Kwest

Глава 2

А пока что приближалась ночь и снова нужно было думать о ночлеге. У меня оставался уже знакомый вариант на Канатной, но если честно, мне приелся этот больничный уют и женский серпентарий на всех этажах. Там ты везде был под прицелом пристальных женских глаз, чувствовал себя за свои же деньги как в детском саду или приюте. Поэтому я решил поискать что-то другое.

Как сказал герой одного из фильмов Оливера Стоуна - “А впереди у нас, Мэллори, теперь только длинная дорога в ад”. Теперь вопрос с консулами и выездом за 1-2 дня был окончательно закрыт, поэтому я должен был думать в сторону более длительного проживания. До этого мне нужно было просто переночевать в тепле, сейчас же надо было найти что-то поспокойнее, чтобы забиться в угол и тебя неделю никто не трогал и не видел. Ну и по возможности подешевле.

В принципе, я уже думал в эту сторону, за цену, что я платил поночно в хостелах, легко можно снять комнату на месяц где-нибудь на окраине Одессы или даже в 20-40 км от неё, мне часто попадались такие объявления. Ведь мне не нужно быть в городе, мне просто нужно где-то ночевать и тупить весь день на кровати. И ждать, ждать. Мне не нужна ни Одесса, ни тем более центр. Правда, не хотелось оплачивать целый месяц, но так всё равно было выгоднее, даже потом уехать и оставить “лишнее” было лучше по условиям и дешевле, чем каждый день платить в хостеле. Хотя в этом плане жаловаться грех, цены в Одессе на хостелы более, чем доступные.

Но пока быстро надвигался зимний вечер и я решил обзвонить варианты и посмотреть, что может преложить мне рынок одноразового ночлега Одессы. Для этого я уже привычно направляюсь в Макдональдс в центре. Я просидел там часа 2, согрелся и выбрал варианты для обзвона. Правда, некоторые были подозрительны изначально и позже оказалось, что это варианты того же объявления, но с другими телефонами, иногда вообще посторонних людей типа “Коля! Колюся! Тут за хостел узнать хотят! За хостел, гаварю, узн.. Та ёптваюмать, потом допьёшь, тут маладой челавек ждёт!”.

Обзвонив почти все, я выбрал для себя несколько вариантов. Один был дешёвым, второй был дешёвым и непонятным, что там в итоге и где жить\ночевать - я так и не смог добиться по телефону, что уже плохой знак. Но у меня было не так много вариантов. На том конце трубки девушка не сказать чтоб сильно заботилась о том, чтобы её поняли или добрались в её хостел. Она просто назвала мне улицу и номер дома, а когда я начал спрашивать детали она что-то невнятное промычала. И так раз 5, типа “ну вы чо, не знаете, это ж в центре!”. Нет, дорогая, не знаю, я же не местный.

Не добившись от неё внятных подробностей, я рискнул и пошёл по названному адресу. Это был дом в центре, но какой-то… офисного вида. Вдобавок внизу была калитка на кодовом замке, возле которой уже стояли в ожидании несколько человек. Ну ладно, — подумал я, почему бы и нет, сразу можно и на новых соседей посмотреть. По виду ничего тревожного, скорее всего обычные работяги из ближайших сёл.

Я уже прилично замёрз стоять там на улице, поэтому звонок и последовавшее открытие калитки было очень кстати. Я и эти несколько человек не сговариваясь поднялись в лифте на 7 этаж. Подъезд в этом доме было похож то ли на локацию из фильма ужасов, то ли депрессивную иллюстрацию низкого уровня жизни из треков Луперкаля и Проекта Увечье. Просторный холл с потрескавшимися стенами с надписями, жёлтой штукатуркой и соседями, испуганно закрывающими свои двери -- эталонные сцены из триллера.

Поднявшись к ожидавшей нас тёте и пройдя с ней через коридор с валявшимися то ли пьяными, то ли мешками с вещами, моему взору предстало будущее жильё, просторная комната метров 30, в которой, как на пустом плацу, стояли 10 кроватей. Рядом с каждой, словно привет из армейского кубрика, стояла такая же тумбочка, у половины из них были покосившиеся дверцы. На эту тумбочку мне и указала женщина после вопроса, где можно будет закрыть свои вещи. Довершали картину сушащиеся на протянутых с кухни верёвках вещи и постельное. Не такого ночлега я ожидал за свои деньги. Я конечно искал либерализма и свободы, но не настолько же. В тумбочках тем временем копались пришедшие с работы парни, доставая грязные носки, встряхивая их, рассматривая на свет и тревожно принюхиваясь.

