Лёха в опасности
Лёха в опасности
Иван Мелов
Лёха в опасности!
повесть
Суд
- Изнасилование является одним из страшнейших преступлений против человека. Оно порочит достоинство жертвы, наносит ей глубокую эмоциональную травму, справиться с которой может не каждый. Законодатель, устанавливая уголовную ответственность за совершение данного преступления, учитывал то, что посягать на девичье целомудрие права не имеет никто. Что для молодой девушки это главное сокровище, и она решает, как им распоряжаться. Тем более, когда она еще не совершеннолетняя. Именно поэтому за такое преступление предусмотрено суровое наказание…
Лёха сидел в клетке и сжимал запястья. Наручники ему сняли перед заседанием два конвоира одинаковой толщины и наружности. Теперь они стояли рядом и смотрели на него, как на кусок чего-то дурно пахнущего. Слова председателя громом разносились по залу. Каждое было словно крепкий удар в голову.
- … от восьми до пятнадцати лет.
Руки сами потянулись к вискам. Слезы потекли из глаз. Озноб прошел по телу. Стало страшно.
- Сейчас на скамье подсудимых находиться парень, которому приглянулась потерпевшая. Но вместо того, что бы пойти по классическому пути признаний, цветов и любви, он решил силой взять её. Воспользоваться, надеясь, что ничего не последует. Что можно взять и выбросить. Он ошибся. Подошло к концу рассмотрение уголовного дела по обвинению Николаева Алексея Олеговича в совершении преступления…
Леха выпучил глаза и сжался. Попытался успокоиться, но ноги подкосились, и он упал на колени. Стукнулся об пол. Тяжело дыша, пальцами, схватился за волосы. В голове не было ни одной мысли, все закрывал собой страх.
- В ночь с тридцать первого июля на первое августа подсудимый встретился с потерпевшей Жанной Артёмовной Мурлыкиной на вечеринке у общих друзей. В разгар торжества, когда потерпевшая удалилась в комнату по причине плохого самочувствия, подсудимый последовал за ней. Получив сопротивление, нанёс несколько ударов…
Поднявшись, Лёха присел и уставился в потолок. Вытер рукавом слезы.
-… виновным себя не признал…
Закрыл уши руками и попытался подумать о чем-нибудь хорошем. Но голос председателя, женщины средних лет, просачивался в сознание, не давая покоя.
- …для восстановления социальной справедливости, предупреждения совершения подсудимым новых преступлений, предлагается наказание в виде изоляции от общества…
Хотелось закричать. Убежать и спрятаться в самый далекий угол вселенной подальше ото всех. «Что я здесь делаю? Как я попал на эту скамью? Все же было хорошо? Ведь, правда? Они пришли и забрали? Зачем она это сделала? Я же не плохой парень? Они же врут. Все врут. Что же будет?» Тут на Леху опустилась пелена спокойствия, и он перестал обращать внимание на происходящее. Мысли исчезли, страхи ушли. Пустота. За решеткой сидел парень с пустым взглядом. Со стороны могло показаться, что это манекен.
Речи потерпевшей, защитника прошли мимо него. Он ничего не мог изменить. Оставалось сбежать в единственное доступное место: в себя. И сидеть, там надеясь, что за тобой не приду, так и, кинув умирать на задворках мозга. Однако не получилось.
- … назначения наказания восемь лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима…
Лёхе захотелось вскочить, но он уже стоял, как и весь зал, трепетно слушавший судью. Большинство не обращало на него внимания, с начала заседания решив, что он не достоин их взгляда.
-…судебное заседание объявляется оконченным.
Шум выходившей толпы заглушал рыдания матери и сестры, подбежавших к клетке. Леха видел их перекошенные лиц полные боли и отчаянья, когда его выводили под руки. В горле было сухо, и единственное что он смог произнести:
- Я не виновен.
Вечеринка 1
Электричка остановилась. На перроне сразу показались бабушки, с пакетами и корзинками в руках, дедушки с удочками и старыми портфелями. За ними вышли Лёха и Макс.
- Ну и где это дом?
- Сказали в конце поселка, самый здоровый – улыбнулся Макс – Баня, алкоголь, закуски – все включено.
- Неплохо.
- Гульнём сегодня. Давно не собирались нормально с этим поступлением.
- Чё, опять сосисочная вечеринка?
- Нет. Говорили, будут девушки.
- Хорошо, что я надел рубашку.
- Мне как видишь всё равно – Макс провел рукой по своей майке – Я и так самый крутой.
- В каком месте? Когда ты пьяный чуть с крыши не упал.
- А что? Прекрасный момент. Звезды, музыка. Я летал.
- На вертолетах.
- Именно. Сразу на нескольких. И вообще у каждого было. Молодость на то и дана, что бы наделать ошибок на всю жизнь вперед.
- Главное, что бы потом тебе не аукнулось.
- Именно поэтому чуть не упал. Теперь на парапетах я не пью с горла.
- Отлично. Десятка за урок.
- А тебе двойка?
- За что это?
- Ну, ты же и на второй раз не понял, что пиво с водкой смешивать нельзя.
- Зато на третий.
- Что бы повторить на четвертый
- Да пошёл ты. У меня хорошее настроение было тогда. Выпускной всё-таки и я не буянил.
- Я тебя не осуждаю юный падаван.
Миновав станцию, ребята по песчаной дороге двинулись вглубь дачных домиков. Леха достал колонку и включил музыку. Ветер развивал старательно отращенное Максом каре. Машины, ехавшие навстречу, предупреждающе сигналили парням, то в голос смеющимся, то бегущим вперёд. Лето проникало под кожу и вызывало яростное стремление к свободе, к веселью. Кровь вскипала внутри друзей от ожидания предстоящего вечера. Наконец, показался заветный домик.
- Я ожидал больше – развел руками Макс.
- Сойдет. Эй, хозяин!
Тишина.
- Эй, мы из компании «Орифлейм»! – сострил Макс.
- Слышу, заходите! – послышалось в ответ из-за стен.
Друзья зашли внутрь и огляделись. Среднего размера домик из белого кирпича, в умелых руках превратился в настоящий рай для любителей потусить. Широкий зал, соединенный с кухней, в центре которой громоздился большой дубовый стол. Стереосистема в углу. Барная стойка.
- Эй, старый хрен, ты где! – крикнул Макс.
- Секунду – из-за дивана вылез лысый парень, с румяным лицом – Тут провода собака перегрызла, менял.
- Ну, привет Федька.
- Пацаны! – они обнялись.
- Что по плану? – спросил Леха.
- Хорошо отдохнуть. Закуска вся уже готова. Мама помогла. В остальном все замечательно – Федя подошел к холодильнику и открыл морозильную камеру, представив друзьям запасы пива и водки – По пивку?
- Хозяину не откажешь – Макс принял бутылку и ловко открыл её зубами.
- Когда-нибудь всё-таки сломаешь их – заметил Леха.
- Не для того учился.
- Ну, парни рассказывайте – Федя сел за стол – После выпуска всё лето не виделись. Поступили, как знаю все. В армию никто не собирается?
- Я хотел, но пришлось идти в универ – улыбнулся Макс – Юридический факультет. Адвокатом буду. Не херово так?
- На платке конечно – Федя закурил – Я так на механика. В принципе они всегда нужны будут, работа интересная.
- Это да – Леха достал сигарету из пачки – С горем пополам, но я экономист.
- Неплохо, выпьем за успех! – ребята чокнулись.
- Еще - сказал Леха – я на работу устроился. В ночную смену грузчиком в супермаркет. Сестре с мамой помогать нужно, а то на шее сидеть уже не правильно.
- Молодец, я тоже думаю.
- А я тунеядец – вставил Макс.
- Никто и не сомневался. Предсказание директорши сбылось.
- Святая женщина. А впрочем, сдавал я тесты эти, чертовы, так захотелось в туалет. Ну, думаю, выйду, да вернусь. Сейчас! Послали со мной какого-то бугая следить. А я ему говорю, «может ещё и подержишь?»
- И прилетело тебе?
- Не, мужик с юмором оказался. Сказал, что я не первый кто додумался так пошутить.
- У меня всё спокойно прошло – начал Леха – Удивило только наличие сорокалетних мужиков, которые за пять минут все сделали и пошли.
- Когда я сдавал, у нас трех за списывание поперли – добавил Федя.
- Так, музыку надо организовать – предложил Макс.
- У колонок провод, подключайся.
- Опа, отлично – быстро метнувшись, Макс немного попотев, запустил стереосистему и по дому поплыла музыка – Так веселее ребятки – он начал пританцовывать – Когда начинаем крепкое?
- Девчонки приедут и начнем.
- Кстати, что за они?
- Самые пьющие наши одноклассницы: Галя и Карина.
- А, знаю их, пил с ними.
- Я тоже и с ними будет их подруга.
- Уже интересней, да, Леха?
- А как же – тот кивнул.
Письмо матери
Здравствуй. Я не верю в то, что со мной происходит. Это слишком странно. Ещё недавно я отпраздновал восемнадцатилетие, окончил школу и поступил в университет. Гулял со своими друзьями, веселился и наслаждался летом. Всё было хорошо. А теперь? Я сижу в колонии за то чего не совершал. Это глупо. Это чья-то шутка. Я в этом полностью уверен. Раньше я этого не понимал, было страшно. Свалилось камнем наголову так сказать непонятно что.
Не может такого быть. Когда меня выпустят? По-моему уже пора бы. Затянулся розыгрыш. Это не должно быть смешно. Мне не смешно. Тут не санаторий всё-таки. Колония это даже не тюрьма в кино. Здесь по-другому всё устроено. И я требую, что бы меня забрали. Хватит шуток. Я не могу нормально спать по ночам. Меня знобит. На меня косо смотрят некоторые люди здесь. Это неприятно. Кормят не так, что бы отлично. А я ещё не говорю о туалетах. В общем, я в шоке. Не в какие ворота это не лезет. Передай там всем, кто в этом участвовал, что с меня хватит. Я не верю и я не виновен.
В голове — буря. Тяжело усидеть на месте. Хочется встать и уйти. Я пытался сказать это охраннику, но он замахнулся на меня, чуть не побил, не выслушав полностью.
