Мои сны
Глава 1
Предисловие
И как проснуться я боюсь,
но всё – таки к утру проснусь.
А ты осталась там, во сне,
и ты всего лишь снишься мне.
Из песни И. Круг и А Брянцева
Если кто – то скажет вам, что он никогда не видел снов, мне кажется, - вам будет трудно ему поверить. Компетентные в этих вопросах товарищи считают, что те их просто не могут вспомнить, проснувшись. Этим немногим людям здорово не повезло с особенностями своей памяти. Сколько поколений учёных мужей бьётся над разгадкой тайны сновидений, сколько теорий и гипотез выдвинуто за это время, и сколько дальних закоулков человеческого мозга исследовано?
А сколько сонников, тонких и не очень, создано толкователями снов? Всё, что мы увидим ночью во сне, нам в них объяснят и растолкуют, отчего мы это видели и, главное, к чему всё это. Покупаем такой сонник, желательно, потолще, кладём в спальне возле постели и заглядываем в него почти каждое утро. Так просто можно узнать, что нас ждёт в ближайшем будущем, к чему стоит подготовиться, а чего надо стараться по возможности избегать.
Есть люди, которые при первой возможности уходят в сон, где проводят значительную часть своей жизни. И только потому, что в таком состоянии они … путешествуют. Именно во сне они побывали в различных странах на разных континентах. Они очень редко рассказывают об этих путешествиях, так как им мало кто поверит. А выглядеть сумасшедшим в глазах знакомых всегда неприятно.
Сейчас есть методики, позволяющие научиться управлять своими сновидениями. Натренировавшись, можно направлять себя во сне в различные места, куда душа пожелает. Как говорят в одной телепередаче: « А вам слабо? »
Есть такие счастливчики, которые видят иногда сны в цвете. Я к ним не отношусь, к сожалению. Но за некоторый период времени мне приснились несколько ярких сюжетных снов, которые мне захотелось раскрасить, как сейчас делают кинематографисты со старыми чёрно - белыми лентами.
Если уважаемый читатель наберётся немного терпения, то сможет узнать, как это у меня получилось.
Глава 2
Сон первый
Когда пару лет назад мне приснился первый яркий запоминающийся сон, у меня не возникло желание его записать. Я его просто не мог не запомнить. Потом, через некоторое время я увидел второе хорошо запомнившееся сновидение. Оба они по классификации известной американской исследовательницы снов Сильвии Браун относились к снам – желаниям, снам – мечтам. В этих снах исполняются наши самые заветные мечты. Поэтому мы их хорошо помним, ведь в них мы были так счастливы. После второго такого сна мне и захотелось описать их так, как я их запомнил.
В первом сне я был участником зимней корпоративной Спартакиады, где в соревнованиях по настольному теннису стал серебряным призёром. Надо заметить, что это было со мной и в настоящей жизни. Во сне мы соревновались в солидном спорткомплексе, рядом с которым располагались столовая и гостиница. В самом начале этого сновидения я и появляюсь в вестибюле гостиницы со спортивной сумкой на плече.
В этом сне я был гораздо моложе и несколько выше ростом, чем в жизни. В свои двадцать пять лет я был свободен, вполне привлекателен, доволен жизнью, а в данный момент ещё и в хорошем настроении, несмотря на небольшую усталость. Закрыв за собой входную дверь, я направился к стойке дежурного администратора за ключом от своего номера. И в это время из двери, ведущей в коридор с номерами, вышла невысокая, ладно скроенная девушка. Она уверенной походкой направилась к двери в другом конце вестибюля, которая вела в другое крыло гостиницы. Не привлечь моего внимания она в любом случае не смогла бы.
Меня нельзя было назвать легко падким на женщин. Я искал для себя ту единственную, мне предназначенную свыше, поэтому я обращал внимание на встречающихся на моём жизненном пути девушек именно с этой позиции. Какой конкретно она должна быть, я не представлял. Я не подгонял свою мечту под придуманный идеал с определённым ростом, весом, цветом волос и глаз. Мой поиск нельзя было назвать активным, но диапазон его был широк. В первую очередь в девушках я оценивал душевные качества: скромность, порядочность, надёжность и, если не большой ум, то женскую житейскую мудрость.
В этой представительнице прекрасной половины человечества я почему – то сразу отметил и внешнюю неброскую привлекательность, и уверенность в себе, и скромность вместе с какой – то надёжностью и основательностью. Одета она была в спортивный костюм неброских цветов, явно была участницей соревнований, как и почти все в этой гостинице. Но раньше я её нигде не видел, она точно выступала не в моём виде.
Впечатление, произведённое ею на меня, можно сразу было оценить как очень положительным. В моей голове тут же появилась мысль: « А может, это моя судьба сейчас так вдруг предстала передо мной, и так быстро от меня удаляется? А вдруг я её больше никогда не встречу и буду долго вспоминать и жалеть о том, что не сумел сейчас выяснить, она это или нет? » Броситься догонять её я не мог, меня сразу же задержала бы дежурная для разбирательства - кто я и откуда. Да и бросаться сразу навязчиво знакомиться с впервые увиденной девушкой было для меня как – то совсем неудобно.
Так, не отрывая взгляда от неожиданно появившейся и так быстро удаляющейся незнакомки, я машинально сделал несколько шагов к стойке администратора. Мысли в голове моей кружили, как пчёлы во время роения, но решения о том, что же сейчас срочно надо сделать, не было. Мне почему – то вспомнилась старуха с разбитым корытом. В тот момент я, наверное, был чем – то на неё похож .
Здесь и начинается то неожиданное, чудесное, божественное; то, что позволяет реализовываться на Земле тем планам, которые были приняты на небесах. В этот момент прозвучал голос свыше. Он проявился голосом дежурной администраторши, крупной тётеньки в возрасте, чувствовавшей себя здесь полновластной хозяйкой. Её вопрос, заданный сильным уверенным голосом, относился к нам обоим:
- Молодые люди, из вас есть кто из N?
В конце вопроса прозвучало название одного из филиалов нашего объединения. Я был из другого филиала, а вот девушка неожиданно для меня оказалась как раз из того самого.
- Я из N.
Она изменила направление своего движения, и мы почти одновременно подошли к стойке администратора. Мы оказались совсем рядом, и я с великой радостью мог рассмотреть её вблизи. Результатом этого осмотра в течение буквально двух – трёх секунд был возникший в душе восторг. Это был восторг души, моя душа восхищалась душой, заключённой в теле этой незнакомки.
Все люди, хотят того или не хотят, верят в это или не верят, постоянно излучают в окружающее их пространство энергию своей души и тела; кто – положительную, кто - не очень, в зависимости от состояния, настроения и ещё большого количества факторов. При встрече мы волей – неволей воспринимаем энергию находящегося рядом с нами человека. Иногда она сильно отталкивает нас от него, иногда наоборот - притягивает.
Какой энергией я облучил стоящую рядом со мной девушку, вы можете предположить. Она не стала делать вида, что рядом никого нет, прямо и открыто посмотрела на меня. Такую естественность встречаешь не так уж и часто. Мне показалось, что результатами осмотра она осталась удовлетворена. По её глазам я понял, что она не замужем и выходить ей пока не за кого. Поэтому сильно противиться нашему знакомству она не будет. Но с моей стороны это надо сделать естественно и ненавязчиво.
Дальше события приняли несколько театральный характер. Не будем забывать, что описываемые события происходят во сне. А там, как в хорошей театральной постановке, есть свои условности, свои средства передачи информации, чувств.
Обращаясь к моей соседке, администраторша выдала буквально следующее:
- Ваши лыжники не явились почему – то на награждение, вот заберите ваш приз, а то он у меня уже третий час под ногами мешается.
Она прошла в дверь своей комнаты и стала вытаскивать оттуда на плече длинный и довольно тяжёлый рулон, очень похожий на приличных размеров свёрнутый ковёр.
- Вот забирайте ваше одеяло. Сами выиграли его, а мне таскать приходится.
Я удивлённо смотрел на администраторшу, потом перевёл взгляд на свою соседку. Та растерянно стояла, не зная, что же ей делать с таким призом.
- Ну, забирайте, чего стоите?
Девушка в полной растерянности подошла к тётеньке, схватилась за это ни то одеяло, ни то ковёр, и я понял, что мне срочно надо ей помогать, не то это изделие её сейчас придавит. Я уже собрался сделать первый шаг на помощь, как, словно из рупора, прозвучал голос администраторши, обращённый ко мне:
- Ну, ты чего стоишь? Не видишь, ей тяжело одной?
Последние слова имели ведь и другой смысл, более общий. Может быть, моё высшее Я в тот момент и поняло этот второй смысл сказанных слов, но я его понял гораздо позже. А тогда мне надо было срочно помогать этой увиденной мною всего лишь полминуты назад девушке, которая за это время стала для меня такой близкой и притягательной. В тот момент я почувствовал жгучую потребность помогать ей не только сейчас, но и всю жизнь.
Я правой рукой взвалил на плечо это довольно увесистое и габаритное одеяло, в левой руке у меня была моя спортивная сумка приличных размеров. Моя спутница сзади меня поддерживала другой конец этого чудо – одеяла. Администраторша даже открыла нам дверь в коридор, довольная тем, что избавилась, наконец-то, от него; а может быть, и тем, что открыла нам двоим дверь в наше светлое будущее. Такой же светлой была и улыбка на её лице на протяжении всего времени, пока она нас провожала. Она даже не выяснила, живу я здесь или нет. Я повернул в указанную сторону большого просторного коридора, и так в одной упряжке мы пошли по нему до номера, в котором проживала эта чудная милая девушка.
Удивительную символичность последних событий я понял позже, когда вспоминал и описывал увиденное. От слов тётеньки – администраторши о том, чтобы я помог девушке, которой тяжело одной, до нашего с ней шествия по широкому светлому коридору в одной связке с этим чудо – одеялом. А ведь это одеяло символизирует теплоту: теплоту человеческих чувств, теплоту домашнего очага. Да и эта тётенька с твёрдым характером и волей - это тоже ведь символ. Символ Высших сил, проявившихся в нужное время в нужном месте для того, чтобы соединить вместе две человеческие души для реализации намеченного ими ранее плана земной жизни.
Номер моей спутницы был почти в самом конце коридора. Я прошёл на полтора метра дальше двери номера, чтобы дать возможность хозяйке открыть замок, не опуская край одеяла на пол. Потом она первой на правах хозяйки вошла с ношей в номер, и мне пришлось пропятиться задним ходом следом за ней. Она, поняв, что поставила меня в не совсем удобное положение, помогла мне сгрузить ношу на стоящую рядом у стены полутораместную аккуратно застеленную кушетку. При разгрузке я поставил сумку у двери и теперь стоял посредине номера, глядя на самую привлекательную девушку в мире, стоящую возле меня и не знающую, что же со мной сейчас делать.
Я помнил, что она куда – то шла перед встречей со мной, и усиленно думал о том, удобно ли будет мне её задерживать.
- А за что такие призы дают? - нашёлся я, разрядив тем самым возникшую некоторую неловкость ситуации, а заодно и ловко скрыв своё волнение. Я неуловимо почувствовал, что в сложившемся положении дальнейшими событиями управлять должен именно я, от меня сейчас зависит продолжение нашего неожиданного знакомства.
- За третье место в лыжной эстафете, - голос её был вполне обычным, но для меня в этот момент он показался таким приятным, что я просто таял от переполняющего меня счастья. Мне сейчас очень захотелось посмотреть на выражение своего лица со стороны.
- Судя по сегодняшнему морозу, оно вашей команде больше пригодилось бы во время эстафеты, - это был не столько вопрос, сколько констатация очевидного факта. С утра сегодня был приличный мороз.
- Да, оно бы нам здорово помогло. А то мы сегодня просто насквозь промёрзли, дожидаясь своих этапов. Я и сейчас до конца не отогрелась.
Вот почему она была одета в помещении в тёплую олимпийку и куртку.
- Вы знаете, а меня зовут Х, - я назвал своё имя.
