Лунные маги: Миры огня и отражений

Глава 1 Дом

В квартире было тихо и тепло, я зябко поёжилась. Только четверть часа назад ввалилась домой с улицы, промёрзшая до самой последней косточки. Целый час проторчала на остановке, но нужный автобус, словно сквозь землю провалился. Утешало одно: я разобралась со всеми запланированными делами и на улицу в ближайшие дни постараюсь не вылезать.

Щёлкнула кнопкой электрического чайника. Кухню озарил синий свет, со дна стеклянной колбы начали подниматься пузырьки. Я обняла нагревающиеся стенки окоченевшими руками. Тело неприятно покалывало, озноб никак не проходил.

Вытащила из сумки новенькую пачку молотого кофе, непослушными пальцами насыпала его в кружку, кинула следом два кубика коричневого сахара. Колдовать над джезвой сил не было, пусть подождёт до утра. Время еще не позднее, и я твёрдо решила почитать купленную на днях книгу. Кружку поставила на небольшой деревянный поднос, рядом — тарелку с блинами. Осторожно ступая, отправилась в комнату прямо к широкому подоконнику. Пристроила поднос на краю, завернулась в тёплый плед и уселась. Попивая кофе с блинами, смотрела на вид, открывающийся из окна с седьмого этажа многоквартирного дома.

В сумерках на улице всё становилось загадочным и таинственным: тёмные силуэты тополей и лип, яркие кляксы фонарей и маячки светофора на ближайшем перекрестке. Сегодня вечером он ушёл на покой и устало мигал оранжевым светом. Небо налилось тьмой, теряя последние полосы ярких цветов. По стенам скользили отсветы от фар, проносящихся по дороге машин. Перевела взгляд на размытый призрачный морок, имеющий со мной отдалённое сходство. Вообще-то, внешность у меня была самая обычная, но отражение размыло контуры лица, русые волосы выбелило, вместо глаз — тёмные провалы. Я показала отражению язык и уткнулась в книгу. Приключения главных героев набирали драматизм и остроту.

Понемногу отогрелась, и меня начало клонить в сон. Нет уж, не спать! Книга очень интересная, долго ждала её публикации и два месяца начала продаж в интернет-магазине. Да и до конца недели другого свободного вечера может и не быть. Заказами завалили: одни уши торчат, и те чуть-чуть, а сумки сами себя не сошьют.

Вздохнула, как же хочется перебраться хотя бы ненадолго в частный дом. За окном густой сад и звёздное бесконечное небо, улица в мягких, искрящихся на солнце сугробах, хрусткий мороз, белый шлейф вьюги за окнами с тёплыми пятнами вечерних фонарей.

Дёрнулась и проснулась, всё-таки уснула с книгой в обнимку. Нащупала телефон, на экране высветилось ровно два часа ночи. Переползла на диван и, свернувшись клубочком, уснула уже до утра.

Под старые любимые фильмы весь следующий день работала, собирая из разноцветных кусков кожи модный рюкзак. Из головы никак не выходила мысль о съёме частного дома, тем более скоро Новый год.

Днём заглянула соседка, мы дружили с того момента, как я поселилась в этой девятиэтажке. Маленькая однушка три года назад досталась мне в личное пользование от дяди, о котором я до того самого дня ничего не знала. Мама с братом не общались больше двадцати лет. И объяснила она это туманно, дескать характер у него был тяжёлый. Других родственников у него не было, ни жены, ни детей.

Сидя на горе мебели на первом этаже, ждала, пока грузчики перетаскают все наверх. Грузового лифта в доме не было, а в обычный, пассажирский влезли только стулья и полки. Мира пробралась мимо моих завалов к лифту, и мы разговорились. И поняли в процессе общения, что она живёт в квартире напротив. Подруга оказалась неоценимым помощником в сборке мебели. С тех пор мы постоянно бегали, друг к другу в гости. Мира работала переводчиком, как и я, на дому.

Я поделилась с подругой своей идеей.

— Вперёд! — оценила Мира идею. — Жаль, что все новогодние праздники я буду разъезжать по родственникам. Вернусь поскучневшая и потолстевшая. Как обычно!

— Жаль, — повторила я и вздохнула.

О количестве родственников Миры, живущих по всей России, я была наслышана. Она всё время на них жаловалась, но очень любила.

— Но! — она подняла указательный палец вверх. — Смогу улизнуть к тебе в гости на Рождество и привезу гору провианта, не одной же мне страдать от переедания!

— Урааа, — заорала я и повисла у неё на шее.

— Уезжаю завтра к родителям в Архангельск. Два дня, для начала, пробуду у них, а дальше видно будет. Обязательно звони, в любом случае, снимешь дом или нет, мне в праздники просто необходима моральная поддержка, — подруга строго на меня взглянула.

— Позвоню! — с энтузиазмом закивала я. — Не сомневайся! Завтра ещё забегу к Нине, оставлю ей запасные ключи. Раз уж мы с тобой такие непоседы!

— Саша, а твои родители, они не будут против, если ты будешь встречать Новый год без них? — деликатно спросила Мира.

— Ох, я тебе не говорила? Они месяц назад продали квартиру и переехали в Краснодар… — развела я руками.

— В Краснодар? — уточнила ошеломлённо Мира.

— Угу, третий переезд за четыре года. Отца снова перевели, — со вздохом пояснила я. — Раньше, до того, как на меня свалилась эта квартира по наследству, мы переезжали всей семьёй. Работу я тоже выбрала под стать, чтобы не зависеть от места жительства. Заказы можно рассылать почтой.

— Перелётные птицы, они у тебя, а ты отбилась от стаи, — засмеялась подружка. — Всё, переводы не ждут, а вот издательство — очень даже с нетерпением, плавно переходящим в намёки на увольнение. Сложные тексты выдали и не по моей обычной специальности, закопалась. Хотя я свою работу не выбирала, само собой как-то вышло, легко учу языки. Ещё в поезде сидеть в обнимку с распечатками и текстами. Главное, чтобы с соседями повезло, в прошлый раз ввалилась в купе весёлая компания студентов, никакой работы, зато не скучала.

Мира убежала домой. Пока не струсила и малодушно не начала сочинять сто причин передумать, открыла ноутбук и набрала в поисковике браузера: снять дом. Весь вечер и часть ночи, отложив работу, изучала варианты и отсылала запросы риелторам. Многие отвечали сразу, что меня сильно удивило, час—то был поздний. Зато к полуночи отсеяла объявления до трёх самых интересных. К утру остался всего один. Старый перестроенный дом в деревне, названия которой я никогда не слышала, а вокруг густой лес. Вода, газ, свет, канализация имелись в наличии и пребывали в исправном состоянии. Пришлось подписать аренду на месяц с 10 декабря по 12 января, но цена вышла на удивление приемлемая!

Позвонила родителям, предупредила, чтобы не волновались, и не надумали ввалиться с незапланированным визитом в гости. Мама полчаса давала наставления по существованию зимой в частном доме. Чистить дорожки, не лить много холодной воды, канализация замёрзнет, осторожнее быть с газовым котлом. Откуда такие подробности знала потомственная горожанка в третьем поколении, непонятно, но я рекомендации запомнила.

После обеда, как и планировала, забежала к подруге раннего детства, садика и школы — Нине. Вручила ключи от квартиры и торт из пекарни возле её дома, превзойти их кондитерские изделия было под силу только бабушке Нины. Вручила лакомство подруге, тут же заловила толстенького рыжего кота, крякнув от его немалого веса, почёсывая за ушами, уселась в кресло. Кот блаженно мурлыкал с довольной мордой, перебирая лапами. Нина выслушала мои новости, недоумённо хлопая глазами.

— Нет, Саш, это, конечно, романтично! Дом на окраине, тишина, звёзды, снег. Тебе не будет страшно одной, вдалеке от города? Ох, я трусиха, ты же знаешь, никогда бы на такое не осмелилась, — Нина смущённо улыбнулась.

— Страшно? Шутишь? Наше движение на дорогах, это страшно, километровые пробки и неработающий лифт, — фыркнула я.

— Ну да, — вздохнула она. — Праздники, насколько я понимаю, ты будешь встречать в одиночестве?

— Ага, Нина, это моя мечта: одиночество, книги и природа! Я её исполню, в следующем году повторю, если очень понравится, или придумаю новую… Отличный план, авантюрный, но по зимнему уютный! Как считаешь? — подмигнула я подруге.

— Не поспоришь, но будь осторожна, — мило усмехнулась Нина. — Ох, а я после праздников поеду к своим на дачу.

— Вместе с котом? — я удивлённо подняла брови.

Кот тоже вопросительно приподнял голову и мяукнул. Характером он был точная копия своей хозяйки — добрый, мягкий домосед.

— Отличный вопрос! Рыжая морда дачу не любит, зато мои родители любят его. Так что не отвертеться, поспит на свежем воздухе, но, в принципе, я тебя понимаю: зимний сад и ёлки в гирляндах под окном, красиво. Мама и бабушка откормят кота ещё больше, назову Шариком. Вместо Рыжика, — она смешливо округлила глаза.

— Отличное кличка! Моя бабушка утверждала, что котов нужно называть именами, содержащими шипящие. Шарик — идеально, — засмеялась я.

— Главное, чтобы родители не перестарались, как бы его Квадратиком называть не пришлось. В этом имени нет шипящих, — посетовала она шутливо.

— Как и во всех остальных названиях геометрических фигур, — покивала я, подхватывая шутку. — Не любили геометры котиков.

— Один любил, и тоже упитанных, — засмеялась Нина. Кот недовольно потряс ушами и забрыкал задними лапами. Я спустила его на пол. — Рыжик, не дуйся, мы не всерьёз! — запричитала Нина. — С меня добавка к ужину!

С Ниной, мы проболтали больше часа, обсуждая, что пригодится в дороге и какие вещи взять с собой, отдыхая в суровой глубинке России. Составили развёрнутый список, уминая торт. Я вернулась домой уже в сумерках и застонала. Сегодня восьмое, боже, у меня всего два дня на сборы.

— Ну, молодец, без приключений, созданных из-за собственной горячности, на ровном месте, никуда! — бормотала я, носясь по дому и в ускоренном темпе собирая чемоданы.

Перед сном села за стол дочертить выкройку. Нервы разгулялись, адреналин в организме зашкаливал, в таком состоянии сложно засыпать, проворочаешься без толку половину ночи. Выключилась примерно два часа спустя физиономией на выкройке. Утром на лбу обнаружились черточки и надпись 150×200мм в зеркальном отражении.

Интересно, это количество мозгов или дури? Очевидно, второе, так как спину ломило, шея от сна на столе не гнулась, сегодня ночью нужно будет нормально выспаться. Завтра полдня за рулём, а мне ещё предстоит доделать срочный заказ. Простонав, заползла крючком в душ, спустя полчаса эволюционировала до прямоходящего человека, засела за работу.

Дошив кошелёк и рюкзак, осмотрела собранное в дорогу. По уверениям риелтора, в деревне существовал магазин, но я всё равно насовала гору еды в один из чемоданов. Кожа, инструменты и тёплая одежда заняли второй.

Десятого с утра я загрузила чемоданы в багажник старенькой Лады и отправилась в новый дом. Добиралась до деревни более трёх часов, с двумя остановками на заправках. Машина заправлялась бензином, я кофе. Путь, на удивление, прошёл без приключений. Асфальтовая дорога местами сменялась грунтовкой, но моя машина без проблем преодолела все ямы и колдобины. Было заметно, что снег здесь расчистили совсем недавно. Последний отрезок дороги вёл сквозь лес, стволы деревьев мелькали за окнами, сливаясь в размытую линию. Солнце так и не выбралось из-за пелены снежных туч.

В час дня я въехала в небольшую деревню, окружённую со всех сторон лесом и засыпанную по самые крыши белым снегом. Пара десятков улиц, небольшой магазин. Риелтор не обманула. Сверяясь с нумерацией домов, добралась до нужного — 28. Он выглядел один в один, как на фото: двухэтажный, кирпичный, с круглым чердачным окном, пластиковые окна, широкое крыльцо под навесом, зелёная деревянная, недавно покрашенная входная дверь.

Настроение активно поползло вверх, мои ожидания оправдались с лихвой. Замечательное жилище, вокруг сосновый лес прямо за забором, перед домом в палисаднике пара небольших яблонь под снежными шапками, морозный воздух с нотками хвои. Я с наслаждением втянула его полной грудью.

Выключила двигатель и, вытащив ключ из замка зажигания, выскользнула из прогретого салона. Поёжилась, мороз к ночи усилился. Натянула вязаные перчатки собственного изготовления и вытащила чемоданы. Захлопнула дверцу багажника, закрыла на ключ. Пикнула сигнализация. Дорожка к дому оказалась прочищена, интересно, кем? Риелтор не произвела на меня впечатление человека, обожающего махать лопатой. Возможно, соседи или хозяева? Загадка!

Спустя пару минут я с чемоданами вползла на крыльцо. Руки отваливались, но лень победила, бегать несколько раз от дома к машине и обратно на морозе желания как-то не было. Достала из рюкзака ключ и ввалилась в прихожую, в прямом смысле слова — ввалилась! Колесо одного из чемоданов зацепилось за небольшой порог, чудом не растянувшись на полу, я замерла, переводя дыхание, и рассмеялась.

— Ловкость рук и чемоданов оставляет желать лучшего. Ох, как я спешу поселиться в новом доме, что в него влетела на всех порах! Хорошо, не носом в стену.

По одному втянула чемоданы в прихожую и поставила у вешалки. Усилий не так уж много, а спина и голова мокрые.

Потопала ногами, стряхивая налипший на ботинки снег, привалившись к стене, стащила обувь и поставила у двери. Беспрестанно оглядываясь, стянула куртку и шапку и повесила на вешалку. Прошла вперёд, узкий коридор вывел меня в комнату, большую, просторную. Справа лестница с резными перилами, ведущая на второй этаж. Три окна, в центре комнаты круглый стол, несколько стульев, разномастные кресла и диван. Пахло чистящими средствами, морозом, пылью и чуть-чуть сыростью.

За окнами постепенно начало темнеть, в углах комнаты сгустились тени. Нашла на стене выключатель, раздался громкий щелчок, под потолком загорелась трёхрожковая люстра с плафонами в форме цветов тюльпана. Подошла к окнам и задёрнула бутылочно-зелёные шторы. Чувствовать себя аквариумной рыбкой малоприятно.

В доме было тепло, я потрогала батарею — горячая. Свет есть, отопление работает, вот и отлично. Осталось проверить наличие воды. Можно, конечно, было сделать это и на кухне, но я решила заодно осмотреть второй этаж. Ступеньки под ногами скрипели на все лады, наверху обнаружились две закрытые двери.

Толкнула первую дверь — спальня! Панцирная кровать, неплохой матрац, комод, кресло, узкий одёжный шкаф и ковёр на полу. Светлые обои, несколько полок на стене у двери. Здесь было прохладнее, чем внизу, второй этаж прогревался медленнее. Ничего, моя флисовая пижама выручала меня не один год в ожидании включения отопления в городской квартире.

Дальше по проходу располагалась ванная: душевая кабинка, раковина, синяя плитка на стенах, серая — на полу. Крашеный потолок белого цвета, ещё одна дверь — санузел раздельный. Подошла к раковине, открыла кран с холодной водой, быстренько отступила на шаг. Вода хлынула ржавым потоком с жуткими хрипами, но постепенно жуткие звуки прекратились, а вода посветлела. Кран с горячей повернула на пару миллиметров: принять душ из кипятка в одежде и на полу — так себе развлечение. Пальцем попробовала воду, горячая!

Затащила один чемодан наверх. Одежда и всё необходимое для любимой работы. Второй остался внизу, там еда и немного кухонной утвари для создания привычной атмосферы. Устала неимоверно, долгая дорога давала о себе знать. Покопавшись в чемодане, нашла пижаму с капюшоном, полотенце и банные принадлежности. Слила воду, дождавшись прозрачности. Душевая кабинка отлично сохраняла тепло, и я наконец-то прогрелась и перестала трястись.

Облачилась в пижаму, вязаные домашние угги. Натянула на голову капюшон. Спустилась на кухню, второй чемодан необходимо разобрать сейчас. Продукты в холодильник, банки с консервами и упаковки с макаронами и крупами рассовала по шкафам. Сахар и кофе поставила поближе, рядом кружку и пару тарелок. Остальную посуду оставила возле раковины, завтра перемою и расставлю по местам. Охая, плюхнулась на стул. Перенесла на стол упаковки с суши. Купила по пути, специально — отпраздновать! Достала смартфон, запустив аудиокнигу, с удовольствием сжевала ужин, на последних укусах отчаянно клевала носом. Зевая, вышла в прихожую, заперла входную дверь, выключила на первом этаже свет. Положила смартфон в карман, под аудиокнигу. Заскочила на пару минут в ванную. Вернувшись в спальню, включила ночник, застелила постель, плюхнулась на кровать и мгновенно уснула.

***

Утро началось в десять, сама от себя подобного финта не ожидала. Вообще-то я типичный жаворонок. Если вставала позже девяти, то большую часть дня бродила как лунатик. За ночь комната прогрелась, я стянула капюшон с головы. Переоделась в спортивные штаны и футболку, отправилась в ванную. Заглянула в зеркало, висевшее над раковиной. Вот так кикимора! Волосы стояли дыбом, едва расчесала. Мягкие и густые, они при каждой удобной возможности превращались в воронье гнездо. Глазищи ошалелые и до сих пор сонные. Чтобы окончательно проснуться, умылась холодной водой. Бросила взгляд в маленькое окошко, а на улице за ночь разыгралась настоящая метель. Ветер кружил снежинки, пригоршнями швыряя в стекло. Значит, сегодня надо браться за расчистку дорожек и машины. Пожалела, что вчера поленилась и не загнала Ладу во двор, но делать было нечего, придётся идти, найти бы только, чем чистить.

Спустилась на кухню, засыпала кофе в джезву, добавила кайенского перца, имбирь и корицу. Вдыхая божественный аромат, перелила в любимую кружку. Минут семь потягивала напиток, таращась в окно на заснеженный лес. Тщательно вымыла кружку и джезву, аккуратно расставила их по шкафам. Пора на улицу. Вышла в прихожую, натянула ботинки и куртку. В кармане нащупала связку ключей, всего их было четыре: один от входной двери и один от ворот. От каких замков были ещё два ключа — пока оставалось загадкой. Щелкнул замок, я распахнула дверь и, спрятав лицо в шарф от ледяного ветра, шагнула на крыльцо. Ступени и дорожку к дому уже хорошенько замело. Я вздохнула, где же искать лопату?

Опустила голову и присела на корточки, на снегу отчётливо виднелась цепочка крупных птичьих следов. Распрямилась, пожала плечами. Рядом лес, и кто-то из пернатых залетел на огонёк. Оглянувшись, заметила в углу крыльца веник. Отлично! Для ступеней в самый раз! Смахнула снег, вернула веник на место и, спустившись с последней ступеньки на дорожку, задумалась. Где обычно хранят лопаты и прочий инвентарь? Ну, конечно же, в сарае! Проваливаясь в сугробы по колено, обошла дом и оказалась на заднем дворе. Неподалёку обнаружился небольшой сарай. Кое-как добралась до него и уставилась на висячий замок на двери. Ха, я предусмотрительная! Извлекла из кармана связку ключей. Один из двух неизвестных — самый ржавый, подошёл к замку. Пришлось повозиться, наконец, внутри замка щёлкнуло, и он повис на открытой дужке. Потянула на себя хлипкую дверь и заглянула в тёмное помещение. Свет, льющийся из небольшого, с мутными пыльными стёклами окошка, едва рассеивал мрак. Я поморгала. Глаза постепенно привыкли к скудному освещению. Разглядела завалы садовой мебели и инвентаря: громоздкие качели, шезлонг, лопаты, грабли, цветочные горшки, ком полиэтилена, старый комод и шкаф с одной дверцей.

О, а вот и лопата для чистки снега! Правда, она была завалена деревянной кадкой и неким железным предметом непонятного назначения. Осторожно ступая и глядя под ноги (не хотелось бы не заметить что-то убойное, например, грабли) добралась до искомого предмета. Потянула, но лопата не сдвинулась ни на миллиметр. Так, деревянная кадка такой тяжёлой быть по определению не может… присмотрелась к железяке. Узнала древние тиски с небольшой наковальней, прикрученные к куску толстенной деревяшки. У деда в гараже стояли похожие, весили они приметно тонну. Поудобнее перехватила древко лопаты и, раскачивая, понемногу освободила из-под тисков. Звучит-то как! Героическое спасение лопаты! Улыбаясь, вышла из сарая, взвалив снегоочистительный инвентарь на плечо, сделала несколько шагов. Нога провалилась в снег, меня повело, лопата перевесила, и я спиной завалилась в сугроб. Лопата шлёпнулась рядом с моей головой. Задыхаясь от смеха, кое-как встала, отдышалась, подхватила лопату и за ручку волоком потащила за собой. Взмокла как мышь. Перед глазами кружились цветные пятна.

Не очень умело, но справилась с чисткой дорожки. Машину тоже пришлось обмести специальной щёткой, невесть, сколько без дела лежащей в багажнике. Подаренной мне родителями два года назад Ладой, я пользовалась очень редко и неохотно, предпочитая передвигаться по городу общественным транспортом. Раскрыв ворота, загнала машину во двор и спрятала под брезентом.

Бегом понеслась в дом, ух, замёрзла ужасно, да и аппетит разыгрался зверский. На скорую руку сотворила макароны с луком и сыром. Умяла в минуту, запивая мятным чаем, сытая и довольная, прошла в гостиную. Позвонила родителям, с восторгом обрисовала своё житьё. Папа был на службе, а мама очень даже впечатлилась. Точно говорю, столько сдавленных от недовольства охов от неё я слышала в прошлом году, когда свалилась с жесточайшим гриппом. Они с отцом выбирали в Краснодаре квартиру, и мама лечила меня дистанционно, по видеосвязи.

Включила продолжение аудиокниги и до темноты кроила и шила. Около одиннадцати, зевая, искупалась и завалилась спать.

Глава 2 Сосед

Разбудили меня странные звуки, доносившиеся с улицы. Я хотела было вскочить с кровати, но запуталась в одеяле и, прыгая на одной ноге, добралась до окна. Отвела в сторону ситцевую занавеску и выглянула на улицу. Мимо моего забора по кромке леса шёл парень. Тёмные волосы торчали из-под ярко-синей вязаной шапки, куртка чёрно-белая с капюшоном. Сугробы там были местами высотой в треть забора. Он рукой опирался о доски, чтобы не упасть, как раз благодаря такому способу передвижения, и издавал глухие стуки, которые меня разбудили. В снегу он был вывалян с ног до шапки. Эдакий ходячий снеговик.

Уж не знаю, что щёлкнуло в моей голове, но я, швырнув одеяло на кровать, слетела на первый этаж и прилипла к окну на кухне. Доски забора были прибиты не встык, а с широкими зазорами. Почему-то очень захотелось рассмотреть парня получше, таращась сквозь стекло, я удивленно подняла брови. Никого на улице, ни у забора, ни у леса не было! Куда это он делся?

Обежала все окна на этажах, парень, что испарился. Куда, интересно? Или действительно в лес удрал? Любопытство разыгралось не на шутку. Разглядела из окна второго этажа калитку, ведущую в лес, вчера я на неё не обратила внимания. Хм, заодно и к ней дорожку почищу, всё равно собиралась…

Но к моей досаде, любопытство пришлось поумерить. Куртка и шапка у меня были в одном экземпляре и со вчерашней чистки, не высохли. Эх! Повесила их на спинку стула, и приставила его к батарее. Уютно устроившись в кресле, сосредоточившись, хоть и не сразу, на работе, дошила последний заказ. Неожиданно на это ушло много времени, так как выкройка была с подвохом.

Ближе к обеду, написала в мессенджере Мира, отчиталась, что добралась до родителей, в добавок, забросала меня вопросами о доме. Я старательно и подробно отвечала, прикрепив к сообщению несколько фото. Подружка оценила и одобрила, на том и простились.

Дошив сумку, посмотрела на часы. Ничего себе! Половина пятого! Перекусила сыром и салатом, чтобы не скончаться от голода и, попивая мятный чай, неторопливо занялась приготовлением ужина. Закинула картофель и кусочки тыквы в духовку, настрогала овощной салат, сунула его в холодильник. Вернусь с улицы, ужин как раз будет готов, но плюс в том, что к этому времени подсохла и верхняя одежда.

Снег на улице до сих пор шёл, но мелкий, ветер успокоился. День понемногу угасал. Прочистила лопатой дорожку к задней калитке, она оказалась закрыта на хлипкую металлическую щеколду. Смахнув снег, отодвинула засов и вышла прямо в хвойный зимний лес. Вдыхая морозный воздух, наполненный ароматом смолы, прошла вперёд вдоль забора. Ага! А вот и следы! Снег днём не шёл, мне повезло, правда, пока я топала к калитке, крупные снежинки закружили в воздухе. Значит, мне парень вовсе не спросонья примерещился, я точно его видела. Полазила туда-сюда по сугробам, высматривая другие следы, и выяснила, что замеченный мной с утра незнакомец действительно утопал в чащу.

Далеко, по следам, я не решилась забираться, шляться по лесу в сгущающихся сумерках, глупость несусветная. И я, вернувшись к калитке, двинулась к дому. Свернув за угол, отряхивая одежду от снега, подняла глаза и замерла. На ступеньках крыльца кто-то стоял. Я присела и тихо подкралась ближе. С какого перепугу начала разыгрывать шпиона, не понимала сама, но, тем не менее, затихарилась у высоких перил, разглядывая посетителя. Невысокий дедок в ушанке набекрень, валенках и тулупе. Почувствовала себя кретинкой и идиоткой, тоже мне, развела секретность на пустом месте. Крадучись, вернулась за угол, громко покашляла и печатая шаг, промаршировала к дедку.

— Вечер добрый! — гаркнула я.

— Ой, девонька, так это ты здесь живешь-то теперь? — вытаращился дедок на меня.

Кивнула и незамедлительно с шапки свалился небольшой сугроб.

— А-то я и смотрю, вчера в окнах свет. Вот решил зайти, у нас тут редко жильцы-то объявляются. Чаще шантрапа местная хулиганит, вот и пришёл, глянуть. Надолго приехала?

— Я сняла дом на месяц! — отчиталась я.

Дед удивлённо похлопал глазами, вздохнул, переспросил:

— На месяц? Ты одна, что ль? — дождался моего утвердительного кивка и пробурчал: — Ну коли так, буду приглядывать за тобой. Если что в доме не будет фурычить, обращайся, подмогну. Кузьмичом меня кличут. Живу вон там, — он махнул рукой. — Отсюдова через пять домов.

— Обязательно! Спасибо! — заверила я его.

Он что-то пробормотал под нос и, прихрамывая на левую ногу, начал спускаться с крыльца, почёсывая шею. Звук вышел престранный, словно наждачкой по железу провели. Нас с Кузьмичем теперь разделяло расстояние не более двух шагов, я повела носом, от него ядрёно пахло табаком и сеном.

— Ой, подождите, — опомнилась я, не стоило упускать источник полезной информацией, тем более, если он явился сам. — В деревне есть почта?

— Почта-то? — удивился моему вопросу мужичок. — Есть! Как же не быть. От магазина, ежели к нему лицом стоять, три дома направо.

— А магазин каждый день работает? — продолжила я допрос.

— Ага, ага, кажный! — покивал Кузьмич. — Токма, когда Людка товар принимает, закрыт, поди, вторую среду значится, а так с десяти и до шести, — он пожевал губами, потоптался на месте и, махнув рукой, похромал к калитке.

Застыв у крыльца, я смотрела ему вслед. Он явно хотел сказать ещё что-то, но передумал. О чём же интересно? Кузьмич вышел за калитку и зашаркал вдоль улицы, а вскоре и вовсе исчез из виду.

Я немного постояла на дорожке, наслаждаясь свежестью зимнего вечера. Один за другим зажглись фонари. Снег вокруг засверкал оранжевыми искорками. Взглянула на телефон, уже пробило семь часов, но уходить с крыльца не хотелось. Возникла гениальная идея. Забежала в дом — на кухню, заварила в чайнике свежий чай, прихватила конфеты и теплый плюшевый плед.

Вернулась на крыльцо, накинула на плечи, поверх куртки плед. Прислонилась спиной к перилам. Таращилась вокруг, на улицу и лес, пока густели зимние чернильные сумерки. Неторопливо жевала конфеты, неловко разворачивая фантики пальцами в перчатках, запивая крепким чаем. Пухлые снежные облака низко нависали над печными трубами, торчащими из крыш деревенских домов, они казались игрушечными, в некоторых окнах горел свет, выплёскивая на снег квадратные оранжевые лужицы. Я наслаждалась каждой секундой, но мороз крепчал, снегопад усилился. Чай вскоре закончился, а я уже не чувствовала пальцев на руках и ног от холода. Всё, снежное чаепитие окончено, работать и спать!

***

Проснулась опять поздно, до чего меня довёл свежий воздух, но голова на удивление была ясной. Покофейничала и решила выйти в народ, точнее, в магазин и на почту. Докупить хлеба, овощей и отправить заказы. Пришлось задержаться на полчаса, вытрясая из клиентов адреса, клятвенно уверяя их, что почта не подведёт и ничего не потеряет.

Ночью снег не шёл, что меня удивило, вечером сыпал всерьёз, но порадовало, чистить дорожки с утра мне не пришлось. Помахивая бумажным пакетом с упакованными на отправку заказами, двинулась вдоль улицы. Людей у домов было немного, и большинство не обращали на меня ни малейшего внимания, взрослые чистили дорожки, дети играли в снежки и строили крепость. Тянуло шашлычным дымком. Пара старушек и женщин со мной поздоровались, провожая после любопытными взглядами.

Добралась до нескольких обледенелых ступеней, ведущих в магазин, с превеликой осторожностью вскарабкалась на верхнюю ступеньку и нырнула в дверь. Огляделась. Обычный сельский магазин: широкий прилавок с кассовым аппаратом и терминалом, полки вдоль стен, заставленные товарами, и пара витрин-холодильников. Выбор необходимых продуктов был неплохой.