С братьями по несчастью тоже не всё ладно. Статья у меня грязная. Таких тут не любят и не уважают. Здесь всё организованно коллективно, а против коллектива не попрёшь. Поэтому даже те, кому я, очевидно, не нравлюсь, пока не лезут драться на новоприбывшего.
Спустя какое-то время мне позволили объясниться. Я попытался рассказать правду. Вроде бы меня услышали. Некоторые поверили, другие до сих пор косо смотрят в мою сторону. Но не трогают.
Был фильм такой «Шоу Трумэна», про человека, которые не подозревал, что его жизнь это шоу, сериал. Так вот, мне кажется, что со мной то же самое. Меня снимают и показывают по телеку. Но я-то знаю всю правду. Я хочу уйти, контрактов я никаких не подписывал, так что я имею полное право на это. Тем более я свободный человек, я не совершал никаких преступлений. Однако это совсем не как в кино. Отсюда выбраться тяжело. На самолете не улетишь, на лодке не уплывёшь. Стены окружают меня повсюду. Но я держусь, как могу. И я не перестану отрицать свою вину. Взяли моду такие шутки шутить. Я думаю, кто это мог сделать? Кому я мог сделать что-то не так. Если бы я знал, а то в голову не приходит ничего. Друзья у меня, конечно, с юмором, но не до такой степени. Так что я в замешательстве. Что бы отвлечься от этого, начал книжки читать, но это так к слову. В основном я думаю, много думаю. От этого, правда, только хуже.
Нет, пора заканчивать этот цирк. Шапито какое-то. Я в клоуны не нанимался. Так, что прошу тебя донести мою позицию куда нужно. Я хочу домой.
Алексей Олегович Николаев, сентябрь **** года.
Дело
- Знаешь, всё-таки меня напрягает та ситуация – сказал Лёха.
- Расслабься, и не каркай. Всё будет супер гуд – ответил Макс.
Друзья шагали по тротуару в сторону своих домов. На часах было около трёх. Утром они проснулись, позавтракали и разъехались, кому, куда нужно было. Только Федя остался ещё на день прибраться.
- Ну что родной, мне направо нужно – улыбнулся Макс и обнял Лёху – До встречи.
- Давай. Созвонимся.
Лёха улыбнулся и пошёл дальше. Завернул за угол, прошёл вдоль небольшого холмика и вышел к парковке с гаражами. И уже отсюда увидел стоящий белый бобик рядом со своим подъездом. Лёха попятился от неожиданности, слюна застряла в горле, внутри всё сжалось. «Что он здесь делает?», «За мной? Так и знал», «Да нет, же. Мало ли за кем», «Нужно успокоиться, не время для паники», « Всё хорошо, сейчас приду домой, поем. Впереди ещё месяц лета». Лёха выдохнул и двинулся к дому. Вошёл, набрав на домофоне код, и поднялся на лифте к себе на пятый этаж. Всунув ключ в скважину, он обнаружил, что дверь открыта. «Почему?». Толкнув её он оказался в прихожей, но тут уже были гости.
- Алексей, я так полагаю – Лёху сверлил взглядом мужчина в погонах – Вам придётся пройти с нами, вы подозреваетесь в совершении изнасилования несовершеннолетней гражданки Мурлыкиной.
- Никуда он не поедет – твёрдо сказала мама Лёхи, стоявшая тут же – Что за голословные обвинения? Как вам не стыдно?
- Уважаемая, в участке разберемся кто прав, а кто виноват. Не нужно волноваться.
- Матери и не волноваться! Заявились ни свет ни заря. И сидят тут в засаде. Детективы названные.
- Это наши обязанности. Мы же вам уже всё объяснили. Лучше вещи какие-нибудь дайте сразу ему с собой. И всё.
- Лёшенька, вот я собрала – мама протянула ему пакет – Ты там держись, хорошо. Не волнуйся. Я разберусь.
- Пошли, Алексей.
Лёху вывели на улицу. Соседи, гуляющие со своими детьми на детской площадке, с удивлением смотрели на эту колонну, залазившую в машину. Одни подумали «какой хороший был парень», другие « всегда знал, что с ним что-то не так». Лёха не слышал их мыслей, он просто сел на железную скамейку и уставился в пол. Хотелось плакать, но он терпел, как мог.
***
- Алексей Олегович Николаев, 18 полных лет?
- Да.
- Как давно вы знаете потерпевшую, Жанну Артёмовну Мурлыкину?
- Недавно познакомились.
- Когда и где?
- На вечеринке у друга, вчера ближе к вечеру.
- Вы сразу начали с ней разговор?
- Вроде да.
- О чём вы говорили?
- О разном, так сразу и не вспомнишь.
- Ясно. Потерпевшая, Жанна Артёмовна Мурлыкина, заявляет, что в ту ночь была изнасилована вами с применением силы. Вы признаёте вину?
- Нет.
- У вас был половой контакт с тридцать первого июля на первое августа?
- Да, но по взаимному согласию.
- Хорошо. Потерпевшая утверждает, что от выпитых ею спиртных напитков ей стало плохо, это так?
- Не сразу. Потом да.
-Потерпевшая заявляет, что вы нанесли ей удары, пытаясь подавить сопротивление, вы признаёте это?
- Нет.
- Значит, вы её не насиловали?
- Да.
- Значит, она врёт.
- Наверное, я не знаю… Я не понимаю, зачем она это сделала!
- Может, потому что вы её изнасиловали?
- Говорю же, я не делал этого!
- Это уже решать следствию.
Вечеринка 2
На улице послышались девичьи голоса и скрип калитки.
- Пойду встречу – Федя поднялся, но не успел сделать и пару шагов как в дом вошли три девушки. Две оделись по дачному: спортивки, майки. Одна же в противоположность остальным была в короткой юбке и розовом топе, которые подчеркивали все её женские достоинства. На шею этой девушки спадало черное каре, отражающее лучи солнца. К ней первым делом и подошел Лёха.
- Алексей.
- Очень приятно. Жанна – она обняла Лёху и затем остальных – Кто-нибудь поухаживает за дамой? Где здесь наливают?
- Недалеко - сказал Федя.
- Ну, девочки-припевочки расскажите, что будете пить. Сок, чай или если хотите покрепче, то кофе – не удержался Макс.
- Я смотрю, ты только кофе и пьёшь? – Жанна впилась в него взглядом.
- Только если с виски.
- И?
- Однако этого его у нашей фирмы в наличии нет. Можем предложить только чистейшую водку. Можно с пивом. За последствия не отвечаем…
- Хватит балаболить – перебил Леха – пошлите уже за стол.
- Наконец-то хорошее предложение – Жанна посмотрела на Лёху, их взгляды пересеклись, и они вместе двинулись к столу.
Макс достал водку из морозилки и кинул её Феде, который поставил напиток на стол. Девушки накрывали поляну, вытаскивая из стеллажей стаканы, тарелки и рюмки. Жанна уселась на стул и взяла открытое пиво Макса.
- И не стыдно тебе, бессовестная?
- Ничуть – она выпила.
- Ну, и чёрт с тобой. Меня ждет с объятиями водка. И в связи с этим – Макс открыл бутылку – Предлагаю выпить за встречу! – Он начал разливать – А заодно и за то, чтобы остаток этого лета прошёл в отрывах и улыбках. И как это заведено: первую – полную!
Ребята осушили рюмки.
- В сауну идем? – спросил Лёха.
- Конечно – кивнул Федя.
- Не видел, что бы топили.
- Там печь электрическая.
- Эх, не то… – Макс затянулся сигаретой – Нет атмосферы. Ладно, девочки снимаем верхнюю одежду, вход без купальников.
- Вы тоже не стесняйтесь. Что мы там не видели? – вставила Жанна.
- Вот это мне нравится! Погнали, значит!
- Если серьёзно – сказал Федя – Там одна раздевалка только, так что вы – он указал на девочек – переоденьтесь здесь, а мы внизу.
- Как жаль – Жана усмехнулась и коснулась ногой Лёхи.
Парни спустились в сауну.
- Ну, Лёха, все как по маслу? – Макс стягивал штаны и грохнулся на пол.
- Ха, ха. В смысле?
- Как на тебя новоприбывшая смотрит, Жанна эта.
- Смотрит и смотрит. Красивая девушка, я тоже ничего.
- Ты в зеркало давно глядел – улыбнулся Макс – Где ты, где она?
- Неймётся тебе.
- Что? Я бухать с пацанами приехал.
- Хорошая идея – Федя открыл маленький холодильник в углу и достал пиво.
- Да ты все подготовил я смотрю.
- Я же не чиновник, все деньги пошли на то, что понадобится.
- Мальчики! – донеслось сверху – Можно к вам?
- Да – ответил Макс – Только мы голые.
Стук ног по деревянным ступенькам и в комнату ворвалась группа в полосатых купальниках: ярких и броских. Макс подошёл к ним и начал разглядывать:
- Одобряю – он поднял большой палец – Лёха тебя нравится?!
- Да пошел ты – ответил Лёха, хотя сам смотрел на Жанну. Узкая таллия, пышные бедра, крепкий второй размер груди, не могли оставить равнодушным мужчину – Париться пара уже.
- Как раз таки париться не нужно, если понимаешь о чём я – улыбнулся Макс – Погнали, Федя показывай чертог большой температуры.
Ребята прошли в следующую комнату, здесь располагалась душевая кабина, рядом большая деревянная купель и вход в парилку. Федя открыл дверь, все зашли и расселись на полке.
- Сколько здесь градусов?
- Восемьдесят – Федя указал на термометр в углу.
- Неплохо, но я предпочитаю соточку.
- Было бы лучше, если бы ты эту соточку жал – улыбнулся Лёха.
- Почему же? Меня устраивает моя форма и без этого. Я же хорошо сохранился девочки?
- Много пива пьёшь – ответила Жанна.
- С чего ты взяла?
- По пузу твоему видно.
- В корне не согласен, я конечно не Шварценеггер, но и до Шрека мне далеко.
- Ближе чем ты думаешь.
- Дерзкая девчонка. Кого вы с собой привезли?
- Ладно, тебе уже Макс – сказал Лёха – Язык как помяло. Скажите лучше как лето, как поступление?
- Нормально – ответила Галя – Месяцы мучений и педагогический мой.
