Кувшинки

Глава 1

КУВШИНКИ.

Вечером на луг опустился туман. Не очень густой, он клубился и окружал все вокруг, местами доходил до небольшой речушки, протекавшей рядом, в низине.

Из тумана доносилось тихое ржание лошадей, которых выпускали на ночь попастись на лугу. Иногда вдруг совсем рядом из тумана выныривала лошадиная морда и тогда ее можно было погладить. А лошадь касалась рук своими мягкими губами, как будто целуя их в ответ.

Рядом с берегом речки стояли две палатки и горел небольшой костерок. Несколько молодых ребят и девушек сидели у костра.

Студенты приехали на несколько дней немного отвлечься от городской жизни.

Им давно здесь понравилось и пару раз в году они приезжали в это тихое место.

В этот раз в компании появилась новенькая, помладше их всех, невысокая сероглазая девчонка. Она училась там же, где и все и была знакома с кем-то из девчат.

Мишка, самый старший из ребят глянул на новенькую и усмехнулся

- С пополнением?

Одна из подружек ответила шутливо

- не смейся, Мишка, испугаешь. Это наша подруга, Маришка. Пусть посидит с нами, послушает. Может, и подпоет…

Мишка посмотрел девушке в глаза и, как будто что-то увидев, сказал с улыбкой

- Ладно, пусть посидит. Теперь делать нечего.

А она тоже что-то увидела в его глазах, но промолчала и тоже улыбнулась

Потом начались песни. Пели они замечательно, передавая гитару из рук в руки и на разные голоса. И песни были разные – и бардовские, и студенческие, и романсы и еще что-то незнакомое.

Мишка очень старался в этот раз. Он почему-то очень хотел понравиться сероглазой. И она смотрела на него, как будто действительно увидела в нем что-то необычное.

Как оказалось, слуха и голоса у Маришки не было.

- Не споемся - пошутил кто-то.

Но Мишка запротестовал

– Научу. Не сразу, но запоет.

Все опять добродушно рассмеялись.

Посидели еще немного и начали расходиться.

Мишка довел девушку до ее палатки, потянулся к ней и хотел, как обычно, обнять, но она посмотрела на него доверчиво и тихо попросила.

- Не надо, Мишка.

Он потоптался, не понял отказа и пробурчал с досадой

- Тогда до завтра.

Он действительно не понял. Обычно все было немного по-другому, но с этой сероглазой получилось не так. Задело это его. И озадачило.

Весь следующий день он думал об этой девушке, а вечером подошел к ней.

- Ты не обиделась вчера?

- Да нет.

Она пожала плечами и улыбнулась.

- Ну, пойдем тогда погуляем. Там лошадки уже соскучились.

Они засмеялись

- И пора начинать уроки пения…

На лугу уже слышалось лошадиное ржание. Погладили лошадей, а те, как будто действительно соскучились, потянулись к ним.

- Удивительно. Никогда нас не видели, а так тянутся.

- И любят ласку.

- Ласку все любят.

Мишка опять улыбнулся.

Пошли дальше вдоль речки и дошли до небольшой заводи.

Она вдруг воскликнула

- Смотри, кувшинки. Мои любимые.

На поверхности воды плавали большие цветы, всех оттенков радуги.

Дул слабый ветерок и кувшинки покачивались на небольших волнах.

- Ну, раз твои любимые, то делать нечего

Мишка быстро разделся и нырнул в воду.

- Не надо, вода холодная …

Вода действительно была уже холодная, но он не ответил, доплыл до цветов. Через несколько минут он вылез из воды, замерзший, но с охапкой цветов и положил их на руки девушки.

- Это тебе. За вчерашнее.

Маришке явно понравилось, но для виду все-таки проворчала

- Дурачок, холодно ведь.

- Ерунда. Проще, чем учить ноты.

И они опять засмеялись.

Обтерся, чем попало и оделся.

Сели на берегу и Мишка потихоньку начал напевать свою любимую... Про солнышко лесное. А она неожиданно для него, да наверно, и для себя потянулась к нему. Он обнял её и поцеловал. В первый раз. Осторожно и нежно, словно боясь опять испугать.

Они были совершенно разные.

Он приехал на учебу из небольшого южного городка и жил уже несколько лет самостоятельно. Учился и подрабатывал после учебы, где мог. Это была нормальная, как он понимал, студенческая, и почти взрослая жизнь. А она – из столичной обеспеченной семьи, немного избалованная, и ей предстояло еще многое узнать в этой жизни. Их удивительным образом тянуло друг к другу, и им было пока еще непривычно хорошо рядом друг с другом.