И продавщица за прилавком — одна штука. Симпатичная девушка лет двадцати семи. Если верить дедку, звали её Людкой. Чёрная коса и карие глазищи. Она, увидев меня, приветливо улыбнулась.

— День добрый! Так это ты поселилась в крайнем доме? — бойко спросила она.

— Разведка донесла? — намекнула я на деда.

Она засмеялась, но не стала отнекиваться.

— Ещё как донесла! У нас новые люди редкость. Вот и рады любой теме для болтовни. На месяц?

— Угу… просто не привычно такое внимание, — пожала я плечами.

— У нас каждый приезжий, событие, привыкай! Из города? — девушка махнула рукой в сторону въезда в деревню.

— Да, — я скупо кивнула. — Решила пожить в частном доме, отметить праздники на природе.

— У нас хорошо! Чистый воздух, лес, — девушка понизила голос и с подозрением оглядела помещение. Как будто на пяти метрах торговой площади мог притаиться хоть кто-нибудь. За витриной с колбасой, например! Наклонившись над стойкой, прошептала: — Только не слушай глупые россказни.

— Не о призраках ли, невинно убиенных предыдущих жильцах, надеюсь? — шёпотом спросила я, решив немного подыграть девушке. Она натянуто хихикнула, выдерживая паузу, явно намекая на то, что я попала в точку со своим предложением. — Да ладно? — наигранно удивилась я. — Быть такого не может!

— Ну хорошо, расскажу, — продавщица вздохнула. — Не в твоём доме, конечно, в лесу, пропало несколько человек. Один летом, в самом начале, и один в сентябре. Первого, со стороны нашей деревни особо и не искали, так опросили местных и испарились. Думали, раз охотник, то мог далеко уйти и заплутать, а вот второго мужчину, искали всей округой. Полиции понаехало, и несколько дней лес вдоль и поперёк прочёсывали…

— Не нашли? — я приподняла бровь. Она отрицательно помотала головой.— Местность у вас в лесах болотистая? — продолжила я расспросы.

Вспомнила, при мне тоже парень в чаще исчез. Вдруг и он пропадёт, а к местным опять полиция пожалует?

— Болотистая, но не рядом с нашей деревней. Дальше, — она махнула рукой. — У Веселок. Это километров восемьдесят.

— М-да, тащиться далеко, — протянула я.

— Зачем? — не поняла продавщица.

— Чтобы утопиться в болоте! — пожала я плечами.

Она ошеломлённо похлопала глазами. Я прикусила язык, ну, что за характер у меня ершистый! Что бы сменить тему разговора, достала список продуктов из кармана и начала диктовать, улыбаясь и расточая комплименты ассортименту магазина. Девушка оттаяла, ловко собрала покупки в пакет и вручила мне. Я поднесла смартфон к терминалу, он ожил, но тут же завис. Спустя минуту томительного ожидания, связь с банком появилась, я получила чек. В магазин вошла семья с двумя детьми. Дородная мать семейства не сводила с меня глаз, по инерции одёргивая детей, которые носились по залу, отец буркнув что-то продавщице, замер у полки с вениками для бани.

Я, пробормотав здрасти-досвиданья, подхватила пакет и поспешила на улицу. Отсчитала три дома справа и точно: почта! Внутри царила тишина и полная клиентская безлюдность. Тётенька в окошке с увлечением читала роман в бумажной обложке. Я быстро отправила посылки. Всегда бы так! И пустилась в обратное путешествие.

Пакет из магазина, с каждым шагом становился тяжелее, однако я, пыхтя, как паровоз, упрямо топала домой. В голове крутились слова продавщицы. Люди, значит, пропали? Узнать бы подробности. Ну, а на что, скажите на милость, нам человекам дан интернет?

Сгорая от любопытства, разогрела вчерашнюю картошку и, хрустя солёным огурцом, открыла поисковик в телефоне. Задумалась, как правильно набрать запрос. В конце концов, напечатала: деревня Лужки, пропавшие люди.

Пока страница местной газеты загружалась, обдумывала, на какую букву ударение в названии деревни интереснее звучит? Лужки или Лужки?

Сайт загрузился с трудом, дважды пришлось обновлять, интернет трудится, не желал. Нашла выпуски местной газеты за сентябрь. Одна мааааленькая заметка на второй странице. В деревне… угу… пропал… не найден. Если, по утверждению продавщицы, новое исчезновение наделало больше шума, то искать в газете информацию о первом пропавшем бессмысленно. Подумала и всё же просмотрела все выпуски с конца мая. Вообще ничего!

Невидящим взглядом таращилась в окно и быстро сфокусировалась на тёмной точке у кромки леса. Знакомая шапка, парень вернулся! Не пропал, значит. Молнией вылетела в прихожую и, одевшись, натянула сапоги. Заперла входную дверь и помчалась к калитке. Распахнула… и со всего размаха врезалась в вышеупомянутого обладателя синей шапки, он оказывается уже до неё добрёл, а я, с разгону, не заметила. Мы вместе, обнявшись, улетели в сугроб.

— Ой, вот это было неожиданно, — донёсся до меня смеющийся низкий мужской голос.

Я забарахталась в сугробе, пытаясь подняться. Сильные руки обхватили меня за плечи. Едва переводя дыхание, отплёвываясь от снега, я замерла, подняла голову, наткнувшись на ехидный взгляд чёрных глаз и покраснела.

— Замри, — приказал мягко парень. — Если, конечно, ты зачем-то не пытаешься добраться до дома по сугробам вплавь.

Я уразумела, что он говорит не сразу, но как только слова обрели смысл, фыркнула и отмерла.

— Не любитель я экстремальных видов зимнего спорта! — заверила я его.

Парень легко поднялся на ноги и поставил меня рядышком. Я его, наконец, хорошо рассмотрела. Высокий, подтянутый, широкие плечи, чёрные взлохмаченные волосы, тонкие черты лица, ироничная ухмылка. Лет двадцати восьми, тёмно-карие глаза также пристально осматривали меня. Синяя шапка валялась в сугробе. Я подняла её, отряхнула и, смущённо потупившись, протянула парню.

— Я здесь живу, временно, заметила вас вчера у забора, — сказала я, махнув рукой на дом.

Парень кашлянул, маскируя смешок.

— Давай на «ты», странно слышать столь возвышенное обращение. Замечательно, что ты живёшь в этом доме, значит, мы ближайшие соседи, а я живу вон там, у нас общий забор, — указал он на кирпичный одноэтажный дом, с мансардой, действительно рядом с моим.

Я искренне улыбнулась и протянула ему руку.

— Договорились. Приятно познакомиться, сосед, меня зовут Александра, — мы пожали руки. Вернее, мокрые, замёрзшие передние конечности. Перчатки парня торчали из кармана его куртки, а я свои, в спешке забыла дома и опять с ног до головы, вывалялась в снегу. Не одна на этот раз, да и без лопаты. Достижение!— К тому же, дружеское купание в снегу очень сближает.

— Даниил, — вежливо представился парень. — Или Данн.

— Очень приятно! Любишь прогулки по метровым сугробам в заснеженном лесу? — уточнила я.

— Пойдём, провожу домой, здесь снега по пояс, — он подхватил меня под руку, не ответив на май вопрос, развернул лицом к калитке и подтолкнул вперёд. На автомате я прошла по сугробу несколько шагов, но снова остановилась, пытаясь хоть немного отогреть пальцы, пряча их в длинных рукавах свитера.

— Надеюсь, у нас в лесу больше никто не пропал? — спросила я заинтересованно, неожиданно даже для себя.

— Вроде бы нет, а что, были случаи? — уточнил удивлённо Данн.

— Ты что, не знаешь об этом? Двое людей пропали здесь, в лесу в июне и сентябре, — просветила я парня.

— Да? Как интересно? Уверяю тебя, я об этом не имел никакого понятия, — покачал он головой.

— Это я уже сообразила. Но не поняла, почему, ты, о пропавших людях не знаешь, — сощурилась я подозрительно. — Ты ведь в деревне живёшь, а мне в первую же вылазку в магазин все поведали! В подробностях!

— Вот оно что, очевидно, я не располагаю к доверительным откровениям, в отличие от тебя, — развёл он руками.

За разговором Данн довёл меня до крыльца моего дома и замер у нижней ступени.

Глава 3 Чердак

— Тебе лучше побыстрее вернуться в дом, мороз крепчает. До скорой встречи, соседка, — парень ехидно кивнул и был таков.

Даже моргнуть не успела. Умеет же человек мгновенно исчезать, талант. Вздохнула, глядя на пустынный двор: в престранном режиме проходят мои знакомства с жителями деревни. Покадрово, как в фильме. Потопала ногами, сбивая снег с сапог, не помогло. Взялась за веник, по-хорошему, им нужно было промести всю меня, да помощник сбежал. Более-менее почистившись, нырнула в дом. Прямым ходом помчала к холодильнику. М-да, с таким зверским аппетитом выкачусь через месяц отсюда колобком.

После перекуса взобралась на второй этаж и, случайно подняв взгляд наверх, разглядела в потолке люк. Чердак! Встала прямо под ним и осмотрелась, но ни лестницы, ни стремянки не увидела. Прошлась мимо комнаты и ванной в раздумьях. Спустилась на первый этаж и в прихожей, в самом темном закутке за дверью обнаружила стремянку. Не искала бы специально, никогда не нашла. Высокая она была, больше двух метров, и легкая.

Она нещадно гремела при каждом шаге, но я не обращала на это внимания, меня захватил азарт исследователя, спавший до сего дня на задворках моего подсознания. Установила стремянку под люком, залезла, передвигаясь боком, толкнула крышку, она легко поддалась. Спустя несколько минут позора, пока я по-пластунски перелазила с лестницы, опасаясь, что при любом неловком движении загремлю вниз, я оказалась на чердаке.

Пыль царствовала здесь всюду и повсеместно. Пыльные коробки на пыльном полу, пыльная мебель под пыльными простынями, всё это едва освещал пыльный свет, просачивающийся на чердак сквозь пыльное круглое окно. Прошла вперёд, осторожно коснулась верхней коробки, приподняла крышку и заглянула внутрь.

Старые пожелтевшие газеты, присыпанные слоем открыток с букетами ярких, пышных цветов — у бабушки похожие видела. Подняла глаза и испуганно шарахнулась в сторону, передо мной мелькнул размытый силуэт. Я сфокусировала зрение, нервно засмеялась, отдышалась, опираясь рукой о стопку коробок. Да это же просто зеркало!

Сняла верхнюю коробку. Заглянула в следующую: альбомы с пожелтевшими фотографиями и книги. Чихнула, с мебели взметнулось сизое облако пыли. Глаза заслезились. Но главное было, что мне попалась отличная добыча! Схватила коробку, и вернулась к отверстию в полу чердака. Шмыгая носом, кое-как спустила её на широкую ступень стремянки и полезла вниз, руками держалась за раму люка. Ногами нащупала следующую ступеньку. Стремянку тряхнуло. Я замерла в нелепой позе и, контролируя каждое движение, едва дыша, спустилась с чердака. Стащила коробку и, беспрестанно чихая, до звона в пустой голове, занесла ее в спальню. Кое-как протёрла пыль с крышки влажными салфетками. Осмотрела себя и нервно хихикнула, я вся перемазалась в пыли и паутине. Охая и причитая, я прихватила сменную одежду, искупалась и вернулась на кухню за чашкой ароматного кофе. Поднялась в спальню, включила настольную лампу, принесённую из гостиной, села на пол у коробки.

Достала первый альбом. Хрупкие, ставшие нечёткими от пролетевших десятилетий снимки незнакомых людей. Родственники, друзья, дети, старики, свадьбы, школьные фотографии, праздники.

Интересно, это альбомы с фотографиями одной семьи или собрание многих, связанных лишь старым домом? Надписей под снимками нигде не нашла, да и по лицам было этого не понять. Вытащила несколько снимков, на обратной стороне тоже пусто. Отложила альбом, взяла следующий: тяжёлый, обложка обтянута зелёным бархатом с металлическими углами, снова фото — жизнь, пойманная на объектив фотоаппарата. Полистав альбомы, осмотрела книги.

Несколько томов классики, одна кулинарная — без обложки, с ятями. Открыла её примерно на середине.

— Голуби жареные, — прочитав название рецепта, округлившимися глазами уставилась я в книгу. — Кулинария для котов, что ли, хм… нет, ещё рецепты мыла, кремов, м-да, нет для человеков…

Толстенный том переплетённых выпусков какого-то журнала, а в самом низу лежало что-то чёрное и меньшего размера, чем книги. Шкатулка деревянная, с цветами и листьями, вырезанными на крышке и по бокам. Тонкая работа. Попыталась открыть, вот только замка не нащупала. Крутила шкатулку в руках минут десять и совершенно бес толку, пока случайно не надавила на крышку. От нажатия, она откинулась, а внутри лежала страшненькая, сантиметров пять размером, тряпичная кукла, сшитая из лоскутков с пуговичными глазами. Потыкала в неё пальцем, ох, наверное, для какого-нибудь колдовства. Передёрнула плечами, не понравилась мне эта находка, захлопнула крышку и поставила шкатулку на пол. Альбомы и книги (кроме экстремальной кулинарии) положила обратно в коробку. Завтра верну на чердак.

Попыталась подняться, со стоном потёрла поясницу. Слишком долго сидела в одной позе. Потянулась, помахала руками.

— Всё, уважаемые тайны, займусь вами завтра! — пообещала я, и налопавшись под книгу конфет с имбирно-лимонной начинкой, уснула под завывания ветра за окном.

Проснулась в темноте от странного шороха. Звук шёл сверху, словно кто-то скрёбся во внешнюю стену дома над моей головой. В комнате резко похолодало, но осознала я это спросонья, не сразу. У меня от озноба зуб на зуб не попадал, хотя, коснувшись батареи, убедилась, что она была по-прежнему горячей. Настороженно прислушалась — тишина. Может, шум мне просто приснился? Отодвинулась от стены и осмотрела ее при бледном свете луны. Стена как стена; обои белые с тонкими серебристыми узорами, едва заметными. Больше ничего и никого. Я сглотнула, накинула на себя одеяло и сунула ноги в угги. Не отрывая взгляда от стены, задом добралась до стоявшей на полу лампы и щёлкнула выключателем. И правда, никого и ничего. Выдохнула…

Под окном громыхнуло, хрустнуло, и нечто врезалось в стекло. Дернулась и от страха чуть не свалилась на пол. Забилась в угол между кроватью и тумбочкой, подальше от окна. Мысли скакали, выдавая панические идеи, я ухватила одну, наименее нелепую, может, это была… летучая мышь? Нет, помотала я головой, даже если они здесь водятся, зимой они спят. Летучая мышь с бессонницей? Закатила глаза, криво усмехнувшись. И почему мне приходит на ум одна чушь? Опираясь о спинку кровати, поднялась на ноги и подошла к окну, но разглядеть в снежной колючей тьме ничего не смогла.

Отлепившись от окна, пошатываясь, доплелась до кресла и шлёпнулась в него, подтянула ноги к груди. Нужно было выйти на улицу и посмотреть, что там приключилось, или подождать до утра… и включить логику. За окном стояла мёртвая тишина, я так уставала первые дни, что засыпала крепко, а сейчас заметила эту особенность жизни в деревни. Ладно, глухая, если подобрать более мягкое определение. Любой звук наверняка разносится на далёкое расстояние и слышен до ужаса отчётливо. Мало ли что где грохнуло, в стекло же, возможно, врезалась птица, а я уже сочинила страшную сказочку. На улицу не стоит выходить, утро ночи мудренее. Потёрла лоб и поискала глазами телефон.

Он остался лежать на полу рядом с коробкой и шкатулкой. Покинув тёплое местечко, подняла его и ткнула в экран, а вот и часы — 2:09. Время подходящее. Как в мультике, можно сидеть и с удовольствием бояться, если так уж хочется!

Плюхнулась обратно в кресло. Какое-то время сидела, сычом тараща глаза во тьму за кругом света от настольной лампы, привыкая к этой тишине, которой никогда не было в городской квартире.

***

Проснулась, свернувшись бубликом на полу, хотя точно помнила — из кресла не вылезала. Одеяло в нём и лежало, а вот я нет, но что самое странное — я не замёрзла, и от ночного холода не осталось и следа. Ломая над этим голову, по-быстрому переоделась, умылась и поплелась на кухню.

В дверь громко постучали, я подпрыгнула и затаилась. Ох, что-то одиночество плохо на меня влияет, нервной становлюсь, шарахаюсь и превращаюсь в соляной столб при каждом шорохе. Несмотря на дельные мысли, на цыпочках подошла к входной двери и прислушалась.

— Александра, у тебя всё в порядке? — донёсся до меня голос соседа.

Я распахнула дверь. Данн с тревогой на лице осмотрел меня снизу доверху, но, не заметив ничего подозрительного, выдохнул и немного расслабился.

— С чего ты вообще решил, что я могу быть не в порядке? — нахмурившись, я уточнила.

— Оденься и выйди во двор, хочу тебе кое-что показать, — попросил он.

Я, не споря, и не задавая лишних вопросов, последовала совету и спустилась за ним с крыльца. Данн завернул за угол дома, а я, приглядевшись, чуть не уселась в сугроб. Челюсть упала, дыхание перехватило. Задняя калитка висела на одной петле, болтаясь на ветру и тихонько поскрипывая. По сугробам возле неё словно стадо слонов пронеслось, разметав снег. Я закрыла рот, открыла, опять закрыла. Только вот весь словарный запас напрочь стёрся из головы.

— Поэтому и спросил, утром пошёл в лес и увидел твою калитку… Саш, ты в порядке? Бледная очень.

Я покрутила пустой головой, мыча что-то несуразное. Парень предупредительно потянул меня за руку.

— Идём, выпьем горячего, крепкого чаю и обсудим происходящее. Считай, что я сам себя пригласил в гости, пока ты не в силах этого сделать, — пошутил он.

— Всё я уже вернулась в нормальное состояние, — прорезался у меня внезапно голос. — Ночью я с улицы слышала какие-то странные звуки и в окно нечто ударилось.

— Примерно во сколько? — нахмурился он.

— Не примерно, я точно могу сказать! — кивнула я. — В два часа и пять или семь минут.

— Так чаем-то меня напоишь? — улыбнулся он озорно.

В тёмных глазах плясали лукавые смешинки, я не удержалась и улыбнулась в ответ.

— Чаем так чаем, прошу, — указала я на входную дверь.

Парень открыл её и, пропустив меня вперёд, вошёл в дом. Мы прошли на кухню, я украдкой рассматривала гостя без шапки и куртки. Высокий парень, стройный, в джинсах, сером свитере с воротником под горло, лёгкая тёмная щетина на скулах. Цитрусовый парфюм, волосы растрёпаны, ух…

— Чем я могу тебе помочь? — спросил Данн.

Смущённо сунула ему в руки хлеб, сыр, доску и нож. Данн увлеченно приступил к сооружению бутербродов. Я занялась чаем, засыпала заварку в чайник. Покончив с совместным приготовлением завтрака, сели за стол друг напротив друга. Некоторое время молча жевали, я не понимала, с чего начать разговор. Данн спокойно пил чай и иногда смотрел на меня. Я же ерзала под его взглядом на стуле, как уж на камнях.

— Что же произошло с калиткой, не знаешь? — спросила я, осознавая — наше молчание затянулось.

— Нет, я осмотрел снег вокруг: никаких следов — ни зверя, ни человека, даже смазанных. Смахивает на то, что на местности в пару метров бушевал небольшой локальный ураган. Налетел, сорвал калитку и расшвырял снег.

— Занимательно, — я задумалась, помешивая сахар в кружке ложкой.

— Калитку я починю, заявление подавать в полицию вроде бы не о чем, — постановил он.

— Это точно, — покивала я и встрепенулась и приложила руку к сердцу. — За калитку заранее спасибо.

— Согласен на оплату чаем, аванс уже выдан, — Данн кивнул на кружку.

— Договорились, — я протянула ему руку, он её пожал.

Мои пальцы утонули в его сухой и тёплой ладони. Покраснев до кончиков ушей, куснула бутерброд. Данн дожевал свой, допил остатки чая и поднялся.

— Пойду, я уже осмотрел калитку: работы на два самореза, прикрутить нижнюю петлю, — заверил он.

— Скажи, если что-то придётся докупить, я… — вскочила я со стула, едва его не уронив.

— Не переживай, мне перешёл от предыдущих хозяев сарай, забитый инструментами и всевозможной скарбовой мелочёвкой, — отмахнулся парень.

— Предыдущие хозяева? — удивленно переспросила, дожевав кусок.

— Да, я купил соседний дом! — сказал он.

— Давно? — уточнила я.

— Два месяца назад.

Я произвела нехитрые подсчёты в уме.

— Аааа, вот поэтому ты и не в курсе… о пропавших…

— Именно, — покивал Данн. — Я чужак и не очень общительный. За продуктами езжу в ближайший город и соседей знаю только в лицо. Ну, всех, кроме тебя. А ты?

— Я сняла дом на месяц, решила встретить праздники в деревне у леса, одна, — и уже к нему привыкла, мысленно закончила я.

— И уже привыкла к дому, — озвучил он мои мысли, ухмыльнулся, заметив удивление на моём лице. — Это видно, в тебе нет неуверенности временного жильца.

Данн поблагодарил за чай и двинулся в прихожую. Оделся, распахнул дверь и, спустившись по ступеням, пошёл к задней калитке. Постояла пару секунд в прихожей и, накинув куртку, рванула следом. В это время Данн внимательно осматривал снег на дорожке. Я, проскользив на корочке снега, затормозила за его спиной. Нахмурившись, парень опустился на корточки, пальцами разворошил сугроб.

— И всё же странно, — бормотал под нос. — На ветер не спишешь, это место защищено забором и лесом.

Я поняла, о чём он, действительно такой сильный порыв ветра возможен только на открытой территории. Высокие деревья обычно их гасят. Человек? Ну, если подумать, можно набедокурить и не оставить явных следов.

— А если это все же был не ветер? — начала я.

— Люди? Да, вполне, стоит лишь обернуть чем-то обувь, тканью, например. — Данн почесал подбородок.

Он прошёл к калитке, я топала следом за ним. Осмотрелся вокруг, вышел из двора, походил вдоль забора, но из-за огромного количества наших вчерашних следов, ничего разобрать не вышло.

— Иди в дом, холодно, — он вздохнул. — Я быстро прикручу петлю.

— Предлагаю доплатить чаем сверх аванса, например, к вечеру? — сказала я, состроив серьёзное лицо.

— Нет, извини, не сегодня, — помотал головой Данн. — После ремонта я уеду в город. Запланированные дела. Завтра утром зайду, если ты не против?

— Не против, только позволь уточнить? Во сколько у тебя начинается утро? — я приподняла одну бровь.

— У меня часов в десять, — он засмеялся. — Нормально такое утро для визитов на чай? Как, по-твоему?

— Совершенно с тобой согласна. До завтра!

Он коротко кивнул, я шутливо присела в книксене. Мы рассмеялись. Данн отправился за инструментом, я в дом.

После обеда впервые за эти дни выглянуло солнце. Комнаты словно залили золотым сиропом, а оконные стёкла украсили морозные узоры. Ветер успокоился. Я взглянула на уличный термометр за окном кухни. Минус семнадцать. От оконного стекла тянуло холодом, я поёжилась и увидела Данна. Быстрым шагом подошёл к калитке, зафиксировал её, подсунув под низ брусок, ввинтил отвёрткой саморезы, вытащил деревяшку и исчез из поля зрения. Я отошла от окна. Вздохнула. Ну и что теперь делать до утра? Заказы готовы и даже отправлены. Книга! Лучший способ — скоротать время и отключить мозг. И вспомнила о коробке с чердака. Нужно вернуть её на место и просмотреть остальные, пока светло. Самое время!

Глава 4 Туманный гость

Немного подумала и, поднявшись к себе в комнату, уложила всё аккуратно, включая экстремальную кулинарию, обратно в коробку.

Прогромыхала вверх по стремянке, поставила коробку на последнюю ступеньку, пихнув руками, откинула крышку люка. Засунула свою ношу на чердак, забралась следом, подняла её с пола, прошла несколько шагов вперёд, поёжилась. Здесь было ужасно холодно, подняла голову и застыла…

В моей опустевшей черепушке беспрестанно крутилась лишь одна мысль — какое счастье, что я отошла от люка. Иначе в доме появился бы второй призрак…

Потому что первый маячил в пыльной, затхлой тишине чердака в нескольких метрах от меня. Мы с минуту пристально разглядывали друг друга. Призрак был похож, на молодого парня лет двадцати с небольшим. Прозрачный, серебристо-белый, туманный…

— Не бойся меня! Ни в коем случае я тебя не обижу! Совершенно безобидный, правда и… да что ж такое, как это лучше сказать, — возопил призрак, всплеснув руками.

Я же зачарованно наблюдала, за его движениями, и смысл слов призрака дошел до моего подвисшего сознания с опозданием.

— Я не боюсь, — ответила я, и произнеся это, внезапно, словно в подтверждение сказанного, успокоилась.

Действительно! Чего бояться, ну призрачный молодой человек, и что? И совсем нестрашный, ни черепа с костями, ни цепей! Только вот ноги мои почему-то не слушаются и сердце ушло в пятки, но это ерунда, с кем не бывает! Ему-то гораздо хуже, он совершенно точно мёртв! Я истерично всхлипнула, выдохнула, глубоко вздохнула, с трудом, но всё же взяла себя в руки и похрипела:

— Ты кто? В смысле был… в смысле…

— М-да, не складывается у нас диалог, — улыбнулся печально призрак.

— И не говори. Беда, просто, — кивнула я, изобразив на физиономии улыбку в ответ. — Тебе обязательно оставаться на чердаке, может нам спуститься на кухню, например? Там как-то уютнее и теплее.

Обхватив себя руками, я вопросительно уставилась на него, призрак взволнованно заколыхался.

— Наверное, могу, — протянул неуверенно призрак.

Он подёргался из стороны в сторону, просочился сквозь пол и исчез. Я почесала нос, чихнула, потопталась на месте, вздохнула и полезла по стремянке на второй этаж. Падать в обморок было поздновато, как и биться в истерике, бегая кругами по дому с воплями. Поэтому я спокойно спустилась с лестницы и вошла в кухню. Призрак вился вокруг пачки с молотым кофе, сияя и пульсируя.

— Интересное ощущение, аромат на меня действует как напиток при жизни. Бодрит! — заявил призрак.

— Бодрит? Занимательно, как ощущается бодрость у призрака? — уточнила я.

— Словно щекотка внутри, вот здесь, — призрак задумался и указал рукой на район прозрачного солнечного сплетения.

— Давай знакомиться, раз уж встретились так внезапно. Моё имя, Александра Давыдова… — я улыбнулась, кивнула.

— Олег Герасимов, — призрак неожиданно потерял четкость очертаний и сгустившись в тёмную бесформенную тучу, стек на столешницу.

— И давно ты… — брякнула я и запнулась, не понимая, как деликатно спросить парня о дне его смерти.

— Какое сегодня число? — уточнил он, поняв, что я хотела спросить.

— Шестнадцатое декабря, — подсказала я.

— Ого! Вот как? Я помню лишь десятое число, — призрак принял антропоморфную форму. — Утром я заехал на несколько пар в институт, пообедал в кафе у дома, и до ночи проявлял фотографии, я фотограф-пейзажист. Именно десятого планировал доделать заказ, поэтому число помню точно. После, чердак. Нет, нет, чердак был позже. Лес, вот первое, что всплывает в воспоминаниях. Тёмный, заснеженный, холодный лес. Было страшно, неуютно и ощущения странные, я тела не чувствовал. Как только попытался понять, что происходит, услышал хруст, дёрнулся в сторону и пролетел сквозь дерево, запаниковал, понёсся вперёд, врезался в калитку. Всё вокруг укрывал снег… удар! Я совсем не соображал. Очнулся уже на чердаке, увидел себя в зеркале, и обмер от страха. Я призрак! То есть мертвец! Метался, не понимая, что делать, а тут ты появилась…

Вот значит, что за птица врезалась ночью в стекло. Калитка, снег, угу, а это всего лишь призрак. Ха-ха. Всего лишь призрак… Боже! Пытаясь предотвратить истерику, помассировала виски. Как же всё перевернулось вверх тормашками. Я взглянула на призрачного парня. Да и ладно, перевёрнутый мир, ничуть ни хуже привычного. Олег, значит, ничего о собственной смерти не помнит. Возможно, парень новый пропавший? Так, стоп, если он умер в лесу, то его тело до сих пор там? Боже, ужас какой! Ну, ему об этом лучше пока не говорить, парень и так расстроен, не хватало моей истерики. Я откашлялась и спросила:

— И всё, больше ничего? — уточнила я. Призрак горько вздохнул и помотал головой. — Не помнишь, где именно находится это место в лесу? Где ты, ну… очнулся таким, бестелесным? — Он вздохнул ещё горше, скуксился и отрицательно помотал головой. — Понятно, — я расправила плечи и решилась на авантюру, впрочем иного выбора у меня и не было. — Идем в лес, пока светло и снег закончился. Попробуем поискать вместе, может, там найдём какие-нибудь подсказки. В любом случае нужно с чего-то начать. Подожди здесь, пожалуйста. Я на минуту, только переоденусь!

Стараясь не думать о предстоящем тревожном предприятии, ворвалась в спальню, натянула два свитера, лыжные брюки и теплые толстые носки. Сбежала вниз по лестнице. Призрак плавал вверх-вниз вдоль перил лестницы.

— Ты правда согласна мне помочь? — смущенно поинтересовался он.

— Согласна? Не сомневайся! Выдвигаемся, — я удивлено подняла брови и фыркнула.