- Учителем будешь?
- Да, математики.
- Деток любишь?
- Макс!
- Лёха!
- Мальчики, а я никуда не поступала! – вставила Карина.
- Почему?
- А зачем? Для себя пожить хочу. И вообще я считаю, что главное удачно выйти замуж.
- Резонно – кивнул Макс.
- Мальчики, жарковато, может давайте выйдем, проветримся – поднялась Жанна.
- Согласен – улыбнулся Лёха.
Все вышли из парилки. Макс с разбегу залетел в купель и исчез на несколько секунд под водой, затем раскидывая брызги холодной воды вынырнул:
- Классно. Будто заново родился! Лёха давай! Уступаю!
- Ладно – тот залез в купель – Да уж. Вставляет.
- Подвинься-ка – Жанна подошла и залезла в воду к Лёхе – Ой, холодно. Согрей меня – она прижалась спиной к нему.
- Эй, не так быстро ребята! – засмеялся Макс – Как вам не стыдно. Ремня на вас не хватает.
- Мне кажется, пора вылезать – шепнул Лёха Жанне.
- Мне комфортно.
- Мне тоже…
Тут все оставшиеся члены компании по одному залезли в купель.
- В тесноте да не в обиде – сказал Федя.
- Да, Макс?
- Твоя спина упирается мне в нос. Однако на своей я чувствую две упругие шарообразные формы. Дайте угадаю Памела «Карина» Андерсон.
- Максим!
- Ладно, ребята, дайте вылезти. Я хочу пива – вытянулся Лёха.
- Алексей, как вам не стыдно пьянствовать! – не удержался Макс, вылезая за Федей.
- Кто бы говорил.
Все прошли в раздевалку. Холодное пиво освежило и расслабило разгорячённые тела. Каждый из ребят был счастлив по-своему. Ведь лето наступило, всё сложное позади и можно забыться. Убежать подальше от проблем и самостоятельной жизни, которая незаметно подкралась за спину. Они знали, что она стоит там. Они чувствовали. Но им было плевать. Солнце светило и всё вокруг манило. И если для пятерых из компании музыка и алкоголь были способом абстрагироваться от взрослой жизни, то для одной это и была взросла жизнь. Никто не замечал в ней той опасности, которая скоро обрушиться не только на них, но и на целое поколение, из которого жизни прёт столько, что хватит на всю планету. Незнакомая девчонка на вечеринке это нормально.
- Предлагаю выпить этого прекрасного напитка за нас – Макс поднял бутылку – И как говориться, что б дети грома не боялись!
- Пойдем на второй заход? – спросил Федя.
- Я готов – ответил Лёха.
- Может, сходим покурить – предложила Галя.
- Хорошая идея! – согласился Макс.
- Без меня. Я посижу ещё – сказал Лёха и пошёл в парилку. Закрылся и растянулся на полке.
Его жизнь не была идеальной. Родился не в самой обеспеченной семье, с пятнадцати лет обязательно где-нибудь подрабатывал, что бы облегчить семье жизнь. Он очень её любил. Отец ради него с сестрой работал раньше на нескольких работах, пока мама возилась с пелёнками. Поэтому он приложил все усилия, что бы поступить на бюджет и получать стипендию. У него получилось, и он был рад. Он не боялся своего будущего, но, как и любой человек в его возрасте чувствовал неопределённость, которая парила кругом.
Лёха лежал с закрытыми глазами и вдруг услышал звук открывающейся двери. Чья-то рука коснулась его головы и погладила по волосам.
- По пальцам чувствую, что ты точно не парень – он открыл глаза и увидел Жанну – Привет – Лёха поднялся и присел – Раз уж остались мы с тобой наедине расскажи о себе.
- Что рассказывать? Я обычный человек. Грущу, веселюсь. Хочу любви.
- Все хотят, но не все находят. Это вообще тема сложная. Любовь? Влюблённость? Поди, ты разберись, где что. Я даже не знаю, любил ли по-настоящему.
- Я тоже. Дай я прилягу – Жана потянулась и легла на полок животом, лицом к Лехиным бедрам. Расстегнула лифчик и усмехнулась – Так удобней.
- Я плавки снимать не буду – улыбнулся Лёха.
- Почему нет? Мы же одни.
- Жанна-Жанна…
- Если здесь оргия, то я остаюсь! – в парилку ворвался Макс, а за ним остальные. Жанна подскочила, и лифчик выпал у неё из рук. Она сразу же закрыла грудь руками, но Лёха успел увидеть всё что нужно.
- Прикройся – улыбнулась Карина.
- Не позорь нас – подхватила Галя.
- Так я не понял, мне раздеваться или нет? – сказал Макс.
- Нет, думаю не нужно пугать дам – ответил Федя, доставая веник из тазика – Готовьтесь, кто первый?
- Давай я – улыбнулся Лёха.
- Отлично! Поехали!
Ребята хорошенько пропарились, хотя девочки пытались отказаться от банных процедур, но Федя настоял, что веник, а ещё берёзовый неотъемлемая часть процесса. После они ещё раз попрыгали в купель, помылись в душе и жахнули холодного пивка в раздевалке. Затем девушки отправились наверх, и парни остались одни.
- Ну, что Лёха, новенькая пристаёт? – спросил Макс, натягивая майку.
- Типа того, понравился я ей и сильно.
- А ты против что ли?
- Да не знаю. Перерос я это всё уже. Хотя она конечно красивая. Просто не хочется воспринимать девушку как одноразовое удовольствие.
- Согласен. Но если она сама не против, почему нет. Федя подключайся?
- Если она тебя хочет и ты её, не вижу ничего плохого. Главное предохраняться – усмехнулся тот.
- Тут я согласен – Макс достал расчёску - В общем Лёха делай что хочешь, мешать и забирать её у тебя мы не будем.
- Спасибо за любезность.
- Не за что, брат.
Одевшись, парни поднялись наверх. Девочки уже переоделись и подключили к колонкам свою музыку.
- Нападение без объявления войны – Макс подошёл к столу и разлил всем водки – А чё так уныло? Включите, что-нибудь нормальное, весёлое. И давайте выпьем, наконец, а то, как не свои.
Все подошли к столу и взяли рюмки.
- Алексей, прошу, ваш тост – улыбнулся Макс.
- Без проблем. Предлагаю выпить за будущее, что бы все наши мечты сбылись!
Компания осушила рюмки, и громко ударила ими об дерево. И с этого момента музыка сделалась громче, а ребята веселее в несколько раз. Они танцевали, прыгали и пели. Водка шла вперемешку с пивом, бутылки от которого уже оказались разбросанными по всему дому. Дым выходил от сигареты каждого и сплетался своими струями в водоворот, который засасывал ребят в объятия. Соседи не беспокоили, хотя музыка сегодня не знала такого слова как «потише». Всё благоволило этой тусовке.
Макс был просто всем доволен, он быстро абстрагировался от всех проблем и получал удовольствия от музыки и состояния опьянения. Федя радовался, что с ним его друзья и, в целом, хорошая компания. Галя и Карина танцевали и пока больше им ничего не хотелось.
Жанна всё время смотрела на Лёху. А Лёха смотрел на неё.
Отличались эти взгляды тем, что первый не вызывал сомнений, а во втором их была куча. Один говорил «Хочу тебя», другой отвечал « А я не знаю». Потом опять «Пошли отсюда», и ответ « Ты уверена?», «Уверена», « А я не уверен», «Давай!» и молчание. Лёха отделился от танцующего круга друзей и вышел на улицу подышать. Достал сигарету и крепко затянулся. «Она красивая – про себя подумал он – может и получиться что-нибудь с ней в будущем. Просто так не хочется. Переспали и пошли. Хватит уже. Не по мне это. Или нормально? Чего я такой сегодня…».
- Грустный. О чём думаешь? – Жанна подошла к Лёхе.
- О разном. Обо всём сразу.
- Ясно – она приблизилась к нему – Ты мне нравишься.
- Ты мне тоже.
- Так чего же мы ждём
И она его поцеловала. Крепко и с желанием продолжения.
Письмо сестре
Привет. Пишу тебе, потому что я очень недоволен, и маму расстраивать не хочу. Каждый день в последнее время я задаюсь вопросом: «Почему я?» В мире столько много людей, а в колонию посадили меня. На той вечеринке был не я один, все пили, все веселились, так почему именно меня судили. За что? Я какой-то не такой? Это что за провидение судьбы? Есть же люди, которые действительно виноваты в том, что сделали. И они избежали всего того, что я пережил за последнее время. Я же не плохой человек. Никому никогда не желал зла. Да я не святой. Как говорил один мудрый человек «Кто из вас без греха, пусть первым бросит в меня камень?». Но не до такой же степени я урод, что бы меня упекли настолько лет в такое место. Тут кругом сплошная серость и безнадёжность. Всё угнетает на каждом шагу. Как такое можно терпеть! Неужели где-то я провинился, больше чем кто-либо. Да в детстве я бывало, ругался с тобой, папой и мамой. Но кто не ругался? Да, я начал рановато курить и пить. Но я что единственный что ли. Нет. Нет. И ещё раз нет. И я в ярости от того, что именно мне так не повезло.
Я стал раздражительным, стал огрызаться. Меня чуть не избили за это. Но я всё равно гну свою линию. Я не знаю кто прав, кто виноват. Не знаю, кто сидит здесь со мной по делу или нет. Мне честно плевать. Главное, что я невиновен и меня это злит. Злит, что я здесь трачу свою жизнь. Именно это. Какого чёрта, ответит мне кто-нибудь! Всё это письмо один сплошной восклицательный знак, против того, что я нахожусь здесь, а не там где ты читаешь это письмо. Я ненавижу каждого, кто виноват в этом. Я сгораю от негодования. Когда-то я смотрел фильм «Побег из Шоушенка» и теперь я всё понял. Я очень много понял. Если бы я мог рыть подкоп я бы рыл. Если бы я мог зубами выгрызть дырку в этих бетонных стенах, я бы это сделал. Но не получится. Я в западне, из которой невозможно сбежать. Даже если начнётся пожар, скорее всего я сгорю здесь, а не смогу воспользоваться этим. И меня это злит. Бесит. Я представляю своих друзей, которые могут спокойно ходить по этому миру, и за это ненавижу их. Люто. Когда кто-то наконец-то выходит отсюда мне хочется убить его, ведь я-то остаюсь здесь, и нет конца моему сроку.
