Мэргэн и его племя белых волков

Глава 1

- Отец намерен выдать тебя замуж, – сказал дед.

- Я в курсе. Мне уже доложили. Что делать, дед? – спросила Аэлла.

- Соглашаться.

- Ещё варианты есть?

- Есть. Один. Лишиться девственной плевы.

- Дед, ты обалдел? Как?

– Пойти на Праздник весны.

- К чему это приведёт, дед?

- Будет шанс, что отец, наконец-то, от тебя отстанет, и ты будешь вольна сама выбирать свою дорогу жизни.

- Ты уверен?

- У него не будет выбора. Только…

- Только что?

- Претендент. Не захочет ли он предъявить права на тебя? Ведь после первого соития ты будешь считаться его.

- Его собственностью – хотел сказать ты, да промолчал.

- Аэлла, идти на Праздник Весны – это риск. Риск навлечь на себя не только гнев своего отца, но и всего племени. Не забывай о том, что ты – дочь вождя! Эта роль навязывает на тебя определенные обязательства, детка.

- От которых я пытаюсь избавиться. Дед, ты, так же как и я понимаешь, что в глазах отца я просто вещь, которую нужно повыгодней обменять. Я не хочу быть вещью, мясом. Я пойду на Праздник весны. И я постараюсь, и сделаю всё от меня зависящее, чтобы претендент меня не узнал.

- Ты, уж постарайся, детка, чтобы это было так.

- Я постараюсь, дед.

Соратница Аэллы Иланта постаралась, и в девичьем образе девушка была неузнаваема. Белая туника, которую так изредка одевали, прикрывала до самых босых пят подтянутое, натренированное в многочисленных походах и охотах тело. Белокурые волосы от долгого окрашивания ревенем имели пепельный оттенок и мягкими волнами впервые за долгое время свободно ниспадали по плечам девушки. Так же Иланта немного подвела голубые глаза Аэллы угольком, чтобы подчеркнуть их блеск и красоту на загорелом лице.

Праздник Весны был ежегодным событием в жизни свободных племён и проводился на нейтральной территории. Был создан и организован в большей степени для молодёжи. После него рождались дети.

Пробравшись на территорию праздника, Аэлла увидела разложенный большой костер, вокруг которого с десяток юношей и девушек двигались в ритуальном танце. Многие из них были уже под действием одурманивающих трав.

Девушка не стала лезть в гущу праздновавших людей, а расположилась на краю поляны, оставаясь в тени. Так ей было удобнее наблюдать за происходящим, высматривать жертву, оставляя свой рассудок чистым от дурманящего дыма. Прошло минут двадцать в ожидании, прежде чем на неё обратил внимание юноша с черными волосами. Он выглядел достаточно миловидно, подтянуто. Сразу был виден охотник в его походке.

- Привет, – сказал юноша и улыбнулся белоснежной правильной улыбкой в тридцать два зуба, что достаточно редкость в их стороне.

- Привет, – ответила Аэлла, так же улыбнувшись полным ртом белоснежных зубов.

- Сразу видно, что не из занятых.

- Ага. Пока свободна.

- Зачем ты здесь?

- А для чего здесь все остальные?

- Мне плевать, для чего все остальные здесь. Я выбрал тебя и подошёл к тебе. И хочу узнать, для чего ты здесь? Для разнообразия жизни – как я, да и многие парни, я думаю. С романтической подоплекой – как большинство девушек. Или с какой-то своей целью, которую ты мне, конечно, откроешь, но позже, немного поломавшись.

- Третий вариант будет правильным, но не открою. У меня нет привычки ломаться перед парнями.

- Честная и смелая. Уважаю. Раз всё так просто, и мне сегодня повезло. Не будем терять время, скоро рассвет.

- У меня первый раз сегодня.

- Хорошо, что сказала. Буду осторожным. Так же хочется быть честным с тобой, я не планирую дальнейших встреч. Эта случайная встреча – единственная наша встреча.

- На этот счёт можешь не сомневаться, я, так же как и ты, дальнейших встреч с тобой не планирую.

- Ну и ладушки.

Он сдержал своё слово и действительно был осторожным, деликатным и нежным. Всё происходило в походной палатке на берегу реки. Молодой человек оказался предусмотрительным. А Аэлла в свою очередь была расслаблена и послушна. Она полностью ему доверилась. Она привыкла доверять мастерам своего дела, а в том, что молодой человек мастер в деле соблазнения, девушка не сомневалась. Юноша делал всё точно, у него были умелые руки и не только. Он без лишней скромности поинтересовался у девушки, хочет ли она детей, и, получив однозначный отрицательный ответ, успевал вовремя вытащить.

