Красавица Рига

Куда смотрит петушок... ​

Ох уж этот майорат (право наследования старшим сыном всего наследства)!

Стремление сохранить родовое наследство в одних руках, дело понятное. И, поскольку детская смертность Европе в средние века была делом вполне обычным, нормальным было и стремление «плодиться и размножаться». Вот и размножались дворяне, как могли.

Вот только вопрос:

- Куда девать выросших, но оставшихся без наследства детей?

Эта задача решалась максимально просто. Лишние дети должны либо умереть, либо – быть способными заработать себе на хлеб.

Обе эти задачи с успехом решали крестовые походы. А что? Все «зайцы» одним выстрелом убивались. Во-первых, из страны под благовидным предлогом удалялась активная (и голодная) молодежь. Далее, в случае успеха похода в страну, - и в папскую казну, - поступали неслабые трофеи. Ну, а в случае неудачи можно даже не тратиться на похороны.

Цинично.

Но – факт!

Именно поэтому вдруг и пошла в средневековой Европе мода создавать из неимущих дворян всевозможные ордены. Отличались они только направлением, в котором братья-рыцари – полу-воины, полу-священники – покоряли язычников.

Так, для похода на Ливонию, - нынешнюю Латвию, - и был создан Ливонский орден.

Не слишком обученных, но воодушевленных высокой целью крестоносцев возглавил епископ Альберт – умный, деятельный и весьма дальновидный политик.

Прибыв в устье Даугавы в 2001 году, он немедленно бросил все силы на строительство Домского Собора. К 2011 собор уже возвышался над окрестностями. Казалось бы, зачем создавать среди диких язычников столь внушительное сооружение? Но епископ точно знал, то делал. Чем еще можно было поразить воображение местных ливских племен и доказать, чей бог «круче»?

Вот и воздвигся невиданный в этих местах дом божий, готических форм с башней, устремленной вверх аж на 90 метров.

Много с тех пор воды утекло. Собор перестраивался многажды, обретал барочные черты. В 18 веке был там установлен орган – один из крупнейших и в мире. Сейчас Рига, конечно, изменилась. Кажется, что величественный собор под собственной тяжестью на несколько метров провалился под землю. Но нет, это вокруг него за 800 лет накопилось великое множество культурного слоя.

Осталось главное.

Остался потрясающей архитектуры храм.

Остался орган, слушая который невозможно сдержать слез восторга – ни с чем не сравнится органная музыка. Кажется, что трубы органа выдувают из души весь мусор, все раздражение, глупые мысли, пустые хлопоты и, вместо ерунды наполняют все сердце чистой волной эстетики и восторга, омывающей душу и возвращающей чувства.

Остался петушок на башне. Он смотрит на Ригу сверху вниз и замечает изменения. Ему видно, что вместо домишек, окружавших «Домчик», теперь раскинулась широкая площадь, где только узор камней напоминает о прежних постройках. Ему видна Даугава – та самая, по которой прибыли 800 лет назад корабли епископа Альберта и куда сегодня пристают и торговые суда, и – большие круизные паромы и лайнеры. И - яхты. Рижская регата тоже видна петушку.

И, конечно, видны петушку все крыши Старой Риги, Рижский замок, Пороховая башня и великое множество прекрасных зданий – старинных и новостроек, в которых живут рижане и те, кто любит этот город. Смотрит Петушок и на нас, спешащих по своим делам или праздно прогуливающихся по городу.

Потому что не может надоесть смотреть на этот город, жить в этом городе, любоваться его архитектурой и чувствовать эту непередаваемую атмосферу средневековья, перетекающего в современность. И – слушать орган Домского собора.

Как от замка один дворик остался

Европейская политика средневековья была проста, как грабли.

Точнее, как меч. Потому, что именно меч и был основным «орудием труда» Ордена Меченосцев. Много Орденов учреждала католическая церковь, побуждая юных дворян обращать в христианство язычников, а заодно, захватывать новые земли и – новые богатства. Ну и для каждого направления образовывался свой Орден.

Вот как это было.

Стояло себе поселение ливов, населявших тогда этот край, прямо на берегу двух рек – большой и полноводной Даугавы и впадавшей в нее небольшой речушки Ридзене. По имени речушки и поселение назвали – Рига. Жили себе и жили бы дальше, но...

Уж больно место хорошо было! Вот и прибыли сюда аж на 23 кораблях те самые рыцари-крестоносцы, полумонахи, полувоины – язычников в истинную веру обращать.