Я не могу это принять. Мне плохо от мыслей, что я здесь. Каждый день я просыпаюсь и понимаю, что ещё один день ждёт меня тут. А засыпая, я понимаю, что когда проснусь, всё останется так же. Это безвыходно. Несправедливо. В мире вообще есть справедливость. Бог там смотрит на нас или забил давно на своё творение, на своих детей. В мире падают самолёты, гибнут дети ни про что ни за что и где же Он. Спрятался? Спит? Сбежал? Испугался? Где ты? Я читаю Библию. Я ищу ответы. И они там есть. Только на другие вопросы. Я в ярости. Я требую решить эту проблему. Вам на свободе хорошо, так что позвольте оторвать вас от телевизора и попросить разобраться с этим.
Алексей Олегович Николаев октябрь **** года.
Друзья
День начинался неплохо. После тусовки и дикого похмелья Макс лег спать пораньше. Поэтому ему наконец то удалось самому проснутсья в девять, а не спать до часу. Он почитал книжку, сходил пару раз покурить. Сам приготовил себе завтрак, и по просьбе отца пропылесосел квартиру. Таким образом, благодаря правильному сну, он освободился к двум. Теперь можно было позвонить Лёхе, чтобы пойти до поздна шляться по городу. Но Лёха не поднял. Ни со второго, ни с третьего раза. Макс подождал немного. Однако ничего не изменилось. Учитывая, что он хорошо общался со всей Лёхиной семьей, он решил набрать его сестре. Получилось:
- Привет. Не отвлекаю.
- Нет.
- Тогда не знаешь ли ты где Алексей? Я всё не могу ему дозвониться.
- Да? Тут тяжёлая ситуация. Лёху забрали – послышалось всхлипывание.
- В армию?
- Не до шуток. Подозревается в изнасиловании, какой-то девчонки, которая была с вами на тусовке. Вчера пришли и увезли его. Уже всё составили. Дело серьёзное. Мама вся не своя, всю ночь рыдала.
- Боже мой. Точно? Ты меня не разыгрываешь? Боже мой – он некоторое время помолчал - Ладно, я понял тебя. Будем разбираться.
Макс положил трубку и уставился на стену. Перед глазами проплыла вся вечеринка. С начала до самого конца, когда они попрощались с Лёхой на районе. Захотелось нажраться и курить. Сложившая ситуация не укладывалась в голове. Макс вздохнул и вновь взял смартфон. На это раз он набрал Феде.
- Привет.
- Если гулять, только вечером, сейчас немного занят…
- Дело не требует отлагательств. Лёха в опасности! Его забрали вчера. Обвиняют в изнасиловании той, тёлки, Жанны.
- Ты серьезно?
- Я конечно шутник, но не сейчас. Надо что-то решать. Нельзя сидеть на месте.
- Понял тебе. Тогда давай через пятнадцать минут у нашего магазина.
- Давай.
Макс вскочил с кровати и начала одеваться. Быстро собравшись, он выбежал из подъезда и поспешил к месту встречи. Перед глазами мелькали лица людей, играющие дети, машины, но Макс не замечал их. В голове творилось что-то странное. Лает собака, пытается укусить, ему всё равно. Просто шаги. Просто дойти. Через дорогу. Наступил в яму, которую раньше всегда перепрыгивал. Чуть не врезался в прохожего, идущего от остановки. Пошёл на красный, вызвав возмущения водителей. И вот лицо друга. Стоит курит. Макс на ходу жмёт ему руку:
- Это просто жесть! Я не понимаю, что происходит. Как это получилось?
- Держи себя в руках. Надо подумать. Откуда информация про это?
- Сестра его сказала, я звонил ему, не мог дозвониться и ей набрал.
- Ясно. Что ж.… Если его будут судить, будут опрашивать свидетелей. То есть нас. Мы и расскажем правду.
- Какую? Что Лёха хороший друг и не мог сделать этого. Он же был с ней в комнате. Закрытой. Мы не видели, что они там делали.
- Это понятно. Но мы знаем, что она сама к нему лезла весь вечер.
- И что? Спасение изнасилованных, дело рук самих изнасилованных? Мы не можем ничего доказать.
- Ты же не думаешь, что он мог это сделать?
- Нет, конечно. Это же наш Лёха. С первого класса вместе. Ты же знаешь, как он относиться к девушкам.
- Знаю. Но почему то же Жанне взбрело в голову сказать, что её изнасиловали. Зачем?
- Плохо старался, блин. Я ничего не понимаю!.
- Успокойся. Думать нужно. Вряд ли это было ей запланировано: сказать, что её изнасиловали. Значит, она решила это уже там.
- И?
- Я же не Шерлок Холмс, что бы обо всём догадываться.
- А я не Эркюль Пуаро. Но мне кажется, какие логические цепочки не строй, не поймешь, зачем она это сделала. Заявление подано. Настолько серьёзно.
- Это да.… Слушай, есть идея. Мы же вообще не знаем, что это за Жанна. Приехала с нашими и всё. Давай тогда встретимся с Кариной или Галей и спросим.
- Давай. Звони. Ты с Кариной лучше общаешься, если понимаешь о чём я.
- Понимаю.
Федя достал смартфон, нашёл в журнале звонков номер Карины и набрал ей:
- Привет.
- Тусовка есть?
- Нет пока. Дело есть. Лёху забрали за изнасилование Жанны.
- Да ну. Он же и мухи не обидит.
- Тем не менее. Давай встретимся, поговорим о Жанне.
- Ну, ладно, раз такое дело. Подходи ко мне, через минут двадцать. Выскочу.
- Уже в пути.
Друзья направились к Карине. Она жила дальше всех, относительно домов друзей. Почти всю дорогу они молчали. Каждый пытался осмыслить ситуацию, в которую попал их друг. Как спасти? Как помочь? Что они могут сделать? Тут так просто не разберешься. Внезапно все проблемы, которые донимали их раньше показались мелочами, по сравнению с новыми. Руки были связаны, любые идеи, не давали ничего, кроме видимости действия. Это бесило. Особенно Макса, который нервничая, от бессилия, постоянно оглядывался и курил сигареты одну за другой. Пару раз он в оцепенении останавливался, и Феде приходилось, трясти его за плечо. Не то, что бы Федя был меньше заинтересован в решении проблемы. Нет. Просто он пытался, относиться к этому по возможности серьёзно. Слезами делу не поможешь.
К Карине они пришли быстро. Присели на лавку рядом и начали ждать. Карина вышла спустя пару минут. За время до встречи, она успела осознать проблему, о чём говорило её лицо, отражавшее одновременно удивление и печаль.
- Здравствуйте дорогие – они обнялись.
- Такой вопрос – начал Федя – Кто такая Жанна? Откуда ты её знаешь?
- Ну, пару раз пересекались с ней на вписках, плюс училась она в нашей школе, только на два класса младше. Вполне себе нормальная девчонка.
- Как она оказалась у меня?
- Она выложила сторис, типа, «где есть тусовка?» Ну и я подумала, почему бы не позвать, чтоб веселее было. Я не могла предположить, что так получиться.
- Почему ты не сказала, что ей не как нам? – вставил Макс.
- Так нормально же. Плюс возраст сексуального согласия шестнадцать. Тут проблем быть не должно.
- Понятно. Не знаешь случаем кто её родители?
- Она рассказывала пока ехали к тебе, что папа вроде водитель, а мама кассир.
- Где живёт она?
- А тебе зачем? Следить за ней собираешься?
- Поговорить скорее. Может и с родителями её тоже. Это-то немногое, что мы можем сейчас сделать.
- Ясно. Тогда… Адрес точный не знаю. Перед магазином есть дом, пятиэтажный вроде. Вот в нём.
- Придётся сидеть в засаде – сказал Макс.
- Значит будем, если понадобиться - то с утра до ночи.
- Есть предположения, зачем она это сделала? – спросил Макс.
- Я думала об этом. Не знаю. Может он…обидел её как-то. Сказал что-то. Не знаю.
- Да, блин, в тихом омуте черти водятся – не выдержал Макс – Что-то необъяснимое.
- Не паникуй, его же ещё не осудили – сказал Федя.
- Это да. Ладно, спасибо, что вышла. Ну, мы тогда пойдём в засаду – подытожил Макс.
- Держите меня в курсе, если что – сказала Карина, они попрощались и разошлись. Ребята ринулись к указанному месту жительства злосчастной особы. Дошли быстро. Обычный простой дом. Шиферная крыша, покрашенная пару лет назад на скорую руку. Три подъезда.
- И какой наш? – спросил Макс.
- Не знаю. Давай сядем на скамейку около детской площадки, там должен проглядываться весь двор. Увидим кого, подбежим.
- Давай.
Они принялись ждать, но сегодня уже никто не вышел, хотя друзья сидели до темноты. А на следующий день их вызвали как свидетелей на допрос. Они всеми силами пытались доказать, что Лёха не виноват. Макс пару раз переходил на крик. Но всё четно, как и предполагалось. Ведь их не было в той комнате. А слова наподобие: «Он наш друг, он не мог сделать такого», естественно не могли убедить представителей органов. Потому что единственный человек, который был кроме Лёхи в той комнате, сказал, что её изнасиловали.
Сразу после допроса ребята вернулись на свою позицию. Но и в это раз их предприятие не принесло успеха. Отступать они не собирались. Вернулись с рассветом вновь. Час за часом сидели, курили сигарету за сигаретой и каждый по своему надеялись на хороший конец для этой истории. А пока только из правого подъезда показалась короткая юбчонка. Макс вскочил.
- Погоня, Федя! – они устремились за ней, аккуратно, чтобы не спугнуть приближались, пока она шла к магазину – Жанна!
- Что? – она развернулась – А? Это вы? Привет. Есть предложение на вечер?
- Нет. Какое ещё предложение? Мы поговорить с тобой хотим.
- Меня выпустили на немного. Быстро, что надо?
- Про Лёху, он же тебя не насиловал, зачем ты на него наговорила?
- А вам какая разница? Забейте и живите дальше.
- Как это? Он же наш друг и не виноват.