Под утро они расстались почти друзьями, полностью удовлетворенными друг другом. Пожали друг другу руки и разошлись в разные стороны, не сомневаясь в том, что больше не увидятся.

Дома Аэллу ждал скандал. Её отец, вождь Белых волков Нерайо, учинил разгром, в шатре переворачивая всю мебель, разбивая глиняную посуду. Он кричал, разбрызгивая слюну, топая ногами от безысходности, от неотвратимости случившегося:

– Что ты натворила? Что ты натворила, дочь!

Ему хотелось убить её. Столько планов, столько планов и всё насмарку. Его душил гнев, душили слезы и душил смех. Обставили, обманули его, Нерайо – вождя свободного племени Белых волков. И кто? Родная кровь – отец и дочь. Нет им прощения, нет милости и снисхождения. Он был готов их разорвать, выгнать из племени, чтобы они стали изгоями. Но в то же самое время понимал, что выгнать шамана племени и главного охотника и добытчика, свою дочь, глупо и не рационально. Половина племени отправится за ними, в этом он мог не сомневаться. И уйдут не абы кто, за ними последуют лучшие люди племени. Потому что настоящими лидерами были они: дед Мэргэн – мудрый, и его приемница Аэлла – вихрь. Его мозг готов был взорваться. Он искал выход из этого положения и, кажется, нашёл. Вождь тем и славился, что всегда в абсолютно разных ситуациях находил выход и, что самое главное, себе на пользу. Недаром его звали Нерайо, что означает – вода. Она, говорят, всегда находит выход и не знает преград.

Заинтересовались? Тогда читайте книгу на ЛитРес OZON AMAZON Ridero Bookmate Wildberries Yandex Bookmate МТС Строки Yandex маркет

Глава 3

В день осеннего равноденствия по сложившейся годами традиции вожди и их приближённые наносили друг другу дружеские визиты, с целью закрепления этих отношений и обмена товарами.

Аэлле, как дочери вождя, приписывалось принимать дорогих гостей наравне с вождём, сидя по левую руку от него. В этот раз она немного запаздывала, так как совсем недавно вернулась с последней большой охоты в этом году. Ей предстояло: смыть дорожную пыль и по возможности запах животных в приготовленных Илантой благоухающих цветочных ваннах; причесаться и одеться соответствующе своей роли дочери вождя. Именно волосы, а точнее их запах, стали камнем преткновения в этот злополучный день. Иланта никак не отпускала Аэллу по причине того, что, как ей казалось, запах животной плоти ни как не удалялся с волос девушки, как бы она ни старалась его вытравить с помощью ароматических цветочных масел. Женщина бесчисленное количество раз наносила масла и смывала их, но, как ей казалось, запах не сдавался и всё так же волосы Аэллы пахли не подобающим образом для дочери вождя.

- Перестань, Иланта, пусть масла остаются на волосах. Я уже должна идти. Отец будет сердиться, — сказала взбрыкнувшая Аэлла, когда подруга нанесла масла на её волосы, наверно, раз в десятый.

- Хорошо. Иди, - сказала Иланта, удовлетворенно кивнув, предварительно обнюхав Аэллу с ног до головы, как собака.

- Наконец-то, спасибо, - сказала девушка, и, выпрыгнув из своей хижины, побежала в сторону шатра вождя.

Будучи на месте, она немного постояла у полога, закрывающего вход в шатёр вождя, дабы привести своё дыхание в норму и поправить одеяния и волосы.

- Привет, - сказал юноша, стоявший немного поодаль от входа в шатёр.

- Привет, - ответила, не задумываясь, Аэлла и вошла внутрь.

Поначалу мероприятие проходило по заведенной годами традиции. Обмен комплиментами, подарками, заверение в дружбе, пожелание процветания и т. д. Всё это время Аэлла сидела и смотрела на юношу, сидящего справа от вождя Чёрных волков, которого именно в этот день принимали. Он очень напоминал ей кого-то, но она никак не могла вспомнить кого. От этого факта девушка очень раздражалась и была невнимательна. Она пропустила, когда вождь Чёрных волков от цветастых приветственных речей перешёл к основной и самой важной теме визита, а именно сватовству своего сына. Он уверял вождя Белых волков Нерайо в том, что Аэлла будет принята им как своя дочь, и что в племени она будет чувствовать себя как дома, и вольна будет действовать, как ей заблагорассудится.

- Выбор молодых людей очевиден и полностью мной поддержан, - закончил вождь Джудас свою пламенную речь.

- Чей выбор, простите? - спросила немного ошалевшая Аэлла от столь цветастой речи вождя Чёрных волков.

- Ваш выбор, конечно, сделанный в день празднования прихода Весны, - ответил с заговорщицкой улыбкой Джудас.

- Так этот упырь справа от вас – ваш сын! - выкрикнула Аэлла, вспомнив его наконец-то.

- Эээээ, что простите? - в предшоковом состоянии выдавил из себя Джудас, в надежде, что он ослышался.

- Э, молодой человек, восседающий справа от вас, ваш сын? - поинтересовалась Аэлла, найдя в себе силы перефразировать свой вопрос в традиции регламента встреч вождей.

- Да, я заверяю Вас в этом, дорогая Аэлла.

После ответа вождя Чёрных волков, Аэлла замерла. Она закрыла глаза и видит Бог, пыталась унять свой своенравный нрав, но не смогла. Резко открыв глаза, она посмотрела на Алфэйоса и медленно, не отрывая от него взгляда, подобно королевской кобре, прошла в его сторону. Нарушая тем самым все регламенты встречи вождей.

- Ты, сукин сын, сказал, что с твоей стороны не надо ждать каких-либо поползновений, и что эта встреча была первой и последней, - прошипела она Алфэйосу в лицо, заливая его невидимым ядом.

- Я передумал, малышка, — ответил юноша спокойно, в его глазах плясали искорки торжества, и рот был готов расплыться в довольной улыбке. Он оказался прав в своем выборе.

- В смысле ты передумал? - спросила ошарашенная Аэлла.

- А вот так! Передумал.

- Алфэйос, так нельзя, - всё так же шептала Аэлла, отказывающаяся поверить в серьёзность этой ситуации. Прошло полгода. Шесть месяцев от него не было ни слуха, ни духа. Ей хотелось плакать. Нелегко было расставаться с мыслью о долгожданной свободе.

- Почему нельзя? Я, так же как и ты, дитя вождя. С одним исключением — я сын. Я — мужчина, - воскликнул Алфэйос, ему начинала надоедать эта затянувшаяся ситуация.

Этой последней фразой он надавил на больное место, а Аэлла, когда ей делали больно, была беспощадной.

- Что ты сказал, мозгляк? Ты мужчина? Ты рыбьи потроха, а не мужчина, - говорила она, вцепившись мертвой хваткой в его волосы. - Мужчина — держит своё слово, в отличие от тебя, гадёныш.

- Покрайней мере, она подтверждает тот факт, что они знакомы, — успел вставить свои слова Джудас, обращаясь к Нерайо.

Тот промолчал и, мотая головой, погруженный в свои мысли, вдруг совершенно неожиданно прокричал:

- Кэйфас. Я знаю, что ты за пологом. Войди и забери свою истеричку.

Что ж, он оказался прав. Кэйфас стоял за пологом и сразу же после слов Нерайо вошёл в шатер. Оценив ситуацию и воспользовавшись секундным ступором Аэллы, юноша схватил девушку и, взвалив на своё могучее плечо, вынес её брыкающуюся и ругающуюся из шатра, сопровождаемый напутствием Нерайо окунуть безбашенную девушку в воду, дабы охладить её.

- Ты не сделаешь это, - кричала Аэлла. - Кэйфас, отпусти меня! Отпусти меня! Кому говорю.

А юноша нёс её к воде и как будто не ощущал её брыкания и не слышал её надрывающего голос. В принципе, это было так. Он находился под эффектом разговора с Алфэйосом, своим соперником. Именно этот юноша украл у него Аэллу, которая принадлежала ему вот уже без малого двадцать лет, кратко говоря, всю её жизнь. Он нёс Аэллу к воде не для того, чтобы просто окунуть её туда. Он нёс любимую, но уже чужую женщину, чтобы утопить. «Не моя, - крутилось у него в голове. - Больше не моя».

Они подошли к воде. Весь исцарапанный и искусанный юноша так и не выпустил из своей мертвой хватки тело уставшей и притихшей девушки.

- Тебя растерзают, Кэйфас, - только смогла она выдавить из себя, когда юноша стал заходить в воду реки.

- Не растерзают. Я скажу, что выполнял приказ вождя и немного переусердствовал, охлаждая тебя.

- Вам не кажется, что для купания вы выбрали не очень подходящее время? — раздался внезапно голос шамана.

- Тебя Иланта позвала, - спросил Кэйфас, не поворачиваясь и не отпуская Аэллу.

- Она, конечно.