Большая силища прибыла. С мечами. Ну и, чтобы уж никто и не сомневался, что именно мечами собираются они слово божье насаждать, в 1202 году образован был в Риге Орден Меченосцев. Нет-нет, латышей там не было – только тевтонские рыцари в Риге «бал правили».

Собирался Орден этот обосноваться здесь надолго. А какая жизнь без жилья? Вот меченосцы и выстроили себе убежище – Замок Ордена. Ну а рядом, как положено, монастырь с монахами – должен же кто-то молиться, пока рыцари новые земли завоевывают. Так и образовалась группа построек, объединенная внешней стеной, эдакий городок в городке. Такой тип застройки и дал название – Дворик Конвента или, по-латышски Konventa Seta.

Отсюда Орден и правил городом.

Правда, относительно недолго...

Горожане рыцарей на дух не переносили.

Впрочем, и монахов тоже не жаловали.

А рижане, - так уж исторически повелось, если что задумали, своего добьются. Конфликты с рыцарями достали в первую очередь самих рыцарей и к концу 13 века меченосцы, что называется, съехали с жилья. А горожане, пылая гневом, разобрали и Замок, и многочисленные постройки ордена. Уж больно поперек горла им были эти рыцари.

Но монастырь остался.

С ним была другая история.

Язычники язычниками, но, на всякий случай, воевать с монахами рижане не рискнули. Но хитрость никто не отменял. Потому что ворот во двор Конвента всего двое, и те шириной не отличаются, узкие, как бойницы.

Осталось только дождаться большого церковного праздника, когда монахи выйдут из монастыря и пойдут арестным ходом по улицам. А дальше, вопрос технический. Заперли горожане ворота. Монахи вернулись, а возвращаться-то и некуда. Так и пошли монахи «лесом».

А здание монастыря горожане обустроили под склады.

Правда, совсем ненадолго.

Меченосцы свое дело туго знали и мечи не даром носили. Орден из Риги уходить не собирался. Рыцари вернулись и 1330 году заставили горожан выстроить себе новый замок. Правда, подальше от города. Внутренние распри, похоже, рыцарям тоже мешали.

Конвента Сета переименовали в Конвент Святого Духа и разместили там госпиталь.

На протяжении веков здесь попеременно обустраивались то монастыри, то госпитали. К слову, в советское время здесь тоже было медицинское учреждение.

Зато сейчас Конвента Сета – истинная жемчужина Старой Риги. Это самостоятельный мирок в самом центре Старого города. Кроме гостиницы, кафе, ресторанчиков и антикварных магазинов, здесь есть два в своем роде уникальных места.

Во-первых, это Музей фарфора. В Риге когда-то была фарфоровая фабрика и производилось великое множество прекрасной посуды, ваз, статуэток и прочей фарфоровой красоты. От эпохи к эпохе менялся стиль, но рижский фарфор сам по себе уникален. В музее есть не только экспозиция, но и мастер-классы для тех, кто интересуется творчеством.

Второе невероятное по уникальности место, это – Янтарная комната. Да, да, именно янтарная. Конечно, в первую очередь это магазин, где можно приобрести изделия из солнечного камня. Но во внутреннем зале оборудован прекрасный музей янтаря с потрясающей экспозицией и возможностью посмотреть фильм об этом чуде природы.

Считается, что во дворик Конвента ведут всего два входа, которые на ночь запираются. А охраняют вход другие немецкие гости - Бременские музыканты, осел, пес с до золотого блеска начищенным туристами носом, кот и петух, стоящие на булыжной мостовой.

Но мы, рижане, знаем еще один выход через черный ход бара / кафе / кондитерской “Riga Black Magic”, где в воздухе витает аромат Рижского бальзама и тайны веков, скрывающейся в улочках Старой Риги.

Наследство крестоносцев или Рижский замок

Однако, не все было так просто.

Неграмотные язычники, «поганцы», вовсе не спешили переквалифицироваться в католичество. И крестоносцы им не нравились.

Недовольство зрело долго.

Рига росла и развивалась, и стала куда как сладким кусочком. А мира между рыцарями и горожанами все никак не намечалось. И вот однажды горожане, объединившись, изгнали-таки вооруженных рыцарей-меченосцев из города с позором.

Казалось бы, все позади. Но нет. Когда это завоеватели так просто отказывались от однажды завоеванного.

Про христианство речь больше не шла – архиепископ рижский достаточно потрудился во славу божию, Домский собор стоял исправно. А вот про деньги и власть... Про это рыцари не забывали. Поэтому меченосцы объединились с тевтонским орденом и образовали некое «акционерное общество» - Ливонский орден. С вполне понятной целью – укрепить финансовое состояние немецкой знати за счет Балтии. Вот Ливонский-то орден и пошел в 1330 году вновь завоевывать красавицу Ригу.