Конечно, обнаружить тело — малоприятный опыт, но бормотать в полиции о призраке на чердаке тоже не вариант, а так хоть будет что им предъявить. Закусив губу, решительно отбросила смятенные мысли, обула сапоги, обмотала шею шарфом, натянула шапку и куртку. Выскользнула из дома, призрак парил следом за мной. На солнечном свете и покрывале белого снега его почти не было видно. Так, лёгкое, невесомое дрожание в воздухе. Распахнула отремонтированную Данном заднюю калитку и углубилась в лес. Вспомнив о Данне, пожалела, что его нет дома. Уверена, он бы не отказался помочь.

— Давай всё-таки подумаем! Ты двигался прямо, криво? И откуда примерно? — окликнула я призрака.

— Вроде бы да, — оглянулся вокруг Олег. — Я не помню, совсем не соображал, что происходит.

— Значит, идём пока прямо! Нужно же с чего-то начать, — решительно заявила я.

Из-за здоровенных сугробов двигались медленно, отошли на десяток шагов от забора, наконец-то обнаружили узкую протоптанную тропинку и углубились в чащу. Примерно час мы с призраком прочёсывали лес, осматривали снег, рыскали вокруг деревьев. Я вымоталась невероятно и устало привалилась в сосне, поправила сбившуюся шапку, заправив под неё прядь мокрых волос. Упарилась я от метаний по лесу. Парень завис рядом, пробормотал:

— Подожди здесь, я попробую найти место сам. Мне сугробы не помеха. Прости, что не подумал об этом сразу. Никак не привыкну к новому состоянию, но уже начинаю находить некие плюсы призрачного существования.

— Хорошо, не оправдывайся, я прекрасно это понимаю, — кивнула я.

Призрак, огибая деревья, блеклым росчерком, неторопливо поплыл вперед. Лес понемногу укутывали зимние сумерки, тени удлинились. Прошла уже, как мне казалось, целая вечность, а призрак не возвращался. Я начала промерзать, потопталась вокруг дерева, попрыгала, обнимая себя за плечи. Наконец прозрачный силуэт вынырнул из лесной чащи.

— Нашёл кое-что. Вон там, скорее, — донёсся до меня его взволнованный голос.

Он нырнул во тьму, а я внутренне сжалась, хотя не могла не отметить, что для призрака, обнаружившего собственное тело, он выглядел слишком довольным и взбудораженным. Дрожащими руками достала смартфон из кармана куртки и включила фонарик, пятно света заплясало по стволам сосен. Я проследовала за парнем, спустя пятнадцать минут призрак затормозил в центре круглой полянки. Подошла ближе, посветила вперёд, он завис над сугробом.

— Вот здесь, в снегу, я чувствую что-то, принадлежавшее мне.

— Это не…

— Не моё тело, — уверенно и на удивление спокойно покачал он головой. — Я понял, о чём ты подумала.

Когда я подошла ближе и стащила с руки перчатку, призрак утёк в сторону.

Я запустила в сугроб руку и пошарила в снегу. Пальцы тут же заледенели, но спустя секунду на что-то наткнулись. Крепко схватила предмет и вытащила. Фотоаппарат: тяжёлый, с разбитым объективом и штатив. Я растерянно оглянулась. Тьма вокруг сгущалась с каждой секундой, сильнее, а я понятия не имела, куда теперь идти, где дом? Парень, кувыркаясь над моей головой, понял, что меня тревожит, и поспешил успокоить:

— Не переживай, я тебя выведу к дому. Знаешь, а быть призраком не так уж и плохо. Полёты — самое здоровское. И это точно моя камера. Объектив совсем новый, жаль.

Я только головой покачала, неунывающий парень. Обратный путь изрядно потрепал мои нервы. В обнимку с камерой, сложенным штативом и телефоном я неслась вперёд. В лесу сгустилась непроглядная тьма, из-за туч выплыла полная луна. Деревья укутала серебристая дымка, подчёркивая сияние снега. Ко мне со всех сторон тянулись чернильные изломанные тени деревьев. Призрак, мелькающий над моей головой, идеально вписывался в картину ночи, я прибавила ходу. Вскоре мы добрались до дома, призрак периодически взмывал над вершинами сосен, проверяя, в правильном ли мы двигаемся направлении. Фонарик телефона замигал, я взглянула на экран, батарейка на нуле и тут же упёрлась в деревянный забор. Добрались. Едва переставлять ноги, ввалилась в дом.

Прошли в гостиную, первым делом я переоделась и замоталась в два пледа. Поставила камеру на стол. Парень обосновался в гостиной у окна, я забралась в кресло, зевнула и потёрла щеки. После прогулки по морозу лицо горело, и в глаза, будто песок засыпали. Ужасно клонило в сон, но я мужественно поморгала и взглянула на Олега.

— Что делать с камерой?

— Объектив разбит, нужно нажать на кнопку, потом провернуть его и снять.

Я в точности повторила порядок действий, осторожно положила объектив на стол. Олег подлетел ближе, осмотрел камеру и застонал:

— Бесполезно, она разбита и внутри. Попробуй вытащить карту памяти.

Я отодвинула защитную крышку и щелчком извлекла карту. Она вся промокла, на поверхности виднелись капли растаявшего снега.

— Давай попробуем один способ!

Кинулась на кухню и достала из шкафа неглубокую миску и пакет с рисом. Сыпанула крупы в миску и закопала поглубже карту.

— Пусть сохнет, а я спать. Валюсь с ног! Ты…

— Полетаю в лесу немного, обследую все вокруг, осмотрю деревню, может, еще что-нибудь важное обнаружу.

— Не перепугай местных!

— Постараюсь, — ехидно пообещал он и выплыл сквозь окно.

Я поднялась в спальню, бросила пледы на кресло и нырнула под одеяло. На удивление, спала крепко, без сновидений.

Утром сквозь сон услышала шорох с первого этажа, призрак, стало быть, вернулся. Одним глазом покосилась на часы и моментально проснулась. Ого, уже восемь утра. Открыла второй глаз, хотела было поваляться ещё чуть-чуть в кровати, но неуёмное любопытство погнало вниз. Беспрестанно зевая, прошаркала на кухню. И офонарела!

За столом восседал Данн. На диво бодрый и свежий: мягкая улыбка, светлая рубашка, тёмные брюки, гладко выбрит. Над ним, переливаясь на солнце, вился призрак.

— Ну, ничего себе, — возмутилась я от неожиданности. — Данн, ты как сюда проник, а главное, — я ткнула пальцем в призрака. — Вы что, знакомы?

— Уже да, — просиял призрак и слегка побледнел. — Я налетел на него ночью…

— А ты привидений не боишься? — ехидно поинтересовалась я у гостя.

— Как и ты, — фыркнул он.

Я смущённо почесала кончик носа.

— Подловил.

Подошла к столу и плюхнулась на стул.

— Рассказывайте, — кивнула я им.

— Я полетел ночью в лес, — затараторил призрак. Данн встал и поставил на плиту джезву, засыпал кофе и залил водой. — Летал долго, но так больше ничего и не нашёл. Своего…

— Поняла.

— Отправился в деревню и обследовал несколько чердаков. Направился к соседнему дому, понял, что внутри никого. Скользнул сквозь стену, осмотрелся…

— Тут в дом ввалился я, — продолжил Данн, ставя передо мной кружку с ароматным напитком. — Не понял только, кто кого больше испугался.

— Забыл немного, что я призрак, — смутился парень и залился сизой дымкой.

— И я не привык к призракам в доме, — он вздохнул. — Потом мы познакомились и поговорили. Олег…

— Я рассказал о том, что ты мне помогаешь, и о камере, — закончил призрак. — Входную дверь закрыть вчера ты забыла, а мы решили тебя не будить.

Я с ужасом вспомнила, что действительно, вернувшись из леса, сразу прошла в гостиную в обнимку с камерой, про дверь и не вспомнила. Одним махом проглотив кофе, я поставила кружку на стол, ругая себя за безалаберность.

Глава 5 Кладбище

Данн многозначительно взглянул на часы, висевшие на стене кухни, неожиданно резво встал из-за стола. Не понимая, что это с ним, я вопросительно посмотрела на парня. Он заметил мой взгляд и ответил:

— Саша, мне необходимо сейчас уехать в город. Вернусь ближе к вечеру, я попросил приятеля из полиции уточнить информацию о пропавших, заодно выясню, что смогу о тебе, Олег, и когда вернусь, мы все обсудим.

Я с сожалением проводила его до двери, выглянула на улицу, у моей калитки стояла новенькая Нива. Данн скользнул внутрь салона, до меня донеслось урчание мотора, машина неторопливо двинулась с места. Погода испортилась, на улице мела настоящая метель. Никакие поиски в такую погоду плодов не принесут. Выйдет разве что героически сгинуть в ближайшем сугробе, заплутав в трех соснах у забора. Вернулась на кухню. Олег грустно маячил возле окна, я обратилась к нему:

— Расскажи мне, пожалуйста, о себе. Нужно понять, как вообще ты мог оказаться в здешнем лесу.

Олег пожал плечами и вздохнул.

— Как я уже и говорил, я обычный студент, учусь на историческом заочно. Подрабатываю, фотографирую пейзажи, животных, птиц. В студиях не работаю. Частенько выезжаю на заказные фотосессии на природу. Могу предположить, нечто подобное заказали и на этот раз, раз уж я приехал со штативом и камерой.

— А твои родные?

— Нет никого, родители погибли, когда мне было тринадцать, меня вырастила бабушка. Она тоже умерла год назад.

— Прости, пожалуйста, — пролепетала я. Олег кивнул и кляксой стек на стол. Я уставилась на миску с рисом, кашлянула и предложила: — Давай попробуем, возможно, карта высохла.

Сбегала в спальню за ноутбуком, вернулась в гостиную, призрак вился за моей спиной серебристым вихрем. Вытащила карту из риса и, дождавшись запуска операционной системы, вставила её в слот.

— Ноутбук карту увидел, уже хорошо, — мы с Олегом обрадованно переглянулись. Пара кликов мышкой. — Часть файлов повреждены. Обидно, и как назло по датам повреждены фотографии за последние несколько дней…

— То есть те же самые дни, что я не помню, включая десятое число, — подытожил Олег и задумался. — Есть программы для восстановления…

— Давай попробуем! — лучась немного наигранным энтузиазмом, я открыла окно браузера.

Программа восстановления нашлась, но работала она невероятно медленно. Олег от скуки утек на чердак. Заявил, что ему там нравится, я покивала, размышляя, что, очевидно, всех призраков тянет в пыльные, заброшенные помещения, не только Олега. Вынырнула из раздумий десять минут спустя, из-за погоды и безделья клонило в сон. Не зная, чем себя занять, я немного убралась, выпила литр чая, каждые полчаса проверяя работу программы. Файлы так и не поддались восстановлению. Вздохнула и запустила еще одну программу. Изнывая от любопытства, пыталась читать книгу, но не осилила ни строчки. Ближе к вечеру услышала звук подъезжающего автомобиля. Данн! Ну, наконец-то!

Данн вошел в прихожую с коробкой в руках. В дом вместе с ним ворвался морозный воздух.

— Ух, холодно. Что там у тебя? — я, зябко кутаясь в кофту, с любопытством поглядывала на коробку.

— Сейчас покажу! — улыбаясь, пообещал этот коварный человек.

Мы присоединились на кухне к Олегу. Он кружил вокруг лампы, тихо подвывая. Мы с Данном удивленно переглянулись.

— Олег, нам оставить тебя в одиночестве? — поинтересовалась я, стойко сохраняя серьезное выражение лица.

Олег встрепенулся и замолк.

— Нет, не уходите, мне немного полегчало. Позже я…

— Конечно, конечно! Мы сейчас все обсудим и вой на здоровье, — с серьезной миной пообещала я.

Данн улыбался уголками губ. Да, фантастические у нас посиделки.

— Я тебе подарок привез, Олег.

Призрак стал ярче и плотнее. Взволнованно подрагивая, подплыл к коробке. Данн ее открыл.

— Ууууууу… — громко взвыл призрак и завис над камерой, а я зажала уши руками, боже, чуть не оглохла. — Фотоаппарат!

Я заглянула в коробку. Действительно — фотоаппарат! Старый, не цифровой. Я в них вообще—то совершенно не разбиралась, но советский «Зенит» узнала мгновенно.

— Пленки тоже есть, — Данн указал на коробку поменьше, притиснутую к фотоаппарату и сел на стул. — Внутрь я уже её зарядил. Ты ведь наверняка умеешь работать и с подобными раритетами, попытайся. Думаю, у призраков есть свои способы достичь взаимопонимания с камерой.

— В полиции выяснить что-нибудь удалось? — спросила я.

— Да, как ты и говорила, за этот год пропали двое. Приезжие, но их всех свидетели, из местных, видели уходящими в чащу. Да они и не играли в секретность. Заходили в магазин за продуктами, а после ушли в лес и не вернулись. Полиция проследила точно их путь до деревни, всё, дальше — полная неизвестность. Собаки их след не взяли.

— Кстати, а каким образом они сюда добирались?

— Все на рейсовых автобусах. С водителями нужно поговорить, но сегодня уже слишком поздно.

— Значит, откладываем дела до завтра, — вздохнув, сказала я. — Давайте ужинать.

— Я ночью могу осмотреть лес, один! — предложил Олег.

— Идея хорошая! Осмотри, — покивал головой Данн. — Если найдешь хоть что-то, запомни место! На этом пока все новости. Что же! Саш, я пойду, мне нужно найти подробную карту местности, важно понять, откуда нам лучше вести поиск ещё одного потерянного… — он покосился на призрака, но тот лишь плечами туманными пожал.

— Я задолжала тебе чай! Возвращайся! — выпалила я поспешно, меняя тему.

Данн испытующе на меня взглянул, я мигом согрелась и смущенно покраснела. Призрак потемнел и медленно просочился внутрь фотоаппарата, всё-таки переживает, хоть виду не показывает.

— Хорошо, вернусь, чайный долг — дело серьезное. И карту изучим вместе.

Он встал из-за стола и пошел в прихожую, вскоре хлопнула дверь. Я занялась приготовлением ужина. Отварила рис и обжарила его с кусочками курицы, овощами и приправами. Заварила травяной чай, накрыла столик в гостиной. Олег остался на кухне, ему явно нужно было побыть одному, он опять начал тихонько подвывать, полностью сосредоточившись на камере.

Вскоре вернулся Данн с картой местности. Мы поужинали, после к нам присоединился Олег. Убрали посуду, освободили место, расстелили карту, парень вооружился карандашом.

— Посмотрим, поисковые группы, судя по информации моего знакомого, осматривали лес со стороны Лужков, ага, и прошли по линии начала болот. До Веселок из-за топи они бы все равно не дошли, да, большой отрезок. Олег! Не думаю, что ты добрался до болота, зима, сугробы, и ты не охотник, а фотограф.

— Вижу, я понял, внимательно осмотрю, примерно в этой местности.

Свет неожиданно моргнул и погас. Олег вдруг громко завыл. Данн схватил меня за руку. У меня же случился коллапс мозга: с одной стороны — страшно и темно, с другой — рядом подвывает друг-призрак, и что прикажете делать? Еще и держит за руку парень, в присутствии которого не страшен никакой мороз. На улице залаяли собаки. Олег подавился на полувзвое и замолк. У меня волосы на макушке зашевелились.

— Я проверю, что там, постараюсь, чтобы меня никто не заметил, — пообещал Олег и исчез, выскользнув сквозь стену.

Данн подошел к окну, и прошептал немного путанно: — На ночь мне лучше остаться с тобой, с вами… В смысле, здесь, в доме, в гостиной, прикорну на диване.

Вот в этот самый момент темнота показалась очень даже своевременной. Видок у меня был, скорее всего, тот еще: пунцовые щеки и уши, волосы дыбом. Красотка хоть куда! Парень мне нравился, что уж скрывать.

— Да, конечно, оставайся, буду только рада. А сейчас, — выдохнула я. — Нужно свечи найти! Кажется, они на кухне были в ящиках. Так, где мой телефон?

Включили на телефонах фонарики, поднялись и, держась за руки, двумя тенями юркнули на кухню. Свечи обнаружились быстро: в нижнем ящике кухонного стола и, там же лежали несколько небольших подсвечников. Поставили на стол в гостиной три свечи, в комнате стало уютно, огоньки свечей подрагивали и потрескивали, языки света заплясали по комнате. Олег вернулся на удивление быстро.

— Ничего я не нашел, — он замолчал, кружа над свечами, похожий на большого призрачного мотылька.

Мы с Данном задумчиво переглянулись, парень взлохматил волосы.

— Давайте так. Олег, позже ты, как и планировали, осмотришь лес, а мы еще раз обойдем деревню. Не нравится мне все это! Выдвигаемся в полночь.

Возражений у нас с призраком не нашлось. Я принесла в гостиную пару пледов из спальни.

— Я посижу здесь, — сказала я. — Мне так проще будет встать, да и сон будет не глубокий.

— Ложись тогда на диван, а я устроюсь в кресле. Мне нужно подумать, задачка нам предстоит непростая, — Данн кивнул.

— Свечи не гасите, я присмотрю, нервирует меня темнота, — крикнул из кухни Олег.

— Не гасим, — тихо повторив за призраком, улыбнулся Данн.

Данн удобно устроился в кресле, вытянул ноги и закрыл глаза. Я закуталась в плед, свернувшись калачиком на диване, сквозь опущенные ресницы поглядывая на парня. Неожиданно он улыбнулся и приоткрыл один глаз. Я натянула плед на голову, диван просел под его весом, я выглянула из-под пледа, парень сидел рядом, притянул меня к себе, я, довольно улыбаясь, положила ему на плечо голову.

— Друзья, подъем! — Заорали у меня над ухом, как мне показалось минуту спустя.

Я подпрыгнула и чуть не скатилась с дивана, запутавшись в пледе. Поймали меня в полете теплые, сильные руки и усадили обратно. Я осоловело хлопала глазами. Все-таки умудрилась крепко уснуть. Надо же! Свечи почти прогорели, огоньки плясали в лужицах воска.

— Олег, ты отличный будильник, но я не сплю, — рассмеялся Данн.

— Ой, да? Ну, в любом случае, нам пора выдвигаться! И…

— Что? — поддалась я вперед.

— Не знаю, но ощущения на улице на меня наваливаются гадкие. Не могу объяснить. Я полетел в лес, позже вас найду здесь или в деревне, — пообещал смущенный призрак и был таков.

— Минуту подожди, — прошептала я Данну, выпутываясь из пледа.

— Жду у крыльца, — Данн неожиданно поцеловал меня в макушку, поднялся с дивана и вышел в прихожую.

— Боже, боже, — причитала, взбегая на второй этаж, губы сами собой растягивались в улыбке.

Пять минут спустя стояла рядом с Данном на крыльце. Фонари на улице давно погасли, темнота стояла непроглядная.

— Пойдем в сторону магазина, — прошептал он.

— А почему шепотом? — спросила я.

— Слышимость аховская, а народ в деревне любопытный — даже ночью, не стоит привлекать внимание.

Я кивнула, соглашаясь с его доводами. Стараясь держаться в тени, сы взялись за руки, и двинулись вдоль улицы к магазину. Снег скрипел под ногами, деревня словно вымерла. Ни света, ни движения, ни жизни.

— Эй, — прошипели в спину, я подпрыгнула и подскользнулась на льду,

Данн поймал меня, не дав улететь в сугроб. Никогда не страдала неуклюжестью, а сейчас, поди ж ты, накатило!

— Т-там…т-там… на кладбище! — заикался и растекался туманным облаком от испуга Олег.

— Что на кладбище? — уточнил непонимающе Данн, нахмурившись.

— Труп! — огорошил нас призрак.

— Труп? На кладбище? — икнув, переспросила я и, стараясь скрыть страх, простонала: — Самое место, подходящее. Откуда он там взялся!

— Не увидим, не поймём, веди! — твердо сказал Данн, взглянув на Олега.

Олег зигзагами понесся куда-то между домами. Стараясь не упустить его из виду, мы припустили следом. Спустя пару минут бега с препятствиями, периодически спотыкаясь, и падая в сугробы, мы оказались на окраине небольшого лесного кладбища. Деревья перемежались оградками, крестами и памятниками, казалось, словно могилы проросли между соснами из земли.

Призрак маячил впереди, но уже завис на одном месте. Крепко сжав мою ладонь, Данн посмотрел на меня. Не выказывая страха, я кивнула и последовала за ним. Проходы между оградами были очень узкие и запутанные, мы шли вперед, поворачивали, утыкались в очередную ограду, возвращались. Не кладбище, а лабиринт.

Добрались-таки до Олега и замерли, осматривая тело. На могильном холмике лежал человек вниз лицом. Данн включил фонарик и, не подходя близко к ограде, осветил мертвеца и снег вокруг. Сине-черная куртка, джинсы, черные ботинки, на голове серая шапка. Точно мужчина, но его лица видно не было. Руки вытянуты вдоль тела, одна нога немного согнута в колене, вторая вытянута.

— Ни одного следа, а что с той стороны? — он кивнул Олегу.

— Здесь тоже нет ни одного следа, снег не тронут.

— Но… как? — пробормотала я.

— Если бы знать? Олег, а то гадкое ощущение у тебя… — спросил Данн.

— Зашкаливает, просто я уже немного к нему привык, — скривился Олег.

Я тяжело дышала после бега, горели легкие, ноги подкашивались. Однако не могла отвести взгляд от мертвого тела. Моргнула, мне ведь это не показалась? Я заметила отходящий от тела черный круг, дернула Данна за рукав, он обернулся ко мне. Дрожащей рукой я указала на тело, он, нахмурившись, обернулся. Шарахнулся назад, утягивая меня за собой. Призрак молнией улепетнул мне за спину.

Круг становился все больше. Запахло гарью. Снег мгновенно испарялся, земля покрывалась пеплом, мелькали огненные всполохи. Неровный свет подсвечивал кресты и ограды, выжженный круг приближался, мы отступили еще на шаг. Тело в центре почернело и осыпалось пеплом, контур круга замер. Данн подошел ближе, присел на корточки.

Мне что-то упало на нос, подняла голову вверх. Пошел снег. Белые снежинки падали на изуродованную землю. Если снегопад не прекратится к утру, это место скроет белый снежный ковер, и никто ничего не найдет. Никто не найдет и мертвого человека, как и остальных…

Глава 6 Сбор информации.

— Ох, да что же это… — донесся до нас глухой голос призрака. — Посмотрите!

Данн оглянулся, моргнул и протяжно присвистнул. Выжженный круг практически исчез, как и мёртвое тело. Могильный холм и голая земля были расчищены от снега, но ничего подозрительного или странного больше не наблюдалось.

— Да, вызывать полицию бесполезно. Практически исчезнувшие без следа остатки выжженного круга на кладбище так себе доказательство. — Данн сделал несколько запоздалых фотографий на смартфон голой кладбищенской земли, полыхнула вспышка. — Уходим отсюда.

Кое-как мы добрели до дома, не проронив ни слова. Мысли вязли в паутине страхов и вопросов, ноги подкашивались. Половину пути Данн практически тащил меня на себе. Ввалились в дом, сил что-либо обсуждать не осталось. Вопреки обстоятельствам, я настолько замёрзла, что засыпала на ходу. Выдала Данну запасной комплект белья, пожелала спокойной ночи, в полудреме переоделась и рухнула на кровать в спальне. Некоторое время с первого этажа доносились отзвуки разговоров и шагов, потом скрип старенького дивана.

***

С ночи и до самого утра за окном снова мела метель. Я потянулась, переоделась в ванной и спустилась вниз. Вспоминать вчерашнее происшествие упорно не хотелось. Парни колдовали над фотоаппаратом, кофе и бутерброды уже ждали на столе. Аппетита не было, я с трудом выпила чашку кофе.

— Саш, я съезжу, поговорю с водителями один, а ты отдыхай, — глядя на меня с сочувствием, сказал Данн.

— Подожди, нужна ведь фотография Олега, — вяло протянула я, понимая, что он прав. Толку от меня мало, так тряпичная видимость, а не человек разумный.

— Уже нашли, — парень показал мне фото на экране телефона.

Да, точно Олег, так вот он какой — полноцветный, непрозрачный. Симпатичный парень: темные волосы, карие глаза, широкая добрая улыбка.

— Олег Герасимов, фотограф. Соцсети — отличное подспорье для доморощенных сыщиков, — очжценила я.

Призрак взмахнул туманной рукой, случайно задел фотоаппарат, камера щелкнула, пленка автоматически перемоталась. Олег с изумлением уставился на свою руку.

— Ну, ничего себе! Получилось! Само собой!

— Я в тебе не сомневался, — Данн спокойно копался в телефоне. — Саш, скажи мне свой электронный адрес, я получил материалы дела, вышлю их тебе, файлов там немного, но что есть…

Я продиктовала, телефон пикнул, оповещая о новом письме. Открыла сообщение и скачала файлы. Объем и правда небольшой.

— Как вы думаете, то, что мы видели на кладбище, можно проделать человеку? Без магии и колдовства!

Я наконец-то решилась затронуть страшную и тревожную тему. Данн и Олег синхронно угрюмо вздохнули, понятно, они-то времени зря не теряли, в отличие от меня, и уже успели прошерстить интернет.

— Я не специалист, но для подобного сжигания нужна огромная температура, гора дров и минимум сутки времени, а то и намного больше. Если в подробности и детали не вдаваться. На кладбище же тело сгорело полностью, меньше чем за минуту, на морозе, в снегу, это просто невероятно и технически невозможно. Но принимая во внимание последующее полное исчезновение и тела, и выжженного круга, то вывод напрашивается один — мы имеем дело не с человеком, и всё же пока не стоит отбрасывать ни одну из этих объективных версий. Человек убивает или нет, у нас все равно пока слишком мало данных, чтобы делать выводы, — он налил мне еще кофе.

— Отбрасывать не будем, но как ни крути, мое появление, конечно же, не объяснить обычными факторами! Пока у нас идет перевес в пользу мистических факторов. Кстати, что там с картой памяти! — добавил призрак и обернулся ко мне, я отрицательно покачала головой.

— Бесполезно, файлы за последние дни восстановлению не подлежат, но я на всякий случай запустила еще одну программу.

— Что же, мне пора! — Данн взглянул на часы и вскочил.

— Завидная резвость и трезвость мыслей с утра. Во сколько же ты проснулся, скажи пожалуйста? — буркнула я, обхватив пальцами горячую кружку с кофе.

— Час назад, — он тепло улыбнулся, помахал и был таков.

— Саша, поставь, пожалуйста, камеру на подоконник в гостиной, — попросил призрак. — А еще лучше в спальне. С первого этажа большую часть вида закрывает забор.

— Конечно, сейчас отнесу! — кивнула я.

Призрак просиял и нетерпеливо начал виться у дверного проема. Мы поднялись на второй этаж, причем Олег старательно делал вид, что идет рядом, переставляя призрачные ноги по лестнице, но ступеней не касаясь. Удерживая фотоаппарат, я раздвинула занавески и тюль на окне и установила на подоконник камеру. Олег занялся ею, я принесла из гостиной ноутбук, взглянула на экран, новая программа восстановления, написала то же, что и предыдущие — файлы необратимо повреждены. Порылась в сети, нашла еще две, запустила, сжимая пальцы крестиком, хоть бы получилось.

— Эй, Саша, Олег, вы где? — донесся до меня с первого этажа голос Данна.

— В спальне, — заорала я в ответ.

Вскоре, парень вошел в комнату, поставил на пол пакет, извлек из него коробки с блинами и картонные стаканы с кофе. Протянул мне кофе и два блина. Я с удовольствием набросилась на еду. Рухнув в кресло, Данн вздохнул:

— Пришлось хорошенько побегать за водителями. Олег? Как эксперимент?

— Отлично! Еще четыре фото, — Олег счастливо улыбнулся.

— Уверен, скоро нам придется докупать пленку, — улыбнулся Данн. — Я принёс свой старый штатив, пришлось перерыть кладовку, он внизу. Пообщался со всеми водителями, и не зря. Олег, тебя один из них хорошо запомнил. И подтвердил твои слова. Да ты приехал в деревню утром десятого, а вечером того же дня стал призраком. Понять бы, что произошло за это время в лесу. Рюкзак при тебе был и по виду тяжелый. Водитель еще удивлялся, что ты с ним обращался чересчур бережно, но в нем была каменюка, это сомнению не подлежит, там лежал фотоаппарат.

Олег покивал, расползаясь по подоконнику разрежённым облаком. Данн молча следил за ним. Я нервно кусала губу. Вспомнит или нет?

— Нет, — словно в ответ на мои мысли сказал призрак с тяжелым вздохом. — Ничего не помню. Совершенно!

— Не старайся слишком сильно, — отмахнулся Данн. — Воспоминания — вещь ненадежная и своевольная.

— Еще что-то? — переменила я тему.

— Поговорил с водителями не только об Олеге, но и о пропавших ранее и кое-что интересное выяснил. Второго пропавшего, как вы знаете, более тчательно искали, полицейские опрашивали всех в деревне. Из документов стало понятно, что этот человек сел на первый рейс в выходной и был единственным пассажиром. Водитель уже думал, что поедет порожняком. Мужчина прибежал к остановке в последний момент. Мне водитель рассказал, что в то утро он приболел и разговорчивостью не отличался, да и пассажир не рвался общаться, доехал до конечной, зашёл в магазин и после чего отправился к лесу, зачем, не понятно. Первый пропавший ехал в субботу, народу в автобусе было битком и никто на него особого внимания не обратил. Олег, хорошо бы съездить к тебе домой. Заберем ноутбук, просмотрим записи и историю браузера. Вот только где взять ключи от твоей квартиры?

— В секретном месте, — улыбнулся он. — Прихватите камеру, прошу вас, поэкспериментирую по дороге.

Я спустила фотоаппарат со второго этажа вниз. Мы вышли на улицу и сели в машину Данна. Вскоре въехали в город, призрак показывал дорогу. Пару кварталов до нужного квартала, машина едва двигалась, угодили в локальную пробку.