- А меня - Y. - Она назвала своё, и я был от него почему – то в полном восторге. Оно ей очень подходило, было таким же, как и она, мягким, спокойным и тёплым. Само имя во сне не прозвучало, а теплота от него осталась до сих пор.
- Честно говоря, у меня никогда не было такого приятного знакомства с девушкой.
- А их много было?
- Я об этом как – то не задумывался. Думаю, что немного, но главное, что состоялось это.
- Это тоже честно?
- Я, вообще - то, не вру; а такой девушке, да ещё при первом знакомстве врать …, я на такое не способен.
Она молча смотрела на меня, пытаясь или рассмотреть во мне что – то или оценить мою искренность.
- Y, - её имя в моём исполнении прозвучало как песня, - Вы до этого куда – то шли, а это срочно?
Она продолжала молча смотреть на меня, и я не стал ждать от неё ответа.
- Если это не срочно, то я могу предложить отметить получение этого приза бутылочкой шампанского, если Вы не против.
Её глаза говорили о том, что она уже поняла чистоту моих намерений и степень её доверия ко мне была уже значительной.
- Ну, если у Вас есть шампанское, то я найду к нему шоколадку, - согласилась она и предложила мне снять верхнюю одежду. Сняв куртку и шапочку, я достал из сумки бутылку шампанского. Как она там оказалась, я не помню, - может, я её специально взял для именно такой счастливой встречи. Эту встречу я долго ждал и сейчас понял, что наконец – то её дождался.
Потом мы долго сидели за небольшим гостиничным столиком, пили шампанское при свете Луны и небольшого настенного светильника. Всё это время я любовался ею. В ней была какая – то удивительная естественность, гармония во всём: ни высокая и ни маленькая, ни худая и ни полная, в эмоциях и мыслях чувствовалась золотая середина, даже цвет волос был где – то посредине между тёмным и светлым.
Подробности нашего разговора, конечно же, не остались в памяти, но друг о друге мы узнали многое. Я рассказывал о личном турнире теннисистов, который я, можно сказать, выиграл, проиграв в финале тренеру детской спортшколы, профессионалу, бывшему на голову выше всех, и непонятно, зачем, принявшему участие в турнире любителей. Она рассказала о своих соревнованиях, о том, где живёт и кем работает. Рассказала она и о причине, по которой их команда не получила приз. В тот день у одного члена их команды родился сын, и они почти всей командой остались в городе отмечать это событие. А награждение происходило уже в конце дня. Как оказалось, этот молодой папа был бывшим мужем старшей сестры моей новой знакомой. Поэтому участвовать в этом мероприятии ей было не совсем удобно, как и на награждении одной вместо всей команды.
Сколько прошло времени, мы не знали, - часы нам тогда были совершенно ни к чему. Но решив погулять на свежем воздухе, мы обнаружили, что входные двери были закрытыми, и открыть их в такой поздний час было некому. Администраторши нигде не было видно, искать её в это время было совсем неудобно. Но мы всё же выбрались наружу, благодаря одному секрету, который я знал по моим прошлым приездам сюда. В гостиничном холле в полуметре от пола были установлены пластиковые окна, с открываемыми рамами. Это обстоятельство мы и использовали. В куртке моей спутницы оказалась короткая верёвочка для связывания лыж. Завязав её за ручку рамы, мы выбрались из гостиницы через окно и с помощью верёвки плотно прикрыли незапертое окно снаружи. Верёвка не бросалась в глаза, и в ночном свете очень трудно было догадаться, что окно было не заперто.
А на улице была прекрасная погода. К вечеру немного потеплело, лёгкий мороз только освежал дыхание, а с неба падал необыкновенной красоты снег. Снежинки были крупными, падали медленно, кружась на лёгком ветру в чудесном танце и сверкая всеми своими кристалликами в свете фонарей. Деревья уже нарядились в праздничный новогодний убор, блистая осевшими на ветвях снежинками. И во всём чувствовалось приближение Нового года, а с ним и новой счастливой страницы в нашей жизни. Наверное, не страницы, а целой повести или романа о большой и светлой любви.
Сколько времени мы гуляли, тоже неизвестно. Мы не бегали, не прыгали, не кричали от переполнявших нас чувств, но в той сдержанности и неспешности чувствовалась необыкновенная радость, счастье от того, что мы, наконец, нашли друг друга.
Была уже глубокая ночь, когда мы нагулявшись и нарадовавшись чудесам природы, возвратились обратно к гостинице. Отряхнув друг друга от снега, мы осторожно открыли окно и без малейшего шума забрались внутрь. В полной тишине, сняв с ручки окна верёвку и плотно закрыв его, мы добрались до номера. У нас и в мыслях не было, что нас могли задержать за незаконное проникновение в гостиницу. Вряд ли кто – то смог бы осудить за это влюблённых.
Из следующих событий в моей памяти отпечатались только две картинки. На первой внезапно упавшее на меня сегодня счастье, самую малость замёрзшее сидит с ногами на кушетке, укутавшись в призовое одеяло. Я же сидел на стуле у кушетки, согревая её руки теплотой своих, не отрывая глаз от неё, переполненный через край необыкновенной радостью.
На второй картине мы лежали одетыми под этим большим одеялом, взявшись за руки, и смотрели не друг на друга, и не в потолок, а вперёд, в наше светлое будущее, в котором мы всегда будем также вместе, как и сейчас.
Это была последняя картинка из моего сна, такого радостного и переполненного счастьем. Но последнее, что я из него помню, так это то, что я уже построил планы на ближайшее будущее. Точнее, эти планы построили мы. События эти происходили буквально за три дня до Нового года. У меня был отпуск почти до конца января. С этого дня мы решили больше не разлучаться, если уж так чудесно встретились. Я жил один, снимал квартиру, и меня никто и ничто, кроме работы, не удерживало в моём городе. Она жила отдельно от родителей, в своей маленькой квартирке в небольшом городке. Нами было решено ехать сегодня утром к ней, где вдвоём встретить Новый год, новую жизнь, познакомиться с её родителями, упав им совершенно внезапно на голову. Я был уверен, что в их глазах, может, не сразу, но обязательно появится искренняя радость за свою дочь, вернувшуюся с соревнований совсем неожиданно с избранником, довольную и счастливую.
Я также был уверен, что до конца своего отпуска я сумею договориться о переводе из своего в её филиал. И будем мы долгие годы неразлучно и счастливо жить вместе на радость наших родителей, будущих детей и всех окружающих нас людей.
После пробуждения я ощутил в себе столько радости и вдохновения, что они оставались во мне в течение нескольких дней. Мне очень захотелось, чтобы те, кто никогда не испытывал таких чувств, узнали бы о них; а лучше, если бы они почувствовали хоть маленькую частичку тех светлых переживаний. Ну, а те, кто испытывал в жизни похожие радостные минуты, пусть ненадолго вспомнят их, пусть их сердца опять наполнятся безграничной радостью и счастьем. Искренне надеюсь на это.
Глава 3
Сон второй
Это был второй сон, который мне захотелось описать. Он приснился мне примерно в то же время, что и предыдущий, и также был сон – мечта.
Многие сны, запомнившиеся мне, имели чёткую привязку ко времени. Я помню много сновидений, в которых я видел себя во время Великой отечественной войны. В них я выходил из окружения, был в партизанах, участвовал в боевых операциях. Некоторые сны были чётко привязаны или к детским годам, или к текущему моменту жизни.
В других снах такой привязки ко времени не было, они были без исторического контекста. События в них были абстрагированы от времени происходящего, они не нуждались во временной привязке и были ценны сами по себе.
Сон, который я хотел описать сейчас, мне затруднительно отнести к какому - либо из этих видов. С одной стороны, - обычаи явно из старины. С другой стороны, - а были где - нибудь и когда - нибудь такие обычаи? Судите сами.
В этом сне я был молодым человеком лет 25-ти. Место действия мне на поминает больше всего казацкую станицу дореволюционных лет. Это сравнение может лучше другого осветить исторический фон происходящих событий. Я вернулся в родительский дом после нескольких лет службы в армии и был в том возрасте, когда пора было заводить семью.
Но в этом сне передо мной не стояла задача поиска невесты. Оказывается, найти невесту мне должны были родители. Лица родителей в этом сне мне не запомнились, но свою задачу они выполнили.
После возвращения домой я отдыхал, помогал по хозяйству, занимался какими - то делами. Но чем я точно не занимался, так это высматриванием среди девушек подходящей себе пары. Это может показаться очень странным, но у меня не было такой потребности. Я не ощущал никакого беспокойства по этому поводу. Наверное, потому, что я знал, - невесту мне уже подыскали родители. А засматриваться на других девушек при уже имеющейся невесте, было как – то неудобно, пусть я даже её и не знал. Я и по обычаю не мог противиться родительской воле, да и был совершенно спокоен за их выбор. Родители гораздо опытнее меня, знают всех подходящих кандидаток и их родителей. Да и мне они желают только счастья в семейной жизни. Я даже не пытался гадать, кого мои родители выбрали мне в невесты.
Поиск родителями невесты сыну - это был первый обычай в той местности и в то время, где происходили события из моего сна. Второй обычай состоял в том, что они уведомляли меня о дате свадьбы, договорившись предварительно с родителями невесты и организовав совместно это мероприятие. Никаких помолвок, обручений, сватаний местными обычаями предусмотрено не было.
И вот где – то через месяц после моего возвращения родители и решили меня женить. А чего тянуть с нужным и хорошим делом? Невесту нашли, она была присмотрена, может, ещё с малых лет. А я за этот месяц должен был и отдохнуть после службы, и к свадьбе подготовиться, да и чтоб на барышень не было особо времени заглядываться.
Первые два обычая, вряд ли, покажутся чем – то из ряда вон выходящими. Раньше так и жили, и это не казалось никому странным и противоестественным. Но вот следующий обычай для современного цивилизованного общества может показаться совсем необычным, и даже шокирующим. Он состоял в том, что жених и невеста не знали до свадьбы, какой выбор за них сделали их родители. Обычай этот заходил ещё дальше. Лицо невесты жених мог увидеть только после свадьбы, когда они останутся одни. Всё это время лицо невесты должно быть скрыто за плотной фатой, не позволяющей рассмотреть даже её шею. Может быть, таким способом берегли невесту от завистливых глаз, ведь раньше людей с сильной энергетикой было больше, чем сейчас. Может, историкам известно о подобных обычаях у каких – либо народов, но сейчас это может показаться просто диким.
В этом сне мне не были показаны подробности всей свадебной церемонии. И можно только предполагать о том, как происходила первая встреча молодых. Должно быть, нас венчали в церкви, а потом была шумная свадьба с многочисленными гостями, плясками и подарками.
Мне лишь запомнилось, что мы с невестой чинно сидели во главе стола, выслушивали наставления родителей, пожелания гостей. Кругом бурлило веселье, празднично наряженный народ плясал вовсю, играла гармонь, с разных сторон стола сыпались частушки и прибаутки. И чувствовалось, что собравшиеся от всей души рады этому событию и желают нам только счастья в нашей семейной жизни.
До сих пор события в этом сне мне давались как – то отрывисто и расплывчато, без подробностей, как бы фоном. Зато заключительный акт, последовавший после, был представлен ясно, ярко, произвёл массу чувств и эмоций и хорошо запомнился.
На своей свадьбе мы были похожи на почётных гостей. Но я не помню, чтобы мы с невестой пили и ели за столом. Пить нам на свадьбе было совсем нельзя, а есть, как – то было некогда и неудобно. А невесте ещё мешала её фата, жениху же из солидарности есть было как - то не совсем удобно.
По регламенту застолье для молодых заканчивалось гораздо раньше, чем для всех остальных. Нас проводили в заранее приготовленную комнату, может, в этом доме, а, может, в каком – то другом. Я помню низкую толстую дверь этой комнаты, засов на ней и сразу вдруг наступившую за порогом тишину. После шумного веселья эта полная тишина явилась контрастом, который символизировал свершившийся для нас переход к новому статусу и новой жизни.
