бордовый ворс и думая о том, что цвет напольного покрытия в этой комнате выбран не случайно.

– Меня будут искать, – пробормотала она не особо уверенно.

Конечно, будут. Вот только не сразу.

Поначалу решат, что это её личные «заскоки» – желание сбежать от всего мира, бессмысленные поиски себя… Разве что Аська забеспокоится.

Видимо настало время провести глубокий самоанализ, стать проще и ближе к народу. Говорят, что меняться никогда не поздно. Или всё-таки она опоздала?

– Никто не видел нас вместе, – тем временем отозвался не-Марсель. Похоже, он был не прочь поболтать в паузах между избиением своей жертвы. – Я всё предусмотрел заранее. Ушёл раньше тебя. Твоя подруга и тот тип, который был с ней, подтвердят, что на крыше ты была совершенно одна. А поговорить с ними ты не успела, я в этом уверен. Потому что слишком торопилась. Машину я отогнал в «слепое» пятно, где нет камер…

– У города тысячи глаз, – перебила Алёнка. – Необязательно камеры.

– И что с того? Допустим, кто-то и в самом деле видел, как я помог встать упавшей на дороге девушке, любезно предложив подвезти её до метро. Разве это преступление?

– А то, что ты делаешь сейчас? Насильно удерживаешь меня в своём доме. – Алёнка огляделась вокруг, словно могла видеть сквозь стены. – Здесь ведь есть люди? Соседи, в конце концов.

– Я нелюдим. Дом стоит далеко на отшибе. Поверь, нас тут никто не услышит.

Он не издевался, нет. Отвечал как есть, уверенный в своей полной безнаказанности. А потом снова ударил. Потому что правило «Лежачего не бьют» в этих стенах не работало.

Алёнка коротко вскрикнула, чувствуя, как вместе с болью в ней поднимается волна ответной агрессии. Адреналин забарабанил по перепонкам, призывая немедленно дать отпор этому мерзавцу.

Алёнка умела драться. Её юность была достаточно бурной, чтобы иметь неплохие навыки. Конечно, она была в ужасной форме, к тому же едва могла стоять на ногах… Но если собрать все силы, вложить их в один решающий бросок… Всё может получиться.

Она кинулась на противника, надеясь нанести наибольший урон с первой же атаки. Увы, всё вышло не так, как она планировала. Её главный козырь – внезапность – дал фору всего лишь в несколько секунд. Не-Марсель блокировал большинство ударов и довольно быстро отбросил её на те же позиции. Но теперь он был ещё злее, ещё беспощаднее.

Алёнка вставала и снова падала, вставала и падала. Бесчисленное количество раз, которые истощали, гася последние всполохи надежды.

– А ты упёртая, – вынужден был признать Не-Марсель, отражая очередную попытку нападения. – Ты меня утомила. Пожалуй, пора тебя окончательно успокоить.

Он отошёл чуть в сторону, словно примеряясь, с какой позиции лучше всего нанести решающий удар. Рука Алёнка, которой та держалась за стену, намереваясь снова подняться на ноги, оставила длинный кровавый след.

Неужели это всё, что от неё останется? Как глупо… Как несправедливо…

И в этот миг она увидела ещё один силуэт в комнате. Он появился как всегда из ниоткуда, словно по мановению волшебной, но, к сожалению, испорченной кем-то палочки. Внимательный взгляд остановился на лице Алёнке или того, что от него осталось.

– Бедовая ты. – Алёнка не поверила собственным ушам, когда услышала этот голос.

Вредитель никогда не говорил с ней. Ни единого раза. По правде сказать, если бы не те вещи, которые он умудрялся проделывать с ней в реальной жизни, Алёнка и вовсе бы считала его плодом своего больного воображения.

Хотя, скорее всего, так оно и было.