Четверть часа спустя стояли перед обшарпанной пятиэтажкой. Козырек над дверью в первый подъезд покосился от времени. Из снежной шапки на нем, съезжающей на один бок, одиноко тянулся тоненький прут березки с желтыми листьями под снежной коркой. Дверь подъезда была распахнула, а домофона не наблюдалось. Внутри, к нашему огромному удивлению, подъезд радовал ухоженностью, полы вымыты, на подоконниках цветы в плошках. Пахло грибным супом и чесноком.

Квартира 18 находилась на последнем, пятом этаже. Металлическая дверь покрашена зеленой краской, уже облупившейся от времени.

— Олег? — прошептала я.

— Запасной ключ висит на гвозде за верхним левым углом дверной коробки.

Данн потянулся и осторожно отогнул тонкий металлический угол. Ключи действительно обнаружились висящими на гвоздике. Щелкнул замок, мы прошли внутрь. Олег зигзагами носился по квартире, я огляделась, двухкомнатная квартира с высокими потолками. В одной комнате стоял диван, стол, компьютерное кресло, полки с книгами на стене и пара мягких кресел-мешков, вторую Олег превратил в фотолабораторию.

— Олег, нам с Сашей лучше не задерживаться в квартире надолго! Заберем ноутбук и быстро уйдем. Привлечем внимание соседей, те могут позвонить в полицию. Ключи заберем с собой, возникнет необходимость, вернемся. Ждем тебя в машине, — проинформировал призрака Данн.

Олег кивнул, я подхватила ноут, Данн — сумку и, закрыв дверь на ключ, мы спустились вниз. Нырнули в остывший на морозе салон машины. Данн включил двигатель, по салону заструились потоки горячего воздуха. Он обернулся ко мне, я улыбнулась и сама от себя не ожидая, выпалила:

— До покупки дома в деревне ты где жил?

— В квартире на Грозовой, — он тоже улыбнулся. — Предупреждая твой вопрос, расскажу, почему переехал в деревню. Надоел город, суета, шум, после продажи квартиры и последующей покупки дома в деревне осталась неплохая сумма. Решил уволиться и до Нового года пожить в свое удовольствие.

— Кем же ты работал до переезда?

— Старший научный сотрудник в нашем НИИ. Закончил физико-математический пять лет назад. Женат никогда не был, детей нет. Мама умерла, когда мне было семь, отец живет на севере с новой семьей, мы почти не общаемся.

— Ох, мне жаль! — улыбка живо сползла с моей физиономии.

— Мне тоже, но это его выбор, твоя очередь! — Данн вопросительно поднял бровь.

— Я шью сумки и кошельки из кожи, по образованию преподаватель изобразительного искусства, но так ни дня им и не проработала, на факультативах выучилась работать с кожей, с тех пор тружусь, не покладая иголки и нитки. Отец военный, мама домохозяйка, они переехали в Краснодар. Не замужем, детей нет, — отчиталась я.

— Исчерпывающий ответ, — деланно серьёзно кивнул Данн.

Мы так увлеклись разговором, что едва не проморгали появления призрака, он втек на заднее сиденье и негромко покашлял. Данн понятливо надавил на педаль газа и наш транспорт понесся обратно в деревню, темнота понемногу скрывала очертания окружающих нас деревьев. Небо налилось свинцом, полетели крупные снежинки, они кружились, пойманные в яркий свет фар. Когда до деревни оставалось всего пара километров, Олег замер и прошипел.

— Данн, снова то мерзкое чувство… и на этот раз гораздо сильнее.

Данн встревоженно нахмурился и сбросил скорость. Мы напряженно вглядывались в сгущающуюся тьму за окнами, освещенную фарами ленту дороги и непроглядную тьму леса.

— Стой! — рявкнул Олег.

Данн ударил по тормозам, взвизгнули шины, машина остановилась, не доезжая пары метров до перекрестка, фары осветили лежащее на дороге тело. Мы опрометью бросились из машины на улицу, но тут мне в голову пришла одна здравая мысль. Резко затормозив, я нырнула обратно в салон и схватила камеру с заднего сиденья.

— Подскажи нужные настройки! — прохрипела я Олегу, голос от страха сел.

Олег выдал указания. Я дрожащими руками сфотографировала лежащее на дороге тело. Темное длинное пальто, ботинки, черная вязаная шапка. Мужчина или женщина — непонятно. Появились контуры выжженного круга, я щелкнула еще несколько раз. Олег подсказал другие настройки, я снимала и снимала. Круг увеличился мгновенно, намного быстрее, чем на кладбище, тело почернело и распалось на пепел. В воздухе появился сильный запах гари и паленого битума, я закашлялась. Данн оттащил меня к машине. Забрал фотоаппарат и сделал еще несколько снимков. Подул ветер, запах исчез, как и выжженный круг.

Глава 7 Ворон

Всю обратную дорогу меня трясло, от чего больше — от холода или страха, понять не могла, но я никак не могла согреться. Данн включил печку на полную. Я протянула руки вперед, ловя потоки теплого воздуха. Окна запотели, мир за окном расплылся, теряя четкие очертания, напоминая зыбкий мираж. Капли конденсата собирались в небольшие ручейки, стекая по стеклу.

— Олег, нам необходимо напечатать фотографии! Возможно, на них мы найдем подсказки. Я просмотрел свои фото с кладбища на телефоне, они все черные, ни одной хорошей, хотя вспышку я включал.

Призрак просунул голову между передними сиденьями.

— Странно, вспышка была, я точно помню, но пленочная камера надежнее. Без проблем! Вся необходимая аппаратура и растворы в моей квартире.

— Утром заеду! Постараюсь выехать пораньше, все вынести и не перепугать твоих соседей. Продиктуешь список? — он взглянул на Олега, тот покивал. Данн задумчиво потер переносицу, остановил машину у дома, открыл дверь и схватил меня в охапку. Внес в дом, поставил на пол в прихожей, помог снять верхнюю одежду.

— Я пойду в душ, — стуча зубами, выдавила я.

— Конечно, я сделаю горячий чай.

Почти ничего не видя, я на ощупь поднималась по лестнице. Встала под горячий душ. Слезы так легко смешиваются с водой и никаких следов. Тело отогрелось, а мне стало полегче. Укутавшись в теплый халат, я спустилась на первый этаж. Данн в одиночестве сидел на разобранном диване. На столике исходили дымком кружки с чаем. В вазочке лежала горка конфет и включенный ноутбук.

— Где Олег? — хрипло спросила я.

— Я установил ему камеру на чердаке. Утром ты поспи подольше, отдохни хорошенько, а я уеду к нему на квартиру, заберу все необходимое для проявки и печати фотографий.

— Хорошо, — мой голос звучал хрипло, говорить что-то еще сил не было, я сонно, вымученно клевала носом.

Данн увел меня в гостиную, уложил на диван и закутал в плед. В теплом коконе из пледа и его объятий я мгновенно уснула. Слава богу, без сновидений.

Утром обнаружила рядом записку от Данна, она лежала на столе. Сколько было времени, не имела понятия, за ночь смартфон полностью разрядился. Я прочитала записку: уехал в квартиру Олега. Выпуталась из пледа, пошлепала на кухню. Дойти не успела, услышала звук подъезжающего автомобиля. Сменила направление движения в сторону прихожей. Приоткрыв входную дверь, выглянула наружу.

Данн стоял перед открытым багажником и, одной рукой удерживая несколько сумок, оглянулся и поздоровался с проходившей мимо девушкой. Я заинтересованно пригляделась. У нее была на редкость незапоминающаяся внешность. Светло-русые волосы забраны в хвост, без шапки, черная куртка и высокие сапоги. Данн что-то ей ответил, а потом секунду с удивлением смотрел ей в след. Покачивая головой, повесил сумки на плечо, выудил из багажника здоровенный сверток.

Я втянулась обратно в дом, поеживаясь. Прислушиваясь к звукам с улицы. Хлопнул багажник, пикнула сигнализация, заскрипела калитка, шаги. Хруст снега под ногами, застонала ступенька… Я рывком распахнула дверь. Данн стоял за ней, размышляя, чем бы постучать? Ведь обе руки заняты.

— Утро доброе, — улыбнулась я, он простонал:

— Доброе! Чувствую себя домушником, от жадности прихватившего из чужой квартиры парочку гирь, а как я виртуозно выбирался в квартиры Олега с этой бандурой. Загляденье!

— Что это за ээээ… приспособление? — ткнула я пальцем в сверток.

— Фотоувеличитель. Сейчас будем магичить, — пообещал Данн. Олег просочился с чердака сквозь потолок. И маленьким смерчем взвился над аппаратом. — В сумках все остальное: проявитель, фиксатор, фотобумага, кюветы. Олег, твоя помощь просто необходима! Я никогда не печатал фото самостоятельно.

— Это не сложно, я все объясню и подскажу!

Призрак, сияя, усвистал в ванную. Ее временно переоборудовали в фотолабораторию. Данн притащил стол из гостиной. Расставили на нем кюветы. Под диктовку призрака навели растворы, налили воду и установили фотоувеличитель. Плотной тканью закрыли окно. Данн ввинтил в плафон красную лампочку. Пленку из камеры, оказывается, они на пару извлекли ещё утром.

Я щелкнув выключателем, по просьбе Олега, потушила свет. И осторожно вставила пленку в улитку бачка для проявки.

— Дальше? — раздался в темноте мой голос.

— Закрой крышкой, бери проявитель, заливай! — скомандовал призрак.

Я нащупала протянутую Данном емкость, послышался плеск. Мы застыли в темноте на некоторое время. Олег тихо мурлыкал какую-то мелодию.

— Сливай. Под проточную воду. Взболтай фиксатор.

Слушаясь указаниям призрака, мы носились по ванной при свете красной лампы. Высушить, разлить по кюветам растворы: фотоувеличитель, пленка, фотобумага. Усталости совершенно не чувствовали, процесс был сродни волшебству. Или алхимическим опытам. Красный свет, призрак, проявляющиеся картинки на бумаге в кювете.

В шкафчике на стене нашли бельевую веревку и натянули ее от душевой кабинки к окошку. Прищепками зацепили готовые черно-белые фотографии. Тело на дороге в свете фар, снег и темный контур, проявляющийся над дорогой…

— О, боже мой! Кто это? — пролепетала я, едва дыша.

— Вот и он, наш таинственный убийца! — ровным голосом констатировал Данн.

Силуэт полностью проявился, выделяясь на фоне чернильной темноты ночного леса. Два белых луча освещали фантастическую фигуру. Голый мужской торс, птичья голова — голова ворона с огромным клювом. Руки от локтя покрыты перьями, чешуйчатые пальцы с длинными загнутыми когтями. Вокруг бедер — черная повязка, белые горящие глаза и огромные крылья, они распростерлись от одного края дороги до другого.

Я оглянулась, где Олег? Сдернула занавеску с окна, ванную залил дневной свет. Призрака в ванной не было, мы, прихватив часть фотографий, спустились на кухню. Он кружил вокруг люстры, тихо подвывая.

— Олег? — я сделала шаг по направлению к нему.

Данн положил фотографии на стул, схватил меня за руку, приложил палец к губам. Я кивнула, понимала, сейчас лучше не мешать. От всего сердца ему сочувствовала, но не могла ничем сейчас помочь. Если он вспомнил день своей смерти…

Время замерло, мы не двигались. Призрак замолчал и остановился перед нами. Постепенно туманный силуэт сгустился. Мы смотрели на молодого человека, почти настоящего, очень грустного.

— Поездка вышла спонтанной. Нашел в интернете фотографии другого фотографа, он нашел в этом лесу очень красивые пейзажи. Решил тоже попытать счастья, сказано — сделано, выяснил расписание рейсового автобуса, утром в девять приехал в Лужки, — тихо заговорил он. Мы с Данном переглянулись. Васе сходится, водитель не ошибся. — Вышел у магазина, и, купив пару бутылок с водой, двинулся к лесу. Вид действительно открывался отличный. Нашел протоптанеую тропу и вскоре вышел на полянку, вид открывался прекрасный. Установил штатив, настроил фотоаппарат, в последний раз взглянул в видоискатель и увидел его… человека-ворона. Он парил в паре метров над поляной. Я от ужаса оцепенел, а мое тело пронзила жуткая боль. Задыхаясь и ничего не соображая, я упал и сбил в снег камеру. Дальше темнота, а очнулся я уже позже — ночью, призраком.

— То есть человек-ворон находился впереди, а боль пришла со спины?

— Именно! И ворон на меня даже не смотрел. Хотя нет, взглянул один раз, но не на меня, а на кого-то или что-то за моей спиной, — обхватив голову руками, задумчиво пробормотал он.

— Значит, скорее всего — есть кто-то второй? Кто же?

Мы недоуменно переглянулись. Я втянула носом воздух: запахло гарью. Данн нахмурился и взглянул на стоящий рядом стул. Я вскрикнула.

Фотографии, которые мы принесли из ванной, начали чернеть по краям. Вверх заструился дымок. Данн вскочил и, схватив снимки, бросил их в раковину, они вспыхнули. Спустя секунду от них остался лишь пепел.

— Ванная, — в панике воскликнула я, выбегая из кухни.

Данн и Олег бросились следом, перепрыгивая через две ступеньки. Затормозили в дверях. Зрелище одновременно пугало и завораживало. Висевшие на веревке фотографии горели, покачиваясь на сквозняке. Хлопья пепла, кружа, осыпались на кафельный пол.

Данн ринулся вперед, я наконец-то сбросила оцепенение. Вместе мы отвязали веревку и засунули горящие фотографии в душ. Я повернула кран, хлынула вода. Пепел темной массой смешался с водой.

— Пленка! — заорал Олег, указывая на стол.

Лежащая там улитка пленки, с которой мы печатали фотографии, тоже начала плавиться. Данн смахнул ее в раковину и открыл кран. Пленка, плюясь черным дымом, сморщилась и застыла кривым пластиковым узлом.

— Это из-за человека-ворона? Поэтому и фото, и пленка сгорели? Как и тела?

Я поежилась, жуть какая. Взглянула на свои руки, ладони покрывали серые грязные разводы. Подошла к раковине, выбросила бывшую пленку в мусорную корзину. Попыталась отмыть руки, однако не тут-то было, грязь въелась намертво.

Олег с грустью осматривал усеянный пеплом пол. Данн распахнул окошко. В ванную ворвался свежий морозный воздух, унося запах гари и паленого пластика.

— Я стучала, стучала, никто так и не открыл! У тебя… вас… что-то горит? Да? Что вообще здесь происходит? Саш? Ой!

Я резко обернулась и открыла рот от удивления. В дверях стояла Мира. Теплый белый свитер, черные лыжные брюки и полосатые сине-серые носки. Темные волосы заплетены в косу. Она, округлив темно-карие глазищи, привалилась к дверному косяку и таращилась на Олега. Страха на лице не было ни капельки. Мы с Данном ошеломленно переглянулись. Пауза затягивалась.

— Кхе-кхе, — покашляла я. Подруга перевела на меня ошеломленный взгляд. — Мир! Ты откуда взялась? Ты ведь была в Архангельске у родителей! И как здесь оказалась?

Она тихо ответила, голос звучал монотонно.

— Да все просто. К родителям приехали друзья с детьми, и младший на утро проснулся весь в красную крапинку. Ветрянка из детского сада, а я ею в детстве не переболела. Вот и удрала подобру-поздорову. Чемодан, аэропорт — и я здесь. Подумала, что ты тут одна скучаешь… м-да…

Она, наконец, обратила внимание на Данна.

— Добрый день, Даниил, — вежливо представился он.

Видимо, подруга быстренько пришла в себя и ехидно взглянула на меня, я выразительно скорчила зверскую физиономию.

— Мир, а сюда, в деревню, ты как добралась?

— На такси!

— Откуда на такси? Из аэропорта? — схватилась за сердце. — И не разорилась? Аэропорт в соседнем городе.

— Из областного центра. Туда добралась на электричке.

— Вот оно что! Ты как на ногах-то еще стоишь?

— Ерунда, — она пожала плечами.

— Вещи твои где?

— В прихожей! Так что у вас происходит? Я слышала часть разговора…

— Нет уж, сначала ты устроишься! Идем, нужно поесть, ты с дороги, и мы с самого утра фотографии печатали.

Вскоре мы расселись за кухонный стол, и я коротенько обрисовала ситуацию подруге. Парни деликатно помалкивали. Мира обняла руками кружку и сделала глоток, посматривая из-под опущенных ресниц на призрака.

— Интересные у вас тут дела творятся. Поправьте меня, если ошибусь. В данной местности исчезли несколько людей, правда, еще задолго до зимы. Тело одного неопознанного мертвеца сгорело на кладбище, второго на дороге. И каким образом это было проделано, неизвестно. На фотографиях явился невесть кто с головой ворона и крыльями. И совсем недавно, Олег, — она смущенно покосилась на парня, он успокаивающе махнул рукой. — Ох, ребята, если бы не призрак, извини, Олег, я бы подумала, что вы меня разыгрываете или чего похуже. Ладно, попробую принять занятную реальность. И, стало понятно, почему здесь до сих пор не толпятся полицейские?

— Угу, как это объяснить? Без тел и улик, — кивнула я.

— Возможно, и нескоро начнут толпиться, — вставил Данн. — Тел ведь нет, да и заявление о пропажи принимают спустя трое суток.

— М-да… на ваших фото проявился получеловек-полуворон, которого вы в реальности не видели? И фотографии с ним, как и пленка, сгорели! — добавила Мира.

— Верно, — кивнула я, бросая взволнованные взгляды на призрака.

— Так людей убивает он?

— Не факт, на меня напали со спины, а человек-ворон находился передо мной, — Олег явно заметил наши взгляды и вздохнул. — Ребят, не переживайте, я в норме.

— То есть еще как минимум один подозреваемый неизвестной наружности.

Мы дружно пожали плечами и несколько минут задумчиво жевали. Олег вдруг замер, обернувшись к окну.

— Что, опять? То ощущение вернулось? — воскликнула я.

Мира переводила непонимающий взгляд с Олега на нас. Потом ее лицо вытянулось.

— Новое убийство? Бежим! — выпалил Олег и вынырнул на улицу сквозь стену, мы, кое-как натягивая верхнюю одежду и обувь, вылетели следом.

Призрак понесся в лес. О камере, к сожалению, даже и не вспомнили. Хотя, что толку от фотографий, если они снова сгорят? Проваливаясь в сугробы, мы пробирались за призрачным силуэтом. Шел снег, мы почти ничего не видели. Он забивался в глаза, нос, рот. Мы шли полуослепшие, едва переводя дыхание. Надо же, он начал убивать и днем, мрачным и снежным, но днем. Чем дальше мы забирались в чащу, тем темнее становилось. Данн пытался помогать нам с подружкой, дабы мы не остались лежать в снегу до весны, провалившись в особенно глубокий сугроб.

Олег снова тихонько подвывал. Замашки призрака вернулись. Сорвался, хотя при Мире целый час старался не выказывать призрачных особенностей. Мы всё бежали и бежали. Сердце стучало как сумасшедшее. Воздух прорывался в легкие, пронзая их ледяными иглами. Обогнув очередное толстенное дерево, мы выбежали на небольшую полянку и, тяжело дыша, замерли.

В центре ее сидел человек. Живой! Он держался за грудь и смотрел на нас пустым взглядом, но дышал. Над ним в воздухе завис человек-ворон. Господи, в реальности он выглядел непередаваемо фантастически. Черные глаза, клюв, огромные крылья. Олег странно дернулся и завис перед нами.

— Он просит увести этого человека и помочь ему! — глухо сказал он.

Сбоку мелькнул темный силуэт. Я шарахнулась в сторону, едва не сбив с ног подругу. На полянку прихромал… Кузьмич! Не обращая ни малейшего внимания на человека-ворона, подошел к незнакомцу, сидящему в снегу, и подхватил его под руку. Данн шагнул вперед. В этот самый момент человек-ворон рывком сложил крылья, тело его вытянулось, но в следующую секунду он рухнул в снег.

— От жеж, батюшки. Помогите ему, к себе его заберите! А я в сторожке Митрича спрячу и выхожу. Уходите, пока оно не вернулось. Скорее!

— Вы не справитесь, — рявкнул Данн.

— Данн с Сашей уведут человека-ворона, а я вам помогу, Олег покажет мне обратную дорогу к дому, — верно оценив происходящее, Мира шагнула к Кузьмичу.

— Нет, девочка, уходите немедленно и без споров, не теряйте время, — отрезал Кузьмич. — Один я его доведу, не переживайте. Ко мне в старый дом позже зайдите, есть важный разговор.

Мы возражать больше не посмели. Кузьмич периодически с опаской оглядывался по сторонам, но ходко продвигался по сугробам, выживший пребывал в полуобмороке, однако ногами как-то перебирал. Вскоре они скрылись во тьме лесной чащи. Мы подбежали к человеку-ворону. Я и Данн подхватили его под руки. Крылья распластались на снегу, как оказалось, весил он на удивление не так уж и много, а выглядел крупнее и выше Данна.

Мира шла впереди, светя фонариком и пытаясь хоть немного утоптать тропинку. Олег показывал дорогу. Обратный путь показался бесконечным, но Олег расслабиться нам не давал, видимо, все еще чувствовал опасность. Человек-ворон признаков жизни не подавал и едва дышал. До крыльца моего дома мы доползли практически в прямом смысле этого слова. За спиной хлопнула задняя калитка, с трудом мы взобрались на ступени крыльца, хотя по ощущениям — покорили Эверест.

Дотащили ношу до дивана и как можно аккуратнее уложили. Человек-ворон раскинул крылья, его начал бить озноб. Мира укрыла незванного гостя пледом. Я и Данн без сил рухнули на пол, кое-как стянув верхнюю одежду. Мира доковыляла до кухни, послышался щелчок чайника, закипела вода.

Данн тяжело дышал и держался за бок. По дороге он старался основную часть, пусть и небольшого веса человека-ворона взвалить на себя. Ведь и тащить его пришлось далеко. Я встала, помогла раздеться парню и отнесла в прихожую куртки и ботинки. Мира принесла две кружки с водой, одну из них, передала мне. Я осторожно поднесла ее к губам Данна. С благодарностью кивнув, он сделал пару небольших глотков. Понемногу его дыхание выровнялось. Обнялюв меня одной рукой Данн, наконец, открыл глаза.

Глава 8 Кузьмич

Олег пристально посмотрел на нашего гостя,ю, лежащего на диване, так же, как в лесу, и тихо сказал:

— Мое имя Ра-Кан. Не бойтесь, я сейчас исчезну, но вернусь спустя полсуток. Я потратил все силы, но могу это исправить теперь…

Плед на диване мягко опал. Мы с минуту ошарашено хлопали глазами, разглядывая опустевшее спальное место, в воздухе закружили хлопья пепла. Данн очнулся первый, он, пошатываясь, поднялся на ноги.

— Нужно навестить Кузьмича, несомненно, он знает больше нашего, заодно узнаем, как там выживший.

— Угу, а что за старый дом?

— Старый дом, где он находится, знаю даже я — чужак, там раньше знахарка местная жила, травами лечила. Лет десять как умерла, а дом так и стоит пустой. Случайно разговор услышал… и потом ради интереса его нашел. Фундамент врос в землю, труба на крыше покосилась, окна в паутине, кругом бурьян по пояс, настоящая избушка ведьмы.

Мира со вздохом начала натягивать куртку обратно, мы последовали ее примеру. Данн на крыльце принял эстафету, и мы один за другим потопали за ним, прошли до середины улицы и скользнули в неприметный узкий проход между двумя домами. Вышли к последней улице деревни, обогнули крайний дом, миновали погост, стараясь не смотреть в ту сторону, и вскоре оказались у порога развалюхи.

Назвать ее как-то иначе не поворачивался язык. Из сугробов виднелась небольшая часть стены, половинки окошек и низко нависающая над бревенчатыми стенами крыша, из кривой трубы на крыше вился легкий дымок. Поднялись на крыльцо, столбы козырька едва удерживали массу снежного наста, кренясь в разные стороны, Данн включил фонарик на телефоне, толкнул рукой входную дверь. И мы, войдя внутрь, набились в темные сени и поморщились, запах стоял неприятный, смесь затхлости и гнилья.

Мира шагнула в сторону, раздался металлический грохот, она ойкнула и завалилась на меня, я ее поймала, но сама едва удержалась на ногах. Данн схватил меня за локоть и посветил фонариком нам под ноги, оказалось, подруга впотьмах пнула алюминиевый таз. Справа распахнулась дверь во внутреннюю комнату, мы замерли, как испуганные мыши в прямоугольнике падающего из двери света. На нас с ехидством поглядывал Кузьмич.

— Явились, ну заходьте.

С любопытством оглядываясь по сторонам прошли в комнату. Кузьмич поизучал Олега со спокойным интересом, покачал головой, дескать, вот так дела творятся, сел на стул у окна. Я оглядела комнатку, она, как ни странно, не выглядела заброшенной, напротив, в печке-пятистенке горел яркий огонь, что-то булькало в котелке. Два окошка, заваленные с улицы снегом до середины, стол, стулья, буфет у стены на противоположной стороне комнаты, закопченные иконы в дальнем углу и зажженная лампадка. На столе стояла плошка с солеными огурцами, краюха черного хлеба.

— Девоньки, снимите-ка с печи картошку, несите на стол, одежу на вешалку у двери вешайте.

Мы с Мирой сняли котелок с вареной картошкой, сбоку обнаружился помятый чайник, крышка на нем бодро подпрыгивала, я схватила прихватку и стащила его на деревянную подставку. Кузьмич подсказал, где взять заварочный чайник и чай. Данн под командованием старика принес с улицы дров и сложил поленья у печи. Не принимающий участия в общем процессе бесплотный Олег опустился на крайний стул, увлеченно следя за нашей беготней. Кузьмич нарезал крупную головку лука, у меня от запаха еды подводило желудок. Наконец, картошка в глубокой глиняной чашке заняла свое место в центре стола, поверху стекало сливочное масло вперемешку с жареным луком. Мира достала из буфета и разложила на столе: тарелки, вилки, поставила четыре щербатые кружки. Опустив плечи, Олег грустно вздохнул, он-то не мог есть — минус призрачного существования!

— С выжившим все в порядке? — спросил Данн.

— А как жеж, теперича в поряде, полежит с лихорадкой пару деньков, оклемается, будет здоровее некуда, свезло молодчику. Я ж его еще в лесу признал, Митрич, годов тридцать будет, в магазине грузчиком подрабатывает, хотя большую часть времени увивается за Людкой. Ну и та чуть без жениха не осталась.

— Лихорадка? — переспросила взволнованно я.

— Ну дык, в сугробах знатно повалялся, ничего, отпою его травами и таблетками, куда ж без них, поправится. Вот и ладно, теперича и поговорить можно. Налетайте на снедь, а я расскажу все, что знаю. Обманывать не буду, известно мне не так уж и много. Вы уж меня не перебивайте, опосля отвечу на вопросы, соображалка подводит теперича иногда, сбиваюсь с мысли. Значится, началась эта мистика в нашей деревне давно, мой дед тогда здесь с семьей жил, в тридцатые года завелись в окраинной избе люди странные, в балахонах ходили, песни пели, народ долго терпеть эти выкрутасы не стал, донесли кому надо, людей и погнали. Ушли они в лес, куда мне не ведомо. После пошла молва, что место в чаще у кромки болота проклятое появилось, леший там шибко лютует, сутками водит, люди пропадать стали. Вы не подумайте, в наших местах лесных да болотных и раньше, что ни год, а кто-то да сгинет, но тела-то все же по большей части находили. Мой дед тогда устроился лесником, старый-то помер, а нового никак не могли сыскать, ну его и попросили до поры до времени подсобить. Он лес знал как свои пять пальцев, и зверье любил. Вот и начал дед обходить территорию и наткнулся раз как раз таки близ места проклятого на труп соседа, тот утром токмо за грибами-то пошел. Дед пульс щупать, а от трупа могильным холодом веет, и само тело ледяное, словно долгонько на лютом морозе в сугробе пролежало. Дед за подмогой кинулся, да вот токмо не нашли они тело-то. Сначала деда на смех подняли, дескать, пить меньше надо, а когда сосед так и не вертался, еще раз лес прочесали, да все без толку. Дед сгинул на войне, а вот мой отец, его старший сын, вернулся, правда, только в конце сороковых, выучился на врача, его и направили сюда фельдшером. Поженился он вскоре на матери моей, она в колхозе работала. Отец атеистом был, в байки деда не верил до поры. Покамест сам на похожее тело в лесу не наткнулся, и тот труп тоже после так и не нашли. Стал он отмечать всех пропавших, так сказать, без вести. Оно и вышло, что кажный год двое-трое исчезали бесследно. Лесник по пьяной лавочке отцу тоже сказывал про трупы хладные. Отец от меня ничего не скрывал, а я рос да тоже замечал некие странности наших мест. Церкви у нас не задерживались, старая, довоенная, сгорела. Да и новая, построенная в конце восьмидесятых, и года не простояла, крыша обвалилась. Слава богу, никого не пришибло.

— Других загадочных происшествий, не было? — спросила Мира.

— Дык, как жеж не было, у нас что ни год, то мор, то болезнями народ мается, избы горят, ягод и грибов в лесах почти не стало. Пустой лес, деревья да болото. Река заилилась, при том, что чистят кажную десятилетку.

— Подобное не редкость и в других деревнях.

— Верно говорите, оно так, но у остальных то же самое происходит не так часто. Главное другое, в последнее время стали видеть темную тень или силуэт во дворах, в лесу, у реки. Дети чаще, они жалуются взрослым, а те отмахиваются. Я тоже видел, ох и жутко было. У дома за окном маячила фигура черная. Вот и выходит, по отдельности — как у всех, а ежели разом сложить, то нехорошо оно выходит.

— Взрослые тоже видят, почему же не верят? — Данн продолжил беседу, мы молча жевали, переводя взгляд то на одного, то на другого.

— Верят или не верят, а жуть-то всех берет. И молва помаленьку идет. У взрослых как? Глаза отвел и уже полегше. Ничего похожего, конечно, у нас тут до сих пор не видали! — он взглянул на призрака. — Парень ты не из наших, давно в таком виде обретаешься?

— Несколько дней! — ответил Олег.