Да, Рига была красавицей – торговый город-порт процветал и развивался. И мог себя защитить: горожане – меткие лучники, даже не подпустили рыцарей к крепостным стенам.

Но увы, они были горожанами, а не воинами и ничего не знали о тактике и стратегии ведения войны. И город, не выдержав голода, открыл ворота.

Горожанам пришлось пойти на уступки: отдать ордену не только часть городских укреплений, но и место для крепости.

Рыцари, правда, уже учеными были. Решили они с горожанами лишний раз не встречаться. Вот и выбрали место подальше – пастбище за крепостными стенами на самом берегу Даугавы. Тем более, что отсюда легко можно было контролировать суда, заходящие с моря в Даугаву. Поэтому они попросту обязали провинившихся горожан отстроить на бывшем пастбище крепость для ордена.

Но даже после постройки дворца вражда не утихала.

Горожане ни в какую не желали подчиняться ордену. Сопротивлялись и не соглашались так сильно, что Магистр ордена в целях безопасности аж за 100 км от Риги – в Цесис – переехал. И не зря. Потому что в 1481 году горожане вновь поднялись против рыцарей и изгнали орден прочь. И целых два месяца все население Риги яростно ломало стены ненавистной крепости. Все сломать не удалось, часть крепостной стены, - укрепление шириной в три метра, да башня Святого Духа остались.

А через 7 лет, не выдержав осады, снова горожане склонились перед орденом. И – к 1516 году на месте старой крепости уже стоял новый замок. Башня и крепостная стена стали частью нового строения, основательно укрепленной крепости с роскошным внутренним убранством.

Не и это убранство не пригодилось надолго. Теперь к Риге подошел Иван Грозный, который далеко не просто так получил свое прозвище. Русский царь, буквально, раскатал крестоносцев и после Ливонской войны в 1558 году Ливонский орден перестал существовать, а замок оказался заброшен.

На протяжении веков использовался он то, как резиденция для польских и шведских правителей, то – для генерал-губернатора. Да и сейчас замок используется по назначению – находится в нем резиденция президента Латвии.

И вместо рыцарей службу несет национальная гвардия. А на месте конюшен расположились офисы.

Вот только горожане все так же любят свой город. И мы с удовольствием пьем кофе в маленьком погребке «У старой девы с кошкой», прямо напротив президентского дворца. Или в «Двенадцати стульях» на Домской площади. А как хорошо после работы, шурша желтыми осенними листьями, пройтись по паркам, окружающим старый город, покормить уток у Оперы, полюбоваться на лебединый домик на Рижском канале и почувствовать безмятежность бытия в этом оазисе спокойствия посреди шумной современности.

Ворота в неприступной стене

Рига не просто считалась, она была неприступной крепостью. Крепостная стена, со всеми 25 башнями прекрасно ограждала город от любого вторжения.

К слову, ни разу за все время своего существования, город не был взят штурмом.

Осада – другое дело. Голод – не тетка, порой горожане предпочитали сдаться, чтобы выжить.

Но стены, понятное дело, стояли крепко. А стена даром пропадать не должна. Поэтому с внутренней стороны выросли вдоль крепостной стены дома. Разумеется, позволить себе построить каменный дом да в стратегическом месте – с уже готовой крепкой стеной, могли себе позволить только состоятельные люди. А кто у нас состоятельный? Конечно, торговцы, ибо Рига – город купеческий, транзитный, богатый.

Большинство товаров шли морем. С каждым годом в рижской гавани швартовалось все больше кораблей и все больше товаров требовалось провезти внутрь, под защиту крепостных стен.

Но стена она и есть стена. С одной стороны защищает, с другой – создает препятствие для торговли. Сквозь нее товары-то не пронесешь.

Да, ворота, конечно, есть. Но, во-первых, их мало, а во-вторых, это же пошлину каждый раз надо платить.

Но купцы, особенно преуспевающие, тем и отличаются от остального населения, что умеют думать и считать.

Вот и додумался один купец... Жаль, история не сохранила его имени, но вот идея! Идея была потрясающей.

В собственном доме, как раз и примыкавшем к крепостной стене, он ... пробил ворота.

Неизвестно, каким образом он умудрился получить согласие магистрата, но факт остается фактом – в 1689 году получила Рига новые ворота. А купец – право не только бесплатно провозить свои товары, но и брать плату за пользование его воротами.

На ночь ворота, как и все остальные ворота в городе, запирались. Ключ поначалу хранился у владельца, ну а после его смерти - в ратуше.

И да, конечно, ворота охранялись. Пока в Риге властвовали шведы, солдаты шведского гарнизона выполняли сторожевые функции. Потому, наверное, ворота и получили название – Шведские.

Предполагалось, что незаметно в город попасть не мог никто.

Однако...

Есть одна легенда, связанная со Шведскими воротами, с несчастной любовью и предательством.

А где любовь, там, разумеется, и девушка. Как водится, красавица и умница, родительское утешение. Дальше все, как всегда. Девица влюбляется в шведского солдата, из местного гарнизона. Ну а солдат, как водится, назначает девице свидания аккурат по месту службы: за городом, прямо у Шведских ворот. И, надо полагать, весьма успешно совмещает службу с личной жизнью.

Девушка, как многие до нее, и не меньшее количество, после, от любви теряет голову и бегает на свидания, как солдат на службу.

Но ничто не может вечно оставаться в тайне. Рано или поздно, но в свиданиях такого рода наступает момент, когда изменившиеся женские формы с головой выдают будущую маму.

Почувствовав, что разоблачение не за горами, девушка потребовала от милого женитьбы. И чем скорее, тем лучше.

Да вот парень, как и многие до него, и, увы, многие – после, смалодушничал. Причем, достаточно подло и жестоко.

Он ее попросту сдал.

И в одну, отнюдь не прекрасную ночь, вместо возлюбленного девушку ожидали хмурые стражники с алебардами:

- Иди сюда, дорогая, заждались.

В те времена неподчинение родителям и запретная любовь были очень серьезным преступлением, даже в шведских семьях. За ослушание городской суд приговорил несчастную к наказанию: замуровать ослушницу в проеме стены у Шведских ворот. Как раз у тех, через которые она и выходила из города. Так и поступили. Девушку замуровали в стене.

С тех пор, если проходить Шведскими воротами, особенно в ветреные ночи, обязательно будут слышны стенания, плач девушки и её печальный голос: «Я люблю».

Ключ от неприступной крепости

Первая рижская крепостная стена была деревянной. И ворота были – только одни. Зато ключей – целых три: у епископа, в Ливонском ордене и в Рижском домском капитуле.

Фактически Ригой владел Орден.

Однако, расположенный в стратегическом мечте город рос и богател.

Для сохранности богатства и потребовались каменные стены, мощные, прочные.

К концу 14 века город окружила такая крепостная стена. Увеличилось и количество ворот. Но горожане категорически не соглашались, что городом управляют церковники. В 1391 году горожане силой, - да, именно так, отняли ключи от епископского подворья. Теперь городом управлял магистрат.

А в 1454 году Ливонский Орден сам отказался от функций управления и торжественно передал магистрату свой комплект ключей, в том числе и от замковых ворот.

С ключами был связан целый ритуал: ворота отпирались за час до восхода солнца, а с наступлением темноты запирались. Если вдруг требовалось открыть ворота в ночное время, необходимо было получить специальное разрешение самого бургомистра.

Когда власть в Риге перешла к шведам, специальный указ короля Швеции предписывал порядок открытия ворот. Это могли делать только специально назначенные офицеры шведской армии. Ну и охранял ворота, естественно шведский гарнизон.

К слову, делалось это вовсе не ради помпы или стремления к красивым ритуалам. В Риге было, что охранять.

Рижская крепость славилась своей неприступностью: высокие, широкие каменные стены с бойницами и 25 башнями, стоящими всего лишь в 70-80 метрах друг от друга.

Ее безуспешно осаждали или блокировали шведский король Карл IX, царь Алексей Михайлович, саксонский курфюрст Август Сильный, наполеоновский фельдмаршал Макдональд…

Ни разу за всю историю города Ригу не удавалось взять штурмом. Только измором.

Так в 1710 году, после осады, сдалась Рига русским войскам. А оба ключа – золотые, изукрашенные, общим весом почти полтора килограмма, преподнес город победителю – фельдмаршалу Шереметеву. Петр Первый щедро позволил графу оставить эти трофеи себе.

Так и остались они с тех пор в России, и хранятся ныне в Оружейной палате.

К концу 19 века Рига лишилась статуса крепости и ключи от ворот, казалось бы, стали не нужны.

Но к 810-летию магистрат, или как теперь называется, Рижское самоуправление, решило, что городу нужен новый ключ.

Мэрия установила на ратушной площади большой сундук, куда горожане несли свои ненужные старые ключи. Всего набралось больше 50 000 ключей. Вот из этого-то металла в день рождения города и создавался новый большой ключ. На набережной установили плавильную печь, привезли туда сундук и весь день целая команда кузнецов, под предводительством знаменитого художника по металлу Карлиса Алайниса ковала Новый ключ Риги.

Теперь ключ хранится у входа в городскую ратушу.

А Рига больше не запирается.

Теперь она открыта для каждого, кто готов понять и принять этот неповторимый «дух города», старинного и юного одновременно, города практичных купцов и кузнецов-романтиков, кующих на набережной ключ от будущего нашей красавицы Риги.

Башня, пережившая время

В 14 веке Рига считалась большим городом.

От порта к центру города вела Большая Песчаная дорога, шедшая рядом с Песчаной башней.

Песчаными дорогу и башню назвали неспроста: дельту речушки Ридзене окружали высокие песчаные валы. Естественно, что и дорога, и башня, и оборонительный бастион постоянно были покрыты слоем песка.

Башня, полукруглая, закрытая только с внешней стороны, была одной из 28 башен, возвышавшихся над толстенной крепостной стеной, охранявшей Ригу от захватчиков.

Да вот только крестоносцам ни дороги, ни стены - не указ. Едва не уморив голодом население Риги, магистр ордена решил с помпой въехать в покоренный город. Да не в ворота! Выстрел из пушки прорубил дыру в крепостной стене для магистра. Вот так вновь вошли в Ригу в 1330 году крестоносцы.

Надо признать, военное дело они знали.

Рыцари перестроили все защитные сооружения, в том числе и Песчаную башню. Из невысокой и полукруглой превратилась она в круглую, полностью закрытую со всех сторон. Да и подросла изрядно, высотой поднялась аж на 6 этажей. Интересный факт: между пятым и шестым этажами оборудовали крестоносцы «ловушку для ядер». Так хитро спроектирована была бревенчатая ловушка, что застревали там ядра и – хранились. До следующего сражения.

Пострадала башня только в Шведско-польской войне в 1621 году. Да так, что пришлось шведам отстраивать ее заново. Тогда же башня сменила название и стала называться Пороховой. И не потому, что порох там хранили. А потому что от взрывов и выстрелов дым едва не до небес стоял, почти закрывая башню.

Летели в нее снаряды и во время русско-шведской войны. 9 ядер в стенах застряло. А Петр Первый, говорят, лично по башне стрелял, изгоняя шведов из Риги. И еще 3 ядра с тех пор засели в стенах башни.

Сегодня от крепостной стены остался только небольшой кусочек, примыкающий к Пороховой башне. А на месте бастиона вдоль рижского канала раскинулся живописнейший парк, а остатки сооружения именуются нынче Бастионной горкой. Нет даже реки Ридзене, теперь она, закованная в трубы, течет под землей до самой Даугавы.

А Пороховая башня стоит себе, как и стояла у Песочной улицы. В ней сейчас военный музей. И перед огромными коваными воротами можно увидеть стайку мальчишек, направляющихся посмотреть на всяческое вооружение, выставленное на всех шести этажах этого круглого музея, хранителя истории.

А для остальных горожан – это замечательный кусочек старины, украшающий город.

Вот и сегодня утром стояла наша Пороховая башня, красуясь на солнце красным кирпичом и золотым шаром, венчающим крышу, гордая, красивая и уверенная в себе. А чего бы ей не быть уверенной – стоит она здесь уже 700 лет, охраняя город и стоять будет.

Золотая молодежь ​

Интересная штука – история.

По-разному можно на нее смотреть.

Вот, например, чем занималась в средние века европейская молодежь?

Ну, с дворянами-то понятно. Старший сын, как и положено, получал целиком все наследство, чтобы капитал не дробить, а у остальных был выбор, в зависимости от родительской щедрости или личного призвания: либо в рыцари, либо – в монахи. А что еще делать, если ты хоть и с титулом, но без денег, без образования, без профессии? Либо воевать, либо – молиться.

С крестьянами тоже просто – паши да сей себе, как и родители. А не хватило земли, тоже выбор есть – либо в монахи, либо – в оруженосцы.

А вот у «среднего сословия» выбор, пожалуй, поинтереснее был. Потому что купцу без образования никак нельзя, не будешь считать уметь, прогоришь враз. А потому купцы очень старались дать своим детям наилучшее образование. Да не только грамоте да счету учить, но и – географии. Поскольку торговля из дальних стран товарами, ох и выгодна. Стало быть, дальние страны знать надо.

Вот и был у молодых выбор: или на месте, в родительской лавке торговать, или – в дальних землях свою удачу искать. Вот так, из молодых, образованных, непременно неженатых, купцов и сложилось в Риге братство Черноголовых. Покровитель братства – святой Маврикий – был, как и положено мавру, чернокожим, и голова его, украшавшая фасад Дома Черноголовых, и дала название братству.

А как же без братства? Торговля колониальными товарами – дело очень прибыльное, но ведь и опасное, значит должны держаться вместе, кто столь опасным ремеслом занимается. Вот так и случилось, что, в отличие от многих и многих других союзов, это братство продержалось с 14 века, аж до середины 20-го.

Черноголовые действительно очень хорошо умели дела вести: лучшее здание – «Новый дом», в самом центре Риги у магистрата арендовали. Но жадностью не страдали, не только сами своими доходами пользовались, но и с городом делились – всевозможные гулянья да празднованья для горожан устраивали, бывало, по три недели на масленицу горожан блинами кормили. Балы, концерты, вся светская жизнь в Доме Черноголовых процветала. А с нею и торговля. Как же еще и заводить новые связи, как не на гулянье? Да заодно, и себя состоятельным да уважаемым человеком представить можно. Вот и не жалели Черноголовые денег на «связи с общественностью». Вкладывали и в здание, украшая и украшая фасад, да и внутреннее убранство, пока не превратился Новый дом в – «Дом Черноголовых».

Долгое, долгое время был Дом Черноголовых центром светской жизни Риги, а сами Черноголовые – законодателями мнения в жизни торговой. Аж до 1939 года, когда этнические немцы репатриировались, братство это существовало. Дом во время войны был разрушен.

Но... Слишком уж хорош был этот дом, слишком много Черноголовые сделали для процветания Риги, чтобы история эта просто так забылась.

Восстановлен Дом Черноголовых во всей своей красе, с золотыми часами на фасаде, с фигурами святых, с арками, окошками резными, да колоннами. И, конечно, со святым Маврикием, ярким, в чалме, с белоснежной улыбкой на черном лице.

Там по-прежнему проходит светская жизнь – выставки и концерты.

Да Ратушная площадь и сегодня - точка отсчета с которой и начинается Старая Рига с ее старинными домами и узкими улочками, в которых витает запах кофе из многочисленных кофеен, которыми так богат этот старинный, но такой молодой душой город.

Большая и Малая...

Говорят, что все познается в сравнении. И нельзя оценить что-либо, не сравнив его с чем-то другим. Толстый-тонкий, светлый-темный, горячий-холодный...

А у нас, в Риге есть Большая и Малая...

Кто бы вы думали? Конечно, Гильдии!

Дело в том, что вслед за воинами всегда идут торговцы. Так они появились и в Риге, сразу же вслед за Ливонским Орденом, покорявшим «язычников», еще в начале 1200 годов.

Ну там, язычники или нет, для торговли это имело мало значения. Главное, что новые земли были открыты, дороги охранялись и, стало быть, можно было начинать «бизнес».

Первыми, как и следовало ожидать, пришел Ганзейский союз (мощное объединение северогерманских торговых городов). Он же и основал Гильдию торговцев. Здесь, в отличие от общества Черноголовых, купцы не были «молодыми неженатыми". Тут как раз дело правили уже состоявшиеся, хорошо стоящие купцы, знающие себе цену.

За торговцами следом потянулись и ремесленники. А как же иначе? Им тоже не терпелось осваивать новые территории. И уже в 1221 году епископ Альберт – глава Ливонского ордена - издал «правила о гражданских правах ремесленников».

Однако, купцы совершенно не собирались «двигаться» в пользу ремесленников. То есть, права – правами, а за один стол с ремесленниками никто садиться и не собирался. Сделали, правда, одно исключение – золотых дел мастеров признали-таки купцы себе ровней.

Так в Риге образовались две Гильдии: Большая – купеческая, со святой Марией в качестве Покровительницы, и Малая – гильдия ремесленников под покровительством Святого Иоанна.

И торговля, и ремесленничество – вещи для города необходимые. А, судя по тому, какое здание получили обе гильдии, даже приоритетное. Дал им город ни много, ни мало, а ... монастырь. Провинившихся монахов «попросили вон», а здания – забрали для более нужных целей. Делили, правда, гильдийцы здания «не по-детски». Сначала отдали ремесленникам большее здание, потом купечество разрослось и зданиями пришлось меняться.

Большая Гильдия, вообще, имела огромный вес в городе. Без согласования со старейшинами город не принимал ни одного решения, «музыку» заказывал тот, кто платил.

Малой Гильдии за купцами было не угнаться. Статус был виден даже в одежде: старейшины Малой Гильдии имели право носить то же платье, что и рядовые члены Большой Гильдии.

С ростом экономики росли и Гильдии, их статус и значение для города. Стало очевидно, что старый монастырь не соответствует новым требованиям. Хотелось лучшего. Поэтому в 1854 году на месте старых монастырских построек выросли прекрасные здания в нео-готическом стиле, большое – для Большой Гильдии, маленькое - для Малой Гильдии.

Но мир идет вперед.

И в 1939 году обе Гильдии завершили свою деятельность.

А здания – остались. Теперь в здании Большой Гильдии находится Латвийская филармония. И проходят потрясающие концерты. А в здании Малой Гильдии, прямо через дорогу, выставки, семинары, концерты и другие культурные мероприятия.

Но и история не забыта – во дворике у здания всегда продаются традиционные для Латвии ремесленные изделия: лен, шерсть, янтарь.

Потому что Рига – место, где пласты времени образуют причудливый узор, где за средневековыми стенами есть прекрасные современные квартиры, а на современных улицах – легкий флер старинных традиций.

Это место, где сбываются мечты.

И ваша мечта – о собственных апартаментах в старинных покоях с видом на черепичные крыши и на петушков на башнях – вполне осуществима.

Три небедных брата

«Хлеб – всему голова».

Так, или во всяком случае похоже думал тот самый пекарь, выбирая для украшения фасада собственного, да не какого-нибудь, а настоящего – каменного дома колосья пшеницы. А какое еще украшение подобает пекарю? Только герб с колосьями! И неважно, что вся улица заселена пекарями – так и называется: улица Пекарей, зато – у него свой, каменный дом!

Как и положено, выдержанный в готическом стиле, с большой залой на первом этаже, где хватит места для чад и домочадцев. А венчался дом большим, высоким чердаком. А как же иначе? Где еще хранить муку, да и прочие припасы? Чем больше чердак, тем зажиточнее владелец. Вот и венчают дома в Старой Риге чепцы – вместилище всех хозяйских богатств. Через люк в потолке туда поднимались грузы. Очень удобно – и не промокнет, и чужой не залезет. И пусть окошки маловаты, зато чердак внушает доверие.

А для отдыха и бесед разместил хозяин у входа две большие каменные скамьи.

Так и стоит самый первый из знаменитого архитектурного ансамбля «Три брата», самый старший «брат» - аж с конца 15-го века, служа ярким образцом средневековой архитектуры. А как же? Ведь сегодня это – самый старый каменный дом в городе.

Примерно через полтора столетия, в 1646 году притулился к нему и второй «брат». Тоже каменный, как и положено, архитектурно он сильно отличался от «старшего» - голландцы в то время «правили бал» в Риге и архитектор, как видно, не смог устоять и добавил к готике голландского маньеризма.

Ну а в 18м веке присоединился к ним и «младший» братик. Этот тоже был выстроен «по моде», с элементами барокко. Но чердак, как и положено, был в полном порядке – большой и емкий. Чтобы ничего не пропало.

С тех пор многое изменилось, даже улица сменила название, превратившись из Пекарской в Малую Дворцовую (Maza Pils). Но «Три брата» по-прежнему стоят плечом к плечу в самом сердце Старой Риги.

Да и сама Рига – не стареет. Это только название – «Старая Рига», а пройдись-ка по улочкам, закрутит, завлечет, заинтересует. Тут и кабачок в рыцарском стиле, и кафе «У старой девы с кошкой», и петушки на шпилях, а главное, в вечно молодой красавице Риге есть пленительная атмосфера волшебного союза средневековья и современности.

Купец Рейтерн или кому закон не писан?

Сурово Швеция обходилась со своими вассалами - конец 17 века в Риге великой «скромностью» ознаменован был. Дабы не тратили горожане попусту деньги, а вовремя и сполна платили налоги, да и церковные подати, введены были в Риге запреты на роскошь. Даже такие события, как свадьба или похороны строго регламентировались. Золото, серебро, а не дай бог, кружево на подвенечном платье – нельзя. Более двух карет в свадебном поезде – и думать не моги. Покойника в крашеном гробу хоронить? Даже и не пробуй. Иначе – раскошеливайся-ка, брат, на штрафы, чтобы не выпендривался.

Все это касалось, конечно, всех. Но, как водится, среди равных всегда найдется тот, кто «ровнее».

Таковым оказался появившийся в Риге купец из Любека – Йоганн Рейтерн. Оптовый торговец стал не просто одним из самых богатых горожан. Звания члена магистрата и старейшины Большой гильдии – говорят сами за себя. Ссужая деньгами сильных мира сего, а, по слухам, и самого Шведского короля, он мог позволять себе некоторые «излишества». Тем более, что свои прихоти очень щедро оплачивал. Роскошного выезда и приемов, поражавших воображение, тщеславному купцу было недостаточно.

Душа просила чего-то сногсшибательного, доселе невиданного, купеческая сметка требовала практичности, и родилось безошибочное решение - инвестировать в недвижимость.

Так в 1688 году появился в Риге – Самый Роскошный Дом – дом Рейтерна!

Руперт Биденшау, лучший мастер Риги, создал небывалое. Мало того, что здание в стиле барокко было большим: три основных этажа и два чердачных. И того, что украшено оно было необычайно – это был единственный дом в Риге, чей фасад украшен круглыми колоннами и орнаментом, выполненным в технике граффити, было недостаточно.

Требовался настоящий вызов!

И этим вызовом стали ... окна. Мало того, что выходили они не во двор, а – на улицу. Так они еще были большими! По тому времени, просто – огромными! Да, он заплатил немалый штраф. Но он стал первым!

И уже более 300 лет стоит в Старой Риге дом Рейтерна. Там проходят концерты и выставки. А его большие окна, обрамленные цветочными гирляндами, по-прежнему свысока смотрят на булыжные мостовые старого города.

И совсем не выглядят скромными.

Splendid Palace или Роскошный дворец

Какой же дерзостью и гордостью за свой труд надо обладать, чтобы в городе, полном прекрасных зданий, так назвать собственное творение?! Не просто «дворец», а – «роскошный дворец»!

Но правда заключается в том, что название точно соответствует сути, это – действительно дворец, изысканный и неповторимый, не имеющий себе равных ни по замыслу, ни по исполнению.

Во-первых, это была грандиозная задумка. В эпоху развития такого искусства, как кино, посторить не просто кинотеатр, а – выдающийся кинотеатр! И где?

Улица Элизабетес (Елизаветинская, в честь царицы Елизаветы) – одна из центральных и потрясающе красивых улиц Риги, уже была улицей кинотеатров. И создать еще один, затмевающий собой все остальные, было дерзостью.

Во-вторых, архитектура.

Заказчики, В. Емельянов и С.Файнштейн - владельцы фирмы Ars, мыслили по-крупному. Поэтому был приглашен архитектор, способный воплотить грандиозный замысел в жизнь. Фридрих Скуиньш сумел совместить несовместимое: роскошь дизайна как фасада, так и внутреннего убранства, свойственную стилю рококо и барокко, и последние достижения строительной технологии – железобетонные конструкции.

К отделке были привлечены известнейшие деятели искусств: «Похищение Сабинянок», скульптуры у входа – авторские работы Рихарда Маурса и Екаба Легздиньша, потрясающие стенные росписи – работа Херманиса Гринбергса и Элерта Трейлона.

Спроектированное здание построили быстро. Открылось оно за два дня до Нового года, 30 декабря 1923 года. Кроме немых фильмов, в кино была и театральная сцена, и играл живой оркестр.

Сколько фильмов видел этот кинотеатр! Сколько людей любовались действом, сидя в мягких креслах в зале, на балконе или в ложах. В фойе был буфет, читальня со свежими газетами и журналами.

Не даром он в 1947 году занял второе место, а в 1948 – первое во Всесоюзном смотре на лучший кинотеатр СССР! Он воистину, был лучшим!

Вероятно, кому-то это сильно мешало. Поскольку в 50-х, он был переименован и получил более «политкорректное» название «Рига». Да и скульптуры сабинянок не стали реставрировать. Вместо них поставили бронзовые копии скульптора Геннадия Степанова.

С детства помню ощущение культурного шока, когда ребенком впервые пришла в «это кино»: колонны, фойе с мягкими креслами, стоящими на наборном полу под потрясающей красоты расписным потолком, Неслыханная вещь - ложа, обставленная стульями, «как в музее», - а это и вправду были стулья в стиле барокко, – и на это можно садиться!

Splendid Palace являл собой действительно оазис культуры и эстетики в самом сердце Риги. Это был эталон жизни!

Сегодня кинотеатр отреставрирован и включен в список памятников архитектуры республиканского значения.

Ему возвращено историческое имя «Splendid Palace»! Правда, сейчас в зале уже нет тех лож и тех, «как в музее», стульев, вместо них современные кресла, суть неизменна – здесь есть роскошь, здесь есть эстетика и здесь есть тайна. Тайна прикосновения к прекрасному.