Кровавая жертва стервы
Кроавая жертв стервы
Кровавая жертва стервы.
Повесть.
1
Бульдозер громко и упорно толкает перед собой грунт на строительной площадке, возводящегося жилого массива, утрамбовывая и, делая, таким образом, ровной земельную поверхность. Строительство данного жилого комплекса, включающего в себя несколько многоэтажных жилых домов, школу, детский сад взято под контроль самим городским исполнительным комитетом. Именно по этой причине каждый работающий здесь человек старается добросовестно выполнить свои трудовые обязанности. Время неумолимо приближается к окончанию трудового дня. Машинист бульдозера старается не откладывать дело с утрамбовкой грунта на завтра, настойчиво выравнивая земельную поверхность широкой лопатой машины Челябинского тракторного завода.
В строительном вагоне бригадир – Ачинович Владимир Павлович, мужчина лет пятидесяти пяти, со своими двумя подчинёнными, молодыми людьми, строителями: Бичко Валерием Николаевичем и Решетко Вячеславом Ивановичем, банковали, сидя за маленьким столиком и без устали поднимая вверх стаканы со спиртным. С улицы до их слуха доносился звук работающего двигателя бульдозера.
В вагончик заглянул молодой человек, строитель, лет двадцати девяти и задержался на пороге, глядя на культурно, так сказать, отдыхающих в ещё пока рабочее время мужчин.
Уже изрядно захмелевший Решетко обратился к Ачиновичу:
- Павлович, вот я тебя как бригадира, уважаю!
- Славка! - хлопнул бригадир Решетко по плечу, - я тебя тоже! Ты знаешь, что самое главное в работе строителя? Это вовремя сдать очередной объект!
- Павлович, - подал голос молодой человек, стоящий до этого времени молча на пороге вагона, - там на четвёртом участке, малость доделать надо, там же проводка, забыли?
- Проводку? Про водку мы никогда не забываем.
Молодые люди, сидящие за столом, весело рассмеялись, а бригадир, тем временем, продолжал:
- Ну откуда ты, Курильчик, на мою голову такой правильный свалился? Ну все люди как люди, - Ачинович жестом руки указал в сторону сидящих за столом, - а ты про работу?!
- Да не обращай внимание, Павлович, - посоветовал Решетко, - он и бабу свою правильностью достал. Она у него даже полы по расписанию моет.
- И не только полы, но и мужиков в дом по расписанию, в его отсутствии, водит, - вмешался в диалог Бичко.
- Закрой тошниловку, а… - вскипел Курильчик.
- Э! Довольно! – утихомирил молодых людей бригадир. – Садись Леонид, садись, - Павлович указал Курильчику на свободный стул и протянул стакан до краёв наполненный водкой. – Лучше выпей.
- Нет, Павлович, - отмахнулся Курильчик, - ты же знаешь я не по этому делу.
- Ну и ладно, Павлович, я выпью, - сделал своё предложение Бичко.
Однако бригадир не позволил этому осуществится, напомнив:
- Ты у нас помимо того что строитель, ещё и сторож, к тому же, если мне не изменяет память, именно сегодня твоё дежурство. Так что, тебе уже хватит.
- Там бочки из-под краски не убраны, - сделал Лёня своё замечание Бичко.
- Вот ты достал, - отмахнулся Бичко, - да уберу я их, мне же всё равно ночь сторожить. Ну так, ты как? Пару партиек сыграем?
- Сгоняем, - грустно ответил Курильчик, нащупывая деньги в кармане спецодежды, - мне всё равно, спешить некуда.
- Ещё бы! С такой-то женой!
- Достал ты меня уже, Бичко, - закричал Курильчик.
- Опа! Славик, приплыл, - глядя на Решетко, констатировал факт бригадир, - пора по домам, надо знать меру.
- Иначе, можно выпить меньше, - иронизировал Слава и, поддерживаемый Павловичем под руку, стал выходить на улицу.
- А вы чего? – обратился бригадир к оставшимся.
- А нам, Павлович, спешить некуда, - ответил за двоих Бичко, - мы вон с Лёнькой пару партий в шахматы сыграем, по доллару за каждую.
Сидящий рядом Курильчик одобрительно кивнул головой, а бригадир отметил:
- Вот блин! Спортсмены!
- А мы – спирт-смены! – добавил напоследок Славик, стоя уже на улице и весело напевая мотив какой-то популярной песни.
Оставшиеся в вагончике молодые люди, убрали всё со стола и, положив на него шахматную доску, начали расставлять фигуры.
2
В восемь часов утра, в дежурной части одного из отделений милиции города женщина со слезами на глазах рассказывала свою беду молодому дежурному, лейтенанту милиции, который с железным спокойствием ей уже неизвестно в какой по счёту раз объяснял:
- Да я же вам говорю, что не положено. Пройдёт двое суток, вот тогда и примем заявление.
- Так ведь сын же пропал, нигде его нет. Ведь один же он у меня, один.