— Вот, значит, стало быть, дела-то совсем плохи стали, призраками никто до сей поры из лесу не вертался. Неспроста, да еще это чудо в перьях с клювом объявилось, невесть откуда. Ох, по первой, когда его увидел, чуть концы не отдал. Вчера только понял, что он, горемычный не новая наша напасть, а помочь пытается.

— Когда вы его увидели?

— Так поди с месяц назад в лесу ночью. В следующий раз спустя недели две, уже на краю деревни, ну и давеча. Вы мож еще что знаете? Не с пустого места-то в лес прискакали?

— Нет, мы видели два тела мертвых, они сгорели на наших глазах, следов не осталось, — ответил Данн.

Лицо Кузьмича вытянулось, он налил чаю и отхлебнул, закусив сахаром.

— Эх, вот тебе, бабушка, и Юрьев день. То-то вчерась в магазине шушукались, что Михалыч, сосед мой, опять в город подался работать, и Николая Петровича пару дней уже не видать, он недавно переехал в деревню, дом в наследство получил. Чай, это они и были?

— Может и они, лиц видно не было, но на первом была сине-черная куртка и серая шапка, второй был одет в пальто черное.

— Ох, батюшки, точно они. Петрович городской, он в энтом пальто и щеголял. Ворон вон хоть парнишку спас, спасибо ему.

В дальней комнате завозились, скрипнули пружины кровати. Кузьмич с кряхтением поднялся.

— Пойду присмотрю за нашим болезным. Ежели что узнаете, не сочтите за труд, расскажите.

— Конечно, но если выживший что-то вспомнит…

— Скажу, скажу… ну, бывайте.

Он нырнул за ситцевые занавески, мы вдвоем в темпе вымыли в рукомойнике посуду, вытерли, Данн составил остатки картошки в печь. Управились быстро, оделись и вывалились на улицу. Ночь в деревне превратила окружающий пейзаж в сказочную иллюстрацию. Дома под снегом, кляксы фонарного света на дороге на фоне густого леса. Данн взглянул на Олега.

— Ничего не чувствуешь?

Тот отрицательно покачал головой. Дружно вздохнув от облегчения, мы нестройной шеренгой направились к дому. Данн, пообещав скоро прийти, завернул к себе, Мира и я привели себя в порядок и устроились на диване в гостиной. Олег унесся на чердак к камере. Я тихо сказала:

— Вот вам и история, Кузьмич прав, убери из нее сгоревшие тела, придраться-то особо не к чему. Сущность, что здесь окопалась, умная и расчетливая. Следов нет, тел нет. Любой вменяемый человек, услышав о силуэтах, церквях, ягодах да грибах, у виска покрутит. Олег тоже не аргумент, ну призрак и призрак, мало ли, почему он им стал.

— Интересно, ведь ворон наверняка из иного мира. Вот бы там побывать! — протянула она, чем несказанно меня удивила.

— Бойся своих желаний, — усмехнулась, плотнее закутываясь в плед. — Мира, ты слишком замечталась, из ничего. Из мира или нет, это пока неведомо.

— Любое подобное высказывание может воплотиться в жизнь. Тут или повезет, или нет. Я предпочитаю быть оптимисткой. К тому же, в другом мире, возможно, смогут вернуть Олегу тело, ну если уж мечтать по максимуму! — добавила подружка с наставительной интонацией.

— Возможно, похоже, мне тоже придется вступить в твои ряды оптимистов. Принимаешь? — решила отшутиться я.

— Определенно — да! — засмеялась Мира.

Вернулся Данн, он переоделся и пах мылом. Заметил наши посиделки на диване, устало рухнул в кресло.

— Ждем нашего крылатого знакомого? — Олег материализовался у окна.

— Ты осваиваешь новые фооокусы? — Мира широко зевнула, прикрывшись рукой.

— Дамы, вам бы лучше хоть немного поспать, неизвестно, что ждет нас завтра!

— Смотрю, ты тоже тот еще оптимист, наш клуб растет, добро пожаловать, Данн, — с закрытыми глазами сказала Мира, погружаясь в сон.

Парень поднял вопросительно бровь, я прошептала.

— Мы тут организовали клуб оптимистов.

— Очень верное решение, иначе в нашем бедламе долго не протянешь, — оценил идею Олег. Данн поднял вверх большой палец.

Глава 9 Огненный мир

Проснулась я глубокой ночью, оглядела комнату, в которой ютились ночные сумерки, разбавленные мягким лунным светом. На стене застыли прямоугольные призрачно-белые отражения окон. Мира сопела рядом со мной на диване, свернувшись калачиком под пледом. Данн сидел в кресле, запрокинув голову на спинку. Поднялась тихонечко и подошла к окну. Олега нигде не было видно. Отодвинула легкую тюль, выглянула в окно и, судорожно вздохнув, испуганно вздрогнула.

В нескольких метрах от окна, на заднем дворе, неподалеку от распахнутой калитки, ведущей в лес, маячил темный силуэт. Жуткий, размытый по контуру, похожий на черную дыру в пространстве, не отбрасывающий тени. По моему позвоночнику скользнул липкий ужас, я задержала дыхание, словно оно могло выдать мое присутствие. Силуэт дернулся и приблизился к окну, я застыла, вцепившись пальцами в подоконник, не в силах отвести от него взгляда. Еще одно едва уловимое движение, и черная неясная фигура выросла прямо за стеклом, в полуметре от меня. Вскрикнув, я шагнула назад и врезалась спиной в кого-то, теплые руки схватили меня за плечи.

— Не бойся, — прошелестел голос Данна у моего уха.

На диване приподнялась на локте Мира, в ужасе таращась круглыми глазами на фигуру в окне. Сквозь потолок просочился призрак и завис перед подругой.

— Вы выдели? Во дворе? — еле слышно спросил Олег, я кивнула и обернулась, однако за окном уже никого не было.

— Вот и выманили нашего неуловимого убийцу, — Данн отпустил меня и пошел ко входной двери. — Осмотрю двор, нужно понять, оставляет он следы или нет, начнем с простейшего.

Я его догнала у двери, друзья не отставали, Мира прыгала на одной ноге, пытаясь на вторую натянуть соскользнувший во сне носок.

— Стой! Идем все. И не спорь, — рявкнула я и топнула ногой. Мира согласно закивала, а Олег, глядя на нас, прыснул от смеха.

Данн ухмыльнулся и, сдаваясь под напором, поднял вверх руки, помог мне надеть куртку, мы вывалились на крыльцо и больше получаса дружно топтались по двору, светя под ноги фонариками на телефонах. Однако так ничего и не нашли, ни следов, ни каких-либо иных намеков на чье бы то ни было присутствие.

Уставшие и сонные вернулись в дом, разделись, прошли на кухню. В турке, Данн сварил ароматный кофе, разлил по кружкам. Выключив верхний свет мы вернулись в гостиную, не сводя с окон глаз.

— Значит, эта сущность не материальна? Если нет следов, — я сделала пару глотков, горячий напиток согрел изнутри, растопив последние щупальца липкого страха.

— Вполне возможно, но странная тень точно не человек, иначе хоть какие-то следы точно остались, — Данн потер глаза, поставил опустевшую кружку на стол.

— В этот раз того пакостного ощущения не было, видимо, оно возникает только когда это нечто собирается кого-то убить, — Олег, приняв антропоморфный облик, сидел на подоконнике, скрестив ноги. Крадучись, Мира подошла к нему, выглянула в окно.

— Почему она не напала? Нас слишком много? Как думаете?

— Кто же поймет, может потому, что и не планировала попасться нам на глаза, явилась разведать обстановку, а мы ее засекли, — предположил Олег.

— Не думаю, она меня сразу заметила, но не скрылась, а приблизилась к окну, скорее уж хотела напугать. Отчасти удалось, кстати, — вздохнула, вспоминая черную фигуру на фоне белого снега. — После рассказа Кузьмича, от жуткой тени до дрожи пробирало страхом — на подсознательном, глубинном уровне. Иначе, чего там боятся, ну топчется кто-то во дворе, ну полицией пригрозить и всё, хулиганы мигом унесутся в снежную даль.

— Твоя правда, но с другой стороны, мы предупреждены и глупостей не налелаем, наверное, — усмехнулась Мира и посмотрела на Олега. — Имеются в наличии и другие вопросы, кто этот убийца, что нам с ним делать? Откуда занесло ворона и почему он хочет помочь? Нужно мыслить логично и методично изучать факты, несмотря на фантастичность истории.

— Послушаем, что скажет Ра-кан, если я верно запомнил его имя, ждать осталось недолго, за несколько часов мы с вами не найдем волшебный фолиант с подробной инструкцией «Как изгнать иномирную хтонь». Отдохните, если что, разбужу, опыт есть, а будильник я, как оказалось, неплохой, — сказал Олег.

Я только вздохнула, не понимая, как вообще можно заснуть в таком напряжении. Покачивая головой, Мира недоуменно на нас посмотрела, но выспрашивать ничего не стала, лишь широко зевнула и махнула рукой. Олег, конечно же, был прав, тем более что и сил у нас не осталось.

Зевая, Данн пересел в кресло, а мы с Мирой, полулежа, устроились на диване. Внимательно осматривая двор, Олег остался сидеть на подоконнике. Так и провели остаток ночи, периодически проваливаясь в дрему. Утром в робком свете зимнего солнца ползали по дому, как сонные мухи.

Ровно до тех пор, пока в гостиной у лестницы в воздухе не взвился огненно-дымный смерч, он постепенно увеличился в размере и с тихим треском исчез, а на полу стоял наш новый знакомец, человек-ворон. В обычном деревенском доме, да к тому же при ярком солнечном свете он выглядел совершенно ирреально. Огромный острый клюв, внимательные черные глаза, переливы зелено-синего по антрацитовым перьям на крыльях, которые он сложил за спиной. Высокий, около двух метров, крепкий и подтянутый. Олег тихо сказал, очевидно озвучивая слова Ра-кана:

— Оно побывало рядом с домом совсем недавно, это плохо. Времени так мало...

— Время для чего? — Данн подошел ближе. — Ты что-то знаешь об этом существе?

Ра-кан кивнул, приблизился к Данну, осмотрел его с ног до головы черными бусинками глаз, склонив голову, повернулся к Олегу.

— Нам лучше поговорить не здесь, мне сложно присутствовать в вашем мире, он слишком материален и амагичен. Однако для того, чтобы вы выжили в моем мире, мне нужна твоя помощь, Данн.

— Да, конечно, чем я могу помочь? — ответил на автомате парень, но в голосе послышалось искреннее недоумение.

Олег выслушал мысленный ответ ворона, медленно повернул голову и посмотрел на Данна круглыми глазами, как на пришельца из иного мира, заикаясь, озвучил:

— Н-нужна магия источника, хранитель, она защитит их много лучше моей. Твоя аура начала перестраиваться под этот мир, но т-ты сильнее, несомненно и сам бы вскоре вспомнил о том, кто ты на самом деле — без моей помощи, но придется ускорить процесс. Тебя сильно оглушили, вышвырнув в этот мир, но это поправимо, в подпространстве память вернется. Прошу верьте мне и подойдите ближе.

Ворон весомо взглянул на нас, ответом ему стали разрозненные кивки и несмелые шаги. Данн не двинулся с места, он застыл неподвижно и молчал. Я же испуганно размышляла о том, что наши шутки и самые фантастические предложения имеют обыкновение в последнее время становиться правдой, а нам остается, барахтаясь, плыть по течению и не свихнуться от нахлынувших впечатлений.

Ра-кан распростер крылья и что-то крикнул, нас окружило черным вихрем. Я почувствовала теплое прикосновение руки. Данн переплел наши пальцы.

Вдохнула, легкие обожгло, а спустя удар сердца поняла, что дышать нечем, кислорода просто не стало. Начало темнеть в глазах, Данн отмер, крепко обнял меня, прижал к груди и что-то прошептал, щеки коснулись мягкие перья Ра-кана. В легкие наконец-то начал проникать воздух, я снова могла дышать, в глазах посветлело, да и в мыслях тоже, к моему облегчению.

В панике поискала взглядом друзей, Мира и Олег стояли немного в стороне, я пригляделась, вначале не поверив своим глазам. Олег теперь выглядел совершенно обычно, в смысле человек как человек: ни призрачности, ни текучести. Бледная Мира все еще держалась за горло, как ия таращилась на парня. Кашлянула, протянула одну руку и ткнула пальцем Олега в плечо, палец сквозь него не прошел. Парень открыл было рот, очевидно уточнить, не сошла ли она с ума от кислородного голодания, да так и застыл. Поднес к лицу кисти рук, осмотрел внимательнейшим образом, запустил пальцы в волосы и чуть не рухнул под тяжестью подруги, которая, радостно вопя: «какздоровотычеловек», повисла у него на шее.

Я, криво улыбаясь, бросила взгляд в сторону и мигом посерьезнела, потрясения на сегодня не только не заканчивались, но и набирали обороты. Вокруг нас простирался ландшафт обещанного вороном иного мира, сотканного из огня, дыма и пепла. Ручейки лавы текли по земле, соединяясь в один поток, который, огибая плоскую равнину, окруженную черными невысокими скалами, исчезал вдали. Мимо, в паре метров от нас пронеслись несколько потоков серовато-пепельного ветра. Проследив за их полетом, я подняла глаза вверх, где на бархатно-красном небосклоне сияли четыре равновеликие белые луны. Неосознанно шагнула вперед, но я поспешилаа и наткнулась на невидимую преграду, перед лицом вспыхнули огненные вихри. Данн все еще сжимал мои пальцы, но стоял, не двигаясь, глядя немигающим взглядом перед собой.

— Ты вспомнил? — Ра-кан приоткрыл клюв, до меня донеслись его слова, произнесенные низким, хриплым голосом, очевидно, здесь ему не требовался посредник.

Данн отмер, взглянул на человека-ворона, кивнул и выпустив мои пальцы, закрыл руками глаза.

— Вспомнил, ты прав, не слабо меня приложило, да и мир быстро взял меня в оборот, не сотря на то, что магии в нем практически нет. Однако рачительный он хозяин, даже документами и воспоминаниями снабдил. Ничего, я не в претензии, — Данн наконец-то опустил руки и с облегчением улыбнулся. — Интересное приключение вышло, забыть себя и стать иным человеком, но ты прав, сейчас не до экспериментов.

— Так ты тоже из иного мира, да? — выдохнул Олег.

Он разглядывал Дана, словно ожидая, что внешний вид друга тоже претерпит существенные и удивительные изменения, например: отрастут щупальца, плавники, хвост или, на худой конец, мантия, островерхая шляпа и толстенная книга заклинаний в руках. Однако, когда ничего подобного так не произошло, парень разочарованно вздохнул. Мира ткнула его локтем в бок, тот скривился, да, нелегко быть телесным человеком.

— Да, из иного, но мы там вполне антропоморфны, — Данн явно разгадал ожидания Олега, тот смущенно покраснел. — Я хранитель источника магии, уже…– запнулся и несколько смущённо посмотрел на меня. После договорил обтекаемо: — довольно долгое время… Воздух этого мира не приспособлен для дыхания людей, верно? — задал вопрос он человеку-ворону.

— Не только воздух, а весь мир. Сейчас мы находимся в магическом подпространстве, но даже в нем долго они не протянут, нужна магия источника, чем больше, тем лучше.

Данн понимающе кивнул, прошептал негромко длинное певучее заклинание, вокруг нас взвился серебристый вихрь, понемногу он разделился на три части и окутал нас с Олегом и Мирой плотным коконом каждого по отдельности. До меня донесся голос Данна:

— Закройте глаза и постарайтесь внутренне не сопротивляться воздействию магии.

Я последовала его совету, и внезапно почувствовала, лёгкость, словно мое тело стало прозрачным и невесомым, все чувства обострились. Свист ветра оглушал, я слышала потрескивание огненный потоков под ногами, кожей ощущала нестерпимый жар, но эти ощущение длилось недолго. Вскоре, Данн обнял меня за плечи и сказал:

— Открывайте, все закончилось, магия огородит вас от воздействия огненного мира.

Я тут же широко распахнула глаза. Довольный свер меры Ра-кан щелкнул клювом. Защитная сфера задрожала и, превратившись в горячее марево, смешавшись с дымным ветром и унеслась вдаль. Мир Ра-кана предстал перед нами во всём своем огненном великолепии, но теперь мы могли здесь спокойно дышать, да и огненная атмосфера мира не оказывала на нас ни малейшего воздействия. Я посмотрела себе под ноги, под ними кляксой растекалась лава, однако я ощущала лишь легкое тепло.

— Мой мир называется — Хор-нан, и он не всегда состоял только из огня, когда-то, много веков назад, он был иным, росла трава, деревья, струились ручьи, омывал своими водами нашу землю океан. Магия мира тоже была иной.

— Почему все изменилось? Что-то произошло? — зинтересованно спросил Олег. Ра-кан печально склонил голову, крылья вздрогнули, по перьям пробежали огненные всполохи.

— Да, произошло. Огненный маг, сошедший с ума от собственного могущества, решил соединить наш мир с миром существующим параллельно. К сожалению, маги нашего мира поняли его замысел слишком поздно, они попытались помочь, но ничего не вышло, объединение так и не завершилось до конца. Единственное, что получилось у древних, это обезопасить жителей и смягчить возможные негативные последствия. С тех пор мир наполнен лишь огненной магией и лавой. Но это уже история, произошедшая так давно, что превратилась в подобие вымысла. Я отчасти благодарен судьбе за то, что попал в ваш мир, иной, но так похожий на наши легенды о былом. Что ж, оставим в покое прошлое, сейчас я приглашаю вас в мой дом.

— Постой, как же, Ра-кан, а если та сущность, пока нас нет в мире, еще на кого-то нападет? — с беспокойством в голосе воскликнула Мира.

— Не беспокойтесь, время в нашем мире не совпадает с вашим. Вы ждали меня половину суток, а здесь прошло больше десяти дней. Остальное обсудим чуть позже.

Он развернулся и неторопливо зашагал по огненной земле, направляясь к плоской равнине. Мы припустили следом, с интересом осматриваясь по сторонам. Вышли на плато, и перед нами соткалось прямо из воздуха здание, похожее на устремленный вверх обломок скалы из застывшей лавы.

Подошла ближе, коснулась стены: мелкопористый черный лавовый камень. Вот только ни дверей, ни окон, на доме заметно не было. Ра-кан приложил руку к стене, тонкая алая линия очертила контур арки, камень внутри контура исчез. Ворон вошел внутрь, я неловко сделала шаг за порог дома и открыла рот от восхищения. Все внутри было создано из черного камня, похожего на обсидиан: стены, пол, широкий низкий круглый стол в центре просторного помещения первого этажа. Выделялись на общем фоне черного цвета несколько огненных предметов мебели, отдаленно напоминающих диваны. Подняла голову к потолку, у меня закружилась голова, верхние этажи выделялись ярким алым контуром: стены и перекрытия, соединенные подвесными переходами и парящими лестницами, похожие на пространственную головоломку. Далеко наверху в крыше дома зияли круговые отверстия, они в точности повторяли ход четырех здешних лун.

10. История

Ра-кан сделал плавный, грациозный жест рукой, на столе появился высокий глиняный кувшин, пять кружек и блюдо со странного вида округлыми светло-зелеными плодами.

— Прошу вас, присаживайтесь, нам есть что обсудить, угощайтесь, это наш аналог вашего чая и местные корнеплоды, они растут в вулканической земле, но на вкус больше соответствуют вашим фруктам.

Я присела на краешек необычной мебели и тут же с тихим писком, провалилась в мягкое нутро, теплое и невероятно комфортное. Привыкнув к ощущениям, поёрзала немного и устроилась поудобнее. Не замечая моих телодвижений, Данн разлил по кружкам напиток, протянул одну мне. Несмело покрутив её в руках, я осмотрела жидкость и настороженно понюхала. В голове не возникло ни единой ассоциации, на что он похож, нечто ароматное, пряное, но совершенно неопознаваемое. Сделала небольшой глоток: сладко, вкусно, терпко. Сидевший напротив меня Олег надкусил диковинный плод, задумчиво пожевал и вынес вердикт:

— Похож на смесь киви и банана, мне нравится, спасибо за угощение, Ра-кан.

Я и Мира согласно покивали, с удовольствием снимая пробу с местного деликатеса, Данн одним глотком осушил кружку и поставил на стол.

— Ра-кан, мы ждали тебя с нетерпением, часть истории с убийствами нам поведал Кузьмич, но он знает далеко не все.

Ра-кан кивнул, он стоял у окна в шаге от стола, устремив невидящий взгляд на огненную равнину.

— Что же, ты прав, я изучил происходящее с магической точки зрения, и мне пора бы приступить к рассказу. Но я тоже смогу поведать далеко не всё, лишь то, что произошло при моем непосредственном участии. С чего началась эта давняя история, мне неизвестно, я угодил в ваш мир совершенно случайно, около двадцати дней, и отчасти сам в этом виноват. Бродил тропами безвременья, это особое место, пограничное, пролегающее между мирами, попасть туда невероятно сложно. Там я заметил странный след, уходящий в пустоту, ничего подобного я ранее не видел, и поэтому любопытство оказалось сильнее меня. Желая выяснить причину появления аномалии, отправился по таинственному следу, и меня накрыла тьма. Следующее, что я помню: густой лес, безлунная ночь. Непонятный и чуждый мир без магии, я едва мог пошевелиться, материя оказалась для меня уж слишком тяжелая.

— Ты понял, что это был за след? — спросил Данн

— Да, не сразу, но понял, эта темная сущность, обретающая в вашем мире, пыталась проскользнуть сквозь портал, через который ее когда-то призвали. Однако почему-то заклинание запустилось неверно. Оно сработало не на выход, а на вход. Я очень невовремя попался на пути и не сумел увернуться. Но моё появление в мире для сущности оказалось неожиданным и опасным, ведь за всё время своего пребывания в вашем мире она весьма поднаторела в маскировке и скрытности. Местные ей ничем не угрожали, а вот я сразу понял, почувствовал чужеродное присутствие.

— Перемудрила, хотела выползти из мира, а вышло так, что в мире появился опасный противник, — усмехнулся Олег.

— Именно так, немного придя в себя и оклемавшись, я попытался отправиться обратно в свой мир, но смог попасть лишь в некое подпространство, это еще одна странная и неизученная особенность вашего мира. Как мне показалось, особая защита, которую при выгорании магического дара было не преодолеть. Мне не хватало магии для полноценного перехода, а взять её в вашем мире было негде. Вернее, так я думал, пока чудом, в деревне не появился ты, — Ра-кан величественно кивнул Данну. — И сущность, притаившаяся до поры, совершенно ополоумела, чистая магия для нее как кислота, обжигающая, вездесущая. У неё ведь довольно ограниченный ореол обитания. Во что бы то ни стало ей нужно было уносить ноги или что там у нее за конечности. Она начала убивать без разбора и без скрытности, подпитываясь жертвами. Я пытался помешать ей это сделать, хотел перетащить людей в подпространство, но у меня ничего не вышло. Она их убивала, быстро, решительно, а из-за моего вмешательства тела сгорали. То есть я еще и помог отчасти с уничтожением улик. Повезло, что Олег почувствовал её присутствие и вывел вас к местам убийств. Мои попытки с вами заговорить ни к чему не привели. У тебя, Данн, стоял блок беспамятства, а девушка и призрак меня не слышали и не видели, мы слишком разные, да и силы были на исходе.

— Но позже ты смог мысленно со мной разговаривать, — напомнил Олег.

— Да ты ведь призрак, а значит, существо пластичное и изменчивое, легче подхватил шлейф чистой магии, и я получил возможность общаться с остальными через тебя. Люди — существа материальные, и достучаться до вас заняло бы гораздо больше времени, — Ра-кан качнул головой.

— Последнюю жертву тебе все же удалось спасти, — Данн сложил руки на столе, он не притронулся к еде, а мы, с волнением и любопытством слушая их разговор, почти все дожевали.

— У меня было некоторое время подумать, я сделал выводы из первых неудачных попыток и решил действовать, опираясь на материю этого мира. Если будет интересно, я как-нибудь тебе расскажу метод, боюсь, не смогу объяснить принцип на земном языке, — пояснил ворон.

— Выяснил, где точно находится древний портал? — Данн встал и подошел к хозяину дома.

— Да, это было легче всего, от него еще какое-то время тянулся шлейф безвременья. Он в лесу, у самой кромки болот, сущность хорошо его спрятала, боялась, видимо, что его окончательно уничтожат. Собственно, именно это нам и предстоит сделать, ее нельзя выпускать на волю.

— Безумного убийцу — ни в коем случае! Покажешь точное месторасположение портала? Мне необходимо его увидеть, тогда и решим, как его закрыть навсегда. Магия еще сбоит, я слишком долго прожил без памяти.

— Конечно, покажу, и нужно подумать, как выманить сущность из логова, что будет не так-то просто. Даже появление сущности у вашего дома ночью нам не упрощает задачу, как я уже говорил ранее, она слишком осторожна.

— Значит, нам придется выманить ее из норы. Понять, что произошло теперь не сложно, если сопоставить все известные факты и знать принципы магии призыва. Появилась она в мире давно, в середине прошлого века, по вине кучки чокнутых фанатиков. Они, очевидно, пыталась вызвать потустороннего демона, но что-то пошло не так и в мир просочилась некая иномирная сущность. Единственное, что у них отлично вышло, так это поставить контур защиты, который убийце не удалось преодолеть, даже уничтожив сектантов одного за другим и напитавшись энергией своих жертв. Она явно понемногу скатывалась в безумие, угодив в тяжелый и амагичный мир, но при этом смогла не выдать местным свое присутствие. Если бы не внимательность и дотошность деда Кузьмича, хотя и у него были одни догадки да подозрения.

— То есть изначально, до появления в нашем мире, убийцей эта сущность не была? — уточнила Мира.

— Нет, на портале не чувствуется печати смерти. Убивать ей пришлось, чтобы выжить и из желания любой ценой пробить защиту. Но последнее пока просто мое предположение, — объяснил Ра-кан, отрицательно покачивая головой..

— Весьма правдоподобное, — Данн закрыл глаза и уткнулся лицом в ладони.

— Вам стоит провести в огненном мире чуть больше времени, привыкнуть к магии и смене пространств, иначе не долго присоединиться к сущности в безумии, — предупредил хозяин дома. — Знаю, мое жилище не приспособлено для бескрылых существ, и все же, прошу вас, располагайтесь и отдохните. Комнаты пусты, но это поправимо, — предложил гостеприимно ворон.

— Думаю нам лучше прогуляться, кажется, в этом мире найдется на что посмотреть. Если это возможно, — Данн поднял голову и хитро на меня взглянул.

Ра-кан склонил голову набок, черные глаза смешливо сверкнули. Олег и Мира согласно закивали, еще бы, возможность осмотреть другой мир выпадает не каждый день.

— Ты прав, у нас найдется на что посмотреть. Сегодня мы празднуем Ночь теней — Нир-тан. Если желаете, я буду счастлив вас сопроводить в город. Только придется наложить на вас морок, наши жители, как и вы, не избалованы посещениями иномирцев, но это не сложная магия, вас никто не узнает.

Ра-кан взмахнул крыльями, нас окутало теплыми потоками воздуха, в ушах загремело заклинание на непонятном языке, я зажмурилась. Когда воцарилась тишина, открыла глаза, осмотрела Данна и друзей, выглядели они, очевидно, как и я, копиями хозяина дома, только размерами поменьше. Птичьи головы с роскошными клювами, за исключением одного: крыльев нам не досталось, вместо них все мы щеголяли в черных накидках с капюшонами поверх обычной одежды. При этом мы сквозь морок видели свой реальный облик, словно сквозь прозрачную маску.

— На празднике на вас никто не обратит внимания, морок отведет пристальные взгляды. Всё же старайтесь не подходить к местным жителям, держитесь немного в стороне. И, спешу вас заверить, что месте вам гулять по городу совсем не обязательно, магия моего дома приведет вас к нему обратно, стоит вам это пожелать. Мне же необходимо восстановить магические резервы, отправлюсь к горным пикам, где сосредоточена наша огненная магия. Сразу после того, как доведу вас до города Ка-нам, это недалеко.

Покинув дом Ра-кана, мы двинулись за вороном по огненному плато к скалам, темной громадой возвышающихся на горизонте. Добрались быстро, миновав узкий скальный проход, вышли к городу. Ра-кан взмыл в воздух, развернулся и скрылся в тени скал. Наша четверка с изумлением осматривали открывшуюся перед нами картину. Город состоял из нескольких сотен зданий, соединенных широкими улицами: некоторые из них походили на головоломки из камня и стекла, пирамидальные, округлые, сферические и спиральные. Одно здание выделялось на фоне остальных, оно отдаленно напоминало старинный замок из черных каменных блоков с узкими башнями, устремленными к красным небесам. Вдоль улиц горели жаровни с расставленными на них напитками и едой, на улицах и над нашими головами мелькали крылатые силуэты. Откуда-то слышалась тихая музыка, непохожая ни на что ранее слышанное мной. Она одновременно заставляла сердце трепетать от безмерного счастья и сжиматься от грусти.

Олег и Мира отправились в сторону замка, мы с Данном решили пройтись по улицам, стараясь держаться в тени зданий, прихватили с одной из жаровен глиняную плошку с округлыми мелкими плодами, на вкус отдаленно напоминающими фундук, но более сочными и мягкими, и две кружки с горячим напитком.

Для меня все происходящее больше напоминало удивительный сон, и только рука Данна, крепко обнимающая меня за талию, удерживала в твердой уверенности, что все вокруг реально. Неспешным шагом мы вышли на небольшую площадь, здесь и обнаружились музыканты, пятерка воронов с незнакомыми музыкальными инструментами в когтистых лапах, струнными и духовыми. Данн забрал из моих рук кружку, поставил ее на жаровню у стены пирамидального здания и с легким поклоном пригласил меня на танец. Мы закружились по площади среди других пар, такие же легкие и крылатые, как и местные жители, но от счастья. Данн едва слышно произнес:

— Странно сложилась судьба, мне пришлось потерять память и забыть себя, чтобы наконец-то спустя столько лет найти тебя. И я счастлив как никогда. — От его слов, мои щеки опалило жаром, я неловко запнулась о длинный подол плаща, Данн со смехом подхватил меня. — Не отпущу и обещаю, таких праздников под светом чужих лун в твоей жизни будет много. В нашем мире чувства не выражают так, как в вашем, их не принято скрывать, однако они созвучны словам: люблю тебя.

