Мешок Недоразумений

Глава 1

Владимир Стадник

Рассказ “Мешок недоразумений”

Розовое августовское солнце шаловливо пыталось добраться до наших глаз, желая оставить темные пятна в наших зрачках, но ветви разросшегося вяза заботливо прикрывали нас своей листвой. Время от времени солнцу всё-таки удавалось пробиться сквозь лениво вертлявую листву, и от наших очков разлетались солнечные зайчики, разбегаясь в сторону пшеничного поля впереди нас. От своей неудачной попытки солнце стыдливо краснело на глазах и торопилось поскорее спрятаться за горизонт.

Мой приятель уже допил свою бутылку пива и поставил её рядом со скамейкой.

— Ты что, не возьмёшь её сдавать? — спросил я удивлённо. Я обычно никогда не оставлял бутылки просто так, загрязняя Мюнхен, а приносил их домой, чтобы сдать в магазин.

— Ты знаешь, Володя, — возразил он, — у меня был такой случай со сдачей этих бутылок, который я бы никому не посоветовал.

— Что за случай?

— Однажды вечером, часов в шесть, когда я собрался поехать в Мюнхен на Гастштайг, где проводилась Сальса-вечеринка, я вдруг вспомнил, что собирался сдать пустые бутылки, которых набралась целая куча. Думаю, как раз перед тем, как я пойду на танцы, сдам бутылки эти. С огромным кульком доехал на велике до магазина, зашёл, а там надпись: «не работает». Ну, то есть автомат не работает. Управляющий говорит: «так и так, такая ситуация». А сам каждую минуту смотрю на часы — не успеваю, думаю, на электричку. Наверное, в городе попробую сдать бутылки. Ну, я с этими бутылками и пошёл на платформу, сел в электричку и поехал в город.

— А это в какой Гастштайг ты поехал? — спрашиваю я. В старый, что в центре, или в новый? Где вот фабрика раньше была.

— В новый, скорее всего. Так вот, пошел уже в магазин у вокзала, где автомат, и где можно сдать бутылки, но подошёл сразу автобус. Ну, думаю, поеду ближе к самому месту. Что ждать-то? Думаю, приеду на место и сдам бутылки. Приехал туда, как раз было где-то полседьмого, а начало в семь. Думаю, быстренько пойду в магазин и сдам. Зашёл, а там такой же облом — не работает автомат! Я решил дальше пойти, в другие магазины. Как говорится, не потерял бдительность. Решил дальше искать. А магазинов, что тару принимают, рядом нету.

— Да, в том районе в основном ресторанчики и частные лавочки.

— Ну да. А я смотрю, время поджимает. Так и не нашёл. Короче, плюнул на всё, пошёл в кустики, что за домом этим, взял и спрятал мешок туда. Вроде так и не заметно, а сам пошёл на дискотеку. Ну, не входить же мне с огромным мешком.

— Да ты что, так и оставил?

— Да слушай, Володя, дальше. Танцуем мы, значит, уже четвёртую, а то и пятую сальсу. А может, и вообще седьмую. Я уже не помню. Как вдруг вижу — идёт на площадку девушка такая, с хвостиком, в бронежилете и полицейской форме. Ну, думаю, тоже танцевать пришла, даже раздеться не успела. Я уже пошёл было её приглашать, как вдруг музыка остановилась. Все так по сторонам начали смотреть, в чём дело, а тут мужик стриженый, тоже в бронежилете, с микрофоном в центр вышел. Просит всех без паники выйти из помещения, и всем покажут, куда идти. А сам в руках шлем держит, такой, с прозрачным стеклом. Я осмотрелся, вижу, хвостатая моя-то не одна, а таких вот в бронежилетах по всему залу. И так они аккуратненько подталкивают народ к выходу. Ну, думаю, попал я. Никак бандита ловят, и он среди любителей сальсы затесался. Сейчас ещё стрелять начнут. Вспоминаю, как на гражданской обороне учили: падать и руками голову закрывать. Смотрю, немцы все так стройненько выходят, порядку не нарушают, а там на улице ещё больше полицейских стоит и дорогу показывает. Машин с мигалками видимо-невидимо. Вижу, и из концертного зала, что рядом, выходит совсем другая публика — все такие разодетые в костюмы и бальные платья. А за ними музыканты с инструментами, каждый со своим. И ещё несколько мужиков такие огромные инструменты тащат. — Контрабасы?

— Ну да, может, контрабасы. А там весь район уже оцепили. И людей из соседних домов выводить начали. А потом подъехал грузовик, и из него начали мешки снимать и как-то по кругу складывать. Думаю, что же в этих мешках и зачем они их сбрасывают. Понимаю — песок. А куда сбрасывают, мне не видно. Пробрался я вперёд, слава богу, не из низкорослых, и вижу, что они бросают их вокруг кустиков, где я свой мешок оставил.

— Это они, значит...

— Ну да. Думаю, выкинут сейчас мой мешочек с посудой, чтобы не мешался им преступника ловить. Кто-то рядом говорит: «Смотри, они дрона запустили». Пригляделся, вижу — точно, дрон как раз над моим мешочком завис. И тут меня осенило. Это они вокруг моего мешочка выстроились. Решили, что там бомба, и эвакуировали всех, кто был рядом. Понял, что ведь Олимпиада проходит в Париже, и службы безопасности на чеку. Мне совсем плохо стало и стыдно. Я не знал, что делать. Думаю, пойти и признаться, сказать, что это мой мешочек, и я посуду не сдал. Да меня и не подпустят к этим полицейским в шлемах. Да и как я им объясню? А тем временем толпа любопытных начала рассасываться, ну и я вместе со всеми поплёлся к метро.

Мы уже дошли до его дома, и лёгкий вечерний ветерок смешивал запах навоза, идущий с соседней фермы, со свежестью ночного воздуха.

— Слава богу, что тебя не нашли, а то оштрафовали бы по-страшному.

— Да, но на следующий день в новостях вижу съемку. Как бы из дрона сверху снимают мой мешочек и просвечивают бомбоискателем. А потом старушка объясняет журналистам, что видела страшного бородача, который подбросил бомбу в кусты и убежал. Вот такая, Володя, история с бутылками. После этого бутылки, если вообще сдаю, то только по месту. А так в основном просто оставляю, но в город уже точно не вожу как дурак.