- Загулял где-нибудь, мать. Слушай, иди домой. Вернётся твой Лёня, вернётся.
Проходящая мимо женщина, капитан милиции, следователь – Косько Анна Владимировна, глядя на беседующую пару, остановилась и с удивлением обратилась к дежурному:
- Андрей, ты чего это женщину до слёз довёл?
- Нет, нет. Сын у меня пропал.
- А как пропал?
- Вчера не вернулся домой, - пояснил дежурный, - вот я и говорю, что не положено сейчас пока принимать…
- Подожди, - перебила его Анна Владимировна.
- Он у меня на стройке работает, а сейчас его нигде нет, - продолжала рыдать женщина.
Сердце следователя больно сжалось. Ей очень хотелось помочь этой женщине и она предложила:
- Давайте пройдём ко мне в кабинет.
- Хорошо.
Войдя в кабинет, Анна Владимировна попросила женщину присесть и задала свой первый вопрос:
- А почему вы решили, что с вашим сыном что-то случилось?
- Да как же не случилось? Он мне каждый вечер звонил. У меня диабет и он всегда спрашивал: не забыла ли я сделать укол?
- А вчера не позвонил?
- Нет, - вновь заплакала женщина, - и на работе его нет, я на стройку ходила, а он там даже и не появлялся. Тогда я к нему домой поехала, а эта стерва, со мной даже и разговаривать не захотела.
- Кто? Жена?
- Нет, не жена. Стерва. Она моего Лёньку из-за квартиры охмурила. Говорила я ему: Лёнечка, сынок, неужели ты не видишь, на ком женишься. На этой вертихвостке пробу негде ставить. Извините меня, извините, - прижала руку к груди женщина.
- А что она давала повод так о ней думать?
- Да он её сам сколько раз с хахалем ловил и всё прощал. А позавчера с работы домой вернулся, а она опять с хахалем.
- И что он сам вам об этом рассказал? Хахале?
- Ой, ну что вы? Разве он скажет? Соседка мне всё рассказала. Говорит: твой Лёнька с Юлькиным хахалем подрался и убить он Лёньку, хахаль, грозился. Убили Лёню, убили, - разрыдалась женщина.
Следователь нежно коснулась её руки:
- Вы не волнуйтесь, пожалуйста. Мы обязательно вам поможем.
3
Пришедший на службу оперуполномоченный Змушко Александр Петрович делал отметку в журнале у дежурного, который в это время разгадывал кроссворд. Андрей обратился к Змушко:
- Слушай, абориген республики Сахара? Четыре буквы?
- Ну и? – вопросительно взглянул на него Саша.
- Ну, лось, что ли?
- А почему лось?
- Так ведь сохатый, - предположил Андрей, подставляя растопыренные пальцы правой руки к макушке своей же головы.
Змушко одобрительно кивнул:
- Пиши лось. Только это Якут.
- Якут! Точно! – оживился Андрей.
Змушко пошёл прямо по коридору, где его остановила Анна Владимировна:
- О, слушай, Саша, не в службу, а в дружбу, сгоняй на стройку, здесь недалеко, на улице Энергетиков новый дом строят, знаешь?
- Ну.
- Спроси: кто последним видел Курильчика Леонида Викторовича, 1980-го года рождения? Вчера куда-то пропал и, нигде его в настоящий момент нет. Его мама у меня в кабинете плачет.
- Да я в курсе, мне Андрей только что всё рассказал. Аня, у тебя что, своих дел мало? Ведь заявление положено принимать не раньше двух дней.
- У тебя вообще сердце есть? Можно подумать, что у тебя самого матери нет? Тебе трудно человеку в беде помочь? Я же тебя не в сельскую местность посылаю за сто километров.
- Ну не кипятись. Свириденко узнает, то есть начальник нашего отделения, по шапке даст и правильно сделает.
- Свириденко, я беру на себя.
- Отлично! Тогда сгоняю.
- Спасибо, - Косько удалилась к себе в кабинет.
К Александру в это время подошёл его сослуживец: Руднев Владимир Николаевич и, удивлённо подняв брови осведомился:
- Вы что, поссорились, что ли?
- Даже и не думали, - успокоил Руднева Александр.
- А в чём тогда дело?
- Строитель вчера пропал.
- А в медвытрезвителе искали?
- Пока ещё нет. Поехали на стройку, - сказал Саша, выходя вместе с Рудневым на улицу.
4
Не откладывая дело в долгий ящик, следователь Косько отправилась на квартиру, где проживал Курильчик со своей супругой. Подходя к подъезду дома, Анна Владимировна заметила двух сидящих на лавочке пожилых женщин и, подойдя к ним спросила:
- Здравствуйте, скажите, пожалуйста, на каком этаже находится пятьдесят восьмая квартира?
- Вы к Курильчикам идёте? – отозвалась живо одна из сидящих женщин. - Вы из ЖЭУ?
- Нет, я из милиции. А вы знаете Курильчиков?