Небольшая комната была освещена свечами, стоящими в подсвечниках на столе и возле широкой нарядно украшенной кровати. На столе красовались фрукты, разложенные в красивые деревянные миски, хлеб с солью, которыми нас, наверное, встречали после венчания. Рядом стояли кувшины с безалкогольными напитками, типа клюквенного морса и медового кваса, тарелки с пряниками, пирогами и сладостями. Накрытый таким образом стол выполнял двойную функцию. С одной стороны он давал нам возможность отведать свадебные угощения и отметить свершившееся очень важное событие в нашей жизни. Другая немаловажная роль этого накрытого стола заключалась в том, что он являлся символом будущего богатства нашей семьи. Вот такими были декорации последнего акта этого незабываемого спектакля во сне.
Перешагнув высокий и широкий порог комнаты и закрыв за собой дверь, мы прошли к самому освещённому месту возле стола. Я был переполнен радостью, небольшая утомлённость не мешала мне чувствовать себя бодрым и счастливым. Сейчас мне предстояло увидеть свою новоиспечённую жену, а сказать точнее, - судьбу. Умом я до сих пор не понимаю, почему в те минуты перед знакомством с моей второй половиной я не испытывал абсолютно никакого волнения. Я был переполнен радостью, передо мной сейчас должен был раскрыться несказанно чудесный цветок, который мне подарит счастье на всю жизнь. У меня тогда внутри были именно такие убеждения.
Мы остановились у стола, повернулись лицом друг к другу, и я бережно взял теперь уже свою жену за руки чуть выше локотков. Наступил самый волнующий момент свадебной церемонии. Жениться втёмную, не зная невесты, и увидеть её первый раз после венчания и свадьбы, - это круто. Слабонервных, видно, в наших краях не женили. Волнения у невесты я не чувствовал никакого. Ей, конечно, было несколько проще, чем мне, так как она могла увидеть мельком из – под фаты и моё лицо, и меня всего. Она могла волноваться только по поводу того, что может мне не понравиться, после того, как я её увижу.
Я подозреваю, что такие случаи могли быть в нашем селении. Но супруги всё равно жили вместе, может, не так счастливо, как бы им хотелось, но разводов после венчания тогда не было. Как говорили в те времена, стерпится - слюбится.
- Ну, что, будем знакомиться? - спросил я, весь в предвкушении.
- Да, будем.
Наверное, её «да» я должен был слышать раньше. Может, когда приезжал за невестой или во время венчания. Но сейчас её «да», произнесённое с радостью и так уверенно, произвело на меня впечатление. Голос был молодой, звонкий, с приятным тембром.
Я был где – то на пол-головы выше моей теперь уже жены, и поэтому, по – прежнему поддерживая её под локти, присел на широкий деревянный табурет, стоящий у стола. Не для того, чтобы не упасть при первом впечатлении после поднятия фаты, а чтобы снизу лучше разглядеть лицо моей суженой. Она уверенным движением подняла, уже порядком надоевшую ей фату, и я увидел то, что так долго стремился увидеть - лицо моей судьбы.
Красавицы бывают разными. Одних в народе принято называть писаными. Это те, которые похожи на красавиц, изображённых художниками на картинах. С правильными чертами лица и формами тела, и без малейших изъянов. А бывают другие красавицы, поражающие своей естественностью и внутренней красотой, которую можно назвать красотой души.
Лицо моей судьбы я помню до сих пор. Полукруглый овал подбородка, розовый ободок губ, правильной формы нос и глаза… Эти глаза смотрели на меня с такой любовью, что я не мог от них оторваться. Я ловил каждый квант, излучаемой ими любви. Я весь наполнился ею и почти не ощущал своего тела. До этого момента моя душа жила в ожидании любви. Почему – то у неё была уверенность в том, что она обязательно будет. И вот этот момент настал. Я осознал предназначение свыше именно мне этой молоденькой, ещё вчера девчонки, а сегодня уже замужней молодицы, стоящей сейчас предо мной.
После обряда поднятия фаты она сняла весь головной убор невесты, оставшись, как говорили раньше, простоволосой. Тёмно – каштановые волосы были свободно заправлены назад и собраны лентой немного ниже плеч. Мне нравились такого вида причёски, в них проявлялась какая – то мягкость характера, женственность, обходительность её хозяйки.
Я с радостной улыбкой на лице немного снизу вверх смотрел и откровенно любовался ею. Она освободилась от моих рук, чтобы положить свой головной убор куда – то рядом, а потом подошла ко мне и протянула свои ладони к моим рукам. Я почувствовал их теплоту, мягкость, нежность. Эти ладони любящей и любимой девушки не могли не вызвать у меня эйфории, сжимая их в своих ладонях, я просто упивался счастьем.
- Ну, как, я подхожу Вам? – Голос её был для меня песней, которую я никогда не слышал, но всегда хотел услышать.
- Не Вам, а тебе, - поправил я её. Она ещё больше улыбнулась, а я, не отрывая взгляда от её глаз, молча отвечая на её вопрос, закивал головой. Здесь она просто рассмеялась от формы моего ответа, удовлетворившись и его содержанием. Потом она так естественно и по – хозяйски, без какой – либо тени распутства, присущего девицам лёгкого поведения, присела мне на колени, правой рукой обняв меня за шею. Левой рукой я бережно и нежно придерживал своё только что обретённое счастье за талию, а правой рукой ощущал теплоту её левой ладони.
Через свадебное платье я улавливал энергию юного девичьего тела. Его линии я не мог почувствовать, но исходящая от неё энергия выражала гармонию как телесную, так и душевную. Я сразу проникся к ней таким доверием, какое я испытывал только к родителям. В эти мгновения я понял, что передо мной самый родной мне человек, которому я полностью могу довериться во всём; который меня ни в чём не подведёт, ради которого я сделаю всё, что в моих силах.
- Господи, - обратился я, молча к творцу, - спасибо тебе за этот поистине божественный подарок, за эти минуты неимоверного счастья. Оставь, пожалуйста, их со мной на всю жизнь.
- А я тебя знаю. - Моя радость прервала моё общение со Всевышним.
- Помню с тех пор, когда ещё маленькой была, а потом ты в отпуск приезжал два года назад на неделю.
- Слушай, ты всё обо мне знаешь?
- Ну, не всё. Знаю, где служил, как.
- И откуда же?
- Когда ты в отпуск приезжал, твой отец к нам приходил. Они с моим отцом разговаривали, а мне слышно было.
- Ты могла бы в армии быть разведчиком.
- Да, они специально так говорили, чтобы я слышала. Твой отец пришёл с бутылкой, они сели за стол выпить, а я в соседней комнате была, где почти всё слышно было. Мама на стол собрала и всё время рядом что – то делала.
- Ну, и о чём они говорили?
- Сперва поговорили о делах, о хозяйстве, посевной, сенокосе, видах на урожай. Потом мой отец спросил твоего о тебе. Твой рассказал о твоей службе, что командиры тобой довольны, отпустили тебя в отпуск на неделю. Потом твой отец спросил обо мне, как да что? Мои родители обо мне рассказали.
- И что же они рассказали о тебе? - с улыбкой подначил я её.
Она, поняв мою подначку, и желание узнать о ней из её же уст, с улыбкой посмотрела мне в глаза, и, отыгрываясь, произнесла нарочито серьёзно:
- Сказали, что красивая, неглупая, хозяйственная и что кому – то буду хорошей женой.
- А мой что сказал?
- Твой сказал, что у моих родителей через пару лет будет хорошая невеста.
- Ну, и чем разговор закончился?
- За столом на этом и закончился. А о чём они говорили, когда провожали твоего отца, я уже не слышала.
- А ты тогда догадалась, зачем мой отец к вам приходил?
Она опять перевела пристальный взгляд на меня, готовя ответ на очередную мою подначку.
- Вот только сейчас и догадалась!
Я держал её за руку, смотрел на неё во все глаза, в которых нельзя было не заметить переполнявшего меня счастья.
Я вспомнил то воскресенье. Отец пришёл тогда уже затемно, под хмельком, но очень довольный. Я помог ему лечь спать и понял, что повод выпить у него был весомый, отец без повода никогда не выпивал. Он и сам, глядя на меня с еле заметной таинственностью, как бы оправдывался, что у него сегодня было важное дело. И я понял, что он удовлетворён его результатами. Я немного удивился тогда, так как отпуск у меня заканчивался, и завтра утром я уезжал к месту службы. Мать собирала меня в дорогу, а отца весь вечер не было. Теперь я понял, какую важную для меня задачу он решал тем воскресным вечером.
- Ну, а я тебе подхожу? - спросил я, отвлекаясь от воспоминаний.
- Ты мне давно подходишь.
Её ответ меня, если не ошарашил, то точно удивил.
- Как давно?
- Ты мне понравился с десяти лет, когда я тебя первый раз увидела.
- Да? И где же ты меня увидела в первый раз?
- Ты тогда на речке с ребятами лошадей купал. А мы с девчонками гусей и уток пасли. Тогда ты мне и понравился больше всех.
В этот момент передо мной возникла, как на экране монитора, картинка, как будто кто – то её нашёл в моей памяти и услужливо представил моему вниманию.
На песчаном берегу небольшой реки мы - пятнадцатилетние пацаны купаем лошадей. Кругом шум, брызги, смех, ржание лошадей. Всё это было фоном картины, а на самой картине недалеко от нас небольшая группа девчонок 8 – 12 - ти лет. Они с хворостинками отгоняли гусей и уток, испугавшихся лошадей, и посматривали вольно или невольно в нашу сторону. Им было интересно наблюдать, кому за лошадьми, а кому и за мальчишками. Занимаясь делом, я как – то посмотрел в сторону этих девчонок. Их было человек 6 – 7, разного возраста и роста в простеньких летних платьицах.
Не могу сказать почему, но среди них в глаза мне бросилась одна, среднего роста, с короткими косичками и прутиком в руке. Я понимаю теперь, почему я выделил её тогда из всех девчонок. Она смотрела на меня, и во взгляде её чувствовалась какая – то глубина, внутреннее содержание, не пустота, а осмысленность и серьёзность не десятилетней девчонки.
И вот эта картина остановилась перед моими глазами, и та маленькая девчонка смотрела сейчас на меня своим серьёзным взглядом из прошлого. Да, это была наша первая встреча и начало нашей общей судьбы.
- Ну, и дела! - изумился я новым для себя открытиям.
- Я тебя видела несколько раз до того, как ты ушёл на службу. А потом увидела тебя, когда ты в отпуск приходил, в форме, повзрослевший. Это было один раз, и ты меня тогда не мог видеть. С того дня я стала ждать твоего возвращения.
- И что, с парнями совсем не гуляла?
- Не гуляла. Они чувствовали, что я их отошью, и не подкатывали.
Я опять ей посмотрел в глаза, в моих - сияла улыбка, а её - были серьёзными и вызывающими полное доверие.
- Ну вот, дождалась, - я не спрашивал, а больше утверждал.
- Дождалась, как видишь. Когда месяц назад к нам опять пришёл твой отец, я поняла, что ты вернулся. Я полола картошку в огороде, а он долго разговаривал с моими родителями в доме. Я своим не сказала, что видела твоего родителя. А на следующий день за обедом отец налил по рюмке водки себе и маме и обратился ко мне:
- Дочь, мы с матерью тебя вырастили, ты уже взрослая, пора тебе замуж. Мы тебе нашли хорошего жениха, готовься, свадьба через месяц.
- А он мне понравится?
- Понравится. Нам понравился и тебе понравится.
- А если я ему не понравлюсь?
- А может ли такая красавица и умница, как ты, ему не понравиться?
Я с открытым ртом слушал её рассказ, убедившись в этом, она продолжала:
- Я промолчала о том, что догадалась, за кого они меня хотят отдать, а в душе обрадовалась тому, что родители, и твои и мои, угадали с выбором. Я была уверена, что тебе я не могу не понравиться. В тот же день я издали увидела тебя. Ты ещё больше повзрослел и ещё больше мне понравился. В тот момент я окончательно уверовала в то, что наш брак на небесах уже давно одобрен.
Она опять взглянула мне в глаза, как бы пытаясь убедиться в том, что я её внимательно слушаю и понимаю. Я же смотрел на неё во все глаза, как на невиданное доселе чудо, и никак не мог ею налюбоваться. В порыве нахлынувших чувств я наклонился к её ушку и с неимоверной теплотой, и в то же время торжественностью произнёс, можно сказать, присягу, как в армии:
- Я тебе обещаю, что сделаю всё от меня зависящее, чтобы подходить тебе всю жизнь.
Это была моя клятва в любви и верности до гробовой доски этой чудесной девушке, которую я узнал только сегодня, но мне уже казалось, что я знал её всегда. Я с великой нежностью поцеловал её в щёчку рядом с ушком. Она опять глянула мне в глаза, как бы оценивая серьёзность произнесённого мной, потом прильнула головой к моей шее и прошептала твёрдо и уверенно:
- Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ !
Моя и так уже переполненная самыми неимоверными чувствами душа чуть не оставила меня. Но решив не покидать меня в такой момент жизни, она помогла мне бережно и нежно прижать к себе моего самого дорогого человека и прошептать ей в ответ:
- Я ТЕБЯ ТОЖЕ !
Был ли я когда – нибудь так счастлив, как тогда в том сне? Я сомневаюсь. И как описать обычными словами, хоть и на богатейшем русском языке, те чувства, которые я тогда испытывал?
Пусть это кому – то покажется смешным, но мы почти всю ночь просидели, обнявшись, рассказывая друг другу о себе. Мы ведь должны были познакомиться, поделиться своими взглядами на жизнь, убеждениями и мечтами, построить планы на будущее. Ведь с сегодняшнего дня мы стали единым целым, и впереди у нас была длинная счастливая жизнь, освещённая любовью.
На этом месте занавес закрыл сцену этого удивительного спектакля во сне со мной в главной роли. Как артисты за вечер проживают жизни своих героев на сцене, так и я сейчас прожил всего один день своей счастливейшей жизни.
К тому огромному ощущению неимоверного счастья после пробуждения чуть позже добавилась небольшая грустинка. Мне стало очень жаль, что этот сон … закончился.
Глава 4
Сон третий
Пролог
Описывать увиденные ночью сны - довольно специфическое и достаточно трудное дело. Ведь получаемая нами во сне информация носит образный характер. Мы получаем набор образов, по которым у нас создаётся определённое впечатление об окружающей нас во сне обстановке. Это впечатление зачастую имеет расплывчатый характер, а основную информацию несёт сюжетная канва образов, воздействующая на чувства спящего. И поэтому более запоминающимися из сновидений являются чувства, которые вызвали происходящие во сне события. Вспомните оставшиеся после пробуждения чувство необычайной лёгкости после полёта во сне или пот после увиденных, ( а может, и пережитых во сне ) кошмаров. Значит, мы в спящем состоянии реагируем на берущуюся непонятно откуда череду образов. А может быть, мы, оставив своё физическое тело спящим, в своём астральном теле в это время участвуем в событиях, которые происходят в астральном мире?
Действие первое
В этом сне я был в компании друзей, мы проживали, по всей видимости, в общежитии, и проводили вместе почти всё время. Мы были молодыми, весёлыми и не обременёнными семейными узами и заботами. Среди нас была девушка, несколько моложе меня, симпатичная, скромная и приятная во всех отношениях. В компании друзей мы всегда были вместе, и все считали нас подходящей парой. По всей видимости, я опекал её, заботился о ней, но назвать нас на все сто влюблённой парой было, наверное, нельзя. Может, с её стороны это была привязанность ко мне, потребность ощущать рядом с собой сильного и заботливого друга. А с моей, - наверное, это была нежная дружба, гордость от того, что рядом со мной была очень достойная девушка.
Статистика, утверждают люди, ею занимающиеся, подтверждает мнение о том, что самые прочные браки основываются, нет, не на любви, а на … дружбе. Парадоксальной эта мысль может показаться лишь на первый взгляд. Судите сами, - друзья очень часто являются более близкими людьми, чем родственники, с которыми мы связаны кровными узами. Не каждый может стать тебе другом; только тот, кого ты будем уважать, с кем у тебя будет взаимное притяжение, и на кого ты можешь надеяться в любой ситуации.
Ну а любовь?… Любовь на крепость браков влияет по – разному, так как сама бывает очень разной. Одна возникнет сразу же, с первого взгляда, воспламенит тебя всего изнутри, ты будешь чувствовать себя летящим, как птица. Но вряд ли долгую семейную жизнь ты будешь испытывать такую же остроту чувств. Другая любовь за короткое время может, вообще, испепелить тебя всего. Очень часто её попутчиком является ревность, от которой крепче браки не становятся. И редко бывает, когда неброская, но сильная любовь проходит через весь долгий жизненный путь обоих, принося ощущение радости и счастья.
На этом месте заканчиваются философско – лирические отступления и вступительные предположения и начинается сам сон, точнее - попытки описать полученные и запомнившиеся образы и чувства, нахлынувшие на меня в процессе просмотра этого снофильма.
На сцене декорации двух смежных комнат средних размеров, без перегородки и дверей. В них собралась наша компания, - человек 5 – 7 весёлых и галдящих юношей и девушек, заглушающих звук работающего телевизора и тихое звучание гитары. Здесь же на высокой железной кровати под одеялом тихо с задумчивым видом лежит моя подруга. Я здесь же, в хорошем настроении поддерживаю разговор, не придавая особого значения лёгкой взволнованности и некоторому смятению в её взгляде. Волноваться, вроде бы, нечего, ведь я рядом.
Время суток похоже на вечер, но за окном сумерек нет, как будто мы находимся в заполярном городе летом, когда день длится целые сутки. В такой обстановке и начинают разворачиваться основные события.
В какой – то момент я оказался у большого окна, выходящего не на улицу, а что называется, во двор. То, что я увидел буквально в пятнадцати шагах от себя, требует более подробного описания. Это был холм, не менее 150 метров высотой, довольно причудливой формы, с основанием, гораздо меньшим своей высоты, и довольно крутыми склонами, порою близкими к отвесным. Он имел какой – то не природный, очень искусственный вид, чем вызывал удивление и даже некоторую оторопь.
Но самым удивительным было совсем другое: по этому почти неприступному склону поднимался вверх человек. Это был непрофессиональный скалолаз и карабкался он без всяких приспособлений и страховки. Он был уже на половине высоты, но было видно, что силы его были на исходе.
« Блин, смотрите, что там творится ! » - чуть ни выругался я, перекрикивая шум в комнате. Первой мыслью было кинуться за ним и как - то его оттуда снять. Но тут я сразу осознал нереальность этого варианта: даже если я смогу вовремя добраться до него, в чём крутизна склона заставляла меня сильно сомневаться, спуститься вниз без верёвки было совершенно невозможно. Я стоял вместе с прильнувшим к окну народом и лихорадочно соображал, что же надо делать. Ко мне ещё не успела прийти мысль, о том что надо звонить в МЧС, как в этот момент я узнал этого рискованного смельчака. Это был парень из нашей компании, появившийся в ней недавно и показавшийся всем вполне неплохим товарищем. Что могло его, статного, привлекательного, довольно скромного молодого человека, толкнуть на этот бессмысленный опасный поступок, привлёкший внимание всех окружающих?
Я не успел задать себе этот вопрос, как тут же получил откуда – то на него ответ, это было, как телеграмма – молния, пронзившая моё сознание. Вот то, что было в этой телеграмме.
Этому парню с самого начала очень понравилась моя подруга, а с ней рядом был я. Как порядочный мужик, он всё это время, как только мог, скрывал свои чувства. Но чуткая женская душа не могла не заметить молчаливых выражений этих чувств, ведь сильные переживания всегда находят хоть какой - то отклик в живой душе, по крайней мере, хотя бы уважение к ним.
Каково же было ей, моей милой дорогой девочке, с чуткой отзывчивой душой, смотреть на молчаливые мучения этого, уже небезразличного ей, притягивающего её к себе силой своей любви, благородного парня? Ведь рядом с ней уже давно есть я, такой привычный, надёжный, верный, заботливый. Как ей на виду у всех порвать со мной, последовать зову своего сердца и ответить на чувства другого?
Я понял, что сегодня у них был откровенный разговор с признаниями в любви с его стороны и невозможностью ответить взаимностью из - за меня с её стороны. После этого разговора моя подруга с отрешённым видом молча переживает под одеялом, а несчастного влюблённого понесло покорять недостижимую, как его любовь, вершину непонятно откуда - то взявшегося холма. Отказ не оставил ему надежды на счастливую взаимность, поэтому его жизнь для него потеряла прежнее значение.
Глубоко прочувствованная мною символичность этой сцены просто поразила меня. Ещё не выйдя полностью из оцепенения, так и не поняв, что же мне надо делать, я подошёл к подруге, по – прежнему лежащей под одеялом с отрешённым взглядом. Она не слышала криков, и на всё происходящее вокруг никак не реагировала. Я наклонился к ней, она перевела на меня туманный взгляд, однако сразу осознав, что это я. Я почти шёпотом попросил её посмотреть в окно, опасаясь причинить ей вред резкой сменой эмоционального состояния. Она же по – прежнему смотрела мне в глаза, рассчитывая найти там понимание, ответы на мучительные вопросы, помощь, которую она могла сейчас найти только у меня, и ни у кого другого. В напряжённые моменты жизни ответы ищут у людей в глазах, ведь они никогда не могут обмануть.
Я был твёрдо убеждён в том, что сделаю всё возможное, а может, и невозможное, чтобы у этого самого дорогого мне человека не было в глазах ни боли, ни страданий. Положив свою руку на её ладонь и почувствовав прохладу, исходящую от неё, я осторожно перевёл свой взгляд на её глаза, полные волнения и тревожного ожидания. Наши взгляды встретились, это длилось всего несколько мгновений. Но ей их хватило, чтобы понять, что я ей помогу в любом случае, при любых обстоятельствах.
Только сейчас она немного успокоилась и смогла услышать мою повторную просьбу посмотреть в окно. Присев на кровати, закутанная в одеяло, как будто в комнате было холодно, она перевела взгляд на картину за окном и сразу всё поняла.
А потом произошло событие, которое может показаться несколько странным. До этого момента под одеялом моя подруга лежала одетой, но в этот момент она его отбросила и предстала … совершенно обнажённой. Это длилось буквально мгновение, скорее всего, только один я это и видел. Её нагота была вдохновенной, в это мгновение я успел восхититься потрясающей красотой тела, готового к полёту, и запомнить его на всю жизнь.
Некоторых читателей может заинтересовать вопрос: А по какой причине в этой сцене возникла вдруг обнажёнка? В театральных спектаклях такие сцены режиссёры включают для привлечения зрителей, а в сновидениях что они означают? Автор давно задавал себе этот вопрос, так как в других снах сам довольно часто представал совсем неожиданно для себя совершенно без одежды. И только недавно в одной книге я нашёл ответ на этот вопрос. Это был не первый случай, когда после возникновения вопроса ответ приходил ко мне в промежутке от нескольких дней до нескольких месяцев.
При образной передаче информации некоторые картинки или сцены сновидческого спектакля носят символический характер. Чья – то обнажённость во сне символизирует его обновление, способствующее духовному росту. Так и в этой сцене мечущаяся душа в облике юной красавицы на миг оказалась на пороге коренного перелома и обновления в жизни.
Она стрелой вылетела из комнаты и уже через несколько секунд я увидел её через окно одетой в джинсы, свитер и кроссовки у подножия холма. Она, ни мгновения не раздумывая, почти бегом начала взбираться по склону, выбирая более пологие участки.
А сверху над ней из последних сил боролся с подъёмом любящий её до безумства рыцарь. Склон под ним был весь покрыт изморозью. В правой руке у него был камень, которым он неистово долбил скалистый склон, пытаясь сделать хоть какое – то углубление, за которое можно зацепиться и подняться ещё на шаг вверх. Он двигался по прямой, совершено не замечая рядом более пологих участков; он боролся с самим холмом, который стоял непреодолимой преградой на его пути к счастью. В его движениях чувствовалась неимоверная решимость идти до конца, отчаянность и одновременно безнадёжность и трагизм этой затеи.
Увидев на склоне второго скалолаза, все в нашей комнате прильнули к окнам и, не отрываясь, следили за происходящим, будто заворожённые. Никто из них ни разу не оглянулся на меня, забыв о том, что я как – то должен реагировать на происходящее, так как имею к нему определённое отношение. А я стоял, глядя в окно через головы прильнувших к стеклу наблюдателей, и в душе у меня почему – то не возникло никаких отрицательных чувств и эмоций. Возникла, скорее, гордость за то, что я был рядом с человеком, который бросился, не раздумывая, рискуя собственной жизнью, спасать любимого. Тут же появилась следующая мысль, переросшая в жгучее желание: они должны обязательно спастись, потому что любовь не должна умирать.
Некоторые читатели, наверное, слышали о материализации различных предметов уникальными людьми на глазах у всех присутствующих. Те из них, кто поверил в это, могут согласиться и со следующим утверждением: человеческие существа похожи на тех, кого называют богами, тем, что своими чувствами и мыслями создают всё, что их окружает. Я не знаю, каким образом повлияла сила моей последней мысли на произошедшее далее; но, вряд ли кто - то из числа наблюдающих так же сильно желал им спасения, как я.
А события развивались почти также быстро, как появлялись мои мысли. Молодая богиня в голубых джинсах и сером свитере, неимоверно красивая в своём порыве, уже догнала скалолаза, остановившегося на относительно пологом уступе. Она подобралась к нему сбоку, примостившись рядом, держась правой рукой за камни, а левой взяла его руку. Она ему что – то говорила, а он смотрел на неё сияющими от счастья глазами, он не слышал слов, обращённых к нему, а только молча кивал ей в ответ.
Читатель, сможешь ли ты хоть немного окунуться в чувства человека, на которого вдруг упало такое счастье: неожиданное появление, казалось бы, навсегда потерянного любимого человека?
Всё это время небо было каким - то пасмурным и холодным. Но в этот момент откуда – то вырвалось солнце, такое яркое, тёплое, - появившееся чтобы осветить на крутом склоне какого – то непонятного странного холма в неизвестном маленьком городке двух горячо любящих друг друга людей, ставших похожих сейчас на богов. Со склона как – то вдруг незаметно исчезла покрывавшая его изморозь, бело – серый его цвет превратился за эти секунды в ярко – зелёный. Это, радуясь солнышку, появилась молодая трава. Это было поистине чудесное превращение, которое сотворила любовь этих богов.
Она ему всё ещё что – то говорила, а он перевернулся на спину, нежно притянул её к себе, бережно обняв. Руки их перестали держаться за склон, и они медленно начали скользить по земле и траве вниз. Он держал её на себе, спускаясь вниз по склону, и глядел теми же счастливыми глазами на ту единственную в его жизни, ставшую с этой минуты навсегда только его.
Наверное, за этим мифическим событием наблюдали изо всех окон этого большого и необычного общежития, так как отовсюду раздались радостные аплодисменты, продолжавшиеся и после появления занавеса, извещавшего об окончании первого акта этого необыкновенного сновидения.
Действие второе
Второй, заключительный акт моего сна начинается в той же комнате, у того же окна, где я сижу и завтракаю. Из соседней смежной комнаты бойкая тётя, похоже, комендант этого общежития, выселяет какого - то жильца, сообщая ему, что будет жить в ней сама, а в соседней комнате, где сейчас сижу я, будет жить молодые герои первого акта. Я удивился тому, что молодых комендантша поселяет в проходной комнате, а сама заселяет отдельную. Почему - то у меня сейчас не возникла мысль, которая должна была непременно появиться: А где же буду жить я, если в моей комнате поселят молодых?
Поднявшись с кровати, я оказался рядом с окном, и мой мимолётный взгляд полностью переключился на происходящее за ним. Я почему – то не удивился тому, что декорации первого акта были уже убраны, и на месте того странного холма разместился парк с высокими красивыми деревьями. Там шумно галдела толпа ребятни, отъезжающей, по всей видимости, куда – то на отдых. На аллее стояли несколько автобусов, ждущих, когда все отъезжающие загрузятся.
Но тут совершенно неожиданно, по крайней мере, для меня, к автобусу подошла пара наших молодых героев первого акта. Правда, сейчас их лица нельзя было назвать счастливыми и радостными. Они уезжали. Их отъезд был быстрым и неожиданным. Моя лучшая подруга, по – другому я не могу её назвать, несмотря ни на какие жизненные повороты, плакала. Плакала, по – видимому долго, спутник утешал её, как только мог.
Отчего она так плачет? Ответ у меня в голове возник одновременно с вопросом. Иногда так бывает не только во сне.
Этим быстрым отъездом заканчивался данный этап её жизни, заканчивался как – то не так, как хотелось бы. А новый этап начался так быстро и неожиданно, и нет, почему – то, возможности всё мне объяснить, попросить прощения, проститься.
Они медленно поднялись в автобус, двинулись в проход и сели во втором ряду к окошку. А меня мгновенно привела в движение мысль о том, что я обязательно должен сыграть в их жизни последнюю свою роль, так как отчётливо понял, что больше я их, вряд ли, когда увижу.
Не успев оставить одноразовую тарелку, с рыбой в руке я бросился вниз. На бегу подумал, что надо бы положить рыбу в тарелку и оставить её кошкам, которых увидел возле угла соседнего дома; но мои ноги несли меня к автобусу, который уже заполнился детворой и был готов к отъезду. В таком смешном виде, – с пластиковой тарелкой в левой руке и небольшой рыбёшкой в правой, - я подошёл вплотную к их окошку и последний раз стал всматриваться в лицо самого близкого мне человека. Они меня не видели: он утешал её, а она по – прежнему плакала, пытаясь вытереть слёзы со щёк, но они предательски катились и катились по ним.
Так я стоял несколько долгих, как вечность, секунд и смотрел на неё через автобусное окошко, как смотрят по телевизору фильм с любимым героем, не отрываясь, не моргая и боясь, что этот фильм вот – вот закончится. А за чисто вымытым стеклом этого маленького автобуса, похожего на ракету, готовую к старту в неизвестное будущее, плакала прекрасная раненная душа, живущая на Земле в теле этой молоденькой симпатичной девочки, повзрослевшей в одночасье. Моей единственной подруги, ведь в моей жизни никогда не было других женщин; моего самого дорогого чело-века, которого со мной рядом больше никогда не будет.
Сейчас этот автобус тронется, они уедут, и в моей жизни закончится отдельный её отрезок, может, самый счастливый и радостный. Но ни одной капли жалости к себе у меня на душе не было, я отчётливо понимал: всё, что происходит сейчас, - правильно. Любящие друг друга люди должны быть вместе и обязательно счастливы. Далеко не всегда взаимная любовь гарантирует любящим счастье. Но моей единственной подруге любовь непременно должна принести огромное счастье на всю жизнь. Я этого очень хочу, и так обязательно должно быть.
Но вот открытая до этого момента дверь со стуком захлопнулась. Я приблизился вплотную к окошку и потихоньку постучал в стекло рыбёшкой, которую по – прежнему держал в правой руке. И за те мгновения, когда они поворачивались в мою сторону, я сделал всё, что мог, чтобы запечатлеть на своём лице самое нежное, самое доброе и радостное выражение, на которое когда - либо был способен. Моё неожиданное появление здесь, да ещё в таком виде, не могло не вызвать на их лицах удивления. Из её красивых и таких близких сейчас глаз опять брызнули уже почти прекратившие литься слёзы.
А я стоял и вовсю улыбался, стараясь передать ей всё рвущееся из моей души: не надо плакать, всё правильно и всё будет хорошо; всё будет прекрасно, потому что любовь должна жить, приносить радость и счастье как любящим, так и всем, кто с ними рядом; я тоже радуюсь вашей любви и желаю вам быть самыми счастливыми на планете.
Они, решившие вместе шагнуть в светлое будущее и в то же время страдающие, молча смотрели на меня, остающегося в одиночестве, но несмотря ни на что, радостно улыбающегося и искренне желающего им счастья. Похоже, всё, что я излучал им через стекло окна, как – то подействовало на них. На её лице пробился слабый лучик радости, и продолжавшие катиться по щекам слёзы были уже наполнены этой светлой радостью. Эти мгновения мы, улыбаясь, молча разговаривали глазами. Улыбка всё больше пробивалась на её заплаканном лице, и мне показалось, что прозрачные кристально чистые капли на её щеках были уже слезами счастья. Счастья от того, что все вопросы неожиданно так быстро и счастливо разрешились, и жить дальше можно будет без тяжёлого груза на душе.
Эти несколько секунд, вместившие в себя столько переживаний, заканчивались. Водитель автобуса, всё это время неизвестно кого ждавший ( может, именно меня ), по невидимому сигналу высшего небесного режиссёра включил первую скорость, на которой через мгновение эти два любящих друг друга существа отправятся в непременно светлое счастливое будущее. Я в этом был полностью уверен.
Последними словами этой необычной пьесы в моём сне были мои слова, которые никто не услышал в шуме мотора. Никто, кроме меня. Я прошептал их сердцем, а мои губы повторили их по слогам, чтобы их поняли те, кому они были адресованы, и с кем я сейчас расстаюсь навсегда:
РЕ – БЯ - ТА, БУДЬ – ТЕ СЧА - СТЛИ – ВЫ !!!
Автобус не мог тронуться, пока я им всё ни сказал, пока я ни сделал то, что я должен был сделать. С той же тарелкой и той же рыбой в руках, с самым чудаковатым видом я стоял посредине прекрасной и вмиг опустевшей аллеи, радостный и счастливый от сознания выполненного долга, и смотрел вслед уходящему автобусу, уносящему этих ангелов в обличии людей в их ангельскую счастливую жизнь. А меня не покидала уверенность, что именно так и должно было всё произойти, и ни тени грусти или печали не было у меня в душе, только радость.
Эпилог.
Здесь этот удивительный спектакль в моём сне закончился, занавес опустился, и я проснулся, переполненный самыми светлыми чувствами. Я прожил свою роль в этом спектакле, и как артист на сцене получает букет красивых цветов, так и я получил не менее прекрасный букет радостных душевных переживаний.
Конечно, потом заснуть я больше не смог, мысли, чувства, эмоции долго будоражили меня. Я вспомнил утверждение автора одной давно прочитанной книги о том, что в определённые моменты жизни мы подвергаемся своего рода испытаниям для определения уровня развития нашей души. Часто они проходят на астральном плане, где астральное тело человека действует самостоятельно, когда тот спит.
И если этот сон был для меня таким испытанием, то мне кажется, что его я успешно выдержал.
Глава 5
Сон четвёртый
Следующий сон, который мне очень захотелось записать, приснился мне поздней осенью. На календаре был ноябрь, а на улице уже лежал пару недель снег, выл пронизывающий ветер, и казалось, что зима уже была в полном разгаре.
Накануне я перечитал записанные ранее сны, после чего подумал, а будут ли ещё в моей сонной жизни истории, достойные перенесения на бумагу? И, буквально, в следующую ночь, откуда – то сверху от тамошнего сценариста пришёл ответ на мой вопрос в виде очередного сновидения, которое я не смог не записать.
Переходя от первой прелюдии ко второй, хотелось бы отметить, что вновь полученная мною во сне история имела также слабую привязку ко времени и месту событий. Трудно сказать, где это было. Может, где - то на Руси, но скорее всего в средневековой Европе. Да и насколько это важно в нашем случае?
Итак, в те времена, скорее всего осенью, в одном небольшом городке был праздник. Наверное, сейчас подобный праздник называют днём города. Вот и в моём сне был город и был в нём праздник. Действие происходило на большой городской площади, где было полно горожан, весёлых и довольных жизнью, хорошо поработавших весной и летом, и теперь празднующих во всю широту души.
Праздник начался утром, часов с десяти, так как программа была весьма обширной. По улицам разъезжали разукрашенные кареты, из окон которых выглядывали дамы разных возрастов, празднично одетые и с веерами в руках. Те служили некоторым из них для получения потока свежего воздуха, а другим для сокрытия своих прелестных личиков. Иногда за каретами устремлялась толпа городской ребятни, пытаясь прокатиться или подразнить кучера и слуг, стоящих сзади.
На площади располагались большие и маленькие бочки с пивом и вином. Естественно, народ возле них занимался дегустацией. Здесь же готовилась и продавалась различная продукция местных поваров и кулинаров. Над площадью витало столько соблазнительных запахов, что у местных гурманов голова шла кругом. Читатель может сам дорисовать картину того, что там могло быть, а чего могло и не быть вовсе.
По всей видимости, с утра на площади была ярмарка, проводившаяся по обычаю осенью. Горожанам предлагались все дары, которыми природа радовала эту местность. По мере насыщения публики товарами, продуктами и алкоголем площадь освобождалась от торговцев, и на самом видном месте её центральной части стала проступать сцена небольших размеров. Она и начала становиться центром внимания собравшегося люда. На ней стали появляться, как говорили в своё время, участники художественной самодеятельности. Сперва выступали дети, потом - артисты чуть постарше. Жанры были представлены самые разные. Певцы и танцоры, скрипачи и гитаристы, фокусники и акробаты, - все здесь показывали своё искусство. Творческими людьми этот город был богат сполна. По бокам от сцены располагались места для зрителей. Их было не так много, но сверху над ними имелась лёгкая крыша на случай дождя, а задняя стенка защищала ещё и от ветра. Сцена также находилась под своеобразным козырьком, так что дождь никак не мог повлиять на праздничное веселье.
На фоне всей этой праздничной кутерьмы пора бы мне обрисовать и себя, - кем был я в этом сне. По сравнению с предыдущими моими ролями эта роль была самый возрастной. Мне было около сорока лет, плотного телосложения, ростом чуть выше среднего, и, как бы сказал известный персонаж с мотором, в полном расцвете сил. Прожитые годы обогатили жизненным опытом, а вид мой был вполне более, чем менее. Профессией моей была воинская служба, за годы которой я участвовал во многих военных действиях. Здесь же я служил командиром дружины по охране города. Городок был небольшой, время - мирное, но содержать небольшую дружину тогда было принято. Её функция по защите города от внешних врагов в то время была не очень актуальной, но какая - то силовая структура в городе должна была быть. Больше она занималась поддержанием внутреннего порядка, следила за соблюдением законности и прав граждан, выполняла функции пожарной охраны.
Наверное, к тому времени воевать мне больше не хотелось, тяга к мирной жизни пересилила все другие стремления, и я принял предложение местного градоначальника продолжить службу здесь, в этом небольшом уютном городке, где природа и люди удачно гармонировали друг с другом. С момента моего прибытия сюда прошло около трёх недель, и процесс моего знакомства с городом и людьми был в самом разгаре.
Вот здесь и случился в городе праздник, который совершенно неожиданно для меня в корне изменил всю мою жизнь. Как ни считать, но к тому времени половину своей жизни, как минимум, я уже прожил. Хорошо, плохо ли, но честно и с достоинством. Семьи не завёл, привык к жизни одинокого служивого, но плохим словом меня, вряд ли, кто мог вспомнить. Ничего сногсшибательного не предвещал мне и этот день, но чем он закончится, я не мог предположить даже в самых смелых своих мечтах. Но лучше обо всём по порядку.
Гвоздём праздника было состязание между двумя отрядами городской дружины. По пятнадцать человек в каждом отряде, конных и пеших, боролись за победу между собой в различных видах соревнований. В них были включены и скачки, и метание копья, и стрельба из лука. По три представителя от каждого отряда состязались в каждом конкурсе. Может, подобные соревнования и явились дальними предшественниками будущих военных парадов. По крайней мере, смотрелись они тогда с не меньшим интересом, чем парады сейчас.
Возвращаясь к описываемым событиям, надо отметить, что одним из отрядов командовал я, а вот другим, что может показаться на первый взгляд весьма странным, - молодая женщина. Странность эта может показаться и незначительной, если учесть, что она являлась дочерью нашего уважаемого градоначальника. Я знал о том, что у главы города есть единственная дочь, но её увидел в тот день впервые.
Говорят, что важным является первое впечатление о человеке. Вначале мои глаза увидели соответственно моменту одетую девушку, коренастую, невысокого роста, но вполне статную. Вольно или невольно, не привлекая внимания окружающих, между делом мы стали присматриваться друг к другу, как это бывает, когда незнакомые люди попадают в одно купе поезда дальнего следования. Что сразу чувствовалось в этой молодой довольно привлекательной женщине, так это наличие той внутренней силы, силы правды, о которой говорил в своём культовом фильме брат Бодров - младший. Она очень естественно смотрелась командиром мужского отряда, ощущая с его стороны всестороннюю поддержку.
Я не мог не обратить внимание на её взгляды в мою сторону. Она поглядывала в мою сторону открыто, серьёзно и ненавязчиво, с той самой силой правды в глазах. С каждой минутой невидимые нити всё крепче начинали связывать нас. Она излучала энергию, которая начинала притягивать меня к ней с неимоверной силой. А сопротивляться этому мне почему - то совсем не хотелось.
Не знаю, смог ли кто из присутствующих в то время на площади почувствовать эти нити. Тогда мне казалось, что они не могли быть никем замечены. Между тем праздник продолжался, и состязание наших отрядов с каждым видом привлекало всё больше зрителей. Площадь постепенно наполнялась горожанами, которые воодушевлённо приветствовали как победителей в отдельных видах, так и побеждённых. Тепло зрители принимали и артистов, выступавших между разными конкурсами. Они давали возможность организаторам подготовить всё для следующего вида. Так неспешно и неумолимо наши соревнования приближались к своему завершению.
Заключительным видом наших состязаний был, как в КВН, конкурс капитанов. К нему соперничающие команды подошли на равных. Оба отряда были хорошо обучены военному искусству, и победителей в разных видах определяли с трудом, так как перевес одной из команд всегда был незначительным.
Я гадал, в чём же меня можно было противопоставить этой милой и уже обожаемой мною девушке, чтобы соперничество между нами про-исходило на равных? В голову мне по этому вопросу ничего путного не приходило. А вот организаторам пришло. Я с этой милой девушкой должен был соревноваться в ... беге! Мне надо было бежать пару кругов по площади в своих тяжёлых защитных доспехах и вдобавок с мечом. У моей очаровательной соперницы тяжёлых доспехов не было, и бежать ей было намного удобней, чем мне. Здесь организаторы поставили меня в тяжёлое положение. Я, мягко говоря, не чувствовал никакой уверенности в своей победе. И проигрывать сейчас в финале соревнований опытному воину, пусть очень славной и достойной победы, но всё же женщине, как - то совсем мне не подходило ни с какой стороны. Я чувствовал, что моя соперница хорошо бегает, для этого было достаточно одного взгляда на неё. Я не мог скрыть своего удивления выбором именно такого конкурса. Как мне с ней соперничать? Она тоже посмотрела на меня и не могла не увидеть моей озадаченности. Зрители на площади слегка притихли, для них такая ситуация тоже оказалась весьма неожиданной. Ожидая начала забега, зрители чесали затылки, кто в прямом, кто в переносном смысле.
Наверное, я первым закончил манипуляции со своим затылком, поняв, что, кроме как бежать изо всех сил, другого выхода в этой ситуации для меня нет. Мы стояли рядом с главным судьёй соревнований, который был очень доволен тем, как до этого проходили соревнования, и ещё больше тем, что предстоящий конкурс внёс интригу, которая привлекла внимание, конечно же, всех собравшихся на площади.
- Куда бежать? – с полной готовностью обратился я к судье.
- Туда, - указал он рукой. - Готовы?
- Да, - ответил я.
Мою соперницу не спрашивали. Она уже давно была готова стартовать.
- Пошли, - махнул рукой судья, и я дёрнул вперёд по кругу изо всех оставшихся сил. В свои годы я был в неплохой форме, но доспехи сильно затрудняли мой бег. Я себя чувствовал пыхтящим паровозом, который человечество изобретёт гораздо позже описываемых событий.
В моей реальной жизни был один случай, когда мне пришлось соперничать с женщиной. Точнее, это была девчонка из параллельного 5 б. Тогда мы не бегали, а играли в настольный теннис. В начале учебного года наш физрук, большой энтузиаст спорта, пригласил меня в секцию настольного тенниса, где у меня ещё лучше должны были развиться реакция и координация. И вот после нескольких месяцев начального обучения был устроен турнир для начинающих. Около десятка пятиклассников соревновались по круговой системе на двух стареньких столах, установленных в коридоре школы. Спортзала тогда в школе ещё не было, он появился чуть позже, маленький, получившийся после объединения двух классов. Столы сильно отличались друг от друга и по отскоку и по освещённости. Так вот с этой девчонкой, спортивной ( до этого я играл против неё в футбол и в хоккей, где она была вратарём ) и достаточно упрямой мы обыгрывали всех соперников каждый на своём столе. С приближением нашего с ней матча за первое место вовсю подогревался вопрос о том, на каком столе мы будем играть? Ведь каждый уже привык играть на своём.
Тогда я ушёл играть на её стол и смог там выиграть. Борьба была упорной, но справедливость моей победы тогда никто не мог оспорить.
Эти две истории были похожи. И тем, что соперник мой был представителем противоположного пола. И тем, что я прилагал все усилия для победы в честной борьбе.
Во время нашего бега шум на площади был оглушительный, так как круг, по которому мы бежали был образован переживающими за нас людьми. Честно говоря, как я шпарил эти два круга, я не помню. Я никого не видел и ничего не слышал, лишь чувствовал свою соперницу в двух шагах сзади. Помню лишь, что меня поймал судья, и тогда я понял, что дистанция закончилась. Что я победил в забеге, я понял позже, когда отдышался и немного пришёл в себя. Наверное, я бежал в состоянии изменённого сознания, а теперь обычное возвращалось ко мне. Вместе с ним ко мне и пришла в голову одна мысль. Она дала толчок к последующим обобщениям, которые я сделал немного позже. Закравшиеся в мою голову сомнения вызвали непонятные подозрения в том, что моя соперница позволила мне выиграть этот забег. Мне показалось почему - то, что она контролировала ход забега и позволила одержать победу мужчине, чтобы не уронить его достоинство. Тем более, она видела, что в забеге я показал всё, на что был способен, а, может быть, и того более.
По – моему, моё решение участвовать в этом конкурсе, моя соперница сочла мужественным поступком, ( как будто у меня был какой - то выбор), и, как только я немного отдышался, подошла поздравить меня с победой. В отличие от меня она уже давно отдышалась, а на её лице никакого огорчения по поводу поражения не было совершенно. Она протянула мне руку. В моей руке она была такой тёплой и одновременно твёрдой, что я невольно задержал её несколько дольше, чем обычно принято при рукопожатии. За это время через наши руки мне передалась вся энергия чувств и эмоций души этой чудесной девушки.
Я пристально взглянул ей в глаза, по – прежнему удерживая её руку в своей. И здесь я понял значение выражения - утонуть в чьих – то глазах. В тот миг именно это со мной и произошло. Ведь не зря говорят, что глаза это зеркало души. Глядя в них, можно узнать о человеке почти всё: мысли, чувства, эмоции. Я окунулся в море энергии любви, которое было рождёно этой необыкновенной девушкой, стоящей сейчас напротив меня так близко. Казалось, что только её рука не давала мне утонуть в этом море. Описать словами всё, что я увидел в её глазах, - невозможно. Помимо еле заметной нежности я уловил её твёрдую уверенность в своих чувствах ко мне, некоторую гордость за меня и желание быть со мной рядом всегда. В себе же я ощутил полное доверие к этой девушке, которую я увидел впервые несколько часов назад. Я готов был поступить в её полное распоряжение, полагаясь на неё во всём, и был уверен, что сделаю всё, что она попросит, что бы мне это ни стоило. Я понял, что сейчас в моей жизни появился самый родной и близкий мне человек. До этого дня у меня никогда его не было, а теперь он рядом со мной, здесь, сейчас и, надеюсь, до конца жизни.
Наш телепатический сеанс длился, буквально, пять – семь секунд. Но за этот очень короткий промежуток времени моя жизнь успела измениться так, что всё вокруг моментально преобразилось, планета поменяла полюса и наклон оси, и я стал неожиданно самым счастливым человеком на этой планете.
За это время на сцене заканчивались приготовления к награждению победителей сегодняшних соревнований. По бокам сцены выстроились наши два отряда, в середине собрались видные горожане во главе с седовласым градоначальником и его супругой. Обстановка с одной стороны была несколько торжественной, с другой, - всё было по – простому, по – домашнему. Рядом со сценой, немного сбоку расположились музыканты, готовые по команде начать торжественную часть праздника. Нам с моей недавней соперницей пришлось разойтись к своим отрядам, мы стали во главе шеренги, ближе к центру сцены.
Когда всё было готово, по отмашке градоначальника ударили барабаны, их дробь гулко прокатилась по площади, шум толпы сразу стих. Глава города вышел ближе к краю сцены, ещё раз поздравил горожан с праздником, высказал тёплые пожелания всем жителям города. Потом он поблагодарил наши отряды за участие в соревнованиях, за готовность к обороне города, за спокойный сон горожан. Здесь на середину сцены выкатили большую бочку вина, это был подарок от города своим защитникам. Толпа взревела, а когда шум стих, глава города вручил мне, как командиру отряда, победившего в соревнованиях, кубок, в который будет разливаться вино из бочки. Толпа опять стала бурно выражать свои эмоции, но барабанная дробь опять заглушила шум площади. Торжественная часть праздника подходила к концу.
Многие считают, что по жизни мы идём с помощью наших ангелов – хранителей. Мнения по этому вопросу могут быть разными. Но в то мгновение меня, если не вели сверху, то подталкивали, точно. Я никогда не выпячивал себя, не был публичным человеком, не гнался за эффектами, но сейчас я находился в совершенно ином состоянии. Если бы мне рассказали заранее о том, что произойдёт дальше, я бы только скептически посмеялся. Но дальше произошло следующее.
Как только стихли барабанная дробь и гул толпы, а глава города собирался закрыть торжественную часть и объявить танцы, я попросил слово. Вначале я поблагодарил горожан за кубок и бочку вина, заверил их, что по мере её опустошения охрана города не ослабнет. Толпа отреагировала на мою шутку, а когда успокоилась я произнёс со сцены самые важные слова в своей жизни:
- Солдат должен обладать твёрдой рукой и горячим сердцем. И сегодня здесь перед вами солдат хочет предложить свою руку и сердце самой прекрасной даме на свете.
Здесь тишина возникла такая, что мои шаги показались мне грохотом. Я подошёл к даме своего сердца и склонил перед ней голову и колено. Здесь тишина стала ещё звонче. Такого поворота в сюжете праздничного вечера никто не ожидал, все замерли в ожидании развязки. Я поднял глаза на мою красавицу. По - моему, из всех присутствующих лишь она не была удивлена происходящим. Она смотрела на меня, как бы испытывая меня, оценивая серьёзность моего предложения. Но радость в её глазах преобладала над всеми другими чувствами. В этой мёртвой тишине я негромко произнёс:
- У Вас есть время подумать над моим предложением.
Мои слова, наверное, не могли слышать все собравшиеся в ту минуту возле сцены. Но смысл происходящего понимал каждый, и тишина продолжала висеть над площадью. Моя избранница по - прежнему улыбалась, глядя на меня. И когда, как мне показалось, действие достигло кульминации, а тишина - своего пика, негромко прозвучали её слова:
- Я уже подумала.
Потом она взяла мою руку и добавила уже громче:
- Я согласна.
В этот момент тишина на площади рухнула. Всеобщее ликование её, буквально, взорвало. Присутствующие, радуясь произошедшей развязке, проявляли свои чувства кто, как мог. Эта площадь, наверное, никогда так не радовалась и не шумела, как в ту минуту. Но самым счастливым на ней был я. Приподнявшись с колена, я бережно двумя руками поднёс к губам руку своей любимой и нежно её поцеловал. Как сказал известный юморист - « публика неистовствовала ». Когда шум стал немного стихать, я поднял руку вверх, попросил тишины, и когда она почти установилась, обратился к собравшимся:
- Я вам всем очень благодарен за то, что вы сегодня здесь разделили со мной мою радость.
Здесь моя невеста, я уже мог назвать её так, глянула на меня, и я исправился:
- Нашу радость!
Люди сразу отреагировали на мою поправку, а я продолжал:
- Пользуясь случаем, я хотел бы сейчас попросить у родителей руки их дочери.
Мы подошли к ещё не пришедшим в себя родителям невесты и преклонили перед ними колени. Откуда у меня брались в тот миг слова, я не знаю. Может, кто – то невидимый мне их подсказывал:
- Я прошу у Вас руки Вашей дочери и обещаю сделать всё, чтобы она была счастлива всю жизнь.
Градоначальник посмотрел на жену:
- Мать, ты не против?
- Нет! - твёрдо прозвучал ответ моей будущей тёщи.
- Ну, если мать - не против, горожане - тоже, - здесь горожане ответили одобрительным гулом.
- То и я вместе со всеми!
Наступившая развязка ознаменовалась всеобщим ликованием. Всё кругом закружилось с неимоверной силой, в первую очередь, - моя голова. Загремела музыка, откуда - то взялись букеты цветов, нас все поздравляли, поздравляли родителей. В этой карусели, где всё, казалось, кружилось вокруг нас, я держал двумя руками руку моей любимой и, глядя на неё, испытывал чувства самого счастливого человека на планете. Как их описать словами?
Читатель может попробовать представить себя на моём месте и, может, испытает хоть малую долю моих чувств в те минуты.
Потом был наш первый танец. Я, буквально, летал вместе с навалившимся на меня счастьем. Ещё утром я и не мог представить, что вечером я буду самым счастливым человеком в городе, что со мной рядом будет прекрасная девушка, пробудившая во мне самое великое чувство. Так быстро события могут происходить только во сне или в театральном спектакле, может подумать читатель и будет прав. Но если они пробуждают самые положительные чувства и эмоции, то пусть их будет больше.
Этими словами можно было бы и закончить рассказ об этом чудесном сне. Но чуть позже я вспомнил самое последнее из него.
Уже где - то в конце праздника во время танца с нами рядом оказались родители моей невесты. Они тоже кружились в танце, радостные и счастливые. Наши взгляды с отцом невесты встретились, и тогда он кивнул мне головой. Этот кивок с радостью на лице означал, что всё чудесно, как никогда. Я уже переводил взгляд с него на мою ненаглядную, когда краем глаза уловил в его глазах сквозь неподдельное выражение полного удовлетворения и счастья едва заметную хитринку. Я не был телепатом, но глаза человека выражают все его мысли и чувства вне зависимости от его желания скрыть их.
И уловив всё, излучаемое его глазами, я отчётливо понял одно. Всё, что со мной происходило в течение последних нескольких месяцев, заканчивая сегодняшним вечером, срежиссировал, подготовил и осуществил этот убелённый сединой и жизненным опытом, с виду простой, но мудрый и, безусловно, благородный человек.
Мгновенно моя жизнь в течение этих месяцев выстроились у меня в голове в логическую цепочку, начиная с самой первой нашей встречи с ним. Она произошла около полугода назад в соседнем городке, на похожем празднике. Я тогда был в гостях у тамошнего градоначальника, с которым меня связывали давние дружеские отношения. Такие отношения были и у глав соседних городов. Тогда, познакомившись поближе, мой будущий тесть и пригласил меня к себе командиром отряда по охране города. Может, он расспросил своего друга - коллегу обо мне и получил соответствующие рекомендации. Может, я ему понравился ещё и в качестве потенциального зятя. Тогда я был свободен от службы, семьи у меня никогда не было, и я принял его приглашение приехать к нему, посмотреть город и принять решение на месте. Через неделю я уже принял под командование отряд и местом своей новой службы остался доволен. Сам город, его жители и начальство мне понравились. При знакомстве с городом я побывал во многих его местах. Тогда – то мой будущий тесть и показал меня невзначай своей дочери. А когда увидел у неё возникшую ко мне симпатию, подогретую его же рассказами обо мне, то и решил нас свести на празднике противоборствующими сторонами. Тот факт, что у градоначальника есть незамужняя дочь – красавица, с собой я никак не связывал в отличие от моего дальновидного начальника. Мне кажется, что он так сильно хотел, чтобы его сценарий сработал, что несколько перестарался, и действительность превзошла все его ожидания. Кружась в танце с моей ненаглядной невестой, я уже после прозрения не так стал удивляться случившемуся сегодня со мной. Возможно, что на меня оказывал телепатическое влияние мой будущий тесть, а может, и кто – нибудь свыше. Если это так, то случившееся сегодня было моей предначертанной судьбой, и всё, что я сегодня делал, было угодно Всевышнему и произошло для того, чтобы мы с этого дня были вместе счастливы всю нашу долгую жизнь.
На этом можно и опустить занавес в театре моих сновидений, так как очередной спектакль в нём успешно закончился. И дай Бог, чтобы он не был последним.
Глава 6
Сон пятый
Этот сон был самый короткий из всех описанных мною. Со своими странностями, присущими сновидениям, со своим затаённым смыслом, который мне после пришлось прояснять. Не буду озадачивать читателя способом выяснения смысла увиденного, его толкованием, но я посчитал, что цель показанного мне во сне стоит того, чтобы его описать.
Местом действия этого спектакля был приличных размеров зал, напомнивший мне зал районного Дома культуры из моего детства, где проходили праздничные собрания, концерты и даже ставились спектакли школьного театрального кружка. Именно в таком зале проходило почему – то … заседание суда. Каким ещё может быть заседание суда во сне, как ни несколько странным и сильно отличающимся от общепринятых.
Начну с того, основные действующие лица этого процесса располагались в этом зале совсем не так, как мы привыкли. На месте, где обычно находится сцена, располагалось приличных размеров трёхъярусное сооружение, на котором располагались все участники процесса, кроме одного.
В самом низу лицом к зрительному залу восседал господин судья, облачённый в чёрную мантию. Это был средних лет и размеров дядечка, вполне простодушного вида. Мантия придавала ему некоторую строгость и ощущаемую всеми в зале ответственность за вершащееся здесь правосудие.
Почему – то выше судьи на следующем ряду располагался государственный обвинитель, лет сорока, стройный, подтянутый энергичный мужчина в прокурорской форме.
Самым странным в этом расположении участников процесса было следующее. Рядом выше на этом судебном заседании располагался … обвиняемый. Прямо над головами обвинителя и судьи свободно расхаживал тот, кого здесь обвиняли в совершении серьёзного преступления. Никакой клетки для подсудимого, никакого конвоя здесь не было.
Больше всего это сооружение напоминало зрительные ложи в театре, такие же солидные, отлично смотрящиеся, с высокими передними барьерами. Вот на этих рядах и начало развиваться действие этого спектакля во сне.
Тем единственным участником процесса, кто не заседал в этих ложах, был я. Я был защитником обвиняемого и сидел почему – то в полупустом зале, отнюдь не в первых рядах. Со своего места я обозревал всю картину этого странного процесса, как зритель в театре смотрит пьесу. В этой пьесе обвиняемого играл мой одноклассник и друг Вовка, ушедший из жизни, когда нам не было ещё и тридцати лет. В чём его обвиняли, во сне я проинформирован не был. Судья и прокурор относились к обвиняемому вполне лояльно, но вот он сам вёл себя весьма необычно. Он всю вину брал на себя и требовал себе самого сурового наказания. Он быстро ходил по своему ряду, торопил всех выступающих и всячески призывал побыстрее закончить со всеми процедурами.
