Кошачий Феминизм

Глава 1

Бытует мнение, что лучше отдавать предпочтение котам, а не кошкам. Поскольку кошка приносит приплод, а стерилизация — против природы и вообще жестоко. Поэтому из каждого помёта котов разбирают охотнее, а вот кошек... чаще всего выбрасывают на помойку или и вовсе убивают.

Причем утопить — это еще самый гуманный способ лишения жизни маленьких пушистиков. Знавала я человека, который бросал котят в мешок и бил по ним молотком. И так каждый раз, когда его кошка приносила приплод, то есть по нескольку раз за лето.

Некоторые просто не знают, что кошку можно стерилизовать. Наверное, поэтому и существует мнение, что когда выбираешь котенка — надо брать котика, а не кошечку. Когда-то я так и делала.

Первый мой был белым с серыми пятнами, скверным характером и непреодолимой тягой к ночным концертам: «Мяу! А мне пофиг, что вы спите! Мяу!» К моему большому облегчению, он подолгу пропадал неизвестно где. А в начале первой своей зимы ушел и не вернулся, подозреваю, его съела соседская собака.

Второй был черным с белыми носочками и грудкой такого же цвета, очень красивый. Характер как у первого, только в сотни раз хуже. Каждый день закатывал истерики и требовал внимания, иначе ему, видите ли, скучно. А если этому чертенку скучно — значит, грядут жертвы и разрушения: поразбрасывает обувь и коврики, раскатает туалетную бумагу или наложит кучек по углам. Продержался еще меньше, чем первый, пропал когда ему было два месяца с лишним. Но вряд ли его съела собака, этот засранец и сам мог кого угодно съесть, ну или довести до белого каления.

Тогда я и решила: никаких больше котиков, не получится из меня кошатницы. Ну и ладно, накуплю мышеловок и яда для мышей — ахимса ахимсой, а Карфаген должен быть разрушен.

Однажды возвращалась домой и увидела, как на обочину скоростной трассы выбросили котенка и умчались прочь. Я схватила маленького котика как раз перед прошмыгнувшим автомобилем — пушистик чуть не выскочил под колеса.

Белый, только около ушек два маленьких черных пятна, а на спине — большое, и хвост черный. Бедняжка жалобно мяукал и порывался бежать за своими прошлыми хозяевами. Только когда я принесла пушистика домой и налила ему молока, он успокоился. А попив, сел печально на пороге, всем видом будто говоря: «Ну ладно, буду теперь здесь жить».

После похода к ветеринару оказалось, что это кошка, и у нее целый букет болезней: кошачий грипп, еще что-то инфекционное, дерматомикоз, глисты и блохи. Все вылечили и вывели. Также ветврач сказал, что надо чтобы она хотя бы раз родила, а потом уже — стерилизовать, как только лактация закончится. Сейчас информация о необходимости родов считается устаревшей, но в те времена дела обстояли именно так.

В паспорт кошку записали Никой, сама же я чаще звала ее Засраночкой. Истерик тёзка богини победы никогда не закатывала, обувь почти не разбрасывала, туалетную бумагу не трогала и всегда исправно ходила в лоточек. Когда я сидела за компьютером, она приходила и ложилась мне на ноги, неистово ластясь и мурлыча. Очень любила когда ее брали на ручки и чесали, особенно — животик.

Только когда я лежа работала за компьютером, Засраночка запрыгивала на меня и обязательно по сиськам, как по асфальту, а потом еще попой на клавиатуру. Поэтому я окрестила ее Никой Достоевской. Не в честь писателя, а в честь того, что она уже достала. И тем не менее, в сравнении с моими бывшими питомцами, Засраночка была ангелом.

Мышей хорошо ловила и никогда надолго не пропадала. Иногда, бывало, точила когти о мебель. «Пани Достоевская, вы опять по пушистой попе захотели?!» — кричала я, и она сразу же прекращала это безобразие, прижавшись к земле и всем своим видом будто говоря: «По пушистой попе? Ну что вы! Нет, не хочу!»

Весной у Засраночки появились претенденты на руку и сердце. Один — темно-серый с желтыми глазами и посредственными манерами. В порыве страсти бросался к ней, требуя любви, на что Ника отвечала категорическим отказом: «Ну что вы, сударь! Я не такая!»

Второй — сиамский аристократ цвета светлого капучино. Его лапки, ушки и хвост окраской напоминали темный кофе, а глаза — зимнее небо. Истинный красавчик. Сидел рядом, созерцая пани Достоевскую томным взглядом и что-то нежно ей мурлыкал: «Сударыня, вы так прелестны в этом туалете». Она внимательно слушала, навострив ушки, и смущенно опускала глаза: «Ах, вы мне льстите».

Потом темно-серый с сиамским закатывали серенады под окнами и устраивали бои без правил, а я гоняла их метелочкой. «Смотри же, Ника, чтобы котята были похожи на сиамского красавчика», — напутствовала я Засраночку. И она, видимо, вняла моим увещеваниям. Два котенка оказались наполовину сиамскими. Оба — мальчики с синдромом гиперактивности.

Котят-активистов я быстро раздала знакомым. Эти полукровки, правда, попропадали без вести еще до начала пубертата. Но что с них взять, мальчики ведь. Засраночка со мной уже семь лет, тьху-тьху. Но, право слово, редкий котик мог продержаться так долго в той местности где я жила — с собаками, которых каждую ночь выпускали на улицу.

А еще говорят: «Когда выбираешь котенка — бери котика, а не кошечку». Отчего такой сексизм? Только потому, что кошка каждое лето приносит приплод? Так ее можно стерилизовать. Кошка держится дома, ловит мышей лучше, чем кот, не буйствует и не требует чтобы с нею играли. Только иногда хочет чтобы ей чесали животик и довольно при этом мурчит.

Жаль, что некоторые люди не знают, что кошку или собаку можно стерилизовать и выбрасывают их на дорогу. А ведь там их может переехать машина или постигнуть голодная смерть. Холод, болезни, хищные животные — да что угодно. Из любого помета мальчиков разбирают охотнее, не зная, что у девочек характер намного лучше, они ласковее, спокойнее и добрее.

При выборе котенка обязательно брать котика, а не кошечку? Ну уж нет, теперь-то я знаю, что выбирать надо кошку. И утверждение о том, что стерилизация — против природы, для меня не аргумент. Во всяком случае, уж лучше стерилизовать, чем выбрасывать на помойку или убивать котят. Такой вот кошачий феминизм.