
Колодцы
Вилла присматривается ко мне, вслушивается в мои мысли, переводит на свой язык. Арабские фрески и узоры на коврах становятся моим вторым одеянием, оплетая мои лодыжки и склоняя свои головы мне на плечи.
Я делаю несколько глотков куантро прямо из квадратной бутылки, обжигая рот слишком крепким ликером.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1Вилла присматривается ко мне, вслушивается в мои мысли, переводит на свой язык. Арабские фрески и узоры на коврах становятся моим вторым одеянием, оплетая мои лодыжки и склоняя свои головы мне на плечи.Я брожу по темным комнатам с шелковыми гобеленами и изразцовыми плитами, читаю их истории и пытаюсь представить тех, кто жил здесь до меня. Вскоре мне предоставляется такой шанс. Кожаная папка с рукописью лежит на письменном столе кабинета, устланного черным ковром. Кожаное черное кресло с высокое спинкой и несколько литографий со сценами дантовского Ада довершают мрачную атмосферу этой комнаты.Рукопись была исписана красными чернилами и довольно хорошо сохранилась. Аккуратный ровный почерк мог принадлежать как женщине, так и мужчине.Чувствуя на себе чей-то неподвижный взгляд, я открываю кожаную папку и начинаю читать.-----Я помню, как родилась.Быть может, потому что родилась мертв…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.






Комментарии 0