Молния бьет в одинокие деревья.

Глава 1

«Молния бьет в одинокие деревья. Избегайте одиноко стоящих деревьев во время грозы», — начал я читать статью в газете. «Глупость какая, с чего это молнии бить по одиноким деревьям, она что, так сильно ненавидит одиноких?» — подумал я, не дочитав статью.

В центре одного из парков у нас в городе стоит огромный старый дуб. Дед мой рассказывал, что когда-то еще в его школьные годы сам Сталин приезжал и сажал вместе с ними, комсомольцами, этот дуб. Не знаю, правда или нет, ведь в наш захудалый городок, как бы я ни искал информацию, никакой Сталин не приезжал. Но странность этого места и дерева в целом не в его истории, а в том, что за всё то долгое время, что рос этот дуб, рядом не приживалось ни одно дерево. То ли почва в этом месте такая плохая, то ли дуб всё себе забирает, то ли, как сетовал мой дед, школьники, которых пригоняли на общественно полезные работы, плохо и без любви сажали молодые деревца.

К слову, под этим деревом он и умер.

Странно и даже как-то неожиданно. Просто в один прекрасный момент ушел из дома на прогулку и не вернулся. Так и нашли его тело на лавочке около этого дуба. Я не видел его после этого, но говорят, что с улыбкой на лице умер. От стресса, наверное, — после смерти жены он как сам не свой был, постоянно твердил что-то, к этому самому дубу ходил. И вот однажды ушел и не пришел.

До его смерти я, наверное, был не самым общительным и любвеобильным парнем на земле, а после так и совсем закрылся, стал сам ходить к этому дубу и сидеть долгими летними вечерами. Вспоминал я про рассказы деда о том, как он с бабушкой познакомился под этим самым дубом; он, правда, тогда, как рассказывал дед, был еще небольшим, совсем молодым. И дуб... и дедушка...

Но зачастую от размышлений меня отрывали шумные и противные мне компании, бродящие по парку то в одну, то в другую сторону. Не то чтобы я так сильно не любил компании, нет, я и сам иногда в этих самых компаниях зависал. Просто в моменты, когда хочется побыть одному, они очень мешают. Вспомнил почему-то про свою компанию и про подколы в мою сторону: «Что, так и не нашел себе бабу?» Любят они пошутить над тем, что сколько лет уже прошло, а я до сих пор без девушки. Не знаю, почему я решил вспомнить это именно сейчас.

Прошло от силы минут тридцать, но в парке уже стало менее людно, можно было заметить лишь отдельные силуэты пар и одиночек — таких же, как я. А может, и не как я: все они торопились куда-то — «К своим вторым половинкам, наверное», — подумал я. Вздохнув, я встал со скамьи и почувствовал, что носа что-то коснулось, а потом и щеки, и еще раз носа. «Дождь?» — подумал я. Ничего не предвещало дождя в этот день, как и не предвещало тех событий, о которых пойдет речь...

Но пока шел лишь дождь. А дождь я люблю, особенно осенью. Часами могу сидеть под ним и наслаждаться безлюдным парком. «А почему бы и нет?» — подумал я и сел на лавочку обратно, закинув ногу на ногу. Наслаждаясь запахом свежести и оглядывая почти безлюдный парк, то тут, то там впопыхах сгибались люди, старавшиеся добежать до ближайшего магазинчика, чтобы найти укрытие от дождя.

Разглядывал я, разглядывал и заметил странный силуэт — человек медленно шел, не взирая на начинающийся дождь, голова его была опущена, а походка была медленной. Поначалу я не придал этому никакого значения.

Прошло несколько минут. Поочередно падающие редкие капли сменились моросью, теплая летняя сменилась на какую-то сентябрьскую, холодную и сырую. Я наслаждался этой погодой, но украдкой наблюдал за этим странным силуэтом. Со временем я стал различать очертания лица и одежду. По виду это была девушка лет двадцати — двадцати пяти, невысокая и стройная, идущая в черном балахоне, и... лица я не мог разглядеть, а очки доставать было лень.

Спустя некоторое время любопытство взяло верх, и, как только девушка подошла на расстояние, с которого я смог бы различить очертания её лица, я достал очки.

Лишь на секунду взглянув на неё, я увидел не передаваемую словами боль. Да, именно боль. Боль и отчаяние — эмоция, которую я не спутаю ни с чем, ведь она мне невероятно близка. Она шла, и по лицу струились то ли слезы, то ли это было из-за дождя. Меня проняла дрожь, не знаю почему, но мне стало так же больно, мне стало так же невыносимо одиноко и больно.

Пока я разглядывал её лицо, не заметил, как она подошла ближе. По траектории её движения было понятно, что она пройдет мимо меня, но я сидел и ничего не понимал. Я как будто чувствовал эту боль, как будто понимал, что случилось. Прошло еще несколько минут, и она уже сравнялась со мной, не обращая в мою сторону никакого внимания.

Я резко вскочил и, не зная почему, взял и обнял проходящую мимо девушку. Просто обнял, не спросив ни разрешения, не обдумав свой план действий. Просто взял и обнял.

Мы стояли так долго, я, наверное, и счет времени потерял, просто стояли и молчали. К моему удивлению, девушка не попыталась вырваться, не закричала, ничего. Просто стояла и тряслась. А я, в свою очередь, стоял и ощущал всю ту боль, все те переживания, что были сейчас на душе у этой девушки.

Мы стояли и молчали.

Спустя некоторое время закончился дождь, девушка всё реже вздрагивала, то ли от того, что согрелась, то ли от того, что успокоилась. И только сейчас я разжал объятия и как-то невнятно пробормотав: «Простите», — начал разворачиваться, чтобы уйти. Но вдруг услышал еле слышное «Спасибо» и почувствовал руку, теплую и нежную, тянущуюся за моей в попытке остановить меня. «Спасибо» — еще раз, но уже не так тихо и более отчетливо, сказала девушка. Я взглянул на её лицо: оно сияло какой-то странной улыбкой, улыбкой сквозь слезы.

Я был не в состоянии сказать что-либо, просто был как будто в шоке, не знаю от чего, но в шоке. Возможно, от красивого лица, возможно, от своего поступка — я никогда не делал ничего подобного. Я не мог даже улыбнуться ей в ответ.

Девушка повернулась и пошла дальше вглубь парка, а я, недоумевая и удивляясь своему поступку, сел всё на ту же скамью, на которой в одиночестве сидел некоторое время назад.

Прошла вот уже как неделя, а я всё никак не мог забыть того случая, но появиться в парке почему-то боялся. Я одновременно хотел и боялся вновь встретиться с ней.

Стоял душный летний вечер, дома было скучно, и я решил прогуляться в парк, совсем забыв про события минувшего времени. Я как всегда прошел на своё излюбленное место. Под дубом было прохладнее, чем дома, да и воздух как-то свежее. Я не заметил, как задремал.

Сквозь дрему я почувствовал несколько толчков в плечо и голос, повторявший: «Парень, эй, парень, спишь, что ль?» Приоткрыв один глаз, я увидел перед собой молодого человека, приятного на вид. «Что такое?» — спросил я. — «Да вот, девушка боится подходить, поэтому я решил сам подойти поблагодарить». Я недоумевающе посмотрел на него, совершенно забыв про тот случай. «Да буквально неделю назад с девушкой поссорились, она и убежала куда-то, я как ни искал её, никак не мог найти. Думал, что всё, ушла от меня, и только успел подумать, как она приходит и обнимает. Говорит, что парень ей один помог в парке, поддержал. Уж не знаю, что ты там ей сказал и что сделал, но спасибо тебе». Пожав руку, он развернулся и пошел в сторону той незнакомки.

Не знаю почему, но на душе стало как-то больно, стало грустно и одиноко. Ничего не произошло, а стало как-то грустно.

Я встал под крону этого величаво стоящего одинокого дуба и, кажется, понимал, почему молния бьет в одинокие деревья...

Она не хочет, чтобы они были одиноки.