– Ты не должна меня видеть, – продолжил между тем Вредитель, опускаясь перед ней на корточки. – И слышать тоже. Но ты всегда ходишь по краю. С завидным постоянством… Словно торопишься ступить за черту…

– Я не понимаю. – Глаза Алёнки расширились, ловя каждое слово. Она говорила совсем тихо, кое-как разлепив губы. – Кто ты?

– Твой ангел. – Вредитель оставался серьёзен, но в его голосе послышалась усмешка, когда неожиданно он добавил: – Так себе работёнка.

– Так себе ангел, – парировала Алёнка.

Она прикрыла глаза, вспоминая их самую первую и горькую встречу.

Десятый класс. Тогда она ещё была общительная – всегда в центре внимания. Красивая и бесшабашная. А ещё впервые влюблённая в своего одноклассника. Игнат не старался никому понравиться. Он излучал уверенность и любил гонять на подаренном отцом новеньком мотоцикле.

В тот день они всем классом решили отметить начало учебного года. Игнат вызвался прокатить любых желающих девчонок, и, разумеется, их выстроилась целая очередь. Алёнка решила, что поедет последней. И если всё случиться так, как она намечтала, они уже не вернуться к общей компании…

Когда Игнат передал ей второй шлем, Алёнка тряхнула идеально закрученными локонами и на секунду задумалась. В её мечтах она прижималась щекой к горячей спине Игната, а волосы красиво развивались от встречного ветра. Шлем в эту картину никак не вписывался. Она положила его на край скамейки и взобралась на сидушку.

– Уверена? – Игнат оглянулся через плечо, пытливо прищурив глаза. – Поеду быстро.

– На сто процентов, – заверила его Алёнка.

– А он, кажется, нет, – хохотнул Игнат. – Гляди.

Шлем упал со скамьи и подкатился к Алёнкиным ногам. Она цокнула языком и закатила глаза.

Они и в самом деле не вернулись.

Откуда взялась эта машина, и почему Игнат не успел увернуться, не смог вспомнить даже он сам. Но ему повезло отделаться переломом ноги и многочисленными ушибами. В то время как Алёнка приложилась головой о бордюр тротуара и чудом осталась жива.

Именно тогда в палате интенсивной терапии, пережив, как оказалось клиническую смерть, она впервые и увидела Вредителя. Он был настолько реален, что она ещё долго пыталась убедить плачущую мать в том, что видит странного незнакомца. Врач объяснил этот феномен спутанностью сознания. Мол со временем всё образуется. Но Вредитель никуда исчезать не собирался. С тех пор он прочно и надолго обосновался в Алёнкиной голове и в её жизни.

В тот момент, когда она всерьёз надумала сигануть в окно, чтобы только не оказаться безликим овощем где-нибудь в дурдоме, Вредитель поднял руку и беззвучно щёлкнул пальцами. Один из датчиков тут же свалился на пол, и медицинская техника протестующе загудела. Алёнка не на шутку перепугалась, но вошедшая медсестра отвлекла её от боязни умереть прямо сейчас и от дурных мыслей.

В следующий раз, когда заботливый доктор поинтересовался насчёт её навязчивых видений, она благоразумно промолчала. Вредитель остался лишь её тайной. Но прежней Алёнки уже не стало. Она замкнулась в себе и прослыла девочкой «с приветом».

А теперь что же? Выходит во всём этом виноват её… ангел? Тот, кто однажды по щелчку пальцев заставил бродячего кота кинуться ей на капроновые колготки? Мало того, что на важное свидание Алёнка тогда так и не попала, так ещё и прививку от бешенства ставить пришлось.

– В тот день, как и во все другие, я развернул тебя с дурной дороги.

Вредитель тяжело вздохнул, словно читал все её мысли и упрёки. А, может, так оно и было на самом деле. Странно, но его голос казался Алёнке приятным и успокаивающим.

Голос из её сна…

– Не сопротивляйся ему. – Вредитель кивнул в сторону не-Марселя, который занялся тем, что отвязывал ремни от батареи.