- Ой, ну что вы?! Кто же их не знает-то?! Ой, что тут вчера было! Дрались они очень сильно! По всему подъезду носились как угорелые. А этот Юлькин любовник, когда Лёнька ему шваброй-то по голове огрел, он так орал! Истошно так орал: я тебя убью, я тебя порешу.
- Скажите, а вы на каком этаже проживаете?
- Так я ведь, как раз над Курильчиками, а они на шестом.
- Угу. Хорошо, спасибо большое.
Анна Владимировна на лифте поднялась на шестой этаж и, выйдя из него, нажала на кнопку звонка нужной квартиры. Дверь ей открыла молодая и бесспорно красивая женщина. Следователь представилась и хозяйка пригласила её пройти в комнату. Остановившись у окна Косько начала разговор:
- Я из милиции по поводу вашего мужа Леонида.
- Слушаю вас очень внимательно, - спокойно отозвалась хозяйка, не предлагая гостьи присесть.
- Если не ошибаюсь, вас Юля зовут?
- Да.
- Скажите, а ваш муж здесь проживает?
- Да, здесь, - ответила хозяйка, поглаживая правой рукой, висящее на шее красивое и большое ожерелье.
- А вы, случайно, не знаете, где он сейчас находится?
- Должно быть на работе.
- Нет, на работе его сегодня нет.
- Ну, тогда я не знаю, где он шляется.
- Ну, он как бы ваш муж?
- А вы что, учить меня сюда пришли? – Юля в упор пристально посмотрела на следователя.
А та, в свою очередь, решила сбить немного свою атаку:
- Я присяду?
- Да, конечно, пожалуйста, - молодая женщина указала рукой на стул, усаживаясь сама на диван.
Стоит отметить тот немаловажный факт, что Юля в разговоре со следователем держалась с достоинством, высоко подняв голову, сохраняла мировое спокойствие, давая, таким образом, понять, что её совесть перед законом чиста. Косько, тем временем, продолжала разговор:
- Юля, мать вашего мужа очень переживает…
- Да приходила она сегодня ко мне, голосила на весь подъезд. А я откуда знаю, где её сынок шляется?
- Мать вашего мужа мне рассказывала, что ваш супруг вас позавчера с кем-то застал в этой квартире и…
- А нечего лезть его матери в нашу личную жизнь, - перебивая следователя, парировала Юлия.
- Ваша соседка с седьмого этажа стала свидетелем драки вашего мужа с другим молодым человеком часто вас навещающим. В процессе драки в адрес Леонида звучали угрозы…
- Старая сплетница!
- Юля, к нам поступил сигнал и мы обязаны произвести проверку. Разрешите, я осмотрю вашу квартиру. – Косько поднялась со стула, взяла свою сумочку, собираясь выполнить осмотр.
И надо же было в это время, в комнату войти полураздетому молодому мужчине, который до этого принимал, видимо, душ и сейчас тщательно вытирал полотенцем свои плечи и шею. Он, как ни в чём небывало, поздоровался с незнакомой женщиной. Но тут в процесс вмешалась Юлия, крикнув:
- Клёмин, беги!
- Одну минуточку, - попыталась остановить незнакомца следователь.
Однако Юля встала на её пути и, схватив Косько за локти, с силой толкнула рукой в грудь. От потери равновесия Анна Владимировна упала на диван.
5
- Скажите, а кто последним видел Курильчика? - Приехавшие на стройку опера, задали интересующий их вопрос бригадиру.
- Да все мы его и видели. У нас вчера небольшой сабантуйчик был, ну он мне и говорит…
- Стоп, стоп, кто говорит? – перебил бригадира Руднев.
- Ну, разумеется, Курильчик, говорит, что проводку надо довести, а я ему и отвечаю: поутру и проведём, там работы-то на час. А утром ждём, ждём. Нет Курильчика.
- Может, загулял где-нибудь или с кем-нибудь? – высказал свою точку зрения Руднев.
- Исключено. – твёрдо заявил бригадир. – Он хоть парень и некомпанейский, но на работу всегда самый первый приходил. А тут и мать его на стройку прибежала: где мой Лёня, что с моим Лёней?
- Скажите, а где вчера сабантуй проходил? – поинтересовался Змушко.
- Да вот в вагончике, – бригадир указал рукой в сторону стоящего строительного вагона.
- Можно мы пойдём его осмотрим? – попросил разрешения Змушко.
- Да, пожалуйста, - не возражал Павлович. Да и возражать было бесполезно.
Войдя в вагончик, милиционеры всё там осмотрели. Никаких излишеств. Деловая обстановка. Только то, что крайне необходимо для работы строителя и отдыха в обеденный перерыв. Змушко обратился к бригадиру:
- А где одежда Курильчика?
- Бичко, где одежда Курильчика? – адресовал этот же вопрос Павлович, находящемуся здесь своему подчинённому.