— Не отпускай, люблю тебя, — едва слышно прошептала я, искренне, от всего сердца.

Данн утянул меня в густую тень и нежно поцеловал. Гуляли мы еще очень долго, пробуя еду и напитки с жаровен, любуясь восходом четырех лун над вершинами причудливых зданий. Вороны не обращали на нас ни малейшего внимания, но постепенно их на улицах становилось все меньше. Зато в небесах крылатых силуэтов — все больше, неожиданно небо начало менять свой цвет, красный бархат сначала расчертили белые и фиолетовые полосы, луны застыли на небесном полотне у самого горизонта. От восхищения у меня перехватило дыхание. Справа в воздухе вспыхнули яркие переливы зелено-синего цвета, очень похожие на наше северное сияние. Спустя какое-то время на потемневшем небе осталась лишь одна луна, крылатые силуэты понемногу растворились во тьме.

— Ты наверняка видел много разных миров? — спросила я, мы устало присели на выступ скалы.

— Да, много, — кивнул Данн. — Только никогда не путешествовал с кем-то ради удовольствия. Мне очень понравилось! Когда разберемся с сущностью, я непременно покажу тебе свой мир, с него и начнем путешествие.

— А твой мир, он какой? — пытаясь не захлебнуться от нахлынувших ярких чувств, полюбопытствовала я.

— Он похож на землю, деревья, реки, горы, но есть существенное отличие — наш мир магический, и в нем есть источник магии. Я один из его хранителей, это длинный рассказ, а сейчас нам пора идти, Ра-кан ждет нас, я слышу его магический зов.

— Нужно найти… — начала было я.

— Наши друзья уже вернулись, — понял о чем я хочу сказать Данн. — По пути ненадолго зайдем в храм знаний, это здание, похожее на замок. Он открыт всегда и для всех, аналог ваших музеев, но древние предметы и книги не лежат за пыльными стеклами, а укрыты тонкой магической защитой, их можно брать в руки, изучать, читать.

— Серьезно? — я засмеялась. — Так вот где ошивались наши друзья.

— Угадала, последуем их примеру.

Мы вернулись на главную улицу и вскоре стояли перед замком, нависающим над нами массивной громадой, пронзающей острыми пиками башен бархат небес. Миновали арочный проем и вошли в просторное гулкое помещение, вдоль стен тянулись вверх полки со старинными фолиантами, по периметру зала располагались прямоугольные тумбы, на них стояли необычные артефакты.

— Я могу рассказать историю создания некоторых предметов, моя магия дает возможность ее увидеть. Большая их часть, созданные еще в те века, когда мир Хор-нан выглядел иначе.

— До слияния?

— Именно, но главное, что отличает этот мир от многих других, на предметах нет печатей смерти и несчастий. Вороны мыслители и созерцатели, но не убийцы, — Данн обнял меня и прижал к себе, я с грустью вздохнула, глаза устало закрылись, слушала биение сердца Данна, проваливаясь в полудрему. Он прошептал: — Этот мир очень стар, но древняя история сокрыта во тьме безвременья, которая его окружает с некоторых пор.

— Солнца в этом мире нет? — спросила я, понемногу начиная анализировать увиденное и услышанное.

— Нет, только луны. Они поднимаются на небосклон поочередно, все четыре восходят одновременно раз в три месяца. Мы очень удачно прибыли погостить, вороны отмечают этот день как праздник

— Почему же тогда он называется — Ночь теней?

— От предметов сегодня тянутся четыре тени…

— Ох, ну конечно, могла бы и сама догадаться! — я удрученно вздохнула.

— Идем, ты стоя засыпаешь, — Данн потянул меня к выходу.

Как мы добрались до дома Ра-кана, я почти не помнила, в памяти остались лишь смутные образы города, огненных скал и безлунного мрака неба.

Проснулась на кровати, очевидно, в одной из комнат дома Ра-кана. Осмотрелась вокруг с изумлением. Спальня походила на дикую смесь мебели нескольких миров: обычная деревянная кровать, почему-то под алым бархатным балдахином, каменный обсидиановый стол у круглого окна во всю стену, старинные фонари со свечами и пушистый серый ковер. На столе стоял кувшин, тарелка со снедью и опять незнакомого вида, отдаленно похожее на черные угли с синими пятнами, и лежал свиток из плотной желтоватой бумаги, я его развернула:

"Саша, пока вы спали, мы с хозяином дома решили хорошенько пораскинуть мозгами, как нам сподручнее выследить и поймать безумную сущность. Ждем внизу, спускайся по центральной лестнице. Люблю. Данн."

Улыбаясь, я подцепила с тарелки, стоящей на столе, черное нечто, покрутила перед носом, принюхалась, пахло печеной на костре картошкой, аккуратно надкусила, так и есть — картошка с привкусом жареного лука. Засунула остальной кусок в рот и, зажмурившись, с наслаждением сжевала. Наскоро перекусив, улыбаясь до ушей, с кружкой в руках, наполненной уже знакомым горячим пряным напитком, я спустилась по лестнице на первый этаж, где и нашла Ра-кана и Данна.

— Где же Олег и Мира?

— Убежали в город, они весь вчерашний праздник провели в замке, решили наверстать упущенное и немного пройтись по улицам, местные отдыхают, им никто не помешает.

— Неуемные какие и хитрые, — усмехнулась я. — Вы что-нибудь придумали?

— Примерный план, — кивнул Данн, задумчиво подливая себе в кружку напиток из кувшина. — Все же вначале нам необходимо изучить портал и понять, из какого сущность прибыла мира. Потом уже решим, как с ней быть.

— Понять? То есть найти и изучить! Всеми! — я восторженно подскочила.

Оценив степень моего восторга, Данн улыбнулся краешком губ. Однако, Ра-кан укоризненно покачал головой.

— Возможно, вы отправитесь с нами. При условии, что он будет не опасен для теплокровных организмов, миры бывают всякие. Да и время в них идет по-разному, не факт, что оказавшись там, мы не застрянем на пару тысячелетий.

— Жаль, я уже втянулась, — я огорченно вздохнула. Данн лишь молча головой покачал.

— Они идут, скоро будут здесь, — бросил Ра-кан встал и подошел к окну.

Наши неутомимые путешественники влетели в дом на всех парах. Выглядели они донельзя счастливыми.

— Боже, как тут красиво, а можно будет еще вернуться сюда? — Мира остановилась у окна рядом с Ра-каном.

— Не вижу препятствий, — сдержанно кивнул тот, не отвечая прямо на вопрос. — Сейчас нам пора возвращаться в ваш мир. Попробуем добраться до него по тропам безвременья. Заодно проверим, примут ли они вас, без плотного кокона магии источника. Если да, то после сможете вернуться сюда даже без моего сопровождения. Эти плащи заберите с собой, на них останется морок, на длительное время.

Олег залпом выпил кружку напитка и покивал, снял свой плащ, забрал плащ Миры, сложил их и повесил на сгиб локтя. Данн прихватил наши плащи, и все выжидательно посмотрели на Ра-кана, он прошествовал на выход, мы за ним. Вышли на плато, Ра-кан крутанулся на месте, земля ушла из-под наших ног, но вокруг вспыхнул контур защиты.

— Вот это да! — донесся до меня восхищенный вздох Миры.

Я открыла глаза и охнула, мы оказались в кромешной темноте, в которой не было ничего: ни пространства, ни течения времени. Никогда бы не подумала, что это можно физически ощутить, однако оказалось все возможно. Тьма поглощала звуки, чувства, запахи, ощущения, ориентиры, силуэты друзей стали туманными, потеряв четкие контуры. Под ногами стелилась тёмно-пепельная дымка. Контур понемногу растаял.

— Безвременье вас приняло, — раздался в голове голос Ра-кана, он заметил наши ошарашенные взгляды. – Не переживайте, переход сам по себе сложности не представляет, не нужно обрядов и особых усилий! Но никак иначе проверить, допустит ли он вас или нет, было нельзя, однако я внимательно отслеживал процессы и удерживал контур, при малейшей дестабилизации тропы увел бы вас обратно в мой мир. Как я уже говорил ранее, этими тропами могут пройти далеко не все. Идите за мной след в след, не сходите с тропы.

Выстроившись в шеренгу, мы потопали за вороном. Вернее, делали нужные движения, однако их фиксировал только мозг, частей тела я тоже не чувствовала — странное и отчасти неприятное ощущение.

Хорошо, что продлилось оно недолго, тьма вскоре исчезла, и мы выпали в родные сугробы, мгновенно окоченев до костей. Кое-как поднялись, я с благодарностью кивнула, когда на мои плечи опустился плащ, жаль только, что он не очень-то спасал от мороза. Морок наложенный на вещицу не сработал, ну да, ведь наш мир амагичен! Стуча зубами, я оглянулась, оказалось, что мы выпали возле моего забора, Данн вытянул меня из сугроба, провел к задней калитке. Вскоре мы всем скопом ввалились в гостиную, переоделись в теплую одежду, оставили плащи на диване и вернулись на улицу, Ра-кан поджидал нас на поляне неподалеку, ему, очевидно, холод был нипочем.

— Понимаю, переход по тропам малоприятен, но потерпите еще немного, портал находится очень далеко отсюда.

В глазах потемнело, мы опять оказались в безвременье, но совсем ненадолго, и вот мы снова в заснеженном лесу.

— Не отходите от этого места, здесь рядом болото, — предупредил Данн. — Фон портала я чувствую, но он мне незнаком.

— Как и мне, — кивнул Ра-кан.

— Саш, стало еще холоднее, или это мне кажется? — Мира подошла ко мне, ее слегка потряхивало, она поплотнее закуталась в шарф и натянула шапку чуть ли не до подбородка.

— Видимо, наша гостья снова пыталась пробиться на волю, чувствуется недавнее вмешательство. — Ра-кан присел у группы засыпанного снегом кустарника. — Она теряет последние остатки разума, нужно действовать, иначе, боюсь, может пойти на крайность…

Вдруг на поляне все резко пришло в движение, Данн метнулся вперед, взмахнув рукой, уши заложило, меня шарахнуло о ближайший ствол дерева, куртка зацепилась за острый сук, послышался громкий треск. Ра-кан вихрем взмыл вверх, огромные крылья закрыли часть неба над поляной. Ухеув вниз, Олег повалил Миру на землю. Меня что-то сильно ударило в солнечное сплетение, дышать стало тяжело. Двигаясь как в замедленной съёмке, Данн громко рявкнул слово на незнакомом языке, подбежал ко мне. Ра-кан пронесся над нами, в шаге от меня открылся портал в огненный мир.

— Олег, уведи их отсюда, здесь опасно, — донесся до меня голос Данна.

— Нет, я не уйду, — крикнула я, но Олег, не слушая возражений, схватил меня за руку и резко дернул.

Кубарем мы ввалились в портал, он захлопнулся. Тихо всхлипывала Мира. Я друзей видела плохо, но почувствовала, что куртка висит на мне лохмотьями, стянула ее и бросила на землю. В нос ударил запах гари, я заморгала, нас со всех сторон окутало плотными клубами дыма, сознание погасло.

11. Лабиринт

Пришла в сознание от нестерпимого холода, казалось, что у меня промерзло всё тело. Стуча зубами, я приподнялась и неловко села, обхватила себя за плечи руками, пытаясь хоть немного отогреться. Да что за напасть, мы же должны были оказаться в огненном мире! Я с трудом поднялась на онемевшие ноги, в голове гудело, окружающее пространство расплывалось, сильно тошнило. Закрыла глаза, стараясь дышать размеренно, подождала, пока тошнота хоть немного утихнет, когда наступил этот долгожданный момент, посмотрела вниз...

Нервно сглотнула, шагнула назад и распласталась по стене. Сердце бешено застучало, в спину впивались выступы каменной кладки, ведь под моими ногами оказался лед: прозрачный, как вода, с вкраплениями воздушных пузырьков, он уходил на бесконечность вниз. Казалось, что я стою над бездонной пропастью, холодной и пугающей до дрожи. Камень за спиной давал хотя бы какую-то опору, я с опаской взглянула вверх, темный потолок нависал надо мной на расстоянии пары метров, кое-где кладку пересекали огненные трещины, и если снизу тело пронизывал ледяным холодом, сверху веяло жаром, как от мощной печи.

Не понимала, куда меня на этот раз занесло. Огляделась по сторонам, всхлипнула и замерла от ужаса, до меня наконец-то дошло — друзей рядом со мной не было, я стояла в коридоре совершенно одна. Как же так, значит, мы не провалились сюда все вместе? Или же, возможно, нас просто раскидало по разным местам? Или они все же остались там, наверху огненного мира, а здесь я одна? Только вот здесь — это где? На лбу выступила испарина, меня затрясло не только от холода, но и накатывающей паники.

— Прекрати! Психами делу не поможешь, не стой, двигайся, — рявкнула я и глубоко вздохнула. — Не стоит впадать в истерику.

Я старалась расслабиться, насколько это вообще было возможно. Голова понемногу заработала, и я вспомнила, что нам рассказывал Ра-кан: его мир раньше был иным! Наверху остались лишь пепел, лава и огонь, из-за соединения миров. И все же хоть что-то от второго мира должно было остаться, в глубинных пещерах или подземельях...

Но, как я ни старалась, ни до чего путного додуматься не выходило, слишком мало у меня было информации. Вопросы один за другим возникали в голове, сумбурные, разрозненные. Что же это за место? Древнее подземелье? Как я сюда попала? Сколько я, кстати, провалялась в отключке? На это место распространяется течение времени огненного мира или нет? Как же отсюда выбраться? Где друзья? Как там Данн и Ра-кан, что произошло в лесу?

Ответов на эти вопросы взять мне было негде! Собрав остатки сил, отлипла от стены, старательно отводя глаза от бездны под ногами. Ступни уже до боли сводило от холода, не спасали даже зимние ботинки. Нужно идти куда угодно, главное двигаться. Осталось мелочь: решить, куда именно?

Еще раз осмотрела туннель, хотя разглядывать здесь было особенно и нечего, камень, лед, огонь. Топать ногами и прыгать по ледяной бездне не хотелось категорически, нерешительно постояв на месте, все же осторожно зашагала вправо. Однако, не пройдя и двадцати шагов в полусумраке коридора, увидела, что уткнулась в тупик. Та же каменная стена, с той лишь разницей, что, как и по потолку, ее пересекали огненные тонкие ручейки. Подошла ближе, от стены окатило жаром, щеки запылали, по спине потек пот, ноги, однако все еще стояли на льду и тепла решительно не ощущали. Волна страха накатила с новой силой и накрыла с головой, резко развернувшись, я понеслась в обратную сторону, слава всем богам, что лед не скользил под ногами, сейчас для меня это оказалась лучшей из новостей, не хватало еще ползать по льду на карачках.

Постепенно паника немного отпустила, зато дыхание сбилось, я перешла на шаг, едва передвигая ноги от усталости. Сколько я так шла, не имела ни малейшего представления, время всегда оценивается изменениями пространства, самочувствия, освещения. В коридоре не менялось ничего, а я чувствовала себя стабильно и неизменно паршиво. Голова кружилась от жара потолка, волосы липли ко лбу, от шеи, по спине тек пот, а ноги стыли от холода. Шаг, еще шаг, колени подгибались, я подошла к каменной кладке стены и прижалась к ней лбом, закрыв глаза. Вдыхая запах гари, переступила с ноги на ногу. Тело трясло от перепадов температуры, к горлу опять поднялась тошнота. Нужно двигаться, не стой!

Отошла от стены. Шаг, еще шаг, чуть не упала, ноги совсем не слушались. Взглянула вперед и прищурилась: впереди коридор изменился, я подошла ближе к самой границе.

Пол поменялся местами с потолком, теперь бездна льда нависала над головой, а под ногами сияли огненные реки. Хорошо, ноги отогреются, оптимистично подумала я, но что будет, если случайно наступить на огненный ручей? Я осторожно носком ботинка коснулась алой ленты. Ботинок не пострадал, я немного успокоилась. Двинулась вперед, ноги мгновенно отогрелись, и все же по возможности я обходила огонь, плавясь в его жаре.

Я настолько сосредоточилась на процессе, что, в очередной раз, переступив алый ручей, ошеломленно вытаращилась на мягкие поросли травы ярко-сиреневого цвета, проросшие сквозь каменную кладку стены. Наклонилась и осмотрела узкие листья растения, руки тянуть не спешила, памятуя, что книги о флоре и фауне огненного мира мне выдать забыли. Однако я уже начала привыкать к лабиринту, волнение улеглось, ведь изменить что-либо пока мне было не под силу. Так? Я остановилась, вопросительная интонация собственной мысли выбила из колеи. Ведь Данн наполнил нас магией, а что если попробовать поколдовать? Чувствуя себя донельзя глупо, попыталась понять, а что мне нужно намагичить? Вопрос замечательный, что же полезного наколдовать в бесконечном огненно-ледяном коридоре? Раздумывая над этим вопросом, я на автопилоте двигалась вперед…

Вдруг, выпав из невеселых мыслей, поняла, что пол уходит из-под моих ног, и, взвизгнув, с головой нырнула в холодную воду. Забила по воде руками и ногами, но что-то давило сверху, не давая мне вынырнуть на поверхность, в глазах потемнело, мокрая одежда и ботинки камнем утягивали вниз.

Оказалось, что организм ещё не исчерпал запасы страха и паники, выданные ему по умолчанию с рождения. Собрав последние крохи здравого рассудка, задержала дыхание и замерла, сосредоточившись на магии глубоко внутри меня. Вспомнила ее серебристые переливы и почувствовала, как потоки тепла разлились по венам, разгоняя кровь. Перед закрытыми веками запульсировало в такт стуку сердца неяркое сияние, я распахнула глаза, вокруг моего тела постепенно закрутилась вихрями искорок серебристая сфера. Давление испарилось, а вот легкие горели огнем. Я, не сдержавшись, судорожно вздохнула, прощаясь с сознанием. И ужасно удивилась, когда вместо воды в мои легкие заструился чистый воздух. Подняла голову и посмотрела вверх, потолок коридора исчез, а наверху, в далеком, чужом бархатно-черном небе сияли шесть лун.

Магия подхватила меня, ослепительно полыхнула. Я крепко зажмурилась и спустя пару секунд плашмя упала на каменный пол коридора. Открыв глаза, осторожно села и со всхлипом облегчением увидела рядом Миру. Пока я поднималась на ноги, глупо моргая, пытаясь прийти в себя, тело пронзило молнией, а одежда внезапно оказалась сухой. Меня потряхивало от напряжения. Друзья с изумлением таращились на меня, как на невиданное чудовище. Серебристая сфера растаяла в воздухе, а я тут же чуть опять не завалилась на пол под весом подружки, повисшей у меня на шее.

— Боже, Саша, ты здесь, мы так волновалис! Очнулись в этом дурацком коридоре, а тебя нет. Неизвестно куда идти, как тебя искать, всюду сплошь камни, камни и факелы, как в кошмарном сне. Пусто, однообразно, ни намека на выход.

Я изучила коридор, действительно он здесь был полностью каменным, по стенам в ржавых держателях горели чадящие факелы.

— Да, а меня, наоборот, разнообразие коридора вымотало ужасно, — буркнула я.

— Как ты нас нашла? — громко спросил Олег.

— Мне помогла магия, я попыталась ее призвать, когда угодила в воду, выплыть не могла никак, на помощь позвать тоже, да и никого рядом не было. Действовала по наитию и, кажется, что-то у меня получилось.

— Какая вода, где? — подруга в ужасе на меня взглянула.

— Пол тут местами с подвохом, — саркастически сказала я, от воспоминаний о барахтанье в холодной воде меня передернуло.

Мира снова заключила меня в крепкие объятия. Олег нахмурился, я мысленно отметила, что он выглядел все таким же полноценно телесным, как и прежде. Он кивнул:

— Рад, что ты нашлась. Надо же, впредь будем осторожнее, с тобой точно все в порядке?

Олег подошел к нам ближе, Мира разжала руки, внимательно осмотрела меня со всех сторон, я уверенно кивнула.

— В порядке, точно! Особенно радует, что я теперь не одна!

— Ты сказала, призвала магию? — начал было парень и тут же застонал, удрученно хлопнув рукой себя по лбу. — Ну, конечно, магия! Мы о ней и не подумали. Вот что значит быть человеком, неприученным к магическим фокусам.

— Главное, что мы снова вместе, теперь не пропадем! Хорошо, что в данной версии коридора лабиринта нет резких температурных перепадов.

— Да, у нас с самого начала он представляет собой типичное подземелье, надеюсь, все же обойдемся без скелетов, казематов, крыс и пауков, — сказала Мира, нахмурилась, огляделась по сторонам и поежилась. — Идем, по дороге все обсудим. Стоять на месте просто выше моих сил.

— Подожди, — я схватила ее за руку. — Давайте вместе попытаемся призвать магию, возможно, нам удастся вернуться на поверхность огненного мира?

Мира и Олег неуверенно замялись…

— Не стоит, иначе вы напитаете магией это место, что делать никак нельзя, — раздался хриплый голос за моей спиной.

Я крутанулась, чуть не потеряв равновесие, вцепилась в плечо подруги и уставилась на крупную сову, сидевшую на каменном полу.

— Ой, ну ничего себе! — громко воскликнула Мира.

Присмотревшись к птице, я с удивлением увидела, что в районе ее живота под мягкими перьями располагался циферблат часового механизма со стрелками и цифрами под стеклом. В остальном птица была совершенно реальной: бело-коричневые перья, крылья, острый клюв, круглые темные глаза.

— Филин, — щелкнув клювом, сказала птица.

— Приятно познакомиться, Филин! Так, что это за место? И откуда вам это известно? — Олег держался молодцом, не обращая внимания на необычный вид неожиданного помощника.

— Это лабиринт — ловушка, много лет поджидающий гостей из иного мира. Можете не переживать, сколько бы вы здесь не пробыли, в мире, где остался Данн, не минует и минуты. Времени здесь нет, — проинформировал нас Филин

— С ним и Ра-каном все в порядке? Что произошло в лесу? Вы знаете? — затараторила Мира.

— Они в порядке, что произошло, я не знаю. Данн послал меня к вам на помощь, — коротко ответил Филин.

— Что нам делать, как выбраться из этого лабиринта? Зачем вообще лабиринту понадобились гости из иных миров? И почему он ловушка? — озадачился Олег.

— Вам все объяснят, идите вперед, ничего не бойтесь, но все же не забывайте смотреть под ноги, — Филин взмахнул крыльями, заложил круг по коридору и, упорхнув куда-то вбок, скрылся без следа.

— Да что ж такое! Кто нам все объяснит, когда? — Мира возмутилась, обращаясь к пустоте коридора.

— Так, ладно, уже хоть что-то определенное, — Олег потянул ее за собой.

Вздохнув, я грустно поплелась следом. Филина прислал Данн, значит, с ним все хорошо, но как же жаль, что его нет рядом. По коридору мы двинулись вперед гораздо бодрее, но, как ни странно, сейчас, после предупреждения Филина и моего купания в воде, отсутствие опасностей и преград не успокаивало, а настораживало. Все чаще мы оглядывали стены и пол, высматривая малейший намек на ловушку. Вскоре пол пошел под уклон, пришлось замедлить шаг, и пять шагов спустя мы затормозили у бездонного провала. Впереди виднелось продолжение коридора лабиринта, но нас разделяло черное марево безвременья, его не узнать было невозможно.

Олег сел на пол, осторожно опустил в черноту ногу, она провалилась, он отдернул ступню обратно.

— Не вышло, но попытаться стоило, придется прыгать, по моим прикидкам, провал чуть больше метра. Одолеем, даже без разбега. Я прыгну первым, потом вы, я подстрахую, если что, с той стороны.

Мира напряженно следила за его прыжком. Он благополучно приземлился на той стороне. Не тратя времени, мы по очереди перепрыгнули провал.

— Неплохое начало, дамы, дальше по коридору комнаты. Проверим, что там?

— Комнаты? — воскликнула Мира и осторожно приблизилась к проему без двери. — Хм, пусто.

— Как, совсем? — удивился Олег.

Я засмеялась, заглядывая во все комнаты в коридоре по очереди.

— Ты ведь не ожидал найти здесь сокровища?

— Нет, конечно, воронам они вряд ли интересны. Книги, свитки, магические предметы. Последняя тоже пуста. Ой…

— Что? Олег? — воскликнула Мира.

Это «что» мы увидели незамедлительно. Немного левее по проходу появилось неяркое свечение, оно отличалось от света уже привычных нам светильников. Сделали пару шагов вперед и увидели, что свечение шло от парящей у стены веревочной лестницы, она уходила ввысь к потолку.

— Полезем? Или нет? — Мира заинтересованно покрутилась вокруг лестницы, нахмурилась и посмотрела на Олега, тот почесал макушку.

— Думаю, стоит попробовать…

Вспыхнул огонек, и на пол у лестницы упало птичье перо. Олег нам подмигнул и, резво перебирая руками и ногами, полез вверх. Мира за ним, я коснулась пальцами лестницы, ощущение было странное, будто дотронулась до теплого шершавого дерева, хотя на вид — обычная веревка. Но, в отличие от обычной веревочной лестницы, она не гнулась и не раскачивалась, взбираться по ней было удобно, и вскоре мы добрались до потолка над головами, Олег поднял вверх руку, она, не встретив препятствий, прошла сквозь каменную кладку.

— Подождите, я проверю, что там, — и сунул в потолок голову. Вынырнул обратно. — Какая-то комната, забитая книгами.

Олег и Мира по очереди забрались в таинственную комнату, сквозь реалистичный морок потолка. А я немного замешкалась, ожидая не початиться ли новый знак в виде пера, но его не последовало. Олег подал мне руку, я присоединилась к друзьям. Комнатка действительно была забита полками с книгами и свитками до самого потолка. Окно, широкий деревянный стол также завален бумагами, справа стояла зажженная масляная лампа, поверх бумаг лежало длинное черное перо.

Я подошла к окну и охнула, мир за окном не был похож на огненный: красное небо, луг, заросший сине-белой травой, вдалеке плескалась река, отражающая цвет небес, небольшая черная роща росла неподалеку. Картинка была нечеткой, а словно поддернутая туманной дымкой.

— Таким наш мир был до того, как я совершил самую трагическую ошибку в своей жизни.

Услышала за спиной чей-то голос и резко обернулась. В комнату вошел человек-ворон, но он отличался от Ра-кана и явно был очень стар, перья этого ворона покрывала белая кайма, клюв у основания посерел, глаза от времени затянуло блеклой пеленой. Он был намного ниже ростом Ра-кана, и его крылья свисали вдоль спины, волочась за ним по полу.

— Я Ра-нир, — представился ворон.

— Мы не ослышались? Вы сказали… — начал Олег.

— Да, сказал, что именно я превратил наш мир в царство огня, ненамеренно, — он прошел к столу и тяжело опустился на стул. Взмахом руки наколдовал еще три стула, мы несмело уселись.

— Зачем вы это сделали? Для чего? — спросил Олег.

— Видите ли, тот мир, с самого сотворения, был нашим спутником, безымянным, незримым, безлюдным и не таким уж безобидным. С завидной частотой миры шли на сближение и с местах соприкосновения часто возникали землетрясения, тектонические сдвиги и другие катаклизмы. Рано или поздно, это закончилось бы плохо, но уничтожить соседний мир не задевая наш возможности я не видел. Выход был один — объединение!

— И вы решились действовать в одиночку? Почему? — я ее понимала чем он руководствовался.

— Гордыня! И излишняя самоуверенность, — коротко ответил ворон. — Видите ли, я вложил в объединение миров все свои силы и всю магию. Но этого было мало. Я не довел объединение до конца, сбился, и магия переросла в проклятие! С тех пор больше всего на свете я жалел о собственном эгоизме. Позже ни закончить начатое, ни справиться с проклятием у меня не вышло. Лишь овеществить его и преобразовать в этот самый лабиринт, пролегающий в недрах горного хребта.

— Но как же, вам не помогли? Вороны сильные маги...— не поняла я.

— Не могли! После многочисленных бесплодных попыток все исправить я осознал, что сам себя заточил в своем же лабиринте далеко от разлома. Меня он к нему не пускает. Местным то же сюда путь заказан, иначе проклятие выйдет из-под контроля и развернётся в полную мощь. Новый тупик. Мне пришлось оставить лазейку, вы ведь гости из иного мира, и в вас есть магия, это я вижу. Прошу меня простить, но у меня не было выбора, проклятье необходимо снять.

— Нам его снять! Как же, скажите на милость это сделать? — я встала и подошла ближе к ворону.

— Соедините луны!

Ра-нир моргнул и указал рукой на стену позади нас. Воздух словно загустел и потемнел, я шагнула наугад вперед и врезалась в стену. Рядом послышались испуганные возгласы моих друзей. Я моргнула, вокруг вновь посветлело. Оказалось, что мы опять стоим в коридоре неподалеку от веревочной лестницы, которая в ту же секунду осыпалась пеплом на пол, после чего, собравшись в тонкую серую полосу, скользнула вперед.

— Вот и снова родной коридор, — простонала я. — Что ж, идем искать луны!

— Да уж, отличное разъяснение, а главное понятное: соедините луны! Знаете, оказалось, я терпеть не могу таинственные задания, о которых нас оповещают туманными намеками. — Мира потерла пальцами виски.

Олег улыбнулся и покачал головой.

— Других вариантов у нас все равно нет! Значит, следуем за пеплом, и ищем разрозненные луны.

Мы так и сделали, потопали по коридору. Спустя какое-то время я протерла глаза и подошла к каменной стене, не понимая, мне показалось или нет. Коридор как будто начал выцветать, вначале это было не очень-то заметно, однако чем дольше мы шли, тем сильнее он таял.

— По-моему, нечто интересное нас ждет впереди, раз уж коридор исчезает в небытии, — я попыталась коснуться полупрозрачной стены, но ничего не ощутила, будто под моими пальцами был просто воздух.

Пепел растаял без следа, а мы замерли остолбенев. Перед нами открылось невероятное зрелище! Пересечение двух так до конца и не соединившихся миров. Один из которых был точной копией миража, увиденного нами из окна комнаты Ра-нира: бледно-красная высота неба, черные стволы деревьев с трепещущими на ветру прозрачными листьями. Разрыв миров растекался серебряными линиями, отделяя второй мир: хрупкая стеклянная роща с хрустальным перезвоном ветвей, твердое темное небо с серыми разводами, огненная текущая земля с черными прожилками пепла. В центре разлома угнездилось серое здание, кривое и нелепое, с одной стороны покрытое толстой коркой льда, с другой оплывшее, словно свеча.

— Вот она, помеха: проклятие, что не дает окончательно слиться двум мирам, думаю, нам внутрь — разыскивать луны, что бы это не значило. — Осторожно ступила на пружинящий ковер травы, голова закружилась от незнакомого пряного аромата. — Хочется верить, что разрыв безопасен для хрупких нас?

— Вот и проверим, так сказать, опытным путем, — Олег вздохнул и замер возле линии разрыва.

Здание подернулось маревом и плавно начало меняться, превращаясь в высокую, устремленную в небо башню из черных камней. Вход маячил впереди, за серебристой линией, всего в нескольких шагах от нас, пустоту разрыва, как и в лабиринте, заполняла темная дымка безвременья.

— На этот раз оно нас пропустит или нет? — заинтересованно разглядывая дымку, сказал Олег.

Остановился вплотную к линии разрыва и сделал небольшой шаг, нога не провалилась, парень шустро зашагал к башне, я и Мира последовали за ним. При пересечении разрыва тело словно пронзило разрядом тока, я почувствовала, как волосы встают дыбом, по одежде пронеслись потрескивающие искорки.

— Хорошенькая встряска, — прокомментировала Мира, одной рукой пытаясь пригладить вставшие дыбом волосы.

Олег обернулся и с недоумением на нас взглянул.

— Что это с вами?

— Да, тут разрыв под напряжением, небольшим, но ощутимым, — просветила его Мира.

— Я ничего такого не почувствовал, — недоуменно пожал плечами парень.

— Ну, ты у нас призрак, как ни крути, — похлопала я его по плечу, Мира наконец-то справилась с непокорной прической и согласно покивала.

Неторопливо подошли к башне, замерев в арочном проходе, заглянули внутрь.

— Ничего себе обстановочка, — восхищенно протянул Олег.

— Обстановочка для овеществленного проклятья в самый раз, — кивнула я, ни на йоту не покривив душой.

Пол по центру рассекала жуткая трещина с осыпающимися по краям камнями. Над нашими головами плыли лунные сферы в количестве шести штук. Они двигались рваными скачками: четыре — с одной стороны от трещины, две — с противоположной, не пересекая границу разрыва. Вдоль стен вверх взбегала широкими кругами узкая лестница без перил.

— Это и есть луны? — задал Олег закономерный вопрос, словно в ответ на него купол башни стал таять, словно воск свечи.

Высоко наверху открылся вид на два ночных неба: воздушное темно-бордовое и черное твердое. Шесть лун выкатились на небосклоны миров соответственно: две огненные и четыре белые. Сферы застыли в воздухе, воспарив под самый купол.

— Дамы, что-то мне подсказывает, что нам предстоит новый подъем, теперь по жутковатой лесенке вдоль стен башни.

— Да, вот и мне так кажется, — я вздохнула, мы переглянулись и поплелись к первым ступенькам.

— Жаль, перил не предусмотрели, сразу видно, жители мира с крыльями, а нам несчастным, ползти по стеночке.

Мира, состроив недовольную гримаску, бодренько начала взбираться по ступеням. Последовательно, ровно и спокойно: по стене не распластывалась и держалась уверенно. Узнаю подружку! Улыбаясь до ушей, Олег последовал за ней, я теперь тоже не могла показать слабину и старательно держала лицо. В начале подъема от страха перед высотой обрыва дрожали колени. Но постепенно страх ушел, я залюбовалась открывшимся сверху видом. Сферы почти в точности повторяли вид лун в небе, но они могли продвигаться только на половину обычного для ночных светил пути, так как трещина между мирами непреодолимым препятствием зияла внизу. Потолок над головами восстановился, скрыв от нас небо.

— Луны, вот они, как же их выстроить? — Мира задумчиво уставилась вниз. — Что ж, если нас допустили сюда, значит, мы и правда можем попытаться все поправить, главное — не ошибиться.

— Ты права, — кивнула я. — Нам нужно довести слияние миров до конца!

Я подошла к самому краю лестницы и с трепетом взглянула на луны. От неосторожного движения вдруг возле моей ноги, к стене, засияла тонкая нить. Она протянулась к противоположному концу помещения, от нее во все стороны проявились еще нити, с каждой секундой все больше и больше, пока нити не превратились в подобие сияющей паутины.

— Это еще что? — удивленно спросила Мира, подходя ближе, присела на корточки и, протянув руку, попыталась коснуться нитей.

Они вспыхнули, и паутина, вздрогнув, разрослась еще сильнее. Я отошла от края к стене. Мира резко отдернула руку, Олег присвистнул.

— Значит, паутины лучше не касаться! Нам нужно ее убрать, но как?

— Магия! Магия источника, внутри нас! — воскликнула я. — Итак, нам нужно убрать паутину, закрыть трещину и выстроить луны! И желательно сделать это одновременно.

— Как удачно, что нас трое — разделимся...— Мира растерянно заозиралась по сторонам. — А мы не наделаем глупостей?

— Нет, это верное решение! — моей щеки коснулся ветер, поднятый взмахом крыльев.

Филин опустился на мое плечо, я едва устояла на ногах от его веса и уперлась в стену рукой. Возле уха звякнул часовой механизм, птица вспорхнула с плеча и, плавно опустившись вниз, уселся возле разлома, мы переглянулись и сбились в кружок.

— Ладно, давайте попробуем, — тихо проговорила Мира и закрыла глаза.

Я же вспомнила ощущение присутствия магии внутри. Понемногу её поток заструился по венам, серебристые искры вспыхнули на кончиках пальцев, слились в тонкую ленту и скользнули чуть ниже, к шести лунам, парящим в воздухе. Магия змейкой обвила их, мягко пульсируя в такт стуку моего сердца. Искры магии Миры осыпали паутину, прожигая в ней дыры. Быстрым шагом, Олег, следуя за пепельно-дымными кольцами своей магии, спустился вниз, к расколу.

— Сосредоточьтесь на том, что вы хотите сделать, не спешите, — подсказал Филин.

Я на секунду застыла, вдруг меня охватил страх, а если у нас не получиться, если мы не справимся? Что тогда? Проклятие разрастется? Миры так и останутся не до конца соединенные или же… Последнюю мысль я решительно оборвала, не стоит додумывать подобное, зажмурилась и сосредоточилась на магии.

От серебристой ленты заструилось сияние, оно набирало яркость с каждой секундой, а луны начали напоминать подвешенные в воздухе огромные светильники. Паутина, напротив, начала все сильнее бледнеть и истончаться. Я одним глазом покосилась вниз, Олег опустившись на одно колено, вливал магию в разрыв, края его нарастали пепельным дымом. Под ногами задрожала лестница, я в панике едва не грохнулась на пол, но каким-то чудом смогла удержать равновесие.

Разрыв внизу полностью затянулся, паутина с тихим хрустальным хрустом осыпалась сияющими частицами, они растаяли, не долетев до пола. Луны начали движение, я усилила поток магии, спустя пару минут почувствовала, что пребываю на грани обморока, все-таки не были привычны мы к магическим деяниям.

Одна луна из мира слияния скользнула на противоположную сторону, а вот вторая и не подумала сдвинуться с места. К мокрому лбу прилипли волосы, руки от усталости начали неметь, я держалась на одном упрямстве, не позволяя себе сдаться. Рядом заструился новый поток магии, я замутненным взглядом покосилась направо, проморгалась и увидела Миру, она поспешила мне на помощь.

— Держись, подружка, сейчас мы их сдвинем! — прошипела она.

Вторая луна немного дернулась и сдвинулась на пару сантиметров, остальные пять замерли, выстроившись в кривоватую шеренгу.

— Что там у вас? — послышался снизу голос Олега.

— Последняя луна уперлась, и не с места! — заорала в ответ Мира, я же просто тихо пыталась не отключиться.

К двум серебристым потокам добавился пепельный дымок. Спустя удар сердца последняя луна неохотно сдвинулась, и в сводящем с ума черепашьем темпе поплыла к остальным пяти лунам. Когда она преодолела разрыв, с потолка здания посыпались мелкие камни, мы, не разрывая магических потоков, отпрянули к стенам. Чем ближе упрямая луна подплывала к остальным, тем больше летело сверху камней. Пока в потолке не разверзлась огромная дыра, сквозь которую мы снова увидели луны двух миров, они в точности повторяли положения искусственных здесь — перед нами. Зрелище завораживало, мы стояли, задрав головы, не отрываясь, следили за движением шестой луны, и вот наконец-то все луны выстроились в одну линию. Вокруг небесных светил засияло подобие северного сияния, заливая небосвод сине-зелеными всполохами. Здание заходило ходуном.

— Бежим! — рявкнул Олег и схватил за руку подружку поскакал вниз, я неслась следом, перепрыгивая через две ступеньки.

Вывалившись из арочного входа, мы пронеслись по тьме безвременья и лишь тогда соизволили притормозить и оглянуться. Здание рушилось быстро и невероятно громко, во все стороны летели куски битого кирпича, пыль и обломки черепицы. Пару минут спустя перед нами красовались живописные руины. Тьма безвременья пришла в движение, словно болотная топь, затягивая остатки проклятья. Я услышала крик филина, и сознание помутилось, перед глазами все заволокло темнотой.

— Да что же это! Я не вижу ничего!

В мою руку со всей дури вцепились пальцы Миры, я застонала, но вместо того, чтобы возмутиться, вцепилась в нее в ответ. Сбоку донесся скрип зубов Олега, очевидно, подружка непочтительно захапала и его, но он, как и я, героически смолчал. Однако долго пребывать во тьме нам не пришлось, вскоре вокруг начали проявляться знакомые очертания внутреннего убранства дома Ра-кана. Я оглядела наше трио и тихонько хихикнула, оказывается, мы стояли в сцепке в точном соответствии с танцем маленьких утят. Мира была главной уткой в центре, перекрестив руки, она крепенько держала двух утят, очевидно, чтобы мы не потерялись. Олег круглыми глазами вытаращился на наш дружный коллектив, отцепился и согнулся пополам от хохота. Мы тоже рассмеялись, пережитые волнения остались позади.

— Основной навык для неприят… приключений наработан! Не потеряемся! — простонала от смеха я. Вскоре мы затихли, ведь сил смеяться просто не осталось. У меня включилось логическое мышление. — Мы в доме Ра-кана! Подождите, но если мы сняли проклятие…

Не сговариваясь, мы побежали к арочному входу и выглянули наружу, у нас вырвался дружный вдох восхищения. Мир огня изменился, вокруг дома простирался луг, под ветром клонился к земле сиреневый травяной ковер, вдалеке шелестела листьями роща деревьев с черными стволами и серебристыми кронами. Небо стало бледно-синим, и на нем сияли шесть лун.

Перед нами разросся разлом портала: снег, знакомый лес, мы дружно рванули в него. И оказались в нашем мире.

12. Грань

И оказались мы на том же клочке земли у болота в лесу. Поляна изменилась, снег был раскидан, словно по ней пронесся ураган, несколько сломанных веток валялись неподалеку от места, где располагался запечатанный портал. Лоскут, оторванный от моей куртки, все так и висел на суку сосны. Уже начало темнеть, тени удлинились, снег громко хрустел под ногами, мороз снова усиливался.

— Ну, наконец-то вернулись! — к нам с двух сторон бросились темные силуэты, а я угодила в крепкие объятия.

— С тобой все в порядке? — прошептал Данн тихо, я кивнула и заверила:

— Да, не беспокойся, со мной все хорошо! Что здесь произошло? Как вы?

— Наша гостья решила показать характер, но снова ускользнула.

Я посмотрела на ворона. Он удрученно покачал головой.

— Простите, я не думал, что вас утянет в мир без перехода по безвременью, не понимаю, как это произошло?

— Это как раз объяснимо! Подожди, мы не о том хотели рассказать, — остановил его извинения Олег. — Так получилось, что мы завершили объединение миров!

— Что? — Ра-кан ошарашено на него уставился, черные глаза расширились.

— Нас затянул лабиринт, овеществленное проклятия. Он не пускал к себе местных, а нас без твоего сопровождения даже из подпространства захапал мгновенно. Мы там какое-то время побродили…

— С приключениями побродили… — не удержалась от шпильки Мира и тут же мило улыбнулась.

— И встретились с Ра-ниром! — закончил Олег.

— Это он когда-то начал объединение миров! — Ра-кан постарался успокоиться, но было заметно, что он с нетерпением ждал продолжения истории, о чем говорили подрагивающие крылья и блеск глаз.

— Да, он нам почти ничего не объяснил, повторил несколько раз, что ему очень жаль. Зато попросил помощи, пришлось напрячь фантазию и научиться взаимодействовать с магией. И мы его убрали, разрыв, а следом исчезло и проклятие, миры окончательно сошлись воедино… это было так красиво, — отчиталась я.

Ра-кан взмахнул крыльями, мы без перехода ухнули на тропу безвременья. Переход прошёл стол резко, что мы некоторое время растерянно топтались на одном месте, пока не сообразили где очутились. И поспешили за нашим проводником. Ворон шел впереди быстро и молча, но в какой-то момент удивленно заметил:

— Тропа изменилась, я это чувствую! И эти перемены к лучшему.

Данн улыбнулся, я подозрительно на него взглянула, ведь мы ничего не рассказали о Филине, он тоже промолчал. В тот же миг мы оказались в огненном мире, Ра-кан прижал руки к сердцу и застыл, оглядывая до неузнаваемости изменившийся родной край. Ощутившись ранее в доме ворона, мы застали только самое начало процесса, сейчас пейзаж выглядел так, будто мир никогда иным и не был. Появилась река, она бледно-синей лентой петляла по лугу. Скалы у горизонта белели снежными шапками. Над нашими головами по-прежнему сияли шесть лун.

Ра-кан обернулся к нам, в его глазах стояли слезы, он низко нам поклонился. А наша троица смущенно потупилась. От нас-то вообще мало что зависело, просто угодили не по своей воле в лабиринт и вряд ли бы справились без помощи Филина. Данн подошел к ворону, положил руку ему на плечо.

— Главное другое, миру больше ничего не угрожает.

— Да, ты прав, но какое же это счастье видеть свой мир таким прекрасным, снова появились деревья, вода, трава! И теперь в небе восходят шесть лун!

Он кивнул в нашу сторону, мы, улыбаясь, покивали, я взглянула на Олега, и улыбка застыла. Данн проследил за моим взглядом и бросился к парню.

— Ра-кан, открывай переход скорее, Олег!

Ворон мгновенно отреагировал, мы переместились на тропу безвременья, Мира непонимающе нас оглядела и наконец-то взглянула на Олега, ее лицо побледнело, она бросилась к нему. Парень снова стал призрачным и бестелесным, руки Миры прошли сквозь него при попытке обнять.

— Данн, что произошло? — воскликнула она.

— Аура мира изменилась после полного слияния и действует иначе, сейчас я призову Филина, он отведет нас за грань.

В ту же секунду донесся шорох крыльев, и на плечо Данна опустилась птица. Филин взглянул на Ра-кана и сказал:

— К моему сожалению, должен вас предупредить, проклятье не исчезло окончательно, часть лабиринта все еще находится под землей, и необходимо как можно скорее его уничтожить, пока оно не разрослось вновь.

— Вот как? — Ра-кан удрученно покачал головой. — Да, обоснованно, оно просуществовало слишком долгое время и срослось с горными недрами.

— В точку. — Данн обернулся к нам.

— Ох, жаль, — протянул Олег, мы с Мирой переглянулись. — А Ра-нир? Он в курсе?

— Непонятно, найти его задачка не из легких, — Данн задумчиво нахмурился. — Ничего, разберемся, найдем Ра-нира или поищем информацию о проклятиях подобного рода в нашей библиотеке. У нас собрано огромное количество книг из иных миров. Пока время на это есть, сейчас нам необходимо понять, с кем же мы имеем дело в мире наших отважных снимателей проклятий. Сначала Олег…

Филин склонил голову на бок, часы на грудке отбили час. Чернота безвременья начала сгущаться вокруг нас, я почувствовала прикосновение Данна, его пальцы переплелись с моими.

— Не паникуйте, все в порядке, — заверил он. — Ра-кан, ты с нами, для полного уничтожения проклятия и для восстановления миру пригодится чистая магия источника.

— Понимаю, — откликнулся Ра-кан. — Магия поможет сбалансировать объединение миров.

Голоса стихли, мы все еще оставались в тьме безвременья, но я чувствовала неуловимые изменения. Легкий ветерок растрепал волосы, на нос упала капля дождя, до слуха донеслись голоса.

— Шейн, что происходит? — спросил мягкий девичий голос. — Ой, Филин!

— Филин? Где Данн? — спокойный мужской голос раздался совсем близко.

— Я здесь!

Тьма наконец-то рассеялась, и оказалось, что мы стоим у деревянной хижины, купающейся в ярком утреннем прозрачном свете. Хижину окружали скалы и высокие ели, землю устилал зеленый мягкий травяной ковер с вкраплением мелких белых цветов.

— Стоило немного потерять память, угодить в чужой мир и оставить вас на хозяйстве, а вы устроили у меня в горах лето? — усмехнулся Данн.

Я с интересом рассматривала парочку, стоящую на крыльце хижины. Девушка небольшого роста, худенькая, тонкий нос, полные губы, роскошные черные волосы до пояса и серебристые глаза, одета она была в длинное синее платье. И парень, девушка его назвала Шейн: высокий и стройный блондин с серыми глазами, в черных брюках и белой рубашке, он нежно придерживал ее за талию. Они, в свою очередь, тоже с изумлением смотрели на нашу разношерстную группу, но особенного удивления не выказывали даже при виде полупрозрачного Олега и Ра-кана.

— Что поделать, начинающим хранителям больше нравиться трава, а не метровые сугробы, — Шейн усмехнулся и обратился к нашей честной компании. — Добро пожаловать! Мое имя Шейн.

— Ниа! — представилась девушка.

— Моя жена, — добавил Шейн.

— Ого, шустрые вы, поздравляю! Знакомьтесь, Ра-кан, Александра, Мира и Олег. Ребята, Олегу необходима ваша помощь, он стал призраком по вине угодившей в их мир неизвестной нам пока сущности. Шейн нахмурился, затем вздохнул.

— Как я понимаю, пока нам придется ограничиться этим кратким изложением…

— Ну что ты, нет, Олег и Мира непосредственные участники всех этих событий и с удовольствием вам поведают все подробности. Саш, подожди меня немного, мы дальше отправимся вдвоем. Шейн, свяжись с Хэмом, я еще не до конца восстановился, а нам необходимо вливание чистой магии в мир Ра-кана.

Шейн кивнул Ниа и спустился с крыльца, девушка позвала:

— Идемте внутрь, мы как раз накрыли стол к обеду.

Олег грустно вздохнул, Ниа задорно улыбнулась.

— У нас есть пища и для призраков, Хэм обожает вкусности, но, будучи призраком, как и ты, долго страдал от ее отсутствия, путешествовал по разным мирам, и его поиски увенчались успехом.

Мы с Мирой не удержались от смеха, глядя, как Олег на всех парах поспешил в хижину. Вошли следом, Ниа указала на стол у окна: массивный, прямоугольный, деревянный, с пятью стульями вокруг. С интересом оглядываясь, мы расселись, ничего необычного или магического я не заметила. Цельные обструганные бревна стен, квадратные балки под крышей, наборный пол из разных сортов дерева. Два небольших окошка и еще одна дверь в стене напротив входа. На столе стояли: кувшин, из которого тянулся аромат крепкого кофе, разнокалиберные кружки и тарелка с бутербродами. Ниа скользнула к столу и сделала плавный жест рукой, рядом с кувшином появился второй, практически неотличимый от первого, но меньшего размера, солнечные лучи, льющиеся в окно, пронизывали его насквозь. На краю стояла тарелка, полная странного вида коржиков, также слегка прозрачных.

— Кружек для призраков еще не приобрели, но кувшин небольшой, можно пить из него, а это печенье. Вкусное, по уверениям Хэма.

Олег протянул руку, взял кувшин и осторожно сделал маленький глоток, по лицу разлилось удовольствие, и за коржиком он потянулся смелее, засунул один целиком в рот.

— Действительно вкусно! Спасибо! Простите, а Хэм, он кто? — спросил Олег.

— Хэм — это бывший хранитель изнанки, он погиб, однако смог вернуться в мир призраком.

— Он до сих пор призрак? Как же… — Олег нахмурился и поставил кувшин на стол.

— Нет, здесь совсем иная история, — Данн вошел внутрь и подошел к столу, Ниа села на стул. — Хэм погиб при обрушении изнанки, после мы ее перезапустили, но он был привязан к ней магически. Возможно, нам когда-нибудь и удаться вернуть ему телесность, но дело это небыстрое. С тобой все гораздо легче, ты погиб не в магическом мире, никаких преград к восстановлению нет. Мир Ра-кана справился бы с этой бедой, если бы не сбой после полного слияния.

Он разлил по кружкам кофе, Олег просиял, налегая на призрачную еду, мы не отставали. Бутерброды и коржики исчезли в рекордные сроки.

— Ра-кан отправится с Хэмом в свой мир, вы друзья мои, — Данн кивнул на притихших Олега и Миру, — останетесь здесь, устроите мозговой штурм, Каю я сообщил о ситуации, он уже засел в библиотеке на изнанке и пообещал заскочить к остальным хранителям. Я им отправил свитки, сообщил о своем возвращении.

Мира взглянула на нас.

— Вы-то куда отправитесь?

— Найдем мир, откуда призвали сущность, в этом нам поможет Филин.

— Мы же тоже можем чем-нибудь помочь! — подруга взглянула на призрака, тот усердно закивал.

— Мира, не сейчас, — Данн покачал головой. — Неизвестно, что это за мир и как он отразиться на Олеге, он сейчас слишком нестабилен после второго развоплощения.

Подруга испуганно расширила глаза и помотала головой.

— Все, молчу, мы остаемся.

В хижину вернулся Шейн с Филином на плече, птица вспорхнула на стол.

— Хэм и Ра-кан обнаружили часть лабиринта, ворон внутрь проникнуть не смог, а Хэм легко.

— В этом я не сомневался, — усмехнулся Данн. — Филин, ты с нами, Шейн, Ниа все объяснит подробнее.

— Вы отправитесь порталом или по тропам? — спросил парень.

— По тропам — боюсь ошибиться, а так будет надежнее. След мира сущности слишком слаб.

— Если понадобится наша помощь…

— Я непременно ею воспользуюсь, вы же меня знаете…

— Да вот, подзабыли слегка, пока тебя не было… — ехидно усмехнулся Шейн.

Филин щелкнул клювом, над столом вспыхнул небольшой портал, из него на пустую тарелку выпал свиток. Данн схватил его, развернул и пробежал глазами по строчкам. После чего протянул его Шейну.

— Вам это пригодится, Саша, идем, отправимся на тропы безвременья от начала источника, так будет проще искать.

Я деловито закивала и вскочила со стула, Филин вспорхнул со стола и тенью скользнул в предусмотрительно раскрытую Шейном дверь, мы последовали за ним. Он обнял меня за талию и утянул за угол хижины, подозрительно улыбаясь.

— Ты выглядишь слишком довольным, мы ведь отправляемся на поиск нужного мира… — заметила я.

Данн остановился у скалы, впереди зиял вход в пещеру, он притянул меня к себе и прошептал.

— У нас есть немного времени для свидания, знаю одно отличное место. Ты согласна?

— Хитрый какой! Конечно же, я согласна! — я засмеялась. — Так серьезно раздавал всем задания!

— Да, в этом случае репутация серьезного хранителя работает на меня.

— Вот оно что, так ты у меня серьезный хранитель? — я с деланным удивлением приподняла бровь.

— Не только, и сейчас ты в этом убедишься, — он поцеловал меня в кончик носа и потянул за собой.

Сейчас он походил не на мага-хранителя, а на парня, в которого я врезалась и свалила в сугроб у задней калитки съёмного дома. Страшно сказать, чуть больше недели назад! Погрузившись в свои мысли, я не сразу заметила, что мы пересекли периметр пещеры и подошли к неширокому темному проходу.

— Лазейка в мир за гранью, — объяснил мне Данн.

Он нырнул в проход и утянул меня следом. Темнота вскоре сменилась ярким светом заезд, шумом прибоя и ароматами соли, водорослей и горячего песка. Выбравшись из прохода, миновали небольшую пещеру по эту сторону прохода и вышли на укутанный мягким сумраком пляж. У меня перехватило дыхание, я медленно осмотрела небольшую бухту у подножия скалы, на которой возвышался сверху древний замок, от арки при ограждении на пляж сбегала лестница. Справа и слева шумели водопады, вспенивая волны океана, но шум и брызги до нас не долетали.

— Где мы? — едва слышно спросила я.

— У стен Академии магии королевства Вальез. Здесь учатся наши хранители Шейн, Ниа и Кай, и еще двое, Кайса и Лис, сейчас путешествуют по одному занятному миру.

— Невероятно, как же красиво!

Данн что-то тихо прошептал, мое тело словно окутало прохладным бризом, одежда сменилась на легкое платье, обувь исчезла, на песке зажглись маленькие огоньки, словно отражая далекий свет звезд. В воздухе разлилась музыка, очень похожая на ту, что мы слышали в огненном мире на празднике, название которого вылетело из моей дырявой головы. Данн притянул меня к себе и крепко сжал в объятиях, мы неторопливо закружились в танце, утопая босыми ногами в теплом песке.

— Расскажи мне о своем мире, пожалуйста! — попросила я, когда мы опустились на песок, музыка растаяла, подхваченная порывом ветра с океана.

Данн обнял меня, я положила голову ему на плечо, он приступил к рассказу:

— Этот мир не намного меньше вашего, океан омывает два материка. По два королевства на каждом, Вальез и Нейоре, Льен и Шанару. Вальез и Шанару — портовые королевства, Нейоре и Льен — горные. Люди живут промыслом и торговлей, предпочитая селиться в небольших городках и деревнях. Магия всегда была в этом мире, однако после пробуждения источника он стоял на грани уничтожения, такую сокрушительную мощь мир был не способен выдержать. Нам пришлось действовать быстро и на пределе возможностей. Гаан и Ринна как раз из горного королевства Шанару, я из Льена, Хэм из Вальеза, поэтому он остался на изнанке. Нитта и Иллиас родились в Нейоре. Встретились мы в Академии магии, в те времена она располагалась у горного массива в Льене. Так вот, на третьем курсе мы основали группу по интересам, если пользоваться терминологией Земли, — Данн улыбнулся. — Раскапывали старые книги, искали интересные заклинания или создавали их сами. Придумали название нашей группе — Лунные маги, идея Нитты. Постепенно наш внутренний магический резерв возрос, магия в нашем мире пластична и отзывчива. Закончив обучение, мы переехали в деревню неподалеку отсюда, продолжили свои магические эксперименты.

— Так вы оказались рядом с источником?

— Да, повезло, в самом начале наших сил хватило лишь на то, чтобы немного уменьшить его мощь, люди начали безудержно колдовать, магия сводила их с ума. Мы поняли, что полумерами в этой ситуации не обойтись, и взялись за постройку замка, магия нам в этом помогала, а постепенно подчинялась. Чистая магия источника по своей природе не несет в себе зла. И дальше все пошло как надо. Мы создали грани и стали их хранителями, Хэм придумал изнанку, она не позволяла магии проникать в мир большим потоком, а в замке по нашему настоянию открыли Академию магии.

— Чтобы магия понемногу наполняла студентов? — поняла я.

— Именно так, мы же остались отрезаны от мира, кроме Хэма и меня. Я создал несколько якорей и проходов.

— Один из них в пещере…

— Второй к моему другу дракону, он развлекается в мире по-своему, создал мифических шаманов и помогает людям выправить их судьбы.

— Шаманов? Это как?

— Морок и легенда, обычно этого достаточно для пробуждения любопытства и желания попросить помощи. Помогает он лишь тем, кому она действительно жизненно необходима.

— Дракон, он один? Или нет?

— Нет, не один, просто остальные живут стаями в высокогорьях. С людьми входят в контакт редко, мой друг один такой оригинал.

— У него есть имя? Еще у вас есть интересные представители фауны или флоры?

— Имя у дракона, конечно, есть — Корнах. Флоры и фауны тоже достаточно много, но об этом как-нибудь потом.

— Так, подожди, но у вас же свой язык, да? И в мире Ра-кана тоже? Вот я недотепа! Как же я понимаю всех, или это все магия…

— Магия троп безвременья, они стирают границы, в том числе языковые.

— Ах, вот оно что? Тогда важный вопрос, как на языке твоего мира: я тебя люблю?

Данн очень серьезно на меня посмотрел, я коснулась его губ невесомым поцелуем. Он прошептал:

— Ин ириме!

— Ин ириме! — также тихо повторила за ним я.

Вечность спустя Данн выпустил меня из объятий, я вздохнула. На пляже совсем стемнело, звезды затянули тучи, в темноте горели лишь магические огоньки рядом с нами и несколько окон в замке. Ветер стих, волны с едва слышным шорохом накатывали на песчаный пляж.

— Нам пора? — с легким сожалением сказала я.

— Пора, но я обязательно покажу тебе весь мир позже. Филин!

Шорох крыльев, звон часов, нас окутала тьма тропы безвременья. Запахи моря и плеск волн исчезли, Данн обратился к Филину:

— Начнем отсюда, здесь есть след от портала.

— Да, я его вижу, — Филин кружил над нами. — Очень слабый, едва заметный.

— Замечательно, вперед!

Бродили мы долго, несколько раз теряли след и возвращались обратно к началу. Все же, в конце концов, Филин и Данн справились, нашли нужный мир и открыли портал.

13. Мир отражений

Портал тут же схлопнулся, Филин едва успел увернуться и недовольно заухал. Данн предпринял еще одну попытку, впрочем, с тем же результатом.

— Мешают заклинания, которые стоят не только с этой стороны, но и изнутри. Филин, ты можешь проскользнуть в мир?

— Да, я могу! — ответила гордо птица.

— Давай с двух сторон, — Данн вытер взмокший лоб. — Вот это защита!

Прошептал что-то, закрыв глаза, разлом полыхнул, но на этот раз закрылся не до конца, оставив узкий пролом, в который не смог бы проскользнуть даже Филин.

— Кто бы мог подумать, что заклинания так причудливо переплетутся.

— О чем это ты? — не поняла я.

— Те, кто призвал отражение из мира, читали какое-то затейливое заклинание, уж не знаю, где они его окопали, оно переплелось с местными защитными заклинаниями, и теперь они дружно сбоят.

— Это можно исправить?

— Да, несомненно, сейчас все распутаю, но это любопытно, не каждый день увидишь подобное.

Портал вновь засветился во тьме тропы безвременья, Филин выскользнул сквозь разлом и вновь бесшумно исчез внутри, мы с Данном последовали на ним. Портал не схлопнулся, по обыкновению, так и остался сиять ярким контуром посреди уходящего к горизонту моря из колышущейся на ветру сочной зеленой травы. За нашими спинами тянулись вершинами к затянутому белыми перистыми облаками голубому небу огромные стволы неизвестных мне деревьев. Филин опустился на плечо Данна.

Неожиданно все вокруг затянуло густым туманом, я было только хотела испугаться, однако он быстро рассеялся, портал исчез, как и сам луг, на его месте красовались дома, улицы, сновали незнакомые мне безлошадные экипажи, возле одного из домов, очень похожего на пчелиный улей, мелькнул призрачный силуэт. Мы прошли немного вперед и остановились неподалеку от особняка из красного кирпича, рядом с ним возвышался маяк, позади, в нескольких шагах от нас странное сооружение, похожее на подвешенный в воздухе гигантский телескоп.

— Мне здесь неуютно, слишком все зыбко, — недовольно нахохлился Филин.

— Отправляйся к Шейну, нам позже будет нужна твоя помощь, я позову. — Филин взмыл в небо и скрылся из вида. — Это мир отражений, здесь они воссоздают то, что придумывают сами, а также то, что выудят из памяти путешественников, забредших в этот мир…

— Ну ты в таком случае просто кладезь идей, — фыркнула я, Данн засмеялся.

— Не поспоришь, что ж, попытаемся наладить контакт с местными жителями, а вот, кстати, и один из них.

Я посмотрела в ту же сторону, что и Данн, действительно к нам приближалось удивительное создание: текучий полупрозрачный силуэт, чем-то напоминающее призрак, но он постоянно менял облик, перетекая из одной формы в другую. Интересно, это его я видела мельком или нет? Отражение вначале обретало антропоморфные очертания тела, однако чем ближе к нам оно подходило, тем более экзотическим и чудным становился его внешний вид. Оно превращалось в череду неизвестных мне существ с крыльями, лапами, хвостами, чешуей и плавниками, многих из них я даже и описать-то была не в состоянии.

Существо остановилось, не доходя до нас нескольких шагов, и вдруг превратилось в увеличенную копию Филина с огромными часами в центре туловища. Вот только циферблат оказался в зеркальном отображении, я восхищенно ахнула, как же жаль, что Филин улетел и этого чуда в перьях не увидел.

Данн, напротив, сохранял полную невозмутимость, он приложил руку к сердцу и поклонился. Копия Филина повторила его жест и воззрилась на нас круглыми глазами, явно ожидая продолжения.

— Солнечного вам дня, прошу прощения за наше вторжение, но, к моему огромному сожалению, у нас не было иного выхода.

Копия Филина моргнула и, открыв клюв, заговорила низким, рокочущим голосом:

— Солнечного дня, пришельцы. Не стоит, мы очень рады вашему визиту, долго не имели возможности встречать гостей из иных миров. В наш мир много веков не забредали путешественники.

— Вот как? — заинтересовался Данн. — Почему?

— Вам известна одна из причин! — утвердительно сказала копия Филина. — Также у вас есть вопросы, на которые вы хотите получить ответ, но мне трудно говорить на вашем языке, вы не против обменяться ответами способом, привычным для нас?

— Не против! — кивнул Данн, незаметно сжал мою руку, я замерла.

Копия Филина подошла к нему вплотную и положила оба крыла ему на голову. Данн практически полностью скрылся в шатре из мягких перьев. Время словно остановилось, я молча ждала, не вмешиваясь. Мимо пронеслась стайка пестрых мелких птиц, тучи сгустились, мне на нос упали несколько капель дождя. Я задрала голову вверх, небо затягивали тяжелые черные тучи, взглянула на Данна, он уже стоял один, возле него уже никого не было.

Внезапно окружающее нас пространство вновь изменилась, резко и незаметно, словно переключился новый кадр. Куда не посмотри, кругом простирались песчаные барханы, в лицо ударил, едва не сбив с ног, горячий ветер, смешанный с песком, я заморгала, потерла заслезившиеся глаза, Данн привлек меня к себе в попытке защитить от ветра пустыни.

Однако песок уже сменился рельефом из фантастических фильмов: потрескавшаяся красная земля, дирижабль, плывущий над нами на фоне заходящего за горизонт алого солнца. Минуту спустя хлынул ливень, промочив нас до нитки, под ногами захлюпало, все вокруг затянуло пеленой тумана. Поднялся сильный ветер, ливень и туман исчезли, мы снова стояли на залитом солнцем лугу, мгновенно обсохнув. Какое-то время стояли молча, ожидая новой смены пейзажа, однако его не последовало. Я держалась за Данна, как за спасательный круг в океане, едва дыша, ну ничего себе встряска! Данн вздохнул и встряхнул головой, темные волосы растрепались, он улыбнулся.

— Невероятно! Мгновенная смена! Высший класс! Историю мне показали занятную. Здесь все изменчиво, как и сами отражения, так и их мир. Оказывается, их здесь совсем немного, живут они практически бесконечно, как я и говорил, воплощая в реальность свои идеи и воспоминания забредающих к ним путников. Дома же и другие неодушевленные предметы создает из материи сам мир, он так же удивительно изменчив и пластичен. Мир часто создает и реки, и моря, а отражения живут в них, создавая столь же изменчивые подводные города.

— Ничего себе! Так мир может создавать не только города, но и полностью менять свой ландшафт?

— Да! Это миражи высшей степени достоверности, примерно как у нас за гранью, но там иллюзию создает магия источника, а здесь отражения и сам мир. Именно поэтому отражение, угодившее в ваш мир, выказывает такой невероятный талант к выживанию в чуждой среде, да и в умении маскироваться оно вне конкуренции. Местные пропавшее отражение помнят и скорбят, но согласны с тем, что возвращение отражения с запечатленной печатью смерти в мир категорически воспрещено. Иначе все отражения и их мир подхватят печать как чуму.

— Что же делать? Ты ведь не хочешь убивать отражение?

— Верно, не хочу, у меня есть одна идея, вернее наметки идеи, но необходимо все продумать до мелочей.

— Какая идея? — я просто сгорала от любопытства.

— Позже скажу, не обижайся, просто мне прежде необходимо проконсультироваться с Ра-каном.

— Ну что ты, конечно, я не обижаюсь. За кого ты меня принимаешь? — я возмущенно всплеснула руками. — Мне просто очень и очень интересно! Но я подожду, обещаю! Сейчас куда?

— Итак, отправляемся обратно в твой мир, там назначим общий сбор. Нам еще пригодится помощь Шейна и Ра-кана, их обоих туда приведет Филин. Подожди, я открою портал прямо в гостиную твоего дома.

— Хм, интересно, от него после всех магических манипуляций хоть что-то останется?

— Возможно! — ухмыльнулся Данн.

— Оптимистично! — фыркнула я.

Данн создал со второго раза портал, и мы проскользнули в разлом. Очутились в моей гостиной возле лестницы на второй этаж и, не сговариваясь, рванули на кухню, оказалось, что мы проголодались зверски. Со скоростью молнии сварили макарон и слопали их, посыпав тертым сыром, запивая кофе с молоком. В течение получаса к нам присоединились Шейн и Ра-кан. Шейн с удовольствием разделил с нами трапезу, Ра-кан вежливо отказался.

— Итак, Данн, насколько я понимаю, план у тебя есть! — спросил Шейн, покончив с макаронами.

— Есть подобие плана, но мне еще многое необходимо выяснить и продумать, не хочу наделать ошибок. Ра-кан, как ты думаешь, есть ли хоть призрачный шанс не убивать нашу гостью?

— Я не удивлен твоему вопросу! Узнав хранителей получше, я ожидал этого вопроса. — Ворон моргнул. — И успев провести небольшое исследование в нашем собрании магических книг, я обнаружил несколько древних заклинаний, такие, например, как полное стирание личности. Понял, это мы оставим на самый крайний случай, — быстро сказал Ра-кан, заметив многозначительный взгляд Данна. — В таком случае нам подойдет древняя, почти забытая практика: использовать для перерождения сущности тропы безвременья…

— Тропы для перерождения? Как это? — воскликнул Шейн, до этого момента он молчал, прислушиваясь к разговору, маленькими глотками потягивая черный кофе.

— Как вы знаете, тропы представляют собой полное отсутствие времени, пространства, в общем, всего, что обычно составляет основу обитаемого пространства. Тропы ему противоположны, но у них есть еще одна важная особенность, о которой почти никто не знает: они могут вобрать в себя живое, после этого сущность или переродится в ином мире, или же станет частью троп, но не пугайтесь, поверьте, это больше, чем жизнь.

— Вот оно что, да, я вспомнил о чем-то подобном, слышал от дракона. Корнах говорил, что он, конечно, мастер в восстановлении человеческих судеб, но катастрофические судьбы стирает лишь сила троп безвременья. Я тогда не стал вдаваться в подробности…

— Что ж, значит, вам стоит с ним поговорить, в книге я нашел только упоминание этого способа…, но в ней не было никакой конкретики. — Ра-кан подался вперед.

— Он слишком молод, но может подсказать нам, как отыскать древнейшего дракона, к нему-то нам и придется обратиться за помощью. Проблема у нас другая, пока мы будем носиться в поисках дракона, наша гостья останется без присмотра.

— Не беспокойся, я присмотрю на ней, сейчас мне хватит сил, чтобы ее сдержать и не дать ничего натворить.

— Шейн, ты с нами…

Парень кивнул, было заметно, что он погибает от любопытства. Мы потопали в гостиную, оттуда в уже ставший привычным переход сквозь портал, и вот мы оказались в лесу неподалеку от заброшенной хижины.

— Это же хижина, где я встретился с шаманами? — удивился Шейн.

Данн с загадочной улыбкой вздохнул и сказал:

— Шейн, мы все дружно хранили тайну по личной просьбе дракона, но сейчас ситуация в корне изменилась.

— О чем это ты?

— Дело в том, что шаманы — это просто морок, за ним скрывается наш старый знакомый — дракон по имени Корнах. У него дар поправлять покосившиеся судьбы, но демонстрировать себя людям он, мягко сказать, не любит. Вот и придумал легенду о мифических шаманах.

Шейн замер, приподнял брови, оглянулся на хижину и вдруг громко рассмеялся, привалившись спиной к стволу дерева.

— Боги, какой талант — так мастерски устроить драму в хижине!

— Да, он мастер театральных эффектов. Колесо судьбы он поворачивает, используя чистое, истинное желание самого человека и его магический резерв.

Шейн перестал смеяться, вытирая с глаз слезы, и подошел к ступенькам, ведущим к двери хижины. Я подняла вверх голову, внимательно разглядывая голубое небо над нами и колышущиеся на ветру колючие кроны сосен, в вышине промелькнул парящий на воздушный потоках силуэт птицы, до меня донесся ее далекий крик.

— Понял, а золото ему, как и любому дракону необходимо…

— Для поддержания чешуи и здоровья, — закончил Данн. — Он был просто счастлив, заполучив большую часть вашей семейной сокровищницы.

— Да я не в претензии, — покачал головой Шейн, откинув с глаз длинную светлую челку. — Готов пожертвовать и остальное, у меня есть Ниа, магия, друзья и множество иных миров…

— Пещера дракона немного дальше, — услышала я голос Данна и взглянула на него, он мне подмигнул и двинулся вперед, я за ним, Шейн заглянул в окошко хижины и, покачивая головой, пошел за нами.

Однако, не пройдя и пары десятков шагов, мы неожиданно вышли к невысокому кряжистому горному склону, у подножия которого зиял темным провалом вход в пещеру. Изнутри донесся громкий звяк и повалил густой дым, из его клубов вынырнула сонная и донельзя смущенная зеленая драконья морда. На одном из двух рогов, украшающих его голову, покачивался блестевший в лучах солнца золотой кубок. Дракон покосился на Шейна и лапой быстро снял кубок с рога и спрятал за спину, с возмущением воззрившись на Данна. Тот, старательно пряча улыбку в уголках губ, развел руками.

— Корнах, я помню о нашем договоре, но поверь, у меня не было иного выхода, — сказал он.

Дракон внимательно посмотрел Данну в глаза и кивнул, подозрительно сощурился и почесал кубком между рогами, чешуя на этом месте тут же покрылась золотистым налетом. Дым, валивший клубами из пещеры, понемногу развеялся, дракон еще раз покосился на нас и, наконец, со вздохом протянул:

— Хорошо, заходите в гости… не люблю беседовать о важных делах на улице.

Морда исчезла в проеме, мы не преминули воспользоваться приглашением и шустро вошли в пещеру. Хвост дракона мелькнул впереди и тут же скрылся в туннеле. Мы прошли метров пятьдесят, двигаясь наощупь в кромешной тьме, и вышли в огромный каменный зал, наверху терялся в темноте высокий свод пещеры. Шейн присвистнул, Данн округлил глаза и хмыкнул в кулак. Я распахнула рот от удивления, и, поверьте, было от чего. Все пространство пола с одной стороны зала занимали россыпи сокровищ: золотая посуда, монеты, украшения. В противоположном конце зала возвышалась гора всевозможных съестных припасов на любой вкус, защищенная от порчи прозрачно-морозным куполом: фрукты, овощи, копченые окорока, колбасы, круги сыра, бочки с соленьями и еще множество всякой всячины. Напротив входа обнаружился каменный валун, приспособленный под стол с плоским верхом, на нем стояли плетеные корзины, закрытые крышками. Над ним в потолке зияло сквозное отверстие, из него лился на стол яркий луч дневного света. Нестерпимо пахло дымом, серой и немного полынью, ворох которой я заметила возле кучи золота. Перевела взгляд на самого хозяина пещеры, он оказался меньше, чем я ожидала, около десяти метров, упитанный, темно-зеленого цвета, с более светлой чешуей на животе. Крылья топорщились за спиной, четыре лапы, два рога и костяной гребень вдоль спины. Дракон наконец-то обратил внимание и на меня, он втянул воздух, подобравшись ко мне ближе. С недоверием осмотрел сверху донизу.

— Вот это да, давненько я не встречал в нашем мире гостей из мира иного, да еще и не магического. Добро пожаловать, Александра, у вас счастливая судьба, мои поздравления.

— Спасибо, — вежливо сказала я, вопрос, откуда дракону известно мое имя и моя судьба, не стоило и поднимать, памятуя о его даре.

— Перекусить хотите? — кивнул дракон на гору еды, мы отрицательно покачали головами. Шейн приблизился к хозяину пещеры, тот инстинктивно шагнул вправо, закрывая собой гору золота, парень, заметив его телодвижения остановился. Дракон понял, что его раскрыли, и недовольно выпустил из ноздрей струю дыма.

— Корнах, я хочу еще раз поблагодарить за помощь лично, раз уж выдался такой случай, — Шейн поклонился дракону, тот гордо приосанился.

— Благодарность принята, — величественно взмахнул лапой дракон, сияя почище золотого блюда. — Что вы еще от меня хотите?

— А вы не знаете? — воскликнула я, удивив даже саму себя.

Однако дракон, неожиданно довольно прищурился и уселся рядом с горой золота.

— Давненько мне не доводилось общаться людьми, иногда это бывает приятно, — мурлыкнул он. — Нет, я вижу искривления судеб, но не читаю мысли, именно поэтому и сторонюсь человеческих особей. — Он помрачнел. — Слишком много суеты и по большей части из ничего.

Данн поднял с пола истончившееся до прозрачности золотое блюдо и протянул его дракону, тот кивнул, забрал блюдо и приложил его к чешуе на животе. Блюдо растаяло окончательно, дракон повеселел.

— Извините, измучил авитаминоз, золото до твоего, Шейн, появления попадалось мне на оплату редко. Все тащили еду, это, конечно, тоже хорошо, но без золота настроение портится и чешуя. Рассказывайте, зачем пришли-то?

— Хочу узнать о тропах безвременья, — прямо заявил Данн, дракон распахнул пасть, вытаращив на Данна огромные золотистые глазищи, приподнялся и неловко плюхнулся обратно, задев часть золотых вещиц, те покатились по полу пещеры, но дракон этого будто и не заметил.

— У вас троих с судьбами все более чем отлично! Кто же в таком случае у вас угодил в беду этакого масштаба, что вы тропами интересуетесь?

Мы переглянулись, Шейн явно оценил сравнение, невольно передернув плечами.

— Угодила сущность из мира отражений давным-давно, много десятилетий назад, в мир Саши, и там, в мире без магии, обезумело и начало убивать.

Дракон нахмурился и недоверчиво спросил:

— И вы хотите это отражение отволочь на тропы безвременья? — Он, не дожидаясь ответа, отвернулся, махнул лапой и улегся на золото. — Понимаю и не могу ничего возразить по существу, сам такой же, дурак жалостливый.

Шейн подавился на вдохе, Данн подошел к дракону и присел радом.

— Знаю, что тебе известна лишь общая информация, нам нужно поговорить с твоим дедом…

Дракон что-то тихо пробормотал себе под нос, мы ни слова не разобрали, и уткнулся носом в стену.

— Прости, что ты сказал? — переспросил Данн.

— Сказал, что не знаю, как его найти, он появляется сам пару раз в десятилетие, после чего отбывает в неизвестном направлении.

— Так уж и в неизвестном? — ехидно спросил Данн.

Дракон, не отрывая взгляда от стены, недовольно засопел, мы молча ждали его ответ. Наконец, он развернулся к нам и пробубнил:

— Ну, положим, примерно знаю, — вытащил из-под лежащего на полу плоского камня листок бумаги, хлопнул лапой по нему и протянул Данну, тот внимательно уставился на него.

— Вот это неожиданность, и он там один? — спросил он у дракона.

— Один, ему так больше нравится!

Мы благоразумно не стали напоминать про то, что и сам дракон не мог похвастать излишней общительностью. Данн поднялся и положил руку дракону на голову прямо между рогов. Тот закрыл глаза, по морде расплылась довольная ухмылка, подчеркнутая двумя рядами острых зубов, улегся на пол и затих, Данн молча приложил палец к губам и указал рукой по направлению к выходу. Мы потихоньку двинулись к выходу их пещеры, перед тем, как ступить в темноту туннеля, я оглянулась. Дракон приоткрыл один глаз и подмигнул мне, подтянул лапой из горы еды окорок, сунул его в пасть, я улыбнулась и тоже подмигнула, после чего рванула вперед, догоняя парней.

Покинув своды пещеры, мы остановились. Данн протянул листок Шейну, я подошла ближе, рассмотрела контуры рисунка, похожие на карту, Шейн бросил взгляд на нее и покачал головой.

— Далеко забрался, — покачал он головой. — Портал выйдет слишком затратным по резерву магии.

— Пойдем тропами, — задумчиво сказал Данн. — По ним дракон и нарисовал карту.

— По тропам безвременья? Карту? — ошеломленно переспросил Шейн, Данн кивнул.

— Еще один дар драконов, они иначе видят тропы, не черной пустотой, и карта, — он постучал по листу бумаги пальцем, — выведет нас прямиком к нужному миру и откроет вход, закрытый магией древнего дракона. Карта и ключ в одном листке.

14. Тропы безвременья

Бродить по тропе с картой дракона оказалось на удивление приятно, она во тьме светилась теплым светом, хоть немного разгоняя мрак безвременья. Портал открывать не пришлось, как и сказал Данн, карта же нас и перенесла прямехонько в нужный нам мир.

Мы очутились на краю пологого утеса, далеко внизу, у самого его подножия, бились о скалы темные волны океана. Свинцовое небо затягивали набухшие дождем тучи, порыв ветра чуть не сдул нас со скалы. Быстренько мы отошли от края подальше и очень вовремя: огромная волна с диким грохотом удалилась в скалу, вверх взметнулись мощные, смертельно опасные потоки воды, заливая утес и нас ледяными брызгами.

— Суровый мир, но магический, — Данн осмотрелся вокруг, как и мы с Шейном.

Пейзаж вокруг открывался и вправду безрадостный: острые скалы, бесконечный океан, ни травы, ни деревьев, ни малейшего признака чьего-либо присутствия.

— Карта не приведет нас к самому дракону? — спросила я.

— Нет, но здесь и мы не беспомощные, — улыбнулся Данн, Шейн кивнул.

— Запущу сейчас поисковое заклинание.

Шейн опустился на одно колено и прикоснулся рукой к поверхности скалы, прошептал несколько слов, их подхватил ветер и унес в сторону бушующих волн. На скале вспыхнули непонятные знаки и тут же погасли. Шейн поднялся на ноги.

— Погасло, не сработало…

Парень резко оборвал фразу на середине, в то же мгновение нас оглушило громогласным ревом. Скала заходила ходуном, кусок скалы с края утеса откололся и улетел в океан. Перед нами опустился дракон, а у меня перехватило дыхание. Корнах был гораздо меньше размером и светлее. Дракон, стоявший на скале, был угольно-черного цвета, крылья заслонили окружающий мир, острые когти на лапах заскрежетали, оставляя глубокие царапины на камне, он смотрел на нас темными глазами, блестевшими очень опасно. Я окаменела, Шейн, очевидно, тоже. Дракон закрыл лапой глаза и фыркнул, Данн улыбнулся.

— Горазд ты людей пугать.

— Не думал, что с вами девушка, прощу прощения, я лишь хотел поприветствовать друзей моего внука, — прогрохотал низкий голос дракона.

Я отмерла и, несмело улыбаясь, подошла ближе.

— Да что вы, я не испугалась!

— Вот и умница, — Дракон опустил голову пониже, разглядывая нас троих. — Я так понимаю, мой внук подсказал вам, где меня искать? Вопрос: зачем?

— Вы правы, дорогу подсказал ваш внук, вернее выдал карту, но поверьте, у нас очень важный вопрос к вам, — сказал Данн.

— Хм, Корнах справился с картой, это, скажу вам, сложнейшая магия, значит, внук подрос, пора заняться его обучением, понимаете ли, у нас принято приступать к обучению молодых драконов, когда они достигнут определенных магических навыков самостоятельно. Я приглядывал за ним, было понятно, что из него выйдет толк. Выкладывайте свой вопрос!

Без перехода громыхнул он, еще парочка камней поменьше улетели в воду. Данн откашлялся.

— Хорошо, нам нужно узнать, как поступить с отражением, обезумевшим и убивающим людей. И могут ли нам в этом помочь тропы безвременья.

Дракон сощурил глаза и опустил голову на уровень глаз Данна. На несколько минут воцарилась тишина, мы с Шейном напряженно переглянулись.

— Ага, вот оно что! Мир Увеланте, а имя того обезумевшего отражения — Уоно. Отражения не любят имен, да и вообще ничего, что по определению неизменно, однако драконы видят истинные имена миров и существ. Ах да, я не сообщил свое — Хрон. Ваши имена я знаю, не трудитесь мне их сообщать.

Шейн восхищенно покачал головой.

— Чем именно могут помочь тропы… они дают возможность остаться в безвременье, растворившись в его тьме, или переродиться, но вы и сами это знаете? Вряд ли хранитель пришел за помощью, не выяснив все, что в принципе возможно! В данном случае это единственно верное решение!

— Оно в таком случае не будет влиять на мир отражений — Увеланте? — спросил Шейн.

— Отражение перестанет быть частью того мира и больше ему не повредит. Да и вообще никому и ничему.

— Вы подскажете нам, как это сделать?

— Я сам все сделаю, вы, главное, переправьте отражение на тропы… заклинание я знаю, но оно сложное и на драконьем языке. Вас ему я быстро не обучу, и давайте без благодарностей.

Данн со смешком кивнул.

— Хорошо, мы переправим…

— Главное, ни в коем случае не давайте отражению вернуться в свой мир!

— Да, это мы понимаем! — Шейн взглянул на Данна. — Нам придется действовать из не магического мира.

— Придется, — согласился Данн. — Ра-кан поможет.

— В таком случае, я с вами прощаюсь, как только отражение объявится на тропах, я почувствую и дальше перехвачу у вас инициативу.

Данн кивнул, мы нырнули в портал и оказались в гостиной моего дома, нас там ждал Ра-кан, он восседал на ступенях лестницы, неспешно листая одну из моих книг. Заметив наше появление, он отложил в сторону книгу и поспешил навстречу.

— Что делать? — деловито спросил Шейн.

— Создаем жесткий разлом портала, держим его контур, ни в коем случае нельзя упустить отражение.

— Что сказал дракон? — поинтересовался Ра-кан, выслушав указания.

— Он сам справится с отражением на тропах, наша задача…

— Отражение довести до троп… — закончил понимающе ворон.

— Осталось заманить его в портал, — Данн задумался. — Придется подключить остальных, нам нужно открыть портал в мир отражений, но не дать пройти дальше защитного контура.

— Сейчас я их приведу…

Вскоре в гостиной появились еще Ниа и Кай, как оказалось, Кайса и Лис в данный момент помогали моим друзьям. Совместными усилиями они создали защищенный портал в мир отражений, Ниа и Кай установили защитный купол в этом мире, остались с той стороны.

— Теперь нам необходимо заманить отражение сюда, не сомневаюсь, оно почувствует портал в свой мир и точно появиться здесь у дома. После ее появления действуем быстро. Ра-кан, ты сможешь заклинанием не дать ей удрать? — Ворон кивнул. — Хорошо! Шейн, ты затягиваешь отражение к порталу, как только оно скользнет в него, я изменю его конечную точку выхода. Саш, держись подальше!

Данн, щелкнув выключателем, погасил свет на кухне, мы остались в темноте зимних поздних сумерек. Я опустилась на ступеньку лестницы рядом с книгой, Шейн встал рядом с окном, выходящим на задний двор. Данн замер в дверном проеме, ведущем на кухню, Ра-кан, освещенный светом портала встал у дивана. Ждать долго нам не пришлось, отражение, учуяв отголоски портала в свой мир, примчалось практически незамедлительно. Темный силуэт снова появился за оконным стеклом в гостиной. Ра-кан взмахнул рукой, тихо что-то прошептал, Шейн отошел вглубь комнаты…

— Зацепил… — оповестил парень.

Данн подскочил к порталу, в тишине комнаты раздался тихий треск, одно из окон разлетелось на мельчайшие осколки, вдруг они замерли в воздухе, так и не долетев до пола. В комнате стало ужасно холодно, неподалеку от лестницы появилось отражение, я удивленно моргнула. Это была та самая невзрачная девушка, которая поздоровалась с Данном в тот момент, когда он выгружал из машины вещи, привезенные из квартиры Олега. Худенькая, с тонкими невзрачными чертами лица и тускло-русыми длинными волосами, заплетенными в косу.

Портал вспыхнул, и тут же нас со всех сторон окутала тьма тропы безвременья. Послышался драконий рев и хлопанье крыльев, над нами пролетел дракон, вспарывая тьму безвременья. Он взмыл высоко вверх, подхватив магией силуэт отражения, ставший вновь прозрачным и текучим. Тьма вокруг нас завибрировала и коконом трепещущей тонкой паутины оплела отражение, дракон кружил вокруг, из пасти валил дым, сливаясь воедино с дымкой тьмы. Кокон растаял, как и призрачный силуэт, вначале распавшись на мельчайшие частицы, сиявшие как маленькие солнышки. Дракон еще раз хлопнул крыльями, я поняла, что все закончилось, остались только мы втроем, ошеломленные и уставшие сверх всякой меры.

Все вместе мы вернулись за грань. Шейн, Ниа и Кай отправились отдыхать в Академию. Ра-кан, попрощавшись со всеми - в свой мир, разбираться с остатками лабиринта. Мы с Данном рухнули на кровать, стоявшую на чердаке его хижины, и проспали как минимум сутки.

Эпилог.

Мой съемный дом в деревне превратился в невидимку для жителей деревни, в нем мы останавливались временами, собираясь навестить моих родителей. Пропавших людей искали долго, но, в конце концов, признали пропавшими без вести. Кузьмич переехал жить к дочери на Кубань.

Олег и Мира обнаружили мир, жители которого могли становиться и телесными, и бестелесными, чему и обучили нашего друга. Он совершенно счастлив, так как ему нравились оба эти состояния… Заводить дом и оседать на одном месте друзья отказались наотрез, неутомимо исследуя иные миры.

В мире Ра-кана совместными усилиями Хемиша и Филина уничтожили последние части лабиринта. Вороны с энтузиазмом осваивали жизнь в измененном мире. Хижина за гранью претерпела некоторые изменения, став небольшим уютным домиком в два этажа с мансардой и застекленной террасой. Частенько к нам в гости прилетали два зеленых дракона.