Маски

Глава 1

Официантка, позевывая и время от времени почесывая ногтем мизинца за ухом, считает у стойки выручку. Баланс, похоже, не сходится, но она раз за разом одергивает тянущуюся в левый карман руку, и, в конце концов, даже не бросив взгляда в сторону Игоря Сергеевича, комкает один из счетов и, сунув во все тот же левый карман еще две купюры, ставит свою неразборчивую подпись в графе прихода. Уборщица самозабвенно трет шваброй линолеум в проходе между столиками, явно стараясь отмыть даже лежащий под слоем пластика цемент. Сам Игорь Сергеевич, устав от утомительной встречи, не торопясь, полирует салфеткой очередной бокал, дожидаясь, когда стрелки на часах сойдутся, наконец, конечной вертикалью, как ножницами отрезав плетущийся день.

Задуманная неделю назад оффлайновая вечеринка закончилась уже с полчаса назад, так и не превратившись во встречу друзей, как надеялся Игорь Сергеевич. Друзья, каждый вечер собиравшиеся в любимом чате, в реальной жизни оказались совершенно другими. Неожиданными, если можно так сказать.

Языкастая Vero4ka, блещущая вовремя вставленными цитатами, не пропускающая ни одной шутки, оказалась бледной девицей с неопределенным цветом волос, глаз и возрастом. Задумчивый Paladin, умеющий одной фразой подвести итог двухчасового спора и примирить разошедшихся противников на удобном для всех компромиссе, превратился в замухрышистого очкарика, который даже пива не рискнул заказать. CO^NbIIIIKO – тот вообще напился почти сразу, и его пришлось волочить в такси все тому же Paladin-у, почти ломающемуся под стасорокакилограммовой тушей, и Гене Букину, который оказался, конечно, не продавцом обуви, а вовсе даже экономистом из совместного предприятия. Поэтому CO^NbIIIIKO так и не успел рассказать о новых замечательных рецептах тотального похудания, которые он с успехом использовал за последние пару месяцев, если верить его клятвами в последних постах. Владимир Владимирович оказался двумя узбеками-гастарбайтерами-менеджерами-по-продаже-на-рынке, уже получившими регистрацию в столице, и теперь занятыми в жизни только поисками удобной квартиры и сбором денег на ее покупку. Blondy, как и ожидалось, превратилась в сорокапятилетнего мужичка, лысоватого и приземистого, но пронырливого, успевшего за четыре с лишним часа посиделок пообщаться с каждым, договорившегося о встрече с официанткой, остановившись, в конце концов, у стойки бара.

Да и остальные оказались совсем непохожими на себя. Школьники, которых мама отпустила только до девяти. Студенты, которые договаривались напиться вскладчину. Две домохозяйки, каждые пять минут звонившие домой, чтобы убедиться, что ребенок накормлен, уложен спать, и спит спокойно. Бизнесмен, удивленно оглядывающийся на соседей, словно стараясь угадать, куда спрятались лавины юмора, острых словечек, забавного сленга, которые вечерами буквально заливали весь чат, и почему все эти крайне интересные в сети люди в реале оказались обычными скучноватыми и сероватыми согражданами…

Стрелки на часах над стойкой сходятся наконец-то, отсекая уже вчерашний день и рождая из проклюнувшегося зазора завтрашний, мгновенно превратившийся в сегодняшний, и Игорь Сергеевич, отложив салфетку и аккуратно подвесив последний сверкающий бокал над стойкой, собирается. Касса уже подбита, закрыта, опечатана и забыта. Тяжелые уличные ботинки сменяют рабочие мокасины. Галстук – Игорь Сергеевич надевал его только на работе – змеей сползает с шеи в боковой карман. Раздевалка – сбросить пиджак, надеть любимую куртку, охрана – сдать ключи и помахать ладошкой Лешику, с трудом поворачивающему свое громоздкое тело в крошечной кабинке секьюрити, стоянка – снять сигналку, сесть в машину, завестись, включить печку…

Пока двигатель, прогреваясь, берет ноту за нотой, настойчиво превращаясь из простуженного баса в уверенный баритон, Игорь Сергеевич складывает руки на руле, кладет на них подбородок и упирается взглядом в стенку напротив. Стоит признать, вечер не удался. В какой-то мере он ощущал в этом именно свою вину. Это Игорь Сергеевич предложил собраться в их баре, и среду предложил тоже он, из-за того, что именно в среду у них было меньше всего посетителей. Чего-то так и не хватило, а вот чего именно, он пока никак не мог понять…

А главное, он никак не мог понять, почему эти милые, добрые, не глупые, в общем-то люди, надевали эти непонятные маски, чтобы встретиться с друзьями. И зачем он сам, умный и тонкий собеседник Gogen, умеющий удачно поддеть и вовремя ободрить, каждое утро надевал на себя эту давно наскучившую маску и шел на работу, где изо дня в день только и мечтал вернуться в привычный и уютный чат, чтобы там почувствовать себя самим собой…