- Да вон она весит, - немного взволнованно ответил Бичко, направляясь к выходу из вагона.
Путь ему преградил Змушко:
- Одну минуточку, молодой человек, по какому поводу вчера был сабантуй?
- Окончание рабочего дня, - опустив голову, ответил Бичко.
- Понятно, – милиционер пропустил строителя к выходу, а сам стал выкладывать содержимое карманов пиджака Курильчика. Руднев, наблюдая за таким ходом действий коллеги, удивлённо вскинул брови:
- Зачем тебе это надо?
- Затем, чтобы, может быть, в этих вещицах найти, вполне возможно какую-нибудь улику или ценность, которая подскажет, в каком направлении вести поиски. Вот, например, что делает в кармане пиджака шахматная фигура под названием «Ладья»?
- Это Бичко с Курильчиком каждый вечер в шахматы играет. По доллару за партию, - уточнил Павлович.
- И вчера играли? – спросил Руднев.
- Да! Точно! – подтвердил бригадир, - мы вчера со Славиком домой поехали, а Бичко с Курильчиком играть остались.
- То есть, получается, что Бичко – последний, кто видел Курильчика? – продолжал рассуждать Руднев.
- Получается, что так.
- Молодец, Змушко! – похвалил коллегу Руднев, - пойдём-ка, побеседуем с шахматистом.
А шахматист в это время на кузов автомобиля устанавливал доски, по которым ему необходимо было закатить пустые бочки из-под краски для дальнейшего их вывоза на городскую свалку. Бичко легко и ловко закатил на кузов автомобиля двенадцать пустых бочек, а вот тринадцатая была закрытая и настолько тяжела, что строитель не смог её даже с места сдвинуть. Бичко обратился за помощью к водителю, мужчине лет пятидесяти:
- Слушай, помоги бочку закатить.
- Сам что-ли, не закатишь?! - проворчал водитель, - моё дело – баранка.
- Я тебе сейчас дам баранку, - начал на него наступать Бичко, - я тебе сейчас баранки под глазами нарисую. Видишь, бочка с цементом, тяжёлая? Мне одному не закатить.
- Да мы её и вдвоём не закатим. И зачем её вывозить? Возьми, зарой в землю. Всё равно асфальт будут укладывать.
Немного поразмыслив, Бичко решил согласиться со старшим товарищем и отнял от кузова подставленные доски. В этот момент его окликнул Руднев, подошедший вместе со своим коллегой:
- Господин Бичко, нам стало известно, что вы вчера остались после работы играть с Курильчиком в шахматы?
- Ну и что из этого? Мы всегда с Лёнькой в шахматы играли. Так и вчера было. Сыграли и разбежались.
- И после этого вы его больше не видели?
- Нет.
У Змушко зазвонил телефон. Недолго поговорив, он взволнованно сказал:
- Уезжаем, на Аню напали.
Милиционеры удалились и Бичко, только после этого, спокойно перевёл дух.
6
Приехавшие, быстро по вызову Косько опера, допрашивали молодую хозяйку квартиры. Особенное психологическое давление оказывал Руднев. Он, по своей натуре, был человеком очень жестоким и грубым. Молодая женщина изо-всех сил упиралась, как могла:
- Петька, никого не убивал.
- Кто такой Петька? – продолжал наступать Руднев.
- Пётр Клёмин – сожитель Юлии Курильчик, - пояснила Косько. – Вчера они с Леонидом подрались и, Клёмин обещал убить Курильчика.
Осматривавший квартиру Змушко, вошёл в комнату и положил на диван белую, окровавленную рубашку. Руднев не смог сдержать эмоций:
- Оба-на! А это чья, извините, белая рубашечка? С красной кровушкой? У? А?
- Юля, говорите правду, - посоветовала Косько, - мы же всё ровно установим группу крови и, кому она принадлежит.
- Да, что мне скрывать, я с Леонидом давно уже не живу, как бы вам так сказать?
- Ну, так и скажите, - наставлял на истинный путь хозяйку квартиры Руднев.
- Как муж и жена, - продолжала та.
- Угу, – понятливо кивнул головой Владимир.
- А Пётр заходил ко мне иногда. И вот…
- А дальше как в анекдоте: внезапно вернулся муж, - засмеялся Змушко.
- Да, он раньше обычного пришёл домой. Ну и они подрались.
- Юля, только подрались? И никто никого не убивал? – пытался по-хорошему узнать Змушко.
- Нет, никто и никого. У Леонида только кровь из носу пошла и, вот на рубашку попала.
- А у вас есть фотография Клёмина? – спросила Косько.
- Да, конечно, она у меня… - задумалась хозяйка.
- Юлия, вам придётся проехать с нами в отделение, - поставила в известность молодую женщину следователь.
Юля в сердцах швырнула на диван подушку, с которой до этого сидела, обнявшись на стуле.
7
Бичко и Решетко с большим трудом закатили тяжёлую металлическую бочку в вырытую специально до этого яму и стали засыпать её землёй. Решетко негодовал:
- Какой извращенец додумался цемент в бочку слить?