– Он отпустит меня?

– Нет.

– Тогда почему? – Алёнка сощурила глаза, из которых неожиданно хлынули слёзы. Она заговорила сбивчиво, торопясь сказать главное: – Ты здесь поэтому, да? Но я не хочу умирать! Я должна победить… Я смогу.

– В следующий раз. Обязательно победишь. – Вредитель дотронулся до Алёнки, успокаивающе сжав её руку.

– Я тебя чувствую, – удивлённо выдохнула она.

– Знаю. И ты не умрёшь. Я тебе обещаю.

Алёнка кивнула, принимая свою судьбу. Какой бы она ни была.

– Я видела тебя во сне, – решилась признаться она напоследок. – Ты называл меня Айкой.

– Мы проживаем множество жизней. Наверное, это была одна из них.

– Там ты был… человеком. – Алёнка сморгнула очередную слезу и впервые в этих стенах улыбнулась. – И я доверяла тебе.

Вредитель снова сжал её ладонь, принимая это признание.

– Думаю, я всегда был твоим ангелом, – произнёс он. – В той или иной степени.

– Будет страшно?

Глупый вопрос. Конечно же, будет. Она уже умирает от страха…

– Тебе нечего бояться. Я с тобой. Просто закрой глаза.

Алёнка так и сделала. Она услышала шаги не-Марселя и почувствовала боль, буквально взорвавшую её голову.

А потом наступил мрак.

*******

Три месяца спустя.

Аська ворвалась в палату, как всегда наделав много шума. Но сегодня у неё был веский повод быть такой возбуждённой.

– Его нашли! Слышишь? Нашли!

Алёнка не стала уточнять, кого именно. Она сразу поняла, о ком речь. Сердце учащённо забилось во всё ещё ноющей груди, когда она медленно села на постели. Выздоровление шло медленно. Частые фантомные боли, кошмары по ночам. Хуже всего заживали раны на голове, которые обещали ещё множество «прелестей» в будущем. Но она была жива. И это главное.

– Может, ошибка? – Сомнения не давали воспринять новость как приятную и долгожданную.

– Да точно он! – А вот Аська не желала признавать иных возможностей. – Почерк, характер, внешность, даже это имечко особенное. Правда, на этот раз он представился как Француа. Тьфу ты, мерзость какая.

– А девушка?

– Жива! Даёт показания. Так что скоро и тебя привлекут.

Алёнка наконец позволила себе выдохнуть.

Тяжело, словно старуха, она прошаркала к окну и уткнулась лбом в холодное стекло. На дворе конец августа. Новый учебный год вот-вот соберёт под крышами ВУЗов своих разомлевших от жары и отдыха студентов. Ей, конечно, придётся взять академ. Но, может, и к лучшему. Новая группа, в которую она вольётся со следующего года, примет в сои ряды уже совсем другую Алёнку…

Со слов подруги она узнала, что не-Марсель, привёз её бездыханное тело на городскую свалку, где надеялся спрятать понадёжнее. Но тишину неожиданно взорвала трель Алёнкиного телефона, закатившегося под сиденье автомобиля. Даже она сама была уверена, что утопила его в той самой луже. А оказалось – нет, выронила в машине.

Не-Марсель запаниковал. Бросил свою ношу у самого края и был таков. Именно поэтому Алёнку так быстро нашли.

Повезло.

Не иначе...

*******

Если сегодня ваш день не задался – всё валится из рук, и кажется, что весь мир против вас, не злитесь. Быть может здесь и сейчас вам стоит притормозить. Возможно, вы просто сбились с курса, и это надо исправить.

Одиночество всегда относительно.

Когда вы думаете, что рядом нет ни души, это не так. Где-то рядом идёт ваш ангел. Его шаги слишком тихие, их невозможно услышать. Но вам это и не нужно.

Просто не мешайте ему…

Он точно знает, как лучше.