Она - гибкая и стройная, с копной взлахмоченных по моде волос, и он, южанин с горящими глазами.

Друзья уже привыкли к тому, что они всегда вместе и давно приняли ее в свою компанию. Она приходила в общежитие, где жил Мишка, и где было всегда шумно и весело. Где кипела та самая настоящая студенческая жизнь, с напряженной учебой, но и с самыми лучшими праздниками.

Вечерами они часто уходили гулять в парк, где у них уже были свои потаенные места. Был даже большой пруд. Правда, кувшинок там не было. Они подолгу ходили по укромным местам и вокруг пруда, а потом шли в мороженицу, где было самое вкусное в округе мороженое.

Мишка любил рассказывать про свой южный городок, про ласковое море и жаркое солнце. А у Маришки были свои рассказы. Про свой город, про своих друзей и подруг. Про свою семью с большой историей.

А скоро они начали говорить про свое будущее. Очень осторожно и пока не очень уверенно.

Подошел Новый год. Шумный и веселый, как полагается в студенческой жизни. Новогоднюю ночь они провели в общежитии вместе с друзьями. Праздновали, как всегда, с песнями и танцами, шутками и смехом. Разошлись, как полагается уже под утро.

А затем праздник закончился, у студентов наступило самое трудное время, экзамены. Надо было много учиться, времени не хватало, и ребята встречались реже.

Переживали друг о друге, но слава богу, экзамены сдали и можно было передохнуть.

Теперь Мишке надо было ехать на каникулы домой к родителям, в свой южный городок.

Для них обоих это была проверка. Скучали и ждали встречи.

Через пару недель он вернулся и сразу побежал к своей сероглазой.

- Маришка, я приехал!

Они убежали в свой любимый парке. Долго гуляли у пруда. Маришка была молчалива и вдруг необычно серьезно спросила

- Мишка, а что дальше? За эти две недели я поняла, что мне будет тяжело без тебя. Этот год в институте у тебя последний. Ты уедешь?

- Не знаю. Не торопи меня., пожалуйста. Я говорил с родителями и они меня не поняли. Я должен подумать.

Он ответил необычайно сухо.

И добавил.

- Поздно уже. Пойдем домой.

Молча довел ее до дома и молча ушел. Маришка пришла домой, заперлась в своей комнате и заплакала.

На следующий день она прибежала в общежитие. Ей надо было увидеть его и поговорить. Но его не было. Не было его и в институте. А друзья ничего не знали и ничего не могли объяснить.

Маришка вернулась домой. Было пусто и плохо.

Поздно вечером в квартире раздался звонок. Мама пошла открывать дверь, увидела Мишку и улыбнулась. Она была уверена в этом молодом мужчине, и была уверена в своей дочке. Она знала, что он придет и не ошиблась.

- Мариша!

Девушка выскочила из своей комнаты и заплакала, и засмеялась.

В дверях стоял Мишка, взъерошенный, замерзший, очень серьезный, но с охапкой кувшинок.

- Маришка, тебе привет от наших лошадок! И знаешь, я все-таки должен научить тебя нотной грамоте…

Она прижалась к нему.

- Солнышко моё, лесное...

На проселочной дороге остановилась небольшая белая машина и из нее выскочили двое детей, постарше – мальчишка лет десяти и младшая девочка. За ними с оглушительным лаем вылетела большая черная собака.

- Фил, успокойся, не кричи так громко. Всех распугаешь.

Но пес не умолкал, пока из машины не вышли молодые мужчина и женщина.

Мама, папа, а где лошадки, про которых вы рассказывали?

- Пойдем на луг. Может, кого-нибудь там увидим.

И действительно, на лугу паслись лошади. Может те же самые из недалекого прошлого, а может и другие, но такие же ласковые и доверчивые. Они с тихим ржанием подошли к людям и коснулись их рук мягкими губами.

Фил никогда не видел таких огромных животных и носился вокруг с оглушительным лаем, оберегая детей от этой опасности. А дети тоже носились вокруг и громко, и радостно что-то кричали.

Мужчина и женщина присели на траву, смотрели на свою галдящую семью и улыбались.

Он тихонько запел ту самую, старую и любимую песню про солнышко лесное, а она слушала, прижавшись к его плечу.

А дальше опять были речка и знакомая тихая заводь, покрытая цветущими кувшинками…