- Я сама решу, виноват он или нет? Ясно? Радуйтесь, что это не с вами произошло.
- Это же неправильно!
- Так, идите отсюда, а то я сейчас закричу, и вам ещё прилетит.
- Да, пошла ты… - начал Макс, но Федя схватил его за руку и увёл в сторону. Жана посмотрела им вслед, усмехнулась и пошла дальше.
- Ты чего? – Макс вырвался – Надо с ней разобраться.
- Как? В бетон закатать её хочешь? Пытать и добиться признания?
- Может быть. Сука! Что теперь делать?
- Вернуться и ждать.
- Чего? Мы же уже её выловили.
- Отца. Её отца. Будем надеяться, что он будет более разговорчив.
- Ладно. Всё равно вариантов не особо много.
И вновь друзья вернулись на заветную лавку. Пока у них ещё оставалась надежда, что-то исправить. Отец Жанны был последней ниточкой, которая могла вытянуть ситуацию. И они держались за неё обеими руками. Каждое утро. Каждый день. Каждую ночь. Как только они просыпались, они спешили к месту, чтобы быстрее вступить в бой с последним противником, который был им по плечу. Но он ускользал от них. Возможно, они его не узнавали, хотя такого персонажа тяжело забыть: лысая голова, большой живот и немного косолапая походка. Тем не менее, он всё не появлялся.
- Сколько можно – сказал Макс – Может он не здесь живёт?
- Может.
- Как же так. Должно что-то быть – Макс схватился за голову – Подожди. Я кажется, понял. Помнишь машину, на которой он приехал.
- Нет. Я был наверху. А потом с лестницы не видно было.
- А я помню. МАШИНА.
- И что это нам даёт?
- А то, что этой машины нет сейчас здесь. Её обычно нет ни утром, когда мы приходим, ни вечером, когда уходим.
- Ты думаешь, что он очень рано уезжает и поздно приезжает. То есть до нашего прихода и после нашего ухода.
- Типа того. Он же водитель.
- Тогда у нас сегодня ночная смена.
- Хорошо, что я купил сегодня новую пачку – сказал Макс и закурил.
А время всё шло, десять часов перешли в одиннадцать, одиннадцать сменились двенадцатью. Федя достал секундомер, включил его. Рекой понеслись секунды и минуты. Одна. Десять. Двадцать. Тридцать. Сорок. Пятьдесят. Час ночи. Сигареты Макса начали подходить к концу. Ещё немного и нервы не выдержат. Но вдруг двор осветил свет фар. Ребята вскочили.
- Это он?!
- Точно.
- Зуб даю! – Макс хотел уже бежать в погоню, но Федя остановил его:
- Спугнём ещё. Не спеша нужно к нему подобраться.
- Давай.
Друзья двинулись в сторону жертвы. Обогнули двор, вышли к первому подъезду. Прошли по тротуару, и когда крупный мужчина вылез из машины и собирался идти к дверям дома, настигли его.
- Доброй ночи – сказал Федя.
- Что? – тот обернулся. У него были водянистые глаза и плешь на голове – Что вам нужно? Подождите, это же вы! Друзья насильника.
- Вот это мы и хотели обсудить – вставил Макс.
- Что тут обсуждать? Преступник должен сидеть в тюрьме.
- Он этого не делал.
- Откуда вам знать? Вас там не было. А моя дочь была. И вообще не ваше это дело! Радуйтесь, что у вас всё в порядке.
- Он наш друг. Я гарантирую, что ваша дочь врёт – сказал Макс – Не знаю, зачем это вам нужно, сажать невиновного, но рано или поздно правда восторжествует.
- Пусть торжествует, сколько хочет. А вы пошли на хер отсюда! Неуловимые мстители, блин.
- Значит, вы не заберёте заявление и пойдёте до конца?
- Да – он посмотрел на них свирепым взглядом надувшихся глаз, жилка на лбу пульсировала – И что бы я вас больше не видел! – мужчина сплюнул в сторону и ушёл.
Ребята остались одни в ночной тишине. Небольшой ветерок дул им в лица, потрепал волосы. Последний шанс ускользнул. Внутри царило опустошение, как будто вышел один на один с вратарём и не смог забить гол. Команда проиграла, и все тычут в тебя пальцем. После такого позора тяжело восстановиться. Они подвели Лёху. Именно так им казалось. Теперь уже ничего не сделаешь, остаётся только ждать суда.
- Пошли вон, придурки! – донеслось сверху.
Друзья подняли головы вверх и увидели в одном из окон Жанну. Она стояла в пижаме и грозила им кулаком.
- В следующий раз мы вызовем милицию! – крикнула она – Всех посажу. И вас тоже!
Макс посмотрел на неё взглядом полного омерзения, а Федя вообще решил не реагировать на её возгласы. Они просто молча ушли, а вслед им летели угрозы и оскорбления. Ноги сами привели их в круглосуточный магазин в паре километров ходьбы. Там они взяли бутылку водки и, спрятавшись в деревьях быстро её выпили. После Макс сел на траву и закурил:
- Жизнь говно…
Письмо Феде
Здравствуй. Пишу тебе, так как из моих друзей, ты самый практичный человек, и я надеюсь на твоё понимание. В последнее время я притих. Перестал со всеми разговаривать и веду себя ниже травы тише воды. Хочу выйти отсюда как можно скорее. Тяжело понимать, что от восьми лет прошло почти ничего. Чувствую себя как ходячий мертвец. Часто разговариваю с Богом. Я молюсь, чтобы всё это поскорее закончилось. Но он молчит. Я готов сделать всё что угодно. Как бы договориться с ним, что бы Он понял меня. Или нужно договариваться с кем-нибудь другим? Вряд ли с охраной. Когда мама приходила, она говорила что подала апелляцию в суд по моему делу. Но получится ли достучаться до них? Сам я мало чего могу сделать. Хотя я пытаюсь. Только как я и говорил, Бог не отвечает мне.
Я прочитал Библию несколько раз. Девять, наверное. Мне кажется это очень не плохо. Некоторые предложения я даже выучил наизусть, надеясь, что это поможет. В них есть правда. Я чувствую это. Например: «Просите и воздастся вам, ищите и найдёте. Стучитесь и дверь отвориться переда вами. Кто просит, получит, кто ищет, всегда найдёт. И откроется дверь перед тем, кто стучится». Неплохо звучит. Вот ещё: «Возлюбленные! Если так возлюбил нас Бог, то и мы должны любить друг друга. Бога никто никогда не видел: если мы любим друг друга, то Бог в нас пребывает, а любовь Его совершенна есть в нас».
Сам не понимаю, как я это выучил. Обычно в школе со стихотворениями наизусть у меня были проблемы. Но тут по-другому. Я надеюсь, мне осталось недолго здесь находиться. Я несу свой крест, я стараюсь делать это без слёз и жалоб. Только не всегда получается. А я готов совершить всё что угодно. Знать бы что. Ответов на мои вопросы не так-то много. Я даже не знаю с чем сравнить мою ситуацию теперь. Тут много людей, но я как будто один в пустыне, в океане, в бесконечном космосе. И я не знаю, в какую сторону мне двигаться. Но я честно пытаюсь найти ответ. Он ускользает от меня, как шайба по льду, знать бы, что у меня за клюшка. И есть ли она вообще у меня. Руки есть у меня, ноги…. Нет, просто так я не сдамся. Из любой ситуации можно найти выход. И я найду. С кем угодно можно договориться. И с Богом и с человеком. Да, скорее всего так и есть.
В любом случае здесь на месте, я пытаюсь разобраться сам. Но там, на свободе, прошу тебя мне помочь как-нибудь. Когда выйду, сочтёмся. Обещаю тебе. Не подумай ничего лишнего. У меня просто нету выбора. «Итак, покоритесь Богу; противостаньте дьяволу, и убежит от вас».
Алексей Олегович Николаев, ноябрь **** года.
Телешоу
Жанна лежала на кровати и листала ленту Instagram. На улицу её выпускали редко, в виду сложившейся ситуации. Отец боялся, что соседи как-то прознают об этом и начнутся разговоры. Жанне было всё равно. За окном уже хозяйничала осень, но она вместо того, что бы гулять мнёт одеяло в комнате. Очень скучно. Она поднялась и посмотрела на двор. Если бы этаж был не четвёртый, Жанна давно бы как-нибудь сбежала отсюда. А так, замкнутый круг. Внезапно в квартире пронёсся звон домашнего телефона.
- Подыми! – голос матери.
- Сама, не можешь что ли!
- Я занята!
Жанна прошла в прихожую и подняла трубку:
- Алло.
- Здравствуйте. Это квартира Эллы Мурлыкиной.
- Да, я её дочь.
- Жанна, правильно? Это с Главного канала беспокоят. У нас к вам предложение поучаствовать в одной из наших программ. Можете позвать маму?
- Хорошо – она прикрыла трубку рукой и крикнула – Мама, с Главного канала звонят.
- Да, иду!
Элла Мурлыкина быстро прибежала к телефону. Это была маленькая, пухленькая женщина, с маленькими глазами и короткими рыжими волосами. Жанна отошла в сторону, и пока мама разговаривала, гадала, что же там такое происходит. Неужели соседи что-то узнали, и теперь об этом говорит вся страна. Да, нет вряд ли. Или нет? Элла положила трубку и посмотрела на дочь:
- Мы едем в столицу. Послезавтра! – и не увидев радости в глазах у Жанны – Ты не рада?
- Как это едем? Почему?
- Ну, в передачу. Где люди рассказывают свои истории.
- И при чём здесь я.
- Я ещё летом им о нашем случае написала, и вот они ответили.
- Это конечно очень круто, но поздновато как-то. Учитывая, что Лёха уже сидит пару месяцев.
- Ну и что. Ты представляешь, нас покажут по телеку, оплатят перелёт и проживание на несколько дней. И ещё за эфир заплатят. Много заплатят. Папа будет очень рад, тогда не получилось с деньгами, а сейчас всё будет.
- Классно. Послезавтра?
- Да, точно по времени они ещё позвонят. Начинай собираться уже сейчас, всё такие в столицу едем. Надо хорошо выглядеть.
***
- Приветствую, вы меня знаете, но я ещё раз представлюсь, Кирилл Антрактов, ведущий этого балагана.
- Здравствуйте – хором сказала семья Мурлыкиных.
- Как долетели?
- Нормально – сказала Элла.
- Город посмотрели?
- Очень красивый – улыбнулась Жанна.
- Я знаю. Мой коллега должен был дать вам вчера сценарий сегодняшней передачи. Вы читали?
- Да.
- Выучили?
- Да.
- Отлично. Мы скоро начнём. У нас прямой эфир, но вы не волнуйтесь. Просто идите по сценарию. И всё будет хорошо.
- Ясно.
***
- Добрый вечер, это программа «Право слова» и я её ведущий Кирилл Антрактов. Сегодняшняя тема удивит всех. Прошлым летом, в июле на вечеринке шестнадцатилетнюю девушку Жанну Мурлыкину изнасиловал восемнадцатилетний Алексей Николаев. Он уже несколько месяцев отбывает свой срок в колонии. Мы же попытаемся разобраться, что же произошло в тот злополучный вечер. Для этого к нам приехала сама жертва!
Жанна появилась перед камерами и села на одно из кресел.
- Расскажи нам, что произошло тогда. Как ты оказалась на вечеринке?
- Одна моя знакомая, позвала меня с собой. Сказала, там будут приличные мальчики, которые в универ уже поступили. Большой дом с баней.
- Вы ходили в баню, значит? – раздался голос с трибуны. Он принадлежал бородатому мужчине средних лет – Голые купались?
- Нет. В купальниках конечно.
- И что потом? – продолжил ведущий.
- После бани мы вернулись наверх. Слушали музыку и шутили.
- Пили что-нибудь? – вновь бородатый мужчина.
- Водку – после небольшого молчания ответила Жанна.
- Сколько? Стакан, бутылку, две бутылки?
- Немного совсем. Пару рюмок. Я с соком мешала себе.
- Тебе от этого стало плохо? – спросил Антрактов.
- Да. Меня стало очень сильно мутить. Голова закружилась, и я пошла в комнату. Легла там. Было очень плохо. Потом пришёл он. Посмотрел на меня и накинулся. Мне было тяжело сопротивляться. Он всё сделал и ушёл.
- Такова история Жанны – ведущий отвернулся от неё и посмотрел на трибуны – Сегодня к нам приехала мама и сестра Алексея, что бы ответить на некоторые вопросы.
В зале появилась женщина с белыми волосами, скромно одетая в брюки и рубашку. За ней семенила молодая девушка. Они сели подальше от Жанны в кресла.
- Расскажите, пожалуйста, про Алексея?
- Когда умер его отец, мой муж, Лёша очень переживал. Он всегда хотел помочь мне и сестре. Работал. Поступил в университет на бюджет.
- Лёша стразу взял обязанности отца на себя – продолжила сестра – Он ухаживал и оберегал нас.
- Он рассказывал вам, про тот вечер?
- Да. Когда я приходила к нему в тюрьму.
- А до этого?
- Он не успел. Его сразу же забрали, когда он вернулся.
- Что говорил вам сын?
- Что он не виноват. Что всё было по согласию.
- Извините, вы верите его словам?
- Да, он никогда мне не врал. И всегда признавал свои ошибки.
- Это не аргумент! – с трибун раздался женский голос.
- Значит, Жанна врет, и ничего не было?
- Он её не насиловал. Она просто хорошая актриса. Когда только всё началось, я разговаривала с её отцом. Он сказал десять тысяч долларов, и они заберут заявление. Но у меня нет таких денег.
- Ясно. Сегодня к нам приехал и он. Артём Мурлыкин. Прошу!
Вышел мужчина: джинсы, черный свитер. Сел рядом с дочерью.
- Правда ли про деньги Артём?
- Ложь! Не было такого. Речь могла идти только о моральной компенсации. Но таких сумм не было.
- Шантажировать женщину, у которой забирают единственного сына, достойно! – голос бородатого мужчины.
- Вы приехали за Жанной в тот вечер? – продолжил ведущий.
- Ночью. Она позвонила, и сказала, что её изнасиловали. Я сорвался и быстро приехал.
- Сколько километров нужно было проехать?
- Двадцать, тридцать. Ночью дороги пустые. Поэтому я добрался быстро.
- И сразу повезли Жанну в РУВД?
- Почти. Для начала я приехал домой. Отпросился с работы, поговорил с женой.
- Ясно. У Жанны на теле были обнаружены синяки. Откуда?
- Когда он накинулся на меня – сказала Жанна – он держал меня, что бы я не сопротивлялась.
- Он тебя бил?
- Да.
- Показатели свидетелей, говорят, что именно вы Артём, когда приехали, ударили и толкнули Жанну? Это правда?
- Где эти свидетели? Прячутся. Все они защищают своего, такого же. Как я мог, я же отец.
- Они утверждали, что вы были в ярости от состояния дочери?
- Я переживал, но не мог её ударить. Никогда.
- Ясно. Тем не менее, мы пригласили суда ребят, которые тогда были на вечеринке вместе с Алексеем и Жанной. Максим Бурунов и Фёдор Аташевич.
Перед зрителями появились два друга. Они сели рядом с мамой и сестрой Лёхи.
- Расскажите свою версию событий — к ним подошёл Антрактов.
- Жанна сама лезла к Лёхе весь вечер — начал Федя.
- Она строила ему глазки и из всей компании проявляла интерес только к нему — продолжил Макс — А Лёха не спешил заигрывать с ней.
- Ну, а ночью отыгрался по полной! — голос женщины с трибун.
- Накинулся на мою бедную доченьку — перед камерами внезапно показалась мама Жанны, она остановилась перед друзьями — Как вам не стыдно, защищаете насильника. Сволочь!
- Секунду — ведущий подошёл к ней — К нам присоединилась мама нашей героини. Элла Мурлыкина — Прошу присядьте к своей семье.
Когда она отошла, Антрактов продолжил:
- Дальше ребята.
- Ну, она хотела его весь вечер — сказал Федя — И получила что хотела.
- Это он получил по заслугам — вставил отец Жанны — Видели бы вы, в каком состоянии я застал свою красавицу. Я еле сдержал себя, что бы ни разнести там всё к чёртовой матери!
- Слова настоящего мужчины! - голос женщины с трибун.
- Который избил свою дочь и скрывает это! - в ответ раздался голос бородатого мужчины.
- Папа бы так никогда не сделал! - Жанна поднялась с места — Он никогда и пальцем меня не трогал.
- Пальцем может быть и не трогал, а кулаком, да движениями посильнее — мужчина не сдавался.
- Тихо! Тихо! Уважаемые — Антрактов развёл руками — Мы же приличные люди. Жанна, ты лучше ответь, Максим и Фёдор говорят не правду выходит?
- Конечно. Этот Лёха их просто опередил, на той вечеринке все хотели меня изнасиловать. Особенно этот Макс. Посмотрите на него, думает о себе слишком много. А на деле простой урод!
- А вот этого в сценарии не было — Макс поднялся — Вы все тут, танцуете на могилах! Пытаетесь оклеветать ни в чём не виновного человека, да ещё и заработать на этом денег!
- Максим, присядьте — сказал ведущий.
- Заткнись, Антрактов! Право слова хотели, я вам покажу сейчас его! Неужели вы не понимаете, что случилось? Неужели вы настолько слепы. Я обращаюсь ко всем у кого дети подростки. Лёха простой парень, с мечтами и ошибками и он жил как все!
- Насиловал бедных девочек! - голос женщины.
- Закрой рот, жертва климакса! В наше время все ходят на вечеринки, вписки, тусовки, неважно! Все живут жизнью алкоголя и случайного секса. Это норма. И Лёха жил как все. И в отличие от меня и других, он начал понимать что это не очень правильно. Но тем не менее. Он жил жизнью, которая считается нормальной. И знаете что, его за это посадили. И обсуждается здесь не то, что нужно, что правильно. Вы бы лучше подумали, что какая-то девочка с низкой социальной ответственностью наговорами посадили хорошего человека в тюрьму. И пока все это не поймут, это может повториться. А она? Ей хорошо, ей заплатили, она станет звездой интернета. Все будут говорить о ней и платить ей, пока мой друг гниёт за решеткой. Лицемерие ещё никогда так не выходило вперед, как сейчас. Но знаешь, что Жанна, как бы ты комфортно себя не чувствовала, ты навсегда останешься для всех шлюхой. Пошли вы все! - Макс развернулся и ушёл. За ним последовал Федя.
- Что ж, это было неожиданно. Сегодня было жарко, уважаемые зрители! - сказал ведущий — Мы вернёмся через неделю, что бы продолжить наш разговор на эту тему. Счастья вам и успехов в личной жизни!
Письмо Максу
Приветствую, дорогой друг Максим. Давно мы с тобой не говорили, правда, это не совсем разговор, а скорее монолог умирающего друга. Почитай, меня, пожалуйста. Я утратил все свои надежды на что-то хорошее. Всё валиться из рук. Я давно не видел настоящего солнечного света, который даже зимой греет тебе лицо. Не слышал, как ветер треплет кроны деревьев. Не чувствовал свободы, царящей даже в спальном районе города. От этого хочется просто лечь на койку и спокойно лежать. Но тут так не разрешают. К чему попытки выбраться из этого болота? И так всё со мной ясно. Сиди себе и жди конца.
Я вспоминаю наши годы в школе. Прекрасные одиннадцать лет свободы. Помнишь, как мы с тобой познакомились, точнее, начали дружить. Мы собирали карточки в четвёртом классе и обменивались повторяющимися. Ты решил меня обдурить, и выменять у меня сильную карту на обычную. Ты сказал, что на твоей рисунок лучше, а я поверил. А когда узнал в чём дело, пошёл разбираться к тебе. Мы чуть не подрались. И потом стали лучшими друзьями. Надеюсь, ты не забыл это.
Потом незаметно пролетело время, и мы проснулись подростками. Начали курить перед школой, прячась за домами. Нас пару раз ловили учителя, и звонили родителям. Мы так боялись этого. Или нас просто это раздражало. Как-то начали пить. С пива вроде бы. Нас позвали одиннадцатиклассники, которые курили с нами. Вроде выпили немного, а перегар на утро был большой. И костяшки кулаков разбиты. Не помню, правда, с кем мы дрались тогда. Знаю, что ты всё помнишь. Жаль не сможешь мне рассказать.
Сегодня утром я вспоминал наш выпускной. Как недавно это было, и в тоже время очень давно. Мы заранее спрятали в школе бутылки с водкой и пивом в туалете, да ещё пронесли с собой две фляги с коньяком Феди. Курили в туалете, и пили в перерывах между танцами. К первому часу ночи, были уже почти в говно, и нас спалила завуч. Но она ничего не сделала. Просто сказала, что бы мы держали себя в руках. И мы держали. Никто не блевал и не буянил. Какие прекрасные времена. Только как будто бы это был не я. А кто-то другой. Похожий на меня. Как будто это уже не моя жизнь.
Я совсем раскис. Выход, который я искал, оказался запечатанной дверью. И я уверен, если бы её сломал, там была бы ещё одна. Всё так бессмысленно. Не скажу, что раньше смысла было больше, но уже слишком поздно пить боржоми. Я хочу улыбнуться, но не получается. Что-то меня останавливает. Стены окружающие меня становятся всё выше и выше, шире и шире. Им нет конца. И нет конца моему несчастью. Самоубийство здесь совершить почти невозможно. Да и нечем. Это я так к слову. Всё достаточно безнадёжно.
Надеюсь, я не отнял много твоего времени своим письмом. И надеюсь, тебе было немного интересно. Если нет - извини. Не знаю, остаюсь ли я ещё твоим другом. Ты для меня - да.
Алексей Олегович Николаев, декабрь **** года.
Вечеринка 3
- Чего вы тут? Шалите малыши? – на улицу вышел Макс и прервал идиллию.
- Типа того – улыбнулась Жанна и взяла за руку Лёху, предлагая вернуться в дом.
- Подождите девушка, дай мужчинам поговорить наедине – сказал Макс.
- Жду тебя – Жанна скрылась за дверьми.
Ребята закурили.
- Жизнь налаживается? – спросил Макс.
- Да вроде нормально.
- Точно. А то я помню, что ты в бане говорил.
- Я тоже.
- Не загоняйся. Наслаждайся жизнью. Она хочет тебя, ты её. Сделайте друг другу хорошо и возвращайтесь тусить.
- Не плохая идея.
- А у меня бывают другие?
- Обычно да.
- Да пошёл ты!
- Окей - смеясь, Лёха выкинул бычок и вернулся в дом. Прошёл в зал. Огляделся – Где Жанна?
- Выпила и пошла в спальню – сказала Карина, которая сидела на коленях у Феди.
- Какую?
- На первом этаже, ближайшая к тебе.
- Понял.
Лёха нашёл нужную дверь и вошёл. В свете торшера на кровати лежала Жанна. Её верхняя одежда валялась на полу. Он молча поманила его рукой к себе. И он пошёл. Здесь и сейчас. В её объятья. И их не было на этом свете около пятнадцати минут. Сладких минут.
После всего они немного полежали и стали одеваться. Лёха справился первый, и повернулся к Жанне:
- Пойду проверю ребят.
- Хорошо. Я скоро.
Лёха вышел из комнаты и двинулся на звуки музыки. На диване у бара сидел Макс, рядом на корточках Галя.
- Как прошло? – улыбнулся Макс.
- Отлично. А где Федя?
- Уединился с Кариной.
- А вы чего нет?
- Я лесбиянка – сказала Галя.
- Представляешь, какая подстава? Думаю вешаться – усмехнулся Макс.
- Да ладно тебе – Лёха глубоко вздохнул и развел руки в стороны, потом пошёл обратно к Жанне. Та уже одевшись, лежала на кровати, лицом в подушку – Что случилось?
- Плохо мне…
- В смысле? То есть? Вертолёты?
- Да.
- Понял – Лёха побежал в ванную, повозился там и нашёл тазик. Принёс его и поставил рядом с Жанной – Я принёс, если что сюда.
- Хорошо. Иди.
- Точно?
- Угу.
Лёха вышел, и Жанна осталось одна. Её мутило, в голове всё перемешалось. В глазах темнота ходила кругом. Хотелось домой, в свою родную кровать, к маме и папе. Подальше отсюда. Здесь неплохо конечно, но дома лучше. Там спокойно.
Жанна достала свой смартфон и нашла номер отца. Набрала. Гудки. Голос:
- Чего так поздно звонишь? Ты где?
- Папа забери меня. Пожалуйста.
- Ты чего пьяная? Я же говорил тебе аккуратно. Так ты меня слушаешь?
- Папа прошу тебя. Мне плохо.
- Понимаю. Совет: проспись хорошенько, и завтра утром поговорим.
- Папа забери меня.
- Нет. Куда на ночь глядя? Мне на работу как бы.
- Папа, мне…
- Дорогая, надо было думать, перед тем как пить. Понимаешь? Всё завтра.
- Папа, мне…меня…изнасиловали.
- Что?! Повтори, доченька.
- Изнасиловали. Забери меня. Мне плохо…больно…
- Да я их убью! Держись там! Адрес какой?!
- Я скину тебя геолокацию.
- Кидай, давай, возьми себя в руки. Папа скоро будет.
- Давай.
Жанна последним усилием отправила отцу адрес и упала головой к тазику. Всё выпитое и не выпитое извергалось из неё. Несколько капель оставили тёмный след на обоях. Пару минут мучений и она уснула.
Лёха всё это время куривший, вернулся проверить состояние новой знакомой. Увидев масштаб проблемы, он сходил за бумажным полотенцем, избавился от следов атаки и уложил Жанну аккуратно на кровать.
- Нажралась – в комнату вошёл Макс – С кем не бывает? Головка поболит и снова в бой.
- Это да, пошли уже. Посидим немного и спать.
- Ты чего? Ещё детское время, всего лишь три часа ночи.
- Именно поэтому ещё посидим – улыбнулся Лёха – Я так понял, Федя спит.
- И не один признаюсь тебе. Я ходил проверить. Галя кстати тоже ушла.
- Ясно.
Друзья сели за стол и Макс разлил в рюмки ещё по пятьдесят. Они, не чокаясь, выпили и закусили.
- Ну как она?
- Не приличный вопрос.
- Да ну тебя! Такой правильный.
- Почему нет. Как она? Нормально. Завтра поговорю с ней.
- Даже так, Алексей. Вы надеетесь найти в её лице себе суженную.
- Рискну. Она мне нравиться.
- Совет да любовь – Макс налил ещё – За это и выпьем.
- Давай.
Лёха посмотрел в окно. На горизонте начинал прорезаться рассвет. Ещё не много и станет светло как днём. Он не очень любил за это лето. Хотелось, чтобы темнота оставалась как можно дольше. А то когда гуляешь допоздна, создается ощущение что ты последний алкоголик, шастающий до утра. Плюс ложиться спать, когда уже поют птицы не самое лучшее удовольствие. Но даже в этом начинающемся рассвете, резко прорезался свет от фар подъезжающей машины.
- Кто это? – удивился Лёха.
- Они нашли меня. Империя нашла меня! Живым не дамся!
- Серьезно, Макс. У нас остановился. Надо Федю будить.
- Ладно. Согласен.
- Мужик какой-то вышел. Быстрее.
Ребята встали и поспешили в холл. Лёха остался стоять у входа в дом, а Макс начал подниматься наверх. В это время незнакомец уже ворвался в дом и остановился у порога. Огляделся:
- Где она?
- Кто?
- Я спрашиваю, где она?
- Да кто? Жанна?
- Где? Она?!
- Тут – Лёха указал на ближайшую дверь – Спит. Ей плохо было.
- Знаю я. Сволочи! – мужчина быстро направился к Лёхе, толкнул его плечом и зашёл в комнату – Жанна! – он начал трясти её, пытаясь разбудить.
- Что такое? – сонным голосом проговорила она – Дайте поспать.
- Хватит этого – мужчина зарядил ей хорошую пощёчину – Вставай, горе моё – он взял её за руку и потащил. Она ели встала на ноги. Мужчина вытолкнул её в холл и толкнул к выходу. Жанна упала на пол – Одевайся быстрее и уезжаем – он повернулся к друзьям.
- Что? Напоили, здоровые лбы, бедную девочку и радуетесь. Так вот просто я вам этого не оставлю!
- Уважаемый, мы не понимаем о чём вы – сверху спустился Федя.
- Ах так! Признавайтесь, кто это сделал?! Я разберусь с ним прямо здесь.
- О чём вы? – не выдержал Лёха – Всё нормально было.
- Это ты? – мужчина сделал шаг – Ей же только шестнадцать исполнилось недавно. А вы тут? Содомиты. Изверги. Педофилы. Ну, ничего, я разберусь. Дорогая ты собралась?
- Да папа.
Лёха посмотрел на неё. Еле стоя на ногах, Жанна держалась за лицо, которое начало немного распухать. Одно колено было побито и на плитку рядом упало четыре капельки крови. Зрачки расширены. Он спросил «Что такое?», а она ответила «Не важно» и поковыляла к машине.
- А вы сволочи, ждите гостей. Кто-то должен вас проучить – мужчина развернулся и вышел. Пока он не уехал, друзья стояли в молчании.
- Ничего не понятно – выдохнул Макс.
- Мягко говоря. Хотя… - ответил Федя.
- Она…она. Всё же хорошо было – проговорил Лёха, и направился к столу. Налил себе в рюмку водки и выпил. Затем вышел на улицу и, усевшись на ступеньки закурил.
- Брат, ты это не переживай – подошли Федя с Максом.
Лёха и не переживал. Он не знал. Не знал, что будет дальше.
Письмо Жанне
Привет. Попрошу тебя не рвать это письмо, если ты не сделала это до этого момента и прочитать, то, что я хочу тебе сказать. Давай я начнут издалека. До той вечеринки я тебя не знал и ты меня тоже. Но, тем не менее, мы сразу друг другу понравились. Только я тебе исключительно как парень на одну ночь, а ты мне как что-то большее. Я не хотел просто с тобой переспать и разойтись. Это мне было неинтересно. До этого я ходил на многие вписки и, как и все думал как ты тогда. Просто секс и по домам. Но ты мне понравилась больше. Ты была очень красивой, и мне показалось, что душа у тебя такая же, как и внешность. Я ошибся. Тем не менее, тогда, я думал, что после всего, мы встретимся в городе, погуляем, и я предложу тебя встречаться. Жизнь повернулось по-другому и началось это ещё той ночью с приезда твоего отца. И с этого события моя судьба изменила свою траекторию.
Ты спросишь: « Зачем я тебе это пишу?» Просто я хочу, Жанна, что бы ты понимала меня. Это важно. Я готов был тебя полюбить до гроба, отдавать на тебя своё время и деньги, а ты решила посадить меня за стены колонии. Что я сделал тебе плохого? Понятно, что ничего. Я был нежен и аккуратен. Я пытался любить тебя в те мгновения. Потому что жизнь Лёхи красавчика, который сейчас стал лысым пацаном с синяками под глазами, мне надоела. Я хотел найти ту, которая будет со мной, хотя бы какое-то время. Что бы мы стали лучше друг для друга. Что бы стали чем-то друг для друга. Но ты это не поняла, да и видимо тебе было всё равно. Теперь я понимаю, что я возможно уже нагулялся в то время, а ты ещё только начинала. Что я хотел, чего то большего чем просто секс, а ты нет. Тебе не нужно было этих сложностей. Тебе не нужно было любви. Я этого не понял во время и в этом моя ошибка. Теперь уже ничего нельзя изменить. Нельзя просто напиться с друзьями и не обращать на тебя внимания. Я был ослеплен своими надеждами и это меня погубило. Но я уже смирился со всем. Всё будет хорошо, может не сразу, но точно будет. Я не боюсь того, что ждёт меня дальше. Тех проблем, которые наступят, когда я выйду. Если выйду…. И того, что ещё может меня ждать здесь, за стенами и забором с колючей проволокой. Как было в одном видео: « Я так в своём сознании преисполнился...». Ты можешь засмеяться, но здесь я нашёл Бога. Да банально, но всё же. Мне приятно это. И я доволен.
Так что, знай, Жанна, я не держу на тебя зла, и не буду искать тебя никогда в жизни. Ты с концом этого письма уйдёшь в прошлое. Возможно, тебе неприятно это слышать, но прощай. Не думай о себе многого и тебе будет легче. Перестань быть той, кем являешься, поверь, это не красит девушку. И может быть, когда-нибудь ты всё поймёшь. Я надеюсь, это не произойдёт слишком поздно.
Алексей Олегович Николаев, январь **** года.
Равнодушие
Жанна сидела в машине на заднем сиденье. От скорости, которую в ярости набрал её отец, ей стало дурно. Она легла, ногами оперевшись в дверь.
- Что ты творишь? Сядь нормально!
- Мне плохо.
- Я понимаю, но, чинить дверь мне не хочется. Сядь!
Неторопливо Жанна, поднялась и уперлась головой в стекло. Темные поля и леса, сменились яркими огнями городка, ударившими резким светом ей в глаза. Она отвернулась. Повороты трясли машину и её тело. Ей показалось, что ещё немного и её вырвет прямо здесь. Но скоро машина остановилась.
- Значит так, сиди здесь. Я схожу за мамой и вернусь. Поедем в участок. Поняла?
- Да.
- Молодец, держись.
Раздался удар двери и звук закрывающихся замков. Жанна осталась одна. В голове было пусто. Она просто сидела и смотрела в спинку кресла. Хмель в голове ещё не думал выходить, но с каждой минутой становилось немного легче. Она и не заметила, как заснула. И когда раздался голос мамы, не поняла, где находится:
- Доченька, ты как? Как же так? Ужас, что происходит.
- Успокойся, мы уже всё обсудили, пристегнись лучше — отец Жанны завел машину и выехал со двора. Через пять минут, они были уже в управлении внутренних дел. И начался долгий процесс написания заявления, допроса, снятия побоев и доказательств изнасилования.
Ближе ко второй половине дня семья Мурлыкиных была дома. Жанна нехотя помылась в душе и улеглась спать. Ей ничего не снилось, она просто отходила от пьянки. А когда проснулась, её мучила головная боль. Она попила воды и пошла к родителям.
- Ты как дорогая? - мама обняла Жанну.
- Нормально. Я конечно помню, что было, но всё же. Мы ездили в полицию?
- Да. Утром. Тебя что-то беспокоит?
- Типа того. Как бы так сказать? Лёха меня не насиловал.
- В смысле? А откуда следы у тебя там… и синяки…
- Ну у нас был секс, потом мне захотелось домой, папа не хотел приезжать, ну я пьяная и сказала, что меня изнасиловали. Вроде так.
- А синяки?
- Это папа.
- Как это? Ты что натворил!
- Тихо! - Артём Мурлыкин встал с кресла - Ты бы видела, в каком состоянии я её застал в этом притоне. Я вышел из себя. Меня можно понять. Что я мог сказать ментам? Что это я сделал? Нет уж. Пришлось перекинуть на этого Лёху. Он же её изнасиловал. Так стоп. Ты соврала?
- Типа того. Мне домой хотелось.
- И поэтому ты наговорила на невиновного?
- Я была пьяная. Я же не знала, что до этого дойдёт.
- И что нам делать — мама Жанны села на диван — Забирать заявление?
- Нет. Как мы будем выглядеть! — Артём развел руками — Как дебилы. Ничего. Если посадят, что ж. Мы просто ничего не будем делать. Ты согласна, Жанна?
- Ладно, мне всё равно. Он мне никто.
- Хорошо. Возможно, у нас даже получится из этого что-нибудь получить. Есть у меня идея.
- Делайте, что хотите.
Эпилог
- Слова будут лишними! — Макс бросился на шею к Лёхе — Брат, как я соскучился.
- Я тоже, брат.
- Дай и мне его обнять — Федя сделал шаг и положил руки на плечи друзей. Они стояли на станции, на какую когда то приехали Макс и Лёха, не подозревая об будущих событиях в их жизни. Тогда ни кто из них не мог подумать ни о чём плохом. Да и был ли повод? Они были счастливы, и кто знал, что эти чувства так быстро пройдут.
- Почему ты захотел встретиться именно здесь? Мы хотели приехать сразу — спросил Макс.
- Хочу подвести своеобразный итог этому происшествию. Вернуться на место преступления — Лёха улыбнулся.
- Я рад, что ты не грустишь. Пошлите тогда.
Друзья покинули перрон и двинулись по дороге. По пути все молчали. Федя с Максом видели, что Лёха не хотел разговаривать. Он только смотрел по сторонам, и то вздыхал, то усмехался. На улице был май, деревья уже успели восстановиться после капризов зимы. Солнце светило ярко и грело спины ребят. Ветерок слабо дул. Но уже не развивал каре Макса. Он его состриг сразу же после того как Лёху посадили. Ему просто захотелось. Если раньше оно было поводом для шуток, то после стало жалким напоминанием о поворотном лете для их друга.
- Вот и он — ели слышно сказал Лёха и остановился перед домом Феди. Он смотрел на него и не мог отвести взгляд от крыльца, где случился поцелуй.
- Ты нормально? - не выдержал Макс.
- Да. Пошлите.
Федя открыл калитку, затем дверь в дом. Никто не задержался на пороге, все сразу вошли внутрь. Лёха посмотрел на то место у входа, где первый раз увидел её. Затем, не дожидаясь друзей, направился в спальню. Ни тазика у кровати, ни Жанны лежащей на ней. Просто чистые простыни и подушки. Лёха сел на ковер и улыбнулся.
- Я тут это, приготовился, пиво нужно? — спросил Федя.
- Не хочу — ответил Лёха.
Макс сел рядом, а Федя присоединился, когда принёс две бутылки из холодильника. Он открыл каждую и одну передал Максу. Лёха отстранено сидел, смотрел прямо перед собой и молчал. Минут десять. А затем сказал:
- Здесь всё и случилось. Вот так. Кто бы мог подумать. Может показаться, что я спятил, но мне просто хотелось поразмышлять, знаете это как вернуться домой, после долгого отсутствия и пройтись по родным улицам.
- Не парься, мы понимаем — сказал Макс.
- Спасибо.
- Расскажи, какие планы дальше? А то, я даже не знаю что спросить.
- Да какие и были прошлым летом. Ничего нового. Просто считайте, я год сидел и ничего не делал, в колонии, правда.
- Как там было?
- Не так ужасно как вы думаете, но и не так хорошо как хотелось бы.
- И сколько ты просидел там, в общем?
- Двести пятьдесят два дня. Не восемь лет, как планировалось. Апелляция помогла.
- Я слышал, ты писал письмо Жанне?
- Да? Откуда?
- Она говорила в передаче на Главном канале. Там несколько выпусков выходило.
- Я слышал только об одном. Хотя вроде сестра говорила и об других
- Она много денег заработала на этом.
- Ну и пусть. Мне тоже предлагали прийти к ним на эфир.
- Серьёзно?
- Да, звонили когда я вышел.
- И что ты ответил?
- Я трубку бросил. И родным сказал делать тоже самое.
- Ну, там же ты мог рассказать правду и денег даже заработать.
- Кому нужна моя правда? Кто всё понял, тот понял сразу, а тот, кто не хочет и сейчас не поймёт. Я не хочу сидеть и кому-то что-то доказывать. Туда идёт тот, кому есть, что скрывать. Мне это не нужно. И деньги их тоже. Сам как-нибудь.
- Ясно.
- Ты не знаешь, что с Жанной сейчас? - спросил Федя.
- Не интересовался.
- И в интернете не видел?
- Не часто туда захожу в последнее время.
- Ну я, правда, не знаю даже, что сказать?
- Давай я — вставил Макс — Жанна умерла. Точнее её убили. На какой-то богемной тусовке. Всех подробностей никто не знает. Но её больше нет.
- Не произноси ложного свидетельства на ближнего своего.
- Это точно.
- Жаль её. Она сделала плохо. Но не настолько. Надеюсь, её простят.
- Думаешь?
- Надеюсь. Ладно, ребята хватит грустить — Лёха поднялся — А то напрягаю я вас. Не волнуйтесь. Я многое понял, про мир и справедливость, про Бога и любовь. Но я тот же ваш друг.
- И что будем делать дальше?
- Жить!
Конец.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге