Кот и его человейка

Глава 1

Знаете, когда вам отгрызают хвост, это очень паршиво. И ещё паршивее, когда это ваше первое воспоминание.

Так что я осознал себя одновременно с ужасом неминуемой мучительной смерти. Я орал как... Как поедаемый заживо котёнок. То есть, скорее всего, я тонко и жалобно пищал. Но мне повезло. Она услышала и не прошла мимо. Она была прекрасна! И сияла как звезда.

Каким ветром занесло её на помойку? В минуты нежности, целуя меня в мордочку и прижимая к себе, она говорила что-то типа:

⠀

— Ты спас меня от смерти!

Сначала я сильно недоумевал. Ведь было явно наоборот.

Теперь я знаю больше.

Но что толку?

Моя бесстрашная ласковая добрая человейка уехала неизвестно куда.

А я, вместо того чтобы урчать на её коленях и покусывать пальцы, вместо того чтобы петь ей песенки и играть с перьями на палочке, бегу вдоль дороги, неизвестно куда.

А всё из-за бабочки.

В тот день человейка моя была не в себе. Включила громкую противную музыку, орала и швыряла вещи. Я заныкался под кресло и ждал, когда всё это кончится. Когда она уйдёт. Я её люблю, но люблю и побыть один, особенно когда она не в себе. Или, когда приходят гости, и начинает плохо пахнуть.

От неё иногда плохо пахнет и без гостей, и тогда я тоже прячусь. Потому что в такие минуты она слишком сильно меня сжимает, и я ору и царапаюсь. Тогда она визгливо смеётся, и кричит, что все, кого она любит, делают ей больно.

Ну, если она всех так стискивает, то неудивительно. Я вам со всей ответственностью скажу: любишь — не сжимай!

Она отшвырялась, и откричалась и вытащила меня из под кресла. Я паниковал и защищался. Наверное, переусердствовал, но она тоже была не слишком-то деликатна. Думал, может отстанет. Но нет. Она принесла меня в машину и мы поехали.

Ехали долго. Она опять включила музыку, и пела фальшиво и громко. То смеялась, то плакала. То ругалась. И все время заводила одну и ту же песню, от которой у меня шерсть дыбом вставала на загривке.

Сознаюсь, я хотел убежать. Но мне было страшно.

Однако, выпрыгни я из окна тогда, я бы сейчас не чувствовал себя таким дураком, у меня было бы какое-никакое, но оправдание.

Но я выпрыгнул, когда мы стояли на автозаправке.

И вот тут мне оправдания нет. Потому что только совсем глупый котёнок может, забыв про всё, погнаться за бабочкой. Это ведь даже не еда!

Бабочка сломала мою жизнь.

Никогда не знаешь, кто станет твоим главным врагом.

Я дико боюсь крыс. Может матёрым котам убить крысу как почесаться. Но я до сих пор не матёрый. Я пушистый, голубоглазый, у меня слишком маленькие когти и зубы. Я родился зимой, и про осень знаю лишь по рассказам людей.

Вы знали, что кошки понимают человеческую речь? Это наша тайна, так что, конечно, не знали.

Мы рождаемся с этим умением. Потом некоторые его теряют. Но не я! Никки не собирается терять умения, он собирается их умножать. Никки — так назвала меня моя человейка. Хорошее имя для чёрного кота, дьявольское. Очень здоровское. Подошло бы невероятно, если бы, конечно, я Был чёрным котом. Но, я ни разу не чёрный, я даже не рыжий, я ужасного кремового цвета, с ванильными разводами и длинными белыми усами. Втайне я мечтаю одним прекрасным утром подойти к зеркалу в гостиной и увидеть там худющего брутального чёрного котяру с зелёными злыми глазами, покрытого шрамами! Грозу собак, котов и крыс. Да и люди пусть сторонятся, никакого "ми-ми-ми", только "тьфу-тьфу-тьфу", только хардкор!

Но пока единственный штрих к портрету брутального мачо моей мечты — это отсутствие у меня хвоста.

А вот он лучше бы оставался. Но, увы. Это моя самая большая боль и утрата. По крайней мере, так было до сегодняшнего дня.

И до сегодняшнего дня своим личным расовым врагом я считал крысу. Ведь именно крыса лишила меня хвоста, когда я был ещё совсем крохой.

Вот у вас какое первое воспоминание в жизни? Погремушки перед носом? Мама целует вас в макушку? Может первая прогулка, поездка, что-то вкусное?

Мое первое воспоминание ужасно и прекрасно.