Я вышел в морозную Одессу и стал думать, что делать. У меня остался всего один вариант, который я перед этим обзванивал и мне там назвали цену приемлемую, но выше, чем было указано в объявлении, это тоже плохой знак, а рисковать мне не хотелось. Но делать было нечего. Все эти хостелы находились прямо в самом центре Одессы, так что путешествие от одного к другому занимало максимум 20 минут пешком. По телефону я ещё раз уточнил цену и адрес, причём на том конце как-то ощутимо напряглись, что я второй раз спрашиваю, но повторили. Хостел, как оказалось, располагался в типичном одесском дворике, куда вход был закрыт калиткой с кодовым замком. И куда меня впустил выходивший оттуда человек в тельняшке (зимой!) и с папиросой в зубах. Со словами “прошу, братан!” он сделал картинный жест рукой и придержал мне калитку, я поблагодарил и прошёл под вывеской “Музей Холокоста” в поиске своего предполагаемого будущего дома.

***

Как я уже сказал, двор был типичный одесский и состоял он из виляющего прохода между двумя линиями косых и потрескавшихся двухэтажек. Я не понимал, куда мне идти, а перезванивать третий раз уже не хотелось. Много где сидели, стояли или присели на кортах люди. Я сделал лицо кирпичом и стоял там как свой до тех пор, пока не наметил постоянные маршруты, по которым чаще всего двигались люди.

Один из них вёл наверх двухэтажки. Там на широкой металлической площадке стояли парни и девушки, курили и болтали. Пока я встал с кортов и начал подниматься к ним по винтовой железной лестнице, они зашли внутрь и я услышал, как щёлкнули замки. Мне, видимо, было туда же и, одолев наконец все пролёты, я постучал в гулкую металлическую дверь.

Ответом мне было полное молчание. Я стукнул ещё и потом ещё — ноль реакции. Пришлось всё-таки звонить в третий раз “менеджеру”. Он ответил “щас откроют”, потом дрогнула занавеска на окне, там недовольно закопошились и в щели приоткрытой двери я увидел широкое лицо с убитыми в хлам глазами. Человек на той стороне двери был вусмерть накуренным и нас разделяла не только дверь, но и парочка Вселенных. В ответ на мои вопросы о снятии жилья, цене и прочем он похихикал и беззвучно поводил руками в воздухе, отступив шаг назад. Я вошёл.

Внутри это был типичный частный дом - кривые "мазаные” стены с побелкой. Мы прошли коридор, в котором стоял диван и на нём сидели и лежали те самые молодые парни и девушки, все они были в наушниках и каждый уткнулся в свой телефон и на меня даже никто не поднял глаз.

Накуренный чел провёл меня дальше, мимо кухни со столами, заваленными тарелками и очистками и царственным жестом махнул в сторону жилого помещения, мол, пришли, всё здесь. Там был интимный полумрак, в котором двумя ярусами стояли обшарпанные кровати. Я подошёл ближе и попробовал покачать, взявшись за верхнюю. Кровати жалобно скрипнули и пришли в движение. Всё ясно.

Я спустился вниз из вертепа, отошёл к другому дому и присел на торчащую из здания лавочку. Мне совершенно не хотелось платить вполне нормальные деньги за такое. Да и возможность лишиться там вещей или подцепить что-то кожное была совсем непризрачной. Я сидел и, подняв голову к звёздному небу, думал, что же мне делать. Хотелось завыть или хотя бы нажраться.

Так я просидел минут 5. Постоянно сновали туда-сюда какие-то люди, а ведь, напомню, это был закрытый двор, не проходной. Наглядевшись на звёзды, я опустил взгляд вниз, на грешную землю и в метрах 5 от себя увидел эталонного рокера из фильмов. Вернее, это мне так показалось в первые секунды. Приглядевшись, я рассмотрел его получше — это был седой красивый мужчина лет 55-60, по виду он и правда смахивал на рокера, на нём была кожаная жилетка, джинсы и 5-пятимесячная небритость. Жгучие чёрные глаза и брови под седой копной волос дополняли образ. Несмотря на довольно брутальный вид, он, к моему удивлению, улыбнулся мне и помахал. Потом докурил и, затушив бычок о каблук сапога, зашёл в тяжёлую металлическую дверь, из которой выходила, поёживаясь и запахивая халат, дама с сигаретой в зубах.