В это время мне предоставили возможность выступить в защиту обвиняемого. Я произнёс короткую речь, в конце которой обратился к судье:
- Гражданин судья! Подумайте, как мы сможем дальше жить без этого человека?
Моя речь моему другу явно шла вразрез с его планами покинуть этот мир. Он стал ещё энергичнее требовать окончания процесса и вынесения ему обвинительного приговора. Как это было ни странно, но сверху на его ряду была спущена петля виселицы. Вовка подошёл к ней, просунул в неё голову и уже из неё кричал, чтобы всё побыстрее кончали. Прокурору и судье не понравилось такое поведение подсудимого и они полезли вверх, на его ряд, чтобы призвать его к порядку.
Я больше не мог смотреть на этот балаган, и так как повлиять больше ни на что не мог, вышел из зала на улицу. Возле входа стояли какие – то люди, я отошёл чуть подальше и лёг на мягкую зелёную травку на небольшой лужайке, расположенной в пяти метрах от входа. Я отключил слух, все звуки пропали, а я лежал на спине и смотрел в небо. Я думал о том, что жил вот так мой друг до этого дня, а потом очень захотел уйти, взяв на себя всю вину за содеянное. Он же во всём винил только себя.
Так я пролежал в раздумьях неопределённый промежуток времени, пока не почувствовал, что рядом со мной на траву лёг какой – то человек. Это был Вовка. Он был свободен, уже спокоен, каким я его знал все годы. Положив руки под голову и смотря в небо, он сказал:
- Знаешь, я подумал, и правда, как вы без меня жить будете? Да, и я без вас.
Мы молча лежали и смотрели в бесконечное небо, а в душе было полное спокойствие и удовлетворение.
Потом я проснулся и долго размышлял о том, что мне было показано во сне. У меня возникло много вопросов. Почему во сне появился именно покойный друг Вовка, который никогда не навещал меня после своего ухода? В чём смысл увиденного? Почему всё увиденное было представлено в виде фарса?
Постараюсь сформулировать полученный мной ответ. Оцените его.
Смерть - это тот же фарс, очень правдоподобная иллюзия того, что ушедший человек исчез совсем и никогда с нами не встретится. Всё это не так. Умершие всегда могут быть незримо с нами и не только в воспоминаниях. Если мы их попросим, они всегда могут помочь нам, подсказав нужную мысль. В этом смысле мы все БЕССМЕРТНЫ.
Вот как – то так. Хотите, - верьте, хотите, - не верьте. А то возьмите и … проверьте!
Глава 7
Сон шестой
Этот сон – самый короткий из тех, что мне снились и которые я записал. Собственно, был он в виде одной картинки и одной фразы. Но о его, как говорит сейчас молодёжь, прикольности судите сами.
В этой сценке, я оказался, как это часто бывает в моих снах, на своей родине, в родительском доме. В кухне возле стола стояло несколько человек, по всей видимости, члены семьи и ближайшие родственники. Отчётливо я увидел только моего близкого друга, стоящего рядом. Все собрались здесь по поводу приезда одного нашего родственника. Степень его родства во сне мне дана не была. Но оно было не кровное, а через кого – то, возможно, через детей.
Короче, к нам приехал или сват мой, или свояк. И, как это было ни удивительно, им оказался не кто иной, как …. Президент России Владимир Владимирович Путин. Одет он был в праздничный костюм светло – серых тонов, в каких я его часто видел на торжественных мероприятиях по телевизору. На представленной картинке он только что вошёл и стоял с нами возле стола, не скрывая своей радости от встречи с новыми родственниками. До этого я с ним уже встречался пару раз в других местах и в другой обстановке. Но здесь у нас он был впервые. Мы были искренне рады приезду столь высокого гостя. Все, кроме меня, видели его вживую впервые, поэтому чувствовали себя несколько скованно.
Бокалы были наполнены вином, и мне надо было уже говорить тост. Но я решил перед тем, как поприветствовать гостя в нашем доме, сказать пару слов, как говориться, без протокола. Исключительно, для снятия скованности у присутствующих.
И я с улыбкой во всё лицо обратился к гостю:
- Владимир Владимирович, вот поверит ли мне хоть кто – нибудь, если я скажу, что сегодня выпивал с президентом России?
Путин ещё больше заулыбался, некоторые, как и я, смеялись. На этой радостной ноте, не дав мне произнести тост, занавес опустился, и мой очередной не совсем обычный сон закончился.
Вот после такого сна, по – моему, я вправе говорить всем, что я однажды выпивал с Президентом России. Конечно, потом я добавлю, что это было во сне. Но, как мне кажется, большой разницы здесь нет.
Глава 8
После описания последнего сна мне длительное время не снилось ничего запоминающегося, что могло бы как – то повлиять на моё эмоциональное состояние. А может, я был просто не готов к восприятию каких – либо значимых событий, происходящих со мной во сне. Но вот под Новый год мне был сделан, как я считаю, новогодний подарок. Мне отчётливо заполнились события, произошедшие со мной в этом сновидении.
В нём я был невысоким парнем плотного телосложения возрастом ближе к 30 годам. Самое удивительное было в том, что транспортным средством, на котором я передвигался, была простая деревянная доска, толстая, шириной около 40 см и длиной чуть менее двух метров. Я легко скользил на ней по земле, никаких механизмов управления на ней не было. Похоже, что я управлял ею командами из мозга. Занимался я строительно – ремонтными работами.
В этот день я работал в частном доме. На улице возле ворот, как я отчётливо помню, лежала или, точнее, стояла моя самодвижущаяся доска и два ведра из – под цементного раствора. Я уже под вечер закончил работу и собирался уходить. Но в это время во дворе собралась небольшая компания молодых людей. Сын хозяев дома, с которым я познакомился за время ремонта, представил меня своим друзьям. Я лёгким наклоном головы выразил своё почтение присутствующим. И в это время ко мне вышла одна из девушек, протянула мне руку и представилась:
- Ната.
Через рукопожатие обычно можно почувствовать энергетику друг друга. Мне её энергетика понравилась, и знакомство мне показалось приятным, о чём я и заявил девушке. И это не было дежурным знаком вежливости. Ната была стройной симпатичной девушкой старше 20 – ти лет и производила очень благоприятное впечатление. Больше всего мне понравилось её желание познакомиться со мной. Оно позволило ей набраться смелости в присутствии всей тусовки публично проявить свою симпатию. У меня не было сомнений, что я понравился Нате, и она хотела бы со мной познакомиться. Но я, по своему обычаю, старался, чтобы окружающие не видели проявления моих симпатий.
Я помню отчётливо, как я думал, что мне делать дальше? Мне, конечно же, хотелось продолжить знакомство с этой очень приятной девушкой. Для этого мне надо было проводить её до дома в конце вечера. Ещё помню, что я не мог решить, что мне делать с моим транспортным средством? Ехать на нём рядом с Натой было неудобно, нести в руках - тоже. И оставить его здесь во дворе было плохим вариантом.
Сценарист и режиссёр моего сновидения не показал мне, каким образом закончился тот вечер. Второй акт этого спектакля начался на большом пустынном пляже. Я туда пришёл один, расчистил место на небольшом песчаном склоне и собрался лечь загорать. Поблизости никого не было, только метрах в пятнадцати от меня я услышал разговор двух женщин. Старшая, по всей видимости, мама рассказывала дочери о концерте известного певца, его репертуаре. Я, как ни странно, совсем недавно знакомился с творчеством этого исполнителя, слушал его песни. И когда мама начала напевать один из его известных хитов, я очень удивился, так как я знал эту вещь и она мне нравилась. А когда дочь стала подпевать маме, я ими просто заслушался, пели они здорово.
Здесь я только и понял, что это были Ната и её мама. Мне почему – то показалось, что я не должен сразу обозначать своё присутствие. Я улёгся на песок спиной к дамам, подставив свой правый бок солнцу. По возникшему у меня плану я должен был обнаружить их и подойти к ним через некоторое время. Но когда прошло это время, я почему – то встал и пошёл в другую сторону, на выход с пляжа. Это было совершенно необъяснимо для меня. Может, мне показалось, что знакомиться с мамой Наты мне ещё рано. Нам всем было понятно, что на пустом пляже я не мог не заметить двух поющих рядом со мной дам. И мой уход не мог быть истолкован ими иначе, чем нежелание поддержать знакомство.
Я шёл по песку в сторону от них, когда сзади услышал мужской голос:
- Молодой человек, что же вы уходите? Останьтесь!
Я оглянулся и увидел в десяти шагах от себя высокого мужчину лет пятидесяти, подтянутого, интеллигентного вида. Я почему – то решил, что это папа Наты. Он стоял возле небольшого частного дома, стоявшего рядом с пляжем. Вряд ли, такое интеллигентное семейство жило в нём. Скорее, они снимали его на лето.
Я повернулся для продолжения движения, но с места не сдвинулся. Папа Наты мне говорил ещё что – то. Я обернулся опять и увидел, что Ната вставала с песка и вид у неё был явно расстроенный. А я стоял и думал, почему же я ухожу, я не должен сейчас уйти, мне ведь очень симпатичны эти люди. И Ната мне сразу понравилась, я ничего не мог найти в ней того, что мне хоть чуть – чуть не понравилось бы. Всё в ней было, как надо, а её отношение ко мне меня просто поразило. Я продолжал стоять весь в раздумьях, пока … не проснулся.
Вы ошибётесь, если посчитаете, что после просыпания эти сомнения покинули меня. Я никак не мог найти объяснения своему уходу и стал здорово жалеть об этом. Вот послали мне, хоть и во сне, встречу с чудесной девушкой, а я и там не смог проявить свои чувства. Эмоции внутри меня вовсю бурлили, я долго не мог заснуть. Во сне я оставил в подвешенном состоянии ситуацию, к которой я не смогу больше вернуться. И там я принёс девушке одни расстройства и огорчения.
Через час или два после всех переживаний я всё – таки смог погрузиться в неглубокий сон, где обычно и приходят сновидения. Всего пару раз со мной случалось такое, что я после просыпания и последующего засыпания возвращался в реальность предыдущего сюжета. Может потому, что я очень хотел вернуться туда или потому, что сверху сочли, что я обязан быть там для разрешения ситуации, но невидимый режиссёр всё – таки отправил меня туда, где был я совсем недавно.
События третьего акта после небольшого антракта происходили по всей видимости на следующее утро. Мы с Натой сидели за столом напротив друг друга в том самом домике у пляжа. Она была в расстроенном виде, и виной всему был я. Я по – прежнему не выдавал своего отношения к ней, и потому грусть не сходила с её лица.
- А я сегодня на работу не пошла, - с каким – то равнодушием заявила она.
- А так можно?
Она пожала плечами. Мы продолжали разговаривать и я прилагал все усилия, чтобы в душе моей собеседницы росла надежда на то, что я откликнусь на её чувства.
Я смотрел на неё и каким – то непонятным образом заглянул в её душу. Я увидел там не влюбившуюся с первого взгляда девушку, а глубокого любящего человека, не представляющего своей жизни без меня. Человека, который будет верным и преданным мне всю жизнь, который пойдёт ради меня на любые жертвы. Я, конечно, не хотел никаких жертв с её стороны, но готовность её оценил. Я увидел перед собой близкого мне по духу человека, родного в будущей жизни, с кем можно без всяких сомнений и опасений связать свою судьбу. И мне захотелось сделать эту девушку счастливой, так как она уже была неотъемлемой частью моей жизни, той частью, что делала нас с ней единым и неделимым целым.
На этом месте я окончательно проснулся, с удовлетворением от положительного разрешения ситуации в моём сновидении. А может, это является частью моей жизни, только в одном из моих более тонких тел?
Мне остаётся пожелать каждому читателю пережить в жизни чувства, похожие на те, которые я испытал этой ночью и постарался здесь описать.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге