Колыбель жизни

Глава 1

Часть 1.

Жизнь обычного небольшого армянского городка текла однообразно и размеренно: каменные дома стояли стайками, образуя дворики, где мальчишки гоняли мяч, а тетки развешивали на верёвках стираное белье.

История началась на третьем этаже одного обычного дома в не совсем обычной семье. Семья - это мать и двое детей - мальчик девяти лет и годовалая девочка. Девочка все время плакала, что сильно раздражало брата и утомляло и без того уставшую мать, которая вот уже битый час никак не могла угомонить плачущего ребёнка.

- Я хочу лепёшку! Я хочу лепёшку! - сильно нажимал на мать сын.

Но в доме хлеба не оказалось, зато его продавали совсем рядом на углу. Просто кому-то нужно было спуститься вниз. Мать пыталась успокоить рыдающую дочку, а сын продолжал требовать лепёшку. Никто из троих не мог пойти вниз за хлебом по разным причинам. Причина, по которой не могла пойти дочка всем понятна. Что касается матери, она не хотела оставлять орущего ребёнка, и идти с ним вниз тоже было не совсем удобно так как не хотелось заполнять детским криком весь дом. А сын ... Вот здесь как раз наступает момент, когда нужно объяснить почему это семья была не совсем обычная. Дело в том, что мальчик с рождения был необычным и воспринимал мир по-своему, не так как все в этом обычном городке, поэтому объяснять и заставлять его что-то сделать было практически невозможно. Атмосфера накалилась, мать покрылась потом, орущий ребёнок стал пунцовым, а сын сделался серо-злющим. Где-то должно было быть решение. И мать его нашла.

Она сказала: «Последи за сестрой 3 минуты, а я сбегаю вниз за хлебом». Дверь захлопнулась и стало слышно, как сквозь детский крик тикали часы: 1 минута, 2 минуты, 3 минуты. Мать уже летит с хлебом вверх по лестнице на третий этаж. Но ещё не дойдя до своей квартиры, она ощутила всем нутром что что-то было не так. Её смутила странная подозрительная тишина, которая как густой дым медленно исходила из их квартиры. Мать вихрем ворвалась в комнату. Сын спокойно сидел на диване и улыбался. А где же дочка? Глаза как стрелы вонзаются в каждый сантиметр пространства, дочки нигде нет. Пустота, тишина, тиканье часов, улыбка сына и открытое окно.

- Где она? – материнский крик пронзил тошнотворную тишину.

- Я очень устал, мне нужна тишина! - мягко улыбнулся сын, указывая на открытое окно. Удары сердца матери пошатнули пространство, она бросилась к окну перегнулась, вонзив свои глаза в каменный двор.

Страх разлился как кипяток из лопнувший чашки, но внизу она ничего не увидела.

- Где твоя сестра? – отчаяние страшной догадки сорвалось с её уст.

- Мама не волнуйся она там, она очень кричала, и я очень устал. Я её бросил вниз теперь нам всем хорошо! Она не плачет, я улыбаюсь.

Хорошо было не всем, мать стремглав бросилась вниз. Выбежав на улицу она, как ищейка стала обнюхивать, исследовать каждый сантиметр двора. Пустота. Время летело пулей и вязло в неизвестности.

Прошла вечность, мать села посередине двора и зажав голову руками начала выть и раскачиваться. Из соседних окон появились головы, они не понимали, но тоже страдали. Многие соседи спустились вниз. Двор заполнился симфонией отчаяния и горя. Оркестр безысходности набирал силу.

И вдруг в этот стройный ряд трагизма и горечи ворвался тонкий серебряный писк, нарушивший мелодию тьмы и страха. Писк был светлый и слабый. Поэтому, как по взмаху палочки невидимого дирижера, вся симфония мгновенно прекратилась, давая дорогу непонятному, негармоничному серебряному звуку. Этот источник звука исходил из пододеяльников, болтавшихся на верёвке вместе с другим бельем, которое соседи повесили сушить ещё утром.

Все бросились к сверкнувшей надежде. Мать бежала впереди. Схватив раздувшийся на ветру пододеяльник, она ощутила родное живое тепло. Девочка улыбалась и практически была счастлива от того, что оказалась в этой колыбели жизни, раскачиваемой тёплым ветром. Пролетев два этажа и попав в пододеяльник, убаюканная ветром девочка, как в колыбели погрузилась в спокойный безмятежный сон. И только громкая симфония женского горя вывела её из этого блаженного состояния.

P.S. Вот так началась и продолжалась жизнь одной армянской девочки из обычного армянского городка. Сейчас Асмик, так звали эту девочку, уже 30 лет, но её приключение на этом не закончились, но это уже другие рассказы и другие истории.

Часть 2.

У каждого своя звезда

Так вот, это было только начало странных и необычных событий, которые преследуют её по сей день. Случаев было много, и леденящих душу и смешных. Одним из них я и хочу поделиться с вами.

Однажды Асмик - подруга моих дочерей, собралась с компанией отдохнуть в Египте. Разместившись в одном из отелей прямо на берегу Красного моря, стайка молодых девчонок начала свой активный, энергичный и изнуряющий отдых. Дни летели быстро.

Обласканные днем морским теплом, Солнцем и масляными глазами египетских мужчин, однажды вечером шестеро подруг неспешно прогуливались по сказочно красивым дорожкам среди пальм и цветов. Они шли неторопливо и щебетали. Беседа была оживлённой, так как тема волновала всех - надо ли рано выходить замуж? Этот вопрос висел в густом и тёплом египетском воздухе. Вечер был тихий, но обсуждение становилось громким. Вся стайка девчонок брела на дорожке - с одной стороны море, а с другой кусты и пальмы. Воздух и без того тёплый ещё больше прогревался от их эмоций. Асмик мирно брела позади всех и изредка выбрасывала свое мнение. Наконец все высказались, выдохнули, успокоились и пришли к единому мнению, что замуж рано выходить не надо. И на какое-то время воцарилась звенящая тишина, как вдруг, Асмик разрезал эту тишину, впрыснув свой вопрос.

- А может быть вообще не надо выходить замуж? - Вопрос имел эффект внезапного ледяного ливня, который обрушился на стаю птиц.

Девчонки встрепенулись, начали галдеть, трещать, трепетать руками словно крыльями. Мнения разделились, и египетская блаженная тишина заново разорвалась возбужденными криками, спором и шумом этой стаи. Девчонки до хрипоты и размахом в несколько октав отстаивали свою точку зрения. Асмик по-прежнему брела сзади компании, принимая активное участие в споре, и как профессиональный игрок в теннис отбивала любой мяч.

И вдруг, очередная подача мяча, а от Асмик ответного удара нет. Все обернулись и застыли - Асмик на дорожке не было. Фонари прекрасно освещали путь слева заборчик у моря, справа пальмы и низкий кустарник. Недоумение достигло такого абсурда, что все посмотрели вверх на небо. Взгляды беспомощно метались от земли к небу и хотели зацепиться за что-нибудь. Но увы подруги нигде не было…

- Асмик, ты где? - зашептали девчонки. Мертвая тишина. Луна освещает землю и смеется. Шепот переходит в крик, а потом в панику.

Время как будто замерло.

- Она, как сквозь землю, провалилась. - Прошептала одна из девчонок.

И, вдруг, откуда-то, как будто из недр Земли, послышался глухой и далёкий голос.

- Я здесь, под землёй, провалилась! Помогите!

Все упали, приложили уши к земле и стали ползти на зов. Неожиданно они оказались рядом с открытым канализационным люком. Девчонки в ужасе замерли - там внутри была Асмик, - живая. Как потом выяснилось, люк был довольно глубокий, но узкий и весьма упитанная Асмик, падая вниз зацепилась ремнем за какой-то выступ или крючок и как мешок беспомощно повисла на нем.

Асмик висела в канализационном люке между небом и землёй, и глядела в чёрное египетское небо с разбросанными серебряными звёздами, и тихо плакала.

Но история закончилась удачно, Асмик вытащили, потом все смеялись, обнимались, плакали, и вдруг, она упала на колени, подняла голову и руки к небу.

- Вот-вот, это она меня услышала! - тыкая в небо рукой закричала Асмик, - она меня услышала и спасла! Я висела на крючке, смотрела в небо на эту звезду, плакала и молилась. Она меня услышала и потом передала сигнал вам.

Все посмотрели наверх и увидели тёмное небо, усыпанное серебряными звёздами. Из всей бесконечности каждая девчонка увидела одну звезду, именно ту, которая помогла Асмик, но на самом деле, каждая увидела - Свою звезду.