Моя детская кошачья память запечатлела одновременно два образа — врага и спасителя.

Видимо, меня выбросили. Теперь я могу только гадать кто и почему. Я попал на помойку. Прямо в мусорный бак. А мой расовый враг пришел туда пожрать.

Но с тех пор я видел крыс только издалека. И ничего плохого они мне не делали.

Так что теперь мой враг — бабочка.

И я сам.

***

Люди, швыряющие еду из окон машин! Один котёнок желает вам добра и счастья. Не будь вас, я быстро стал бы очень невесёлым котёнком. А потом очень мёртвым котёнком.

Что-то гены моих хищных предков никак не хотели просыпаться. Я честно пытался охотиться. Но моей добычей стали только весьма обидный хохот воробьёв и застрявший в зубах пух. Я решил, что мои реакции притупились из-за голода. Логично. Но неутешительно. Какая-то безвыходная ситуация получалась — я голоден, и поэтому не могу хорошо охотиться. Я не могу охотиться, и поэтому я так и буду голоден! Все голоднее и голоднее! И умру!

И вот, как раз на горестной мысли "и умру", я почуял знакомый запах! Раньше он мне не нравился, но сейчас!.. Вопя от счастья, бросился я на этот запах, надеясь увидеть, что моя человейка сидит в кустах и ест свой любимый вонючий гамбургер, запивая его из бутылки.

Её, конечно, не было. Но был полузавернутый, испачканный в земле, великолепный, восхитительный объедок!

Никки спасён!

И тут шерсть на загривке встала дыбом. Другой запах, запах моего личного ужаса, ворвался в ноздри и заставил замереть на месте, выгнув спину.

Крыса. Хотел бы я сказать: "Серая тень метнулась передо мной и забрала надежду на спасение". Нет. Мерзкая тварь неторопливо, вразвалочку, самодовольно ухмыляясь (ой, ну ухмылки я не видел, но вероятно она была), прошествовала мимо и впилась зубами в мою еду.

Иногда трус так и остаётся трусом всю жизнь. Иногда постепенно мужает. Ваш друг Никки возмужал за доли секунды! Несуществующий хвост встал трубой, я почувствовал себя тем самым злющим Никки-дьяволом, дерзким пиратом, грозой округи. Я взвыл и, подпрыгнув, вцепился в спину врага всем собой, каждым когтем и зубом, не переставая выть.

Говорят, крысы бесстрашны. Моя испугалась. Я почувствовал кислый запах страха. Это придало мне ещё больше сил. Что-то хрустнуло под зубами. Рот наполнился солёным. Впервые я ощутил вкус крови.

И это был вкус победы!

Я стоял над трупом поверженного врага, и, урча, жевал... нет, не тушку крысы, а вонючий гамбургер. Не спрашивайте, почему.

Хотя я не стыжусь, нет! Гамбургер был свежевыкинутым, а вот крыса явно знавала лучшие дни. Вот почему она так вяло двигалась!

Покрытое струпьями, облезлое тело, да и хвоста почти нет, как у меня, только мой-то не от старости отвалился!

⠀

Сейчас я думаю — хорошо, что никаких зеркал не было поблизости. Уж больно хорош я был в своём воображении. И, плевать, что враг был дряхл. Я победил свой страх, и это было ого-го какое событие!

⠀

За неимением зеркала настоящего, я вообразил зеркало призрачное, и гордо прошёлся перед ним. Мне довольно подмигнула чёрная наглая морда в шрамах, прищурив зловещий яркий глаз:

⠀

— А ты не про́мах, красавчик!

⠀

***

⠀

Слышали о кошачьей магии? Нет?

Щас расскажу кое-что. Например, нам необязательно учиться. Меня вот никто не учил убивать крыс, а я сумел! Также никто не учил меня находить дорогу домой. Но я точно знал, куда надо бежать.

⠀

После обеда я вылизал свою шерсть, вздремнул и отправился в путь. Светило закатное солнце, и мне было весело и хорошо. Повинуясь компасу в своей голове, я не стал петлять вдоль дороги, меня вела путеводная кошачья звезда. Напрямки. Аккурат к дому моей человейки. И я был не один. Чёрной тенью рядом бежал демон с хитрым прищуром зелёных глаз и одобрительно поглядывал в мою сторону.

Будь моё путешествие дневным, мне мешали бы и люди и собаки, но ночь — друг кошек. Особенно летняя ночь.

⠀

Человечий ребёнок растерялся бы, люди очень плохо видят в темноте. Моя человейка, просыпаясь, часто спотыкается по дороге в собственный туалет, а уж казалось бы, её она изучила неплохо.