- Да, в миксере оставался видно, вот сюда и слили. Хорошо, что хоть не в землю, а то бы потом самим пришлось отковыривать.
- Это точно, - поддержал его Славик. – А чего менты-то приезжали? Курильчика спрашивали?
- Спрашивали. А я и с вечера никуда не уходил. Я – сторож. Жалко Лёню. Поймал, наверное, кого-то со своей женой и сам, скорей всего, загулял.
- Чего он с ней не разведётся? – недоумевал Славка.
- Из-за квартиры, - высказал свою точку зрения Бичко, - и мать его тоже жалко. Видал, сегодня сюда прибегала?
- Видал, - Решетко последним закончил закапывать бочку.
8
Товарищи милиционеры зашли в кафе, удобно расположились за столиком. Мужчины заказали себе по бокалу пива, а Анна Владимировна предпочла свой любимый апельсиновый сок. Змушко, поморщившись, жаловался:
- Пиво – дрянь. Разбавляют, что ли? Да, кстати, Вов, а как тебя вчера твоя жена дома с авансом встретила? Расскажи.
- С радостью встретила, - Руднев выпрямился на стуле. - А что?
- А чем приласкала? – паясничал Александр.
- Слушай…
- Молодые люди, может быть, хватит уже друг друга подначивать? – вмешалась Аня, - скажите мне лучше, где мы будем Клёмина искать?
- А что его искать? – живо отозвался Руднев, - дома его нет, на работе, у знакомых и родственников его тоже нет. Надо объявлять в розыск и все дела.
- Родственники у него все в Могилеве проживают, - довела до сведения мужчин Косько.
- Ты думаешь, он туда подался? – засомневался Руднев.
- А ты как думаешь? Саша, чего ты молчишь? – Косько коснулась руки притихшего и задумавшегося молодого человека.
- Я думаю, что Могилёв предупреждать надо. Да и местным разослать ориентировку. Но Клёмин - не дурак. Он не побежит туда, где его будут искать в первую очередь.
- Да, кстати, что с супругой Курильчика? – поинтересовался Руднев.
- Под подписку о невыезде. Свириденко сказал, что пока предъявлять нечего.
- Как это нечего?! А сопротивление работнику милиции?! – возмутилась Косько.
- Аня, я же говорил: инициатива – наказуема. Дело надо было заводить. Заявление принять не раньше двух дней… - информировал Змушко.
- Да знаю я, - обиделась на Александра женщина.
- Что за дурацкие законы? – громко выругался Руднев, - интересно, где сейчас Клёмин?
9
Юля, погрузившись в глубокие размышления, сидела на кухне квартиры, в которой она проживала вместе с Леонидом. Раздавшийся телефонный звонок, заставил от неожиданности молодую женщину вздрогнуть. Она сняла трубку и чуть было её не выронила из рук. Звонил Клёмин. Юлия с волнением заговорила:
- Петя, ты? Где в Могилёве? Невиноват? Петенька, миленький мой, хороший, что же теперь с тобой будет? Да мне плевать на мужа, плевать, мне главное, что теперь с тобой будет?
- Да не волнуйся ты, - ответил на другом конце провода мужской голос, - отсижусь у родителей в Могилёве пока страсти улягутся и потом вернусь к тебе. Тем более, что я сейчас в отпуске.
- Не обманывай меня, прошу, - волновалась Юлия.
- Менты про меня спрашивали?
- Я им ничего не сказала, - честно призналась женщина.
- Хорошо, я тебе попозже ещё перезвоню, - Клёмин повесил трубку и направился к платформе, где уже стоял рейсовый автобус на Могилёв.
Пётр подготовил билет для предъявления при входе в салон, но в этот момент к нему подошли два милиционера, один из которых, представившись, потребовал:
- Гражданин, предъявите, пожалуйста, ваши документы.
- Ребят, а в чём дело-то? Я просто дома паспорт оставил. Тороплюсь. Может быть, договоримся? Сколько?
- Вам уже торопиться некуда, гражданин Клёмин, - немного иронически отметил служитель общественного порядка, - пройдёмте.
- А в чём дело-то? - возмутился Пётр.
- Тихо, тихо, не рыпайся, - взяли его под руки милиционеры и повели к стоящей неподалёку машине.
- Да с какой стати-то? – продолжал возмущаться возлюбленный Юлии Курильчик.
Именно таким образом, был задержан и доставлен в отделение милиции подозреваемый Пётр Клёмин.
10
Руднев, находясь в кабинете, довольно потирал руки:
- Всё! Клёмина возьмём – благодарность от начальства обеспечена на все сто процентов.
Змушко отрицательно покачал головой:
- Нам ещё Курильчика нужно найти.
- Эх! Саня, у меня чуйка: возьмём Клёмина, найдём и Курильчика. – был твёрдо убеждён в своей правоте Владимир.
- А я не уверен, что Клёмину есть в чём сознаваться.
- И что же тебя так гложет и терзает? – поморщился Руднев.
- Не иронизируй. На стройке рабочий по фамилии Бичко очень странно себя вёл. В разговоре с нами сильно волновался, потел, путался в словах.
- Это обычное явление. Никто не испытывает удовольствия в разговоре с милицией, - продолжал убеждать коллегу Владимир.
- Нам надо вернуться на стройку и понаблюдать за этим Бичко.
- Ты скажи, вот на кой тебе это надо?
- Мы явно что-то недоработали. Аня нас сорвала своим вызовом.
- Ну иди, если тебе больше делать нечего, иди, - махнул рукой Руднев.
Александр молча поднялся со своего места и направился к выходу, столкнувшись в дверях с Косько, которая, прямо с порога, довела до сведения коллег:
- Ребят, Клёмин в Могилёве не появлялся. А, ты, куда? – обратилась она к Змушко, увидев, что он собирается уходить.
- Пойду, прогуляюсь, - немного загадочно ответил Александр и удалился из кабинета.
Оставшиеся Косько и Руднев, погрузились в свои служебные дела. Дверь открылась. В кабинет вошёл Свириденко. Выражение его лица не предвещало ничего хорошего. Завидев это, Косько и Руднев встали, как говорится, по стойке смирно, а начальник коротко спросил:
- Работаете?
- Да, товарищ полковник. Готовим бумаги по Курильчику. – ответила Анна Владимировна.
- Взяли мы, вашего Клёмина.
- Где? В Могилёве? – оживилась следователь.
- А зачем в Могилёве? Здесь, шёл себе на автовокзале. А тебе, Косько, нужно всыпать как следует, - погрозил пальцем Свириденко, - развели здесь самодеятельность. Может быть уже частное, сыскное агентство откроете? А?
- Извините, товарищ полковник. Подобного больше не повторится. – виновато потупилась Анна Владимировна.
- Надеюсь. Ну, так что, вести к вам, этого Клёмина?
- Ну, конечно, - промолвил решительно настроенный Руднев.
Свириденко оглянулся назад и не заметил на своём рабочем месте Змушко. Взгляд его стал ещё более суровым:
- А этот где, наш вундеркинд?
- Он поехал на стройку ещё раз всё там осмотреть, - ввёл в курс дела начальника Руднев.
- Зачем?
Опустив голову, Владимир произнёс:
- Глюк у него, товарищ полковник. Он не считает Клёмина подозреваемым.
Свириденко повысил голос:
- Бардак в отделении. Что хотят, то и делают. Появится, пусть ко мне зайдёт.
Свириденко ещё раз строго взглянул на Анну Владимировну и удалился.
11
Приехавший на стройку Змушко, отыскал бригадира:
- Павлович, можно вас на одну минуту?
- А-а, товарищ следователь? Здравствуйте. Ещё что-то хотели спросить? – отозвался бригадир.
- Скажите, вы были знакомы с супругой Курильчика?
- Заочно, - кивнул головой Павлович, - только заочно.
- А это как? – заинтересовался Змушко.
- Лёня мне рассказывал неоднократно, что неровно она дышит в отношении с противоположным полом и я ему сколько раз говорил: набей ты ей морду и выгони вон.
Подошедший к разговаривающим мужчинам Бичко, съязвил:
- Бродят тут всякие от нечего делать. Лучше бы работой занимались, тогда бы и раскрываемость преступлений была б на высоком уровне.
- Хорошо, я беру ваше замечание на заметку, - совсем не обиделся Саша.
- Слушай, - крикнул на своего подчинённого бригадир, - чего ты здесь скрипишь? Иди, работай.
- Павлович, а я, с вашего разрешения, осмотрю площадку? – попросил бригадира Змушко.
- Пожалуйста.
Александр принялся осматривать строительную площадку и, проходя мимо бытовки, споткнулся о край выпирающей из земли ёмкости, напоминающей чем-то плохо вкопанную металлическую бочку, которая его, явно заинтересовала. Положив недалеко от этого места свою сумку и, взяв в руки лопату, милиционер принялся копать. К нему подошёл удивлённый бригадир. Змушко, при этом, попросил:
- Павлович, помоги-ка. У нас здесь, в наличии бочка с цементом, а что в цементе? Неизвестно.
- Что может быть в цементе? – засмеялся бригадир.
- А вот это мы сейчас и узнаем. Подумай, как нам её лучше вскрыть?
- Как? – говорил Павлович, надевая рукавицы, - поставим на попа, пару раз кувалдой ударим по днищу бочки. Цемент и вывалится.
- Это по-нашему! - обрадовался Змушко.
Слышавший этот разговор Бичко, побежал к стоящему недалеко своему мотоциклу марки «Урал». Завёл его и тронулся с места. Но уехать ему далеко не удалось. Змушко, бросив лопату, достал из кобуры пистолет и произвёл три выстрела по колёсам, а затем, продемонстрировал своё мастерство в беге и задержании преступника.
12
Следователь с Рудневым допрашивали Клёмина, который с достоинством держался, считая, что его совесть чиста и у граждан милиционеров нет никаких улик и доказательств его виновности в исчезновении Курильчика. В кабинет как вихрь ворвалась Юлия и взволнованно заговорила:
- Поверьте мне, Петя ни в чём не виноват. Он ни в чём не виноват. Зачем ему Курильчик? Он его всегда уважал, говорил, что тот стойкий мужик.
- Уважал, - согласилась Анна Владимировна, - и к вам захаживать не забывал.
- А я его сама зазывала.
- Значит Клёмин приходил к вам ради спортивного интереса?
- Нет. Я ребёнка хотела, а с Леонидом у нас ничего не получалось.
И Юлия стала Косько и Рудневу рассказывать подробно разговор с Леонидом, недавно произошедший в их квартире, где они вдвоём проживали.
Леонид в тот вечер пришёл с работы в хорошем расположении духа, присел рядом с женой и, нежно обняв её рассказывал:
- Знаешь, мы сегодня начали строительство нового жилого объекта. Красиво получится! Только представь себе: жилые дома на берегу озера, магазины, школа, детский сад…
- Детский сад, - грустно перебила его Юлия. – Лёня, а у тебя дети есть?
- Ну что ты, Юлька, не знаешь, что ли? – изумился молодой человек.
- Нет, ну я знаю, что у нас с тобой детей нет. А может у тебя от другой женщины есть дети?
- Да нет у меня никого, кроме тебя.
- Лёнь, серьёзно, ну я же женщина, я детей хочу, а у нас с тобой не получается. Ты б сходил, проверился.
- А может быть дело в тебе?
- Ну ты же знаешь, что это не так, - продолжала настаивать на своём молодая женщина.
Леонида начало выводить такое положение дел из терпения:
- Ну всё, хватит. Надоело уже…
- Ну не кричи, не кричи, - успокаивала его Юля, прильнув к груди мужа. – Ведь сейчас же всё возможно. Я по телевизору видела: детей из маленьких пробирок делают. Да! – просияла от счастья Юлия, вспомнив недавно просмотренную её передачу по телевидению.
- Ты же знаешь как это дорого? – вздыхал Лёня. – Знаешь что, Юля? Не дал нам Бог детей, значит так оно и надо.
- Да. Значит, не заслужили мы? – подытожила молодая женщина, пересказывая диалог с мужем.
Косько очень хорошо понимала душевное состояние Юли. Она тоже была женщиной и тоже хотела, чтобы её кто-нибудь любил. Хотела иметь детей от любимого человека. Ведь дети – это будущее каждого взрослого человека, продолжение его рода, плоды его воспитания.
Руднев, при этом, лишь задумчиво кулаком правой руки поглаживал подбородок. Задушевный рассказ его мало интересовал. Он думал только об одном: как расколоть Клёмина?
- Ладно, пройдите, присядьте на стул, пожалуйста, - выйдя из задумчивости, произнесла следователь и, затем, перешла к продолжению допроса Клёмина. – Значит, в этом деле вы не считаете себя причастным?
- Разумеется, – коротко ответил Клёмин.
- Тогда, как вы объясните исчезновение Курильчика? – продолжала задавать вопросы Косько.
- Да откуда я знаю?!
- И убить вы его не грозились?
- Да подрались мы с ним, подрались, не знаю, что я там кричал, - твёрдо стоял на своём Клёмин.
- Где Курильчик? – рявкнул Руднев, стоя за спиной Петра так, что все находящиеся в кабинете, вздрогнули, включая и следователя.
- Поймите же, вы, наконец, - придя в себя, говорил Клёмин, - если б с ним что-нибудь после моих угроз случилось, на кого бы первым делом подумали?
- Правильно, на тебя. У Курильчика кроме тебя врагов больше нет, - немного сбавив пыл, говорил Руднев.
- Да и я ему не враг. Вот поэтому я и решил уехать на какое-то время к родителям в Могилёв.
- Возможно, ты ему и не враг, а просто любовник его жены, который решил свести с ним счёты один раз и навсегда. Короче, Клёмин, тебе лучше чистосердечно признаться, где Курильчик? Или, хотя бы, где то, что от него осталось? – подвёл итог разговора Руднев. Ему явно уже стала надоедать эта нудная процедура.
Пётр тяжело вздохнул.
Входная дверь открылась. В кабинет вошёл Змушко, бросив прямо с порога:
- Ну, что? Нашли убийцу Курильчика?
- Вот, перед тобой. – Руднев указал рукой на сидящего молодого человека.
- Клёмин ни в чём невиновен. Я поймал настоящего убийцу. – Змушко открыл дверь и ввёл в кабинет человека в наручниках. – Вот он собственной персоной перед вами – гражданин Бичко. Расскажите нам, Валерий Николаевич, как было дело?
Тяжело вздохнув, Бичко стал рассказывать, что между ним и Курильчиком произошло в тот злополучный вечер.
Молодые люди играли в шахматы. От безысходного положения фигур на доске Курильчик махнул рукой:
- Всё. Сдаюсь. Твоя взяла.
Бичко довольно потёр руки:
- Так что? Гони доллар.
Леонид протянул победителю то, что он требовал. Бичко в свою очередь спросил:
- Ещё партию?
- Да у меня только червонец остался. Ладно, - махнул рукой Леонид, - давай скоренько.
Бичко, расставляя фигуры, передёрнул плечами:
- Скоренько, Лёня, только кошки могут. Да ещё твоя жена.
- Что ты сказал? Повтори. – Курильчик поднялся со своего места.
Продолжающий, спокойно сидеть Бичко, сказал без всякой опаски:
- Да ладно, Лёнь. Сядь. Успокойся.
- Что ты сказал? Повтори. – Леонид, схвативший за грудки Бичко, уже орал во весь голос.
Бичко, освободился от его рук, произнёс:
- Да-то и сказал, что баба твоя – стерва, шлюха последняя. Она на твоём дне рождении мне глазки строила.
Курильчик от возмущения стал задыхаться. Схватил попавшийся под руки топор, замахнулся на Бичко. Тот в испуге прижался к стене, бормоча:
- Э, Лёнька, ты чего? Ты чего Лёня?...
Затем он выхватил резким движением топор из рук Леонида и в горячке ударил его обухом в висок. Курильчик вскрикнул и упал на пол.
Он был мёртв.
А Бичко продолжал рассказывать всем находящимся в кабинете:
- Я вынес его мёртвого из строительного вагона и положил в бочку. Однако, он в ней не помещался. Тогда я завёл бензопилу и отрезал ему голову, ноги и руки. Аккуратно сложил их в бочку вместе с туловищем и залил цементным раствором, а окровавленное место расправы присыпал большим количеством песка.
Юля от услышанного рассказа разрыдалась. Пётр принялся её успокаивать, прижимая к себе.
Змушко выглянул в коридор и попросил стоящего там сержанта:
- Уведите задержанного.
- Пройдёмте, - взял тот под руку стоявшего около Юлии Клёмина.
- Да ни этого. Вот этого, - уточнил Александр, указывая на настоящего убийцу.
Бичко увели.
Всё ещё, будучи горячим, Руднев кричал на Клёмина:
- А тебя бы посадить для профилактики, суток, так на пятнадцать.
- Да за что сейчас-то? - возмутился Клёмин.
- А, чтобы не так шустро бегал. А-то прыткий очень и бегаешь быстро очень, - продолжал кричать Владимир.
- Пойдём, Юля, отсюда, а то и вправду посадят, - взяв свою возлюбленную под руку, Пётр удалялся с ней из кабинета.
Задержавшись напоследок у дверей, он пожал Змушко его руку.
Да. И признаться, было за что это сделать.
13
Глядя на улицу из окна квартиры, Юля сквозь слёзы говорила:
- Петя, ты не приходи сюда больше.
- Да, ты права, нам лучше переехать отсюда, - согласился с ней молодой человек.
- Нет. Ты меня неправильно понял. Ты, вообще, ко мне больше никогдане приходи. Забудь о моём существовании.
- Почему? – Пётр явно расстроился от такого хода действий.
- Потому что Лёню убили? Убили. И убили его из-за меня.
- Кто тебе такое сказал?
- Он подрался с тем подонком из-за меня, потому, что я – стерва, низкая женщина. Лёня меня очень сильно любил и поэтому, защищая моё достоинства, стал из-за меня кровавой жертвой.
- Выбрось это из головы, - успокаивал её Клёмин.
- Да, Лёня – кровавая жертва стервы. И я, после всего случившегося, просто уже не смогу с кем-либо жить совместной жизнью и, тем более, иметь детей. Видно, мне судьбой начертано – быть одной. Пусть так оно и будет, как угодно Богу..
- Почему? Ты – молодая, красивая женщина. У нас с тобой всё получится. Я уже снял квартиру, а со временем у нас будет и своё собственное жильё и самое главное – дети, о которых ты всегда мечтала, - настойчиво твердил молодой человек.
Однако Юлия уже всё сама окончательно и твёрдо решила. Она лишь только сквозь слёзы произнесла:
- Иди, Петя, иди.
- Извини, - немного помедлив, расстроенно произнес Клёмин.
Он бесшумно вышел из квартиры и также тихо прикрыл за собой дверь.
Оставшаяся одна молодая хозяйка, зарывшись в подушку, разрыдалась больше прежнего.
Но, как говорится, всем слезам, даже самым горьким, приходит конец.
Видимо, и слезам Юлии Курильчик тоже когда-то пришёл свой логический конец, внёсший в её, ещё молодую жизнь, перемену.
Июль, 2011 год.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге