Московские каникулы

Глава 1

Московские каникулы

Вступительные экзамены уже позади, а списки вывесят только через неделю. Возвращаться в свой провинциальный город сейчас, не зная результата, было тоскливо, да и билетов на ближайшее время не было. Оставалось одно: сидеть в старой, обшарпанной и с клопами общаге института и ждать. Или… Родственниками страна полна! Лена вспомнила, что у нее в Москве есть две родные тети. Ленинград и Москва — это ж рядом совсем, не то, что ехать в родной город тридцать шесть часов в пассажирском. Решено! Договорилась с девочками из общежития, что они присмотрят за оставшимися ее вещами, сама взяла только самое необходимое, купила на ночной поезд в Москву и вперед!

Молодость и авантюризм- близнецы братья! Целых две тети и всего один телефон из информации. Лена потратила одну двушку в автомате и выяснила, что первая тетя (телефон которой был) сейчас в санатории, но, спасибо соседке, ей надиктовала телефон второй тети. Двушек больше не было. Но Лена откинула скромность и стеснительность, ибо ситуация была на грани патовой и бросилась просить монетку у прохожих. Надо отдать должное нашим гражданам, двушку она раздобыла быстро.

На той стороне телефона вторая тетя удивилась неожиданному визиту племянницы, но подробно объяснила как к ней добраться. Лена облегченно выдохнула и отправилась в нелегкий путь, ибо до тети Веры надо было ехать с Киевского вокзала одну остановку на электричке.

Молодому организму, как той «бешенной козе»- сто верст не крюк. За то она в Москве, в цивилизации, подальше от кишащего клопами и тараканами, без всяких бытовых условий общежития. Ей надо было перекантоваться четыре дня. Первый день Лена просто наслаждалась уютом дома и цивилизацией. После двух недель в пустом, без всяких удобств общежитии, благоустроенная квартира казалась раем. И главное все нервы, вся эта математика, физика и сочинения уже были позади. Осталось только ждать.

Тетя Вера была рада визиту родственницы, искренне переживала за результат поступления, ну и, как хозяйка, пыталась как-то развлечь племянницу. Они вместе в выходной съездили на озеро, поплавали там и отдохнули, но работу еще никто не отменял и Лена осталась одна.

Москва… Там можно гулять где угодно и сколько угодно. Но она решила поехать в парк- благо остановка метро так и называлась: «Парк Горького». Что может быть легче! Лето, хорошая погода, на ней светло-зелёное простое платье, распущенные светлые локоны спадали на плечи, а в ушах новые пушистые серьги- белый «лебяжий» пух в серебряном обрамлении. Она шла по мосту через реку и улыбалась погоде, своим мыслям и щекочущим щеку серьгам, развевающимися на ветру.

Ей было просто хорошо. Она отдыхала, она была свободна, она была просто молода.

-Девушка, можно с вами познакомиться? - мужской голос с явным иностранным акцентом.

Она вынырнула из своей нирваны и мельком взглянула на потревожившего ее субъекта: маленький, чуть выше ее, но крепкий парнишка, явно латинской внешности, с пышной черной, в меру кучерявой, шевелюрой. «Только иностранца мне и не хватало!» - мысленно подумала она и гордо задрав подбородок двинулась дальше, делая вид, что не слышит его.

-Девушка… У вас такие странные серьги, не расскажете, что это такое бедному перуанцу, - он заглянул ей в глаза и улыбнулся.

Его взгляд словно взгляд несчастного уличного щенка. Но при этом она видела чертики в его глазах, и какое-то лукавство и мальчишество. Она не выдержала такого напора и засмеялась. Он сразу взял быка за рога и обрушил на Лену поток слов, из которой она выудила информацию, что он закончил первый подготовительный год обучения в нашей стране и вот теперь уже направлен в выбранный им московский ВУЗ на первый курс. Звали его Никалос, или как-то похоже, но Лена стала называть его так. Он довольно сносно говорил по-русски, с акцентом, конечно, но даже пытался шутить. Его черные глаза были бездонны и манили ее к себе. Никалос постоянно улыбался. Казалось, он был доволен всему и всем, и ничего не могло его в этой жизни расстроить.

Они гуляли по тенистым аллеям парка, несколько раз Никалос пытался затащить ее в кафе что-нибудь съесть, но Лене было, во-первых, неудобно объедать бедного студента, во-вторых, будучи провинциалкой, она боялась сделать что-то не так на публике и быть смешной и нелепой. Она ограничилась мороженным. Никалос рассказывал ей о своей стране, о каких-то обычаях и нюансах. Например, она узнала, что в Перу молодому человеку очень неловко стоять с букетом цветов, даже если он ждет девушку. Это не принято у них. Еще он немного стыдливо признался, что верующий. Лена, по сути, была атеисткой, но понимала, что в стране Никалоса так принято, это часть их культуры. Она только пожала плечами и сказала, что ей это не важно, что она уважает любую чужую веру.

Они гуляли до позднего вечера. Он нежно держал ее за руку, а к вечеру, когда стало прохладно, осмелился приобнять Лену за плечи. Это был просто восхитительный день. Она уже не замечала его акцент, они болтали на разные темы и языковой барьер не стоял между ними. Они понимали друг друга, они хотели понять друг друга.

-Поздно, мне пора домой, - Лена посмотрела на часы и вспомнила, что тетя будет волноваться.

-Я провожу.

-Не стоит, я живу далеко, надо на электричке ехать. Давай только до вокзала…

Но Никалос уже тащил ее в метро, затем купил два билета на электричку, и на все ее увещевания не ехать только пробурчал: «Молчи, женщина! Я сейчас отвечаю за тебя».

На этом она прекратила прогонять его и чувство благодарности и нежности разлилось по ее душе.

Они шли от станции темными пустыми улицами. Он обнимал ее за плечи. Впереди показался ее дом.

-Мы почти пришли, - кивнула она на многоэтажку.

Никалос остановился, потянул ее к себе и решительно впился поцелуем. Это было прекрасно и волнительно. Так ее еще никто не целовал. Ей не хотелось от него отрываться, но и мысль, что она целуется на первом свидании с человеком, с которым только вот познакомилась, приводила ее в стадию оцепенения и непонимания. Как она так смогла?! И что теперь делать?

На второй вопрос ответ пришел сам собой: пофиг, ей с ним хорошо, и они скоро расстанутся. Она говорила ему, что в Москве проездом и что их знакомство вряд ли будет иметь продолжение. Но Никалос все равно провел с ней день.

-Мы завтра встретимся? – он смотрел на нее своими черными глазами, а улыбка уже ушла с его лица.

-У меня вечером поезд.

-Но с утра ты ведь свободна?

-Да…

-Тогда поехали покатаемся на теплоходе, я давно хотел, составишь мне компанию.

И не дожидаясь, когда Лена откажет, назвал время и место встречи, потом открыл подъездную дверь. Лена только кивнула на прощание и упорхнула домой.

Уже лежа в кровати, она вновь и вновь прокручивала в голове их прогулку. Это было восхитительно. Такого внимательного и нежного ухажера у нее еще не было. Жаль, что это все мимолетно и не будет иметь продолжения. А еще она волновалась за Никалоса, как он, бедняжка, доберется домой так поздно.

Днем они встретились на причале.

- Я боялся, что ты не придешь, - улыбаясь, бросился к Лене на встречу Никалос.

-Как ты вчера добрался домой? – участливо поинтересовалась она.

-Успел на последний поезд, но общежитие уже было закрыто. Я стучал и просил, чтоб меня впустили. Вахтер узнал меня и пожалел. А потом я сильно хотел есть. Я ведь вчера поехал в парк пообедать, так как точно знал, что там есть уличные недорогие кафе, а других мест в Москве я пока не знаю. А тут ты идешь и улыбаешься…

-Бедный, ты из-за меня вчера остался голодный,- она положила ему на плечи руки, а он обнял ее за талию и поцеловал.

Они катались на теплоходе, был будний день и народу почти не было. В нехитром буфете Никалос раздобыл бутылку лимонада и пару бутербродов с колбасой. Лена не стала возражать, боясь снова оставить парня голодным.

Им было весело и хорошо вместе. Стоя на теплом летнем ветру, Лена подставляла свои разгоряченные поцелуями щеки, и ей было все равно, что о ней подумают окружающие и как это все выглядит со стороны: русская девушка и иностранец целуются и флиртуют у всех на виду…

Увы, все хорошее заканчивается. Лена упорхнула домой, собрать нехитрые вещи, да попрощаться с тетей – вечером ее ждал поезд на Ленинград. Никалос не стал настаивать на том, чтобы проводить ее, стоял день, и никакая опасность Лене не грозила. Она со слезами на глазах прощалась с ним. Но он только махнул рукой ей и убежал.

Она в джинсах и простой футболке, с сумкой на плече вышла из вокзала в поисках нужного перрона. Табло подмигнуло ей, приглашая на посадку. Лена уверенно двинулась в нужную сторону и тут она увидела его… Это было невероятно! Никалос стоял у стены вокзала, пряча за спиной букет цветов. Было видно, что ему ужасно неловко и стыдно это делать. Он пытался спрятать букет между спиной и стеной здания, и всем своим видом показывая, что этот букет к нему не имеет никакого отношения. Лене стало жалко парня, вспоминая его рассказ, что у них на родине так не принято. Это если бы ей пришлось где-то в Африке стоять вот так посреди улицы с голой грудью. И пусть вокруг африканские женщины щеголяют именно так, но ей было бы все равно неловко и стыдно.

Она поспешила к Никалосу навстречу, чтоб побыстрей закончить его мучения. Он подарил ей букет и облегченно вздохнул. Лена очень любила цветы, хотя и понимала, что в поезд они не уместны.

-Ты просто прелесть! И цветы чудесные! Спасибо, - и она постаралась вложить в свой поцелуй всю нежность и признательность перуанскому другу.

-Уф, если б ты знала, как мне было неловко тут стоять. Но я знал, что у вас так принято, вот я…- он немного замялся и опустил глаза.

Он проводил ее до вагона. Они не обменялись телефонами, их просто у них не было. Лена была еще на перепутье: то ли поступила, то ли нет. Никалос еще жил у друзей, своего места в общежитии пока не было. Оба знали, что впереди у них новая студенческая жизнь, что это все лишь маленькие каникулы, проведенные вместе. Но они оба были благодарны друг-другу. Она за то, что Никалос скрасил ее пребывание в Москве, он- за то, что дала ему языковую практику, о которой советовал ему учитель русского языка. Они изначально не строили планов относительно друг друга, но за эти полтора дня оба искренне отдались общению, сделали все, чтоб время, проведенное вместе, запомнилось обоим.

Поезд тронулся, она помахала ему в окошко и слезы навернулись на глаза. Жаль… Жаль, что это все закончилось.

Проводник подсуетилась и принесла банку с водой, куда поставили цветы. Лена привезла их в пустую, холодную общагу и они еще несколько дней радовали глаз всем обитателям комнаты.