Любопытный

Глава 1

Русскому человеку свойственно любопытство. Подойдет, бывало, к иностранцу и давай в того пальцем тыкать. А когда иностранный гражданин начинает свое возмущение выказывать, наш чешет в затылке и говорит: "Надо же, живой"!

Или вот в зоопарке. Ежели на клетке написано "Пожарный гидрант", то обязательно найдется тот, кто будет дергать вас за рукав и восторженно орать: "Вона он, в клетке затаился, сволочь этакая". И напрасно вы будете вырывать руку и пытаться доказать, что нет такого животного на всем белом свете. Лучше сразу дать в ухо, и только тогда любопытный успокоится и ляжет в снег.

Опять же скамейка окрашенная стоит. Немец мимо пройдет, если на той табличка косо приклеено "Окрашено". Наш же не только пальцем тронет, но еще и сядет, чтобы окончательно убедиться. А потом начнет власти костерить, да милиционера звать. А чем ему милиционер поможет? Разве что в отделение отведет и там уже в ухо врежет пару раз. Чтобы в дальнейшем культуру свою мог проявлять и верить тому, что на скамейках написано.

Я к чему вам про все это рассказываю? Вот, на днях в нашем городском театре пьесу по произведению баснописца Крылова ставили «Стрекоза и Муравей». В двух актах и с антрактом. Народу вместе со мной пришло немного. Человек десять. Публика вся наша, с Выборгской стороны. В меру интеллигентная. А на последнем ряду барышня со студентом за ручку держатся. Видно, любовь между ними промелькнула или погреться заглянули в театру эту. На сцене Муравей настоящую драму разыгрывает.

- Не пущу, - говорит, - эту стерву гулящую к себе на зиму. Мол, все лето на танцульках провела, вместо того, чтобы запасы делать. Капусту в бочки закатывать, да грибы мариновать.

А Стрекоза руки-крылья ломает и умоляет того ирода:

- Я, мол, тебе услуги разные буду до весны оказывать, только позволь перезимовать, не дай погибнуть в расцвете своих лет.

Тут в зале встает мужчина здорового телосложения и говорит громко:

- Я от лица нашего кузнечного цеха завода имени «Карла Маркса» требую, чтобы Муравей прекратил разводить тут свою буржуазную демагогию. Стрекоза, сразу видно, просто заплутала в мире чистогана и различных там развлечений. Так что же ее сразу в расход? Баба она видная, и наверняка имеет пролетарские корни. А ежели этот самый Муравей не одумается, то готов взять ее на поруки вместе со всем нашим коллективом.

Тут артист, который Муравья играл, вместо того чтобы согласиться и немного изменить сценарий по ходу пьесы, начал свое возмущение высказывать:

- Если, - говорит, - вы такой умный, то идите и сами здесь муравьев и разных других букашек играйте за тот оклад, что нам тут положен. А я буду делать то, что в пьесе указано и эту заразу на порог не пущу.

Зрители в зале тут же оживились и затеяли спор на тему:

- Надо ли простить загулявшую на одно лето женщину, или пусть она замерзает как в оренбургской степи ямщик.

Барышня со студентиком на последнем ряду, воспользовавшись, паузой начали целоваться. А я встал и сказал.

- Раз мы теперь живем уже гораздо после военного коммунизма, то надо поставить вопрос на голосование.

Но тут на сцену вышел какой-то маленький, толстый человек. Сказал, что он режиссер, и что ежели тут все такие любопытные, то место нам не в театре, а в цирке. И если зрители начнут вносить поправки в утвержденный сценарий, то тогда и Отелло не задушит Дездемону, а Хлестаков возглавит Наркомфин. Поэтому, объявляется перерыв, чтобы артисты могли успокоить расшатавшиеся нервы, а публика может пройти в буфет. Все сразу оживились и забыли и про пьесу, и про Муравья со Стрекозой. А в зале зажгли свет и задернули занавес.

В буфете том всем давали за счет профсоюза по рюмке водки и бутерброду с маргарином. Мы с кузнецом взяли поднос и отошли за колонну, чтобы отметить культурное мероприятие.

Не каждый день в театру эту попадешь. И тут к нам подбежала та артистка, что Стрекозу играла. Взяла кузнеца за локоть и глядя тому в глаза нежно прошептала:

- Спасибо вам за то, что за меня заступились. В первый раз такое со мной произошло. Сразу видно, что вы настоящий мужчина. Джентльмен.

А кузнец засмущался и ничего не сказал в ответ. И долго, долго смотрел, как артистка эта, придерживая крылья руками, убегает за кулисы. А я подумал:

- Хорошо все-таки, когда человек любопытный и неравнодушный. И еще хорошо, что буфет здесь бесплатный оказался. Не в каждом театре такой уровень встретишь.

И мы с кузнецом тогда выпили за Мельпомену. Скульптура такая стояла на входе. А кто она, я, честно говоря, не в курсе. Но обязательно, обязательно узнаю, буду работать над собой и повышать свой культурный уровень. Потому что я тоже любопытный!