Люди вообще нелепые существа. Больно смотреть, как неловко они падают. И чувство опасности у них почти не развито. Но всё-таки есть в них что-то привлекательное. Умилительное. То, за что мы их любим. Ведь если подумать, зачем они нам?

⠀

После заката солнца мои чувства обострились, и я, фыркая от возбуждения, втягивал воздух и вслушивался. Ночь была прекрасна. Миллион запахов, миллион звуков! Да, все кошки неплохо видят в темноте, но это не главное. Зрение даёт ничтожно мало. Нюх, слух и кое-что ещё, для чего нет слова в человечьем языке — вот наши помощники.

Можно упростить, сказав, что я почуял запах ручья. Но это не совсем так. Я ощутил, что он недалеко, левее моего пути. Запах почти неуловим, звук едва слышен, но вместе с эдаким ощущением "сырости" они сработали чётко.

Я жадно лакал воду и навсегда давал себе зарок полного отказа от фастфуда. Здесь же, у ручья, я поймал мышонка, и сожрал его с аппетитом и уважением к себе.

Снова опустив мордочку к воде, я увидел Никки-демона. Он широко зевнул и подмигнул мне:

⠀

— Начинаешь мыслить здраво, малыш.

⠀

Я даже замурлыкал, так мне было приятно. Мои лапки начали перебирать береговую траву.

⠀

— Накой она тебе? Спасла из помойки? Так ты уже отдал свой долг. Сам же помнишь, она говорила, что это ты спас её от смерти.

⠀

Я всё ещё перебирал лапками, но моё мурчание стало низким и зловещим.

⠀

— Она меня кормит!

⠀

Чёрное отражение рассмеялось. "Да, конечно, — разозлился я, — это уже не катит как объяснение".

⠀

— И то, что там есть мягкая кроватка, тоже не прокатит. Сколько раз ты засыпал на подоконнике, батарее, клавиатуре? Ничуть не хуже высыпался? А в кустах сегодня развалился как король, не помню, чтобы ты страдал по одеялу!

⠀

Я замер и зашипел.

— Подумай хорошенько, малыш Никки. Я предлагаю тебе свободу. Ты будешь убивать, чтобы есть. Убивать, чтобы жить. А когда ты не голоден, ты можешь играть со своей жертвой, наслаждаясь её беспомощностью. Питая её ужасом своё могущество. Право отнять жизнь или подарить. Ты станешь настоящим котом, котом своей мечты!

⠀

— Я... Я не уверен...

⠀

— Превосходство. Независимость! — зелёные глаза приблизились ко мне, затягивая и дурманя. — Она не нужна тебе, твоя человейка. Она никчёмная, шумная и от неё плохо пахнет.

⠀

— Да... — тихо мяукнул я. — Она не так уж и нужна мне.

⠀

Отражение довольно ухмыльнулось и выпрямилось во весь рост, задрав хвост. Шикарный хвост. Которого у меня никогда не будет.

Да и пусть. У меня было что-то другое, значительно важнее.

⠀

— Зато я нужен ей! — я шлёпнул растопыренный лапой по воде. Когда круги разошлись, на меня смотрела светлая юная мордаха, топорща белые усики. Малыш-Никки.

⠀

Я отвернулся и побежал в сторону севшего солнца. Компас в моей голове работал отменно.

***

— Поверить не могу! Она не взяла своего котёнка! Кс-кс-кс!

⠀

— Я тебе не "кс-кс-кс", я Никки - губитель крыс, и я ужасно хочу есть, и если ты меня не покормишь, я пойду и убью кого-нибудь!

⠀

— И мяучит так жалобно... Иди сюда...

⠀

Я выскочил из коробки для газет, моего временного пристанища, и начал тереться об его ноги.

А потом первым проскочил, едва он отворил дверь. Дверь напротив той двери, за которой меня никто не ждал.

То, что за нашей дверью никого нет, я понял сразу, но всё равно долго царапал её, а потом забрался в коробку для газет.

Я чувствовал себя обманутым. Причем самим собой. С чего я решил, что моя человейка будет ждать меня дома? С чего я решил, что она поймёт, что я вернусь? С чего, крысы меня раздери, я решил, что я ей нужен настолько, что она вернётся проверить, не вернулся ли я? Будь я человечьим детёнышем, я бы заплакал. Но я был котёнком. И я уснул.

Мне снился демон-Никки, кривящий пасть в глумливой ухмылке. Мне снился уезжающий автомобиль и глупая бабочка. Мне снилось, что у меня вырос хвост, и что моя человейка смеётся и сжимает меня в объятиях, а я недовольно бью её хвостом, вместо того, чтобы царапать, и она понимает и ослабляет хватку. А потом я проснулся, потому что почуял его, присевшего на корточки рядом.

Я его видел всего пару раз. Но чуял гораздо чаще. Иногда он долго стоял под дверью, под нашей с человейкой дверью, топтался и вздыхал, а потом уходил к себе.

А она заходила к нему, один раз, когда потеряла ключи, вот тогда я его увидел впервые. Сосед мне понравился. У него хорошо пахло. И он сразу налил мне молока в очень тонкое блюдечко.

⠀

Вот и сейчас он это сделал.

⠀

— Осиротели мы с тобой, котейка, — сказал он. Наполовину я согласился, хоть мне и не понравилось, что он примазался к моему горю.

Я пошел исследовать новый дом и решать, остаться здесь, или вернуться на развилку и пойти иным путем. Люди с трудом осознают и признают свои ошибки. Коты — другое дело! Они их не совершают. Мы всегда можем вернуться на развилку, где выбрали путь, и пойти другим.

Я запрыгнул на диван и подмигнул демону-Никки, топорщащему поломанные усы из отражения в окне.

И тут я увидел её.

⠀

Она смотрела на меня с большого листа на стене. И сияла как звезда.

⠀

Листов было много. Я крутил головой в полном обалдении. О, кошачьи боги, да наш сосед гений! Пожалуй, не все смогли бы узнать в этих изображениях мою человейку. В них было не так и много внешнего сходства, но в каждом жила её душа. Оказывается некоторые люди тоже владеют магией!

⠀

— Нравится?

⠀

Как тихо он вошёл. Или это я засмотрелся?

⠀

— Малыш, давай рискнём. Ты и я. Она уехала... И я знаю куда. И...

⠀

И тут он схватил меня и выбежал из дома.

⠀

Мы проехали совсем немного. Аккурат до моста над рекой, куда впадал мой вчерашний ручей. Не знаю, кто из нас первым заметил её. Я завопил:

⠀

— Человейка!

⠀

А он вдарил по тормозам.

⠀

Невероятно, но она не упала в реку. Хотя стояла на краю ограждения и раскачивалась.

⠀

Всё замедлилось. Она повернула голову, длинные волосы ветром бросило на лицо. Он выскочил. Встречная машина резко развернулась и завопила, стукнув его в бок. Он, припадая на одну ногу, бросился к ней, я вылез следом и проскользнул под машиной. Она взмахнула руками:

⠀

— Никкииии!

⠀

И потеряла равновесие.

⠀

***

⠀

Мы, коты, любим воду. Но только пить. Люди же часто в неё лезут, поэтому я не удивился, когда сосед, не раздумывая, подтянул свое тело и бросил его через ограждение.

⠀

Я же забрался обратно, и, помня вчерашний опыт, твердо решил не вылезать, даже если придётся просидеть весь день. И даже если прилетят воробьи.

⠀

Приехали ещё какие-то очень вопящие машины, и резко закричали люди. Я сидел, прижав уши, весь ощетинившись, и ждал. Наконец я уловил знакомые голоса, мне стало спокойно, и я опустил шерсть, а уши поднял.

⠀

Вскоре мы поехали домой. Человейка была вся мокрая, и я её расцарапал, вырываясь. Тогда она засмеялась и заплакала, и это было привычно. Непривычно было то, что мы не пошли к себе, хотя я недвусмысленно покричал у двери.

⠀

Потом эти двое возились в ванной, мало им было реки, и оттуда моя человейка появилась, завёрнутая в сухое, вошла в комнату с листами на стенах и стала крутить головой не хуже меня.

⠀

А следом вошёл он, и я почувствовал, что его трясёт.

Он стоял, спокойный-спокойный, прислонившись к дверному косяку, но я аж сам затрясся, такая от него шла жуткая волна. И он следил за её спиной, так внимательно, как будто он кот, а она мышь, и это его последняя мышь в жизни.

⠀

Я всё думал, что моя человейка засмеётся, и скажет: надо же, это я, здорово как! Но она повернулась, и произнесла:

⠀

— Боже мой.

⠀

И шагнула вперёд. И ещё.

⠀

И, что хотите говорите, но кошачья магия не обманывает. В ней что-то изменилось. Как будто лопнула чёрная скорлупка, и завитками дыма растаяла в воздухе.

⠀

И я сказал им:

⠀

— Думаю, пора обниматься. И не забудьте меня покормить.