- Вечно сует свой нос в чужие дела, - сказал юноша беззлобно, стоя как истукан, в непонимании, что делать дальше.

- Отпусти её, сынок.

Кэйфас повиновался словам шамана и отпустил Аэллу, резко повернулся на 360 градусов и пошёл в сторону леса. Только там охотники чувствовали себя как дома и находили свой покой.

Освободившись, Аэлла начала движение в сторону берега.

- Ты куда идешь? - спросил шаман. - Я тебя не отпускал.

- Ты чего, дед? - спросила удивленная Аэлла.

- Я сказал: на места становись, - приказным тоном прокричал шаман.

- Дед! Ты чего? Мне холодновато, - проканючила Аэлла.

- Я сказал: на месте становись.

Аэлла подчинилась и встала в воде, которая ей доходила до щиколотки.

- Упор лёжа принять, 10 отжиманий на кулаках - прокричал шаман командным голосом.

- Дед, ты чего? - спросила Аэлла, вдвойне удивленная.

- 15 отжиманий.

- Дед, вода холодная.

- 20 отжиманий.

Аэлла приняла упор, лежа на кулаках, и начала отжиматься двадцать раз на том месте, где стояла. При опускании тела к земле она погружалась телом в воду, которая очень хорошо её охлаждала. Тем самым приказ Нерайо был выполнен, Аэлла охладилась.

Тем временем в шатре разгорались не меньшие страсти.

Алфэйос буйствовал:

- Что это такое было? Кто этот слизняк? Что у вас происходит? Она с ним спит? Вы мне скажите! Она с ним спит?

Нерайо молчал. Джудас тоже.

- Что вы молчите?

- Как же я тебе объясню, юноша, если вы кричите и не даете и двух слов вам сказать, - сказал спокойным голосом Нерайо.

- Сядь, сын, и выслушай то, что тебе хотят сказать, - сказал в свою очередь Джудас.

- Хорошо. Я сел, - сказал Алфэйос и плюхнулся в гостевое кресло.

- Кэйфас, молочный брат Аэллы. Когда моя жена умерла, Аэлле было 4 месяца. Мать Кэйфаса предложила свою помощь и выкормила дитя, тем самым спасла её жизнь. «Будь она неладна», - подумал Нерайо, - а вслух продолжил:

- Кэйфас – верный пёс Аэллы. Ходит за ней по пятам. Я не знаю, на что он надеется. Но знаю одно, он с ней не спит. И скажу по секрету, с ней никто не спит.

- Вы в этом абсолютно уверены? — спросил настороженно Джудас.

- Абсолютно.

- То есть Вы хотите мне сказать, что ваша дочь, ни смотря ни на что, сохраняет мне верность? - спросил с недоверием Алфэйос.

- Могу тебя в этом уверить. Но увидев сегодняшнюю вашу встречу, я хотел бы спросить: ты уверен в своем выборе, сынок? – в Нерайо, возможно, впервые проснулось что-то человеческое. - Она такая всегда. Её невозможно приручить. Поверь моему опыту. Ты, связав с ней свою жизнь, постоянно будешь в поисках способа это сделать.

- Хм, Нерайо прав, Алфэйос. Ещё раз подумай о своем выборе, сын мой, - сказал Джудас.

- Ты шутишь, отец? Отказаться! Да когда она схватила и держала меня за волосы, я чуть не кончил, - выкрикнул юноша.

Вожди промолчали.

Заинтересовались? Тогда читайте книгу на ЛитРес OZON AMAZON Ridero Bookmate Wildberries Yandex Bookmate МТС Строки Yandex маркет

Глава 7

Аэлле в этот знаменательный день суждено было остаться в живых. В этом ей помог шаман Чёрных волков Пэйан. Имя, которое означает – целитель. Он трудился весь предыдущий год весной и летом, собирая травы и соединяя их, изготавливал разнообразные по своим чудодейственным свойствам мази и настойки. Бережно хранил и настаивал их всю зиму, дабы они помогали ему исцелять раны воинов и охотников племени Чёрных волков в сезон охоты.

Запас чудодейственных мазей и настоек всегда находился на плоту под надежным покрытием. И взяв в описанный день плот Алфэйос, как это ни странно, тоже приложил руку к спасению жизни Аэллы. Если бы плота не было, охотники не смогли бы так бережно и плавно доставить Аэллу в их деревню по суше. И ещё не было бы плота: не было бы противовоспалительных и ранозаживляющих мазей Пэйана; перевязывающего рану материала; и не было бы успокаивающей и противолихорадочной настойки.

Конечно же, роль Памфилоса в спасении жизни и, что самое важное, здоровья Аэллы неоценима. Его спокойствие, рассудительность, любознательность, дружелюбие и жизненный опыт в этот знаменательный день играли ключевую роль. Девушка осталась жива и доставлена почти в целости и сохранности в умелые руки шамана Пэйна.

Пять дней и ночей она находилась между жизнью и смертью. Все эти дни и ночи Алфэйос не отходил от неё, держа за руку, как будто пытался оставить Аэллу здесь и не отпускать в иной мир, где он не смог бы умолять её о прощении. Ему было так стыдно за свою браваду и своё поведение перед схваткой. Он злился на людей племени Белых волков и их тайны. Проклиная в душе шамана Мэргэна, сваливая на него ответственность за произошедшее. Ведь если бы не он, Аэлла не пошла бы на Праздник Весны.

Мэргэн. Вот, что Памфилос знал о нём и рассказал Алфэйосу в одну из дежурных ночей. «Шаман был родом из племени Серых сов, располагавшегося на другом берегу реки, младшим из двух братьев вождя племени. Вождём ему стать не светило, а оставаться на вторых ролях он не желал. Поэтому у него был выбор: либо самому становиться вождем, а для этого нужно было вызвать на бой своего старшего брата и, естественно, выиграть схватку, либо уйти из родного племени и стать вождем в другом. Он долго скитался по разным племенам, ища своё место, но так и не находил его.

За это время в семье вождя Белых волков подрос и расцвёл единственный ребёнок, болезненная Анзэия. Именно на ней остановил свой поиск Мэргэн. Он без зазрения совести соблазнил её. Вождю Белых волков ничего не оставалось делать, как дать согласие на этот межплеменной брак. Они были первыми, кто посмел на такую связь. До них браки заключались исключительно внутри племени. Прилив крови извне не допускался. Поэтому в племенах случались браки и рождение детей между близкими родственниками. За этим, кстати, никто не следил, и люди племени не считали этот факт чем-то зазорным. Если бы не одно «но». Этим «но» были дети с разнообразными патологиями. У людей племени Белых волков, например, прогрессировал альбинизм, отсюда и название Белые волки, и ещё одна из распространённых патологий, такая как отсутствие ногтей.

Когда Анзэя, дочь вождя Белых волков, родила здорового малыша с незначительной патологией в виде ярко выраженной асимметрии лица, вожди племен – хвала им за это – поняли, чем чревата кровосмесительная связь.

Так Мэргэн своим честолюбивым желанием стать вождем, можно сказать, спас племена от вырождения, ну или порабощения более сильными племенами. Именно он, а точнее его ораторское искусство, помогло племенам собраться десять лет назад на большой сход вождей, где и было принято решение более не допускать браков между родственниками и более тщательно следить за этим. Не всем это, конечно, нравилось. Не все вожди приняли это решение сразу с энтузиазмом. Но когда в межплеменных союзах стали рождаться умные, здоровые, нормально физически сложенные дети, ропот этих несогласных сошел на нет.

Аэлла была рождена от сына Мэргэна, Нерайо, и дочери вождя Серых волков – мягкой и нежной Трифосы. Совместная жизнь их не заладилась сразу. Нерайо хотел от неё больше, чем она могла ему дать, в постели, конечно. О его похождениях ходят легенды, и не все из них праведные. Но самое важное: ни одна из этих женщин не понесла ребёнка, кроме его жены, конечно. И именно поэтому, если честно признаться, ходили слухи, что он бесплоден. А нежная Трифоса родила не от Нерайо, а от Мэргэна. И он не дед Аэлле, а отец. А чем ещё можно объяснить то, что всю свою мудрость, знания и умения он передал не своему сыну, с которым он практически не занимался, а внучке?

Да, друг мой, не удивляйся. Именно внучке. Аэлла – единственный ребёнок в семье Нерайо и Трифосы. Всё это время в лесу, на охоте, мы встречали именно её в мужском обличии, а не Аэлло, как мы все думали. Это ещё одна из тайн Мэргэна, которую нам предстоит открыть.

Он, можно сказать, создал племя Белых волков в том виде, в котором мы с тобой его знаем. Сделал его сильным, крепким, дружным и единым. Шаман был не настолько мудрым, насколько дальновидным. В племени очень горюют о нём. И об Аэлле, конечно, тоже. И об Нерайо. Его труп вчера выловили из реки. Из воды пришёл и в неё вернулся».

Заинтересовались? Тогда читайте книгу на ЛитРес OZON AMAZON Ridero Bookmate Wildberries Yandex Bookmate МТС Строки Yandex маркет