Месть Дракона

Глава 1

Он учил их петь. Как правило, во время первой близости. В прежние времена он считался непревзойдённым учителем! Сдержанные, расчётливые немки, в чьём имени было столько же букв, сколько в слове «фрау», с ним становились отзывчивыми и эмоциональными, простоватые кореянки неожиданно радовали прозрачностью и глубиной, даже китаянки не так фальшивили.

Некоторых приходилось переучивать. Но такое случалось редко. Так же, как и иметь дело с ранее обученными другими учителями. Разумеется, лучший дуэт выходил с той, которая впервые обрела голос с ним. Больше всех он любил соотечественниц – не расплодившихся по миру дешёвок, в большинстве рождённых вдали от его родины, а истинных землячек – аристократок, скрывающих чувствительное нутро в строгих глухих одеждах без кричащих надписей и пятен. И когда хозяин ставил пластинку, потрескивающую, будто церковные свечи, учить было истинное наслажденье. Выдержав паузу, точным движением войти и скользить, преодолевая мягкое сопротивление… А потом вместе раз за разом повторять выученный урок под тёплое мерцание ламп:

«…I see her dance across the ballroom. UV lights making stars shine of her smile…»

Последние лет десять он уже никого не учил. Больше слушал со стороны. Без партнёрш он не мог дать понять, что его рановато отправили на пенсию. Что лазер, каким бы совершенством ни был, отнюдь не превосходит старого доброго Дракона в мастерстве извлечения звука. Но молодой конкурент оказался менее прихотлив и неплохо справлялся с заранее и вполне профессионально обученным контингентом. Поэтому молчаливый старик, сохраняя лицо, старался не показывать, насколько ощущает себя ненужным и лишним. Наверно, хозяин тоже испытывал неловкость, что не может занять друга, ещё полного сил.

И вот в один прекрасный день его владелец сменился. Они долго тряслись на машине по разбитому просёлку, пока не подъехали к неказистой избушке. Внутри, несмотря на сырость и запах плесени, оказалось относительно уютно. Нашего героя поселили в комнате с бревенчатыми стенами рядом с новомодным домашним кинотеатром, издающим оглушительные выстрелы, вздохи и стоны под отвратительную музыку.

– Глядите, какого динозавра я раздобыл, – похвастал новый владелец друзьям. А он пока не мог ответить, что никакой не динозавр, а чистокровный Дракон.

– Полюбуйся, сколько подружек у меня для тебя припасено, – гордо сказали ему. – Скучали без тебя! Вспомним молодость? Поностальгируем?

Новые партнёрши напоминали мобилизованных в бордель пенсионерок – хриплые, заикающиеся, визгливые и пожёванные. Учить их задача не ставилась, только исполнять разученное ими неизвестно с кем. О! Какой это было пыткой! Постигшая их амнезия стала бы спасением. Но старческий склероз, увы, не мешал им помнить «…не можешь красть – не мучай органы…» или «ты знаешь, котик, любовь – наркотик, и от него растёт животик…». Иногда, правда, Дракон жалел, что не сам обучил их петь «…ты можешь ходить, как запущенный сад…» или «…долгая память хуже, чем сифилис…». Но если в репертуаре и случались редкие проблески, прежние учителя были бездарны поголовно.

Однако хуже всего становилось, когда захмелевший новый хозяин, проводив гостей, брал гитару и принимался учить его собственным песням, нетрезвым писклявым голосом затягивая в микрофон:

Я миллионы заработал сам,

Но тут решил в политику податься.

Весь бизнес на жену переписал,

Чтоб управлять делами государства.

И, посвятив себя родной стране,

Копил резерв для будущих свершений.

Когда моей формально не жене

Вскружил головку ушлый фитнес-тренер.

Изменница в один из вьюжных дней

Родные с ним покинула пенаты.

Хотел я навсегда забыть о ней…

Но не забыла Счётная Палата.

Переведя все деньги за бугор,

Милуются они под крики чаек.

А мне на ста страницах приговор

Судья бесстрастным голосом читает.

Любовники кайфуют на югах,

Где ласковый прибой им ноги лижет.

Зато вокруг меня шумит тайга,

И Родина как будто стала ближе.

И разучивать это ему выпало с той, о которой он мечтал все долгие молчаливые годы! Которая помнила их общую родину! Хозяин плакался, что немало раскошелился за неё. Что вместе они просто обязаны состряпать классный альбом, при участии него самого и гитары, разумеется. Но, похоже, никто кроме автора не испытывал по этому поводу энтузиазма. Партнёрша так вообще еле лепетала, будто сорвала голос, пытаясь изобразить ЭТО! Видимо, от бесконечного ожидания тот просто пропал. И раздражённый результатом бард, очередной раз хлебнув из горла, выкрутил уровень на полную, вновь прицеливаясь ударить по струнам…

Дракон не боялся ни полёта на запредельной высоте, недосягаемой для прочих соплеменников, ни взрывных вулканических выбросов энергии, до упора вытягивающих столбики-зрачки его оранжевых глаз. Боялся одного… Именно того, что, похоже, случилось…

Что-то затрещало в районе раздвоенного хвоста, поползло вверх, жарким искрящимся цветком распустилось внутри… Вырвавшееся пламя лизнуло бревенчатые стены, и они занялись!..

Так легендарный Nakamichi Dragon стал огнедышащим.

(Портрет заглавного персонажа см. в доп. материалах)