Клён ты мой опавший

Глава 1 Двоеженец

История эта произошла довольно давно, ещё в послевоенные годы, в далёком краю с суровым климатом, в одном населённом пункте, не слишком большом, чтобы можно было что-то скрыть от односельчан, а уж тем более от ближайших соседей.

Назовём место действия условно, скажем, пусть будет Покровка. Деревни с таким названием встречаются едва ли не в каждой области нашей необъятной страны. Действующие лица этого рассказа как раз жили в одной из таких.

Люди того времени были очень сплочёнными, всех объединила общая беда. Ни одну семью война не обошла стороной, в каждом доме ждали возвращения своих мужчин, верили, что осталось совсем немного подождать и враг будет разбит.

В тылу остались лишь инвалиды, женщины с детьми, да глубокие старцы, кому и винтовку держать было не под силу. Все 4 года оставшиеся работали до изнеможения и жили одним лозунгом, повторяя, как заклинание, или шепча, как молитву: "Всё для фронта, всё для победы".

В семье Фадеевых тоже ждали возвращения мужа и отца, Захар ушёл одним из первых, ещё в самом начале войны. В большом просторном доме, отстроенным всем миром, осталась беременная красавица жена и двое ребятишек погодок, дочь Марьюшка и сынишка Павлуша.

Какое-то время молодые проживали в родительском доме Захара, а потом отделились. Отношения со свекровью были нормальными, а вот золовка вековуха крепко невзлюбила жену брата.

У самой Раисы жизнь не складывалась, а смотреть на чужое счастье было невыносимо. Шура была неместная, в своё время муж привёз её из города, куда подался на заработки, думая обосноваться там навсегда. Но истинно деревенскому жителю городская жизнь пришлась не по вкусу.

Захар Фадеев был видный парень, голубоглазый кудрявый блондин, рослый, косая сажень в плечах. Немало девичьих сердец было разбито, когда он наконец решил остепениться и женился на городской фифе.

То, что она и не фифа вовсе, а простая девушка, воспитанница детского дома, односельчане узнали не сразу. Мать её умерла родами, отец был неизвестен, родственников, которые захотели бы взять сироту к себе в дом, не нашлось.

Александра была красива какой-то нездешней красотой, отец скорее всего был из басурман. Знал ли он вообще о существовании дочери, похожей на него, как две капли воды? Да какая теперь разница, коли выросла она без него? Захар, как увидел девушку, так сразу захотел жениться.

Глаза большие, чёрные, взгляд с поволокой, брови вразлёт, красиво изогнутые, будто нарисованные, нос с небольшой горбинкой, мягко очерченный овал лица, средней полноты губы, каштановые волосы, густющие, волнистые. В общем, Шамаханская царица, да и только, в такую грех не влюбиться.

От трудностей она не пряталась, работы тяжёлой не чуралась и людей не сторонилась, со всеми была открыта и приветлива, а уж певунья какая. Бывало, как запоёт, любо дорого послушать.

Петь девушка нигде не училась, просто от природы обладала хорошими вокальными данными. Романс "Клён ты мой опавший" звучал из её уст наиболее гармонично. Уже тогда существовало несколько вариантов этой песни на потрясающие стихи Сергея Есенина, которые исполняли на все лады.

Клён ты мой опавший,

Клён заледенелый,

Что стоишь, нагнувшись,

Под метелью белой?

Или что увидел?

Или что услышал?

Словно за деревню

Погулять ты вышел

И, как пьяный сторож,

Выйдя на дорогу,

Утонул в сугробе,

Приморозил ногу.

Ах, и сам я нынче

Чтой-то стал нестойкий,

Не дойду до дома

С дружеской попойки.

Там вон встретил вербу,

Там сосну приметил,

Распевал им песни

Под метель о лете.

Сам себе казался

Я таким же кленом,

Только не опавшим,

А вовсю зеленым.

И, утратив скромность,

Одуревши в доску,

Как жену чужую,

Обнимал березку.

Раньше ведь как бывало, молодёжь собиралась в клубе на танцах, а те, что постарше, семейные, встречались между собой в основном за столами на посиделках, пели песни под гармонь, да и так просто.

Когда Захара Фадеева с другими односельчанами провожали на войну, тоже звучал этот романс в исполнении Александры, да и другие песни. Первое время он часто слышал во сне звуки волшебного голоса любимой жены, это помогло ему выжить во многих боях.

Когда человек успел измениться, совершенно непонятно. То ли война злодейка всему виной, да осознание того, что мог погибнуть в любую минуту, но в какой-то момент Захар перестал хранить верность своей Шурочке.

Сама она ждала его честно, детей поднимала мал мала меньше. Младший народился как раз в конце 41 года, через 3 месяца после отъезда мужа на фронт. Тяжко ей приходилось одной с тремя детками, да ничего, сдюжила, многие так жили.

Научилась на охоту ходить с мужниной берданкой, никогда без добычи не возвращалась, то зайца подстрелит, то птицу какую. По первости плакала, когда убивала, потом привыкла.

Редкие мужнины письма женщина бережно хранила, перечитывая время от времени. Последнее датировалось 44 годом, а после тишина. Зато и похоронки не было, значит жив Захар, сердце женское не обманешь.

Муж вернулся в июне 45, да не один, а с Матрёной, своей фронтовой подругой, разбитной рыжей бабёнкой, с блудливыми глазами, которая и в подмётки официальной жене не годилась, данный факт отметили все.

На что расчитывал фронтовик, герой войны? На понимание и прощение? Скорее всего, он и сам не знал на что именно. Вначале повёл Захар новую жену в дом матери, да та сразу дала от ворот поворот. Сказала, не будет потворствовать его блуду.

- Ты мне конечно сын, и коли не простит родная жинка, я тебя конечно приму, но только одного, без этой бесстыдницы. Мне такая невестка не нужна.

- Матрёна моя жена и я её люблю.

- Господь с тобой, в нашем роду не было двоежёнцев. Ты бы хоть людей постыдился, а родным детям как в глаза смотреть будешь?

- Они вырастут и меня поймут.

- Бог тебе судья, сынок. А сейчас уходи с глаз моих.

Делать нечего, пришлось тащится на своё подворье. Захар поселился с новой жинкой в старом домике, который давно был переделан под летнюю кухню. Шура, как увидела мужа с другой женщиной, так и обмерла.

Она сразу всё поняла, но ни слова не сказала, сделала вид, будто их не замечает. Подумаешь, поселились по соседству двое чужаков, ей нет до них никакого дела. Старшенькие-то дети всё понимают, а вот малому всего лишь три с половиной года, и как тут запретить ему бегать за отцом с криками:

- Ура, тятька вернулся?

Вот где ад, с которым ничто не сравнится. Шура тогда враз с лица спала, похудела, осунулась, одни глазища на пол лица сверкают. А этот кобель решил миром всё порешать, мол, не чужие же друг другу люди.

- Я ведь, Шурочка, всё понимаю. Трудно одной-то, без мужика? Так ты не бойся, только скажи.

- А ну, не замай. Подойдёшь близко, зарублю.

- Да ты о чём подумала, дурочка? Я вовсе не это имел в виду.

- Мне всё равно, что ты имел в виду.

Что творилось в душе Александры известно только ей одной, да Господу Богу. Так и жили бок о бок, жена законная с детьми в новом доме, а муж с полюбовницей в соседнем. И ведь деваться-то совершенно некуда.

На всём белом свете не было никого у Шуры, к кому можно уехать. Она лишь в сельсовет обратилась с просьбой развести их с мужем официально. За жизнью этого странного семейного многоугольника наблюдала вся деревня.

Глава 2 Собака на сене...

В сельсовете давно порывались поговорить с Фадеевым, наставить, так сказать, на путь истинный, и вернуть в лоно семьи. Когда Шура пришла, чтобы настоять на разводе, председатель наконец решил воззвать к его коммунистической совести, понимая, что обычной будет недостаточно.

До войны Захар работал в совхозе механизатором, был уважаемым человеком. Это по настоянию жены он в своё время не бросил техникум, где учился заочно, получил профессию. Вроде грамотный, не дурак, чтобы позволить себе увлечься разного рода глупостями или влюбиться, как мальчишка.

Воевал, награждён орденами и медалями, вернулся с полным иконостасом на груди, одним словом, герой. Может поэтому никто и не решался применить к нему кардинальные меры, как знать?

Хотя, в те времена, компартия довольно активно вмешивалась в дела семьи. А вот к Фадееву старались не лезть, обидеть всё боялись, зато друзья и соседи рубили правду матку, невзирая на чины и звания. Так и сказали, что остолоп он первостатейный.

Близкий друг детства, Лёнька хромой, которого трижды заворачивали из военкомата, говоря, что он не годен к строевой и боевой, прямо так и заявил, с бесстрашным упрямством, глядя в глаза:

- Нехорошо ты поступаешь, Захар.

- Ты это об чём, друг мой разлюбезный?

- Я тебя не понимаю, чего тебе дураку не хватало? Ну, ладно, гульнул на фронте, война всё спишет, но зачем надо было тащить домой другую бабу?

- Согласен, перегнул я палку, не надо было в открытую действовать. Хотел, понимаешь, по-честному.

- Да разве же это по-честному по отношению к матери твоих детей? Она такого не заслуживает.

- А тебе почём знать, чего заслуживает моя жена?

- Шура женщина правильная, настоящая, цельная натура. Не хочешь с ней жить, разведись, дай ей возможность стать счастливой, может, найдётся ещё человек, да замуж позовёт?

- В каком это смысле? У Александры трое детей, не забыл?

- Ну и что с того? Если любишь женщину, полюбишь и её детей.

- Ах вот оно что? Выходит, ты на мою жинку глаз положил? Давно я заприметил, как ты на неё смотришь.

- Ох, и дурак же ты, Захар. Ну, дурак.

- Не дурнее тебя, нечего меня поучать. А узнаю, что к Шурке моей клеишься, удавлю.

- Думаешь, я угроз твоих испугался? Да была бы моя воля, может и правда бы посватался, да только любит она тебя, дубину стоеросовую, оттого на других и не смотрит.

- То-то же, вот и подбери слюни.

В общем, о разводе Захар даже не помышлял, его, как раз, всё устраивало. Это что-то из серии собака на сене, сам не гам и другим не дам. Он бы и рад вернуть всё на круги своя, да гордость не позволяла признать, что был неправ.

Матрёну его в деревне сразу невзлюбили, а той хоть бы хны. Она и раньше с мужиками якшалась больше, мол, все остальные бабы ей просто завидуют. А чему там завидовать, распутству, да бесстыжести?

В тот день оторвали Захара от механизаторских дел, вызвали в сельсовет для разговора, даже пожурили слегка. Он не отрицал преступной связи, обещал найти в себе силы порвать с женщиной, правда, не сказал, с какой именно.

Гулящему мужчине как будто было приятно, что жена привлекла общественность к тому, чтобы его вернуть. Председатель, что называется, удружил бедной Шуре, хотя, гордая женщина помощи ни у кого не просила.

Вернувшись с работы, Захар первым делом прошёл в дом, где жила законная жена с детьми. Матрёна его в это время была на смене, устроилась в столовую посудомойкой. Ребятишки бегали по двору и родителям своим не мешали.

- Ну, здравствуй, Шура.

- Чего надо?

- Как чего? Вот, поговорить с тобой пришёл, по-хорошему.

- Не о чем нам с тобой разговоры разговаривать.

- Как же не о чём? Ты мне всё ещё жена, как никак, к тому же дети у нас есть.

- А что же ты не думал о детях, когда жену новую с войны привёз?

- Ладно тебе, Шурец, ну, хочешь, я её выгоню? Понял я, что люблю только тебя одну, а Матрёна так, баловство одно.

- Ну, уж нет, продолжай баловаться дальше, а я себя не на помойке нашла.

- Вон как ты заговорила? А что же тогда к председателю жалиться бегала? Поговорить его со мной просила, сказала, что жить без меня не можешь.

- Я? Жаловалась? Ещё чего.

- Скажешь, не ходила в сельсовет?

- Ходила, но только для того, чтобы заявление на развод написать. Хочу быть свободной женщиной.

- Ах, вот оно что? Никак нашла себе кого?

- Не твоё дело.

- Отвечай, кто он? Это Лёнька, да? Я прав?

- Совсем с ума сошёл. А ну, вали отсюда, подобру-поздорову.

- А то, что будет, милёнка своего хромого позовёшь?

- Да хоть бы и так, мигом тебе рога пообломает.

- Понятно, значит давно с увечным снюхалась, ещё когда я на фронте был. Не зря, на рога намекаешь.

- Господи, какой же ты бессовестный. Сам гулёна и других изгадить норовишь?

- Так я же простить готов, если что, Шурочка. Ты только скажи, люб ли я тебе по-прежнему, али нет? - Захар схватил жену в объятия и притиснул к себе потеснее, успевая облапить её ладную фигурку, не пострадавшую от трёх беременностей.

В следующую секунду отскочил, потирая рукой горящую от пощёчины щёку. Глаза Александры ещё больше потемнели от гнева, она смотрела на него не то, чтобы с презрением, а с отвращением что ли.

- Простишь, говоришь? Да я сама себя не прощу, если близко тебя подпущу.

- Все вы бабы одинаковые, вначале одному о любви песни поёте, потом другому.

- Пошёл вон отсюда, чтобы глаза мои тебя больше не видели.

- Хорошо, я уйду, но ты крепко запомни мои слова, Шура. Коли подпустишь к себе кого, сразу порешу. Может тогда хоть успокоишься?

- Иди уже к своей лярве, поди заждалась, болезная. Вот её и успокой, а меня не надо.

Громко хлопнув дверью, мужчина наконец ушёл, оставив жену одну. Она горько заплакала, уткнувшись лицом в снятый с головы платок, стараясь хоть так заглушить душившие её рыдания.

Больше всего на свете Шура боялась уступить мужниным ласкам. Когда он обнял её, прижал к себе крепко, сердце так и забилось, затрепыхалось раненой птицей. Ведь сколько лет не трогал, как на фронт ушёл?

Меж тем, Захар слонялся из угла в угол в старом домишке. Он и сам не понимал, как жить дальше. С каждым днём его одолевали всё большие сомнения в правильности своего поступка.

Сожительница прекрасно понимала, что разрыв неизбежен, и уже давно приготовила плацдарм к отступлению. Приглянулся разгульной бабёнке кузнец местный, Иван, силищи неимоверной, уж если обнимет, так косточки захрустят, куда там остальным?

Кишка у всех тонка супротив Ванечки, да к тому же, свободный он, не то, что многодетный папаша Захар. Уезжать из Покровки насовсем Матрёна точно не собиралась. Вот ещё, была охота сбегать из деревни от злых пересудов, не бывать такому никогда.

Ну и что с того, что кузнец не в курсе её планов и возможно даже будет сопротивляться? Ничего, не таких обламывали. Поговаривали, конечно, якобы он с Раисой Фадеевой, сестрой Захара якшается после смерти жены своей, но, скорее всего, это не более, чем слухи.

Глава 3 На краю...

Помощь пришла неожиданно, откуда, собственно, и не ждали. В один из дней в дом Шуры пришла золовка и предложила выход из создавшейся ситуации. Раисе было откровенно жаль малолетних племянников и своего непутёвого братца, но больше всех она жалела его жену. Александра уж точно не заслужила подобного отношения, теперь это было очевидно.

Разговаривать с Захаром и увещевать бесполезно, тот и раньше не больно прислушивался к чужому мнению, а теперь и подавно. Уж ежели мать свою не послушал, то сестрицу и вовсе пошлёт далеко и надолго.

Брат с каждым днём становился всё более неуправляемым, как будто был не в себе. На каждый выпад в свою сторону отвечал одно и то же. Мол, и что это все кругом вдруг всполошились, как будто он один грешит, а все остальные святые?

Всю жизнь в Покровке мужики гуляли от своих жён, правда не все и не всегда, но это к делу не относится. Все эти объяснения звучали жалко и уж конечно не убеждали никого, кто их слушал.

Меж тем, сам Захар на полном серьёзе считал, что имеет право на подобные шалости. Так уж вышло, что пока он бил фрицев, появилась потребность в женской ласке, оттого и завёл себе другую, ну, а потом уже не смог от неё отказаться, сердцем прикипел.

Ага, как бы не так, прикипел тем, что в штанах находится, разве что силой отодрать вместе с причинным местом. Да только кому он тогда будет нужен? Матрёне гулёне такой точно без надобности.

Раиса не узнавала родного брата, его как будто подменили. По всем внешним признакам вроде Захар, а глянешь на поступки, совсем другой человек. Он никогда не был таким, всегда поступал по совести.

В общем, решила Рая сделать всё от неё зависящее, чтобы помочь жене брата. Если уж говорить начистоту, женщине было нестерпимо стыдно за своё прежнее поведение, когда она гнала Шуру из родительского дома.

Но ведь никогда не поздно исправиться, тем более, когда есть большое желание помочь близким людям, верно? Уж себе-то можно признаться, что раньше ею двигала вовсе не любовь к брату, а банальная зависть.

С некоторых пор в жизни Раи кое-что изменилось, она наконец обрела своё женское счастье. Об этом пока никто и ничего доподлинно не знал, хотя, слухи по деревне ходили давно.

Кузнец был одним из тех немногих, кто вернулся с войны целым и почти невредимым. Не совсем конечно, в одном из боёв его сильно контузило, с тех пор появились головные боли, да такие, что хоть криком кричи, но зато руки ноги на месте.

На фронт Ивана провожали жена и сын, плакали, обещали дождаться, но судьба злодейка рассудила по-своему. Прошлым летом сынишка купался в быстротечной речке и ушёл под воду на глазах у матери, которая ринулась его спасать, в результате чего оба утонули.

Вернулся Ваня в пустой дом, остался один одинёшенек на всём белом свете. В Покровке осталось много вдов, молодых и незамужних тоже было немало, как говорится, выбирай любую, но он выбрал Раису.

Когда-то они вместе учились и дружили, правда до больших чувств дело так и не дошло. А когда жены не стало, сам Бог велел попробовать, никто ведь не виноват, что так сложилась жизнь.

Сама Рая в жизни бы не стала гулять с женатым мужиком, у неё были свои принципы, методы Матрёны точно не для неё. В общем, неприязнь к любовнице брата и стала основной причиной для того, чтобы Раиса изменила своё отношение к Шуре.

Их разговор оказался не только содержательным, но и результативным. Золовка не стала ходить вокруг, да около, а прямо с порога заявила, что Захара надобно проучить.

- Ты меня конечно прости, Александра, но спускать такое на тормозах нельзя ни в коем случае. Хорошо хоть не дотумкал в новый дом зазнобу привести, по соседству поселился.

- Да какая разница, если всё под носом у меня творится? Кабы не дети, давно бы уехала, одной легче затеряться на просторах страны.

- Так поезжай, оставь ему деток и поезжай. Ты почитай все 4 года одна с ними валандалась, а теперь его очередь настала.

- Что ты такое говоришь, Рая? Я не какая-нибудь кукушка, чтобы детишек своих бросать.

- Но ведь не на чужого же человека бросишь, на отца родного.

- Не важно, я сама сиротой росла и своим детям не желаю того же.

- Так ты понарошку их оставишь на мужа своего. Может поймёт чего Захар и бросит лярву свою? А там глядишь и ты вернёшься к нему, заживёте, лучше прежнего.

- Нет, не вернусь, никогда не смогу простить того, что он сделал со мной, точнее, с нами.

- Никогда не говори никогда, Шурочка.

- Моё слово твёрдое. Было бы куда ехать, враз бы снялись с места и поминай как звали.

- Ладно, помогу я тебе уехать, дам адресок один в городе, где примут тебя вместе с детьми. И денег на дорогу дам, можешь не возвращать. Захочет мой брат тебя разыскать, найдёт всюду, а остальное всё будет зависеть от вас двоих.

На том и порешили, Рая обещала помочь, а Шура не отказалась. Никто не знал об их договоре, ни одна живая душа, свекровь тоже была не в курсе. Это было примерно в начале октября, погода стояла неожиданно тёплая и сухая.

В один из дней по деревне пронёсся слух, что Захар Фадеев выгнал полюбовницу из дома, сказал, что будет мириться с женой и детьми. Матрёна заявилась на работу с чемоданом в руках.

На все расспросы она хорохорилась и говорила, что ушла сама. Да и вообще, ей есть куда приткнуться, пойдёт мол к своему любимому мужчине, он давно уже зовёт к себе.

А на следующий день стало известно, что Шура уехала из Покровки вместе с детьми. Видать, допекла её вся эта ситуация, почувствовала себя на краю гибели. Никто не знал, куда именно уехали, ни одна живая душа, они просто пропали и всё. Накануне ночью легли спать, а наутро исчезли.

Новость об этом разлетелась по всей деревне после того, как загорелся их новый дом. Он вспыхнул, как спичка, клубы дыма повалились со двора на улицу. Люди выбегали из своих дворов и первым делом хватались за вёдра, пытаясь потушить ярко разгорающееся пламя.

Захар в это время был пьян и спал беспробудным сном. В итоге, всем миром пожар был потушен, дом хоть и сильно пострадал, но основная часть выгореть не успела. И что интересно, стоило стихнуть огню, как тут же разверзлись хляби небесные и пролился сильнейший ливень.

Когда вошли внутрь дома, посреди большой кухни обнаружили обгоревший труп Матрёны, убитой двумя выстрелами из берданки. Позже стало известно, что к началу пожара, она уже была мертва.

Тот, кто подпалил дом, скорее всего и был виновен в её смерти. Вся Покровка гудела, как встревоженный улей. К моменту, когда Захар очухался, все вокруг твердили о том, что Шура убила Матрёну и уехала из деревни вместе с детьми.

Узнав об этом, он пошёл в сельсовет с повинной и написал заявление с признанием в убийстве. Для расследования этого дела из райцентра прислали опергруппу и колесо правосудия завертелось с огромной скоростью.

Захара Фадеева арестовали и увезли, а жену его Александру объявили в розыск. Не волнуйтесь граждане, спите спокойно, следствие во всём разберётся. Виновный будет обязательно наказан.

Деревенские жители всё, как один, оправдывали Шуру. Мыслимое ли дело, целых 4 месяца жить, как на пороховой бочке? Это же уму непостижимо? Матрёну нужно было выгнать из деревни всем миром, чтобы другим было неповадно так себя вести. Ну, да что теперь пенять, коли дело сделано?

Глава 4 Под подозрением...

Покровку сотрясали новости, одна круче другой, но Шура ни о чём не догадывалась, совесть её была чиста. Она преспокойно приехала в город вместе с детьми и разместилась в квартире Зои, хорошей знакомой Раисы. Квартирная хозяйка, прочитав сопроводительное письмо, согласилась поселить их у себя дома и выделила маленькую комнатушку, по размеру больше похожую на кладовку. Правда деньги взяла за два месяца вперёд.

Деревенские гости появились неожиданно и были очень уставшие, особенно дети. Мать разбудила их посреди ночи и они долго шли по темноте, а потом ещё примерно час стояли на дороге и голосовали, прежде чем остановился один сердобольный водитель грузовика.

- Это куда же вы собрались так рано, с маленькими детьми? Времени ещё и 5 утра нет.

- Нам бы в город попасть.

- Садитесь, повезло вам, я как раз туда еду. А ну, ребятня, забирайтесь назад, до города путь неблизкий, успеете ещё покемарить.

Радостные детишки один за другим погрузились в большую машину. Разместившись на лежанке позади сидений, они сразу же уснули. Шура примостилась подле водителя, несмело поглядывая на его профиль.

Мужчина был немолод, годам к 60, не меньше. Хотя, время было такое, что настоящий возраст человека было трудно угадать навскидку. Иные молодые, пережив ужасы войны, выглядели глубокими старцами.

- А вы что же, с узлами, на рынок торговать едете?

- Нет, не на рынок, в узлах одёжка ребятишек и немного продуктов.

- Вон оно что. От кого бежишь, от мужа?

- От него.

- Бьёт?

- Лучше бы бил.

- Всё с тобой ясно. Тяжело будет одной, без поддержки.

- Ничего, мы справимся, по-другому просто не может быть.

После разговора с золовкой Александра поверила, что может всё начать с нуля, и воспрянула духом. Раиса обещала всяческое содействие и не обманула, уже к вечеру она принесла деньги и адрес своей знакомой, у которой можно было остановиться на первых порах.

- Ты не переживай, Зоя человек хороший, она и за детьми приглядит, если надо.

- А муж её не будет против нашего вторжения?

- Нет у неё никого, ни детей, ни мужа. Точнее, муж был, да помер, ещё до войны.

- Понятно, тогда хорошо.

- Шур, а ты когда хочешь уехать?

- Думаю, через несколько дней, а пока буду собирать вещи. Смотри, только Захару ничего не скажи.

- Нет конечно, нешто я не понимаю?

Но тронуться в путь пришлось раньше. Захар видимо что-то почувствовал, потому что уже на следующее утро выгнал свою зазнобу. Шура видела в окно, как Матрёна шла с чемоданом по дороге, призывно покачивая бёдрами.

С работы мужчина пошёл к жене и детям. Принёс с собой горсть липких конфет "Дунькина радость", ребятишки тут же его обступили с радостными возгласами, он знал, чем их взять. Но Шура уже всё для себя решила, поэтому никак не реагировала на его присутствие.

Когда дети выбежали на улицу погулять, Захар снова стал приставать к жене. Пыл мужчины охладила берданка, приставленная к его голове. Решительный вид Александры не оставлял никаких сомнений, что выстрелит и не поморщится.

- Не боишься вот так оставлять ружьё? А вдруг дети возьмут и выстрелят ненароком?

- Не боюсь, они у меня приучены не брать оружие, знают, что это не игрушка.

- И что, убьёшь родного мужа?

- Я кажется предупреждала, чтобы ты и близко ко мне не подходил?

- Шурёнок, ну ты чего? Я же выгнал Матрёшку, давай начнём всё сначала.

- Никаких сначала не может быть, даже не мечтай, понял?

- Как же не мечтать? Я буду делать всё, что в моих силах, чтобы вернуть тебя. Никуда ты от меня не денешься, моя милая.

- Это мы ещё посмотрим, а сейчас пошёл вон отсюда.

Глядя на воинственную жену, Захар деланно рассмеялся и покрутил головой, показывая, что ему очень весело. Насвистывая бравурную песенку, ушёл к себе. На самом деле, ему было вовсе не до смеха.

Он понимал, что вернуть жену будет непросто. О том, что выгнал Матрёну, ничуть не жалел, беспутная бабёнка в последнее время совсем потеряла берега и стала требовать выселить Шуру вместе с детьми из большого дома.

В ту ночь, когда было принято окончательное решение, Захар долго лежал без сна, ворочался, вздыхал, перед глазами стояла жена и дети. Мысли о том, что он разрушил всё собственными руками, не давали спокойно спать.

Как можно было променять жену на сожительницу? Не зря односельчане крутили у виска, показывая своё отношение к происходящему в семье Фадеевых. Одолеваемый тяжкими думками, мужчина то и дело выходил на крыльцо покурить.

Матрёна усиленно делала вид, что спит, а сама чутко прислушивалась к его шагам. Под утро не выдержала и вышла следом, перехватила прикуренную им цигарку, глубоко затянулась и отдала папиросу назад.

Ёжась от холода, запахнула фуфайку на груди и вдруг снова завела разговор о выселении, глядя на окна дома напротив, где мирно спали Шура и дети. Мысль о том, что Захар хочет вернуться к ним, не давала покоя, ей бы промолчать, но где там.

- Мы с тобой фронтовики и ютимся в тесноте, а эта живёт, как барыня.

- Эта, как ты выразилась, мать моих детей, и она останется жить там, где жила. А если тебе что-то не нравится, можешь уходить.

- Ты серьёзно, Захарушка? Неужто прогонишь меня, после того, что мы с тобой пережили?

- Прогоню, даже не сомневайся, причём, прямо сейчас прогоню. Собирай манатки и выметайся. Устал я, видеть тебя не могу.

- С ума сошёл? Куда же я пойду? И потом, мне на работу пора, через пару часиков, светает уже.

- Вот на работу и иди с вещами. Только всё собери, что не возьмёшь с собой, сегодня же снесу на мусорку.

- Смотри, как бы пожалеть не пришлось.

- Если и пожалею, то только о том, что притащил тебя в Покровку. Чую, не будет от тебя никому покоя.

- Со мной покоя не будет, беспокойная я, это ты верно заметил. Только ведь тебе раньше это нравилось, а сейчас что изменилось?

- Побаловались и будя. Уходи, Матрён.

Сказано, сделано, женщина споро собрала чемодан и ушла. Знал бы Захар, что в последний раз видит её живой, хотя, вряд ли бы это что-то изменило. После работы попробовал вернуться к жене, но снова ничего не вышло.

В ту же ночь он напился вдрызг, распечатав чекушку самогонки, которую придерживал к празднику 7 ноября. Когда наконец проспался, узнал о пожаре, убийстве Матрёны и об исчезновении жены вместе с детьми.

По всему видать, пришла эта шалая на разборки с Шурой, вот та и не выдержала, схватила берданку и пристрелила, как собаку. Не нашла ничего лучше, как поджечь дом и скрыться вместе с детьми. Ну, что же, пришла пора отвечать за содеянное.

Захар полностью признал свою вину, сказал, что напился, когда узнал об отъезде жены, а тут как на грех заявилась выгнанная накануне любовница. В общем, попала под горячую руку. Он убил её, посчитав виноватой, а потом поджёг дом, стараясь замести следы.

Казалось бы, дело ясное, но районный следователь так не считал. Михаилу Федотовичу Усову хотелось разобраться во всём досконально. Как мог бывший фронтовик дойти до жизни такой? Что послужило этому причиной?

Для начала нужно было найти Александру Фадееву, а для этого следовало расспросить всех деревенских жителей, не может быть, чтобы никто не знал, куда она подалась вместе с детьми.

Всегда есть тот, кто что-то видел и знает, в деревне ничего невозможно скрыть. Тем более, эта семейная драма разворачивалась на глазах у всех. Следователь решил начать с дома матери и сестры задержанного. Кто, как не свекровь и золовка могут рассказать подробности о невестке?

Глава 5 Разговор не для протокола...

В доме Фадеевых стояла гнетущая тишина и стойкий запах лекарств. Узнав об аресте Захара, мать тут же свалилась в горячке. Дочь еле дотащила её до кровати, а потом побежала в медпункт за фельдшером, ссыльным евреем. Осмотрев больную, тот прописал лекарство и абсолютный покой.

- Что с мамой, Соломон Исакович?

- Не переживайте, Раиса Петровна. Ваша мама просто переволновалась, вот сердечко и прихватило.

- Так может в больницу ей надо?

- В привычной обстановке будет намного лучше, а дома и стены помогает. Просто постарайтесь оберегать её от излишних тревог и волнений, - произнося привычные слова, мужчина забавно картавил, но Раисе было не до смеха.

Оберегать от треволнений задача почти невыполнимая, тем более, что вскоре к ним в дом постучался следователь. Рая пошла открывать и увидела перед собой мужчину приятной наружности, буравящего её пытливым взглядом.

- Добрый день, следователь районной милиции Усов Михаил Федотович. Мне нужно задать вам несколько вопросов по делу Фадеева Захара Петровича.

Он вытащил из кармана корочку и так же быстро её захлопнул. Войдя во двор, озирался по сторонам, как будто искал какую-нибудь зацепку или подозрительную деталь. В общем, вёл себя, как ищейка.

- Простите, гражданин следователь, не расслышала, как вас по батюшке? Вы так быстро спрятали своё удостоверение, что не успела разглядеть, - выдавила из себя женщина, остановившись на крыльце.

- Так не расслышали или не успели разглядеть?

- И то, и другое, просто растерялась немного.

- Понимаю. Вот моё удостоверение, зовут меня Усов Михаил Федотович, прошу любить и жаловать.

- Спасибо, Михаил Федотович. Прежде чем войти в дом, я бы хотела попросить вас об одолжении.

- Да, слушаю.

- Маме нездоровится, боюсь, как бы хуже не стало. Вы уж поаккуратнее со своими вопросами.

- Хорошо, как скажете, буду аккуратнее. Для начала я бы хотел поговорить с вами, а если мне будет что-то неясно, задам несколько вопросов вашей маме. Кстати, а как её зовут?

- Фадеева Авдотья Ефимовна.

- А к вам как я могу обращаться?

- Раиса Петровна.

- Замечательно, вот и познакомились. Ну, так что, пройдём в дом? А то холодно, знаете ли.

Они не стали заходить в комнату, а расположились на кухне. В разговоре со следователем Рая рассказала всё, как есть, не забыв упомянуть о своих не слишком тёплых отношениях с женой брата.

Михаил Федотович спрашивал, внимательно слушал ответы на свои вопросы и делал пометки в толстой тетради. Раиса сидела напротив, съёжившись под его пристальным взглядом.

- Как вы понимаете, разговор наш пока носит неофициальный характер. Если будет такая необходимость, мы вас вызовем в отдел для дальнейшей беседы, уже под протокол.

- Да, я поняла.

- Скажите, Раиса Петровна, а что именно вам не нравилось в вашей невестке? Чем она заслужила такую неприязнь?

- Не знаю, как-то не заладилось у нас с самого начала.

-И всё же, я попросил бы осветить поподробнее.

- Зачем, что вам это даст?

- Это нужно для составления личной характеристики Александры Александровны Фадеевой. Что с ней не так? Почему Захар Петрович предпочёл жене убитую Матрёну Ивановну Савинову?

- С Шурой всё так, не нужно приписывать лишнего. Она была хорошей женой моему брату и как мать замечательная. Просто мне она с самого начала не понравилась. Как это обычно бывает в семьях между свекровью и невесткой или между золовкой и невесткой?

- Значит, у Авдотьи Ефимовны тоже не сложились отношения с невесткой?

- Нет, в их отношениях всё в полном порядке, мама и Шура прекрасно друг к другу относятся.

- Вот как? Означает ли это, что Авдотья Ефимовна была против новой жены сына?

- О чём вы вообще говорите, какая новая жена? Брат притащил с собой с фронта ППЖ, а то, что дома ждёт жена настоящая забыл.

- Значит, вы тоже не одобряли эту связь?

- Да никто из здравомыслящих людей не одобрил бы. Захар мало того, что привёз эту Мотрю, так ещё и поселил её в одном дворе с Шурой.

- То есть, хотите сказать, что рано или поздно, трагедия всё равно бы произошла?

- Пожалуйста, не надо ловить меня на слове. Трагедия уже произошла.

- Да, тут вы, пожалуй, правы. Расскажите мне ещё вот о чём. Пока Захар Петрович был на фронте вместе со своей ППЖ, как всё это время жила Александра?

- Как все жила, работала до седьмого пота, детей растила.

- Третьего мальчика она родила уже после ухода мужа на войну?

- Ну, да, когда Захара мобилизовали, Шура была беременна третьим.

- То есть, третий ребёнок тоже от него?

- Конечно от него, а от кого же ещё? Послушайте, кажется, я начинаю понимать, куда вы клоните. Вы провоцируете меня на то, чтобы я наговорила про Шуру гадостей? Так вот, знайте, этого не будет. Да, у нас были с женой брата некоторые разногласия, но сейчас это дела давно минувших дней.

- Раиса Петровна, я всего лишь задаю вопросы, чтобы яснее представить картину произошедшего, но если вам затруднительно отвечать, я могу опросить Авдотью Ефимовну.

- Нет, я отвечу сама, спрашивайте, если у вас остались ещё какие-то вопросы.

- Меня интересует судьба берданки, из которого застрелили жертву. Как вы думаете, где сейчас это ружьё?

- А разве берданку не нашли в доме, после пожара?

- Нет, не нашли. Скажите, когда вы последний раз видели ружьё вашего брата?

- Два дня назад, когда приходила поговорить с Шурой. Оно висело на вешалке.

- Вот так просто, висело на вешалке, как пальто или шапка?

- Представьте себе, вот так просто, а как вы хотели? Шура с ребятишками долгое время жила одна и ходила с мужниной берданкой на охоту, да и от лихих людей в доме ружьё самое надёжное средство.

- А если бы дети взяли поиграть?

- Нет, не взяли бы, дети знали, что можно трогать, а что нельзя категорически.

- Ну, хорошо. А сейчас я задам самый главный вопрос, от вашего ответа зависит буду ли я дополнительно опрашивать Авдотью Ефимовну или нет.

- Я постараюсь ответить так, чтобы полностью вас удовлетворить.

- Просто отвечайте максимально честно, вот и всё.

- Хорошо, спрашивайте.

- Вы в курсе, где именно скрывается ваша невестка вместе с детьми?

- Когда мы виделись в последний раз, Шура говорила о том, что хочет уехать и начать новую жизнь.

- Как мы знаем, у неё получилось это сделать, но меня больше интересует куда именно она уехала.

- Ну, хорошо, я скажу вам адрес, записывайте.

- Благодарствую, Раиса Петровна. Пожалуй, разговор с вашей мамой я отложу на потом, дайте знать, когда ей станет немного лучше.

- Всенепременно.

- Хотите ещё что-нибудь добавить к сказанному?

- Да, хочу.

- Извольте.

- Я думаю, нет, я просто уверена, что Шура не могла убить Матрёну.

- А ваш брат мог убить?

- Нет, он тоже не мог. Зачем ему это?

- Тогда кто же убийца?

- Даже не представляю, кто бы мог это сделать.

- Я вас понял. Ну, что ж, мне пора. Спасибо за сотрудничество, вы нам очень помогли.

После ухода следователя Раиса не могла найти себе места и чувствовала себя предательницей. А что если она навредила Шуре своими ответами? Михаил Федотович вытащил из неё всю информацию, словно они и впрямь были в его кабинете, а не на кухне в доме Фадеевых.

Уже через час в квартиру Зои постучались двое оперуполномоченных и Шуру увели в милицию на допрос. Хозяйка осталась приглядеть за детьми. Она была очень недовольна сложившимися обстоятельствами.

Ещё только этого не хватало, скрывать в своём доме преступницу. Пусть съезжает, если конечно вернётся. А если арестуют, нужно позвонить куда следует, чтобы забрали детей. Ну, Райка, ну удружила, взяла и подсуропила.

Глава 6 Гимназистки румяные...

Проводив следователя, обеспокоенная Раиса прямиком направилась в комнату, где лежала мать. Больная женщина беспомощно смотрела в сторону двери и при виде дочери наконец с облегчением вздохнула. Она вслушивалась в приглушённые голоса, идущие из кухни, пытаясь угадать, кто к ним пришёл, но так ничего и не поняла, поэтому ждала объяснений.

По внешнему виду этой простой деревенской женщины, никто бы в жизни не догадался, кто она на самом деле. Авдотья Ефимовна была дочерью именитого купца, детство её прошло в холе и неге, с няньками, да гувернантками.

Отец хоть и не были дворянином, но соответствовать вовсю пытался. Он лелеял мечту породниться через дочь с представителем какого-нибудь знатного разорившегося рода. Объединить, так сказать, титул и деньги.

Образование девушка получила хорошее, знала два языка, французский и немецкий, много читала, умело музицировала на клавесине. В общем, была научена всему, чему в то время учили благородных девиц в гимназиях.

С приходом революции закончилась богатая сытая жизнь, остались лишь воспоминания и фотография в кругу других гимназисток. А из множества украшений и драгоценностей, только один медальон на золотой цепочке, да и то потому, что он висел на шее в ночь бегства из родного дома.

С тех пор много воды утекло, время пролетело, как один миг, оставив лишь воспоминания о былом. Авдотья Ефимовна часто уговаривала невестку спеть песню, под которую плакала, вызывая недоумение окружающих.

Шура никак не могла понять причины расстройства свекрови, но та лишь отмахивалась и настоятельно просила продолжать. Она и сама тихонечко подпевала, а слёзы катились градом по лицу.

Москва златоглавая, Звон колоколов, Царь-пушка державная, Аромат пирогов, Конфетки-бараночки, Словно лебеди – саночки... "Эй вы, кони залётные!" - Слышен крик с облучка. Гимназистки румяные, От мороза чуть пьяные, Грациозно сбивают Рыхлый снег с каблучка.

Помню тройку удалую, Вспышки дальних зарниц, Твою позу усталую, Трепет длинных ресниц. Всё прошло, всё умчалось В невозвратною даль. Ничего не осталось, Лишь тоска да печаль.

Конфетки-бараночки, Словно лебеди – саночки... "Эй вы, кони залётные!" - Слышен крик с облучка. Гимназистки румяные, От мороза чуть пьяные, Грациозно сбивают Рыхлый снег с каблучка.

"Да, ничего не осталось, лишь тоска, да печаль", - резюмировала Авдотья, закончив петь и плакать. Несмотря на хорошее образование, она всю свою сознательную жизнь проработала простой птичницей. Никто в Покровке не знал о её происхождении, только муж и дети были в курсе.

Сын как будто этого стеснялся, а дочь наоборот гордилась, естественно, оба помалкивали. Из пятерых рождённых женщиной детей, выжили двое. Захар в детстве тянулся к отцу, а Раиса всегда была ближе к матери, к тому же, она была очень способной, вот ей мать и передала часть своих знаний.

- Кто это был, Раечка? С кем ты так долго разговаривала? - еле слышно спросила Авдотья Ефимовна.

- Успокойся, всё нормально, соседка заходила по делу.

- Не обманывай меня, дочушка. Я чувствую, что это неспроста. Никак Шурочку с детьми нашли?

- Ох, мам, какая ты у меня дотошная. Соломон Исакович сказал, что тебе нельзя волноваться, иначе снова сердце прихватит.

- Если не скажешь, кто приходил, я прямо сейчас встану с постели и выйду на улицу, к людям. Уж кто-нибудь, да расскажет всё, что ты пытаешься скрыть от меня, - рассердилась женщина и попыталась подняться.

- Лежи, успокойся, ничего я не пытаюсь скрыть, всего лишь оберегаю твоё здоровье.

- Не надо, лучше скажи прямо, кто приходил?

- Ну, хорошо. Приходил следователь, чтобы задать несколько вопросов по поводу отъезда Александры. Вероятно, её ищут, чтобы допросить.

- Ты сказала им, где она может быть?

- Сказала, конечно, а что было делать? Они бы всё равно узнали, я могла оказаться крайней.

- Не надо было Шурочке уезжать, что теперь будет с моими внуками, если её арестуют?

- Не причитай, всё будет нормально. Никто её не арестует, нет у них никакого права на это.

- Господи, твоя воля, сколько же бед на нашу семью валится? Как будто проклял наш род кто, всю жизнь я пыталась изменить судьбу свою, да не получилось. А всё оттого, что замуж вышла без любви, вот и нет никому теперь счастья.

- Мам, ну причём здесь это? Ты пыталась скрыть своё происхождение, оттого и пошла за отца.

- Кабы знала я тогда, что недостойного выбрала, всю жизнь он меня мучил, пока не помер, Захар весь в него, такой же гулёный.

- Да что теперь говорить об этом?

- А ведь как я радовалась, когда он Шурочку из города привёз. Красавица и умница редкая, не смотри, что сирота, выучилась, чего ещё ему надо было, ироду? - воскликнула женщина и зарыдала горючими слезами

- Не плачь, прошу тебя, не то снова станет плохо.

- А всё ты виновата, с самого начала наговаривала брату на жену его, вот он и засомневался в любви своей, пока на войне-то был. И откуда только притащил эту стервь проклятую, чтоб ей пусто было?

- Мам, ей и так уже пусто, чего уж теперь проклинать-то?

- Да что этой бесстыжей сделается? Встретила её на днях, насмехается надо мной, представляешь, мамой меня назвала при всех, одним словом, бессовестная.

И тут Раиса поняла, что мать совсем ничего не помнит, ни о смерти Матрёны, ни об аресте Захара. Зато об отъезде горячо любимой невестки не забыла, вот и беспокоится по этому поводу.

- Раечка, ты бы съездила в райцентр до Зои, деток забрать бы надо, что же они там одни мыкаться будут?

- Почему одни? Зоя за ними приглядит, а там, глядишь, и мать вернётся.

- А если арестовали её?

- Ты хоть помнишь, за что её могли арестовать?

- Ну, как за что? Наверное Захар пожаловался на то, что увезла детей без спросу. Ты уж ему передай, чтобы забрал своё заявление. Мог бы и навестить мать больную, а то помру и попрощаться не успеет со мной.

- Не помрёшь, если не будешь себя изводить.

- Ты всё-таки съезди за племянниками, доченька.

- Мам, я и так сегодня на работу не пошла, отпросилась из-за тебя. Если и завтра не выйду, никто меня за это по головке не погладит, враз уволят.

- Не уволят, где они потом другого такого грамотного счетовода найдут? Эх, зря ты тогда в городе не осталась, может давно бы уж была замужем, городские любят умных баб, не то, что у нас в Покровке.

- Ничего, и в Покровке можно найти своё счастье.

- Это ты о кузнеце что ли своём?

- Да хоть бы и о нём.

- Так поторопи его, а то тебе уж 35, а деток всё нет.

- Успеется, поженимся, как только, так сразу. Любит меня мой Ванечка, так что, не жалею я о том, что в городе не осталась.

- Могла бы и получше жениха найти, городского.

- Пять лет в городе прожила, никто на меня не позарился. Да и сынок твой что-то не захотел там остаться, в деревню вернулся.

- А я Захарке говорила, что нечего здесь делать.

- Ну и где бы он там жил? По съёмным квартирам бы мыкался или по общежитиям? Тем более, что женился сразу.

- Кабы не твоё отношение к жене брата, жили бы мы сейчас все вместе, в нашем дому.

- Вот только не надо меня во всём виноватить. Наоборот, спасибо должны мне сказать за то, что сразу обзавелись своим жильём.

- Да толку-то, коли счастье разрушено?

- Ну, знаешь ли, в том, что счастье их разрушено, я точно не виновата. В конце концов, Матрёну не я в Покровку привезла.

- Эх, кабы не война проклятущая, Захар бы так не поступил.

- Это ещё вилами на воде писано, как бы он поступил. Сама говоришь, отцова кровь поборола твоё благородство.

Тем временем, Александра уже сидела на допросе в районной милиции и слушала разъяснения другого следователя по поводу своего задержания до особого распоряжения. Михаил Федотович Усов, непосредственно занимающийся делом Фадеевых, пока не подоспел из Покровки в район.

- Что случилось, почему я здесь?

- Вот только не надо строить из себя невинную жертву. В нашей стране просто так никого не задерживают. Лучше сразу признайся, что убила любовницу своего мужа из ревности. Чистосердечное признание смягчает вину.

Глава 7 На чужом несчастье...

От обвинений в убийстве Шура просто потеряла дар речи. То, что Матрёна мертва, уже само по себе было страшной новостью, от которой волосы вставали дыбом. Видит Бог, Александра не желала ей такой участи, тем более, вина за развал семьи лежала вовсе не на разлучнице, а на муже.

Самодовольно глядя на её реакцию, следователь авторитетно заявил, что в стенах этой допросной комнаты каких только цирковых представлений не устраивали, лишь бы избежать ответственности за содеянное.

- Поймите, товарищ следователь, у меня не было никакого резона убивать эту женщину.

- Ой, да бросьте, у вас одной были мотивы, чтобы грохнуть любовницу своего мужа. Он и сам это понимает, потому и покрывает, раз взял всю вину на себя.

- О чём вы говорите? Кто меня покрывает, Захар?

- Это для вас он Захар, а для нас подследственный, который мешает расследованию и вводит следствие в заблуждение. Но уверяю вас, со мной этот номер не пройдёт.

- Отпустите меня пожалуйста, - жалобно протянула Шура.

- Гражданочка, советую немедленно прекратить балаган.

- Меня дети ждут, что теперь будет с ними? - женщина вдруг горько заплакала от безысходности.

- А-ну, цыц, я сказал, меня слезами и мольбами не проймёшь. О детях раньше надо было думать, когда берданку в руки брала.

- Я никого не убивала, зачем мне это? Муж хотел бросить любовницу и вернуться ко мне, но я ему этого не позволила, потому и уехала с детьми.

- Не позволила она, ага, так я и поверил. Знаю я эти ваши женские штучки дрючки, любит ваша сестра держать мужичка на привязи, да детьми спекулировать. Вот вы у меня где все, по горло нахлебался. Пойдёшь у меня по этапу, лес валить, узнаешь, почём фунт лиха.

Казалось, ему доставляет наслаждение измываться над Шурой и пугать её разного рода страшилками. Хотя, в самом начале было сказано, что дело об убийстве ведёт совсем другой следователь. И слава Богу.

Значит есть шанс избежать дальнейшего общения с этим мужланом, злым на весь мир в целом и на женщин в частности. Только бы поскорее прибыл этот Усов, иначе, всё может плохо закончиться.

К тому времени, когда приехал Михаил Федотович, Александра почти потеряла веру в людей и справедливость. Больше всего на свете она боялась за детей, а уже потом за себя.

Ведь если её арестуют вместе с Захаром, то малыши при живых родителях могут запросто угодить в детдом. Никакая мать не желает для своих кровиночек такой участи, особенно та, что сама была сиротой.

Понурив голову, Шура сидела на узком стуле и размышляла о судьбе злодейке, пока наконец не дождалась следователя. Вопреки всем её страхам, Усов оказался не в пример более человечным, нежели тот, кто пугал арестом и лесоповалом, хорошо, хоть в камеру не успел упечь.

- Добрый вечер, Александра Александровна. Наконец-то увидел вас воочию, признаться, именно такой я вас себе и представлял.

- Здравствуйте, - прошептала Шура, поднимая на вошедшего взгляд.

- Меня зовут Михаил Федотович, я ваш следователь.

- Да, я поняла.

- А почему такой понурый вид? Устали?

- Не очень, я больше волнуюсь за детей, что с ними теперь будет?

- А что будет? Вы вернётесь и с ними всё будет в порядке.

- Но как же это? Мне сказали, что я арестована за убийство.

- Это кто же сморозил такую глупость? Ничего подобного.

- Правда? Вы мне верите?

- Я знаю, что вы этого не делали. Нашёлся свидетель, который видел, как вы вышли из дома вместе с детьми, а пожар случился намного позже.

Усов выразительно посмотрел на засуетившегося коллегу, у которого вдруг нашлись другие срочные дела безотлагательной важности. Шура ничего не заметила, поскольку была слишком поглощена другим вопросом.

- О каком пожаре вы говорите?

- К сожалению, Александра Александровна..., - следователь не успел договорить.

- Можно Шура, меня все так называют.

- Как прикажете. Так вот, к сожалению, Шура, кто-то поджёг ваш дом.

- Как подожгли, зачем?

- Вероятнее всего, чтобы замести следы убийства. Матрёну Ивановну убили в вашем доме, стреляли из берданки вашего мужа, которая, как известно, хранилась у вас. Ведь так?

- А я этого и не скрываю, да, берданка всегда висела у порога, на самом видном месте.

- А вот это очень опрометчиво с вашей стороны. Но теперь ничего не попишешь, убийство уже совершено.

- Но как Матрёна могла попасть в мой дом? Я точно помню, что перед тем, как уехать, закрывала дверь на ключ.

- А вот это нам и предстоит выяснить. У кого ещё были ключи от вашего дома?

- У нас было три комплекта ключей, один у меня, второй был утерян Захаром ещё перед войной, а третий я потом отдала на хранение свекрови.

- Менять замок вы видимо не стали?

- Нет, конечно, а зачем?

- Действительно, зачем, когда кругом все свои? Наверное, этим и отличается город от деревни.

- Михаил Федотович, вы думаете это сделал мой муж?

- Что сделал? Потерял ключи или убил?

- Вы ведь прекрасно поняли мой вопрос.

- Да, понял. И вот, что я вам отвечу, голубушка. Пока идёт расследование, я собираю все показания и предпочитаю не делать скоропалительных выводов. Могу сказать только одно, некоторые факты говорят не в пользу Захара Петровича, тем более, что он добровольно явился с повинной и подписал признательные показания. Хотя, совсем не исключено, что это было сделано в стремлении вас защитить.

- Наверное, это действительно так, потому что лично я не верю в то, что Захар мог убить, не такой он человек.

- Не волнуйтесь, следствие во всём разберётся и виновный обязательно будет наказан. У меня есть ещё несколько вопросов, а потом я вас доставлю до дома в лучшем виде.

- Зачем? Я и сама доберусь.

- И всё же, я настаиваю. Мне хотелось бы переговорить с вашими детьми, если конечно позволите.

- Разве у меня есть выбор?

- Выбор есть всегда.

- Хорошо, я согласна.

- Вот и славно. А пока расскажите всё с самого начала и желательно поподробнее о том, что происходило между вами и вашим мужем с того момента, как он вернулся с фронта в сопровождении Матрёны Ивановны.

Внимательно слушая рассказ Шуры, следователь невольно сравнивал с похожим случаем, произошедшим совсем недавно. Правда там была немного другая ситуация, в той паре замужем была женщина.

Она ушла от мужа и стала жить с одним офицером, которого приволокла с собой с фронта. Её муж, тоже фронтовик, инвалид войны, не вынес такого предательства и застрелил обоих, а потом сам пришёл сдаваться. Вот к чему приводят попытки создать своё счастье на несчастье других.

А ещё, Михаил Федотович поймал себя на мысли, что Шура ему нравится, возможно поэтому, с самого начала безоговорочно верил всему, что она говорит. После гибели жены он давно не чувствовал ничего подобного ни к одной из женщин, которых случалось встретить на своём пути.

Глава 8 Благословение свыше...

Как и обещал, Михаил Федотович оформил пропуск и взялся проводить Александру до дома. Выйдя на улицу и окунувшись в подкрадывающиеся сумерки, она вдруг снова почувствовала острое беспокойство. Было страшно предстать перед квартирной хозяйкой. Наверняка, она сейчас рвёт и мечет? Однако, Усов был рядом и это придавало уверенности.

Вряд ли Зоя решится выговаривать в его присутствии? Но заведённую женщину уже ничто не могло остановить. Да кем эта квартирантка себя возомнила? Это же надо быть такой неблагодарной?

Взяла и оставила на неё своих детей, а сама преспокойно разгуливает в обществе кавалера. Да уж, а на вид казалась такой тихоней. А всё Райка, стерва, прислала на её голову эту прыткую деревенщину.

- Добрый вечер, Зоя. А где дети?

- Спят твои дети, ты на часы-то смотрела?

- Спасибо большое, что приглядела за ними.

- Спасибо на хлеб не намажешь.

- Я отработаю, честное слово.

- Между прочим, я в няньки им не нанималась.

- Зоенька, прости, пожалуйста, так получилось.

- Ничего не знаю, с завтрашнего дня вы здесь больше не живёте, мне таких квартирантов и даром не надо. Сегодня переночуете, а завтра, прямо с утра съезжайте.

- Но я же за два месяца заплатила?

- Чего? Никаких денег я от тебя не получала.

- Как не получала, когда я тебе всё до копеечки отдала?

- Ишь, какая хитромудрая. А ты докажи.

- Гражданочка, если вы настаиваете, то я могу прямо сейчас вас обыскать. Что-то мне подсказывает, что деньги точно найдутся. Я обязательно сравню на них отпечатки пальцев, вот тогда и посмотрим, кто здесь хитромудрый.

- А ты кто такой, заступничек? А ну геть отседова, не то милицию вызову.

- Не утруждайтесь, милиция уже здесь, вот моё удостоверение. Ну, так что, сами деньги отдадите или вначале произведём обыск, а потом привлечём вас за сокрытие нетрудовых доходов?

- Не надо обыска, я всё отдам. На, забирай, подавись своими деньгами, и чтобы духу твоего вместе с детьми здесь не было.

- Побойся Бога, да куда же я пойду на ночь глядя, Зоя?

- А это уже не моя печаль.

- Не волнуйтесь, Шура. Поднимайте детей и собирайтесь, я найду, где вас разместить.

- Ну что вы такое говорите? Вы и так мне много помогли.

- Много помощи не бывает, так что, собирайтесь и никаких возражений.

- Спасибо вам, Михаил Федотович.

Усов жил в коммуналке, состоящей из пятерых хозяев. Как говорится, ничто не предвещало такого поворота событий, с утра ушёл на работу один, а назад вернулся с целой семьёй, будет теперь о чём поговорить соседям.

Холостяцкая комната была достаточно большой, чтобы в ней уместилась железная кровать с шишечками и небольшой диван. Спальных мест вроде хватало, но вот хозяину было некуда деться, учитывая количество гостей.

Притихшие ребятишки оглядывались по сторонам, не понимая, что происходит, но ни один из них не капризничал, даже самый маленький. Сейчас не время, когда, можно сказать, решается их судьба. Добрый дяденька ласково улыбнулся и вдруг предложил:

- А давайте пить чай? У меня есть пряники.

Сразу возникло оживление, хозяин комнаты пошёл ставить чайник, а мама устало села на табурет, не решаясь начать разбирать вещи. Тем временем, вернувшийся из кухни Михаил Федотович достал пакет с пряниками и стал раскладывать их в большую вазу.

Находясь в большом нетерпении, дети сгрудились вокруг стола и принялись шумно переговариваться между собой, в ожидании сладкого. Шура спохватилась и тут же пресекла все поползновения дотянуться до заветного угощения.

- Погодите, не хватайте, идёмте мыть руки. Где здесь можно умыться, Михаил Федотович?

- Прямо по коридору, потом налево и снова налево, думаю, найдёте. А пока вы умываетесь, я приготовлю чашки и заварю чай.

Ванну нашли сразу, а когда выходили оттуда, вымыв руки, из кухни выплыла монументальная Эльза Карловна, работающая стенографисткой в машинном бюро. Она давно имела виды на одинокого Михаила, поэтому появление Шуры в его комнате восприняла, как личное оскорбление.

Соседка ничего не ответила на приветствие женщины и её малышни, а просто окинула их презрительным взглядом и поджала свои и без того тонкие губы. Александре стало понятно, что им здесь не рады.

После совместного чаепития, стали укладываться спать. Хозяин разложил диван и помог Шуре застелить постель. Квёлые дети тёрли глаза и засыпали буквально на ходу, не в силах совладать с усталостью.

- Ну вот, вы с дочкой ложитесь на кровать, а мальчиков разместим на диване, места всем хватит.

- А вы где ляжете, Михаил Федотович?

- Вы за меня не переживайте, я уже взял у соседа раскладушку и размещусь на кухне.

- Ну нет, я не согласна, раз есть раскладушка, то можно разместиться всем вместе, в одной комнате. Что же это будет, если мы хозяина выгоним из собственного дома? Подумаете ещё, что за неблагодарные гости?

- О чём вы, Шурочка? Мне наоборот в радость, так весело в моём скромном жилище никогда ещё не было.

Раскладушку поставили ближе к двери, после чего выключили свет. В темноте комнаты Шура зашуршала простынями, укладываясь рядом с дочкой. Дети уснули быстро, а взрослые лежали с открытыми глазами, прислушиваясь к дыханию друг друга.

- Михаил Федотович, вы не спите? - вдруг шёпотом позвала Александра.

- Нет ещё, а что такое?

- Хотела сказать ещё раз спасибо за доброту вашу и сердечность. Чтобы вас не стеснять, мы уже завтра вернёмся в деревню, не получилось у меня начать жизнь с чистого листа.

- Куда же вы вернётесь, Шура? Дом хоть и сгорел только наполовину, но всё равно совершенно не пригоден для жилья, к тому же, зима на носу.

- А что же мне ещё остаётся, Михаил Федотович? Продолжать злоупотреблять вашим гостеприимством?

- Почему нет? Я большей частью на работе торчу, прихожу только ночевать, да и то не всегда. Оставайтесь сколько угодно долго, вы мне совершенно не мешаете, честно. Тем более, дело вашего мужа ещё не закончено.

- Не называйте его так, наш развод дело решёное.

- Всяко бывает, может ещё простите своего Захара, как знать? Станете жить лучше прежнего.

- А вы бы простили на моём месте, Михаил Федотович?

- Трудно сказать, скорее нет, чем да. Но я мужчина, поэтому так категоричен.

- А я хоть и женщина, но тоже ни за что не прощу.

- Давайте спать, Шура. Утро вечера мудренее, будет день, будет и пища.

- Спокойной ночи, Михаил Федотович.

- Приятных снов, Шурочка.

Под утро, впервые за долгое время, Усову приснилась Глафира, его покойная жена, она сидела рядом на раскладушке и довольно улыбалась. Он тут же вскочил и замотал головой, прогоняя остатки сна. Огляделся вокруг, увидел спящих гостей и снова посмотрел на жену.

- Ты как здесь оказалась?

- Специально пришла посмотреть на тебя, Мишенька. Наконец-то душа моя может быть спокойна, нашлась для тебя хорошая женщина. Крепко держись за неё, не упускай своего счастья.

Тут из кухни донеслась громкая ругань пьяного соседа, вернувшегося со смены, и Михаил Федотович проснулся по-настоящему. О том, что Глаша была здесь, напоминало лишь небольшое углубление на одеяле, в том месте, где она сидела. Он так и не понял, что это было, сон или явь?

Глава 9 Моя семья...

Крики из кухни становились всё громче и с этим надо было что-то делать. На часах было чуть больше 6 утра, дети сладко посапывали во сне и Шура вместе с ними. В деревне она обычно вставала рано, с петухами, но настолько намаялась за вчерашний день, что теперь спала без задних ног.

Вероятнее всего, ещё и потому, что в комнате Михаила было уютно и тепло, как дома, а ещё безопасно, несмотря на доносившиеся крики. Проснувшийся мужчина залюбовался идиллической картинкой, вдруг почувствовав себя частью этой семьи.

Но нужно было срочно вставать и идти на кухню, чтобы усмирить не в меру разбушевавшегося соседа Митьку, часто устраивавшего шумные разборки с женой. Вот и на этот раз он доставал свою Светлану, требуя сходить за самогоном.

Оказалось, Митька даже не доработал ночную смену, его выгнал мастер, застукав на работе в пьяном виде. Увидев перед собой Усова, мужчина вмиг протрезвел, поскольку хорошо знал, где тот работает.

Это только с женой он был героем, поэтому и гонял почём зря, а ей с утра тоже нужно было на смену. Сколько раз Михаил Федотович предлагал соседке написать на мужа заявление за рукоприкладство, но она всё отнекивалась. Вот и сейчас всё пошло по тому же сценарию, что и всегда:

- Вот отправлю сейчас тебя в каталажку, чтобы хоть немного ума-разума там набрался.

- Да я всю ночь работал, а Светка мне пузырь зажала, хотел выпить с устатку.

- По-моему, тебе уже достаточно.

- Думаешь, Федотыч? Ну тогда я спать пойду.

- А ты что скажешь, Светлана? Будешь писать заявление или снова простишь?

- Да ладно, с меня не убудет, проспится, да и успокоится.

- А если прибьёт когда-нибудь?

- Не прибьёт, Михаил Федотович, ты же знаешь.

- Вот что ты за человек, Митька? Она же женщина, нельзя с ней так поступать.

- Знаю, люблю я её дуру, понимаешь?

- Странный способ признания ты выбрал, Дмитрий.

- Зуб даю, больше никогда не трону.

- Грош цена твоим обещаниям.

Несмотря на выходной день и ранний час, жители коммуналки стали потихоньку просыпаться. Из своих комнат одновременно вышли ещё двое соседей, Эльза Карловна и Пульхерия Афанасьевна. Каждая прошла к своему столу и занялась привычным делом.

- А вы что же молчите о новых жильцах, Михаил Федотович? Это кто же к вам вчера пожаловал? - вкрадчиво спросила стенографистка.

- Это мои гости.

- И надолго ли прибыли ваши гости?

- Они останутся здесь столько, сколько пожелают. Возможно, навсегда.

- Ну, надо же, какие новости, с ума сойти.

- Вы что-то имеете против, Эльза Карловна?

- Нет конечно, Боже упаси.

- Вот и славно. В таком случае, разрешите откланяться?

Михаил посетил ванную, после чего прошёл в свою комнату. Дети всё ещё спали, а Шура уже оделась и сидела на стуле, с тревогой прислушиваясь к доносящимся из кухни голосам. Она была готова ко всему, кто знает, что там происходит?

- Доброе утро, Шурочка. Вы уже проснулись?

- Да, что-то я сегодня не в меру разоспалась.

- Так и спали бы дальше или Митька проказник помешал своими криками?

- Нет, я вот только встала.

- Ну, раз встали, значит сейчас будем завтракать. Только вначале позвоню, поеду сегодня в Покровку, а вы с детьми останетесь дома.

Телефон висел в общем коридоре, хотя, аппарат провели специально для Усова. Он набрал дежурного и вызвал машину к назначенному часу, Шура прислушивалась к отрывистым фразам своего благодетеля.

- Надолго уезжаете, Михаил Федотович? - поинтересовалась, когда он снова вошёл в комнату.

- Пока не знаю, надо обстоятельно разобраться с этим делом, а это можно сделать только на месте. Но вы не переживайте, Шура, я оставлю вам свои карточки на продукты, распоряжайтесь всем по своему усмотрению.

- Михаил Федотович, вот, возьмите деньги за постой.

- Помилуйте, какие деньги?

- Но как же, мне неудобно.

- Спрячьте сейчас же и чтобы больше я об этом не слышал. Я хорошо зарабатываю, живу один, как вы поняли, точнее жил до вчерашнего дня. Мне совершенно некуда тратить.

- Но как же я тогда смогу вас отблагодарить?

- Вы знаете, Шура. Раз уж есть такая потребность, то можете заняться хозяйством, я не против, а то мне совершенно некогда готовить и прибирать за собой комнату. Вот это и будет платой, так вас устроит?

- Да, конечно, Михаил Федотович.

- Вот и хорошо. И давайте договоримся, называйте меня Мишей или Михаилом, как удобно.

- Хорошо, Миша.

- Если соседи будут одолевать расспросами, особо не откровенничайте. Помочь не помогут, а навредить могут запросто.

- А если они спросят, кто мы вам, что мне отвечать?

- Скажите, что вы моя семья и вопросы сами собой отпадут.

- Я поняла. Пока вас не будет, попробую поискать работу, чтобы не сидеть без дела.

- Об этом поговорим, когда я вернусь. Если что, найдём вам работу с удобным графиком, а пока, располагайтесь, чувствуйте себя как дома, шкаф наполовину пустой, можете разложить все свои вещи.

- Спасибо вам огромное, Михаил...Миша. Вы очень добрый человек, дай Бог вам здоровья.

- Полноте, я самый обычный. Ну, что, давайте завтракать? Там поди и чайник давно нагрелся. А как дети проснутся, ещё раз поставите и покормите их. Перед отъездом покажу, где у меня, что лежит.

Примерно через час за Усовым пришла машина и он отбыл в деревню. Сегодня ему предстояло опросить нескольких человек, которые могли знать, что случилось в то злополучное утро, сразу же после отъезда Шуры с детьми.

Одним из этих людей, был кузнец Иван. Кроме того, хотелось бы ещё переговорить с Авдотьей Ефимовной. Наверняка, врач разрешит с ней побеседовать, правда, дочь может воспротивится.

Очень странная и одновременно загадочная женщина, она определённо темнит. Интуиция у Усова была отменной, он всегда чувствовал, когда его водят за нос. Золовка Шуры точно что-то скрывает, к гадалке не ходи.

Пока Михаил Федотович доехал до Покровки, он наметил план действий, отступать от которого не собирался. То, что Захар Фадеев не убивал, было слишком очевидно, а это значит, что убийца по-прежнему на свободе и может быть опасен для окружающих. Он только притаился на время.

Глава 10 От любви до ненависти...

Дети успели проснуться ещё до отъезда Усова. Они с вечера прониклись симпатией к хозяину комнаты, смекнув, что он человек добрый, а значит его можно не бояться. Марья, как самая старшая, одёргивала не в меру любопытных братьев, из которые вопросы сыпались, как из рога изобилия.

- Дядя Миша, а вы один живёте?

- Теперь не один, с вами.

- А у вас есть сын или дочка?

- Нет, Павлуша, пока не обзавёлся.

- Жалко.

- Мне тоже жаль, но увы, ничего не поделаешь.

- А от нас папка ушёл.

- Егор, перестань жаловаться, - сдвинула брови серьёзная Марьюшка.

- Я не жалуюсь, а рассказываю.

- Действительно, он просто делится со мной информацией.

Глядя на то, как Михаил обращается с любознательными ребятишками, Шура невольно сравнивала. Даже раньше, ещё до отъезда на фронт, Захар редко проявлял свои чувства и вёл себя по отношению к собственным детям прохладно, если не сказать равнодушно.

Старшие дочь и сын тянулись к нему всей душой, но он держался на расстоянии, почти не делая попыток приласкать. Егорка родился уже после отъезда Захара, а значит тем более не мог рассчитывать на его любовь и внимание.

Малышу нужен отец, ведь ему всего три с половиной года, да и старшие нуждаются в нём не меньше, хоть уже и большенькие. Семилетняя Марья должна была в сентябре пойти в школу, но теперь пойдёт вместе с Павлушей на следующий год.

Ничего, не критично, зато будут вместе учиться и приглядывать друг за другом. Сейчас самое главное найти работу, чтобы было на что жить и чем платить за квартиру, потому что оставаться жить у Миши просто неудобно.

Можно конечно и дальше продолжать пользоваться, как ни в чём не бывало, гостеприимством Усова, но это уже будет верхом наглости с её стороны. Не может же он взвалить на себя все заботы и хлопоты по содержанию чужих детей? Зачем ему такая обуза?

В отсутствие хозяина комнаты, занятого расследованием преступления, Шура займётся поиском работы и жилья. Понятное дело, они обязательно дождутся его возвращения из деревни и только потом съедут. Приняв решение, она заметно повеселела, даже Михаил это заметил.

- Смотрю, успокоились, Шура?

- Да, сейчас мне намного лучше, спасибо большое.

- Вот и прекрасно, я очень рад, Шурочка. Надеюсь, что теперь вы всегда будете улыбаться?

- Я постараюсь.

- У вас очень красивая улыбка, впрочем, как и вы сами.

- Скажете тоже, - зарделась Александра, не зная, куда себя деть от смущения.

- Я говорю истинную правду.

Потом пришла машина и Михаил уехал, оставив молодую женщину в растрёпанных чувствах. Она уже и не помнила, когда в последний раз слышала такие приятные слова от мужчины, а тем более, такого, как Усов.

Несомненно, Михаил Федотович был достойным во всех отношениях, но где он, а где она? Пока дети завтракали, Шура с головой погрузилась в собственные мысли и воспоминания. Выросла в детдоме, выучилась, несмотря ни на что, стала человеком.

Замуж Александра вышла рано, ещё и 19 лет не было, муж был её первым и единственным мужчиной. Поначалу конечно ухаживал, был ласковым и предупредительным, величал своей лебёдушкой, даже царицей называл.

Ровно через 9 месяцев после свадьбы родилась Марья, через год Павел, а ещё через два с половиной Егорка. Почти 8 лет брака, из них 4 года разлуки, а потом всё рухнуло в одночасье, как будто сглазил кто.

Хотя, глупости всё это, в данном случае нет никакого сглаза и уж тем более приворота, Захар сделал свой выбор осознанно. Многие из покровских мужиков ушли на фронт, хотя, вернулись конечно не все.

Но ни один из них не сделал того, что позволил себе законный муж Шуры. На какой ляд, спрашивается, он притащил с собой полюбовницу с войны, да ещё и поселил в одном дворе с женой и детьми? Чего добивался?

Хотел развести гарем, решив, что, раз отмечен наградами, то ему теперь всё можно? Одного не учёл, гордая Александра на такое никогда не подпишется, ещё чего не хватало. Насколько любила она его крепко, настолько и возненавидела, после того, как лапы свои стал распускать.

Может и не уехала бы никуда из деревни, не оставила бы детей без дома, да боялась, что не устоит перед его натиском. А что потом? В петлю лезть или самого порешить, чтобы прикасаться больше не смел?

Последний раз обнял так, что всё поплыло перед глазами, хотелось прильнуть к нему всем телом и налюбиться досыта, за все 4 года, когда ждала и верила, что вернётся живой и всё у них будет по-прежнему.

Но нет, удержалась, не дала чувствам одержать верх над разумом, а то бы никогда себе этого не простила. Как ни крути, а больше не будет у них так, как прежде, хоть из кожи вон вылези. Простить, означает предать самоё себя.

Прошла любовь, сгорела дотла в тот же день, когда в доме по соседству раздался глумливый смех Матрёны, упокой Господь её душу. Как бы там ни было, а не желала Шура зла этой бабёнке, не она бы, так другая появилась.

Раз уж захотелось мужику попробовать свежатинки, никто бы его не остановил. Потом-то, конечно, одумался, захотел всё исправить, да только поздно раскаялся. И даже смерть этой Мотри, ничего не изменит.

Ещё неизвестно, кто её убил. Тот злой следователь утверждал, что Захар оговорил себя, в стремлении оградить Шуру от ареста, да и Усов вроде бы тоже на это намекал. Выходит, муж думает, что она это сделала в припадке ревности и поэтому взял всю вину на себя? Ну и дурак, коли так.

Если кончилась любовь, то и ревности неоткуда взяться. А вот поведение Миши говорит само за себя, неужто он смотрит на неё, как на женщину? Она прямая, как стрела, у неё нет опыта в искусстве кокетства и флирта, поэтому хотелось бы ясности относительно его намерений.

Что касается самой Шуры, то она, пожалуй, была бы не против его ухаживаний. Подумав об этом, снова покрылась румянцем, но быстро спохватилась, заметив, что дочь следит за ней исподтишка и видит всю гамму чувств, отображаемых на лице.

Тем временем, Михаил Федотович уже прибыл в деревню и обходил адреса тех, кто ему был нужен. Он мог бы конечно сидеть в сельсовете и вызвать всех к себе, но люди будут изначально настроены по-другому, не как дома.

К тому же, в привычной обстановке человек расслабляется, тем проще застать его врасплох, а значит он может невольно проговориться и выдать себя, рассказав то, что не хотел придавать огласке.

Примерно так случилось с кузнецом Иваном, который упомянул о своих отношениях с Раисой, едва зашёл разговор о Матрёне. Хотя, следователь просто задал невинный вопрос, спросив, что он думает по поводу погибшей.

Глава 11 Каждый сам кузнец своего счастья...

Как ни странно, но информация о том, что кузнец и Раиса Петровна находятся в отношениях, следователя ничуть не удивила. Он лишь удовлетворённо кивнул и поставил галочку в своей толстой тетради. Картина понемногу стала проясняться, а значит он на верном пути.

- Так, с этим разобрались. И всё же, я настаиваю, давайте вернёмся к моему вопросу. Расскажите, что из себя представляла Матрёна Ивановна Савинова? Сугубо на ваш взгляд.

- Баба, как баба, ничего особенного. Разве что слишком назойлива.

- Что вы имеете в виду? Она вам себя предлагала?

- Нет, с чего вы взяли? Просто вид у неё такой всегда был, безотказный что ли, как будто готова со всеми переспать.

- Как по-вашему, она гуляла от Захара Фадеева?

- Да кто ж её знает? Странная женщина, одним словом.

Кузнец был человеком простым и бесхитростным, поэтому не сразу понял, что уже до этого успел ляпнуть лишнего. Хотя, с другой стороны, почему он должен молчать о том, с кем встречается? Что в этом криминального?

Не по нутру ему было скрываться, но пришлось, Раиса просила никому ничего не рассказывать. Стеснялась, почему-то, всё думала, засмеют их сельчане, а может мать свою боялась, как знать?

Если бы Иван Подоляк знал, чем обернётся тот самый разговор с погибшей Матрёной, он бы и общаться с ней не стал. Наоборот, при первом же приближении бежал бы от этой чумной, как чёрт от ладана.

Однажды, это было примерно за месяц до убийства, ушлая бабёнка заглянула в кузню по какой-то своей надобности, и долго стояла рядом, заворожённо залюбовавшись кузнецом во время работы. Он тогда даже не сразу её заметил.

Фигура Ивана была словно высечена из стали, эта же сталь плавилась в его руках, подчиняясь неимоверной силе. Мужественные черты лица чётко очерчены, мускулы, покрытые капельками пота, играли в бликах огня, он походил на Бога Олимпа, настолько был красив.

Дождавшись, когда кузнец закончит ковать деталь, Матрёна наконец обнаружила своё присутствие и сразу же взяла с места в карьер. Подойдя ближе, стала без зазрения совести, прямо в открытую, намекать, что не прочь уйти от Захара и переметнуться к нему.

Видать, уже тогда не всё было гладко в их отношениях. Скорее всего, именно по причине ревности он её и грохнул. Хотя, Ваня тогда сразу честно сказал, что несвободен, поэтому пусть даже не помышляет.

Но Мотрю сей факт не остановил, скорее наоборот, ещё больше подзадорил. Услышав его отказ, она насмешливо улыбнулась, потянулась бесстыдно всем телом, разбрасывая руки в сторону, и пропела:

- Уж не Раису ли ты имеешь в виду, миленький?

- Не болтай того, чего не знаешь.

- Она же страшная, как моя жизнь?

- Так ведь с лица воду не пить.

- Ох, зря отказываешься, подумай хорошенько. Знаешь, как жарко я могу любить? Не зря Захару крышу снесло, попробуешь, мигом Риску свою забудешь. Ну, хочешь, давай, прямо здесь приголублю, а?

- Не стыдно так навязываться? У тебя вроде как мужик есть.

- Вот именно, вроде как. То ли есть, то ли нет, - с горечью сказала женщина.

- Каждый сам кузнец своего счастья.

- Не всегда, Ванечка. Таким как я помощь требуется, потому я тебя и выбрала, ты и есть кузнец моего счастья.

Она подошла близко-близко, тесно прижавшись к нему высокой грудью и преданно заглядывая в глаза. От неё пахнуло пряным запахом и ещё чем-то таким, отчего и правда начисто отшибало мозг.

Тем не менее, Иван не собирался на неё кидаться, поскольку по природе своей был брезглив. Неизвестно, скольких ещё, обслуживала эта ППЖ на фронте, прежде чем остановилась на Захаре?

Тут в предбаннике к кузне хлопнула входная дверь и Матрёна быстро отпрянула от кузнеца, делая вид, что оказалась здесь случайно, просто заглянула мимоходом. Но так никто и не появился, хотя, оба явственно слышали шум.

- Кто бы это мог быть, Ванюша?

- Понятия не имею.

- Не боишься, что разговоры про нас пойдут по деревне?

- А мне чего бояться? Я ничего плохого не сделал.

- Так долго ли умеючи? Главное начать.

- Иди отсюда, Матрёна, ступай, подобру-поздорову.

- Пойду, конечно, но учти, к этому разговору мы с тобой ещё вернёмся.

Покачивая бёдрами, женщина ушла, а через какое-то время появилась хмурая Раиса. Она ни словом не обмолвилась, что видела любовницу брата, но была очень недовольна. Иван сам не стал ничего скрывать о визите Матрёны, правда не упомянул, чего она хотела на самом деле.

Кстати, именно после этого Рая стала просить не рассказывать никому об их отношениях, мол, ещё не время. Интересно, почему? А что если это она невольно подслушала тот разговор, но так и не зашла внутрь, предпочтя удалиться прочь?

Спустя месяц с небольшим Матрёну убили и, похоже, что это и правда сделал Захар, больше некому. Вот только районный следователь никак не успокаивается и продолжает ковыряться в этом деле.

Неужто, он тоже уверен, что вина за убийство лежит на Шуре, как многие думали в самом начале? Но это вряд ли, тем более, Захар несколько раз пробовал наладить отношения с женой и обещал бросить любовницу. В общем, сплошные загадки и вопросы.

- О чём таком задумались, Иван Николаевич? Или вспоминаете, как выглядела Матрёна Ивановна?

- Там и вспоминать нечего, одним словом, поганая бабца.

- Думаете, это веская причина для убийства?

- Для кого как. Видать, Захар посчитал, что так будет лучше, потому и расправился с ней.

- Вы верите, что это сделал он?

- Ну, а как? Он же сам признался в этом, так? Никто его за язык не тянул.

- Разберёмся, не переживайте.

- Да мне-то что переживать? Я её не убивал.

- Ну, что ж, тогда вам тем более нечего бояться.

- А я и не боюсь.

- Вот и хорошо. Ладно, работайте, если что, я вас вызову.

Прямо от кузнеца Михаил Федотович направился в контору, где работала Раиса Петровна Фадеева. Вот с кем нужно побеседовать в первую очередь, а ещё было бы неплохо разговаривать в присутствии Авдотьи Ефимовны. Интересно, а она знает, что её дочь невеста?

Скорее бы покончить с этим непростым делом и вернуться домой, к Шуре. Уж он тогда больше не станет ходить вокруг, да около, а сразу предложит ей выйти за него замуж. Ну и что с того, что они едва знакомы? Главное в этой жизни найти своего человека.

А что чувствует сама Александра? Она хочет перемен или согласна простить мужа и вернуться к прошлому? Судя по разговору, назад дороги нет, а значит, есть шанс завоевать эту удивительную женщину.

Голова распухла от разных мыслей, примерно так же, как тетрадь от записей. От расследования дела до личного, от личного к общественному. Нужно выяснить, как убитая оказалась в доме Шуры, как проникла внутрь?

Кто ей дал ключи? Мать или сестра Захара, или всё-таки он сам? Хотя, был ещё третий ключ, тот, что утерян. Но самое главное - это поиски берданки. Как только найдётся ружьё, сразу найдётся убийца и поджигатель, вот только, совсем не факт, что это одно лицо.

Наконец, подошёл к конторе и вошёл внутрь. Время близилось к полудню, как раз начало обеда, а значит Раиса ещё на месте и не сможет улизнуть. Михаил с удовольствием смотрел на вытянувшееся лицо Шуриной золовки. В глазах женщины читалось смятение, когда он заявил:

- Здравствуйте, Раиса Петровна. А я снова к вам для откровенного разговора. Помните, я обещал, что мы скоро увидимся?

Глава 12 Откровенный разговор...

Перед тем, как появиться Усову, Раиса была настроена бежать домой, чтобы покормить больную мать и поесть самой, если конечно успеет. По её подсчётам, обеденного перерыва должно было хватить, но следователь спутал все карты. В конце концов, не тащить же его с собой?

Нет уж, прошлого визита вполне достаточно, мама и так была обеспокоена сверх меры. Ничего не поделаешь, видно придётся остаться без обеда. Рая старалась выглядеть как можно безмятежнее, но получалось откровенно плохо, во всяком случае, Михаил Федотович видел её насквозь.

- Здравствуйте, товарищ следователь. Я думала, что мы уже обо всём переговорили.

- Не совсем, Раиса Петровна. Есть ещё пара нюансов, которые требуют более детального обсуждения. Уж простите, служба такая.

- Ничего страшного, я готова ответить на все ваши вопросы, в том числе и под протокол.

- У вас же сейчас обед, не так ли?

- Да, как и у всего трудового народа.

- Вот и замечательно, тогда, можно я составлю вам компанию? Заодно и поговорим.

- Раз уж вы настаиваете, давайте поговорим, - сухо произнесла женщина и жестом показала на стул напротив своего стола.

- А вы где обычно обедаете, на работе или домой ходите?

- Домой слишком далеко, я рискую опоздать.

- А Авдотью Ефимовну есть кому покормить?

- Я обо всём позаботилась, поэтому оставила ей всё с утра. Сама я ем только утром и вечером, а в обед просто отдыхаю от цифр.

- И всё же, это непорядок. Человек должен принимать горячую пищу, иначе, можно запросто заработать язву, тем более, ваша мама уже в возрасте.

- Не переживайте, Михаил Федотович, это временные трудности, мы с ними справимся.

- Нисколько в этом не сомневаюсь, дорогая Раиса Петровна. И всё же, тяжело наверное приходится без помощи бывшей невестки? Не жалеете, что спровадили её в город?

- Что значит спровадила? Шура сама приняла решение уехать, я всего лишь дала ей деньги на дорогу и адрес подруги, где можно остановиться на первых порах. Не забывайте, её дети мои племянники.

- Вот именно поэтому ваши действия и вызвали моё удивление, отпустить так просто женщину с детьми. Странно всё это.

- Странно продолжать жить с мужем, который тебя не уважает.

- Согласен, но разве вы не должны были быть в данном случае на стороне брата?

- Я прежде всего женщина, поэтому действовала из лучших побуждений.

- А заодно и себе помогли, правда же?

- О чём вы?

- О том, что вы устранили главное препятствие на пути любовницы вашего брата и таким образом обезопасили свои отношения с Иваном Подоляком.

- Причём здесь Ваня?

- Полноте, Раиса Петровна. За эти два дня я опросил кучу народа и мне многое стало известно.

- Например, что?

- Во-первых, что Матрёна Ивановна мечтала поселиться в большом доме и стать там полновластной хозяйкой, но Захар не собирался выгонять жену с детьми.

- Но как это связано с кузнецом?

- Во-вторых, накануне убийства, ваш брат выгнал свою любовницу на все четыре стороны и она пришла на работу с чемоданом.

- И всё же, я не понимаю...

- Имейте терпение, я ещё не закончил свою мысль, хотя, вы можете меня поправить, если я вдруг ошибусь. Всё решил вечер рокового дня, когда ваш брат оповестил жену, что выгнал Матрёну и собирается вернуться в семью. Александру это совсем не устраивало, поэтому она дождалась темноты и бежала, забрав детей и всё самое необходимое, тем более, вы уже снабдили её деньгами и адресом подруги. Ну что, рассказывать дальше, как было дело, или сами продолжите?

- Нет уж, вы как-нибудь обойдитесь без моего участия.

- Как хотите, мне совсем не трудно.

- Матрёна Ивановна стала свидетелем того, как жена её любовника вместе с детьми покинула дом и пошла посреди ночи по направлению к дороге. После этого она сразу поспешила к вам, правда без чемодана, который так и остался на работе. .Видно, не была уверена в вашей помощи, хоть, вы и обещали, правда же, Раиса Петровна?

- И что с того? Просто мне надоело смотреть на то, как люди смеются над моим братом, называя его султаном и предводителем гарема.

- Снова лукавите? Вы ведь не только поэтому обещали, в первую очередь вы боялись, что Иван вас бросит и переметнётся к другой.

- Да, боялась, потому что однажды увидела, как она липла к моему Ванечке, предлагая приласкать. Я слишком его люблю, чтобы вот так просто, за здорово живёшь, отдать какой-то лярве.

- А почему же вы запрещали своему любимому говорить в открытую о ваших отношениях? Может тогда бы Матрёна постеснялась вешаться на него?

- Не смешите, у этой ППЖ нет ни стыда, ни совести.

- Однако, вы ей помогли.

- Не отрицаю.

- Когда она предложила вам сделку?

- Неделю назад Мотря пришла ко мне на работу и заявила, что я должна ей помочь, если не хочу остаться без мужика. Мол, моя задача всего лишь навсегда спровадить невестку из дома, вот я и постаралась это сделать.

- Что было потом?

- В ту ночь, когда Матрёна пришла, я отдала ей ключи от большого дома.

- Те самые, что когда-то пропали?

- Да, брат потерял их, а я нашла и припрятала.

- Рассказывайте дальше.

- На этом всё, больше я её живой не видела, понятия не имею, кто убийца. Вряд ли это сделал Захар, он на такое просто не способен. Шура тоже не могла, она к тому времени уже уехала.

- Шура непричастна, это я уже выяснил. Если не Захар, тогда кто?

- Я не знаю, честно. Скажите, что теперь со мной будет, меня посадят?

- Если виноваты, непременно.

- Но я её не убивала.

- Значит и боятся нечего. И знаете что? Разговаривал я с вашим кузнецом, любит он вас, а вы в него не верили.

- Захар тоже жену любил, однако, предал.

- Была бы любовь, не предал бы.

- Просто есть такие женщины, перед которой ни один не устоит, вот Матрёна одна из них.

- Перестаньте, какая бы ни была эта вертихвостка, рушить семью ради неё непозволительная глупость.

- Вы правы. Скажите, как там Шура и дети? У них всё хорошо?

- Более чем.

- Ну и слава Богу. Хоть вы мне и не верите, но так было лучше и для неё самой, баба она видная, найдёт ещё своё счастье.

- Обязательно, даже не сомневайтесь. Ладно, пошёл я дальше работать.

- До свидания, Михаил Федотович.

- Не прощаюсь, сегодня вечером я к вам ещё раз загляну, только на этот раз домой, а не на работу.

- Это ещё зачем?

- Хочется мне всё-таки переговорить с Авдотьей Ефимовной.

- Но мама пока нездорова.

- Надеюсь, вашей маме станет лучше, потому что я намерен её опросить. Так что, готовьтесь.

- Господи, что ж тебе всё неймётся? - прошептала вслед удаляющемуся следователю Раиса.

Позже, просматривая в задумчивости свои записи в тетради, Усов вдруг поймал себя на мысли, что чувствует беспокойство, но никак не мог понять его причину. Он стал перебирать в голове детали разговора с кузнецом и ещё с парочкой опрошенных на сегодня.

Вспомнил до мельчайших подробностей всё, что говорила Раиса, а потом вдруг хлопнул себя по лбу. Ну, конечно, она сказала, что после того, как отдала ключ Матрёне, больше её живой не видела. Это означало только одно, она видела её мёртвой, а значит рассказала не всё, что знала.

- Ох, дурак, купился на её слова о Шуре, распушил хвост. Ну, погоди Раиса Петровна, дай только добраться до тебя.

Глава 13 Наш человек советский...

День пролетел стремительно, Шура и сама не заметила как, поскольку была занята генеральной уборкой с мытьём окон, стен, полов и потолка. Она решила воспользоваться отсутствием хозяина и устроить ему сюрприз, чтобы хоть как-то отблагодарить за всё хорошее, что он для них сделал.

Миша предупредил, что скорее всего задержится в деревне на пару дней, но всё же, постарается выбраться домой пораньше, а значит, он может приехать в любой момент. Так что, надо меньше рассусоливать, пора приниматься за дело, чтобы сюрприз удался.

После завтрака дети вышли во двор погулять, Марьюшка хотела помочь матери, но та поручила приглядывать за младшими братьями, пришлось подчиниться. Жизнерадостные ребятишки бегали друг за другом, играли в догонялки, не желая заходить обратно.

Уже до обеда всё вокруг блестело и сверкало, оставалось сготовить обед, а потом ещё прибраться в местах общего пользования, на кухне, в ванной комнате и коридоре, чем Александра и занялась, тихонько напевая себя под нос.

Бьется в тесной печурке огонь,

На поленьях смола, как слеза.

И поёт мне в землянке гармонь

Про улыбку твою и глаза.

Про тебя мне шептали кусты

В белоснежных полях под Москвой.

Я хочу, чтобы слышала ты,

Как тоскует мой голос живой.

Когда уборка была почти завершена, из своей комнаты выползла Эльза Карловна, непонятно, то ли на запах свежесваренной похлёбки, то ли на звуки красиво исполняемой песни, а может из-за всего сразу.

Она бесшумно выросла позади молодой женщины и принялась с негодованием разглядывать её статную фигурку, одновременно прислушиваясь к мелодичному пению:

Ты сейчас далеко, далеко,

Между нами снега и снега.

До тебя мне дойти не легко,

А до смерти - четыре шага.

Пой, гармоника, вьюге назло,

Заплутавшее счастье зови.

Мне в холодной землянке тепло

От моей негасимой любви.

Платье Шуры было высоко подоткнуто, чтобы не подметать грязь подолом. Вся она была такая ладная, раскраснелась во время уборки, густые чёрные волосы подобраны сзади и схвачены несколькими шпильками, одна из которых выскользнула из тугого узла и выпустила вьющуюся прядь.

"Теперь понятно, на что позарился одинокий сосед. Что и говорить, ушлая бабёнка, видать, хорошо понимает, на что клюют мужички. Одно странно, как ей удалось не раскабанеть после вынашивания троих детей?", - думала Эльза, сравнивая стройную Шуру с собой.

- Ты чего это тут распелась? Совсем уж ополоумели гости незваные, мало того, что дети носятся весь день, туда сюда, так ещё и мамаша концерты устраивает.

- Ой, здравствуйте, простите. А я решила уборку затеять, а потом забылась и запела, подумала, что никого нет, по всей квартире тишина стоит, - улыбнулась Шура белозубой улыбкой, стыдливо одёргивая подол.

- Отчего же? Все дома, просто многие спят.

- Так ведь время уже много.

- Ну и что с того? Имеем право отдыхать, сколько понадобится, после напряжённой рабочей недели. Это только наглые захребетники и бездельники вроде вас могут в любой момент выспаться, а мы себе можем позволить лишь в законный выходной поспать подольше. Так что, шли бы вы со своим ведром куда подальше, а то и вовсе прочь из этого дома, - насмешливо протянула женщина, желая побольнее уколоть счастливую соперницу.

Шура покраснела и закусила губу, стараясь сдержать непрошенные слёзы, готовые выскочить из глаз. Что-то она совсем стала слезокапкой, видимо расслабилась за эти два дня, что живёт в городе. Вчера в разговоре с тем мужланом разрыдалась, сейчас тоже готова заплакать.

Ещё не хватало показать свою слабость перед этой хамоватой особой, которая второй день пытается её уязвить, уже хотя бы тем, что не отвечает на приветствия. Своим женским чутьём Александра сразу почувствовала причину такой неприязни.

Видимо, тётка эта имела виды на Михаила, оттого и воспринимает её появление с детьми, как угрозу своим планам. Ну и Бог с ней, не хочет дружить, не надо, как говорится, не очень-то и хотелось.

Можно было конечно объяснить своё нахождение здесь, как вынужденное, но нет. Не в характере Александры оправдываться, тем более, что Михаил Федотович попросил отвечать всем, что она и дети его семья.

Мужчина сам сделал свой выбор, а значит так тому и быть. Была бы нужна эта болячка, он бы не стал приводить Шуру в дом. Интересно, во что же выльется противостояние с этой зловредной соседкой?

Конечно, не хотелось бы опускаться до её уровня, но и позволять вытирать о себя ноги тоже нельзя, иначе дальше будет только хуже. Детдом многому научил Шуру, она умела огрызаться, несмотря на беззлобный характер, особенно, когда дело касалось её детей. Вот тут уж никому не будет спуску.

Тут, словно в подтверждение, послышался топот ног и в дом с рёвом забежал Егорка, а следом Павлуша, дочь появилась не сразу. Она держала за пазухой маленького щеночка и шмыгала носом, готовая зареветь.

Чтобы не дать шанса Эльзе Карловне начать отчитывать малышню, Александра завела всех троих в комнату. Младший держался за содранный локоть, из которого не переставая сочилась кровь.

- Что случилось с братом, Марья? Он упал или что?

- Мам, его толкнул соседский пацан, а ещё он хотел бросить в колодец собачку, но я ему уже дала по зубам.

- Ох, ты снова за старое? Сколько можно твердить, что драться нехорошо?

- А тому противному мальчишке значит можно толкаться и обижать беззащитных, да? Сама говорила, что никому нельзя давать спуску, если заслужил, - насупленная девчушка даже задохнулась от негодования.

- Ну, ладно тебе, не обижайся, я же тебя не ругаю, доченька. Сейчас налью похлёбку твоему найдёнышу, но сначала идёмте мыть руки, потом обработаем ранку Егорушке и сядете обедать. Договорились?

- Да, мамочка.

Послушные дети сидели за столом и ели, щенок не отставал, с шумом втягивая жидкое варево. А после обеда явилась мамаша того самого мальчишки, которого стукнула Марья. Небольшой коридор мигом наполнился гвалтом, визгом и воплями негодования.

Пришлось Шуре выйти из комнаты. Что тут началось, на крики выскочили не только Эльза, но и остальные соседи. Разъярённая женщина орала так, что было слышно не только в доме, но и по всей округе.

- Я этого дела так не оставлю, сейчас приедет милиция и во всём разберётся. Бедный ребёнок, не успел выйти на улицу, как тут же нарвался на хулиганов.

Бедный ребёнок был на голову выше Марьи, он куксился, не забывая при этом злобно скалиться, когда никто не видит. Вокруг уже стали раздаваться сочувствующие возгласы, мол, и правда, как нехорошо получилось.

Но Александра не дала ни единого шанса обвинить своих детей. Она быстро взяла себя в руки, а потом остановила всю эту вакханалию очень просто, парой негромко сказанных фраз:

- Дети, выйдите в коридор, чтобы тётя на вас посмотрела. Машенька, встань рядом с мальчиком, пусть сравнят ваши весовые категории, а ты, Егор, покажи свой локоток и расскажи, кто тебя так?

- Вот он меня стукнул, а Марьюшка заступилась.

- А ещё, он хотел утопить собачку, но я ему помешала.

Глядя на худенькую девчушку, с воинственно блестевшими глазками, соседи заулыбались. Всем, кроме Эльзы Карловны, стало очевидно, что мальчишка сам напросился. Семён Аркадьевич, тот самый, что дал вчера раскладушку, весело произнёс:

- Ух, молодца, не дала брата в обиду, да? И щенка выручила из беды. Наш человек, советский.

- Гражданка, если вы хотите более глубокого разбирательства, дождитесь Михаила Федотовича, он как раз работает в органах, так что, приходите через пару дней. Мы хоть и его семья, но он будет на стороне правды.

Не найдя поддержки, мамашка решила спешно ретироваться, ей хватило того, что Усов милиционер, с таким лучше не связываться. Недовольно бурча, она дала сыну подзатыльник и потащила его к выходу.

На этом всё и закончилось. Вот так Шуре удалось поставить на место не только скандалистку, но и Эльзу Карловну. Пусть знает, что новая соседка может так ответить, что мало не покажется.

Михаила Федотовича действительно ждёт сюрприз. Уборка, щенок и разговоры соседей о его новой семье. Интересно, что он на это скажет? Рад будет или нет? Осталось только дождаться его возвращения.

Глава 14 Да гори оно всё огнём...

Знаковые события происходили не только в городе, но и в деревне тоже. Михаил Федотович оказался в самом эпицентре, даже более того, являлся, своего рода, главной движущей силой для многих откровений. Тетрадь следователя наполнялась записями, написанными аккуратным почерком.

После обстоятельного разговора с Раисой, он пришёл к выводу, что медлить больше нельзя, нужно обязательно опросить Авдотью Ефимовну и как можно скорей. Именно она могла подтвердить или опровергнуть все сомнения в причастности её сына к убийству Матрёны Савиновой.

Возможно, после этого, станет понятно, где спрятано орудие преступления, поиски которого всё ещё продолжались. Помощники следователя носом землю рыли, чтобы найти главную улику, но всё было бесполезно, ружьё исчезло, как в воду кануло.

В пожарище берданку не нашли, а значит, она может не раз ещё выстрелить. Этого ни в коем случае нельзя допустить, потому что тогда пострадают невиновные, которые просто-напросто что-то видели, а сообщить забыли.

В общем, Усову предстояло перевернуть небо и землю, но найти либо доказательства вины Захара Фадеева, главного подозреваемого, признавшегося в страшном преступлении, либо настоящего убийцу.

Задача не из лёгких, учитывая множество, мешающих расследованию, факторов. Матрёну в Покровке откровенно недолюбливали, поэтому убить пришлую женщину мог, кто угодно, даже тот, на кого и не подумаешь.

Но первыми в списке, после Захара, стояли его мать и сестра. У всех троих были мотив и возможность. Михаил был на 100 процентов уверен, что Александра непричастна к убийству, а он никогда не ошибался в людях.

Женщина покорила его не только своей красотой, но и каким-то особенным, внутренним светом. Ему с первой же минуты захотелось находиться рядом и как зеницу ока оберегать её свет и чистоту.

Да, он влюбился, как мальчишка, и сам признавал это. Слишком много времени прошло со дня смерти жены, пришла пора снова испытать трепет и волнение при одной только мысли о любимой женщине.

Как она там? О чём думает, чем занята? Не обижает ли кто? Соседи по коммуналке люди конечно хорошие, но мало ли, как они воспримут появление новых жителей? В его отсутствие может всякое произойти.

К тому же, нельзя забывать об Эльзе Карловне, вот уж кто постарается отравить Шуре жизнь. Усов прекрасно знал о планах соседки, она давно нацелилась на его свободу и не скрывала этого.

Женщина сама недвусмысленно намекнула, что хотела бы выйти за него замуж. Хотя, он уже тогда вежливо всё объяснил, но её это не волновало. Это ещё полбеды, есть много разных нюансов, которые, волей-неволей, но всё же придётся учитывать.

В одной комнате впятером будет слишком тесно, а значит, надо что-то решать и уже в самое ближайшее время. Возможно, следует обратиться к начальству с просьбой помочь с жилищным вопросом или самостоятельно найти что-нибудь подходящее, в случае отказа.

Дети у Шуры конечно воспитанные, но ещё слишком малы, им хочется и побегать вволю, и покричать. Всё-таки, в коммуналке свои порядки, а они привыкли жить в своём доме и при этом чувствовать себя вольготно.

Ничего, выход из положения непременно найдётся, сейчас главное завершить расследование и вернуться домой, к Шуре и детям. Вслед за этой мыслью пришла совсем другая, непрошеная.

Нет, он ничуть не сомневался, что женщина захочет с ним жить, тут было нечто другое. А что если, после того, как настоящий убийца будет найден, вышедший на свободу Захар захочет помешать Шуре стать счастливой?

Ну, например, он может попытаться забрать детей, имеет право, это его плоть и кровь, тем более, что суд может запросто встать на сторону фронтовика. Но даже если и так, они с Александрой обязательно с ним поборются.

В голове было множество разных идей, кроме одной, которая могла бы на корню обрубить ещё не начавшиеся споры и тем самым помочь Усову в достижении главной цели. Будь на его месте кто-то другой, сидеть бы Фадееву до конца своих дней, тем более, признание уже получено.

Но не таким человеком был Михаил, чтобы идти на сделку с собственной совестью. Нет, он обязательно найдёт виновного и добьётся его ареста, если конечно не столкнётся с очевидными доказательствами вины подследственного.

К концу рабочего дня Усов поджидал Раю возле выхода из конторы. Она вздрогнула, встретившись с ним глазами, поскольку очень надеялась успеть до прихода следователя переговорить с матерью и научить её правильно отвечать на неудобные вопросы, но теперь об этом придётся забыть.

Въедливый Михаил Федотович не упустит шанса разнюхать всё, что так тщательно скрывала Рая, стараясь уберечь родного человека. Да, для того, чтобы защитить мать, она готова была пожертвовать братом, тем более, вина за случившееся лежала только на нём.

Не привези он с собой с фронта эту мерзкую бабищу, ничего бы не было. О том, кто убил Матрёну, Рая узнала в ту же ночь, когда всё случилось. Она отдала преспокойно ключ любовнице брата и успокоившись легла спать.

В соседней комнате мирно дремала ещё с вечера уснувшая мать, как говорится, ничто не предвещало беды. Кто же знал, что она проснётся и тут же потащится в дом брата? То ли сердцем почувствовала, что невестка с внуками уехали навсегда, то ли приснилось, потому и пошла проверить.

Подслушать ночной разговор женщина точно не могла, иначе бы закатила грандиозный скандал дочери, не сходя с места. Она была за Шуру горой и ни за что бы не допустила её изгнания. Где-то под утро Раиса услышала сквозь сон стук калитки и монотонный плач, отчего тут же открыла глаза.

Подхватившись с кровати, бросилась окошку и увидела посреди двора одинокую женскую фигуру, стоявшую на коленях и вздевающую руки к небу. В чём была выбежала из дома. Мать ползала по земле в одной ночнушке, хорошо хоть сверху накинула тёплую шаль. Она горько плакала, вопрошая:

- Господи, за что мне всё это?

- Мам, почему ты здесь? Ты куда-то ходила?

- Да, к Шуре я ходила и к деткам, но их нет, - ответила женщина, прерывисто всхлипывая.

- Но зачем, посреди ночи-то? Чего тебе дома не сиделось?

- Доченька, милая, там такое.

- Где, мама?

- Да там, в том доме, понимаешь? Убила я эту суку.

- Как убила?

- А очень просто, из ружжа пальнула.

Раиса не спрашивала кого, потому что уже знала ответ. Она завела мать, дрожавшую от потрясения и одновременно от холода, в дом, сунула ей таблетку под язык, насилу дождалась, когда та успокоится, после чего выскочила из калитки и побежала в дом брата.

Мёртвая Мотря лежала посреди комнаты, глаза были открыты, в них плескалась насмешка, её чувственный рот был изогнут в улыбке. По всему видать, не верила, что пришёл час расплаты. Выстрел не успел стереть эту ухмылку, это сделала Рая.

Она расплескала вокруг убитой керосин, вытряхнув все остатки из лампы, а потом подожгла. Подождав, когда пламя разгорится, вышла во двор и припустила обратно. Уже подбегая к родному дому, обернулась назад, чтобы посмотреть на дело рук своих.

Огонь полыхал вовсю, языки пламени вырвались наружу. И вот тут Раиса поняла, что совсем забыла про берданку, но не бежать же назад? Да гори оно всё синим пламенем, вместе с ружьём. Вероятнее всего мать повесила его туда же, где и взяла, потому что рядом с телом ничего не было.

Она зашла в чуть тёплую баню, которая была протоплена ещё с вечера, быстро скинула с себя одежду и замочила в тазу, хорошенько намылив мылом. В другой лохани вымыла разгорячённое лицо и руки, а потом принялась стирать.

Сняла с натянутой в предбаннике верёвки чистое, развешанное ещё днём, платье и остальное, не до конца высохшее бельё, а на его месте развесила стираное, потом оделась и бесшумно проскользнула в дом. Убедившись, что мать крепко спит, раскидала чуть сырую одёжку по стульям и легла.

Сердце бешено колотилось, едва не выпрыгивая наружу. Прошло не более часа, а может и того меньше. Раннее утро принесло известие о пожаре и об аресте Захара. Услыхав об этом, мать грохнулась в обморок.

Женщина так до конца и не оправилась, хотя, организм сам позаботился, стерев все воспоминания о той ночи. Так будет лучше для всех. Пусть Захар за всё отвечает, раз уж хватило ума дать признательные показания.

Глава 15 Одна ложь порождает другую...

В последнее время в Покровке только и было разговоров, что про семью Фадеевых. Оно и понятно, не каждый день убийства происходят, да ещё такие резонансные. Фронтовик, герой войны, награждённый медалями и орденами, а вот поди ж ты, оказался не только двоеженцем, но и убийцей.

Интерес подогревался нахождением в деревне следственной бригады во главе с районным следователем. Он ходил по деревне с папкой подмышкой и задавал неудобные вопросы всем, кто на его взгляд мог что-то знать, видеть или слышать.

Многим довелось с ним пообщаться, вот и сейчас он шёл рядом с Раисой Фадеевой. Во взгляде женщины читалась паника, было видно, что она опасается своего собеседника, трудный разговор с которым начался ещё в самом начале пути.

Михаил Федотович не стал ходить вокруг, да около, а решил спросить напрямую, желая уберечь Авдотью Ефимовну, раз уж здоровье её всё ещё оставляет желать лучшего. Вдруг отпадёт надобность опрашивать больную женщину, как знать?

Всё будет зависеть от ответа дочери, а она явно что-то скрывает. Одна ложь порождает другую, в её силах пролить свет на некоторые неясности, значит довольно церемоний. Попридержав Раю за локоток, Усов заставил её остановиться.

- Не так быстро, Раиса Петровна.

- Что такое, Михаил Федотович? Вы за мной не успеваете?

- Да, запыхался, знаете ли. А ещё, мне хотелось бы кое-что прояснить, желательно до того, как дойдём до вашего дома.

- Спрашивайте, коли так. Хотя, я вам всё рассказала.

- Да нет, вы снова кое-что утаили.

- И что же на этот раз?

- Рассказывая о последней встрече с погибшей, вы упомянули, что больше её живой не видели, так?

- Ну да, потому что утром стало известно об убийстве.

- Хорошо, спрошу по-другому. Если вы больше не видели Матрёну Ивановну живой, означает ли это, что вы видели её мёртвой?

- Я имела в виду, что видела её потом, вместе со всеми, на следующий день, когда стало известно об убийстве.

- Это неправда, потому что на следующий день вы никак не могли видеть жертву. Её вынесли на носилках, тело было тщательно упаковано в мешок.

- Так именно про этот момент я и говорила. А вы что подумали?

- Эх, Раиса Петровна. Никак вы не хотите со мной сотрудничать, а я ведь вам добра желаю.

- Спасибо, конечно, я это очень ценю, но мне больше нечего добавить к сказанному.

Они шагали по пыльной дороге, женщина старательно смотрела себе под ноги, чтобы не встречаться глазами со следователем, который видел её насквозь. Михаил Федотович стреляный воробей, его на мякине не проведёшь.

Их обгоняли прохожие, а потом с любопытством оборачивались, силясь понять, почему эти двое идут рядом. Те, что шли навстречу, почти сразу же останавливались и долго смотрели вслед, провожая взглядами.

Со стороны выглядело так, будто Рая находится под конвоем. Не будет же следак просто так провожать её с работы? Знать нарыл что-то, ведь дело-то ещё не закрыто. Хоть Захар и признался, но ружьё-то всё ещё не нашли. Несколько женщин сбились вместе и давай трешать на все лады:

- Это куда же ведут нашу Раису свет Петровну?

- Интересно, натворила чего или по делу брата вопросы имеются?

- Мне всё же, непонятно, кто же грохнул беспутную Матрёшку? Сам Захар или его заносчивая сестрица помогла?

- А что, всё возможно.

- Это да, Райка тёмная лошадка, скрытная, лишний раз рта не раскроет, не уважит, не приветит.

- И не говори, кума. Давеча я с ней поздоровалась, так она сделала вид, что не слышит.

- Это всё потому, что шибко грамотной себя считает.

- Ну, как же, в городе училась, поэтому и строит из себя.

- Так ведь в конторе счетоводом работает, есть отчего нос задирать.

- Да ладно вам, нормальная она баба, замуж ей надо, тогда враз подобреет.

- А мне вот мать жальче всех, совсем говорят слегла, по дому и то не ходит.

- Авдотья труженица, вдова, слова никто плохого про неё за всю жизнь не сказал, а вот сынок ославил на всю округу.

- Мало того, что подстилку свою с фронта приволок и ради неё жинку с дитями рОдными бросил, так ещё и убивец оказался.

- Вот потому-то мать и заболела.

- Господи, твоя воля, свят, свят, свят, спаси и сохрани, врагу такого позора не пожелаешь.

- А Шурка-то какая смелая оказалась. Молодец, не побоялась трудностей, снялась вместе с детьми и уехала.

- И правильно сделала.

- А Захар, говорят, вернуться хотел, уговаривал её всё, прощения просил.

- Потому и выгнал свою зазнобу, да только поздно спохватился.

- Ой, бабоньки, сдаётся мне, потому и убил он Мотрю. По всему видать пришла она назад середь ночи, увидала, что Шура увезла детей неизвестно куда. Поди обрадовалась, да будить этого ирода пьяного кинулась, а он и осерчал на неё.

- Ага, а опосля поджёг дом и преспокойно улёгся спать. Ты думай, что говоришь-то.

- Не может этого быть. Вы, как хотите, а не верю я, что это Захар сделал.

- Думаешь, Александра постаралась?

- Так в том-то и дело, что нет, на неё я тоже не думаю. Это сделал кто-то другой.

- И кто же?

- Кабы знать. Вот чай районный следователь-то во всём и разберётся.

- А то ж, он головастый, обязательно докопается до правды.

На самом деле, одна из местных Пинкертонш, рассуждая, кто убийца, была недалека от истины. Но одно дело просто языками молоть и совсем другое собирать доказательства. Михаилу Федотовичу оставалось совсем немного, чтобы картинки сложились воедино.

Наконец, Усов и Раиса подошли к дому. Голодная Авдотья ждала дочь с работы и, завидев её, тут же принялась отчитывать, как маленькую, не заметив, что они не одни.

- А ты что же, дочь, не пришла меня покормить?

- Проголодалась, мамуль?

- Ну конечно, есть хочу, прямо спасу нет.

- Сейчас, я мигом.

- Думала, может хоть Шура зайдёт, или Захар, да видно со своей Матрёной милуется. Эх, не нужна никому мать-обуза. Хотела уже сама на кухню идти, но ноги не держат и голова , как чугун.

- Нельзя тебе вставать, ты же знаешь. Я ведь поэтому тебе и водички, и поесть специально оставила, - скороговоркой проговорила Раиса и засуетилась возле матери, не зная, за что хвататься.

- Это где же, интересно?

- Да ты просто не помнишь, как всё съела.

- Ты матери-то голову не дури.

- Мам, давай не при посторонних, - Рая решительно взяла отхожее ведро, что стояло рядом с кроватью, и быстро направилась к выходу.

- Не вовремя вы, Михаил Федотович, могли бы и попозже зайти. Видите же, что человек болеет, мне прибрать за ней надобно.

- Уж простите, об этом я как-то не подумал.

- Ничего ты мне не оставляла, только завтраком покормила и сказала, что в обед прибежишь, - Авдотья Ефимовна не сразу поняла, что у них гости и продолжала капризничать.

Тут взгляд больной женщины упал на смущённого следователя, всё это время деликатно державшегося в сторонке. Подслеповато щурясь, она вначале попыталась угадать, кто пришёл, а потом просто спросила:

- А ты кто будешь, мил человек? Друг Захара?

- Ну, можно сказать и так.

- А чего же он сам мать не навестит?

- Ему сейчас некогда.

- Да чем же он таким занят? Поди на охоту пошёл, дичь пострелять?

- Возможно, Авдотья Ефимовна.

- Давеча видела его с ружжом, выстрелил, я так и подпрыгнула со страху. Наверное убил какого зверя, а нам с Райкой ни кусочка мяса не принёс. А я бы так хотела попробовать.

За то короткое время, что дочь отсутствовала, больная женщина, не отдавая отчёта своим словам, буквально двумя предложениями рассказала обо всём, чему была свидетелем в ночь убийства. Усову стало всё предельно ясно. Он вышел на крыльцо, дождался Раису и твёрдо сказал:

- Значит так, на всё про всё даю 10 минут, не больше За это время вы покормите мать, а потом подробно расскажете обо всём, что было после ухода Матрёны, причём, не только устно, но и письменно.

- Лыко-мочало..., - она не договорила.

- В противном случае, я арестую вас обеих, это понятно?

- За что?

- Вас за поджог и сокрытие улик. Если бы не вы, расследование было бы уже завершено.

- Но я...

- Вы хотели защитить мать, это я уже понял.

- Уверяю вас, мама не хотела убивать, наверняка Матрёна её вынудила.

- Матрёну убил Захар и ваша мама это видела, поэтому и решила выгородить сыночка. А вы поверили и поспешили поджечь дом. В этом деле с самого начала было слишком много лжи, в особенности, благодаря вам. Так что, довольно, настал момент истины.

Глава 16 Главная улика...

Получив бумагу с признанием о поджоге и причинах, побудивших Раису это сделать, Михаил Федотович отбыл в сторону дома, в котором ему выделили целый флигель. Дом был снят у местного жителя специально для всей следственной группы, что было очень удобно для расследования.

Поручив помощнику снять отпечатки пальцев Авдотьи и Раисы Фаддеевых, следователь снова засел за свои записи. При всём при том, что удалось наконец заставить Раю признаться в содеянном, он почему-то не почувствовал никакого морального удовлетворения.

Как ни странно, Усов очень хорошо понимал эту женщину, поэтому не мог её осуждать. А вот мысли о Захаре, напротив, не вызывали ничего, кроме глухого раздражения, достаточно было вспомнить его лицо во время последнего допроса.

Весь вид растерянного мужчины говорил о том, что он кого-то покрывает, причём, сам искренне в это верит. Видимо решил поиграть в благородство, чтобы все увидели, какой он на самом деле рыцарь, без страха и упрёка.

В итоге, чуть было не доигрался, ведь запросто мог подвести собственную мать под монастырь, а может и мать своих детей. Бегство Шуры именно в день убийства, а не раньше или позже, выглядело очень подозрительным.

Вот почему явка с повинной Захара Фадеева стала для неё спасением. Другое дело, что это признание выглядело вынужденным, он путался в показаниях, не помнил, куда дел ружьё, да и вообще вёл себя странно.

Придуривался или нет, вот в чём вопрос? С другой стороны, вряд ли можно так сыграть, если не артист, конечно. В общем, для того чтобы исчезли абсолютно все сомнения, нужны железные доказательства, а они появятся, когда найдётся орудие преступления.

Только после этого можно утверждать, виновен Захар Фадеев или нет. Иначе, это будет похоже на сведение счётов и устранение соперника на пути к счастью с любимой женщиной, а Михаилу это ни к чему.

Он уверен в собственных силах и способен играть с открытым забралом. Жаль, что, несмотря на все старания, главная улика до сих пор нигде не всплыла. Может, на месте преступления побывал кто-то ещё, кроме матери Раисы или её самой?

Хотя, Захар запросто мог убить Матрёну, потом спрятать берданку и снова лечь спать, такое тоже возможно. А что, если предположить, что именно Авдотья забрала оружие с места преступления, а по дороге просто взяла и выбросила?

Следственная бригада сбилась с ног, разыскивая ружьё по всей деревне, а оно всё это время лежит поблизости, в овраге или где-нибудь ещё. Как раз на пути, между домами Захара и его матери, есть небольшая балка и ручей, через который перекинут мосток.

Возвращаясь обратно, женщина вполне могла, даже не спускаясь вниз, закинуть берданку куда подальше. Надо срочно свистать всех наверх и снова идти искать, только ещё более тщательно, чем раньше.

Сказано, сделано. Следователь пошёл в общий дом, чтобы дать поручение своим людям. С ним оставалось трое из основной группы, специально для поисков оружия или на непредвиденный случай.

- Не лучше ли хорошенько отдохнуть, а уже завтра продолжить с новыми силами? - спросил Матвей, самый старший и опытный.

- Я конечно понимаю, что все устали, но это дело нельзя откладывать на завтра или на потом.

- Но мы обыскали почти всю деревню и безрезультатно.

- Вот именно, почти, значит ружьё лежит в том месте, где ещё не искали.

- Скоро стемнеет, толку от наших бестолковых метаний?

- На сей раз я облегчу задачу, сужу, так сказать, радиус поиска.

- Надо заново осмотреть какое-то определённое место?

- Да, именно так. Меня интересует балка под мостом и сам мост. Сдаётся мне, что если там и искали, то лишь поверхностно.

- Так ведь этот мост далеко от места преступления, поэтому могли пропустить, тем более, что к ручью слишком крутой спуск, там сам чёрт ногу сломит.

- И всё же, необходимо спуститься и всё осмотреть.

- Без вопросов, Михаил Федотович, надо, так надо.

День почти клонился к закату, когда, благодаря общим усилиям, главная улика наконец была найдена. Как и предполагал Усов, Авдотья забрала ружьё из дома сына, перебежала мосток и кинула вниз, надеясь, что его никогда не найдут.

Отпечатки женщины остались на стволе, но не на спусковом крючке, где позже будут найдены следы настоящего убийцы. Рано утром следственная группа во главе с Усовым выдвинулась в город.

Дальнейшее нахождение в Покровке было бессмысленным. Расследование сдвинулось с мёртвой точки, осталось только сопоставить факты, ещё раз допросить подозреваемого и сверить отпечатки пальцев.

Меж тем, Захара Фадеева, как раз накануне приезда следователя из деревни, одолевали странные сновидения. Во сне он заново пережил совершённое преступление и смог увидеть всю картину убийства Матрёны.

Вплоть до мелочей, от начала и до конца, только на сей раз, как бы со стороны. Всё началось с того, что она пришла в старый дом, легла рядом и принялась трогать и ласкать его тело, заставляя проснуться.

- Захарушка, милый, открой глаза. Вот дурачок, ты зачем так сильно напился?

- Тебе чего здесь нужно? Я же тебя выгнал, забыла? - загремел он, едва очухавшись.

- Да ладно, любимый, я совсем не сержусь.

- Немедленно уходи, пока жена тебя не увидела, я ей сказал, что между нами всё кончено.

- Ой, да брось придумывать, тем более, что твоя Шурка сбежала вместе с детьми.

- Как сбежала? Куда?

- А я почём знаю, как и куда? На кудыкину гору, воровать помидоры.

- Ты чего несёшь, Матрён? Не могла она так со мной поступить.

- Ещё как могла, иди сам полюбуйся. Уехала и скатертью дорога, пусть проваливает.

Захар вскочил и побежал, пошатываясь, в опустевший дом, в котором и правда не было ни жены, ни детей. На полю валялась игрушка, мастерски вырезанная местным умельцем. Это была запряженная в повозку, деревянная лошадка Егорки, наверняка, малыш обыскался в её поисках.

- Ну, что, убедился? - пропела Мотря, проходя в дом мимо него.

- Я их найду, они не могли далеко уйти.

- Ещё как могли, за ними машина приехала, я сама видела. Так что, никуда ты от меня не денешься, теперь ты только мой.

- А вот хрен тебе, проваливай из моей жизни, пока цела.

- И не подумаю, ничего ты мне не сделаешь. Всё равно твоя жинка к тебе не вернётся, так что, я остаюсь жить в новом доме, а ты, как хочешь. Заведу себе любовника молодого, а ты будешь за нами в щёлочку подглядывать, если я разрешу, конечно.

- Замолкни, дура.

- А что не нравится, соколик? Помнишь, как тот молодой офицерик за нами наблюдал, когда мы с тобой в землянке обжимались? Ох и горяч ты тогда был, начисто мне голову закружил. Была бы поумнее, выбрала бы того офицера. Кто же знал, что у тебя прицеп в виде безмозглой жены и детей? К тому же, слабоват ты стал в постели, не то, что раньше.

- Не доводи до греха, Матрёна.

- Слушай, а то кто тебе ещё правду расскажет? Сдавать стал в последнее время, эх, не на того коня я поставила.

Тут Захар не выдержал и ударил её, сунув кулак промеж глаз, как будто перед ним стоял здоровенный мужик, а не слабая женщина. Отшатнувшись от сильного удара, она злобной фурией кинулась на него, но была снова отброшена назад кулаком.

Мотря выплёвывала отборные ругательства своим чувственным ртом, которым за несколько минут до этого так умело его ласкала. Он видел перед собой её сузившиеся от ярости глаза и слышал выкрики:

- Да ты посмотри на себя, кто ты есть, вахлак? Деревенский валенок, тупой баран, ты и всё твоё никчёмное семейство, мать, сестра, жена и дети.

Мужчина почувствовал, как его ослепляет ярость, краем глаза увидел берданку, сорвал с крючка и прицелился в ненавистное лицо. Вначале Матрёна испугалась, а потом тут же, без перехода, громко расхохоталась.

- Ой, не могу, нашёл, чем пугать, идиот. Давай, стреляй, трус несчастный, да смотри, лучше целься, чтобы не промахнуться, ненароком.

Прогремел выстрел и Мотря рухнула на пол, как подкошенная. Захар бросил ружьё рядом с телом и потащился назад в старый дом, где под лавкой была припрятана ещё одна чекушка, оставленная им на опохмел.

Он выпил всё прямо из горла, после чего отбросил пустую бутылку в сторону и, как ни в чём не бывало, улёгся спать. А наутро проснулся и абсолютно не помнил, что грохнул Матрёну собственноручно.

Глава 17 Партии до всего есть дело...

По прибытию в город события завертелись с бешеной скоростью. Михаил первым делом зашёл в кабинет своего непосредственного начальника и обратился к тому с просьбой о передаче дела другому следователю, чем вызвал немалое удивление и множество разных вопросов.

- Миш, никак не могу взять в толк, что это на тебя вдруг нашло? - спросил Аркадий Леонтьевич, который прежде всего был его другом.

- Ты не всё знаешь, обстоятельства изменились.

- Так расскажи мне о своих обстоятельствах, вместе покумекаем.

- Обязательно расскажу, но, для начала, мне нужно твоё содействие для переезда.

- Не понял, тебе же вроде есть, где жить? Неужто стало тесно одному в отдельной комнате, большой, светлой и просторной, пусть даже и в коммуналке?

- В том-то и дело, Аркаша, что теперь мне недостаточно одной комнаты.

- Ого, я чего-то не знаю, Мишань? Ты жениться никак собрался? Кто она, я её знаю?

- Если и знаешь, то лишь косвенно. Но, я пока и сам ни в чём не уверен, просто хочу помочь одной хорошей женщине.

- В смысле, она что, может тебе отказать? Хотел бы я на неё взглянуть.

- В том-то и дело, Шура ничего не знает о моих планах.

- Итак, она зовётся Шурой, то бишь Александрой. Красивое имя, мне нравится. Знаешь, я почему-то уверен, что она согласится.

- Не факт, дело в том, что она только что развелась с мужем.

- Ну, такое не редкость, ты тоже вдовец, так что вы почти на равных.

- Не совсем, у неё трое маленьких детей.

- Ого, ты удивляешь меня всё больше и больше. Но, с другой стороны, если любишь женщину, полюбишь и её детей. Надеюсь, для тебя это не проблема?

- Нет, конечно, у Шуры прекрасные дети.

- Тогда что тебя беспокоит, дружище? Не переживай, выделим мы тебе жильё побольше, как многодетному отцу, посодействуем, так сказать, рождению четвёртого. Есть у нас один дом в частном секторе, небольшой, правда, всего две комнаты и сени с кухней, но всё лучше, чем коммуналка.

- Погоди, дай договорю, возможно, ты не станешь мне помогать.

- Это ещё почему?

- Потому что Шура бывшая жена того подследственного, делом которого я занимался последние три дня.

- Того фронтовика, что написал чистосердечное и признался в убийстве своей ППЖ?

- Да, Захара Фадеева.

- Ох, ни хрена себе, вот это ты попал.

- Знаю, но всё произошло слишком спонтанно, я просто не успел всё осознать. А ещё, был уверен, что он себя оговорил, поэтому хотел доказать его невиновность.

- Ну и, доказал?

- В том-то и дело, что нет. Сомнений быть не может, это он убил, мы наконец нашли ружьё.

- Ясно, уже хорошо. А поджог тоже его рук дело?

- Нет, дом подожгла сестра, потому что была уверена, что вина за убийство лежит на их матери. Женщина больна и заговаривается, не знаю, как долго протянет, хотя, дочь за ней хорошо ухаживает, может и выкарабкается.

- Да уж, вот это семейка, нажил ты себе геморрой на задницу. Понимаешь, чем всё это грозит для тебя?

- Если бы не понимал, не пришёл бы. Могу написать рапорт на увольнение.

- Чтобы я этого больше не слышал, понятно? Такими ценными кадрами, как ты, не разбрасываются. А то, что влюбился, так имеешь право, ты прежде всего человек, а уже потом следователь. Хотя, снять с тебя стружку на партсобрании всё же не помешает.

- Может не надо доводить до сведения партии подробности моей личной жизни? У партии есть дела поважнее.

- Поговори ещё у меня, партии до всего есть дело. Так, ладно, дело ты конечно больше вести не будешь, передам Васильеву, потому что Горячев всё запорет на хрен.

- Да, Васильев справится лучше.

- Надо думать, уж он-то бы не позволил чувствам одержать верх над разумом. Не делай такое лицо, я говорю, как есть. А ты садись и пиши заявление на отпуск по семейным обстоятельствам, а потом иди и согласовывай всё со своей Шурой. Ну и готовьтесь к переезду, надеюсь удастся заселить тебя в тот домик.

- Спасибо, Аркадий Леонтьевич.

- Пока не за что.

_______________________________________________________________________________

Сон Захара был очень реалистичным и напоминал кадры документальной кинохроники. Невидимый оператор запечатлел своим равнодушным оком даже самую незначительную деталь, заставляя вспомнить всё, вплоть до мелочей.

В ушах снова прозвучала брань и ругательства, сказанные Мотрей в запале. В ответ на это он испытал не просто гнев, напрочь застивший разум, а жуткую ненависть, иначе, чем ещё можно объяснить то, что произошло дальше?

Осознание содеянного засело в сердце глубокой занозой, причём, не только само убийство, но и то, что ему предшествовало. Мужчина чётко понимал, что во всём, что случилось виноват только он один.

Виноват перед родной матерью и старшей сестрой, перед женой и своими малолетними детьми, ставших свидетелями его морального разложения и падения в глубокую пропасть, из которой уже никогда не выбраться.

- Тятька вернулся, ураааа, - громко восклицал самый младший, когда впервые увидел отца, входящего во двор под руку с незнакомой тётей.

- Это твой что ли или нагулянный? - ехидно спросила Матрёна, не давая ему возможности взять ребёнка на руки.

- Да, младший. Когда я уходил на фронт, жена была беременна.

- Понятно, а чего же тогда не похож на тебя?

- Ну, мало ли, перерастёт ещё.

- Да ты посмотри на него, он же сивый весь.

- Я тоже в детстве был сивый, - буркнул на это мужчина, но мальчика всё же так и не обнял.

А потом Захар увидел Шуру, выскочившую из дома на крики радости. Она поняла всё сразу, с первого мгновения, едва увидев его руку на талии ухмыляющейся Матрёны. Сияющие глаза жены безжизненно потухли, уголки губ опустились, погасив улыбку на красивом лице.

Она подхватила плачущего Егорку и затащила в дом. В отличие от старших детей, малыш ещё долго упрямился и каждый раз бросался к отцу в объятия, пока не перегорел, наконец уяснив, что тому всё равно.

Марьюшка и Павлуша с самого начала всё поняли и держались в сторонке, им уже поведали другие дети, что папка привёл себе новую отраду. По деревне долго ходили пересуды о фронтовике-двоеженце и его ППЖ.

Сейчас, вспоминая всё, что тогда происходило, Захару впервые стало нестерпимо стыдно. Хотя, он знал, что был не единственным, кто вёл себя неподобающим образом. Не только маршалы позволяли себе иметь любовниц, но и простые офицеры.

Среди рядовых солдат тоже такое встречалось, но реже. Тем не менее, все, кто вернулся с войны, столкнулись с большим соблазном, но не всякий смог удержаться от того, чтобы не приголубить вдовую солдатку, да не одну.

Потом по соседству появлялись малыши, как две капли воды похожие друг на друга. В послевоенное время большинство жён закрывали глаза на многочисленные измены своих героических мужей, чтобы не остаться в одиночестве.

Таких, как Шура, которая не побоялась и подала на развод, были единицы. Она уже имела статус разведёнки, но бывший муж всё равно протягивал свои ручонки и приставал к ней. Пришлось уехать, практически в никуда, чтобы избежать домогательств или страшась не устоять перед ними.

Казалось бы, за что боролся, на то и напоролся. Живи с любовницей, но нет, Захар больше не хотел её, наелся, пресытился по самое не могу. Да, перед Матрёной он тоже был виноват, бесспорно.

Уже хотя бы тем, что обещал сделать её счастливой, но не нашёл ничего лучше, как притащить с собой в родную деревню и поселить по соседству со своей первой семьёй, в одном дворе, ежедневно с ними сталкиваясь.

И ладно бы поступил по-людски, так ведь нет же, захотел жить сразу с двумя. Вот с того самого дня и пошёл отсчёт другой жизни, в которой он перестал быть героем, став рабом собственной похоти или глупости. Хоть как назови, суть от этого не изменится.

На фронте отношения с Мотрей продолжались два года, а там один год идёт за два. После войны они протянули меньше полугода, точнее, почти пять месяцев, если считать со дня приезда и до дня трагедии.

Можно ли оправдать действия убийцы тем, что он был пьян или тем, что жертва сама виновна в случившемся, ибо спровоцировала свою смерть, кляня своего палача на чём свет стоит, понося его семью почём зря, и оскорбляя самыми последними словами родных и детей?

Нет, конечно, это не оправдание. В голову Захара полезли непрошенные мысли и воспоминания о погибшей. Они были одной семьёй, многое им пришлось пережить вместе и в итоге всё это вылилось в такой бесславный конец и бесчестье.

Что будет с матерью, когда его посадят, как она переживёт этот позор? А что скажет Александра, узнав, чем всё закончилось? Дети будут стыдиться отца убийцы, даже, возможно, захотят поменять фамилию, если, мать, к примеру, выйдет замуж.

В том, что Шура одна не останется, Захар нисколько не сомневался. Это знание отдавало в груди тупой болью, он тут же ярко представил себе, как она обнимает чужого мужика, тот целует её в губы, жадно ласкает.

Картинки постельных сцен услужливо закружились перед глазами, заставляя стиснуть зубы от бессилия что-либо изменить. Жена же не просто так развелась и уехала, а чтобы начать жизнь заново, с чистого листа.

Она не захотела дать ему шанс и освободила дорогу Матрёне, с которой Захар всё равно не был бы счастлив. Он это понял почти сразу, поэтому снова стал подбивать клинья к Шуре, до последнего державшей оборону.

Матрёна нутром почувствовала, что теряет своего мужика, оттого и стала каждый день его подпаивать. Одно дело на войне амуры крутить, когда не знаешь, жив завтра останешься или нет, и совсем другое в мирной жизни, где абсолютно всё выглядит по-другому.

Упрямство жены, нежелание уступить и начать всё сначала, мужчину лишь подстёгивало, заставляя думать, что она это делает из ревности или просто от своей женской обиды, что ей предпочли другую.

Последний раз, когда Захар видел Александру, та держала его на прицеле, не давая приблизиться к себе. Вот почему, проспавшись от пьянки и узнав об убийстве, он первым делом подумал на неё.

Забыв обо всём, что произошло на самом деле, пошёл и дал показания, взял вину на себя, потому что хотел защитить. Шура бы не выдержала заключения. Ну, а теперь, раз уж назвался груздем, полезай в кузов, тем более, что сам и убил, как выяснилось.

Нужно рассказать всё тому следователю, который был убеждён в его невиновности. Он долго добивался подробностей, которых Захар не мог ему предоставить. Зато теперь опишет всё в красках, пусть знает, кого хотел спасти от неволи, наверняка почувствует разочарование.

Глава 18 Дети послевоенных лет...

К сожалению, Захару не удалось поговорить с тем, кто опрашивал его в первый раз. Дело об убийстве Матрёны стал вести другой следователь, Васильев Андрей Романович. Причину такой внезапной рокировки подследственному не сообщили, да и надо ли ему знать подробности?

На часах было почти пять часов вечера, когда Усов, передав коллеге всю информацию по делу, поспешил домой. Он очень соскучился, потому что не видел Шуру больше суток, но при этом чувствовал себя так, словно разлука была несколько дней.

Сердце стучало гулко, как набат, когда Михаил Федотович подошёл к дому. Вихрем преодолев несколько лестничных пролётов, поднялся на нужный этаж. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем он осторожно отворил дверь своей комнаты.

В это время все члены его дружной семьи в полном составе сидели за столом и полдничали. Дети воззрились на вошедшего и лица каждого светлели по мере узнавания того самого доброго дяди, угощавшего их пряниками.

- Доброго всем дня, дорогие мои.

- Здравствуйте, дяденька.

- Добрый день, Михаил Федо..., то есть, Миша.

Смущённо улыбаясь, Шура встала из-за стола. Она чуть было не кинулась к нему, но быстро опомнившись, незаметно сделала шаг назад, решив просто поприветствовать хозяина комнаты.

- Детвора, смотрите, что у меня для вас есть. А, ну-ка, подходи народ.

- Ух ты.

- Мам, смотри, дядя привёз нам игрушки.

- Что надо сказать?

- Спасибо большое, - ответили хором.

Вокруг стоял визг, ребятишки были в восторге от подарков, их блестевшие от радости глаза говорили сами за себя. Дети послевоенных лет не были избалованы игрушками, изобилие появится гораздо позже.

Михаил припас для Марьи тряпичную куклу, а мальчикам приготовил два одинаковых кораблика, вырезанных из дерева, Шуре он вручил янтарные бусы и большой черепаховый гребень для волос.

- Как красиво, где вы всё это достали?

- Да это мы с водителем на ярмарку заехали. Нравится?

- Очень даже, спасибо.

- Не за что, думаю, пригодится.

- А я прямо, как чувствовала, что вы скоро приедете, поэтому и на вас приготовила.

- Спасибо, Шурочка. Приятно, что ты обо мне думала и позаботилась, чтобы я не остался голодным. Признаться, есть хочу так, что целую корову бы съел.

Услыхав о степени голодности весёлого дяди, дети дружно рассмеялись. Он конечно большой и сильный, но всё же не сможет съесть корову, потому что она слишком огромная и просто не поместится в нём целиком.

- Я могу предложить только суп и морковные котлеты. Вы пока мойте руки, а я принесу ещё одну тарелку и ложку.

- Говори мне ты, Шурочка. А то я чувствую себя чужим на вашем празднике жизни.

- Ну что вы..ты, Миша. Какой же ты чужой? Да ещё и в своём доме?

- В нашем доме. Мы же договорились?

- Да, я помню, мы твоя семья.

Шура уже собиралась спросить, кем же они являются друг другу по степени родства, но потом решила повременить с этим. В конце концов, человек с дороги, только что приехал, пусть спокойно пообедает, все вопросы потом.

В коридоре Михаил Федотович нос к носу столкнулся с одетой в верхнюю одежду Эльзой Карловной, она еле успела отскочить от его комнаты. Он понял, что соседка подслушивала, но сделал вид, что не заметил, лишь вежливо поздоровался.

Как ни в чём не бывало, женщина ответила на приветствие и вошла к себе. Перед тем, как закрыть дверь, призывно улыбнулась, хотя, многое успела услышать. Тем не менее, она была уверена в себе и считала, что это ещё не конец, поскольку не желала признавать очевидного поражения.

Мужчина ещё более укрепился во мнении, что нужно переселяться из коммуналки и как можно скорее. На кухне сидел абсолютно трезвый сосед Митька, который вдруг решил взяться за ум и начать новую жизнь.

А всё потому, что его почти уволили, когда застали на работе пьяным. Почему почти? Да потому что на следующий день жена Митьки сходила к мастеру и упросила не принимать скоропалительных решений. В общем, мужику дали последний шанс на исправление.

- Привет, Михаил Федотыч. Ты уже вернулся из своей командировки?

- Здравствуй, Дмитрий. Как видишь, вернулся. А ты почему не на смене?

- Так это, я в ночную иду, у меня ещё целый час в запасе.

- Всё с тобой ясно. Ну, ладно, бывай.

- Слухай, а это правда, что ты женился, Федотыч?

- А ты с чего это взял?

- Ну, мы все так решили, да и Александра сказала, что вы семья. Стало быть, она жена, ты муж.

- Стало быть, так и есть, ты всё верно понял.

- Видел бы ты кислую мину Эльзы Карловны в этот момент.

- Ну, а что делать, пусть привыкает.

- Уважаю, Федотыч. Хорошую ты себе подругу выбрал, боевую.

- Согласен, спасибо. Ладно, меня ждут, пойду ужинать.

- Мне тоже пора собираться. Бывай, Михаил Федотыч.

Услышанное от соседа грело душу, отдавая тепло всему организму. Михаил уже не так страшился откровенного разговора с Шурой и был уверен, что не получит отказа на своё неожиданное предложение.

Он вернулся в комнату и сел за стол. Поставив перед ним полную тарелку с супом и столовые приборы, Шура села рядом и смотрела, как он ест, заботливо пододвинув солонку и тарелку с морковными котлетами.

Дети мирно играли в углу и не мешали взрослым общаться. Общение это происходило при помощи красноречивых взглядов. Между мужчиной и женщиной состоялся мысленный диалог, причём, оба прекрасно друг друга слышали и понимали:

- Хорошо, что ты приехал, я очень тебя ждала.

- Да, я наконец закончил все свои дела.

- Устал?

- Есть немного. Как вы тут без меня?

- Скучали.

- Я тоже соскучился, ты себе даже не представляешь как.

Наконец, он закончил трапезу, Шура тут же налила ему травяной чай из пузатого чайника. Помимо вещей, она захватила с собой из деревни мешочек с засушенным чабрецом, зверобоем и душицей, а ещё у неё были припасены ягоды шиповника и боярышника.

- Спасибо, Шурочка, всё было очень вкусно.

- На здоровье, Миша, - она было подхватилась, чтобы убрать со стола, но мужчина остановил, накрыв ладонью её руку.

- Посиди со мной, успеем убрать со стола. У меня к тебе есть серьёзный разговор.

- Я всё понимаю, поэтому внимательно слушаю.

- Нам нужно переехать.

- В смысле, переехать? Нам всем?

- Да, всем вместе, если ты, конечно, не против.

- Но почему? У тебя неприятности из-за нас?

- Нет, что ты. Нам нужно переехать, потому что здесь нам будет слишком тесно впятером, вот и всё. Ты не волнуйся, я уже обо всём договорился.

- Я совсем не волнуюсь, да и вообще, впервые за много лет чувствую себя защищённой.

- Это хорошо, потому что я и правда никогда и никому не дам вас в обиду.

- Спасибо, Миша. Хочу тебя спросить кое о чём.

- Спрашивай, не стесняйся.

- Вот ты всё это делаешь для нас, просто по доброте душевной или?

- Нет, не только по доброте душевной. Но ты должна знать ещё и то, что если ты против, то я сразу отступлюсь, но помогать не перестану. Просто вы переедете в тот дом одни, без меня.

- А ты?

- Останусь жить здесь, буду навещать вас, при случае, поддерживать. Не отказывайся, хотя бы от этого, Шура. Как встанешь на ноги, я сразу исчезну.

- Но я вовсе не хочу, чтобы ты исчезал. И переедем отсюда вместе, ни за что не оставлю тебя на съедение Эльзе Карловне, - при этих словах Шура покраснела, понимая, что последняя фраза выдаёт её с головой.

- Вот и хорошо, тогда завтра займёмся делами, сложим кое-какие вещи, посуду. У нас есть время, чтобы подготовиться, я взял отпуск.

- Миша, можно я ещё кое-что спрошу?

- Конечно можно.

- Матрёну убил Захар или кто-то другой?

- Шур, я больше не занимаюсь этим делом.

- Значит, это сделал он.

- Я бы очень хотел ответить отрицательно, но не могу.

- Ты знаешь, а я ведь с самого начала знала, кто убийца, чувствовала. Слава Богу, что мы уехали.

- Да, иначе, всё могло быть гораздо хуже.

- Вот этого я и боялась.

- Тебе больше нечего бояться. Лучше скажи, ты выйдешь за меня замуж?

- Выйду, если позовёшь.

- Я уже зову.

- Я согласна, даже прямо сейчас.

- Прямо сейчас не пойдёт, а вот завтра мы с тобой пойдём подавать заявление. Как думаешь, дети не будут против?

- А ты спроси у них.

- И спрошу, или ты во мне сомневаешься?

- Нет, что ты, нисколько.

- Марьюшка, Павлуша, Егорка, идёмте за стол, у меня к вам есть важный разговор.

Дети тут же обступили мужчину, заглядывая своими честными глазёнками прямо в душу. Услышав прямой вопрос, тут же выдали честный ответ, даже не задумываясь. Надо ли говорить, что они ответили положительно?

Глава 19 В Покровку пришла зима...

На допросе Захар подтвердил все обвинения в свой адрес. А чего тянуть, коли виноват? Что называется, раньше сядешь, быстрее выйдешь. Всё равно перед ним теперь одна дорога, в места не столь отдалённые, это в лучшем случае. А в худшем, расстрел, если не учтут былые заслуги.

Следователь подробно рассказал, чем могло всё обернуться для его больной матери, которая, став невольным свидетелем убийства, утащила ружьё с места преступления, только чтобы выгородить сына.

Как и о том, что сестре придётся отвечать за поджог и сокрытие улик. Захар хорошо понимал, что, если Раису посадят, мать просто не выживет одна, поэтому, пока идёт следствие и ещё возможно всё исправить, решил действовать незамедлительно.

- Ничего подобного, дом поджёг я.

- В ваших первоначальных показаниях ничего об этом не сказано.

- Правильно, потому что вначале струхнул я малость, да и забыл, как было дело, поскольку пьян был в стельку, но теперь всё вспомнил. Как убивал и что делал потом. Сестрица оговорила себя, чтобы смягчить мою участь.

- Разберёмся, но учти, тебе никто не даст вводить следствие в заблуждение.

- Начальник, а какой мне резон обманывать? Я убил, а потом хату спалил, чтобы следы уничтожить, можешь так и записать.

- Ну, тогда рассказывай подробно, как всё обстояло на самом деле и с чего всё началось.

Пооказания подследственного были подробно запротоколированы, ничто не вызывало сомнений, что это именно он убил свою жертву и поджёг дом. Следователь Васильев хоть и был въедливым по натуре, но предпочёл не копать глубже. К тому же, Усов рассказал ему о больной Авдотье.

Оставить пожилую женщину одну на пару лет, всё равно что бросить умирать. Без должного ухода она не протянет, а так у неё остаётся мизерный шанс оправиться от тяжёлой болезни.

Ни к чему упорствовать, фронтовику и без того грозит срок, причём, немалый. Расстрелять может и не расстреляют, хотя, тут не угадаешь, всякое может быть. Всё-таки, та, кого он убил, тоже воевала, пусть не на поле брани, но всё же.

А вообще, гадкая, конечно, история. Как можно было вот так вот, взять и внаглую приволочь бабу с фронта домой, да ещё и поселить по соседству с женой, матерью своих детей? Куда смотрели местные власти?

Это уж совсем надо быть контуженным на всю голову. Так что, вполне закономерный финал для такого распутства. Да кем себя вообразил этот мужик? Или решил, что раз воевал, то теперь ему всё дозволено?

Последнюю фразу, сам того не желая, следователь произнёс вслух. Захар вначале вскинулся зло, а потом опустил голову, так ничего и не ответив. Да и что бы он на это сказал? Мол, не хотел, бес попутал? Это вряд ли.

- Знаешь, вот смотрю я на тебя и никак в толк не возьму, ты чем думал, когда с любовницей в деревню явился? Неужто не жаль было жену с детьми? Она же тебя дурака всю войну ждала.

- А ты меня не совести, сам знаю, что виноват.

- Ишь ты, не нравится ему. Вот из-за таких, как ты, наших доблестных солдат и обвиняют чёрт знает в чём. Ты вообще понимаешь, что натворил?

- Лучше бы не понимал, так было бы проще.

- Да ни черта ты не понимаешь. Какой пример ты показал своим детям? На хрен было вообще возвращаться? Могли бы и в другом месте поселиться, а то устроили представление на показ, на потеху деревенской публике.

- В том-то и дело, не смог бы я нигде жить, от себя не убежишь.

- Ну и дурак, ведь всё могло быть по-другому.

- Чего уж теперь говорить об этом? Ты главное не забудь записать, что поджог тоже я устроил.

- Да записал уже, расписывайся давай, вот тут и тут.

- Когда суд будет?

- Как только, так сразу. Охрана, в камеру его.

__________________________________________________________________________________

В Покровку пришла настоящая зима, с трескучими морозами и снежными метелями. Осень закончилась внезапно, уступив свои права, практически без боя, как это обычно бывает в краях с суровым климатом.

Огромное белое покрывало пушистого снега укрыло стылую землю, спрятав под собой неприглядную слякотную поверхность, всю изрытую частыми, успевшими надоесть, проливными дождями.

И только пожарище во дворе Захара Фадеева по-прежнему вызывающе чернело, не желая скрываться за сугробами. Пепелище это служило напоминанием тому, что случилось в деревне чуть больше месяца назад.

Ребятишки безудержно радовались и веселились, играли в снежки в свободное от домашних дел время, когда родители давали добро и отпускали их погулять со двора на улицу.

Раиса спешила домой с работы и по привычке вглядывалась в толпу детей, упорно высматривая среди них племяшей. Хотя, умом понимала, что никого не увидит, но всё равно смотрела, заставляя ещё больше страдать своё сердце, полное тоски и печали.

Три недели назад она вернулась из райцентра, куда поехала, чтобы узнать о дальнейшей судьбе брата, суд над которым по слухам давно прошёл. Рая тогда не ездила, потому что была уверена, что и за ней скоро придут.

Всё это время сестра Захара Фадеева жила, как на пороховой бочке, изводя себя понапрасну. Именно по этой причине сошли на нет отношения с кузнецом. Хотя, Иван какое-то время пытался выяснить в чём причина охлаждения, но Рая сама его отвергла, ни в какую не желая разговаривать.

Да и что бы это дало? С момента убийства Матрёны она ждала ареста, ожидание это было просто невыносимым. Наконец, не выдержала, оставила больную мать на попечение соседки и отправилась в город.

Остановилась у той самой Зои. Вот когда стало известно, что Александра с детьми съехали из квартиры буквально на следующий день. О дальнейшей судьбе бывшей невестки и племянников узнать не удалось.

Подруга лишь рассказала, что с Шурой был какой-то мужчина, по всей видимости милиционер, потому что тыкал своим удостоверением ей под нос. А что там была за фамилия и должность, уж и не вспомнить.

Рассказывая эту историю, Зоя была почему-то рассержена, но так и не объяснила причину своего поведения. Не могла же она рассказать, что хотела присвоить себе деньги Шуры, не желая их возвращать?

Позже Раиса узнала, что Захар взял на себя вину не только в убийстве, но и поджоге дома. Приговор суда был суров, но справедлив, обвиняемому дали 17 лет и отправили по этапу в другой конец Сибири.

Можно было перевести дух, но радости не было. Да и что хорошего, когда родной брат томится в неволе, а племянники находятся неизвестно где? Вот бы встретить Усова и расспросить его обо всём, но к сожалению ей не удалось это сделать.

Следователь Васильев Андрей Романович, с которым общалась Раиса, дал понять, что дело Захара вёл именно он. Михаил Федотович на тот момент находился в отпуске, а значит ничем помочь не смог бы. Так и пришлось вернуться обратно в деревню.

Хорошо, хоть матери стало немного получше, она уже встаёт потихоньку с постели и даже меньше заговаривается. Вот только часто спрашивает про сына и невестку, недоумевая, почему же они к ней не заходят?

Да и внуки могли бы забежать к бабке. Правда потом тут же успокаивается и забывает обо всём. Раиса шла, погруженная в собственные мысли, когда её кто-то нагнал и пошёл рядом, ни от кого не скрываясь. Это был Ваня.

- Рай, долго ты будешь от меня прятаться и в молчанку играть? Самой не надоело?

- Надоело, Ванечка, даже очень.

- Я сегодня вечером приду к вам домой.

- Это ещё зачем, Ваня?

- Затем, чтобы посвататься. Или ты против?

- А нужна я тебе такая непутёвая?

- Ты мне всякая нужна. Другое дело, если я тебе не нужен.

- Нужен, ещё как нужен.

- Вот и хорошо, тогда жди. Только мать не забудь подготовить.

- Хорошо, Ванечка.

Мужчина прибавил шаг и обогнал Раису. Она смотрела вслед, любуясь его широкой спиной, и впервые за долгое время улыбалась. Неужто и на её улицу наконец пришёл долгожданный праздник?

Глава 20 Переезд...

Свадьба Ивана и Раисы прошла скромно и незаметно, оба не захотели пышного торжества и просто расписались в сельсовете. Да и до этого ли, когда брат невесты находится в тюрьме, а мать всё ещё больна? Несмотря на неизбежные разговоры, многие покровчане были искренне рады за них.

Как бы там ни было, каждый сам кузнец своего счастья. Коли промеж них всё сладилось, значит так тому и быть. А там глядишь, семья разрастётся, пойдут ребятишки и радость снова вернётся в дом Авдотьи, страдающей за внуками.

О судьбе Шуры по-прежнему никто ничего не знал, уехала с детьми и как в воду канула вместе с ними. Да и правильно, чего ей объявляться-то? Жить всё равно негде, дом сгорел, а в старом домике, когда-то служившей семье летней кухней, по слухам, витает дух убиенной Матрёны.

- Вот тебе крест, всё так и было, стоит она на пепелище совершенно голая и в дверь той хатёнки, где проживала с Захаром, скребётся. Меня увидала, зырк глазами, а потом как расхохочется, я развернулась и бежать.

- Да ладно? Ой батюшки святы, это что же деется-то?

- Душа Матрёны не упокоилась, поэтому место это надо освятить.

- Скажете тоже, кто же рискнёт его освящать?

- Вот и я об том, значит так и будет бродить среди нас Мотря, смущать мужиков наших.

Об этом и о многом другом болтали досужие языки местных сплетников, умеющих высасывать из пальца любую сенсацию. Убийство и без того породило массу слухов, половина из которых была придумана.

Знали бы они, что бывшая жена Захара второй раз вышла замуж, было бы ещё больше поводов для сплетен. Но, увы, сообщить об этом было некому, поэтому приходилось изощряться на пустом месте.

Меж тем, после переезда в город, жизнь Шуры и её детей изменилась самым волшебным образом, Она и мечтать не могла, что так быстро встретит свою судьбу. Михаил Федотович Усов стал тем самым маяком, подарившим надежду на счастье и осветившим жизненный путь.

Перемены начались внезапно, но всё было настолько гармоничным, что это никоим образом не выбивало из колеи и не давало ни единого повода для сомнений. Миша произвёл на неё впечатление в первую очередь своей надёжностью, а ещё цельностью натуры и волевым характером.

Мужчина не бросал слов на ветер и подкреплял их делами и поступками. Уже через несколько дней они переехали из коммуналки в небольшой уютный дом, с огороженным забором, двором и палисадником.

Две комнаты были разделены между собой кухней, кроме того, имелись небольшие сени и крытое крыльцо. Не беда, что удобства на улице, самое главное, детям здесь будет хорошо и вольготно.

Никто не станет их одёргивать и шикать, призывая соблюдать тишину. А у взрослых будет своё личное пространство, что тоже немаловажно для сохранения мира и баланса, как и в любой другой семье.

Мужчина и женщина ещё не были близки физически, всё оставалось лишь на уровне разговоров. Преодолеть барьер в условиях одной комнаты, да ещё и при детях, не представлялось возможным, оба это хорошо понимали, поэтому не спешили ничего менять в своих отношениях.

А пока они готовились к переезду в новый дом, собирали посуду и вещи в коробки, много разговаривали, рисовали совместное будущее. Некоторые соседи уже были в курсе их планов, правда не все.

Миша ничего не имел против щенка, которого Марья притащила с улицы, он и сам любил животных, поэтому предложил завести ещё и кота, чтобы жизнь на новом месте была ещё более полной. Дети сразу же загорелись этой идеей, особенно младший.

Нового питомца нашли уже на следующий день, после приезда Усова из деревни. Михаил и Александра как раз ходили подавать заявление на бракосочетание и возвращались обратно домой.

Маленький облезлый котёнок поджидал их в подворотне. Он смотрел на прохожих, спешивших по своим делам, мимо него, но при этом не наглел, не орал дурниной, а просто сидел и провожал каждого голодными глазами.

- Смотри, Шурочка. Тебе не кажется, что этот малыш ждёт здесь именно нас?

- Ну надо же, как будто подслушал наш разговор. Смотри, даже цвет тот же самый, что заказал Егорка.

- Верно, он как раз просил чёрненького с белым пятнышком на груди.

- У него ещё и лапки беленькие, совсем, как сапожки.

- Ну, что, берём?

- Конечно берём, надеюсь, Эльза Карловна не увидит.

- Пусть увидит, всё равно скоро съезжаем. Эй, Черныш, пойдёшь с нами?

Котёнок навострил уши и утвердительно мявкнул, отвечая на заданный вопрос, мол, само собой, конечно пойду. Он всем своим маленьким сердцем почувствовал, что отныне его жизнь изменится к лучшему.

Первым, кто переступил порог нового жилища, стали кот Черныш и щенок Найдён, следом зашли дети, а уже потом все остальные. Для того, чтобы перевезти все вещи, Михаилу выделили с работы машину и людей из числа его друзей.

За день до этого Александра выскоблила в доме полы, вымыла окна, стены и двери. Пока заносили всё в дом, она взялась накрывать на стол, чтобы отблагодарить добровольных помощников.

Через короткое время посередине стола возвышалась бутылка водки, рядом на тарелке было разложено тонко порезанное сало, привезённое Усовым из деревни, в глубокой миске стояла квашеная капуста, а в чугунке дымилась отварная картошка в мундирах.

Получилось своеобразное новоселье. Выпивки было немного, но всем хватило, так же, как и закуски. Один за другим поднимались тосты за здоровье хозяев, за детей, за любовь и дружбу.

Михаил похвастался, что Александра здорово поёт и она не стала ломаться, когда её попросили исполнить что-нибудь задушевное. Прозвучал дивный романс, слова и музыка которого были разучены Шурой давно, ещё в пору далёкой юности, когда она и не подозревала, что ждёт её в дальнейшем.

Однозвучно гремит колокольчик,

И дорога пылится слегка,

И уныло по ровному полю

Разливается песнь ямщика.

И уныло по ровному полю

Разливается песнь ямщика.

Сколько грусти в той песни унылой,

Сколько чувства в напеве одном,

Что в груди моей хладной остылой

Разгорелося сердце огнём.

Что в груди моей хладной остылой

Разгорелося сердце огнём.

И припомню я ночи другие,

И родные поля, и леса,

И на очи, давно уж сухие,

Набежала, как искра, слеза.

И на очи, давно уж сухие,

Набежала, как искра, слеза.

Однозвучно гремит колокольчик,

Из дали отдаётся слегка,

И умолк мой ямщик, а дорога

Предо мной далека, далека.

И умолк мой ямщик, а дорога

Предо мной далека, далека.

Затаив дыхание, Миша слушал песню любимой женщины, к которой успел привязаться всем сердцем и душой. Она смотрела на него своими тёмными глазами и пела лишь ему одному, словно рядом не было никого другого. Это было понятно, без слов.

Гости разошлись за полночь, пришло время укладываться спать. Едва коснувшись головой подушки, дети мгновенно уснули, видно умаялись за день. Александра уложила дочь на одну кровать, сыновей на другую.

Себе и Мише она постелила во второй комнате, поскольку знала, что всё должно случиться именно сегодня. Одними взглядами сыт не будешь, особенно, когда тянет друг к другу с непреодолимой силой.

Тем не менее, когда пришла в постель к будущему мужу, дрожала, как осиновый лист на ветру. Всё это время Михаил лежал с открытыми глазами и терпеливо ждал, хотя, ни в чём не был уверен.

Он хорошо понимал, насколько трудно Шуре преодолеть стеснение и робость, поэтому не настаивал, боясь обидеть лишним словом или жестом. Возможно, именно это и позволило ей раскрепоститься.

В темноте комнаты, она сняла с себя всю одежду, после чего скользнула под одеяло и прижалась к мужчине, который завёлся от одного только прикосновения. Дальнейшее взаимодействие происходило уже при помощи языка любви.

Жар тел испепелял обоих, заставляя набрасываться друг на друга неистово. Впервые за долгое время, Шура позволила себе наконец ощутить себя женщиной, желанной, любящей и любимой. Этот день и станет отправной точкой отсчёта создания новой семьи.

Глава 21 Настоящий отец...

Прошёл один год из тех 17, что Захар должен был провести на лесоповале в компании таких же, как он сам. Дни были сплошь заполнены монотонной работой, куда заключённых гоняли в любую погоду, и в дождь, и в зной. Хотя, чаще в холод, учитывая, что тепло заглядывало в эти края ненадолго.

Зато по ночам мучила бессонница, особенно первые два-три месяца, когда он долго не мог уснуть от бесконечного потока мыслей, что не давали ни на одну минуту забыться. Захар засыпал лишь на рассвете, но и тогда мозг совсем не отдыхал.

Во сне к нему являлись попеременно то Шура с детьми, то покойная Матрёна. Жена всегда молчала, он всё пытался объяснится, да только она смотрела как бы сквозь него, не желая слушать никаких оправданий.

- Шурёнок, выслушай меня, это была ошибка, я всегда любил только тебя, слышишь?

- Врёшь, сам говорил, что лучше меня нет никого. Али забыл свои клятвы, что давал мне, Захарушка?

Мотря всякий раз была говорлива не в меру, что-то с жаром рассказывала, пыталась обнять, лезла с поцелуями, как делала это при жизни. Вот тут всё происходило с точностью до наоборот, потому что Захар не хотел этих объятий и отталкивал её от себя.

Видимо, причина была в том, что даже во сне он знал, что женщины больше нет в живых. Через короткое время такого вот полусна, полубреда, приходилось вставать и снова идти работать.

Из-за бессонных ночей мужчина был на грани помешательства, пока на него наконец не накатилась дикая усталость, вот только тогда и пришло спасительное безразличие. Он засыпал, как убитый, без сновидений, едва коснувшись головой жидкой подушки.

Так гораздо лучше, пусть больше не будет никаких снов из той, прошлой жизни, возврата к которой всё равно не добиться, хоть убейся. Что толку мечтать об этом? Усилием воли, Захар сумел избавиться от ненужных воспоминаний.

Однако, по прошествии целого года, Шура вновь явилась ему во сне. Только на этот раз она была беременна, рядом шёл высокий мужчина, бережно придерживающий её за талию.

Захар хотел было возмутиться, подойти и убрать его грязные руки, но не успел, потому что проснулся. Каким-то звериным чутьём он понял, что бывшая жена счастливо замужем за другим и ждёт от него ребёнка.

________________________________________________________________________________

Пренебрежение всеми инструкциями, когда Михаил, увлёкшись бывшей женой подследственного, не сразу снял с себя полномочия следователя, грозили ему серьёзными неприятностями, но, вопреки всем опасениям, пронесло.

На службе к его новому статусу женатого человека отнеслись с большим пониманием. Более того, коллеги и начальство были на свадьбе в числе приглашённых гостей. Все сошлись во мнении, что красавица Шура стоила того, чтобы рискнуть своей карьерой.

Большую роль сыграло то, что она перед отъездом успела развестись с Захаром и на момент знакомства с Михаилом была свободной женщиной. Хотя, времена тогда были неспокойные и всё могло сложиться по-другому, но Бог миловал.

И потекла у супругов Усовых семейная жизнь. Миша работал, а Шура вела хозяйство, следила за домом, воспитывала детей и обихаживала мужа. Ночи их были по-прежнему жаркими, они всё никак не могли насытиться друг другом.

Женщина была счастлива и буквально летала на крыльях. Она теперь знала, что это такое, когда тебя берегут и любят по-настоящему. Всё познаётся в сравнении, вот и у неё появилась возможность сравнить.

Надо ли говорить, что сравнение это было совсем не в пользу первого мужа? Да и забыла Шура, была ли вообще счастлива с Захаром, помнила только то, как он с ней обошёлся, а потом и это стало потихоньку стираться из памяти, словно было совсем не с ней, а с какой-то другой женщиной.

Михаил был очень внимательным не только к жене, но и к детям, он с первого дня считал их своими, и, в то же время, не пытался перетянуть одеяло на себя, в попытке вытравить из них память о настоящем отце.

Тем не менее, дети воспринимали мужчину, как главу семьи, и слушались беспрекословно. Старшие называли его дядей Мишей, а младший папой. Егорка, в силу своего малолетнего возраста, относился ко всему с детской непосредственностью.

К тому же, он не был привязан к Захару, который не дал ему ни единого шанса узнать себя получше. Марьюшке и Павлуше в этом плане повезло больше, они помнили отца прежним, каким он был ещё до войны, и, в то же время, видели его отношение к себе и к матери после возвращения.

Да и как можно вытравить из памяти то, что творилось по соседству? В маленьком домике, где они раньше любили играть, поселилась чужая тётя, смотревшая на них со злым прищуром, не давая приблизиться к отцу.

Тот большей частью находился в хмельном состоянии, а если и случалось быть трезвым, всё время хмурился и отводил свой взгляд. Ни разу за всё время он не приголубил, не приветил и уж тем более, ничем не угостил.

Только ближе к концу пробовал навести мосты с Шурой, поэтому умолял сына и дочь поговорить с ней. Марья не велась на подобные разговоры и сразу уходила, а вот более мягкому Павлуше приходилось выслушивать длинные проповеди, тем не менее, он не пытался помирить отца и мать.

Один Егорка был не у дел, никто его ни о чём не просил. С лёгкой подачи Мотри, Захар не воспринимал его, как своего сына, а смотрел, как на пустое место. Так надо ли удивляться тому, что произошло позже, когда Шура вышла замуж за Михаила? Он-то и стал настоящим отцом мальчика.

По роду своей службы, Усов бывал дома лишь наездами, но когда приезжал, для всех это был самый настоящий праздник. Жена готовила вкусный ужин, ухитряясь всякий раз сделать что-нибудь эдакое из того нехитрого набора продуктов, которые получали по карточкам.

За большим столом собирались все вместе, ужинали, пили чай с пирогами и подолгу общались между собой. Глава семьи расспрашивал детей обо всех их делах и внимательно слушал, не пропуская ни слова.

Они делились своими мелкими радостями, связанными в основном с играми и домашними животными. Кот Черныш и пёс Найдён были их неизменными спутниками во всех проказах и шалостях.

Александра в такие минуты не дышала, а просто сидела рядом и любовалась своим мужчиной, умевшим находить подход к каждому. Ребёнку важно осознавать свою нужность и значимость, ему жизненно необходимо знать, что родной человек всегда выслушает и поддержит.

Даже когда Шура, через пару месяцев после свадьбы, забеременела, ничего не изменилось, Миша по-прежнему был безупречен и внимателен к ней и детям. Интенсивные ночи не прошли даром и привели к своему логическому результату.

Ближе к родам он стал реже бывать в своих бесконечных командировках и жена наконец вздохнула спокойно. У неё, во время отсутствия мужа, душа была не на месте. Мало ли на каком задании он мог быть? А вдруг в банду зашлют или ещё что похлеще?

Миша в ответ только посмеивался и отвечал, что расследует обычные дела, лукавил конечно, чтобы успокоить, и Шура это знала. Супруги чувствовали друг друга даже на расстоянии и понимали с полуслова, словно прожили вместе не один год.

Когда пришло время рожать, Михаил отвёз жену в районную больницу, в роддом. По дороге сильно нервничал и сжимал её руку в своей. Впервые в жизни этому сильному мужику было страшно, хотя, он столько всего успел повидать в этой жизни, что с лихвой хватило бы на троих.

Бледная Александра ободряюще улыбнулась мужу и скрылась в приёмном покое, где её определили в палату. Там уже лежала одна роженица со схватками. Она повернулась, чтобы посмотреть на новоприбывшую соседку и вдруг ойкнула.

- О, Господи, Шура, ты? Ну, наконец-то мы встретились.

Глава 22 Незримая нить...

Если судьбе угодно свести людей вместе, даже если они живут друг от друга за тридевять земель, то это произойдёт в любом случае. Именно так случилось с Раисой и Шурой, которые встретились не где-нибудь, а в роддоме, да ещё и в одной палате. Обе женщины примерно в одно и то же время вышли замуж, соответственно и забеременели одновременно.

Сказать, что Александра была рада увидеть бывшую золовку, означало бы слукавить. Ничего удивительного, их связывали далеко не самые тёплые отношения. В своё время, Рая была настроена против невестки и попила немало её крови.

Но, как говорят в народе, кто старое помянет, тому глаз вон, а кто забудет, тому два. Шура ничего не забыла, но и напоминать о былом не собиралась, поэтому просто поздоровалась. Коли уж случилось встретиться, да ещё и при таких обстоятельствах, было бы глупо вести себя по-другому.

Зато Раиса была действительно счастлива, причём настолько, что даже схватки на время отступили. Всхлипнув от переизбытка чувств, она обняла бывшую невестку от всей души, как самого родного человека.

- Ну надо же, где бы мы ещё с тобой встретились, Шурочка?

- Да уж, подходящее местечко мы выбрали.

- Какая ты стала, ещё больше похорошела. Ты не представляешь, как долго я пыталась вас найти. Как там мои племяши, наверное, выросли, совсем большие стали? Я по ним очень соскучилась.

- Да, заметно повзрослели. Марьюшка и Павлуша пошли в школу, в один класс. Егорка пока дома, со мной, тоже подрос, вытянулся.

- Вот бы взглянуть на них, хоть одним глазком. А сама как?

- Спасибо, Рая, всё хорошо. Рожать вот пришла, как видишь.

- Вижу конечно, я тоже за этим же пришла. Вообще, по моим подсчётам, две недели ещё должна была проходить, поэтому и упросила Ванечку взять меня с собой в город, но не успели приехать, как схватки начались. Видно, доченька моя торопится на свет появится.

- Думаешь, дочь будет? А если мальчик?

- Не, точно девка, мама тоже сказала, что по всем признакам дочку рожу, да я и сама это чувствую. Видишь, всё лицо пятнами покрылось?

- Не беда, пятна исчезнут, главное, чтобы ребёнок родился здоровым.

- Вот и Ваня мой так говорит. А ты кого хочешь?

- Нам с мужем всё равно, будем одинаково рады и сыну, и дочери. Марья, конечно, сестричку заказывала, но сказала, что и от братика не откажется.

- Она всегда была у нас рассудительной.

- Да, а сейчас ещё больше, братьев строит только так.

- Командирша, вся в свою бабушку.

- Что есть, то есть. Кстати, как Авдотья Ефимовна поживает?

- По-стариковски, всё за внуками скучает, болела долго, сейчас вроде получше стала. По дому старается, всё что-то шебуршится.

- Это хорошо, дай ей Бог здоровья и долгих лет.

- Шур, а может в гости как-нибудь приедете, с мужем, с детьми? Мама бы очень обрадовалась.

- Что ты, Рая? Какие могут быть гости с маленьким? Али забыла, зачем мы с тобой сюда пришли?

- Не забыла, но ты всё же подумай.

Она всё ждала вопросов о Захаре, но Шура так ничего и не спросила. Меж тем, Рая могла бы многое рассказать, тем более, что брат успел прислать ей и матери пару подробных писем из мест заключения. Содержание было примерно одинаковым, многое приходилось читать между строк:

"Здравствуйте, мои дорогие и горячо любимые, матушка и сестрица Рая. Пишет вам ваш сын и брат, Захар Фадеев. Вот, решил написать письмо, рассказать, что жив, здоров, чего и вам желаю. Во-первых, хочу попросить за всё прощения, я во многом виноват перед всеми вами, особенно перед женой и детьми. Не хотел я, чтобы всё так сложилось промеж нас, но видно судьба такая. Хорошо понимаю, что Шура знать меня не желает, а и поделом, заслужил. В голове часто звучат песни, что она пела, чаще всего про опавший клён. И такая тогда тоска наваливается, просто жуть, хоть волком вой. Вот и я, как тот опавший лист заледенелого клёна, гонимый ветром и вьюгой, оказался на краю земли. Отбываю я свой срок далеко от нашей Покровки, на лесоповале. Работаем до седьмого пота, без выходных и проходных. Устаю, как пёс, но это и хорошо, нет времени шибко скучать, хотя, всё равно скучаю по всем вам, мои дорогие. Вы не беспокойтесь, я уже приноровился к этой собачьей жизни, меня здесь все уважают. Среди нашего брата много таких, что писать не умеют. Прознали, что я грамотой владею и закидали просьбами сочинять за них письма. За это дают мне четверть своей пайки, поэтому я особо не бедствую. Раньше табаком всё делились, но потом я стал отказываться, решил бросить курить. Раиса, береги мать, одна ты у ней осталась. Если знаешь что про Александру и ребятишек моих, прошу, черкани пару строк. Передай, при случае, что кабы можно было вернуть всё назад, я бы ни за что не причинил ей столько боли. Да, что теперь уже об этом рассуждать? Ничего, бог даст, ещё свидимся, очень на это надеюсь. Прощайте, мои дорогие, не поминайте лихом. Жду ответа, как соловей лета. Захар Петрович Фадеев".

Прежде чем ответить, Раиса долго всё обдумывала, мысленно прикидывая строчки, потом села и без утайки обо всём написала. В основном, про болезнь матери, а ещё, обстоятельно рассказала о своём замужестве.

Про бывшую невестку и племянников сообщила всё, что знала сама. Следы их обрывались в городе, о дальнейшей судьбе ничего известно не было. Большая удача, что они с Шурой встретились сегодня в роддоме.

Рая уже было хотела сама затронуть запретную тему, но не успела, потому что снова почувствовала тянущую боль внизу живота. Схватки вернулись к обеим женщинам, практически одновременно, тут уж не до разговоров.

Раисе пришлось промучиться до самого вечера, прежде чем на свет появилась миниатюрная красавица девочка. Глядя на дочь, женщина плакала от счастья и всё никак не могла на неё налюбоваться.

Они с Иваном решили назвать дочурку Степанидой, Стешей. Хорошее русское имя, Авдотья Ефимовна тоже его одобрила. В отличие от возрастной первородки Раи, Шура не мучилась, а родила быстро и легко.

Совершенно обалдевшему от счастья, Михаилу сообщили, что он стал отцом сына богатыря, весом почти в 5 кило и ростом 62 сантиметра. Мужчина наконец перевёл дух, но в глазах предательски защипало, видно соринка в глаз попала.

Мише очень хотелось увидеть жену, но, увы, его к ней не пустили. Понятное дело, что размахивать корочкой было бы последним делом, поэтому он просто пошёл домой, где его ждали старшие дети.

Услыхав, что мама родила братика, Павлуша и Егорка запрыгали от радости, а Марья тяжело вздохнула и философски изрекла, причём, успокаивая не только себя, но и Михаила:

- Ничего, может следующая будет девочка? Правда же, пап?

- Правда, дочь, следующая обязательно будет девочка, обещаю.

Павел быстро намотал на ус, что сестра наконец назвала дядю Мишу отцом и тоже решил не отставать, тем более, что ему давно хотелось это сделать, но он всё чего-то побаивался. Рождение малыша сделало смелее не только Марью.

- Пап, а как мы назовём нашего братика? - спросил он, торопясь попробовать на вкус давно забытое слово.

- А ты как бы хотел его назвать, сынок?

- Не знаю, я пока не придумал.

- В больнице сказали, богатырь родился, может Ильёй назовём, как думаете?

- Здорово, я помню, мама нам читала сказку про Илью-муромца.

- Да, я тоже помню.

- Значит, так тому и быть. Главное, чтобы наша мама одобрила.

Вот так и вышло, что, на момент выписки Шуры из роддома, все трое стали называть Михаила отцом. Имя Илья для младшего сына она конечно же одобрила. За время, проведённое в больнице, они с Раисой многое успели обсудить, в том числе и Захара.

- Знаешь, Рая, я на него зла не держу, совсем, пусть возвращается живым и здоровым, но и возврата к прошлой жизни не желаю. Я только сейчас поняла, что означает быть счастливой женщиной. Мой муж любит меня и детей, а мы любим его.

- Позволь мне увидеть племянников.

- Хорошо, я попрошу Мишу, чтобы он привёл всех троих к окну, сможешь на них посмотреть.

- Спасибо и на этом.

- Прости, но назад в деревню я больше ни ногой.

- Да, конечно, я всё понимаю.

Когда Рая смотрела сверху из окна на племянников, она конечно же узнала Усова. Так вот значит, кто муж Александры? Теперь понятно, почему он отказался вести дело Захара и отдал его другому.

Михаил тогда сильно помог Авдотье и Раисе, а ведь мог бы привлечь обеих к ответственности. Шуре действительно повезло с мужем, это даже не обсуждается. В любом случае, как бы она ни хотела забыть прошлое, но дети незримой нитью будут всегда связывать её с Захаром.

Глава 23 Непростое решение...

Выписавшись из роддома вслед за Шурой, Раиса вместе с мужем и дочкой поехали в деревню. Девочка вела себя спокойно и всю дорогу проспала. Стоило только малышке закряхтеть, мать прикрывалась полушалком от назойливых взглядов и тут же совала ей грудь, не давая повода для рёва.

В будние дни народу в автобусе бывает немного, поэтому молодым родителям удалось избежать толчеи, которая обычно бывает в выходные. Иван с обожанием смотрел на жену и дочь, он был счастлив снова стать отцом.

А ведь всего этого могло и не быть, не прояви он год назад настойчивость и терпение. Что ни говори, но женщины порой очень странно себя ведут, когда на пустом месте придумывают сложности и сами бегут от своего счастья.

Слава Богу, что всё благополучно разрешилось, иначе не было бы у них с женой такой чудной девочки. Рая рассказала о встрече с Александрой, поскольку не хотела ничего от него скрывать. В конце концов, они одна семья, а значит всё должны решать вместе.

Ваня с серьёзным видом выслушал, после чего предложил не спешить вываливать всё на голову тёще. Как знать, вдруг ей станет плохо от такого известия? Ведь наверняка она захочет повидаться с внуками и вряд ли поймёт, почему это невозможно сделать?

- На твоём месте, я бы повременил, тем более, Авдотье Ефимовне сейчас есть кем заняться. Будет помогать тебе со Степанидой, тем и отвлечётся.

- Ты думаешь, я этого не понимаю, Ванечка? Сама боюсь, что маме станет хуже.

- В любом случае, решать тебе, Раечка. Но всё же, трижды взвесь, прежде чем рассказывать.

- А Захару надо сообщать? Он просил написать, если что-то о них узнаю.

- Вряд ли ему будет приятна новость, что Шура не только вышла замуж, но и родила от другого. Хотя, может и стоит сообщить, чтобы не питал надежд.

- Пожалуй, ты во всём прав. Ладно, позже решим, что делать.

Вернувшись домой, Раиса первое время была слишком занята, чтобы вновь задуматься, как поступить с информацией о бывшей жене брата и своих племянниках. Как ни крути, но ребятишки родные дети Захара и он должен знать, что с ними всё хорошо.

Шуру конечно тоже можно понять, она вышла замуж и у неё теперь другая жизнь, но ведь и бабушка тоже имеет право видеться с внуками, не говоря уже о том, что у них есть ещё и тётка, пусть не самая лучшая, но всё же.

Меж тем, не одна Раиса считала, что в семье не должно быть никаких тайн, её бывшая невестка придерживалась таких же взглядов, поэтому Михаил тоже был в курсе всех дел. Сам он не был против общения старших детей с родной бабкой и тёткой, а вот Шура не хотела и слышать об этом.

- Милая, всё же не соглашусь с тобой. Авдотья Ефимовна им бабушка и мы должны позволить ей увидеть внуков.

- Миша, ты меня конечно прости, но как ты себе это представляешь? Или после всего, что случилось, я должна, как ни в чём не бывало, поехать в деревню и заявиться к ним в дом?

- Шурочка, не злись, тебе не идёт. Ты никому и ничего не должна, я вовсе не заставляю тебя никуда ехать, более того, не отпущу. Но, в то же время, почему бы не дать ей возможность приехать к нам в гости?

- И всё же, я тебя не понимаю.

- Я ведь не говорю о регулярных встречах, пусть приедет хотя бы раз, повидается с малышнёй, узнает, что с ними всё в порядке и успокоится.

- Нет, я к этому не готова.

- Но ведь ты сама рассказывала, что бывшая свекровь всегда хорошо к тебе относилась?

- Это правда, ничего плохого о ней сказать не могу, тем не менее, поддерживать отношения не хочу.

- Знаешь, прежде чем рубить с плеча, вспомни, каково тебе было без семьи?

- У наших детей есть семья, мы с тобой. А ещё, они есть друг у друга.

- Бесспорно, они не обделены вниманием, а что скажешь об Авдотье? Каково это не иметь возможности видеть своих старших внуков?

- У неё есть дочь и младшая внучка.

- Нельзя сравнивать несравнимое. Вот скажи, для тебя наши дети одинаково дороги?

- Конечно, почему ты спрашиваешь?

- Вот и для этой женщины одинаково дороги все её дети и внуки.

- Никак не могу взять в толк, чего ты добиваешься?

- Да ничего я не добиваюсь, просто мне странно, что ты никак не можешь понять очевидных вещей.

- Давай не будем ссориться, Миша. Мне нужно Илюшку кормить.

- Ну что ты, душа моя? Я вовсе с тобой не ссорился, да и разве я могу? Я тебя очень люблю.

- Я тоже тебя очень люблю, Мишенька. Прости, если обидела.

- Всё нормально, ты тоже имеешь право на своё мнение.

Несмотря на быстро угасший конфликт, напряжение в тот день так и витало в воздухе, даже дети что-то почувствовали, поэтому разговаривали между собой шёпотом и ходили на цыпочках, хотя, разговор происходил не при них.

За всё время это была первая недомолвка, возникшая между любящими супругами. Михаил больше не заводил разговор об этом, зато сама Шура долго маялась, размышляя обо всём, что произошло.

Она мысленно возвращалась к сказанному мужем, взвешивала все ЗА и ПРОТИВ, прежде чем пришла к выводу, что он во всём прав и все его доводы вполне обоснованы и справедливы. Авдотья Ефимовна и в самом деле ни в чём не виновата и не должна страдать.

Последней каплей стало то, что Александра ненароком услышала от своих старших детей, когда пошла звать их к столу. Будучи уверенными, что мать занята делами, они играли в деревню, а потом вдруг вспомнили дворовых друзей, а следом отца, тётку, бабушку и даже Мотрю.

- В деревне хорошо, там коровы есть и лес с речкой, - мечтательно протянула Марьюшка.

- Ага, а ещё, у бабушки гуси и ути, помните, как они шагали вразвалочку? - Павлуша смешно изобразил походку птиц, у него вообще была тяга к лицедейству.

- Я тоже помню, - подтвердил Егорка, на что получил быстрый ответ от брата:

- Что ты там можешь помнить? Ты тогда был маленький.

- Нет, большой, бабуля нам ещё оладушки всегда пекла.

- А тётя Рая пирожные из макарон и варенья стряпала, вкусные.

- Да, это мамка наша её научила. Она ещё хотела папку угостить, а он в тот день Матрёну привёз и мама долго плакала, - грустно отозвалась Марья.

- Не ври, наш папка хороший, он её не обижает, - насупился Егорка.

- Папа Миша не обижает, а я сейчас про другого папку говорю.

- Я же говорю, что не помнит он ничего.

- Помню, я, помню, - Егор был готов разреветься, но тут уж мать решила вмешаться, чтобы прервать их воспоминания.

- Дети, мойте руки, обедать пора.

Шура сделала вид, что подошла только сейчас и ничего не слышала, хотя, на душе при этом кошки скребли. Пожалуй, Михаил верно говорит, нельзя лишать детей общения с близкой роднёй, иначе, они могут обвинить мать во всём, когда вырастут.

В тот же день, дождавшись мужа с работы и оставшись с ним наедине в супружеской спальне, Александра заговорила о том, что пересмотрела свой взгляд на проблему и готова ко встрече с прошлым.

Глава 24 Умение читать между строк...

В письме к брату, Раиса написала только то, что встретилась с Шурой в городе и видела своих племянников. Об обстоятельствах, при которых эта встреча стала возможной, она сообщать не стала, зато упомянула о рождении своей доченьки. Да и разве можно умолчать о такой радости?

Захар был неглупым человеком, он несколько раз перечитал Раисино письмо, в котором вся информация лежала на поверхности. Да и не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять основную мысль.

"Здравствуй, милый мой братец Захарушка, пишет тебе сестра твоя, Рая. Во первых строках своего письма спешу сообщить, что все мы живы и здоровы, чего и тебе желаем. Маме нашей стало намного легче, а после рождения младшей внучки, она и вовсе воспряла духом. Можешь нас с Иваном поздравить, мы стали родителями чудесной девочки, назвали Степанидой. Роды случились тяжёлые, хорошо, что муж привёз меня в город, обещал повезти на рынок, но никуда, кроме роддома, я так и не попала. Рожала я в районной больнице, если бы не это, неизвестно, чем бы всё закончилось. Сейчас, слава Богу, состояние здоровья моё и доченьки выровнялось. Ты просил сообщить, если разузнаю что про Шуру и детей. Мы встретились в городе, выглядит Александра хорошо. Показала мне племяшей, ребята вытянулись, повзрослели, правда, поговорить с ними не удалось, я смотрела сверху, из окна. Шура сказала, что Марья и Павел пошли в первый класс, а Егорка при ней, в деревню возвращаться не планируют. Ещё, просила передать, что зла на тебя не держит. Береги себя, братец, будь здоров, не скучай. Привет тебе от мужа моего Ванечки. Пиши почаще и поподробнее. Остаюсь, любящая тебя, сестра Раиса. Помогай тебе Бог."

Из прочитанного можно было сделать определённые выводы, в частности, что Рая и Шура не могли встретиться в городе, случайно столкнувшись нос к носу, тем более, сестра написала, что кроме роддома нигде не была.

Племяшей видела сверху из окна, поэтому поговорить с ними не удалось. Зато с бывшей невесткой всласть наговорилась, та не только успела сообщить, что не планирует возвращаться в деревню, но и передала, что зла на него не держит.

Вряд ли она кричала это всё, стоя внизу, выходит, тоже на тот момент была в роддоме? А с какой целью обычно приходят дети под окна больницы? Правильно, чтобы навестить. Путём логических умозаключений, Захар пришёл к выводу, что сон его был вещим.

Шура не только вторично вышла замуж, но и родила своему новому мужу ребёнка. Просто Раиса не стала писать об этом прямо, потому что не хотела расстраивать, видно пожалела младшего брата.

________________________________________________________________________________

Несмотря на согласие жены, Михаил не собирался никуда её отправлять, если встреча и состоится, то лишь на их территории. Надо будет, он сам съездит в Покровку и привезёт Авдотью, пусть порадуется. Что касаемо Раисы, та должна сама решить, что делать, ехать, или нет.

Захочет, пусть приезжает, места всем хватит. Так будет справедливо по отношению не только к женщинам, но и к детям. Последнее дело запрещать им общаться с родной бабкой и тёткой.

Вырастут, смогут сами ездить в деревню, чтобы видеться чаще. По крайней мере, их с Шурой будет не в чем упрекнуть. Ребятишки должны знать свои корни, чтобы не стать Иванами, непомнящими родства.

В стародавние времена люди знали своих предков до седьмого колена. Как звался, род занятий, сколько детей народил и чем ещё был славен. Сам Михаил Федотович был из семьи простых рабочих, родился аккурат в канун Великой Октябрьской революции.

Вначале он тоже пошёл по стопам родителей, окончил семилетку, потом школу фабрично-заводского ученичества, даже успел пару лет поработать на заводе, где были выявлены неоднократные случаи воровства.

Именно Усову удалось выявить виновников, впоследствии, именно это и стало для него основным фактором, подтолкнувшим сменить сферу деятельности. Он пошёл учиться в школу милиции, после окончания которой началась его трудовая деятельность в уголовном розыске.

Пару лет спустя Михаил женился на своей Глафире и был счастлив, но, к сожалению, недолго. Жену убили, застрелили во время совместной прогулки. Пуля предназначалась Мише, но она прикрыла его собой. Обзавестись детьми они с Глашей так и не успели.

После трагедии мужчина ещё больше погрузился в работу и долгое время оставался один. К началу войны он считался лучшим следователем, его ценили за пытливый ум и хорошую раскрываемость.

Усов рвался на фронт, но его не брали, поскольку считали, что на своём месте он нужнее, это и в самом деле было так. После войны произошла встреча с Шурой и Миша наконец обрёл смысл жизни не только в работе, но и в семейных радостях.

Пережив много лет одиночества, тоски и боли, он считал, что не имеет морального права обрекать Авдотью на разлуку с любимыми внуками. К тому же, Александра рассказала о разговорах детей про деревню. Значит, они тоже скучают и нуждаются в этом общении.

Однако, прошло не менее полугода, прежде чем Михаил смог съездить в Покровку за Авдотьей Ефимовной и Раисой. Причиной задержки стало серьёзное ранение, на него было совершено покушение.

Усова пырнули ножом во время задержания, он был на волосок от гибели и провалялся в милицейском госпитале больше месяца. Что пережила тогда Шура, не передать словами, пожалуй, только дети и надежда на лучшее, не давали ей прийти в полное отчаяние.

Ночами она молилась Богу и всем святым, истово шепча молитвы, какие знала. Слова приходили сами, словно появляясь из ниоткуда. В голове раненой птицей трепыхалась мысль, только бы муж остался жив, а уж она всё сделает для того, чтобы поставить его на ноги.

Днём управлялась по дому, а потом оставляла младшего на Марьюшку и мчалась с судочками и бидонами через весь город, чтобы навестить своего дорогого Мишеньку, накормить домашней едой и хоть немного побыть возле него, прильнув к заросшей щеке.

- Как вы там без меня, Шурочка? Справляетесь?

- Не переживай, мой хороший, ты главное поправляйся. Доктор сказал, организм у тебя крепкий, а ещё, что нужно хорошо питаться. Я тебе кисель сварила и бульон куриный, вкусный. Как поешь, сразу наберёшься сил.

- Непременно, любимая. Благодаря твоему бульону мне уже намного лучше.

- Завтра ещё принесу, свеженького.

- Да я ведь ещё и этот не съел, лучше детям оставь.

- Не волнуйся, дети сыты.

- Расскажи, что нового? Как продвигается учёба в школе у Марьюшки и Павлуши?

- Они успевают не только учиться, но и мне помогают, ума не приложу, чтобы я без них делала?

- Молодцы, а как Егорка с Илюшей?

- Всё хорошо, Мишенька, дети тебя очень ждут.

- А ты, ждёшь?

- И ты ещё спрашиваешь? Конечно жду, возвращайся поскорее.

- Обязательно вернусь, Шурочка. Рано помирать, нас ждут великие дела.

- Это какие же?

- Как какие? Ты ещё мне двух дочек должна родить, я обещал Марье.

- Ну, раз обещал, будем исполнять.

День, когда Михаила выписали, был поистине самым счастливым. Случившееся стало для семьи большим испытанием, но они выстояли. Как известно, дома даже стены помогают, тем более, при должном уходе.

Наконец, настало время, когда отец семейства полностью выздоровел. Когда он привёз из деревни Авдотью Ефимовну и Раису, было по летнему тепло. Взволнованная Шура заранее приготовилась к приёму гостей. Дети были предупреждены о приезде бабушки и тётки, поэтому тоже их ждали.

Глава 25 Машина в деревне в диковинку...

Появление Усова в деревне не осталось незамеченным, местные жители хорошо запомнили въедливого следователя, прибывшего расследовать убийство Матрёны и задававшего вопросы едва ли не каждому. Всё было будто вчера, хотя, с той поры прошло, ни много, ни мало, а почти два года.

Да и как было не заметить, подъехавший прямо к дому Авдотьи Ефимовны, автомобиль М-1, ещё довоенного образца, которую в простонародье называли эмкой? Легковушку немедленно обступили разных возрастов ребятишки, благо шофёр вёл себя великодушно и не гнал их прочь.

Ничего удивительного, для города машина - вполне привычное зрелище, а для деревни - целое событие. Раиса была застигнута врасплох, меньше всего она ожидала увидеть во дворе дома Михаила Федотовича, однако, узнав о цели визита, порыв его должным образом оценила.

- Доброе утро, Раиса Петровна. Приношу свои извинения за вторжение, но я исключительно по делу.

-Здравствуйте, Михаил Федотович. Да, я уже поняла, что вы не просто так к нам пожаловали. Надеюсь, с Шурой и моими племянниками всё хорошо?

- Не волнуйтесь, с женой и со всеми нашими детьми всё в полном порядке, - Усов намерено подчеркнул слово нашими, давая понять, что по-другому просто не может быть.

- Слава Богу, что так, я очень рада. Проходите, я скоро освобожусь, правда муж мой на работе, но мама в доме, присматривает за Стешей, пока я тут по хозяйству управляюсь.

- Ничего, я подожду, вместе зайдём. Как вы смотрите на то, чтобы поехать к нам с Шурой в гости? Понимаю, что должен был предупредить заранее, но увы, не смог. А сегодня как раз выпала такая возможность. Так что, если Авдотья Ефимовна хочет повидаться с внуками, пусть собирается, вы, разумеется тоже.

- Это и правда неожиданно, я даже не знаю за что хвататься. Вы сможете подождать, пока мы соберёмся, мне же нужно и подарки собрать?

- Подождём, но не слишком долго, минут 40 вам хватит на сборы?

- Хватит, конечно. Только мне бы ещё мужа предупредить, а то он вернётся, а нас нет.

- Вашего мужа ведь Иваном зовут, если мне не изменяет память?

- Да, Ванечка, вы всё верно говорите.

- Тогда, вы пока собирайтесь, а я пока заскочу к нему в кузню.

- Ой, будьте так добры, Михаил Федотович.

Авдотья Ефимовна поначалу не поняла, кто прибыл к ним в гости, за всё это время дочь не решилась рассказать ей правду. Услышав голоса, доносящиеся со двора, женщина взглянула в окно и увидела Усова, лицо которого показалось ей знакомым.

- Раюшка, кто к нам пожаловал? Друг Ивана или это Захар с ним весточку прислал?

- Ты только не волнуйся, мамуль.

- С чего это мне вдруг волноваться, дочь? Али что случилось?

- Нет, ничего не случилось, просто мы с тобой сейчас поедем в город.

- Это зачем же? Вот ещё выдумала, не поеду я никуда.

- А если я скажу, что мы едем в гости к Шуре и детям?

- Что, к Шурочке? Ты не шутишь, Раечка? - всплеснула руками женщина, а потом вдруг тихонько заплакала.

- Мамочка, пожалуйста, успокойся. Всё ведь хорошо? Вот я дура, надо было тебя подготовить.

- Всё, доченька, я уже успокоилась. Сейчас мигом оденусь, ты только без меня не уезжай.

- Да куда же я без тебя, моя хорошая?

Наконец, все собрались в одной машине, Иван был уже предупреждён об отъезде тёщи и жены с ребёнком, Михаил заверил, что доставит их назад в лучшем виде. Мужик он серьёзный, слов на ветер на бросает.

Вот и вся предыстория появления в доме Усовых Авдотьи и Раи. Поначалу, дети вели себя настороженно, но когда бабушка вошла и распахнула свои объятья, осмелели. Первым очнулся коммуникабельный Егорка, за ним подтянулись Марья и Павлуша.

- Внучата мои дорогие, как же выросли, повзрослели. А я ведь уж и не чаяла когда-нибудь вас увидеть. Спасибо тебе, Шурочка, и мужу твоему спасибо, - эмоциональная Авдотья сияла от счастья, она сумела сложить дважды два и поняла, кто этот мужчина, приехавший за ними на машине.

Следом Раиса обняла племянников, но ревнивая Стеша тут же забралась к матери на руки, не позволяя никому приблизиться. Маленький Илюшка не оставил это дело без внимания и решил разведать, что это за крикливая гостья к ним пожаловала?

Он подполз к Рае и попробовал ухватиться за подол её юбки, чтобы встать на ноги. Что тут началось, Степанида загудела басом и оттолкнула пацана, тот так и сел обратно. Он уже хотел было зареветь, но Авдотья не дала выкатиться золотой слезе и спешно подхватила его на руки.

Она целовала мальчонку и обнимала, как своего кровного внука, тетёшкая на своих натруженных руках. Илюха был удивлён, но, в то же время, ему понравилось такое обращение. От бабушки исходило тепло и вкусно пахло.

- Славный малышок, щёчки, как наливное яблочко. И как же тебя зовут, миленький?

- Илюшка, он у нас младшенький, - представил брата Егор.

- Да какие же вы все молодцы, как дружно живёте. Так и надо, внучата, вместе вы сила, - приговаривала Авдотья, смахивая непрошенную слезу.

Она искренне радовалась, что у Шуры всё сложилось, пусть даже и без Захара. А всё война проклятая, прошлась по судьбам людским калёным железом и тяжёлыми сапогами. Да что об этом говорить, тут и без слов всё понятно.

Потом настал черёд вручать подарки. Раиса обо всём позаботилась, когда собирала сумку, она захватила варенье и мёд, куриные яйца и вяленое мясо, а так же вязаные носки детям и полушалок для Шуры. Михаилу достался согревающий пояс из собачьей шерсти.

Через какое-то время все сели за стол обедать, потом пили чай и долго разговаривали. Обсудили все вопросы, вспоминали смешные случаи из жизни, рассказывали о деревенских событиях.

Александра была немного напряжена, хоть первое время и пыталась вести себя непринуждённо. Она всё боялась, что разговор зайдёт о Захаре, но, нет, всё обошлось, никто о нём и словом не обмолвился. Михаил сидел рядом и принимал активное участие в беседе.

- Шурочка, милая, спой мою любимую, про конфетки-бараночки, - вдруг попросила Авдотья Ефимовна.

- И про клён тоже спой, - попросила Рая.

Просидели до позднего вечера, а потом за гостями пришла машина. Как бы ни хотелось погостить подольше, но пора и честь знать. Долго прощались, выражали благодарность и надежду на скорую встречу.

- Теперь вы приезжайте к нам, мы будем очень рады.

- Нет уж, лучше вы нас иногда навещайте, адрес теперь знаете.

- Спасибо тебе за всё, Шурочка. Не держи на нас зла, кто же знал, что так всё выйдет? - жарко шептала Авдотья, прижимая бывшую невестку к груди.

- Ну, что вы, я буду помнить о вас только хорошее.

Раиса вынесла спящую дочь на руках и подала матери, расположившейся сзади. Обняв племянников на прощанье, села на переднее сиденье. Довольные дети помахали вслед отъехавшей машине, они долго будут вспоминать приезд бабушки и тётки.

Проводив гостей, хозяйка дома наконец выдохнула, испытав громадное облегчение, словно с сердца упал тяжёлый груз. Что ни говори, но для них с Мишей это было очередным испытанием и они выдержали его.

Надо сказать, к чести Авдотьи и её дочери, они не стали болтать о том, где побывали, посчитав, что совершенно ни к чему деревенским знать подробности личной жизни Шуры. Для всех так и осталось неразрешимой загадкой, с какой целью следователь Усов забирал женщин в город.

- Сколько ни пытала Райку, молчит, зараза, - с досадой сказала одна кумушка, сплёвывая шелуху от семечек.

- Видать, вскрылись новые обстоятельства по делу Захара, - выдала свою версию другая.

- Скорее всего, так и было, поди на допрос их возили, - согласилась третья.

На том и порешили. Досужим сплетникам всегда до всего есть дело, они не успокоятся, пока не перемоют косточки всем, кто попал на язык. Ничего не попишешь, уж так заведено, на чужой роток не накинешь платок.

Глава 26 Дорога к дому...

Деревенские кумушки, судачащие от скуки об убийстве Матрёны Савиновой, строили свои предположения и догадки насчёт дальнейшей участи убийцы, но даже не догадывались, что, спустя всего несколько лет, станет возможным пересмотр этого дела.

В марте 1953, в год смерти Иосифа Сталина, виновнику преступления скостят срок почти наполовину, приняв во внимание его фронтовые заслуги. В то время многие уголовники, что называется, попали в струю.

Полномасштабную амнистию в народе назовут "ворошиловской", а позднее "бериевской", поскольку объявили её по инициативе Лаврентия Берии, но приказ выйдет за подписью Климента Ефимовича Ворошилова.

Берия высказал такую мысль, что из двух с половиной миллионов узников в лагерях по большей части сидят невиновные, а матёрых преступников наберётся от силы лишь 220 тысяч человек. Стране были нужны рабочие руки, оттого и стала возможной эта амнистия.

Уже к концу лета 1953 года на свободу вышли осужденные сроком менее, чем на 5 лет, а так же старики, беременные женщины, несовершеннолетние, тяжелобольные и те, кто получил наказание за хозяйственные и воинские преступления.

Несмотря на благосклонность властей, многие из амнистированных взялись за старое. Они сбивались в банды, грабили и убивали, преступность возросла в десятки раз. Простые люди жили в страхе и боялись выходить на улицу.

Именно с той поры в обиход большинства граждан вошли воровской жаргон, любовь к блатным песням и мода на татуировки, а ещё, ненависть ко всем работникам МВД. Именно тогда они перестали восприниматься, как защитники, и попали в стан врагов.

Меж тем, милиционерам выпала нелёгкая миссия избавить страну от разгула массовой преступности. Следователь Усов пропадал на работе днями и ночами, а дома его ждали любимая жена и дети, в количестве пяти душ: трёх сыновей и двух дочек, старшей Марьи и младшей Дарьи.

Отец исполнил просьбу Марьюшки. Через три года, после рождения сына Илюшки, Шура произвела на свет ещё одну девочку, которую нарекли Дашей. Имя выбирали старшие дети, а родителям ничего не оставалось, как согласиться.

Они по-прежнему проживали в том же самом жилище, что было выделено главе семейства от работы. Атмосфера дома была очень тёплой, а отношения между супругами Усовыми оставались гармоничными.

Михаил и Шура трепетно любили друг друга, ценили и уважали, это было видно за версту. Гости из Покровки приезжали нечасто, от силы два-три раза в год, всё больше по праздникам, чтобы поздравить ребятишек.

Авдотья Ефимовна не делила детей на своих и чужих и привозила подарки всем одинаково. Илюшка и Дарьюшка тоже называли её бабушкой, наряду с остальными внуками. Она считала, что Шуре повезло с мужем и относилась к Михаилу, с искренним уважением, называла его почтительно хозяин или сам.

Вместе с тем, женщина часто думала о сыне и ждала его возращения, при мысли о родной кровинушке, материнское сердце заходилось от тоски и печали. Как он там, болезный? Здоров ли, сыт ли?

Мозги Авдотьи давно встали на место. Она вспомнила все обстоятельства гибели Матрёны, поэтому знала, в каком месте Захар находится. После памятной встречи с внуками, она ещё больше ожила и перестала думать о болезни и смерти.

Авдотья Ефимовна неустанно молилась за упокой души бедной Мотри, а так же просила милости и заступничества Николая-угодника для сына. Она мечтала только об одном, увидеть возвращение своего мальчика из мест лишения свободы.

Полуночная богомолица била поклоны, часами простаивая на коленях. Наконец, Бог услышал страстные просьбы матери и внял её молитвам. Через 9 лет разлуки сын вернулся домой.

Поздней осенью 1954 года, в одно раннее утро, на развилке остановился грузовичок, из фургона которого резво соскочил худой, измождённый тяжкой работой, человек, и зашагал по дороге, ведущей на Покровку. Был он в старой фуфайке, шапке-ушанке, стоптанных кирзовых сапогах и с вещмешком за плечами.

Вряд ли кто-нибудь из односельчан, мог бы с ходу признать в нём Захара Фадеева, некогда бравого и полного жизненных сил мужчину. Он стремился в родную деревню всем сердцем, точно зная, что в родительском доме его любят и ждут.

Об этом вначале писала в своих длинных пространных письмах сестра Раиса, а потом настал день, когда пришла весточка от матери. Он так и обмер, увидев на конверте, знакомый до боли, каллиграфический почерк и аккуратно написанные, прямо буковка к буковке, слова. Авдотья отослала сыну письмо, сразу же после долгожданной встречи с внуками.

"Здравствуй, дорогой и горячо мною любимый сыночек Захарушка. Обращается к тебе с письмом твоя любящая матушка. Спешу сообщить, что мы все живы и здоровы, чего и тебе желаем. Сестра твоя Рая в порядке, с мужем живут дружно, подробнее о своих делах напишет сама. Внучка Степанида растёт не по дням, а по часам, красивая девчушка, только очень балованная. Твои детки не такие, Александра воспитывает их правильно, Илюшка её того же возраста, что и Стеша, но совсем не капризный. На днях ездили с Раисой к ним в гости. Михаил специально за нами приезжал, а вечером его водитель отвёз нас обратно домой. Что хочу сказать по поводу нашего визита. Внуки нам очень обрадовались, Марья и Павел учатся, Егорка пока при матери, помогает с младшим. Дети молодцы, дружные, друг за друга горой. Очень хорошо посидели, пообщались между собой душевно, Шура нас уважила, накрыла хороший стол, а ещё, спела наши любимые песни. Они приглашали приезжать к ним в гости, в любое время, когда захотим, но мы уж часто надоедать не будем. Надеюсь, когда внучата подрастут, будут навещать нас сами. Шурочка не хочет появляться в деревне и её можно понять. Спасибо, позволяет видеться с ребятишками. Хоть и живёт теперь в городе, но гордячкой не стала, нос от бывшей родни не воротит. Береги себя, сыночек. Мы тебя очень ждём, надеюсь дожить до того времени, когда снова смогу прижать тебя к своей материнской груди. Твоя мать, Авдотья Ефимовна Фадеева.

Письма из дома приходили регулярно. Захар в ответ писал скупо и неохотно, да и не было у него особых новостей. Один день был похож на другой, проснулся утром и ладно, значит жив, что уже само по себе хорошо.

Ближе к освобождению мужчине снова стали сниться картинки прошлой, ещё довоенной жизни, в которой ему всё ещё было место в сердцах Шуры и детей. Это вселяло надежду, хотя, умом он понимал, что шансы на возвращение семьи равны нулю.

Бывшая жена была нужна Захару, как воздух, он бы постарался исправить всё, что натворил, даже принял бы её детей от другого мужчины, только бы она простила и позволила быть рядом.

Ну, а пока бывшего заключённого ждала встреча с матерью и сестрой. Он возвращался домой, стремясь припасть к истокам и напитаться энергетикой рода, чтобы снова стать прежним.

Наконец, показалась деревня и Захар ускорил шаг. Покровка только ещё просыпалась, а Авдотья Ефимовна была уже на ногах и управлялась по хозяйству. Она проснулась глубокой ночью от какого-то внутреннего беспокойства.

Материнское сердце не обманешь, видно что-то почувствовало. Женщина долго лежала без сна, прислушиваясь к звукам, доносящимся со двора. Всё равно было не уснуть, оттого и встала пораньше, решив поберечь дочь, пусть уж поспит подольше, умаялась поди.

Стук калитки возвестил о чьём-то приходе. Она вышла из сарайки и поднесла к глазам руки козырьком. Еще не разглядев толком, кто это, Авдотья угадала вошедшего по неясным очертаниям фигуры. Тишину двора прорезал пронзительный крик:

- Сыночек мой, вернулся?

Глава 27 Материнский наказ...

Уж и не чаяла Авдотья, что дождётся сынка своего. Не в силах сдержаться, прильнула к его груди и заголосила громко, протяжно. Потом уткнулась носом в фуфайку и стихла, заглушив рыдания. На шум проснулась Раиса и выглянула в окно. Увидала мать в объятиях брата и выскочила во двор.

- Приехал, Захар? А почему же не предупредил? Мы бы с Иваном тебя в райцентре на вокзале встретили.

- Да что я, шишка какая, чтобы меня встречать? Сам не маленький, дорогу помню.

- В пути всякое могло приключиться, времена нынче лихие.

- Брось, сестра, что со мной сделается? Я в этой жизни мало чего боюсь и без того уж пуганый.

- Мам, а чего же мы во дворе-то стоим? Заходи в дом, гость дорогой.

- Какой же он гость, доченька? Чай, домой приехал, к родной матери и сестре.

- Ой, мамуль, не цепляйся к словам. Три дня гость, а потом хозяин.

Хорошо возвращаться туда, где тебя любят и ждут. А мать ждёт всегда, даже, если её ребёнок самый, что ни на есть, пропащий уголовник или никчёмный забулдыга. Авдотья Ефимовна не знала, куда посадить и чем накормить исхудавшего сына, вернувшегося из лагерей.

Раиса тоже была рада брату, ведь, как ни крути, а родная кровь. Рядом муж её Иван и подросшая дочь Стеша, во все глаза рассматривающая дядьку. Заметно сдал Захар, потускнел некогда острый взгляд, да и весь его вид какой-то пришибленный, словно не дома находится, среди своих.

Он и правда до последнего не верил в своё, так называемое, досрочное освобождение. Казалось, что кто-то наверху ошибся, не вник до конца в его дело. Даже, когда выходил из ворот, ждал грозного окрика или пули в затылок за попытку к бегству, шёл и всё время оглядывался.

Наконец, выдохнул с облегчением, когда скрылся из виду последний барак, оставшись далеко позади. Позже, находясь на вокзале, или просто в местах большого скопления народа, бывший заключённый интуитивно шарахался от людей в форме, избегая попадаться им на глаза.

Это был не страх, потому что он и впрямь разучился бояться, а скорее, вполне понятное, благоразумие. Ему не хотелось лишний раз связываться с представителями власти, тем более, не доехав до родных мест.

О том, что Захар Фадеев вернулся из мест лишения свободы, в Покровке узнали не сразу. Прежде чем слух об этом разросся по всей деревне, он успел поесть, как следует, попариться в баньке и отдохнуть с дороги, а так же обстоятельно поговорить с матерью и сестрой.

Во время разговора Иван всё больше молчал, лишь удивлённо крутил головой. Да и что тут можно сказать, коли Захар заладил своё? Вбил себе в голову, что хочет вернуть бывшую жену. Мол, не только из-за детей общих, но и ради них самих.

Снилось, видите ли, что ждёт его Александра, все глаза уж проглядела в ожидании, когда вернётся к бывшему мужу. И не важно, что прошло много времени, ведь для настоящих чувств длительная разлука только на пользу.

Вот тут уж Авдотья не выдержала и всыпала сыну по первое число, выступив с обличительной речью. Зять смотрел во все глаза на всегда безропотно молчавшую тёщу, давно уже сдавшую свои позиции.

- Рушить чужую семью не позволю, да и не получится у тебя ничего. Шура счастлива со своим мужем, так что, ты даже не думай. Живут они дружно, без ссор, к тому же дети у них, пятеро.

- Пятеро, говоришь? А ничего, что там моих трое?

- Так ведь без тебя выросли ребята, Марьюшке уж 16, Павлуше 15, а Егорке давеча 13 годочков исполнилось. Большие они, другой отец их растил и поднимал, пока ты зону сапогами топтал.

- И что мне теперь, даже видеть их непозволительно?

- Отчего же? Видеть ты их конечно сможешь, да и не такой Михаил человек, чтобы чинить препятствия детям, потому- то они его и любят.

- Ещё скажи, отцом его зовут.

- И зовут, а как иначе? Потому что ничего плохого от него не видели, только добро, да ласку.

- Мам, ты в баню-то идёшь или нет? Все уже искупались, кроме тебя, - в который уж раз напомнила Раиса.

- Конечно пойду, а как же? Сейчас только скажу последнее слово. Вот тебе мой материнский наказ, сынок. Найди себе хорошую женщину, пусть даже с детьми, а о Шурочке забудь.

- Легко сказать, да сделать трудно.

- А ты попытайся. Ну, ладно, пускай теперь сестра тебе мозги вправляет, а я пойду в баньку, там как раз поостыло маленько.

- И в самом деле, Захар. Нет у тебя никакого права лезть в чужую семью, разбитую чашку не склеишь, - вступила в разговор Раиса, едва мать вышла.

- Ну, хоть ты не читай мне нотаций, сестра. И без того тошно на душе.

- А как ты хотел, братец мой дорогой? Неужто думал, что отвернётся Шура от своего нынешнего мужа и вернётся к тебе, спустя столько лет? Если уж сразу не захотела прощать, то теперь и подавно.

- Ты значит тоже на стороне этого Михаила? Чем же он вас таким взял?

- Тем, что человек он хороший, понимающий. Не побоялся трудностей, взял ответственность и взвалил на себя обузу в виде троих детей. И ни разу ведь не упрекнул нас ни в чём, всегда уважительно обращается.

- Ради такой, как Шура, я бы тоже не побоялся. Да и сейчас, зная, что двоих родила от другого мужика, принял бы с распростёртыми объятиями.

- Не хочу припоминать старое, Захар. У тебя была возможность сделать жену счастливой, ещё в тот год, когда ты с войны пришёл. Она тебя так ждала, а ты что сделал?

- Сам знаю, что натворил, потому и исправить хочу. Поймите вы, не я это был, как сглазил кто, занял мою оболочку собой, а меня выпихнул.

- И где же ты болезный скитался всё это время? Как назад возвернулся?

- Смеёшься надо мной, Райка? Эх, ты, а ещё сестра.

- Да не смеюсь я совсем, тут ведь плакать впору.

Долго ещё разговаривали брат с сестрой, а мать всё не возвращается из бани. Она любила долго мыться, не торопясь, специально шла последняя, чтобы никуда не спешить. Поэтому Раиса не сразу забеспокоилась, пошла проверять лишь через час.

Авдотья сидела в предбаннике, прислонившись к бревенчатой стенке, она так и не успела раздеться. Сидела, прикрыв глаза, словно задремала ненадолго. Взглянув на неё, дочь сразу всё поняла.

Отодвинула мать болезнь свою подальше, уговорила обождать, а стоило увидеть сына и испытать радость, так сразу расслабилась, тихо ушла, с улыбкой на устах. Хорошая смерть, скажут потом односельчане.

И ведь какой не вредный был человек, умерла, когда земля замёрзнуть не успела, копать будет легко. В голове Захара долго будут отдаваться слова, что нельзя рушить семью Шуры и Михаила. Вот такой вот своеобразный материнский наказ.

Глава 28 Чужая жена...

Так уж заведено, что жизнь и смерть ходят рядом, пришёл черёд Авдотьи Ефимовны успокоиться и уйти туда, где царят свет и Божья благодать. Многое пережила бывшая гимназистка, взрослеть ей пришлось на стыке времён, когда привычный мир рухнул и на смену пришло новое, смутное.

После поспешного бегства девушки из дому, отца её, Ефима Заболотного, купца первой гильдии, расстреляли. Он предвидел такой исход событий, потому и заставил дочь бежать без оглядки, практически в никуда.

Жалел ли мужчина перед смертью, что в своё время отказался бежать заграницу со всей семьёй? Сие никому неведомо. Вскоре Авдотья вышла замуж, практически за первого встречного, а именно за крестьянина Петра Фадеева, вот с той поры и пришлось хлебнуть ей лиха досыта.

Для односельчан она была обычной простой женщиной, не чуравшейся никакой работы, даже самой чёрной, поэтому вряд ли они могли угадать в ней особу купеческого рода. Пётр всем сказывал, что привёз её из другой губернии, мол, пожалел просто, чуть не померла девка от голода.

Всю жизнь гулял он от жены своей, но рожать заставлял исправно, правда в живых остались только двое, дочь и сын. После смерти постылого мужа женщине стало значительно легче. Сватались к ней вдовые мужики, но больше она под это дело подписываться не желала, жила для детей.

Вырастила обоих, выучила всему, что знала сама. Пришёл черёд сына жениться, выбрал хорошую добрую девушку, с золотым характером, а там и внуки пошли, один за другим, бабушка всё нарадоваться на них не могла.

Потом грянула война и всё покорёжила, оставив от семьи одни головешки, в буквальном смысле этого слова, если вспомнить о поджоге дома. Сын совершил страшное преступление, убил свою полюбовницу, потому и отправился в лагеря на каторгу.

И наступили для матери ещё более чёрные дни. Оглядываясь назад, на прожитые годы, Авдотья всё удивлялась тому, как быстро пролетело время, вроде бы вот только была молодая, казалось, вся жизнь впереди. Ан, нет, не тут-то было.

Одна осталась радость, внуки, спасибо Шуре, что не запрещала общение с ними. Внучка Степанида жила рядышком и Авдотья помогала дочери, чем могла. Хорошо, что Рая устроила свою судьбу, Иван заботливый, любящий муж.

Выбрал жену себе по сердцу, одну из многих, хотя, выбор был большой. Много вдов оставила после себя война, да и молоденьким девчонкам не хватало женихов, а вот Раисе повезло, хоть и давно не была молодкой.

Зато с характером, не смогла вот ужиться в одном дому с женой брата. Правда, со временем изменилась, стала более уступчивой, мужа чтит и уважает. После замужества дочери, Авдотья хоть вздохнула спокойно.

Несмотря на трудную жизнь, она никогда не роптала и была всем довольна, оставалось только дождаться сына, а там и помирать не страшно. Наконец, дождалась, а смерть с косой тут, как тут.

Не заставила себя долго ждать, пришла в назначенный час, словно из-за угла выглядывала, посматривая, когда вернётся Захар. Высмотрела и подкараулила свою жертву, дождалась, когда одна останется.

Все эти мысли проносились в голове Раисы, она словно думала за свою покойную мать, сопоставляя всё, рассказанное ею. Дочь только недавно присела у гроба матери, всё было некогда, скоро уж выносить, а она по селу всё бегала, договаривалась, то насчёт ямы, то насчёт поминок.

На похоронах с одной стороны стояли Рая с мужем и дочерью, с другой Захар и трое старших внуков, прибывшие из города, проводить бабушку в последний путь. Односельчане с любопытством рассматривали их и перешёптывались.

Михаил отправил детей на машине, сам не приехал из-за сильнейшей занятости на работе. Шура тоже осталась дома, с младшими, да и кто бы её осудил? О смерти матери Раиса сообщила сразу, в тот же день, добежала до дома председателя сельсовета и попросила позвонить.

Трубку взял хозяин или сам, как называла Усова Авдотья. Тот сразу всё понял и выразил своё сочувствие, после чего позвал к телефону жену. Шура поначалу даже растерялась от такой новости, Рае было слышно, что она плачет.

- Как же так, Раечка? На Дне Рождения Егорки Авдотья Ефимовна ни на что не жаловалась.

- Да, тогда чувствовала себя очень хорошо, да только сегодня рано утром Захар вернулся, вот сердце и не выдержало, видать, переволновалась.

- Прими наши соболезнования, мне очень жаль.

- Похороны состоятся послезавтра, вы приедете?

- Извини, я точно не смогу, да и Мишу с работы не отпустят. Дети по всей видимости приедут, на автобус их посадим, если что. Сейчас, я Мише трубочку передам, он что-то сказать тебе хочет.

- Да, Рая, не беспокойся, дети приедут, найду я для них машину, водитель подождёт, потом сразу же после похорон заберёт.

- Вначале я их поминальным обедом накормлю и только потом отпущу. А младшим ребятишкам и вам с Шурой заверну с собой, помяните мамочку мою.

- Договорились, только шибко не задерживайте ребятню, всё-таки машина казённая.

Понятное дело, в семье председателя сельсовета всё слышали, вот так в Покровке и узнали о возвращении Захара и кончине Авдотьи Ефимовны. Жена председателя любила посудачить наравне с другими, она ведь тоже человек, хоть и не совсем простая смертная, живёт получше многих.

На следующий день к дому Авдотьи один за другим шли односельчане, чтобы отдать дань уважения покойной и выразить своё соболезнование родным. Раиса занималась организационными вопросами, в то время, как Захар ходил, как в воду опущенный, не зная, куда приткнуться.

Мужчине хотелось волком выть от безнадёги и безысходности, он чувствовал себя виноватым, это по его милости мать так рано ушла. Хотелось напиться, чтобы не думать ни о чём, но сдержался, так как дал себе зарок, больше никогда не связываться с алкоголем.

И без того себе жизнь испортил, на этой почве. Ведь вряд ли бы он тогда выстрелил в Матрёну, не будь пьяным вусмерть. Хоть и достала его полюбовница шибко, но убивать её он не хотел.

А всё водка проклятущая виновата, Мотря сознательно его подпаивала, чтобы заглушить муки совести и сделать ручным. Хотя, в рот через воронку не заливала, конечно, сам пил, вот и допился до чёртиков.

В день похорон приехали дети, тут и вовсе сник Захар, не так он себе представлял встречу с ними. А вот поди ж ты, пришлось увидеться по печальному поводу, на похоронах бабушки.

Марьюшка выросла, заневестилась, лицом вся в мать, такая же чернявая, а нрав видно его, смотрит исподлобья, свербит глазами. Павел же наоборот внешне в отца удался, а характером в мать, добродушный и нежный, то и дело краснеет, и тоже отмалчивается всё.

Зато Егорка улыбчивый и неунывающий, язык, как помело, хоть и выглядит растеряно и сдерживается, всё-таки понимает, что не на праздник приехал, этот в деда пошёл, не иначе, такой же шебутной. Ох, и наплачутся девки.

Жаль, Александры нет с ними, хоть одним бы глазком поглядеть, какая она теперь стала. Права мать, нельзя лезть в чужую семью и снова рушить жизнь бывшей жены. Захар впервые назвал так Шуру, он даже в уме не смел думать о ней, как о бывшей.

Но повидаться всё равно хочется, хоть и чужая она теперь жена. Послушать бы ещё песню напоследок, ту самую, про опавший клён, а о большем и мечтать не посмеет. Да только вряд ли, ей есть для кого петь.

Очнулся Захар от тяжких дум, когда нужно было попрощаться с матерью и бросить горсть земли на заколоченный гроб. После похорон, люди рекой стекались на поминки, он и сам не заметил, когда его дети встали из-за стола и уехали.

Так и не пришлось перекинуться с ними, хотя бы парой фраз. Ничего, будет повод навестить их в городе, заодно и Александру увидит. А потом уедет, далеко, куда Макар телят не гонял, чтобы не было желания вернуться и выкрасть жену свою Шурочку.

Глава 29 Незваный гость...

Всё то время, что дети провели в деревне, у Шуры душа была не на месте. Неизвестно, как Захар поведёт себя с ними при встрече, хорошо, если просто останется равнодушным, а вдруг обидит, словом или делом? Кто знает, каким он стал? Ведь запросто мог наговорить гадостей про неё и Михаила.

Она насилу дождалась возвращения своих ребятишек. Как только за окном послышался шум мотора подъехавшей эмки, тут же выбежала во двор, не в силах справиться с переполнявшими её эмоциями. Дети вышли из машины и подлетели к матери.

- Мамуль, а ты чего в одном полушалке выскочила, заболеть хочешь? - с ходу набросились все трое.

- Я только глянуть хотела, кто приехал, испереживалась вся.

- И чего ты так всполошилась?

- Боялась за вас, одних ведь отпустила.

- Мы что, дети малые? Уж всяко, сумели бы за себя постоять, - фыркнула Марья, сверкнув тёмными очами.

- Для меня вы всегда будете маленькими, даже когда своими семьями обзаведётесь.

- Мамочка, всё хорошо, никто нас там не обидел, - сыновья приобняли мать с обеих сторон и повели в дом, дочь шла следом.

Марья принялась выгружать пакеты с поминальной снедью на стол, после чего подозвала младшего брата и сестру. Илья и Дашутка подошли ближе, с любопытством глядя на кутью, пироги и конфеты.

- Малышня, помяните бабушку Авдотью. Мам, ты тоже садись, давай, тётя Рая для всех положила, тут и папе хватит.

Павел и Егорка сели неподалёку, ожидая расспросов матери, которые не заставили себя долго ждать. Шура зашла издалека, не решаясь озвучить свой главный вопрос о том, как обошёлся с ними Захар.

- Как всё прошло, много народу было?

- Очень много, мы сели за стол с третьей партией, а люди всё шли и шли.

- Ага, некоторые даже во дворе стояли.

- Вашу бабушку в Покровке уважали, хорошая она была женщина.

- Мы знаем, бабушка нас очень любила, всегда была ласковая, не то, что её сын, - задумчиво произнёс Егор.

- А что, разговаривал он с вами?

- Неа, даже не подошёл.

- Всё только смотрел на нас со стороны, глазами сверлил.

- А когда бы он подошёл? Мы ведь приехали к самому выносу.

- Да, не до нас ему было.

Дети говорили о Захаре в третьем лице, рассуждая, как о совершенно постороннем человеке, никому даже в голову не пришло назвать его отцом. Да и как иначе, если их с малолетства воспитывал Михаил?

- Я видела, как он плакал, когда подошёл прощаться с бабушкой.

- Павлуша, тоже плакал, - выдал брата Егорка.

- Кто бы говорил, - у самого глаза были на мокром месте.

- Ну и что, мне и не стыдно вовсе. Мужчины тоже иногда плачут, мне так папа сказал.

- Всё правильно, плакать не зазорно никому, а тем более на похоронах, - подтвердила мать.

Позже с работы пришёл Михаил и присоединился к разговору, который вскоре повернулся в другое русло. Дети рассказывали об учёбе и своих успехах, радуясь общению с отцом, которому действительно важно было всё, что с ними происходит. Недаром в народе говорят, настоящий родитель не тот, кто дал жизнь, а тот, кто воспитал.

__________________________________________________________________________________

Раиса ждала, что брат сам расскажет о своих планах на жизнь, а тот всё больше отмалчивался. Первые дни, после смерти матери, он места себе не находил, видать, думки тяжёлые одолевали. Знай только, ходил по двору, да курил без конца.

Правда, дрова все переколол и сложил в поленницу, не стал ждать, когда попросят, воды, опять же, в баню таскал, без напоминаний. Зимой дел немного, почти и нет никаких, поэтому остальное время отлёживался в дальней комнате.

Рая старалась не трогать брата, про работу тоже не заговаривала, пусть привыкает к новой жизни, успеет ещё, чай, не последний кусок доедают. Иван тоже помалкивал, они с Захаром и раньше не были особо дружны, а сейчас и подавно.

Странный он какой-то, сторонится всех, даже сестру родную, чего уж говорить о других. Казалось, позовут его к столу поесть, подойдёт, а если вдруг забудут, ненароком, сам и не напомнит о своём существовании, так и будет молчать.

Хотя, Рая всегда помнила, всё-таки, не чужой человек. Наконец, когда уже хотела приступить к расспросам, брат неожиданно заговорил. Разговор состоялся после поминальных 9 дней.

Захар был уверен, что дети снова приедут, но не тут-то было.. На сей раз Шура сама приготовила поминальный обед для всей своей большой дружной семьи и в деревню никто не поехал.

Ну, раз такое дело, значит, надо ехать к ним самому. А куда именно, если он даже адреса не знает? Хорошо, что сестра в курсе, где их искать. Только вот Рая неожиданно заартачилась.

- Чего тебе там делать, Захар?

- Как чего? Я просто хочу поговорить.

- С кем это ты собрался разговаривать, никак с Шурой?

- И с ней тоже.

- Ты разве не помнишь, о чём мать тебя просила? Оставь ты её в покое, она давно тебя забыла и счастливо живёт с другим.

- Да не собираюсь я лезть в её семью, просто хотел повидаться с детьми и попрощаться.

- Что значит попрощаться, братец? Ты меня не пугай.

- То и значит, уехать хочу отсюда, и как можно дальше.

- Куда же ты собрался? От себя ведь всё равно не убежишь.

- Но я всё же попытаюсь, хочу начать жить заново.

- А здесь, что мешает?

- Здесь не получится, потому что для всех я так и останусь убийцей Мотри. Уеду туда, где меня никто не знает.

- А с твоей судимостью разве можно?

- Почему нет? Государство меня полностью амнистировало.

- Ты всё же поспрашивай в сельсовете.

- Обязательно поспрашиваю. Ну, так что, дашь адрес?

- Дам, конечно, куда я денусь. Только обещай мне, что ты не станешь мешать счастью Шуры.

- Обещаю, я помню наказ матери. Повидаюсь с детьми, поговорю с ними, попрощаюсь и уеду.

- А на 40 дней разве не останешься?

- Нет, сестра, ты уж без меня справляйся.

- А то остался бы, Захар. Не хочешь с нами, так дом Ивана пустует, туда мог бы переехать.

- Я уже всё решил.

- Ну, как знаешь.

В тот день, когда Захар появился в гостях у Усовых, из детей в доме была только младшая дочь, которая пока не ходила в школу и сидела дома. Все остальные находились на учёбе. Михаил был на работе, а Шура хлопотала по хозяйству.

На неожиданно раздавшийся стук в дверь, выскочила сама хозяйка. Увидав на пороге Захара, невольно попятилась назад, благодаря чему тот смог беспрепятственно войти в дом.

- Ну, здравствуй, Шура. Гостей принимаешь?

- Ты? Зачем ты здесь? - выдохнула она.

- Вот, заехал попрощаться с детьми, если позволишь, конечно.

- Ребята в школе, вернутся нескоро.

Шура почти не изменилась, именно такой она оставалась в его памяти. Хотелось взять её в охапку и прижать к груди, но, нельзя, потому что она больше не его жена.

Глава 30 Самое яркое воспоминание...

В это самое время младший сын Захара и Шуры, спешил домой. Словно что-то почувствовав, он сказался больным и слинял из школы. По дороге шёл и придумывал, что сказать, чтобы избежать нагоняя. Если дома всё в порядке, вряд ли кто поверит в его нехорошие предчувствия.

У Егора с матерью была незримая связь, именно в этот момент она больше всего на свете хотела, чтобы появился кто-нибудь из детей. Александра уже и сама была не рада, что открыла дверь и впустила бывшего мужа. Она настолько растерялась, увидев его, что не нашла в себе силы сразу выгнать.

На что надеялся Захар, переступив порог чужого дома, какой реакции хотел добиться? Только ли прощения или чего-то большего? Вряд ли бы он смог ответить откровенно на этот непростой вопрос. Хотя, к чему лукавить? Уж перед собой можно было не притворяться и признаться в очевидном.

Больше всего на свете Захару хотелось, чтобы Шура с ним поговорила или просто выслушала. Шутка ли, столько лет не иметь ни единой возможности перекинуться парой слов и рассказать о самом главном, что терзает душу.

Казалось, достаточно одного разговора и она сразу примет его объяснения и поймёт, ведь случай с Матрёной был просто обычным помутнением. Он тогда не отвечал за свои поступки, поскольку был сам не свой.

Мужчина вглядывался в знакомые до боли черты и жадно впитывал в себя одуряющий аромат любимой, от которого начисто сносило башку. От неё всегда пахло лавандой и запахом луговых трав, даже сейчас, когда на дворе стоит поздняя осень.

За годы заключения Захар привык обходиться без женщин, хотя, было очень тяжело, особенно поначалу. В первый день своего освобождения, он почувствовал пьянящий воздух свободы, а следом какую-то безбашенную удаль, пришедшие на смену боязни и недоверию.

Стоило сесть на поезд и отъехать на безопасное расстояние, появилась уверенность в собственных силах и в то, что ничего не потеряно, всё ещё можно вернуть и исправить. И не важно, что бывшая жена давно живёт с другим и родила от него двоих.

Даже имея пятерых детей, Александра оставалась всё такой же стройной и гибкой. Конечно, не той тонкой и звонкой, какой была в самом начале их совместной жизни, а много лучше и краше.

Из милой и застенчивой девчонки она выросла в привлекательную и чувственную женщину. Фигура приобрела соблазнительную округлость и стала ещё более женственной. Захара тянуло к ней со страшной силой.

Подойти бы ближе и зарыться лицом в густые волосы, сколотые сзади в тяжёлый узел, а потом распустить их вдоль голой спины, предварительно сняв с неё одежду и раздевшись самому.

От близости женского тела закружилась голова и потянуло на греховные мысли, ведь зов плоти ещё никто не отменял. Казалось бы, вот то, что когда-то было твоим, только руку протяни и возьми, но не позволяла совесть, а ещё, останавливало присутствие ребёнка.

Симпатичная девчушка, примерно лет шести, с любопытством глядела на чужого дядьку круглыми глазами. И чего, спрашивается, припёрся? Мамка прямо сама не своя сделалась, а выгнать не решается.

Приглядевшись внимательнее, Захар вдруг заметил откровенный страх, плескавшийся в глазах Шуры и понял, что она его боится, а значит, никакого доверительного разговора не получится, лучше и не пытаться.

- Уходи, детей всё равно нет, - проронила женщина, опомнившись.

- Можно я их подожду?

- Только не здесь.

- А что так, или муж запрещает?

- Какая тебе разница? Это наши личные дела и ты к ним не имеешь никакого отношения.

- Зачем ты так? Я приехал к своим детям.

- Вот и жди их на улице, а здесь тебе не место.

- Даже поговорить со мной не желаешь?

- Нет, ни к чему рассусоливать, да и о чём нам с тобой разговаривать?

- Какая ты стала строгая.

- Какая уж есть.

И тут взгляд незваного гостя упал на висевшую на стене в рамочке большую фотографию, на которой были изображены Шура со своим новым мужем. Это не был классический портрет, они смотрели друг на друга, а не в объектив.

Было видно, что эти двое по-настоящему любят друг друга. Захар без труда узнал в мужчине следователя, допрашивающего его первоначально. Так вот значит почему тот отказался от расследования дела?

Причина в том, что он запал на жену подозреваемого. За это его по головке точно бы никто не погладил, могли и с ментовки погнать, хотя, ради такой, как Шура, можно было рискнуть всем, что Михаил и сделал.

Захар понимал его, как никто другой, и в принципе, не имел никаких претензий. Тем более, Усов ещё тогда зарекомендовал себя с хорошей стороны, он действительно хотел разобраться и помочь.

Другое дело, что ничто уже не могло спасти преступника от заслуженного наказания. Сам во всём виноват, причём, не только в убийстве, но и в том, что потерял жену и детей. Никогда Шура не вернётся к нему, хоть наизнанку вывернись.

Осознание этого заставило Захара повернуть к выходу, в общей сложности, он провёл в чужом доме не более 10 минут, показавшихся вечностью. В это самое время в дом забежал запыхавшийся Егорка и Александра с облегчением выдохнула.

- Мам, ты как, всё в порядке?

- Да, Егорушка, всё хорошо.

- Здравствуй, сынок. Я рад, что ты пришёл, вот бы ещё и Марья с Павлом вернулись из школы, - проронил растерянный мужчина.

- Ничего, я могу вас к ним проводить, а по дороге со мной побеседуете, если желаете, конечно.

- Проводи, пожалуйста. Прощай, Александра, прости меня, если сможешь.

- Давно простила, ступай себе с Богом.

Проводив взглядом бывшего мужа, вышедшего во двор в сопровождении сына, Шура обеспокоенно прильнула к окну. Оба вышли из калитки и, оживлённо беседуя, направились в сторону школы.

Захар попробовал приобнять мальчика за плечи, но тот не дал, поднырнув под его руку. Егорка не стал ходить вокруг, да около, а сразу обозначил своё отношение к ситуации.

- Хотите, я расскажу вам о двух моих воспоминаниях из детства?

- Конечно, сынок.

- Знаете, я очень хорошо помню, как ждал вашего возвращения с фронта и очень гордился, тем, что вы герой войны. Помню, бегал за вами по двору, в ожидании чуда, мне так хотелось познакомиться с вами поближе, когда вы шли под руку с той красивой тётей, но вы меня всё время отталкивали.

- Прости меня, Егор. Я виноват перед всеми вами и особенно перед тобой.

- Да я не держу обиды, всё к лучшему.

- Ну и слава Богу, я очень рад, сынок.

- А про второе воспоминание хотите узнать?

- Хочу, рассказывай, - обречённо произнёс Захар, ожидая подвоха.

- Так вот, второе воспоминание, это как мы с моим отцом запускали бумажного змея. Он был такой красивый, ярко раскрашенный, мы вместе его делали. Я бежал с этим змеем и уже собирался его запустить, а потом неожиданно споткнулся и упал. Коленка была разбита, я не мог бежать и плакал от боли, но больше всего из-за змея, потому что запустить его мне по-прежнему хотелось.

- И что было дальше?

- А дальше, отец подхватил меня на руки и утешил, подул на ссадину, утёр слёзы и успокоил. А потом посадил к себе на закорки и побежал, чтобы я смог запустить змея и у нас с ним всё получилось. И тогда я понял свою важность и нужность, оказывается, меня тоже можно любить.

- Не только можно, но и нужно, Егор.

- Да, пожалуй, это самое яркое воспоминание из моего детства.

Егор проводил Захара до класса, в котором учились Марья и Павел, а когда прозвенел звонок, вежливо попрощался и ушёл домой. Он не знал, как поведут себя брат и сестра, возможно, они будут более радушны.

Глава 31 Под перестук колёс...

С тяжёлым сердцем уезжал Захар из родных мест. Да и разве могло быть по-другому? Слова младшего сына прочно засели в его голове, свербя и царапая сознание изнутри. Неправда, что дети мало что помнят из своего детства, случай с Егоркой является ярким тому доказательством.

Он и сам вдруг отчётливо вспомнил, как пацанёнок при виде него бежал с радостными возгласами, не вызывая ничего, кроме досадного недоумения. А ведь маленькому Егору всего лишь хотелось поближе познакомиться.

Зато другой мужчина дал ему всё, в отличие от родного папашки. И хоть чаще всего Усов бывал занят по службе, но в нужный момент оказался рядом и не остался равнодушным к чаяниям ребёнка, тем самым оставив яркий, неизгладимый след в его памяти.

И ведь какой смышлёный, не по годам, нашёл нужные слова, преподнёс информацию так, чтобы Захар всё понял и не пытался оспаривать отцовство Михаила. Всё правильно, ведь это не он утешил плачущего мальца, подул на коленку, успокоил и помог запустить змея.

Другой отец воспитал всех троих, кормил, обувал, одевал. Марьюшка в добротном платье и красивых ботиночках, Павлуша тоже одет и обут, как и Егорка. У всех троих справлена верхняя одёжка, по всему видать, что о них заботятся.

А ведь в многодетной семье работает только муж Шуры, а она за домом присматривает и за детьми. Захар же за всё время ни копейки им не прислал. Из того, что заработал на лесоповале, большая часть ушла на похороны и поминки матери.

Не мог же он стоять в стороне, когда случилось горе? Оставил себе лишь на билет, а остальное хотел отдать Шуре, но она с ним и парой слов перекинуться не захотела. Надо как-то изловчиться и сунуть деньги Марье или Павлу. Старшие дети стояли перед ним и мялись от неловкости.

Они хоть и не были столь категоричны в своих высказываниях, как младший, тем не менее, держались холодно и отстранённо. Захар разговаривал с сыном и дочерью, при этом хорошо понимал, что душой они сейчас не с ним, а дома, рядом с матерью и другим отцом.

- Вы только не думайте, что я вас бросаю. Буду по возможности писать, а как устроюсь на новом месте, стану высылать деньги, а захотите, сможете ко мне приехать.

- А вы куда едете? - наконец спросил Павлуша, покраснев, как красна девица, казалось, ему не столько интересно, сколь неловко оттого, что они с сестрой молчат.

- В Среднюю Азию решил податься, на заработки, город такой есть в Киргизии, называется Фрунзе. Там у меня фронтовой друг живёт, он ещё в войну зазывал меня в гости, я его адрес крепко запомнил, все эти годы держу в памяти. Правда, еду без предупреждения, авось не прогонит.

- А почему именно во Фрунзе?

- Потому что там тепло, а на Северах, где холодно, я уже нажился.

- Мы знаем, слышали, где вы прохлаждались всё это время, - в разговор вдруг вступила Марья, гневно сверкнув на брата тёмными глазами.

- От кого? Мать что-то рассказывала обо мне, наверное, плохое?

- Нет, мама и отец никогда про вас не говорили плохо. А вот бабушка честно всё рассказала, когда Егор задал вопрос.

Ох уж этот вездесущий Егор, он не мог не спросить, видать, интересно было, куда же делся отец с той красивой тётей, на которую променял не только жену, но и своих детей? Мать не умела обманывать, поэтому и рассказала. Ну что ж, так лучше, значит, не придётся ничего объяснять.

- Вы вправе меня осуждать, я плохой отец, да и человек дрянной, не смог устоять перед множеством соблазнов. Нет мне никакого оправдания, как ни крути, кругом виноват. Но, раз уж Господь не призвал меня к себе, значит, я ещё не совсем пропащий и на что-то годен. Передайте матери вот эти деньги, очень вас прошу, пусть это будет хоть малая толика от меня, за все годы.

- Не надо, вам самому будут нужны на новом месте, - сказал Павлуша и снова покраснел, как рак.

"Кому же ты достанешься, сынок, какой бабёнке? Верёвки из тебя жинка вить будет, ведь и прикрикнуть на неё не сможешь, так и будешь во всём уступать, да потакать её капризам. Добро бы дельная попалась, чтобы не только любила, но и уважала", - вдруг подумалось Захару.

- Возьмите, Христом Богом прошу. Я и себе оставил на первое время, - соврал он.

Услышав про деньги, Марья недовольно засопела, как паровоз. Ох, и гордячка девка, тяжело мужу с ней придётся, такую обуздать будет непросто, сама стреножит, кого хочешь. Красивая, одни глаза чего стоят, совсем, как у Шуры, один в один.

Захар смотрел на детей во все глаза, запоминая их черты, а то неизвестно, доведётся ли им ещё когда увидеться? И без того прошло 13 лет разлуки, он ведь и не знал их толком, хорошо, хоть немного побыл им отцом. Егорке бедному и того не перепало.

- Ладно, ребятушки, пора мне, родимые. Не поминайте лихом своего папку никчёмного.

Марья старательно смотрела в пол, избегая встречаться с ним взглядом. Воспользовавшись этим, Захар незаметно сунул свёрток с деньгами в ранец Павлуши, когда обнимал его на прощание. После чего, неловко потянулся к Марье, благо та не отшатнулась, видно, пожалела.

На вокзале Захар купил билет на поезд, ехать до места предстояло с пересадками, больше 10 дней проведёт он в пути. Будет чем скоротать время, столько всего предстоит передумать под перестук колёс.

Сестра набила под завязку его рюкзак, положила сало, рыбы вяленой, да пирогов с брусникой, наказала съесть в первую очередь то, что портится, а уж потом приниматься за другое. Ничего, доедет, от голода точно не помрёт.

Поезд уносил Захара Фадеева всё дальше и дальше, в неизвестные дали. Как неприкаянный заледенелый кленовый лист. Может там он найдёт, наконец, то, что ищет и отогреется душой, как знать?

____________________________________________________________________________________

В тот день Михаил вернулся с работы поздно, дети уже спали. Между ним и Шурой и состоялся откровенный разговор, она не стала ничего скрывать, рассказала и про деньги, которые Павлуша обнаружил в своём ранце. Больше всех возмущалась Марья, она злилась, что не следила за братом.

- Передал и передал, что же тут такого, Шурочка? Надеюсь, он тебя ничем не обидел?

- Нет, поговорить только хотел, но я отказалась.

- А может стоило поговорить?

- Нет уж, не о чем мне с ним разговаривать, да и незачем.

- Ну и ладно. Ты мне лучше вот что скажи, как ты себя чувствуешь?

- Да вроде получше, только с утра снова подташнивало. Тяжёлая я, теперь уж точно знаю.

- Завтра же идём к врачу, пусть осмотрит тебя.

- Неужто вместе пойдём?

- А как по-другому? Я специально взял для этого выходной.

- Очень хорошо, а сейчас пойдём, я тебя кормить буду.

- Но сначала дай-ка я тебя ещё раз поцелую.

- Поцелуй, Мишенька, только смотри не шибко, а то знаю я тебя, так ведь и есть не захочешь, сразу спать потянешь.

- Раскусила ты меня, Шурочка. Пойдём поедим, а потом снова в спальню.

А на завтра для любящих супругов был новый счастливый день. День, когда они узнали, что у них снова будет ребёнок. Хотелось бы, чтобы это была девочка, тем более, что Марья ждала обещанной второй сестрички.

Глава 32 Новый житель...

На поезде Захару предстояло проехать через всю нашу необъятную страну. В вагоне было многолюдно. Попутчики время от времени сменяли друг друга, одни выходили на своей станции, другие заходили.

Разношёрстный люд ехал, кто куда, в поисках лучшей доли, согласно своим нуждам и надобностям. Ведь, как известно, хорошо там, где нас нет. Те, кто расположился в вагоне на сутки и более, знакомились между собой поближе и рассказывали о себе чуть ли не всю подноготную, зацепившись друг с другом языками.

Эффект попутчика действует на всех одинаково, вне зависимости от возраста и половой принадлежности. Много разных историй о человеческих судьбах услышал Захар.

Однако, сам в этих разговорах не участвовал, всё больше отмалчивался, сидя на своём месте. Да и нечем ему было хвастаться. Не рассказывать же о том, как изменил жене и детям, притащив с фронта свою ППЖ, которую потом сам же и убил по пьяной лавочке?

Или как 9 лет валил лес в Магадане, куда его сослали отбывать наказание за совершённое преступление? Помочь всё равно ничем не помогут, да и посочувствуют едва ли, а вот осудят запросто.

Нет уж, увольте, не хватало ещё сидеть остаток пути под колючими взглядами. В общем, Захар предпочитал просто слушать. Больше всего его зацепила история одной пожилой женщины, которая тоже ехала до Оренбурга, только села в поезд тремя днями позже.

Рассказала она о своей младшей дочери Лидии, получившей похоронку на мужа ещё в самом начале войны. Они с ним даже детей не успели завести. До последнего не верила молодая вдова в смерть любимого.

Каждый день бегала на широкий тракт встречать проходящие машины из Оренбурга, а потом долго стояла, вглядываясь вдаль. Ждала она своего Виктора долго, даже когда война закончилась. Мать всё боялась, что умом тронется девка.

И только спустя 5 лет, после Победы, перестала Лида ходить на дорогу. Но всё время прислушивалась к звукам со двора, ожидая, что кто-то войдёт. Она вышла замуж за вдовца с двумя мальчишками, а через год забеременела и родила ещё одного сынишку.

А спустя ещё два года, когда Лидия ездила по делам в Оренбург, она встретила там своего первого мужа, живого и здорового. Он шёл ей навстречу с молодой девушкой, державшей его под руку.

Первая мысль была, что Виктор изменил ей с другой и поэтому не захотел возвращаться домой, но всё оказалось гораздо печальнее. После контузии полученной в тяжелейшем бою, мужчина начисто потерял память.

Он попал в окружение и был взят в плен, откуда впоследствии бежал с несколькими товарищами. В итоге, все попали из огня, да в полымя, потому что пришлось отвечать уже перед своими.

Будучи в плену, Виктор затруднялся ответить, кто он и откуда, поэтому с помощью других придумал себе новое имя и фамилию, под которыми его впоследствии и сослали на Колыму.

Попав под амнистию 53 года, Виктор, а по-новому Николай Денисенков, вместе с товарищем по несчастью приехал в Оренбург. По счастливой случайности тот оказался его земляком. С сестрой этого друга мужчина стал встречаться, дело у них шло к свадьбе.

И вот стоит перед ним жена, которую он так не признал. Ну, поговорили, конечно, всё выяснили, да только какой от этого толк, коли не помнит он ничего? Сколько слёз пролила Лидия, знает только мать, да подушка. Ничего не стала она доказывать, всё одно у обоих теперь новая жизнь.

- Неужели нельзя было хоть что-то исправить?

- А что тут исправишь? У Лиды теперь другой муж и трое детей, от которых она никогда не уйдёт.

- Эх, всё война проклятущая, будь она неладна, сколько зла людям принесла.

- Значит так было угодно Господу Богу, - отвечала рассказчица и осеняла себя крестным знамением.

Захар в ту ночь почти не спал и думал о судьбе этой семейной пары. Их ситуации с Виктором или Николаем конечно чем-то схожи, тот тоже прошёл через лагеря и амнистию. Но, в отличие от него, мужик не по своей воле бросил молодую жену. Он просто не смог её вспомнить.

Время в пути пролетело незаметно, вскоре прибыли в Оренбург, дальше предстояла пересадка на поезд, следующий до Средней Азии. До Киргизии оставалось три дня пути, всего ничего, в сравнении с неделей.

И чем ближе поезд подъезжал к югу, тем теплее становилось. Конечно, не так, как летом, зато, не настолько холодно. Зимы в России гораздо длиннее и суровее.

Наконец, потратив в общей сложности на поездку больше 10 дней, Захар прибыл на место, конечная цель была достигнута. Он оказался во Фрунзе, в десятках тысяч километров от родного дома. Как встретит нового жителя этот город? Сможет ли он его покорить или сам будет покорён навек его красотой?

Поговорка про язык, который доведёт и до Киева, работает везде и всюду. Спросив у прохожих, как пройти на нужную улицу, Захар быстро оказался на месте. По счастью, фронтовой друг по-прежнему жил по тому же адресу.

Гостеприимный дом Шохрата Низамова находился на земле, в старой части города. Он не только узнал боевого товарища, но и несказанно ему обрадовался. Белозубый киргиз улыбался во весь рот, похлопывая его по плечам.

Рядом стояли трое младших детей, похожих на своего отца. Две старшие дочери двойняшки, ровесницы Марьи, сновали по дому, помогая матери накрыть на стол. Гость для киргизов всегда ко двору, в любое время дня и ночи его всегда накормят и напоят, а уже после приступят к расспросам.

Захар не стал скрывать своих прегрешений, он был честен от начала и до конца. Шохрат знал Матрёну, но почему-то её трагическая смерть не стала для него потрясением. Гораздо больше его задело, что боевой товарищ променял на неё свою семью.

- Я видел, что эта женщина очень дурно на тебя влияла, но не думал, что настолько. Даже моя покорная жена не стала бы терпеть присутствие в нашем дворе ещё одной женщины, хотя, религия и позволяет нам иметь нескольких жён.

- Знаю, Шохрат. Семью я потерял навсегда, у Шуры моей другой муж, а мои дети называют его отцом.

- Этого следовало ожидать, друг. Но я не судья, чтобы тебя осуждать, тем более, ты уже жестоко наказан.

- Спасибо, Шохрат.

- Молодец, что приехал, я очень рад. Всё у тебя здесь получится, даже не сомневайся.

- Твои слова да Богу в уши.

- Работу мы тебе найдём, жильё тоже, первое время поживёшь у нас. Глядишь, ещё и женим тебя, Захар.

- На это я и не рассчитываю, да и вряд ли кому-нибудь будет нужен такой ненадёжный человек, как я.

- Не говори так, ты хороший человек и заслуживаешь счастья.

Облокотившись о круглые подушки, друзья сидели на ковре за накрытым дастарханом и долго вели беседу. На войне, лёжа в окопах, Шохрат рассказывал о том, что они сидят дома не на стульях, а на полу, Захар смог в этом убедиться лично. У всех народов свои обычаи.

Потом улеглись спать, гость долго ворочался, не в силах уснуть. Он мечтал о том дне, когда сможет обзавестись таким же домом, как у Шохрата, чтобы позвать в гости всю его семью. Только время покажет, суждено ли сбыться его мечтам?

Глава 33 Рад бы в рай...

Солнечный город проявил к Захару свою благосклонность, позволив тому не только остаться, но и приносить пользу обществу. Начать жизнь заново, с чистого листа, может и не получится, уж больно много страниц замарано, тем не менее, попробовать всё же стоило.

По рекомендации друга, он устроился на работу на станкостроительный завод имени Ленина, благо, для этого было соответствующее образование и опыт. До войны и какое-то время после, Захар работал механизатором в родной Покровке.

Правда, позже несколько утратил квалификацию, оттого, что долгое время валил лес на лесоповале, в одном из лагерей Магадана. Устроившись в цех по производству цепей для комбайна, он быстро вспомнил все свои навыки.

Предприятие было создано на базе Ворошиловградского завода, который в первый год Великой Отечественной войны эвакуировали во Фрунзе. Здесь делали винтовочные патроны и отправляли на фронт целыми партиями.

В мирное время завод стал многофункциональным предприятием с развитой инфраструктурой. В заводских цехах работали более 25 тысяч человек. Было налажено станкостроительное, кузнечно-литейное и электротехническое производство

Выпускались патроны для стрелкового мелкокалиберного оружия, станки с ЧПУ, прессы, термопластавтоматы, грузоподъёмное оборудование и товары народного потребления, вплоть до мясорубок и детских игрушек.

Рабочие в большинстве своём были родом из разных уголков необъятной страны, кто откуда. По этой причине, появление Захара в цеху восприняли, как само собой разумеющееся, с ним общались на равных, но, в то же время, никто особо не лез в душу.

Какое-то время он пожил в доме Шохрата, а потом получил койко-место в рабочем общежитии. Свою первую зарплату мужчина распределил на три кучки, одну потратил на подарки для детей друга, сестру и племянницу тоже не забыл.

Вторую часть оставил себе, а третью отправил переводом на имя Шуры. Выводить на почтовом бланке фамилию Усова, вместо Фадеева, было тяжело, тем не менее, он справился со своими чувствами. Что делать, из песни слов не выкинешь.

И хоть Захар наконец нашёл куда приклонить свою буйную головушку, он пока так и остаётся неприкаянным заледенелым клёном из той самой песни, что часто напевала Александра. Вот только прошли те времена, теперь она поёт для другого.

Несмотря ни на что, бывшая жена продолжала снится Захару ночами напролёт. Он просыпался и скрежетал зубами от тоски по ней, часто вставал в ночи и выходил курить, чтобы не мешать спать другим. В комнате, кроме него, жили ещё трое.

Всё можно пережить в этой жизни, коли есть желание, со временем боль притупилась и напоминала о себе лишь изредка. Захар даже стал иногда похаживать к одной бабёнке с завода, с соседнего цеха, для удовлетворения своих физических потребностей. Но это продолжалось недолго.

У Надежды была отдельная комната, в женском общежитии, в которой и проходили свидания. Их выходные не всегда совпадали, поэтому встречи были не слишком частыми.

О женщине ходили нелицеприятные слухи, а потом он и сам смог в этом убедиться, когда пришёл в неурочный час и застал её с Саньком, который тоже работал на заводе. Захар отнёсся к увиденному равнодушно и просто развернулся и ушёл, ни один мускул не дрогнул на его лице.

- Стой, не уходи, - прокричала запыхавшаяся Надя, побежав за ним следом.

- Чего ты хочешь?

- Ты уйдёшь, даже не поговорив со мной?

- А какой смысл в этих разговорах?

- Неужели тебе всё равно?

- Представь себе, нет, поэтому я и ушёл. Не люблю мешать другим.

- Почему ты не набил ему морду?

- Ты взрослая женщина и вольна сама выбирать, с кем спать.

- Я выбираю тебя.

- Извини, но я не собираюсь участвовать в этом общаке. Оставайся с Саньком.

- Ну и хрен с тобой, катись отсюда.

- Уже покатился.

В общем, личная жизнь никак не налаживалась. Как говорится, рад бы в рай, да грехи не пускают. Зато на работе всё складывалось просто замечательно. Коллектив подобрался очень дружный.

Захар разработал несколько дельных рационализаторских предложений, благодаря которым значительно облегчилось изготовление важных деталей. На мероприятии, посвящённому 1 мая, его, в числе других, премировали грамотой и наручными часами.

Работники завода собрались в актовом зале. Вначале прошла официальная часть, после чего начался концерт силами участников заводской художественной самодеятельности.

Перед передовиками производства выступали чтецы-декламаторы, танцоры, разыгрывались сценки. А потом зазвучал знакомый до боли мотив. Захар разом встрепенулся и подался вперёд.

Вглядываясь в лицо статной женщины, стоявшей на сцене возле пианино, он вдруг подумал, что уже очень давно не слышал эту песню. Отзвучало вступление и певица наконец запела.

По-своему, конечно, не так красиво, как Шура, но тоже хорошо. Сильный голос выводил бессмертные строчки романса на стихотворение великого русского поэта, написавшего его в минуты отчаяния.

Клён ты мой опавший, клён заледенелый,

Что стоишь, нагнувшись, под метелью белой?

Или что увидел? Или что услышал?

Словно за деревню, погулять ты вышел.

И, как пьяный сторож, выйдя на дорогу,

Утонул в сугробе, приморозил ногу.

Ах, и сам я нынче, чтой-то стал нестойкий,

Не дойду до дома, с дружеской попойки.

Там вон встретил вербу, там сосну приметил,

Распевал им песни, под метель о лете.

Сам себе казался я таким же клёном,

Только не опавшим, а вовсю зелёным.

И, утратив скромность, одуревши в доску,

Как жену чужую, обнимал березку.

Отзвучал последний аккорд и звуки оваций, а Захар всё никак не мог прийти в себя, вновь и вновь прокручивая про себя слова этой песни. Он вдруг страстно захотел познакомиться с певицей.

Василиса Андреевна Романова работала на заводе бухгалтером, а в свободное время участвовала в художественной самодеятельности. Об этом, ещё на концерте, поведал Шохрат, заметив неподдельный интерес друга.

Женщина была разведена и бездетна, что давало Захару определённые шансы. Однако, захочет ли такая связываться с бывшим лагерником? Поди, у неё от поклонников отбоя нет. Хотя, не попробуешь, не узнаешь.

Вот только найти бы предлог для знакомства, а там будет видно. Авось, что-нибудь, да выгорит. Вскоре такая возможность предоставилась. Вот и не верь после этого в судьбу.

Глава 34 Визит в бухгалтерию, как повод для знакомства...

На Бога и судьбу надейся, а сам не плошай, говорят в народе. Именно поэтому Захар не стал дожидаться, когда подвернётся случай. Так сильно ему захотелось познакомиться с понравившейся женщиной, что через пару дней, после концерта, он пошёл в бухгалтерию, с чёткой целью.

В кабинете сидело несколько женщин, но той самой певицы среди них не наблюдалось. Данный факт вызвал немалое огорчение мужчины, но не уходить же просто так? Он задал вопрос по поводу начисления зарплаты и ему ответили:

- У нас все обязанности распределены, за ваш участок отвечает другой бухгалтер, сейчас она в отпуске.

- А какой именно бухгалтер?

- Василиса Андреевна Романова. За участие в художественной самодеятельности её премировали путёвкой в один из санаториев, расположенных на Иссык-куле.

- Я бы тоже хотел там оздоровиться.

- Так в чём проблема? Идите в профком, запишитесь на очередь.

- Хорошо, схожу прямо сейчас.

- Подождите, куда же вы?

- Как куда, в профком.

- А вы разве не хотите узнать про свою зарплату?

- Но вы же сказали, что этим занимается Василиса Андреевна?

- Ну и что? На ваши вопросы может ответить другой бухгалтер.

- Да мне не к спеху, я подожду.

Что такое месяц ожидания в сравнении с целой жизнью? Тем не менее, Захар считал дни, пока Василиса пребывала в санатории. Признаться, он опасался, что оттуда она приедет не одна. Такую красавицу мало кто пропустит.

Но, чему быть, того не миновать, что тут поделаешь? К тому же, совсем не факт, что женщина обратит на него внимание. Кто она и кто он? Мало того, что приезжий и деревенский, так ещё и бывший зек. Очнись уже, Захар, и прекращай мечтать о несбыточном.

Сразу же, после празднования 1 мая, Фадееву предложили стать мастером экспериментального цеха, учли, так сказать, его рационализаторский подход к делу. Производству нужны знающие и опытные работники. Директор завода вызвал Захара к себе для обстоятельного разговора.

- Экспериментальный цех создан специально для головастых и рукастых специалистов своего дела. Нам позарез нужны новые наработки для улучшения рабочего процесса.

- Что требуется от меня?

- Вы должны не только руководить, но и научить, А так же, направлять в нужное русло и отбирать лучшие кадры, заметив в ком-то творческую жилку.

- Спасибо за оказанное доверие, постараюсь сделать всё от меня зависящее, чтобы справиться с поставленной задачей.

- Другого ответа я и не ждал. Мы в свою очередь заинтересуем работников нового цеха материально, обеспечим премиальными, включая вас, конечно же. Думаю, лишние деньги вам не помешают.

- Нет, конечно, хотя, я готов работать и за идею, но стимулирующая составляющая тоже важна.

- Хорошо, что вы это не скрываете, тут стыдиться нечего.

С переходом на новую должность, Захар принял на себя ответственность не только за работу, но и за других людей, оказавшихся в его подчинении. Работники нового цеха с энтузиазмом взялись за дело, выдавая новые идеи на гора.

Захар умело руководил мыслительным процессом, помогал довести всё до ума. Уже в первый месяц работы, цех выполнил план по всем показателям. Однако, вопреки обещаниям директора, зарплата за первый месяц работы оставляла желать лучшего.

Причём, мастеру выплатили всё, а вот остальных рабочих обидели. Для того, чтобы всё выяснить, нужно было идти разбираться в бухгалтерию, на этот раз по-настоящему. Захар пошёл туда за пять минут до начала перерыва, не подумав, что людям нужно пообедать.

Он только опасался, что Василиса Андреевна ещё не приехала. Но, на его счастье, Романова первый день, как вышла на работу. Посвежевшая, отдохнувшая, в модном облегающем платье и босоножках, русые волосы заплетены в косу, глаза чуть подведены, а губы слегка тронуты помадой.

Действительно красивая женщина, вот только во взгляде застыла какая-то непонятная тоска. Кто же тебя так заставил страдать? Неужто бывший муж постарался? Мысли Захара перескакивали с одной на другую.

- Здравствуйте, я к вам по делу.

- А, это тот самый, что искал тебя по поводу своей зарплаты, - услужливо представила визитёра другая бухгалтерша.

- У нас обед, приходите через час, - крикнула третья.

- К сожалению, не могу, дело не терпит отлагательств. Василиса Андреевна, на вас вся надежда.

- Ну, хорошо, рассказывайте, только представьтесь, для начала.

- Фадеев Захар Петрович, мастер экспериментального цеха.

- Вась, ты, как хочешь, а мы с Люсей пошли обедать.

- Идите, а я после перекушу. Показывайте, что там у вас, Захар Петрович? Чем недовольны?

- Лично я всем доволен, но вот ребят моих обидели. Вот, я всё записал в тетрадку.

Оставшись наедине с Василисой, Захар значительно осмелел. Он разглядывал стройные ноги бухгалтерши, выглядывавшие из-за стола. Погрузившись в расчёты нового мастера, она совсем не замечала его откровенных взглядов.

- Подождите, но эту зарплату закрывала не я, а другой бухгалтер.

- Я в курсе, вы только что вернулись из отпуска. Кстати, как отдохнули?

- Спасибо, хорошо. У вас очень грамотные расчёты, что очень отрадно, повезло вашим ребятам.

- Хочется, чтобы они получали соразмерно своему труду, понимаете, Василиса Андреевна?

- Конечно понимаю, Захар Петрович. Не волнуйтесь, сегодня же исправим, больше такого не повторится.

- Очень хорошо, я знал, что вы нам поможете. Простите, что оставил вас без обеда.

- Ничего страшного.

- Могу я вас пригласить сегодня в чайхану?

- Это ещё зачем?

- Чтобы угостить ужином, раз украл у вас обеденное время.

- Не стоит, Захар Петрович.

В это время с перерыва вернулись сытые и довольные бухгалтерши, мужчине пришлось спешно ретироваться. Однако, он не собирался так просто сдаваться и после работы поджидал Василису возле проходной.

__________________________________________________________________________________

В семье Усовых всё оставалось по-прежнему. Шура была на седьмом месяце, эта беременность давалась ей тяжело, тем не менее, она продолжала следить за домом и хозяйством.

Удивлению женщины не было предела, вот уже полгода, как Захар исправно переводил деньги на содержание детей. Она боялась их тратить, не зная, чем всё обернётся. Михаил лишь посмеивался над женой.

- Ну что ты, как маленькая? Человек встал на путь исправления, пусть помогает. В принципе, мы не нуждаемся, поэтому, правильно делаешь, что не тратишь, откладывай на непредвиденные расходы. А то вдруг наша Марья замуж соберётся? Вот и будет на что купить ей приданое.

- Пап, ты чего? Не собираюсь я замуж, - откликнулась Марьюшка, услышав краем уха слова отца.

- Это я образно говорю, дочь. Не ты, так Павлуша соберётся жениться или Егорка. А вообще, вначале надо получить профессию. Ты же у нас собираешься идти учиться на врача или передумала?

- Нет, папочка, не передумала. Это у Егорки планы по сто раз на дню меняются, а я не такая ветреная.

- Ой, кто бы говорил, сама раньше мечтала актрисой стать.

- Так это я маленькая была, нашёл, что вспомнить.

- Вот и мне не мешай выбирать.

- Ребятки, не ругайтесь, - примиряла всех мать.

- Да мы не ругаемся, мамочка, всё в порядке.

Дети и правда почти никогда не ссорились, за редким исключением. После смерти матери, Раиса навестила племянников два раза. Она неизменно приезжала с дочерью. Вот уж кто был несносный, так это Стеша.

Девочка всё время цеплялась к Илюшке, а тот никак не мог понять, чего хочет от него эта непоседа. Егорка возьми и скажи, мол, Степанида просто неровно дышит к пацану, отсюда и все напасти.

Что тут началось, рёв стоял до небес. Это лишний раз подтвердило слова двоюродного брата. Ну. а что тут такого? Мальчишки дёргают девочек за косички, а те к ним придираются. Кто знает, во что выльется такая бешеная страсть? Может и породнятся Усовы с Иваном и Раисой Подоляк.

Глава 35 Ужин в чайхане...

Сказать, что Василиса Андреевна не почувствовала симпатии со стороны Захара, было бы лукавством. Любая женщина, где-то на уровне интуиции, без труда определяет такие вещи. Она заметила с каким интересом он смотрит на неё, прямо кожей ощутила на себе его оценивающий взгляд.

Глубокомысленно погрузившись в расчёты, молодая женщина краем глаза всё видела, правда ничем себя не выдала, ни словом, ни жестом. Пусть себе смотрит, жалко что ли? Коли есть желание, так и на здоровье.

Однако в душе поселилось непонятное беспокойство и, вместе с тем, разлилась приятная истома от осознания того, что этот рослый и сильный мужчина раздевает её глазами. Что и говорить, такое не каждому дано.

Василиса привыкла к мужскому вниманию, да и как иначе, если она больше 15 лет проработала в огромном коллективе, где мужчин гораздо больше, чем женщин? Хотя, так было не всегда, во время войны перевес сместился в сторону слабого пола.

Ничего удивительного, пока мужики воевали, не жалея живота своего, бабы, старики и подростки работали до седьмого пота, простаивая сутками напролёт у станков на фабриках и заводах, работая на комбайнах и тракторах в колхозных и совхозных полях, на животноводческих фермах.

Общественная жизнь была подчинена единому лозунгу - "Всё для фронта и всё для Победы". Всем тогда досталось, натерпелись и стар, и млад. Зато бывший муж Василисы делал всё для того, чтобы не попасть на фронт.

В Киргизию они приехали в самом начале войны, эвакуировались в числе прочих работников завода. К тому времени, всегда не в меру амбициозный Леонтий устроился к ним простым рабочим, хотя, был счетоводом. Оказалось, он согласился на это ради брони.

Мужчина предвосхитил все последующие события в стране и просчитал наперёд каждый свой шаг. Сама Василиса и не догадывалась о масштабах его дальновидности, она просто очень любила мужа и во всём ему доверяла.

В итоге, всё закончилось банально, тот просто нашёл себе другую, причём значительно старше него, зато при более высокой должности. Леонтия не остановило даже то, что жена была на втором месяце беременности. Он заявил, что всё равно уйдёт, нечего удерживать его ребёнком.

Вот тогда Василиса и сглупила, побоялась стать матерью одиночкой и пошла к местной повитухе. Та вместе с ребёнком выскребла из неё часть души, но каяться было поздно. С тех самых пор появились в глазах женщины страдание и боль.

А Леонтия всё-таки мобилизовали, не помогла рокировка с женитьбой, с завода он уже ушёл, устроился на более хлебное место. Перед отъездом бывший муж приходил к Василисе прощаться и долго валялся в ногах, умоляя простить. Его-то она давно простила, а вот себя так и не смогла.

С тех пор женщина сторонилась мужчин, никому не могла поверить. После окончания войны прошло уже 10 лет, а она всё одна, да одна. Хотела было вернуться назад в Ворошиловград, а потом передумала. Фрунзе стал её вторым домом.

Несмотря на боязнь новых отношений, Василиса совершенно неожиданно для себя заинтересовалась Захаром, было в нём что-то притягательное. После его ухода, она подняла все документы, из которых узнала, что он из амнистированных, был осуждён за убийство сожительницы.

От такого любой содрогнётся, но Василиса почему-то не придала этому значения. Да и кто она такая, чтобы осуждать человека, сама-то ничуть не лучше, отняла жизнь у своего неродившегося ребёнка.

Увидев Захара возле проходной, женщина не удивилась и уж тем более не испугалась. Ей стало любопытно, во что всё это может вылиться. Неужто настала пора круто поменять свою жизнь?

- Уж не меня ли ждёте, Захар Петрович?

- Здравствуйте, Василиса Андреевна.

- Так виделись уже, Захар Петрович.

- А я ведь и правда жду вас.

- И зачем же?

- Хочу всё-таки пригласить на ужин.

- Вы всегда добиваетесь того, чего хотите?

- Стараюсь, по крайней мере.

- Тем не менее, вынуждена снова отказаться.

- Но почему?

- Не люблю быть чем-то обязанной.

- Совместный ужин ни к чему не обязывает. Я ведь украл у вас обеденное время.

- Перестаньте, ничего вы не украли.

- Ну, так что, принимаете приглашение?

- А знаете, приму, почему бы и нет? Я согласна.

- Очень этому рад. Пойдёмте, здесь неподалёку есть одно местечко, где очень хорошо готовят.

- Я не привыкла ходить в подобные заведения, поэтому придётся поверить вам на слово.

- Отчего же, Василиса Андреевна? Не любите пункты общественного питания?

- Просто предпочитаю домашнюю кухню.

Наконец, зашли в чайхану. Расположившись с Василисой за одним из столиков, мужчина заказал две порции лагмана, плов, салат из свежих помидоров и огурцов, лепёшку и чай, после чего прерванный разговор продолжился.

- А сами готовить умеете, Василиса Андреевна?

- Обижаете, я не только очень хорошо готовлю, но и люблю это делать. Знаете, какие я пеку ватрушки? Ум отъешь.

- Сочту за честь когда-нибудь попробовать, если пригласите, конечно.

- Вы забегаете вперёд.

- Разве?

- Ну, конечно, ведь ещё неизвестно, чем закончится наш совместный ужин.

- Смотря, какие ожидания в него вложить.

- Однако, интересный вы мужчина, Захар Петрович.

- Так ведь положение обязывает. Напротив меня сидит интересная женщина, которой хочется хоть как-то соответствовать.

Наконец, заказ был готов. Лагман принесли в больших пиалах, по-другому их называют кяса или каса. Чуть позже официант подал дымящийся плов на большом общем блюде, лягане. Было очень вкусно. Василиса вела себя естественно, ела без жеманства и с видимым удовольствием.

Потом принесли чай в пузатом чайнике и маленькие пиалушки для чая, расписанные тем же орнаментом, что и вся остальная посуда, а ещё, парварду на блюдечке. Эти конфеты в Средней Азии делают путём уваривания сахарного сиропа и лимонной кислоты с мукой.

- Захар, а можно вас спросить кое о чём?

- Кажется, я знаю, какой вопрос вы хотите мне задать.

- Так ответьте.

- Да, я был осуждён за убийство.

- Вот это да, а я ведь и правда хотела спросить именно об этом. Но вы ответили как-то расплывчато, как будто вас посадили ошибочно.

- Нет, никакой ошибки, я и правда убил. Что, страшно стало?

- Совсем нет, как бы там ни было, всё осталось в прошлом. Простите, что заставила вспомнить то, что вам хотелось бы забыть.

- Рад бы забыть, да не получается. Давайте так, чтобы не ходить вокруг, да около, я расскажу о себе всё. Хотите?

- Честно сказать, хочу, но немного не по себе.

- Не бойтесь, Василиса Андреевна. Считайте это исповедью грешника.

- Тоже мне, нашли исповедника, у меня у самой грехов выше крыши.

- Это даёт мне некоторую надежду, что вы меня поймёте.

- Тогда, приступайте, Захар Петрович, не будем терять время.

Разговор длился долго, за это время чайник наполнялся ещё три раза. Женщина слушала молча и лишь изредка опускала голову. Она и правда ничуть не испугалась откровений Захара. Тот рассказал всё без утайки, в том числе и о своём предательстве по отношению к жене и детям.

- На этом мой рассказ подошёл к концу. А теперь скажите, могу ли я на что-то надеяться?

- Смотря на что, Захар Петрович.

- Хорошо, спрошу по-другому. Могу ли я надеется, что вы примите мои ухаживания и ответите взаимностью?

- Пока ничего сказать не могу, давайте не будем торопить события. А вы точно уверены, что забыли свою Шуру?

- Буду честен, я ни в чём не уверен.

- Спасибо за честность, признаться, это в вас и подкупает.

- Вы мне очень нравитесь.

- Думаете, этого достаточно?

- Да, если я тоже вам нравлюсь.

- Время позднее, проводите меня, Захар Петрович. Кстати, я живу неподалёку, в паре кварталов отсюда, так что, далеко ходить не надо.

До дома Василисы шли молча, Захар словно выдохся, рассказав всю свою подноготную. Подошли к подъезду многоквартирного дома, самого первого, что построили для работников завода имени Ленина.

- Пойдёмте, я угощу вас чаем с пирогом, теперь моя очередь исповедоваться.

В эту ночь между ними не было ничего, кроме разговоров, да и к чему спешить? У них вся жизнь впереди, главное, что у обоих, после обоюдной исповеди, появилось желание быть вместе.

Неизвестно, что этому больше поспособствовало, сила притяжения и тяга друг к другу, или излишняя откровенность и нежелание скрывать правду, которую всё равно не утаишь? А может и то, и другое, как знать?

Глава 36 Без отрыва от производства...

Прошла не одна неделя, прежде чем у Захара и Василисы начались настоящие отношения, хотя, народная молва уже чего только им не приписывала. Коллектив на заводе немаленький, слухи распространились довольно быстро. Ничего удивительного, всё происходило у всех на виду.

Шутка ли, мастер Экспериментального цеха вдруг решил приударить за разведённой бухгалтершей? Она, конечно, баба видная, но всё же, нет ли здесь какой корысти? А вдруг его привлекает должность, а не человек?

К тому же, мужчина ютился в общаге, где занимал лишь койко-место, а у Василисы Андреевны отдельная квартира, хоть и однокомнатная, зато своя. Есть ради чего стараться и бить копытом перед одинокой женщиной.

В общем, ничего нового, обычные сплетни. Уж так люди устроены, любят посудачить о ближнем, как в небольшой деревне, так и в городе. В этом смысле Фрунзе ничем не отличался от Покровки.

Слухи множились, обрастая новыми подробностями, тогда как между мужчиной и женщиной дальше ухаживаний дело пока так и не дошло, на что были свои причины. Даже не потому, что Василиса была слишком строгих нравов, хотя, не без этого конечно.

Примерно в это же время Фадееву предложили пойти учиться от завода во Фрунзенский политехнический институт на энергетический факультет. Учиться предстояло без отрыва от производства, но вначале нужно было сдать вступительные экзамены.

Захар отнёсся к подготовке со всей серьёзностью, предстояло освежить в памяти все знания, а для этого нужно было проштудировать множество специальной литературы. Времени было в обрез, тем не менее, хватало, чтобы подумать и о личном.

Василиса Андреевна стала неотъемлемой частью его жизни. Каждый день, после работы, он стоял возле проходной, чтобы встретить и проводить её до самого дома. Неизвестно, сколько бы продолжались их платонические отношения, если бы в ситуацию не вмешалась сама Василиса.

- Захар Петрович, наверное тяжело зубрить в общаге, где полно народу?

- Ничего, я справляюсь, жаль только книги из читального зала дают всего на два-три дня.

- Знаете, что мне пришло в голову?

- Нет, пока не знаю.

- А почему бы вам не заниматься у меня дома?

- Ну что вы, Василиса Андреевна, это не совсем удобно. Про меня и так болтают, что я прилип к вам из-за жилья, представляете, что начнётся, когда узнают, что я торчу у вас каждую свободную минуту?

- Пусть болтают сколько хотят, вам не всё ли равно? Ваша задача хорошо подготовиться к экзаменам, а пустомели всегда найдутся. Значит мы с вами ещё живы, раз про нас говорят.

- Согласен, но вы женщина, ваша репутация может пострадать.

- Да и Бог с ней, с репутацией, мне всё равно замуж не выходить.

- Это ещё почему?

- А где они, женихи? Что-то я не вижу возле себя выстроившейся очереди.

- Это потому что я всех разогнал.

- Ах, вот в чём дело? А я-то думаю, куда все разбежались?

- Так я ведь предупреждал, что имею самые серьёзные намерения.

- Помню, помню, вы говорили, что будете ухаживать и даже спрашивали что-то про взаимность, да только воз и ныне там.

- Это всё потому, что я собирался вначале поступить в институт, чтобы стать вам ровней. Вы бухгалтер, а я простой мастер.

- Глупости всё это, Захар Петрович. Вы ничем не хуже меня, да и какая разница, кто кем работает? Поднимайтесь ко мне, подберём литературу и можете приступать.

Василиса покормила гостя ужином, потом убрала со стола и притащила целый ворох книг, коих в её квартире было великое множество. После этого она оставила его на кухне заниматься.

Время было позднее, когда Захар засобирался домой, но хозяйка дома оказалась настороже. Услышав скрип половиц, она тут же вышла в прихожую и встала в дверях, скрестив руки на груди.

- И куда это мы торопимся, не попрощавшись, Захар Петрович?

- Простите, Василиса Андреевна. Признаться, я думал, что вы уже спите.

- Вы что, всерьёз хотели уйти?

- Пойду, иначе, меня не пустят в общежитие, придётся ночевать на улице.

- Ничего подобного, ночевать вы будете здесь, я уже и постельное бельё приготовила. Будете спать на кухне, надеюсь, вы не против?

- Но..

- Не желаю слышать никаких возражений. Вот вам полотенце, идёмте, я покажу, как включить горячую воду, чтобы не обжечься.

- Да я и сам разберусь.

- Ну, как хотите, идите тогда в ванную, а я пока постель вам постелю.

Василиса уже сделала пару шагов в сторону кухни и тут до её ушей донёсся тихий возглас. Ага, значит обжёгся, всё-таки? Она тут же открыла дверь ванной комнаты и замерла. Мужчина предстал перед ней полностью обнажённым. И когда только раздеться успел?

- Извините, я не нарочно, - пролепетала она, пятясь назад.

- Ну уж нет, теперь я точно никуда тебя не отпущу. Попалась?

Захар прижал к себе женщину, жадно ощупывая её тело сквозь тонкую ткань домашнего платья. Василиса замерла, будучи не в силах оказать сопротивление, а потом стала активно помогать ему себя раздевать. Мылись они вместе, причём несколько раз за ночь.

С того самого дня Захар поселился в доме Василисы, а через месяц они подали заявление на вступление в брак. На свадьбе гуляло ползавода, разговоры после этого может и велись, но теперь уже тайно.

Благодаря поддержке любимой женщины, Захар сдал успешно экзамены и был зачислен в ряды учащихся политехнического института. В сентябре 1955 года в политехе была организована «Общетехническая кафедра», куда и попал студент Фадеев.

____________________________________________________________________________________

Примерно в это же время в семье Усовых произошло пополнение, на свет появился шестой ребёнок, девочка, как и предсказывала Марья. Михаил и Шура назвали дочку Ниной. Незадолго до этого события, они переехали в новый дом.

Марья к тому моменту стала студенткой Хабаровского медицинского училища, куда вместе с ней поступил и Павлуша, к удивлению многих. Парнишка до последнего отмалчивался, а потом вдруг объявил о своём решении.

- Так это же здорово, значит в нашей семье будет два медика. Мы с матерью очень довольны, правда же Шурочка?

- Ну, конечно, Миша. Профессия врача очень почётная.

- Ничего, батя, зато я пойду по твоим стопам, - заверил Егор, успокаивая отца, тот даже рассмеялся от такого заявления.

- Это хорошо, значит продолжишь моё дело.

Приближалась десятая годовщина со дня бракосочетания Александры и Михаила. За эти годы любовь и уважение супругов друг к другу ещё больше окрепли, они хранили друг другу верность, залог сохранения крепких отношений.

Вместе они добились всего, что имеют, родили ещё троих. В то время, из-за большой детской смертности рожали помногу. Слава Богу, в семье Усовых все дети оставались здоровыми. От такого надёжного мужчины, как Миша, сам Бог велел рожать.

А вот Раиса и Иван Подоляк остановились на одной Степаниде. Рая больше не могла иметь детей, поэтому упрашивала бывшую невестку отдать ей ребёночка, как только он родится. От таких разговоров Шура жутко сердилась.

- Да в своём ли ты уме, Раиса? Как можно отказаться от своего дитя? Даже думать об этом не смей.

- Ой, Шура, прости ты меня, Христа ради. Так хочется родить ещё одного, к тому же, Ваня мечтает о сыне.

- Так возьмите из детдома, столько деток остались сиротами.

- Ну нет, то ли дело твой малыш.

- Я всё сказала, ещё раз услышу такие разговоры, враз поссоримся.

- Ладно тебя, Шура, обещаю, что больше это не повторится. Кстати, а ты в курсе, что Захар наш женился?

- Нет, не слышала.

- Образованную взял, бухгалтером на заводе работает. Он мне написал, что она тоже поёт, как и ты.

- Вот и славно, я рада, что Захар нашёл себе женщину. Бог даст, ребёночка родят.

- И что, неужели тебе не обидно?

- А на что мне обижаться? У меня свой муж имеется, я его люблю.

- Что-то мне подсказывает, что не забыл тебя Захар. Он ведь услышал, как она поёт на концерте песню про Клён.

- Ну и что с того?

- Да разве ты не понимаешь, дурёха, чем она его взяла?

- Рай, вот смотрю я на тебя и удивляюсь. Вместо того, чтобы порадоваться за брата, несёшь какую-то ахинею.

- Да рада я, рада, пусть будет счастлив. В последнем письме обещал приехать, сказал, что возможно, на будущий год получится.

А на следующий год вторая жена Захара забеременела. Крепким оказалось семя Фадеевское, зародил он росток жизни внутри любимой женщины. Кто бы что ни говорил, он искренне любил свою Василису, а она любила его. От большой любви получаются счастливые дети.

Глава 37 Поездка домой...

Учёба в институте давалась Захару достаточно легко, наконец, пригодились уроки образованной матери. Грызть гранит науки, находясь в солидном возрасте, непросто, однако, учился он с видимым удовольствием. К тому же, помогала возможность применить полученные знания на практике.

Он учился на вечернем отделении и одновременно работал, поэтому мог проверить весь пройденный материал опытным путём и тем самым закрепить в голове, что было полезно, как для него самого, так и для производства.

В личной жизни, как и в общественной, всё было хорошо, даже, можно сказать, отлично. Василиса окружила мужа заботой и вниманием, он тоже старался делать для любимой всё возможное, чтобы она ни в чём не нуждалась.

Оба имели опыт предыдущих отношений и наделали немало глупостей, в особенности Захар. Первый год совместной жизни супругов Фадеевых пролетел незаметно, а вот второй и третий дался намного тяжелее.

Беременность Василисы протекала сложно, поскольку над ней довлела угроза потерять ребёнка. Возраст женщины приближался к 40 годам, да и сделанный по молодости аборт тоже не добавлял оптимизма, вероятность выкидыша была большой.

Пришлось отложить свои планы на совместный отпуск на потом, здоровье превыше всего, остальное приложится. Захару очень хотелось съездить домой, чтобы повидаться с детьми, посетить могилу матери, показать жене места, где он родился и вырос.

Куда бы ни забросила человека жизнь и судьба, его всегда будет с непреодолимой силой тянуть к родным истокам. Без прошлого, нет будущего, впрочем, как и настоящего.

Как бы там ни было, а в жизни Захара Фадеева и раньше было много хорошего, другое дело, что сам он смог оценить это только после того, как потерял, разрушив свою жизнь до основания.

Слава Богу, он встретил замечательную женщину и создал с ней семью, иначе, до конца своих дней влачил бы жалкое существование, ведь жизнь без любви лишена всяческого смысла.

Даже забеременев, Василиса продолжала участвовать в художественной самодеятельности, пока в первый раз не попала в больницу. После этого муж строго настрого запретил ей ходить без него куда бы то ни было.

Чего уж греха таить, Захар ревновал и не хотел делить жену ни с кем, хоть и старался этого не показывать. Однако, строгие рекомендации врачей не оставляли женщине выбора, приходилось следовать их предписаниям.

Да и до самодеятельности ли тут, когда приступы дурноты ни на минуту не дают опомниться? Токсикоз не оставлял Василису в покое все 9 месяцев беременности. Захар страшно переживал за жену и был готов на всё, лишь бы избавить её от страданий.

- Прости меня, любимая.

- За что это, Захарушка?

- Это ведь я виноват, что ты так мучаешься.

- Ну что ты, разве это мучения? Наоборот, для меня счастье, что я смогу, наконец, стать матерью. Только бы благополучно доносить нашего малыша до конца срока.

- Вот поэтому я и прошу, чтобы ты меньше переутомлялась.

- Так я ведь и так практически ничего не делаю.

- А кто вчера занимался генеральной уборкой? Сказал же, на выходных сам всё сделаю.

- Вот ещё, ты и так работаешь на износ, да ещё над учебниками корпишь ночами напролёт.

- Василиса, тебе нужно беречься, иначе, снова попадёшь в стационар. Так что, слушайся мужа и не геройствуй, лучше лишний раз полежи.

- Как скажешь, мой повелитель. Слушаюсь и повинуюсь.

- Вот и молодец, я твой муж и желаю тебе только добра.

Несмотря на тяжёлое течение беременности, роды, как ни странно, прошли достаточно легко. Летом 1957 года родился Алексей Захарович Фадеев, возвестив громким криком о своём появлении.

Малыш был очень беспокойным, Василиса измучилась от недосыпания, перепутала день с ночью, стала нервной и какой-то дёрганой. Желание выспаться было для неё самым большим.

Захар продолжал работать и учиться, а когда приходил домой, старался помочь с ребёнком, но это была капля в море. Как это обычно бывает, женщина зарылась в пелёнках и распашонках и перестала не только интересоваться делами супруга, но и стала меньше уделять ему внимания.

Она вспоминала беззаботное время, когда жила полной жизнью, для себя. Работала, занималась в песенном кружке и вообще не знала ни забот, ни хлопот. В голову всё чаще закрадывались крамольные мысли, что одной ей было гораздо лучше.

После этого тут же приходило раскаяние и жуткие угрызения совести. Василиса принималась в исступлении целовать Алёшку, не переставая твердить, что на самом деле так не думает. Она боялась, что об этом станет известно мужу и тогда пиши пропало.

Знала бы женщина, что это была обычная послеродовая депрессия, которой подвергаются многие роженицы, что тогда, что сейчас. От этого недуга есть лекарство, достаточно выспаться и немного успокоиться, а ещё, совсем неплохо сменить обстановку.

Когда младшему Фадееву исполнился год, его родители всё-таки решились поехать в отпуск. Алёшка уже не так орал ночами, да и вообще стал вполне смирным ребёнком, вот только не хотел отпускать от себя мать и всё время висел на ней, продолжая сосать грудное молоко.

Для того, чтобы добраться до места, пришлось снова преодолеть всё те же десять дней пути на поезде. Авиасообщение Москва - Хабаровск уже было доступно, однако, Василиса панически боялась лететь самолётом.

Основной отпуск был небольшой, но Захар написал заявление на дополнительный. На заводе вошли в их положение и пошли навстречу. Дорога хоть и длинная, но супруги не унывали, зато они вместе.

В Оренбурге пересели на другой поезд. Прошло почти 4 года с того момента, когда Захар Фадеев покинул родные края. Он до сих пор помнил всё, о чём думал тогда под перестук колёс.

А ещё, в память крепко врезалась та история с Лидией и псевдо Николаем, который потерял память. Хотелось узнать, чем всё в итоге закончилось, удалось ли мужчине вспомнить свою прошлую жизнь?

Захар рассказывал Василисе об этом, она очень впечатлилась, жалея, как женщину, так и мужчину. И вот поди ж ты, именно в эту поездку довелось узнать окончание этой сложной запутанной истории. Только на сей раз уже непосредственно от Николая, долгое время жившего под этим именем.

Мужчина, севший вместе с ними в Оренбурге, представился Виктором. Захар видел в окно, что его провожали женщина и четверо ребятишек - трое мальчиков и совсем маленькая девчоночка, сидящая на руках у матери.

Он направлялся на заработки на Дальний Восток. Через пару дней пути, как это обычно и бывает, разговорились. Что, да как, кто, куда, откуда, где и кем работает. Обычные беседы в поезде дальнего следования, когда попутчики сближаются настолько, что становятся близкими.

Это иллюзорное восприятие заставляет откровенничать друг с другом и вываливать всю свою подноготную практически незнакомым людям. Вначале мужчины выяснили, что оба сидели и были амнистированы, а потом рассказали и о личном.

На этот раз Захар разоткровенничался первый, потом настала очередь Виктора. Он поведал свою историю более подробно, чем рассказывала тёща. Мужчины долго стояли в тамбуре и курили, раскрывая друг другу душу.

- Очнулся я от забытья и понимаю, что всё это время жил не своей жизнью, да ещё и под чужим именем. Причём, помню не только то, что пережил раньше, но и то, что было потом. Рядом молодая жена, все дела, а меня тянет домой, к моей Лидушке. Она к тому времени уже вышла замуж и воспитывала троих детей. Ты себе не представляешь, какой ад нам пришлось пережить, прежде чем мы снова воссоединились. Её второй муж грозил переломать мне ноги, а я всё равно не успокаивался.

- И что в итоге?

- В общем, оказалось, что у него есть другая баба на примете, вот к ней и переметнулся. Только пацанов своих с собой не взял, да те и сами не захотели уходить, Лида стала им настоящей матерью. Главным её условием для моего возвращения было, чтобы я принял всех детей.

- А ты что?

- Согласился конечно. С тех пор так и живём вместе, родили четвёртого ребёнка, совместного, доченька у нас, но я между детьми разницы не делаю, все четверо мои.

- Как к этому отнеслась твоя вторая жена?

- Как ни странно, поняла меня и отпустила, благо, детьми обзавестись не успели. Сейчас она вышла замуж и родила.

- Хорошо, что так всё закончилось.

- Согласен, я наконец-то обрёл себя и свою Лиду.

- Да, повезло тебе.

- Так и тебе тоже повезло, как я погляжу. Рядом с тобой красавица жена, у вас сын. Или ты всё ещё думаешь о своей Шуре?

- Трудно сказать, она всё равно остаётся частью меня, хоть я живу с Василисой и очень люблю её.

- То есть, если вдруг твоя первая жена останется одна и попросит тебя к ней вернуться, ты выберешь её?

- Я стараюсь об этом не думать, тем более, Шура счастлива в браке.

- Так ведь, всякое в жизни бывает, люди смертны. А её нынешний муж работает в органах, значит каждый день рискует.

- Не трави мне душу, Виктор.

Чем ближе приближался поезд к дорогим сердцу местам, тем неспокойней становилось на сердце Захара. Слова попутчика заставили его крепко задуматься. А ведь и правда, случись что с Михаилом, Александра останется одна и дорога к ней будет открыта.

Неужто он уйдёт от Василисы? Нет, лучше об этом не думать, иначе голова лопнет от всех этих мыслей, тем более, что вряд ли сама Шура позволит ему приблизиться. Пусть всё остаётся на своих местах, там, где и положено. Заледенелый клён растаял и больше не хочет тонуть в мёрзлом сугробе.

Глава 38 Удивительное рядом...

Медленно, но верно, отпускники приближались к конечному пункту назначения. Путь их пролегал через всю Россию, Василиса сидела у окна, любуясь бескрайними просторами. Несмотря на дальнюю дорогу и определённые бытовые трудности, чувствовала она себя великолепно.

Маленькому Алёшке, судя по его восхищённым возгласам, тоже нравилось в поезде. Он сидел на руках матери и вдумчиво смотрел на проплывающие мимо дома, деревья и столбы, а потом безмятежно засыпал, убаюканный мерным покачиванием вагона.

В перерывах между созерцанием и сном, малыш прогуливался с отцом меж других пассажиров, угощался, принимая от них лакомства, улыбался, ел, иногда хныкал, не без этого. Человек ко всему привыкает, вот и он привык, что они всё время куда-то едут.

На нужную станцию прибыли поздно вечером. Заночевали в близлежащей гостинице, чтобы утром сесть на автобус до Покровки. Но этим планам не суждено было сбыться, ночью Алёшка заболел, он весь горел от высокой температуры. Мать проснулась от его сильного кашля и забила тревогу.

Скорую вызвали прямо в гостиничный номер, машина пришла минут через 40, оба родителя чуть с ума не сошли от тревоги за мальчика. Наконец, в дверь постучали и вошёл медик с чемоданом в руках. Захар набросился на него с обвинениями:

- Где вас черти носят, почему так долго?

- Простите, папаша, очень много вызовов, - отозвался молодой фельдшер, голос которого показался знакомым.

- Павлуша, да это никак ты, сынок? Прости, сразу не признал. Какой ты стал. Василиса, познакомься, это мой Павел.

- Здравствуйте, - растеряно ответил парень, правда потом быстро сориентировался и добавил:

- Все разговоры потом, а пока нужно осмотреть ребёнка, ведите меня к нему.

Захар знал из писем сестры, что Марья и Павел поступили в медучилище. Выходит, сын уже отучился, раз работает на скорой? Чудны дела твои, Господи. Удивительное рядом, старший брат осматривает младшего. Сделав ребёнку укол, Павел скомандовал:

- Одевайтесь, мамаша, отвезём вас в больницу.

- Как в больницу, что с Алёшей?

- Налицо все признаки коклюша, видимо в поезде подхватил. Не волнуйтесь, всё обойдётся.

Собрались в считанные минуты, Захар поехал с ними. В машине скорой помощи успел перекинуться со старшим сыном ещё парой слов. Павел сказал, что сестра в свободное от учёбы время работает медсестрой, а он подрабатывает на скорой. Оба поступили в медицинский институт.

- Сынок, а мне можно поехать к тёте Рае в гости, это не опасно?

- Карантин накладывается непосредственно на больного ребёнка и на находившихся с ним в контакте детей до 7 лет.

- То есть, я могу свободно передвигаться?

- Можешь. Не переживай, ты никого не заразишь.

- Значит и с вами могу без проблем встретиться?

- Думаю, да.

- Это хорошо. Как Марьюшка поживает? Поди от женихов отбоя нет?

- Какой там, она только об учёбе думает.

- Молодец, успеет ещё. А у тебя есть девушка?

- Да так, ничего серьёзного, - ответил Павел, покраснев до корней волос.

- А у Егорки всё в порядке?

- Егор окончил школу и поступил в школу милиции.

- Какие вы у меня молодцы. Мама как?

- Всё хорошо, спасибо.

- Передавай большой привет.

- Обязательно передам.

- Когда мы увидимся?

- Точно не скажу, но ты можешь прийти к нам в гости.

- Это, наверное, не совсем удобно?

- Всё нормально, родители любят гостей, так что, пиши адрес.

- Я помню, где вы живёте.

- Мы недавно переехали.

- Понятно, тогда диктуй.

Василиса почти не вслушивалась в их диалог. Из-за болезни сына она была сама не своя и кляла себя за глупость. Алёшка ещё слишком мал для таких длительных путешествий. Лучше бы уж самолётом полетели, давно бы были на месте, может, и не заразился бы.

Да и вообще, надо было сидеть дома и не рыпаться, так нет же, понесла нелёгкая на край света. Ещё неизвестно, сколько дней их продержат в больнице. Хороший отдых получился, ничего не скажешь.

Жаль, ведь у них с мужем были грандиозные планы на этот отпуск, а теперь он будет предоставлен сам себе. Первая совместная поездка безнадёжно испорчена. В голове Василисы роилось множество разных мыслей.

Хотелось плакать от такой несправедливости, но какой от этого толк? Всё, что могло случиться плохого, уже произошло, главное, чтобы малыш поскорей пришёл в себя и полностью выздоровел, им ведь ещё обратно ехать.

Скорая въехала в ворота и остановилась у инфекционного отделения. Перед тем, как Василису и ребёнка забрали в приёмный покой, Захар улыбнулся жене и ободряюще произнёс:

- Не вешай нос, любимая. Всё будет хорошо.

- Ты к сестре поедешь или у детей своих остановишься?

- Вначале в Покровку съезжу, а потом сразу назад, квартиру здесь сниму, буду навещать вас каждый день.

- Надо было нам с Алёшкой остаться дома.

- Перестань, Василиса. Кто же знал, что так получится?

- Тебе хорошо говорить, а мне каково?

- Ну, хочешь, я лягу с ним в больницу?

- Не выдумывай, пожалуйста. Я не какая-нибудь кукушка, чтобы бросить своего ребёнка на произвол судьбы.

- Почему на произвол? Я ведь буду рядом.

- А грудное молоко у тебя есть?

- Мы с тобой как раз собирались отучить его от груди.

- Только не сейчас, малышу и без того плохо.

- Что же делать?

- Ладно, не переживай, это я так, мысли вслух. Поезжай к сестре.

- Завтра привезу вам с Алёшкой что-нибудь вкусненького.

Попрощавшись с женой, Захар покинул больницу и вернулся обратно в гостиницу. Пришлось идти пешком, поскольку общественный транспорт ещё не ходил, на улице было темно. Он был огорчён из-за болезни младшего сына, но в то же время обрадовался, встретив старшего.

Мужчину охватила невероятная гордость за своих детей. Все трое выбрали правильную дорогу, в этом конечно не его заслуга, но всё равно приятно. Хотелось верить, что они достаточно повзрослели, чтобы не держать обиду на нерадивого отца.

В Покровку приехал ближе к обеду. Автобус был переполнен, на Захара в этой толкучке никто не обратил внимания. Но стоило выйти и пройтись по улице, мимо тесно стоящих домов, как всем стало известно о его приезде.

Сестра обрадовалась Захару. Тот привёз из Киргизии много гостинцев, племянница Стеша была очень довольна. Узнав о болезни Алёшки, Раиса не на шутку испугалась, дочь хоть и выросла из того возраста, чтобы бояться коклюша, но всё же.

- Не переживай, Павлуша сказал, что это не опасно.

- Так ты что, виделся с Павлом?

- Ага, он приехал в гостиницу на вызов.

- Ну надо же, не зря говорят, что в этом мире нет ничего случайного. А с Марьей и Егором не хочешь встретиться?

- Почему не хочу? Пашка дал адрес, пригласил в гости.

- Когда хочешь к ним поехать?

- Как получится, может завтра. Только для начала надо навестить Василису в больнице, а там, может и к ним съезжу.

- Смотри, у Александры и Миши маленькая дочка, ей всего три годика. Как бы её не заразил.

- Шура снова родила?

- Ну да, шестого ребятёнка на свет произвели, представляешь? Просила их отдать мне малышку, а они ни в какую.

- Рай, ну ты, как маленькая, честное слово. Кто бы согласился на такое?

- Они бы себе ещё родили. Ваня так мечтает о сыне, а мне вот Бог не даёт.

- Надеюсь, у вас с ним всё в порядке? Нет никаких разногласий?

- Всё хорошо. А почему ты спрашиваешь?

- Да так, просто к слову пришлось.

- К маме на могилку сходить не хочешь?

- Хочу, конечно, специально для этого и приехал. Завтра с утра на кладбище, а потом сразу на автобус пойду.

- Я с тобой в город поеду, тоже хочу Шуру навестить и племянников.

Вечером с работы пришёл Иван, родственники долго разговаривали между собой, им было, что обсудить. Шура узнала о приезде Захара от Павлуши, который так же сообщил, что пригласил его в гости.

Значит, скоро заявится. На душе женщины стало неспокойно, неизвестно, чего ждать от этого визита. Жена с ребёнком в больнице, а он птица вольная. С другой стороны, она не обязана принимать его в своём доме. Хочет увидеть детей, пусть встречаются на нейтральной территории.

Глава 39 Семейная фотография...

На следующий день, пока Захар навещал жену и сына в больнице, Раиса с дочерью сразу же поехали в дом Шуры и Михаила, как делали и раньше. Степанида любила приезжать к Усовым, даже не столько ради Илюшки, сколько потому, что ей нравилось бывать у этих гостеприимных людей.

Тётя Шура всегда была ласкова с детьми, не кричала и не хмурилась. Она шустро сновала по дому и всё успевала. Причём, для каждого находила доброе слово, гладила и обнимала всех, невзирая на возраст ребёнка, будь то старшие или младшие.

А ещё, в их доме всегда вкусно пахло. Вот и на этот раз стоял сдобный аромат выпечки и свежесваренного борща. Раиса неизменно удивлялась такому положению вещей. Бывшую невестку невозможно было застать врасплох, она всегда находила, чем угостить гостей.

- Ты словно знала, что мы приедем, смотрю, пирог испекла, обед приготовила.

- Так ведь детей у меня сколько? И у каждого отменный аппетит, потому и пеку каждый день что-нибудь вкусненькое. Борщ или щи варю через день, Миша не может без жидкого и ребятишек к этому приучил, кастрюли едва хватает на один день.

- Молодец, Шурочка. Вот смотрю я на тебя и думаю, чего не хватало моему драгоценному братцу? Дурак, сам профукал своё счастье, жил бы сейчас с тобой и в ус не дул.

- Ну, знаешь, что было, то быльём поросло, чего теперь вспоминать? И потом, сколько уж лет прошло? Сейчас у твоего брата другая жена, уверена, что и она хорошая хозяйка.

- Да я и не спорю, только вот когда теперь с ней познакомлюсь? Так и проторчит с сынишкой в больнице до самого отъезда.

- Жалко, конечно, бедная женщина. Нет ничего хуже, когда болен ребёнок, по себе знаю.

- Захар сейчас у них, потом хочет к вам приехать. Старшие-то во сколько дома будут?

- Кто как, думаю, часам к трём пожалуют. Может и Миша пораньше вернётся, обещал по крайней мере.

- Хороший он у тебя.

- Да, хороший, мне с ним очень повезло.

- Так ведь и ему с тобой повезло. И умница, и красавица, а уж, как запоёшь, так вообще.

- Ой, Рая, не перехвали.

- Я правду говорю, уверена, что и Захар до сих пор не забыл твоих песен.

Шура не успела ответить, поскольку пришлось вмешаться в разборки детей, между которыми вспыхнул грандиозный скандал. Зачинщиком, как всегда, была Степанида. Она не могла совладать со своим несносным характером, поэтому всякий раз конфликтовала с Ильёй.

- Немедленно прекратите, что вы опять не поделили? - привычно крикнула Раиса.

- Мам, Стеша первая начала. Она стукнула Илюшку по лбу и назвала его бестолочью, - пожаловалась девятилетняя Дарья.

- Стешка, выпорю, если не перестанешь всем досаждать, - пригрозила мать.

- А чего он смеётся надо мной?

- В следующий раз не возьму тебя с собой, сиди дома, никто тогда смеяться не будет.

Надувшись, девочка стихла. Глядя на неё, Шура невольно улыбнулась, она хорошо понимала, что Стешей движет желание обратить на себя внимание Илюхи. Осенью им исполнится по 12 лет, оба родились в один день.

В семье Усовых почти все даты приходились на одно время года. Шура и Михаил поженились в конце осени и дети их почти все были осенние, только Егорка родился в декабре.

Дарья и Нина сентябрьские, Павел и Илюшка появились на свет в октябре, правда в разные числа, Марьюшка в ноябре. Дни Рождения справляли каждому из детей, дарили подарок, накрывали на стол, пекли торт, как положено.

С таким количеством детей, родителям не приходилось скучать. Супруги по-прежнему любили друг друга, Шура нарадоваться не могла своему счастью. Захара она давно простила, но вот встречаться с ним почему-то не хотела.

Мало кто способен поддерживать отношения с бывшими, это как раз нормально, если учитывать, что пришлось пережить Александре. Старшие дети от первого мужа и она никогда не препятствовала их общению.

Другое дело, что виделись они редко, но чаще было невозможно из-за дальности расстояния. Все знаковые события, происходившие в жизни ребят, их взросление, становление личности, учёба, выбор профессии и прочее, прошли мимо Захара.

Рядом с ними всё это время был другой отец, оказывавший неизменную поддержку, не только словом, но и делом. Тем не менее, Захар по-прежнему присылал деньги на всех троих, компенсируя тем самым годы простоя.

Он отрывал ощутимую часть заработка от семейного бюджета. Жена не работала и денег хватало впритык, но она старалась не роптать, хоть порой и очень хотелось устроить разбор полётов.

Однако, Василиса знала с кем связывает свою судьбу. В конце концов, такое отношение похвально, ведь бывших детей, в отличие от бывших жён, не бывает. Жаль, что не все придерживаются похожих взглядов на жизнь.

Тем временем, Захар купил на рынке всё необходимое и передал жене в палату, видеться им было запрещено. Он стоял позади инфекционного отделения больницы, стараясь найти нужное окно, пока не заметил Василису, помахавшую ему рукой.

Она смотрела на мужа сверху вниз, лицо её было грустным. Захар задрал голову вверх и что-то пытался объяснить на пальцах, потом нашёл прут и стал чертить им на земле. Через пару минут появилась надпись:

- Василиса, я вас очень люблю, тебя и Лёшку.

После такого признания, настроение заметно улучшилось. Глядя на мужа, приободрившаяся женщина вовсю улыбалась. Потом помахала рукой на прощание и скрылась, видимо позвал кто-то из медсестёр или врачей.

Захар намерено пошёл в гости к детям после пяти часов вечера. Подойдя к двери, он робко постучал. Открыл Павел и решительно затащил его в дом. На этот раз все члены дружной семьи были в сборе.

Хозяин дома расположился во главе большого стола, за которым уместились все дети, тут же сидела и Раиса с дочерью. Для Захара тоже нашлось местечко, аккурат возле Михаила. Он встал, пожал руку гостю и пригласил его за стол.

- Садись, Захар, поужинай с нами. Не смущайся, мы тебя ждали.

Обстановка была непринуждённая, дети сидели тихо и не галдели, памятуя, что они не одни. Шура наконец закончила подавать блюда и тоже села за стол, ломившийся от яств, приготовленных ею собственноручно.

Захар чувствовал себя легко и свободно. Никто не собирался устраивать допрос с пристрастием и лезть под кожу. Павел сидел рядом и подкладывал ему на тарелку еду, Марья и Егор смотрели открыто и улыбались.

Дети значительно повзрослели и вели себя дружелюбно. Раиса вдруг прослезилась и пыталась что-то сказать о воссоединении семьи, но потом быстро умолкла, поняв, что сморозила глупость.

Второй раз она опростоволосилась, попросив Шуру исполнить песню про клён, при этом многозначительно поглядывала на брата. Что уж она хотела этим добиться, выяснить не удалось, потому что петь хозяйка дома категорически отказалась.

- Ну что тебе стоит, Шурочка?

- Не хочу, даже не уговаривай. Чай, не праздник сегодня, чтобы песни горланить.

Захар исподтишка бросал взгляды на бывшую жену, силясь уяснить для себя, что именно к ней чувствует. При этом, он прекрасно видел, как она смотрит на своего Мишу. Именно тогда пришло понимание, что возврата к прошлому нет и не будет, у каждого своя дорога.

После ужина, поблагодарив хозяев за тёплый приём, Захар попрощался и ушёл в сопровождении детей, вызвавшихся его проводить. Они шли по направлению к гостинице, разговаривая обо всём на свете.

Павел и Марья убеждали его, что коклюшем болеют все дети, а значит, ничего страшного с Алёшкой не случилось. Егор всё время шутил и острил, подкалывая семейных лекарей. Как хорошо, что они все встретились, это было нужно всем.

Глядя на детей, Захар улыбался. Он старался запомнить, как они выглядят. Марья стала настоящей красавицей, вся в мать, такая же смуглянка с горящим взором, да ещё и с характером. Сыновья оба рослые, крепкие, красивые. Собственно, есть в кого, в обоих течёт Фадеевская кровь.

Вот бы сфотографироваться на память. Егор словно услышал его мысли и остановился у вывески фотоателье. Оставалось всего 10 минут до закрытия но фотограф не стал им отказывать, правда предупредил, что фотки будут готовы только через неделю.

В то время фотографии были главной памятью, их бережно хранили в семейном фотоальбоме. Марью посадили в центре, отец встал сзади, а сыновья по бокам от него. Они заказали 4 снимка, по одному на каждого.

Захару эта фотография будет напоминать о знаменательной встрече, когда он наконец вновь обрёл своих старших детей. Они всё равно останутся родными людьми, хоть и живут далеко друг от друга.

Глава 40 Новое назначение...

После двух недель интенсивного лечения, Василису с ребёнком выписали. Захар к тому времени уже сдал купленные билеты на поезд, поскольку к назначенной дате отъезда они безнадёжно опаздывали. На помощь неожиданно пришёл Михаил, который помог достать билеты на самолёт.

Путь через Москву был тоже неблизким, но так они по крайней мере успевали приехать вовремя. Перед отъездом Захар всё-таки свозил жену и сына в родную Покровку. За один день всего конечно не покажешь, но по крайней мере он познакомил их с семьёй сестры.

Раисе жена брата не понравилась, уж слишком молчаливая, даже спеть не пожелала, гордячка. О чём с такой можно разговаривать? Василиса тоже была не в восторге от поездки в деревню, после больницы ей больше всего хотелось оказаться у себя дома.

Зато старшие дети Захара произвели благоприятное впечатление. Женщина познакомилась с ними аэропорту, те приехали специально, чтобы их проводить. Они купили младшему брату в подарок набор гоночных машинок и вручили сладкие гостинцы. Малыш остался доволен.

- Ребята, приезжайте к нам в гости, у нас в Киргизии очень красиво, - просто сказала она, прижимая к груди вертлявого сынишку, глазевшего по сторонам.

- Обязательно приедем, Василиса Андреевна. Запасайтесь провизией, а то ведь, если нагрянем, то сразу втроём, - шутливо откликнулся Егорка.

- С этим проблем не будет, так что милости прошу Может судьбу свою встретите у нас во Фрунзе., как знать?

- Ого, а вот это уже серьёзная заявочка. За сестрицу не ручаюсь, но мы с Пашкой подумаем.

- Нет, правда, знаете, какие у нас красивые девушки на заводе работают?

- Охотно верим, Василиса Андреевна. Судя по вам, девушки у вас действительно знатные.

- Не обращайте внимания, он у нас в семье главный пустомеля, - незлобиво поддела брата Марья.

- Ладно, дети, нам пора. Спасибо, что проводили, а о приезде к нам и правда подумайте, адрес знаете. Мы будем очень рады. И пишите, если что понадобится.

- Хорошо, обязательно напишем. Счастливого пути, как доедете, сообщите.

Захар обнял каждого на прощание, Василиса последовала его примеру. Долгие проводы - лишние слёзы, в груди и без того щемило. Подхватив чемоданы, он направился к стойке, жена и сын шли следом. Пройдя регистрацию, они обернулись и ещё раз помахали рукой на прощание.

Несмотря на все трудности, через которые пришлось пройти, Захар остался доволен поездкой. Основная цель была достигнута, ему удалось наладить контакт со своими старшими детьми, а это самое главное.

Обратная дорога заняла гораздо меньше времени, хоть и пришлось из Москвы снова сесть на поезд. Василиса преодолела свой страх перед полётами и даже выказала желание в следующий отпуск добираться до места именно самолётом.

А Алёшка вообще ничего не понял, ему было всё равно, лететь или ехать, лишь бы мама и папа были рядом. Он полностью излечился от инфекции, поэтому был бодрым, покладистым и улыбчивым. В дороге его внимание было целиком сосредоточено на подаренных машинках.

Киргизия встретила отпускников палящим зноем, характерным не только для летнего периода. Жар костей не ломит, говаривал Захар, давно уже привыкший к такой погоде. Этот солнечный край покорил его с первых дней пребывания.

Именно здесь он нашёл работу, заручившись поддержкой близкого друга, с которым во время войны прошёл огонь и воду в боях за Родину. Здесь встретил жену, здесь родился его младший сын.

Границы СССР простирались далеко. Каждый гражданин имел реальную возможность обрести новую жизнь и второй дом, уехав в любую точку нашей необъятной страны, что некоторые с успехом и делали.

Десятки тысяч людей ежегодно срывались с насиженных мест и ехали по комсомольской путёвке покорять БАМ и другие стройки, многие из которых находились в Средней Азии.

Мало кого останавливало расстояние, а уж с развитием авиации, тем более. Не у всех получалось прижиться на новом месте, но, в большинстве своём, люди находили то, что искали. Во всяком случае, у Захара всё получилось.

Он был одним из тех амнистированных, кто встал на честный путь, а не пошёл по кривой дорожке, кто не попал в банду, не грабил и не убивал честных граждан. А ведь такой вариант был совсем не исключён, учитывая контингент сидельцев, с которыми ему приходилось общаться на зоне.

Хорошо, что Захар смог найти себя и стать частью огромного трудового коллектива. Учёба в вузе давала ему возможность в перспективе получить вышестоящую должность и стать одним из руководителей.

И хоть Фадеев полностью искупил свою вину перед обществом за смерть Матрёны Савиновой, однако, простить себя было значительно труднее. В голову всё ещё приходили мысли, что он совершенно не заслуживает того, что имеет.

Вернуть бы то время, скольких ошибок удалось бы избежать, однако, с этим ничего нельзя было сделать, оставалось смириться с неизбежным и не гневить судьбу. Зато, он смог наладить отношения с детьми, а это дорогого стоит.

Фотография, висевшая в рамочке на стене, ежедневно напоминала о том, что дети его простили, об этом же говорили письма от Павла, регулярно приходившие по почте. В них он рассказывал об их житье бытье, передавал приветы от сестры и брата.

Василиса после возвращения из отпуска снова вышла на работу. Благодаря отъезду одной из коллег, снова освободилось место бухгалтера, которое она потеряла после своего увольнения. Маленького Алёшку срочно отдали в ясли, поскольку бабушек и дедушек у них не было.

А ещё через пять лет, они снова отправились в отпуск, только на сей раз полетели самолётом. Марья пригласила их на свадьбу, тут уж сам Бог велел снова приехать. К тому времени Захар давно отучился и его назначили главным инженером завода.

На торжество по случаю бракосочетания, были приглашены все близкие родственники, в том числе и Раиса с мужем и дочерью. Свадьба пела и плясала, невеста и жених были под стать друг другу, оба дипломированные врачи.

Отгуляв, как это обычно и бывает, положенные два дня, семьи Усовых и Фадеевых столкнулись с некрасивой историей в которую вовлекла всех ушлая Степанида. Скандал получился грандиозный.

Глава 41 Не до веселья...

На этот раз Фадеевы потратили на дорогу гораздо меньше времени. Вначале они долетели из Фрунзе прямиком до Москвы, а уже там сели в самолёт до Хабаровска. Алексею совсем недавно исполнилось 6 лет, он был довольно самостоятельным ребёнком, спокойным и рассудительным.

Василиса давно забыла, что такое бессонные ночи, но вот на второго так и не решилась. Уж слишком тяжело им достался сын, достаточно вспомнить ту первую поездку на Дальний Восток, когда мальчик серьёзно заболел. Пришлось матери провести весь отпуск в больничной палате.

Спустя время этот эпизод из жизни она вспоминала, как самый рядовой, а тогда казалось, что весь мир настроен против неё. Но всё можно пережить, когда рядом находится близкий человек, способный поддержать и словом, и делом.

Когда муж на полном серьёзе предложил родить ещё одного малыша, она честно сказала, что не готова снова окунуться в ворох проблем, которые влечёт за собой рождение ребёнка.

- Только не это, Захар. К тому же, я не в том возрасте, чтобы рожать.

- Не наговаривай на себя, ты у меня ещё молодая, Василисушка.

- У тебя уже четверо детей, куда ещё больше? Трое старших совсем взрослые, скоро они женятся, а там глядишь и внуки пойдут.

- Дождёшься от них, как же, всё только об учёбе думают. Марье уже 24, а она всё не замужем.

- Успеет ещё, какие её годы? Значит не встретила своего человека, не выходить же с бухты барахты за первого встречного?

- Нет, конечно, за первого встречного я её точно не отдам. Дай Бог, чтобы поскорее встретила свою настоящую любовь.

- Так и будет, вот посмотришь.

Василиса как в воду глядела, потому что вскоре им пришло приглашение на свадьбу. Марья встретила своего суженого ещё в пору поступления в медицинский институт. Одногруппник Александр с первых же дней учёбы ходил за ней, как привязанный, не давая и близко подойти другим ребятам.

При этом сам вёл себя скромно, просто находился рядом, надёжный, как скала. Сашка был из семьи потомственных врачей, тут уж сам Бог велел пойти в эскулапы, благо, в нём и правда был заложен огромный потенциал.

Он сдал все вступительные экзамены на отлично и стал одним из лучших студентов, заняв своё место по праву. Вначале парнишка откровенно раздражал Марьюшку, уже хотя бы тем, что был младше на целый год.

Как только она ни пыталась от него бегать, как ни пыталась доказать, что между ними ничего не может быть, всё было бесполезно. Не зря говорят, что вода камень точит, со временем девушка привыкла к присутствию Александра в своей жизни и уже сама не могла без него обойтись.

После окончания интернатуры оба собирались работать в одной больнице, Саша хирургом, а Марья анестезиологом, но вначале решили пожениться. Родители парня и девушки познакомились между собой и запланировали свадьбу на август.

С той поры, как Захар свозил жену к себе на Родину, прошло 5 лет. За это время они всё никак не могли снова выбраться, мешало то одно, то другое, как это обычно бывает у занятых работой людей.

Хотя, трудовые отпуска супруги по-прежнему проводили вместе, при этом, часто ездили отдыхать внутри страны, в основном на Иссык-куль, одно из красивейших озёр Советского Союза. Но в этот раз собрались вновь поехать на Дальний Восток.

Они были приглашены на торжество за полгода до назначенной даты, поэтому у них было время основательно подготовиться, чтобы подкопить денег и захватить с собой множество самых разнообразных подарков.

Остановились в Покровке, в родительском доме Захара, где проживала семья Подоляк. Раиса вместе с мужем и дочерью тоже были приглашены на свадьбу, как ближайшие родственники невесты.

За день все вместе поехали в город и сняли два номера в гостинице. На следующий день с утра отправились к Усовым. Приезд Захара с семьёй не остался незамеченным, они были представлены всем гостям.

Василиса наконец познакомилась с Шурой и Михаилом. Родственников было много с обеих сторон, нарядную невесту забирали из родительского дома, где всё было готово ко встрече жениха.

Прежде чем вручить Марью будущему мужу, шумная стайка девчонок устроила настоящее испытание, которое тот с честью выдержал. После росписи во Дворце бракосочетаний, все собрались в большой столовой, где уже были накрыты столы, ломившиеся от яств.

Среди гостей было много молодых парней и девушек из числа друзей жениха и невесты, весело было всем, кроме Степаниды. Она приревновала Илюшку к одной из девушек, с которой тот танцевал несколько раз подряд, тогда, как её ни разу не пригласил.

Дочь Раисы и Ивана заметно повзрослела, осталось всего ничего до её совершеннолетия. После окончания школы она поступила учиться на портниху и собиралась жить в общежитии. Хотя, отец был против, но всё в их доме решала мать.

Стеша стала настоящей красавицей, капризной и избалованной, она продолжала сохнуть по Илье, но тот относился к ней ровно и не позволял себе ничего лишнего в отношении неё.

Он поступил в школу милиции, решив продолжить династию отца и брата. Балагур и шутник Егор давно отучился и работал в органах вместе с отцом, прослыв первоклассным опером. Павлуша окончил мед вместе с Марьей и Александром и стал врачом-рентгенологом.

На свадьбе старшей сестры отплясывали все три брата. Гвоздями программы были не только танцы, но и песни под гармонь. Василиса тоже спела, выбрав знаковую для мужа песню про Клён, которую когда-то исполняла Александра.

Гостям очень понравилось, хлопали все, без исключения. Чуть погодя попросили спеть мать невесты. Когда та согласилась, Раиса больше всех радовалась. Уж больно ей хотелось, чтобы Василиса услышала, как поёт первая жена Захара.

- Шурочка, спой тоже про Клён, покажи, как ты умеешь, - во всеуслышание заявила Рая, обратившись к бывшей невестке.

- Хорошо, про клён, так про клён, - просто ответила Шура.

Однако, песня была совсем другая, не менее красивая и тоже про клён. В кинотеатрах страны как раз прошёл замечательный фильм "Девчата", имевший большой успех. После этого песню "Старый клён" исполняли всюду, на всех посиделках.

Шура переписала слова и выучила их назубок. Под сводами здания, в котором проходила свадьба, полился её чистый, как ручей, голос, который завораживал своим тембром и интонациями. Все просто заслушались этим исполнением.

Старый клён, старый клён,

Старый клен стучит в стекло,

Приглашая нас с друзьями на прогулку.

Отчего, отчего, отчего мне так светло?

Оттого, что ты идешь по переулку.

Отчего, отчего, отчего мне так светло?

Оттого, что ты идешь по переулку.

Снегопад, снегопад,

Снегопад давно прошел,

Словно в гости к нам весна опять вернулась.

Отчего, отчего, отчего так хорошо?

Оттого, что ты мне просто улыбнулась.

Погляди, погляди,

Погляди на небосвод,

Как сияет он безоблачно и чисто.

Отчего, отчего, отчего гармонь поет?

Оттого, что кто-то любит гармониста.

Отчего, отчего, отчего гармонь поет?

Оттого, что кто-то любит гармониста.

Шура не собиралась устраивать соревнование, поэтому спела совсем другую песню. Василиса сразу это поняла и оценила, у Раи не получилось столкнуть их лбами. Иван сидел рядом с женой и видел, как её корёжит от злости.

Кузнец искренне не понимал, что стало с той женщиной, которую он полюбил. Раиса умудрилась и дочь воспитать по своему образу и подобию, Стешка росла своевольной и верёвки вила из родителей, добиваясь своего.

Однако, то, что произошло на второй день свадьбы, не лезло ни в какие ворота. На этот раз все собрались во дворе дома Усовых. Степаниде удалось подпоить Илюху, причём так, что тот лыка не вязал.

Она просто-напросто подменила графин с компотом, который пил парень, на спиртное. Вишнёвая настойка была сладкой и по вкусу почти ничем не отличалась, а потом этот компот неожиданно ударил в голову и по ногам, сделав его невменяемым.

Егор отволок брата в дом и положил в кровать, а сам пошёл веселиться дальше. Откуда ему было знать дальнейший сценарий развития событий, который написала неугомонная девица, возжелавшая добиться своего?

Гости разошлись за полночь, Иван и Рая засобирались в гостиницу вместе с Захаром и Василисой, Алёшка давно спал в детской вместе с младшими детьми Усовых, а Стеши нигде не было видно.

Родители забили тревогу, не зная, где находится их дочь. Все вместе стали искать по всему дому, зажгли свет в каждой комнате, даже в детской. Обнаружили бесстыдницу в спальне мальчиков, на одной из кроватей.

Прикрывшись длинными распущенными волосами, обнажённая Стеша лежала возле полностью раздетого, крепко спящего Ильи. Встретившись взглядом с отцом, она вначале вся вспыхнула, но потом упрямо сдвинула брови и с вызовом поглядела на смущённых взрослых.

- Он сказал, что любит меня и мы поженимся.

Глава 42 В растрёпанных чувствах...

Захар и Василиса тоже стали свидетелями неподобающего поведения Стеши. Выпороть бы её хорошенько, чтобы впредь не портила людям жизнь, но в том, что случилось, замешан был сын Михаила и Шуры, а значит только им решать, как быть. Супруги отошли в сторону, чтобы не смущать девочку своим присутствием, народу и без того было полно.

Это был худший момент жизни для всех, но для Ивана особенно, он не знал, куда спрятать глаза, настолько ему было стыдно за дочь. Меж тем, Илья спал глубоким сном, что означало только одно. Несмотря на всю пикантность ситуации, совесть его была чиста.

Да что там, он всё ещё был пьян, вишнёвая настойка не оставляла никаких шансов прийти в себя до утра. Девчонка была уверена, что все ей поверят, да и как иначе, всё ведь очевидно? Но не тут-то было.

По счастью, в семье было три врача и два действующих оперативника, не считая виновника так называемого преступления, которого всё равно бы не допустили к следствию, как заинтересованное лицо.

И всё же, несмотря на профессию, Павлуша ни за что бы не решился озвучить вслух то, что предложила сестра. Совершенно обалдевшая от происходящего, Марья вместе с мужем стояла неподалёку. Оба активно включились в поиски Стеши, когда Раиса навела на всех панику.

Егор возмутился первым. Глядя на кроткую Степаниду, он сразу заподозрил неладное, уж больно невинной та казалась, словно никогда и не доставала Илюшку своими намёками о женитьбе, когда тот открещивался от неё всяческими способами.

- Да Илюха лыка не вязал, когда я притащил его в дом и уложил в кровать. Он же спит до сих пор, неужели вы этого не видите?

- Так понятно, что спит, сделал дело и отвалился, как ни в чём не бывало. Все вы мужики одинаковые, - огрызнулась тётка.

- Я знаю своего брата, он бы на такое никогда не пошёл.

- Дело молодое, с кем не бывает? Ну выпил же, потому и не совладал с собой. А Стеша не смогла ему отказать, правда же, дочь? - Рая продолжала гнуть свою линию.

- Одевайся, красавица. Поедем на освидетельствование, - сухо промолвила Марья, глядя на раскрасневшуюся от стыда Стешу.

- Какое ещё освидетельствование? В своём ли ты уме, племянница?

- Если Илюха виноват, я первая буду настаивать на свадьбе, хоть и знаю, что он не любит Степаниду.

- Раз не любит, нечего было портить девку.

- Да эта девка сама может испортить кого угодно.

- Марья, не надо так, она же девочка, - вступилась Шура, ей было безумно жаль шебутную Стешку.

- Судя по всему, уже не девочка. Кстати, дорогие родители, если вы оба уверены, что ваш сын виноват, то я умываю руки.

- А ты что скажешь, Михаил? Чего молчишь? - зло сощурилась Раиса, не желая признавать, что Илья и впрямь может быть не причём.

- Что тут скажешь? Наша дочь права, нужно всё выяснить, поэтому визит к гинекологу неизбежен.

- Да уж, не ожидала я от вас такого, спасибо, уважили. Чтобы выгородить своего сына, решили обвинили во всём мою дочь? Ну, всё, мы немедленно уезжаем.

- Никуда я не поеду, Илья теперь мой муж.

- Ну, хватит, живо одевайся, лично отвезу тебя к врачу, чтобы выяснить всю правду, - вмешался Иван.

- Что? Ты не веришь собственной дочери? Как ты можешь, Ваня?

- А ну цыц, я сказал. Надоела ты мне хуже горькой редьки со своими интригами. Всё тебе неймётся, до всего есть дело, глядя на тебя и дочь такой же сделалась. Стешка, собирайся, иначе, заверну тебя в одеяло и голую отвезу.

Пришлось подчиниться. Давая возможность девушке одеться, все тут же покинули комнату. Через 5 минут она вышла из дома в сопровождении отца и Марьи. Раиса хотела было поехать с ними, но муж одним только взглядом пригвоздил её к месту.

На дворе стемнело. Александр был трезв, поэтому сел за руль отцовского автомобиля, чтобы отвезти их к врачу. Дальше стен больницы, в которой они работали с Марьей, информация не уйдёт, конфиденциальность была твёрдо гарантирована.

В машине Степанида неожиданно расплакалась и стала слёзно умолять отца никуда не ехать, однако, тот был непреклонен. Девушка уверяла, что пошутила и ничего не было, просто так получилось, но никто её не слушал.

Наконец, автомобиль остановился у здания больницы. Стояла глубокая ночь, когда врач, осмотревший девушку вынес свой вердикт. Илья был невиновен, он не трогал Стешу, она была невинна. Что, собственно, и требовалось доказать.

По просьбе Ивана, Александр отвёз его и Степаниду в гостиницу, после чего уставшие молодожёны поехали домой. Спали только дети и Илья, а все остальные с нетерпением ждали результатов поездки.

Узнав новости, а так же то, что муж и дочь уехали, Раиса, пряча лицо, молча подхватилась и ушла в гостиницу пешком. Да и что тут можно было сказать? С облегчением выдохнув, оставшиеся стали укладываться спать.

Василиса и Захар остались в доме, благо места хватило всем, гостям постелили в зале на большом диване, куда перенесли и спящего Алёшку. Молодые легли в отдельной комнате, в пристрое, а хозяева в своей спальне. Этот длинный день наконец-то закончился.

Илья узнал обо всём только на следующий день, он был в ступоре, оттого, что вообще ничего не помнил, а ещё, испытывал огромный стыд из-за действий неугомонной девчонкой, которая порядком заигралась и перешла все рамки дозволенного.

Неужто Стеше было настолько важно женить его на себе? Что это, любовь или просто чувство собственничества? Страшно представить, что было бы, если бы он и правда по пьяни с ней переспал.

Всё-таки гормоны требуют своё и под парами алкоголя запросто мог не устоять. Ведь как чувствовал, не хотел пить ничего, кроме компота, а она привезла с собой материну наливку, причём, специально для него привезла, потому что больше никто её не пил.

Это выяснилось немного позже, Захар подтвердил, что у сестры Раисы действительно была такая наливка, она выставляла на стол в первый день их приезда. В общем, стало понятно, с чего Илюха так страшно напился.

Меж тем, в семье кузнеца происходил разбор полётов, Иван сказал Раисе, что уходит от неё, дочь, мол, всё равно уже почти совершеннолетняя. Женщина конечно была в трансе от такого заявления, она не представляла своей жизни без мужа.

Степанида же мечтала только об одном, она хотела уехать, куда глаза глядят, хоть к дядьке в Киргизию, если тот конечно согласится приютить её. Может Василиса поможет его уговорить, как знать?

Пока Стеша вынашивала планы о своём скором отъезде, Илья не находил себе места. Он был огорчён из-за случившегося и, в то же время, никак не мог понять, что чувствует к Стешке.

Только ли глухое раздражение или всё-таки нечто большее, но пока ещё бесформенное? Интересно, это как-то можно выразить словами или нет? В любом случае, им нужно обязательно встретиться и обо всём поговорить. Так сказать, выяснить отношения и расставить все точки.

Глава 43 В гостях хорошо, а дома лучше...

Свадебное торжество закончилось, пора и честь знать. Перед тем, как покинуть гостеприимный дом Усовых, Захар с женой попрощались с хозяевами и поблагодарили их за всё. Василиса и Шура отлично поладили между собой, у них сразу нашлись общие темы для разговоров.

Женщины они были достаточно общительными и простыми, безо всяких там выкрутасов. Обеим было нечего делить и уж тем более ни к чему было соперничать между собой, у каждой своя жизнь и заботы.

- Спасибо большое, всё было просто замечательно, свадьба удалась на славу, нам всё понравилось, за исключением некоторых нюансов, конечно. Но это уже зависело не от нас с вами.

- Вам спасибо, молодцы, что приехали. А насчёт нюансов, так от этого никуда не денешься, они всегда были, есть и будут, - дружелюбно отозвался Михаил.

- Неудобно конечно получилось с племянницей. Даже не знаю, что это на неё нашло?

- Всё перемелется, девчонка и сама не рада тому, что сделала, молоденькая она ещё, почти ребёнок, - вступилась за Степаниду Шура.

- И всё же, не соглашусь. Действуя такими методами, девочка прекрасно осознавала, что делает. Не представляю, что было бы с Ильёй, если бы не решительность Марьи и Ивана, ведь ему пришлось бы отвечать за то, чего он не делал, это было бы просто несправедливо, - ужаснулась Василиса.

- Уверена, что всё бы выяснилось, Стеша не такая уж и пропащая, она очень добрая и отзывчивая, хоть и с характером.

- Ладно, чего уж там? Самое главное, что всё теперь позади.

- Да, всё хорошо, что хорошо кончается.

- Ну, счастливо вам оставаться, а нам пора восвояси. Надо успеть на последний автобус в Покровку.

- Всего доброго, приезжайте почаще.

- Теперь ждём вас к себе в Киргизию с ответным визитом.

- Да, милости просим к нам в гости, мы с мужем будем очень рады, - с напевом добавила Василиса.

- Уж лучше вы к нам. Что-то мне подсказывает, что скоро нам предстоит ещё одна свадьба, видели, как Павлуша не отходил от своей Ксении?

- Видели, конечно. А сам он что говорит?

- Молчит пока, но вы всё равно будьте наготове.

- За нами не заржавеет, как сообщите, так сразу и пожалуем. Да и на рождение внука обязательно приедем. Хотя, Марья и заявила, что они с мужем захотят детей не раньше, чем через три года.

- Это они зря, никогда не угадаешь, когда придёт нужное время, уж лучше сразу родить, чем годить.

- С этим точно не поспоришь, - согласился Захар.

Нравился ему Усов, своей основательностью и внутренним стержнем нравился. Что ни говори, но в том, что дети выросли такими добрыми, открытыми и честными, в первую очередь заслуга Михаила и Шуры.

Фадеев осознавал это в полной мере. А ещё, он больше не отождествлял бывшую жену с собой. В конце концов, нельзя жить прошлым, нужно беречь своё настоящее, в котором есть, что сохранять.

Жена его Василиса не только прекрасная, но и премудрая, прямо, как в сказке. Она всегда рядом и готова поддержать во всём, словом и делом. Судьба была благосклонна к обоим, послав их навстречу друг к другу.

Они стали родителями замечательного сынишки Алёшки, которого ещё нужно довести до ума, вырастить, воспитать и выучить. Тем более, есть на кого равняться в этом деле, пример старших детей перед глазами.

На следующий день семья Фадеевых возвратилась в Покровку, до даты отлёта оставалось ещё несколько дней отпуска. Как говорится, в гостях хорошо, а дома лучше, да вот только дом теперь за десятки тысяч километров, в солнечном Фрунзе.

Атмосфера в доме сестры была не из лёгких, зять пропадал на работе, а Стеша отсиживалась в своей комнате. К общему столу племянница выходила редко, да и то лишь по настоянию матери.

Она сидела с равнодушным видом и молча ковыряла вилкой в тарелке, ела без аппетита, а потом снова уходила к себе, оставив еду почти нетронутой. Гости чувствовали себя, как на иголках, и считали дни до отъезда.

Иван приходил поздно, когда все уже спали, все, кроме Раисы. На все её попытки поговорить с мужем и во всём разобраться, он отвечал одними и теми же заученными фразами, словно и не знал других:

- Вот уедут гости, тогда и поговорим, а сейчас оставь меня в покое, я устал.

- Ваня, но так же нельзя, мы с тобой живём, как соседи.

- Потерпи немного, скоро съеду, вот только дом свой заброшенный в порядок приведу. Но если тебе невтерпёж, могу уйти прямо сейчас.

- Не надо никуда уходить, ни сейчас, ни потом. Как я буду без тебя, ты обо мне подумал?

- А зачем я тебе? Я для тебя всегда был пустое место.

- Это неправда.

- Правда, и ты сама это знаешь. Сколько раз мы ругались с тобой по поводу твоих поступков?

- Да что я сделала такого плохого?

- Много чего, если начну перечислять, не хватит пальцев для загибов. Вместо того, чтобы довольствоваться тем, что есть, ты всю жизнь завидуешь ближнему.

- Интересно, это кому же я завидую?

- Да всем, кто по твоему мнению живёт лучше тебя, той же Шуре, например.

- Неправда, она живёт ничем не лучше меня.

- В том-то и дело, что лучше, у ней своя жизнь, она живёт без оглядки на других, в отличие от тебя. Но это ещё полбеды, то, что ты сделала с нашей дочерью, вообще за гранью добра и зла.

- А со Стешей что не так? И умница, всем на зависть, и красавица, на загляденье.

- Неужели ты не видишь в кого она превратилась?

- В кого же?

- В такую же чёрствую и самовлюблённую особу, как ты сама.

- Ах, вот какого ты обо мне мнения? Не придумывай того, чего нет, всё со мной и нашей дочерью в порядке.

- Ну, значит это со мной что-то не так. Тогда тем более, мне нечего делать возле тебя, не хочу портить твою идеальность.

- Ванечка, пожалуйста, послушай.

- Не хочу я ничего слушать, да и говорить ничего уже не хочу. Вижу, тебе бесполезно что-либо доказывать, ты не считаешь, что виновата.

- Ну, хочешь, я исправлюсь, ради тебя?

- Не надо ради меня, ради себя исправься. И вообще, дай мне отдохнуть, утомила ты меня, Раиса. Спокойной ночи.

Одно то, что Иван не ушёл сразу и каждый день приходит домой, хоть и поздно, вселяло надежду, что он никуда не уйдёт. Покочевряжится чуток, да и успокоится. Вот разъедутся гости и они обязательно придут к согласию и договорятся по всем пунктам.

Глава 44 Место для примирения...

Раиса стойко держала удар, стараясь ничем себя не выдать. Как бы там ни было, брат с семьёй не должен заметить, что в их доме творится что-то неладное, тем более, приезжают они нечасто, можно сказать, раз в пятилетку. Поведение дочери, вот что по-настоящему её беспокоило.

Степанида все дни сидела молчком, а потом вдруг выдала, что хочет уехать, да не абы куда, а в другую страну, в Киргизию, если быть точнее. Совсем ополоумела девка, кто и что её ждёт в чужой стороне?

Хоть там и живёт родной дядька, но он полностью подчиняется жене, пусть не так явно, но всё же. Прошли те времена, когда мужицкое слово было в семье самым главным, теперича куда шея повернёт, туда и голова.

- Ой, доченька, не глупи, пожалуйста. Никто тебя из родного дома не гонит.

- Думаешь, я не знаю, что папка из-за меня такой хмурый ходит? Ему на меня даже смотреть противно.

- Ничего подобного, он твой отец и любит тебя. Ну, ошиблась ты, с кем не бывает? Съездишь потом к Усовым, повинишься, попросишь у Ильи прощения.

- Да он со мной и разговаривать после такого не захочет.

- Ну, а как ты хотела? Даже если не захочет, ты главное сними с себя груз. Прогонит, значит так тому и быть. А бежать сломя голову на другой конец земли последнее дело.

- Я же не к чужим людям поеду, а к родне.

- Запомни милая, никому ты не нужна, кроме отца и матери. Мы тебя всегда будем любить, что бы ты ни натворила.

Как ни странно, разговор с матерью привёл Степаниду в чувство. Да и вряд ли Василиса допустит, чтобы она поселилась в их в доме. Видно было, что идея о переезде племянницы мужа пришлась ей не по вкусу.

Было бы странно, если бы было наоборот. Кому охота отвечать за чужую дочь, да ещё такую неуправляемую? Понятное дело, жена Захара была против, хоть до поры до времени и не показывала своего отношения.

Согласиться с этим, означало бы повесить огромную ответственность на шею, в то время как у них своя семья и ребёнок подрастает, между прочим. Нет уж, увольте от такого сомнительного удовольствия, потом, случись что, их же во всём и обвинят.

Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы Захар поддался уговорам, иначе, Стеша быстро добьётся своего. Если уж она при родителях такие коники выкидывает, что будет потом, когда почувствует свободу?

Начнёт, никого не стесняясь, лезть в постель к каждому понравившемуся мужику, невзирая на лица? Такая запросто может и чужую семью разбить, лишь бы добиться своего. Разве мало существует примеров?

Хорошо, что Иван проявил характер, заставив дочь подчиниться своей воле. Вообще, он производил впечатление молчуна и подкаблучника, складывалось впечатление, что жена вертит им, как хочет.

Свои соображения на сей счёт Василиса постаралась донести до сознания мужа. Они остались одни, когда парились в бане, вот в перерыве между помывкой и поговорили, обсудив все деликатные моменты.

- Зачем нам всё это, Захар? Брать под своё крыло чужого ребёнка слишком хлопотно.

- Но она нам далеко не чужая.

- Извини, я не так выразилась, конечно не чужая. Но ты вот сам посуди, чего добились Шура и Михаил, привечая девчонку в своём доме? В ответ на их доброту, она решила, что ей всё дозволено.

- Да, с этим не поспоришь.

- А теперь, когда прищемили хвост, собралась сбежать, вместо того, чтобы элементарно извиниться перед всеми.

- Перед всеми может и не надо, а вот перед Ильёй и у его родителями точно не помешает.

- Бедный парень, подвергся такому унижению, как вспомню, аж не по себе становится. Представь, если бы на его месте был наш сын?

- Ну, это ты загнула, Алёшка ещё слишком мал для таких подстав.

- Время летит быстро, сам не заметишь, как появится возле него такая же вертихвостка.

- Да уж, отличилась племянница, ничего не скажешь.

- Мало того, что эта бесстыдница раздела парня донага, так ещё чуть было не женила на себе насильно.

- Ну, вряд ли кто-то смог бы заставить его жениться против воли.

- Ага, тут попробуй откажись, твоя сестра бы громче всех кричала, что её невинную девочку обесчестили.

- Ладно, милая. Я тебя услышал, хватит уже девчонке кости мыть, она там поди икает беспрестанно.

- Я всего лишь хотела, чтобы ты отказался от мысли взять Стешу с собой.

- Да понял я, что это плохая идея. Давай уже мыться, а то Иван и Раиса тоже ждут своей очереди, пока мы тут болтаем без устали. А мы с тобой могли бы между прочим ещё кое-чем заняться.

- Вот ведь греховодник, у тебя одно только на уме.

- Ничего подобного, я забыл уже, как это делается, пора бы вспомнить. Иди ко мне и не перечь мужу, забыла, кто у нас в семье главный?

- Ты конечно, кто же ещё?

- То-то же.

Так уж повелось с незапамятных времён, что баня в деревне служит не только местом для помывки, но ещё и для уединения мужа и жены. Вот и Раиса воспользовалась этим знанием в своих целях, когда зашла в парилку следом за Иваном.

Ничего удивительного, они всегда мылись вместе. Муж уже разделся и стоял растеряно, не зная, что делать дальше. Бежать, поджав хвост или остаться, как ни в чём не бывало?

- Ну, ты чего встал? Собираешься мыться, или как?

- Я лучше потом приду, чтобы тебе не мешать.

- А что так? Али боишься не устоять перед голой женой?

- Чего мне боятся? Нешто я тебя голой не видел?

- Так и я об этом. Давай, хоть спинку друг другу потрём, что ли, чай не чужие пока ещё.

- Если ты думаешь меня этим удержать, то зря.

- Да ничего я не думаю, если захочешь уйти, кто же тебя удержит?

- Хорошо, что ты это понимаешь.

- Понимаю, конечно. Но пока ты не ушёл, я, вольна делать с тобой всё, что захочу, по праву мужней жены. так что, не шарахайся от меня, Ванечка. Не такая уж я и страшная, вижу ведь, что ты тоже меня хочешь, как и я тебя.

В общем, не устоял Иван. Как бы там ни было, он всё ещё любил свою Раю. Произошёл между ними грех, хотя, разве это грех, когда законные муж и жена предаются любви, да не где-нибудь, а в собственной баньке?

Ну, если нет возможности уединиться, пока гости в доме? Да и слышимость такая, что всем сразу станет понятно, чем занимаются супруги в тёмной ночи. Довольная Раиса зашла в дом раскрасневшаяся от пара и греховных мыслей. Она лишний раз убедилась в собственной власти над мужем.

Никуда он не уйдёт, а если попытается, она уйдёт следом. Жена должна тянутся за мужем, как нитка за иголкой. В конце концов, родительский дом не только ей принадлежит, но и брату родному.

Вдруг он захочет вернуться в родные края и перевезти семью? Куда они заселятся окромя материного дома? Значит когда-нибудь нужно будет решать жилищный вопрос. Так что, пусть Иван ремонтирует свой дом, они вместе туда переберутся.

А пока, Захар с женой и сыном вернулись обратно во Фрунзе. Степанида с ними не поехала, осталась дома. После разговора с матерью она больше не настаивала на переезде. Правда на разговор с Ильёй тоже пока не решилась, в сентябре начнётся учёба, вот тогда и поговорят.

Иван так и не ушёл от жены. Виной всему явилась та памятная помывка в бане. Разменяв шестой десяток, Раиса понесла. Мыслимое ли дело родить за пятьдесят? Хотя, чего только не случается в этом безумном мире?

В конце концов, ребёнок сам выбирает, когда ему появится на свет. Рая сделала правильные выводы, отныне она будет во всём подчиняться мужу. Он главный, как сказал, так и будет. Где это сказано, в домострое или в священном писании? Да убоится жена мужа своего. Аминь.

Глава 45 Любовь бывает разная...

С того дня, как Степанида устроила скандал, прошло несколько месяцев, подходящий момент был упущен. Она так и не нашла в себе силы прийти к Усовым и принести им свои глубочайшие извинения. Много раз девушка прокручивала в голове, как постучится в дом, где её давно никто не ждёт.

Наверняка, Илюшка и слушать ничего не станет, просто вытолкает её взашей, прямо на улицу, а то и вовсе поднимет на смех. Как потом жить с этим? Конечно, очень хотелось взглянуть на него издали, хотя бы одним глазком, посмотреть, каким он стал за долгое время разлуки.

Любовь Стеши к Илье никуда не делась, наоборот, только окрепла и стала сильнее. Она уже перебралась в город и заселилась в общежитие при текстильном техникуме, где училась с сентября месяца. Стать портнихой было её самой заветной мечтой, после мечты о примирении с любимым.

Иван наконец дал своё согласие на переезд дочери в город, наказав ей строго-настрого в обязательном порядке приезжать домой в конце недели на все выходные, чтобы не нервировать беременную мать.

Он освободил жену от большей части обязанностей и старался делать всё сам. От такой заботы женщина была на седьмом небе от счастья. Трудный период в отношениях сошёл на нет, лишь ещё больше укрепил их семью.

Беременность стала закономерным итогом примирения любящих супругов. И уж конечно среди деревенских жителей не осталось незамеченным интересное положение Раисы, надумавшей рожать на старости лет.

Мыслимое ли дело, забеременеть под 50? Старшая дочь совсем невеста, не сегодня, завтра замуж выскочит и сама родит, а этой хоть бы хны, ходит улыбается, как ненормальная. Нашла чему радоваться.

Кости Рае мыли даже на работе, среди коллег, которые вроде бы искренне улыбались и радовались, а за глаза осуждающе шушукались, не понимая, как можно быть такой безответственной в её возрасте.

- Я бы постеснялась на улицу нос высовывать, а эта вцепится мужу под руку и гуляет с ним по всей Покровке.

- Ага, да ещё пузо своё нарочно напоказ выставляет, хотя, там срок-то совсем небольшой.

- Не завидуйте, девчата. Дети - это всегда к счастью, пусть себе рожает, коли Бог послал.

- Это кто же ей завидует? Подумаешь, дурное дело нехитрое.

- Ой, злыдни, ну как вам не стыдно? Следите лучше за собой.

- Господи, да пусть рожает, коли приспичило, мы только за. Главное, чтобы Иван был не против, ему поднимать ребёнка.

- Сами промеж собой разберутся, к вам за хлебом не придут, не переживайте.

- А ты чего это развыступалась, Алевтина Романовна? Или праведницей вдруг заделалась?

- Да меня и раньше ваши сплетни раздражали, но сегодня вы превзошли сами себя. Вы же тоже женщины, постыдились бы.

- Полностью с вами согласна, Алевтина Романовна. Девочки, давайте лучше поддержим нашу Раечку.

- Верно, в конце концов, она от мужа рожать собралась, ну, а то, что возраст для этого не слишком подходящий, так это не нам решать.

В итоге, разговоры в конторе сами собой сошли на нет. Пересудов и без них хватало, как это обычно и бывает в деревнях, где все друг друга знают, кто и чем дышит. Однако, Раиса ни на кого не обращала внимания. Пусть себе болтают, коли делать нечего, с неё не убудет.

О том, что бывшая золовка забеременела, Шура не знала, они перестали общаться после свадьбы Марьи. Раньше Рая сама приезжала в гости, но с тех пор забыла к ним дорогу. По всему видать, обижается, хотя, никто не виноват в том, что случилось, кроме Стеши.

Зачем ей понадобилось устраивать весь этот цирк и подставлять Илюху? Сам он первое время переживал, всё никак не мог понять за что подруга детства так с ним обошлась? Они и раньше грызлись, чаще всего без повода, но в основном дружили.

У парня даже был порыв отправиться в Покровку, чтобы выяснить, какая вожжа попала девчонке под хвост, но потом он всё же пересилил себя и никуда не поехал. Наступил сентябрь и учёба полностью захватила его, времени стало в обрез.

Однако, настал день, когда они всё же встретились и поговорили, и произошло это не где-нибудь, а в родительском доме. Однажды он вернулся с занятий, а у них в гостях сидит Стешка, собственной персоной.

Увидела Илью, вспыхнула вся, раскраснелась, глазищи свои огромные долу опустила, прямо сама скромность. Не знал бы, что чёрт в юбке, а не девка, так и поверил бы, что характер ангельский. Но люди по большому счёту не меняются, как говорится, что выросло, то выросло.

Хозяйка дома смотрела на гостью с ласковой улыбкой, понимала, что той не по себе. Она соскучилась по этой строптивой девчонке, которая, можно сказать, выросла у них на глазах. Ну, не убивать же её за то, что натворила?

Александра встретила дочку Раисы случайно, когда возвращалась домой из магазина. Стеша шла по другой стороне улицы со своими подружками, увидела родственницу и остановилась, как вкопанная. Потом подбежала сзади и схватилась за сумку, чтобы помочь.

- Ой, кто это? Стеша, ты? Как же ты меня напугала.

- Здравствуйте, тёть Шура.

- Привет, моя хорошая, рада тебя видеть.

- Давайте я помогу донести одну сумку до дома.

- Ну, помоги, не откажусь. Как ты, милая?

- Всё хорошо, учусь на портниху.

- Молодец какая, это хорошо. А к нам почему не заходишь?

- Да некогда всё, учёба все силы отнимает.

- Понятно, но ты всё же заглядывай к нам почаще, чай, не чужие люди.

- Хорошо, я постараюсь.

- Как там родители твои поживают? Что-то Рая совсем про нас забыла.

- Ой, да вы же ничего не знаете? Мамка-то моя беременная.

- Да ты что? Вот так новости. Как хорошо, наконец-то и у тебя тоже будет братик или сестричка.

- Ага, а то двоюродные только были, а теперь и родной человечек появится.

- А ты кого хочешь, Стеша?

- Я, как и папка, хотела бы мальчика. Хотя, сестричке тоже буду рада.

- Ну и правильно, не важно кто, лишь бы здоровенький ребёночек родился.

Когда подошли к дому, Степанида приготовилась уже развернуться и уйти, но Шура быстро разгадала её маневр и попросила занести сумку в дом, мол, всё ещё тяжело. Ну а там, пригласила её к столу.

- Хорошо, что я тебя встретила, иначе все руки бы оборвала. Идём с нами пообедаешь.

- Спасибо, не хочу, да и пора мне, тёть Шур.

- Ничего не знаю, так просто я тебя не отпущу. Не бойся, Илья на учёбе, до вечера там пробудет, приходит поздно.

- А я и не боюсь, даже если и раньше вернётся.

- Вот и славно. Вам давно пора поговорить, тем более, что он тоже переживает.

- Простите меня за тот случай, тётя Шура. Мне до сих пор стыдно, что я так поступила с вами, отплатила чёрной неблагодарностью за всё хорошее.

- Перестань казнить себя, Стешенька. Я на тебя зла не держу. А с Илюшей ты всё же поговори, у него и попросишь прощения.

- Обязательно попрошу.

И вот стоит Илья в дверях, а слова нужные куда-то делись, не иначе в горле застряли. Он тоже порядком смущён, не знает, как вести себя. Как вспомнит, что лежал перед девушкой голым, так краска заливает всё лицо. Зачем она это сделала? Пусть не молчит и объяснит.

- Ты чего это встал на пороге, сынок? Иди мой руки, сейчас обедом тебя буду кормить.

- Спасибо, не голоден, - буркнул парнишка и ушёл к себе.

- Ну вот, значит злится ещё. Иди, спасай ситуацию. Хотела, чтобы он тебя простил, тебе и карты в руки.

Со страхом Степанида зашла в комнату, которую Илья делил со старшими братьями. Всё здесь живо напоминало о той некрасивой сцене, которую она устроила, напоив парня наливкой и раздев его донага. Вспоминать об этом было нестерпимо стыдно.

Илья лежал на кровати, отвернувшись к стене. Он слышал её шаги, но даже не повернулся. Стеша встала в дверях, не решаясь пройти дальше. Пересилив себя, всё же подошла и села рядом на стул.

- Здравствуй, Илюшенька.

- Привет, коль не шутишь, - ответил и соскочил с кровати, отойдя к окну, как можно дальше.

- Прости меня, пожалуйста, очень тебя прошу.

- Просто объясни, зачем ты это сделала?

- А ты не понимаешь?

- Нет, такое трудно понять.

- Потому что люблю тебя.

- Разве такая любовь бывает?

- Бывает, конечно. Моя вот такая, неуклюжая.

- Скорее наглая и слишком напористая.

- Пусть так, тем не менее, это тоже любовь.

- Эх, Стешка, маленькая ты ещё и глупая.

- Мне столько же лет, сколько и тебе.

- Знаю.

- Ты простишь меня?

- Посмотрим на твоё поведение. Только смотри, чтобы больше никаких выкрутасов, поняла?

- Поняла, конечно. Обещаю, больше подобное не повторится.

Сняв тяжкий груз с души, Стеша почувствовала себя счастливой, Илья тоже заметно повеселел. С тех пор они снова стали друзьями, а возможно ли между ними что-то большее, покажет время. А пока один только Бог знает, как всё сложится.

Глава 46 Секрет молодости и красоты...

Время быстротечно и бежит неумолимо, не замедляя ход. Племя младое наступает на пятки, отодвигая поколение старшее на задний план. Однако, всегда можно перехитрить годы, став родителями в солидном возрасте, как это сделали Раиса и Иван. Когда родился их сын, они словно помолодели.

Ощущение вселенского счастья накрыло обоих с головой. Центр вселенной плавно сместился в сторону маленького, туго спеленатого человечка, кряхтящего время от времени, дабы попросить поесть или показать своё недовольство чем-либо.

В остальное же время он преимущественно спал. В том, чтобы плакать громко, не было особой нужды, мать неслась к своему чаду по первому зову. Счастливая Рая теперь вся была в делах и заботах. Для неё это был выстраданный, Богом данный малыш.

Наконец-то она разгадала секрет неувядающей красоты и моложавости бывшей невестки, той просто было некогда стареть. Шикарные волосы Шуры оставались по-прежнему густыми, чёрными и блестящими, не было ни одного седого волоска.

Она ухаживала за ними по старинке, мыла простоквашей или яйцом. Но самое главное, фигура её оставалась по-девичьи стройной, ни грамма лишнего жира. Раиса завистливо вздыхала, глядя на тонкий стан женщины.

- И как только тебе это удаётся? Тут ничего лишнего себе не позволяю, а меня так и распирает изнутри. Зато ты нисколько не поправляешься.

- Да где тут поправляться, когда порой присесть некогда? Так и кружу по дому, всё время что-то готовлю, стираю, намываю и прибираю. А ещё, детям нужно внимание уделить и мужа не забыть.

- Ты хоть спишь когда-нибудь? - вопрошала Раиса.

- Ну, конечно, а как же? К вечеру ног не чую от усталости, поэтому сплю, как убитая. А что, плохо выгляжу?

- Скажешь тоже, ты всегда хорошенькая, вот почему я и удивляюсь, как при такой жизни, ты всё успеваешь.

- Как-как, привыкла уже, по-другому теперь и не сумею, - отвечала Шура, загадочно улыбаясь, словно действительно обладала каким-то волшебным знанием, неподвластным другим.

Оказалось, ларчик просто открывался, всё дело в маленьких детях, с ними действительно некогда стареть. Наконец-то и Раисе в свои пятьдесят с хвостиком улыбнулось это счастье, довелось таки снова вспомнить все прелести материнства.

Она уже знала том, что дочь помирилась с Ильёй и через неё частенько передавала бывшей золовке и племянникам приветы и деревенские гостинцы, обещаясь навестить их при первой возможности.

В остальном же всё в доме Усовых оставалось на прежнем уровне. Михаил так же пропадал на работе, только теперь вместе с Егором. Четверо старших детей были при деле, две младшие дочки подросли и уже вовсю помогали матери по хозяйству.

На днях Павлуша объявил, что собирается жениться, свадьбу решили сыграть летом. Отца с Василисой он уже пригласил, тот обещал быть непременно, обрадовавшись поводу побывать на Родине, просто так они с женой не приезжают.

Захар давно освоился в Киргизии, во Фрунзе его дом и семья. Работает на руководящей должности, вступил в партию, несмотря на тёмное прошлое, сумел встать на истинный путь. Как ни крути, многое зависит от самого человека, хотя, обстоятельства у всех складываются по-разному.

Он до последнего присылал деньги на детей, с учётом прошлых лет, когда ничем не помогал бывшей жене. В последнюю их встречу Шура сказала, мол, больше не надо, хватит, тем более, Егор к тому времени уже отучился и устроился на работу.

Приедут Фадеевы к Павлу на свадьбу, а через несколько месяцев и внук первый родится. У Марьи с мужем пополнение наметилось, вопреки всем её зарокам. Хорошо, когда семейная жизнь состоит из таких вот радостей, больших и малых.

И дай Бог, чтобы ничто их не омрачало, а то ведь всякое бывает. Судьба слишком переменчива, Шура знала об этом не понаслышке. Когда она осталась одна с тремя детьми на руках, ей было неполных 26, столько же, сколько и Марье.

В последнее время женщина часто возвращалась мыслями к прошлому, удивляясь, как быстро пролетело время. Через пару лет они с Михаилом отпразднуют двадцатую годовщину со дня свадьбы.

Лучшего мужа и желать было нельзя, поэтому она неустанно благодарила судьбу за встречу с ним. А ведь всего этого могло и не быть, если бы не его настойчивость. Миша нисколько не сомневался в собственном выборе, как увидел Шуру, сразу же влюбился и стал действовать.

Как же давно это было, а в памяти осталось всё так, будто происходило только вчера. Вот уже и Илье пошёл девятнадцатый год, совсем большой стал, жених. Степанида всё ещё не теряет надежды захомутать его, правда ведёт себя теперь тише воды, ниже травы. Понимает, что виновата.

Михаил, глядя на них со стороны, только посмеивался и предрекал, что недалёк тот день, когда наоборот Илюха будет бегать за Стешей, как на привязи. Шура совсем не против такого расклада, лишь бы любили друг друга, да дорожили тем, что имеют.

Зато Марьюшка искренне не понимала, как можно простить такое? Илья повёл себя, как слюнявый пентюх, дав шанс этой несносной девице. Всякий раз при встрече с двоюродной сестрицей, она в открытую проявляла своё недовольство и предостерегала:

- Степанида ещё себя покажет, вот увидите, попомните мои слова. Такие люди не меняются.

Однако, вскоре случилось одно неприятное событие, после которого молодая женщина пересмотрела свои взгляды. Илюха попал в крупную переделку, на него напали в подворотне, недалеко от дома.

Он возвращался с занятий, когда заметил, как трое отморозков пристают к молодой девушке. Естественно он заступился, но силы были слишком неравны, учитывая, что у одного из нападавших был нож, которым тот не преминул воспользоваться.

В это время Степанида была в гостях у Усовых, ждала Илью с учёбы. Так и не дождавшись, пошла на остановку, чтобы успеть вернуться в общежитие, пока не стемнело. Вот она-то и обнаружила парня, беспомощно лежащим на земле и забила тревогу, прибежав обратно в дом.

- Помогите, там Илюшка лежит, срочно вызывайте скорую.

Именно после этого инцидента у Шуры и появился первый седой волос. Сердце матери бешено колотилось, пока она бежала к своему мальчику, выскочив следом за мужем. Хулиганов, так же, как и той девушки, за кого Илья заступился, давно и след простыл.

Вокруг ни души, так бы может и истёк кровью. В общем, для Илюшки всё могло плохо закончится. Только благодаря Стеше помощь подоспела вовремя. Слава Богу, операция прошла успешно и опасность для жизни миновала.

Девушка безвылазно просиживала возле своего любимого, отказываясь идти домой, так и ухаживала сама, не подпуская никого из санитарок. Именно Марья добилась разрешения, чтобы она в любое время могла проходить беспрепятственно в палату.

Такая самоотверженность не могла никого оставить равнодушным, в том числе и самого пострадавшего. С того дня, на Степаниду больше никто не смотрел косо. Более того, Илья стал воспринимать её совсем по-другому. Сбылись прогнозы Михаила.

Глава 47 Некогда скучать...

Год 1964 ознаменовался для Усовых множеством радостных событий. Степанида и Илья стали официальной парой, ничего удивительного, всё к этому и шло. Летом отшумела свадьба Павла и Ксении, а к концу года Марья родила дочь, которую назвали Александрой, в честь бабушки.

Так решили родители, посчитав, что Александра Александровна звучит гордо. Вскоре молодая мать вышла на работу и вся забота о внучке легла на плечи Шуры. Иного выхода из ситуации не было.

На тот момент декретный отпуск по уходу за ребёнком полагался всего 3 месяца и только с 1 января 1969 года специальное постановление правительства изменило положение дел в лучшую сторону.

Кроме отпуска по беременности и родам, женщинам наконец-то стали предоставлять дополнительный отпуск без сохранения заработной платы по достижении ребёнком одного года.

Матерям приходилось оставлять своих детей на бабушек, нанимать им нянек, отдавать в детские ясли, иногда круглосуточные. Марье повезло, мать с удовольствием подключилась к воспитанию маленькой Саши.

Впоследствии Александра вынянчит всех внуков, считая своим долгом помочь детям. Каждый прожитый год привносил в жизнь Усовых что-то новое. Шумные свадьбы сменялись крестинами, скучать было некогда.

Следом за братом Павлом женился весельчак Егор, хотя, не так давно авторитетно заявлял, что с ним это случится нескоро, но любовь сама выбирает, кого и когда заманить в свои сети, вот и он попался в ловушку, влюбившись раз и навсегда, причём с первого взгляда.

Парень встретил свою суженую в самом неподходящем для этого месте, а именно на работе. Ему было поручено вести дело о трамвайной краже и он активно взялся за расследование, с тем особым рвением, что, так или иначе, отличало его от других.

Воришка подрезал сумочку одной гражданки, а Леночка Сухарева, очаровательная студентка хореографического училища, стала тому свидетельницей. Она была вызвана повесткой и пришла дать свои показания. Постучавшись в кабинет, заглянула внутрь:

- Здравствуйте, можно? Мне нужен следователь Фадеев.

- Да, конечно, проходите, я вас ждал всю свою сознательную жизнь.

- Что? Ааа, поняла, вы наверное шутите?

- Нисколько не шучу, я серьёзен, как никогда. Проходите, гражданка, эээ...

- Сухарева Елена Игоревна.

- Елена Прекрасная значит?

- Ну, можно и так. А вас как звать величать, товарищ следователь?

- Егор Захарович мы.

- Очень приятно.

- И мне приятно, очень.

Парень пропал с первой минуты и был покорён, едва взглянул в голубые глаза. Елена Прекрасная, как он её назвал, проявила сознательность, в отличие от девицы, из-за которой пострадал Илья.

Несостоявшуюся жертву нашли вместе с теми отморозками, что напали на парня, заступившегося за неё. Когда девушке задали вопрос, почему она сбежала и не вызвала скорую, та не нашлась с ответом, только хлопала глазами и жалобно морщила нос.

Над хулиганами состоялся суд, каждый получил срок, соразмерно своему преступлению. Жаль, что нельзя судить, за равнодушие и чёрствость, хотя, общественное порицание никто не отменял.

Ранение Ильи не помешало его профессиональной деятельности. Выписавшись из больницы и пройдя курс реабилитации, он продолжил учёбу. Всё это время с ним неотлучно находилась Стеша.

Она буквально прописалась в доме Усовых, благо, места хватало, а Михаил и Шура не препятствовали, Степанида давно стала для них своей. С такой сиделкой Илья быстро пошёл на поправку.

Но на этот раз девушка блюла себя, памятуя о прошлом. Молодые люди поженились только после того, как отучились и устроились на работу. После свадьбы им выделили комнату в ведомственном общежитии.

Юрию, младшему сыну Раисы и Ивана, уже пошёл четвёртый год. С его рождением в отношениях супругов воцарились гармония и прежнее взаимопонимание. Они провели работу над ошибками и с тех пор старались воспитывать сынишку вместе, прививая уважение к окружающим.

Фадеевы приезжали нечасто, однако, настал момент и они захотели переехать насовсем. Это случилось, когда Алексей перешёл в 10 класс. Родители решили, что после окончания школы ему будет лучше поступить в один из вузов Дальнего Востока.

Подготовка к переезду шла полным ходом, когда произошло то, чего никто не ожидал. Василиса тяжело заболела и её срочно госпитализировали. На первый взгляд это была обычная простуда, но оказалось, она подхватила менингит.

Время было безнадёжно упущено и цветущая женщина умерла. Захар был потрясён смертью жены, ещё вчера она жила полной жизнью и мечтала об отъезде, а через несколько дней случилось самое страшное. Это был 1974 год, ей было чуть больше пятидесяти.

Отец и сын приняли решение похоронить Василису на Дальнем Востоке, раз уж они всё равно собрались переезжать. Ничего не поделаешь, жизнь и смерть ходят рядом, остаётся только смириться с этим.

Фадеевы поселились в доме покойной Авдотьи. Раиса с мужем были к этому готовы, они съехали, как только отремонтировали дом Ивана. Десятый класс Алексей заканчивал в деревенской школе, а летом поступил во Владивостокский политехнический институт.

Захар остался один, он больше не захотел жениться и посвятил себя сыну и работе, устроившись главным механизатором. Вот так блудный сын вернулся на свою историческую Родину. Он прожил во Фрунзе почти 20 лет и это были лучшие годы его жизни.

Меж тем, в городе всё шло своим чередом. Наконец, Шура и Михаил дожили до того дня, когда их птенцы выпорхнули из гнезда и пошли каждый своей дорогой, вместе с тем не забывая о родных и близких, готовые по первому зову оказать друг другу поддержку и помощь.

В многодетности есть свои несомненные плюсы и минусы, но, всё же, положительного гораздо больше, особенно, когда дети вырастают и обзаводятся собственными семьями, при этом свято чтут традиции, полученные в родительском доме и впитанные с молоком матери.

Во всяком случае, так было заведено в дружной семье Усовых. Дети, зятья, невестки и внуки на все существующие праздники непременно собирались вместе, за большим хлебосольным столом. Всем было место, каждому находилось доброе слово, никто не был обделён вниманием и заботой.

Шура и Михаил постарались дать своим детям высшее образование, младшая Нина сразу после окончания педагогического училища вышла замуж и устроилась работать в детский сад, заочно поступив в педагогический институт, который до неё окончила Дарья.

Помимо работы в школе, предпоследняя дочь Усовых увлекалась фотографированием, благодаря чему в семейном альбоме было полно разных фотографий. Хорошая добрая память на все времена.

На общих фото отец и мать размещались в центре, а вокруг них стояли дети и многочисленные внуки. Кроме того, было множество снимков, где супруги были засняты вдвоём. Опытным взглядом художника дочь выбирала самые удачные ракурсы.

Фотографии родителей получались всегда очень выразительными, являя миру неувядающую любовь. Приближался 1980 год, близилась Московская Олимпиада. За год до этого знакового для всей страны события началась кровопролитная война в Афганистане.

Глава 48 Дома намного душевнее...

На юбилей Шуры собралась вся семья. Уже с утра в гостеприимном доме Усовых дым стоял коромыслом, дочери и снохи прибыли помогать матери с готовкой. Дети предлагали отпраздновать в ресторане, но именинница наотрез отказалась. Разве в общепите накормят так же вкусно, как она?

Ну и что с того, что потом придётся убирать за гостями и мыть посуду? Разве ж это в тягость? Домашняя обстановка намного душевнее, чем в ресторане. Можно и попеть, и поплясать от души, благо огромный двор в их полном распоряжении. Как говорится, гуляй, не хочу.

К назначенному времени из деревни прибыло семейство Подоляк, они захватили с собой и Захара, предварительно спросив на то разрешения у хозяев дома. После смерти жены, брат Раи вёл замкнутый образ жизни и редко выбирался в люди, но тут уж сам Бог велел.

Мыслимое ли дело, юбилярше исполнилось 60? Да разве кто поверит, что эта хрупкая красивая женщина уже бабушка и имеет взрослых внуков, старшей из которых целых 16 лет? Давно ли самой Шурочке было столько же?

Собрались только самые родные и близкие, но и их насчитывалось прилично, больше тридцати человек. Было очень много цветов, благо, весна стояла в самом разгаре, на улице солнечно и тепло.

Детей посадили отдельно, за ними приглядывала старшая внучка. Атмосфера праздника захватила всех без исключения. Вокруг царило оживлённое веселье, доносились шутки и звонкий смех.

Разместившись за щедро накрытыми столами, нарядные и весёлые гости произносили тосты. И уж конечно не обошлось без баяна, зять Александр не зря учился в музыкальной школе и штудировал гаммы.

Они с тёщей подготовили для гостей неожиданный сюрприз, чем вызвали немалый ажиотаж. Именинница исполнила несколько народных песен, заставив всех своих многочисленных гостей с удовольствием подпевать.

Кроме песен, были ещё и пляски под частушки. В перерыве юбилярша принимала подарки и всякий раз искренне радовалась, совсем как ребёнок. Каждый из гостей чувствовал, что подарил самое нужное и ценное.

Раиса и Иван преподнесли модный утюг, Захар расписную шаль. Миша вручил любимой жене сапоги-чулки, о которых та втайне мечтала, старшая дочь с зятем французские духи. Павлуша с женой подарил столовый сервиз из китайского фарфора на двенадцать персон.

Илья и Стеша привезли сладкий подарок, огромный торт и конфеты. Две младшие дочки скооперировались и купили в подарок от своих семей массивные золотые серьги. Но на этом сюрпризы не закончились. Егор с женой преподнесли в дар гитару, чем немало удивили присутствующих гостей.

Леночка была творческим человеком, кроме того, что она профессионально танцевала, ещё и прекрасно пела, подыгрывая себе на гитаре. Исполнив популярную эстрадную песенку тех лет, девушка передала свекрови инструмент со словами:

- Все мы знаем, насколько обворожительно поёт наша мама, но вот то, что она в короткие сроки научилась сама себе аккомпанировать, пока не знает никто, кроме меня.

- Немудрено, у меня была очень хорошая учительница.

- Не скромничай, я всего лишь показала несколько аккордов, а дальше ты всё сама сделала. Кстати, это наш с Егором подарок. Муженёк несказанно удивился, услышав, какой презент я предложила ему купить.

- Ну, я конечно был озадачен, но как всякий муж подкаблучник покорился своей несравненной жёнушке.

- Вот болтун, не так-то легко загнать тебя под каблук.

- Я всегда у твоих ног, ты же знаешь, любимая.

- Не сбивай меня, Егор. Так, на чём мы остановились? Ах, да, взамен моей старой гитары, вручаем тебе новую, пусть прослужит верой и правдой много лет.

- Ой, как здорово, спасибо, мои хорошие. А я уже было хотела уговорить мужа на эту покупку. Вот, думаю, услышит, как я играю, и сразу же купит.

- Надо будет, и рояль куплю. Для тебя, Шурочка, ничего не жалко.

- Спасибо, Мишенька, я знала, что ты мне не откажешь. А сейчас я вам исполню одну очень красивую песню, только не судите строго.

- Спой, милая, уверен, у тебя всё получится, - поддержал жену Михаил.

То, что именинница научилась играть на гитаре, стало ошеломительной новостью для всех, без исключения. Одно было непонятно, как вечно занятая женщина сумела выкроить время для репетиций, да ещё и втайне от всех?

Взяв в руки инструмент, она прикрыла глаза, чтобы настроиться на нужный лад, а потом запела, перебирая новенькие струны. Прозвучала очень популярная композиция тех лет "Там, где клён шумит", в обработке руководителя ВИА "Синяя птица". Тема клёна была ведущей в песнях Шуры, это знали все.

Там, где клён шумит над речной волной,

Говорили мы о любви с тобой.

Облетел тот клён, в поле бродит мгла,

А любовь, как сон, стороной прошла.

А любовь, как сон, а любовь, как сон,

А любовь, как сон, стороной прошла.

Сердцу очень жаль, что случилось так.

Гонит осень в даль журавлей косяк.

Четырем ветрам грусть-печаль раздам.

Не вернётся вновь это лето к нам.

Не вернётся вновь, не вернется вновь

Не вернётся вновь, это лето к нам.

Ни к чему теперь за тобой ходить,

Ни к чему теперь мне цветы дарить.

Ты любви моей не смогла сберечь,

Поросло травой место наших встреч.

Поросло травой, поросло травой,

Поросло травой место наших встреч.

Все присутствующие замерли, каждый думал о своём. Задумался и Захар, вслушиваясь в слова песни, которая, казалось, рассказывает про него, ведь он тоже не сберёг свою семью. Вряд ли, конечно, бывшая жена пела о нём. Для Шуры не существовало никого, кроме её любимого Миши.

Захар был охвачен грустью и тоской, он вспомнил свою покойную жену Василису, чей светлый образ всегда хранил в своём сердце. Она тоже замечательно пела и была очень доброй и отзывчивой.

Сын Алексей всегда будет напоминать о своей матери, этой удивительной женщине, которая прожила короткую и вместе с тем яркую и насыщенную жизнь. Она смогла своей любовью вернуть Захару веру в самого себя.

Смолкли волшебные звуки гитары и стихла песня, после чего какое-то время сохранялась тишина, потому что слова были излишни. А потом все громко захлопали в ладоши и заговорили разом, пытаясь объяснить, что лежит на сердце именно у них. Вот она, сила искусства.

К концу вечера, когда гости собрались расходиться, Шура произнесла заключительную речь, поблагодарив всех присутствующих за то, что уважили и пришли её поздравить:

- Вот говорят, что тот, кто родился в мае, всю жизнь будет маяться. Как человек, родившийся в мае, могу авторитетно заявить, что это неправда. В мире нет женщины, счастливее меня. У меня самый несравненный муж и замечательные дети, зятья, невестки и внуки. Я вас всех очень люблю, мои дорогие, спасибо за то, что вы у меня есть.

- Мамочка, мы тебя обожаем и боготворим, ты у нас самая лучшая.

Сказав речь, именинница занялась привычным делом и стала складывать каждому из гостей кульки с гостинцами, заворачивая в них с любовью приготовленные пироги и прочие домашние деликатесы. Все давно привыкли к такому раскладу, от Усовых ещё никому не удавалось уйти с пустыми руками.

А потом случилось непредвиденное. Проходя мимо полуоткрытого чулана, мать услышала разговор Павлуши с Аркадием, мужем средней дочери. Он служил офицером в одной из воинских частей округа.

- Я подал рапорт на участие в боевых действиях, а вчера получил подтверждение. Как думаешь, Паш, Дашка сильно будет ругаться?

- Уверен, что будет, да только куда от этого денешься?

- А ты сказал своей Ксении, что тебя призывают в качестве военврача?

- Нет ещё, но это полбеды, а вот что я скажу матери?

- Слышал, что и Марья с мужем собираются вместе с тобой?

- И не только они, Егор тоже, а вот Илюху нашего забраковали.

- А отец знает?

- Думаю, догадывается.

Михаил зашёл с улицы в дом и увидел, как бледная жена сползает вниз по стеночке, теряя сознание. От таких новостей станет плохо любой матери, мыслимое ли дело, вся семья собралась уйти на войну?

Казалось бы, пережив одну из самых страшных войн, жертвами которой стали только в нашей стране десятки миллионов человеческих жизней, жители планеты Земля должны были понять, что на этом пора остановиться, но нет.

Когда же прекратится это бряцанье оружием и закончатся все войны? Сколько человек должно погибнуть, чтобы насытились сильные мира сего? Сколько слёз предстоит выплакать матерям, прежде чем умолкнут залпы всех пушек? К сожалению, на все эти вопросы нет ответа.

Глава 49 Никто не знал, чем всё закончится..

Очнулась именинница уже в спальне, куда её отнёс супруг. Рядом стояли взволнованные Павел и Марья, они-то и привели мать в чувство. И даже в такой ситуации Шура в первую очередь думала о других. Она не хотела никого расстраивать, поэтому через силу улыбалась, давая понять, что с ней всё в порядке, хотя, застывшая в глазах тоска говорила обратное.

По дому разливался стойкий запах корвалола, смешанный с нашатырём, встревоженный Михаил не отходил от жены ни на минуту. Окончание праздника получилось скомканным, расстроенные гости толпились в большой комнате, не зная, чем помочь, благо в семье было три медика.

Тем не менее, скорую помощь всё-таки вызвали, но от госпитализации юбилярша наотрез отказалась. После отъезда скорой, она быстро уснула, помимо действия сделанного укола, сказалась усталость прошедшего дня.

Захар не сразу понял, что случилось и почему разгневанная Марьюшка выволокла во двор Павла и Аркадия и отчитывает, выговаривая им за несдержанность. Парни стояли перед ней, как два нашкодивших пацана. Вскоре к ним присоединился и Егор.

- Распустили языки, два пустомели. Вы понимаете, что натворили? А если бы маму парализовало? Давление скакнуло от расстройства чуть ли не до небес, теперь всё время будет жить на таблетках.

- Откуда же мы знали, что она нас услышит?

- Головой надо было думать, такие вещи без подготовки не озвучивают.

- Да это понятно, виноваты мы, не спорим.

- Всё уже случилось, поздно причитать.

Причина переполоха выяснилась быстро. Прознав, что трое его старших детей в скором времени отправятся в Афганистан, Захару тоже враз поплохело, он был ошеломлён этой новостью не меньше Шуры.

- Как же так? Ну ладно я, а о матери вы подумали?

- Я Сашку одного никуда не отпущу. Или вместе, или никак, - угрюмо ответила Марья.

- А дети одни останутся? У вас с Александром две дочери, как они будут без вас? На войне случается всякое, я это знаю не понаслышке.

- У Павлуши с Ксюхой два сына и он тоже собрался ехать.

- Но он же не сам вызвался?

- А про Егора, что скажешь? Тот, между прочим, тоже добровольцем отправляется.

- А что говорить про меня? Во-первых, у нас с Леночкой один сын и ему уже 12. Во-вторых, я для Захара Петровича всегда был пятым колесом в семейной телеге, так что, ему на меня глубоко наплевать, - с горечью отозвался Егор, он был во хмелю, поэтому глубоко запрятанная обида снова прорвалась наружу.

- Сынок, ну что ты такое говоришь? Вы мне все трое одинаково дороги.

- Все, да не все. Да я в общем-то не в обиде, у меня есть любящий отец и это точно не ты.

- Я не оспариваю заслуг Михаила, но думал, что смог искупить свою вину перед вами.

- У тебя практически всё получилось, вот только не со мной.

- Говоришь, один сын, да? А я, между прочим, снова беременна, - Елена Прекрасная не дала Егору закончить обвинительную речь. Никто не заметил, как женщина подошла сзади, меж тем она слышала всё, что сказал муж.

- Как? Когда? А почему молчала? - ошарашенный Егор вмиг протрезвел.

- Так ты же тоже молчал, что собрался уйти на войну.

- Милая, я бы обязательно тебе рассказал, честное слово.

- Конечно бы рассказал, только в самый последний момент.

- А это точно, Ленусь?

- Что именно?

- Ну, что у нас будет маленький.

- Точно, ошибки быть не может, слишком большая задержка.

- Ленка, это же здорово. Урааа, люди, у нас будет ещё один малыш.

Все конечно тут же бросились поздравлять Егора и Елену, Захар в том числе. Однако, позже, когда вернётся домой, он будет с болью в сердце вспоминать слова среднего сына, сказанные с большой обидой.

Казалось, Егор давно вырос и должен забыть неприятные моменты своего детства, но нет, он по-прежнему цепко держит их в памяти и ничем это оттуда не вытравишь. А ведь уже сам отец, скоро родится второй ребёнок.

Младший сын Захара, Алексей, уже успел отслужить в армии и теперь доучивался на последнем курсе политеха. Он не был подвержен идеям старших братьев и сестры, да и особо ни с кем не сближался, вероятно потому, что вырос вдали от них.

Меж тем, ошеломительная новость о беременности Елены перекрыла плохую, о которой все сразу забыли, по крайней мере, сделали вид. Как бы там ни было, назад дороги нет, война - это не игрушки, сегодня захотел воевать, а завтра передумал.

Хотя, никто, конечно, не собирался идти на попятный, половина семьи ушли практически одновременно. Стиснув зубы, Шура не проронила ни слова упрёка, благословила и перекрестила на прощание каждого.

Марья и Александр выполняли свой врачебный долг, а две их дочери на время переехали к деду с бабушкой. Из мужчин в городе остались только Михаил, Илья и Игорь, муж младшей дочери Усовых.

К счастью для Нины, он работал на одном из предприятий обычным инженером-проектировщиком, называл себя противником насилия и был весьма далёк от воинской службы.

Зато Илюха, к неудовольствию своей жены, никак не мог смириться с тем, что его забраковали, поэтому продолжал бомбить военкомат рапортами, пока отец на него не прикрикнул, призывая к порядку.

- Илья, хоть ты мать пожалей, на неё же страшно смотреть, ночами не спит, молится за всех, думает, я не слышу.

- Но я тоже хочу, как они.

- Перехочется. Работать кто будет? Мне давно на пенсию пора, а я всё на службу бегаю.

- Пап, да пойми ты меня.

- Понимаю прекрасно, сынок. В своё время сам был таким же, злился, психовал, что все воюют, а я, как крыса тыловая, отсиживаюсь в стороне. А потом один очень хороший человек открыл мне глаза.

- И что же он такого тебе сказал?

- Ничего нового, сказал, что каждый должен быть на своём месте и делать то, что у него получается лучше всего.

- Это всё слова для самоуспокоения.

- Ничего подобного. Страна нуждается в героях и не только на поле брани, но и в тех, кто будет прикрывать её интересы в тылу. Вот и ты прикрывай, делай свою работу, иначе, для чего учился? Думаешь, мало таких, кто вредит нам изнутри? Преступник равно вредитель.

Удалось ли отцу убедить Илью или нет, однако, тот вскоре перестал биться в закрытые двери. Работы и в самом деле было непочатый край, рутинной и не очень. Опасность на милицейской службе подстерегает чуть ли не на каждом шагу.

Война не отменяет дел насущных. Шура крутилась, как белка в колесе. Стараясь отогнать от себя страх, она всё время молилась, чаще про себя, занимаясь воспитанием внуков, уборкой или приготовлением обеда.

Оставшиеся члены семьи сплотились вокруг неё и Михаила, дом Усовых по-прежнему был полон народу. Наверное, именно это и помогло им всем выстоять, переживать за близких поодиночке гораздо тяжелее.

Первым из семьи пострадал Егор, он получил ранение и три месяца провалялся в госпитале, но скрыл это от своих. Как только пошёл на поправку, вернулся домой, свалившись, как снег на голову.

Увидев мужа на пороге, Леночка бросилась к нему на шею, а потом, видимо от избытка радостных чувств, взялась рожать. Елена и Егор стали родителями чудесной семимесячной девочки, которую назвали Викторией.

В переводе с латинского Виктория означает Победа. Однако, до победы было очень далеко, афганская война требовала новых жертв. Никто не знал, чем всё это закончится и насколько долго протянется.

Глава 50 Нет света без тебя...

Олимпиада-80 на фоне афганской войны стала для граждан Союза глотком чистого воздуха. XXII Летние Олимпийские игры проходили в Москве с 19 июля по 3 августа 1980 года. Несмотря на бойкот Московской Олимпиады ведущими мировыми державами, праздник спорта всё равно состоялся.

Многие именитые спортсмены приехали на игры сами и выступали под олимпийскими флагами. В результате было установлено 36 мировых и 74 олимпийских рекорда. Впервые Олимпийские Игры проводились в одной из стран социалистической лагеря.

Несмотря на все предпринятые усилия, Московская Олимпиада имела наименьшее число участников. Золотые медали завоевали представители 25 стран, призёрами игр стали спортсмены из 36 стран.

Французский барон Пьер де Кубертен, возродив Олимпийское движение, провозгласил, что спорт должен оставаться вне политики. Именно тогда политика впервые вмешалась, причём, очень активно.

Позже, как и ожидалось, СССР и его союзники объявили ответный бойкот Олимпиаде 1984 года, проходившей в США. Так что, сегодняшние реалии, существующие в мире спорта, далеко не новы.

От бойкотов пострадали прежде всего спортсмены, многим пришлось поставить крест на своей карьере. Но вся эта мышиная возня станет известна гораздо позже. Простые граждане были далеки от политики, им прежде всего хотелось, чтобы наступил долгожданный мир.

Встреча невестки из роддома стала праздником, Шура была на седьмом небе от счастья и не только потому, что родилась ещё одна внучка. В первую очередь она радовалась вернувшемуся с войны сыну.

Тот был тяжело ранен, но потихоньку восстановился. С виду такой же, только глаза потухли, не так часто шутил и почти не смеялся, не то, что раньше. Прежний балагур и весельчак был непохож сам на себя.

Первое время всё назад рвался, на войну, но, слава Богу, комиссовали, признав негодным к боевой и строевой службе. Егор безмерно бесился, орал на военкома, но тот ничего не мог поделать, против правил не попрёшь. Да и какой вояка из контуженого?

В общем, изменился парень, война наложила свой отпечаток на его характер. О том, что пришлось пережить нашим ребятам, знали только они сами и Господь Бог. Глядя на сына, у отца с матерью холодела душа.

Он порой бывал взвинчен до предела, загораясь от любого слова, как спичка, особенно, когда был под градусом. Чтобы заглушить душевную боль, мужчина стал всё чаще прикладываться к спиртному.

Сам прекрасно понимал, что ни к чему хорошему это не приведёт, поэтому, после нескольких крепких попоек, окончательно завязал с этим делом, не желая, чтобы близкие шарахались от него, как от огня.

Однажды проснулся с дикого похмелья, вышел на кухню и стал шариться всюду в поисках выпивки. Не нашёл и с психу ударил кулаком в стену, а потом рывком дёрнул на себя скатерть, роняя на пол всё, что стояло на столе.

Оглянулся и увидел застывшую в дверях жену, в глазах которой плескался откровенный страх. Егор тогда ужаснулся сам себе, подскочил к любимой, обнял, опустился перед ней на колени и торопливо заговорил:

- Леночка, милая, да ты никак боишься меня? Неужто думаешь, что я могу причинить тебе зло?

- Я боюсь не за себя, а за детей. Пойми, так больше продолжаться не может, если не можешь совладать с собой, давай разведёмся, - голос жены звучал безжизненно и тускло, но, вместе с тем, решительно.

- Только не это, если ты уйдёшь, я просто умру. Нет света без тебя, тьма поглотит меня.

- Тогда выбирай, Егор. Выпивка или семья?

- У меня нет никого дороже вас, отныне с пьянством покончено.

Егор действительно перестал пить, как бабка отшептала. Всех проблем это конечно не решило, он по-прежнему ночами шёл в атаку, зато днём вёл себя адекватно, помогал жене по дому, возился с детьми.

Помимо поддержки семьи, спасала работа, Егор наконец вернулся на службу и с первых же дней втянулся в нескончаемый круговорот дел. У него получилось, а сколько было тех, кто так и не смог стать прежним?

Война поломала и искалечила бесчисленное количество человеческих судеб, перемолола в своих жерновах и выплюнула на обочину жизни многих из тех, кто смог выжить, но душой остался там, на полях сражений, раз за разом переживая потерю близких друзей, невернувшихся из боя.

Марья и Александр возвратились через год, а Павлуша через полтора. Долгое время ничего не было слышно об Аркадии, Дарья стала похожа на тень, неслышно передвигающуюся по дому, как сомнамбула.

Когда наконец пришли новости, она с облегчением выдохнула. Пропал без вести, гласило письмо командира. Лучше так, чем знать, что погиб, пусть в плену, но живой. Ведь это даёт надежду, что он когда-нибудь вернётся домой. Вот только когда?

Надо верить и ждать, раз уж больше ничего не остаётся. И Даша ждала, она прислушивалась к каждому шороху и скрипу, даже ночью просыпалась от любого звука, а потом долго плакала, уткнувшись в подушку.

Неизвестно, что бы с ней стало, если бы не две дочки. Любой матери важно, чтобы дети были сыты, одеты и обуты, а для этого нужно работать, даже когда не осталось никаких сил. Нет слова не могу или не хочу, есть слово надо.

Шура истово молилась за зятя, она верила в силу молитвы. Ведь именно это помогло дочери и сыновьям вернуться с войны невредимыми, так пусть и Аркаша поскорее найдётся и приедет домой, к жене и детям.

Дарья не знала никаких молитв, поэтому обращалась к Господу своими словами, а ещё, повторяла про себя, как мантру - "Ты только возвращайся ко мне, миленький, я очень жду, мне без тебя нет жизни".

То ли у Аркадия был сильный ангел-хранитель, то ли подействовали молитвы жены и тёщи, а может и то, и другое, но через три месяца его освободили. Всё это время он провёл в зиндане, глубокой сырой яме, где жил буквально на хлебе и воде, а иногда его и вовсе забывали покормить.

Испытание голодом и холодом было не единственным. Душманы пытались сломить волю гяура, хотели заставить его принять Ислам. Неизвестно, что бы из этого вышло, по счастью, освобождение пришло раньше.

Когда мужчину вытащили на свет божий, он был обросшим и угрюмым, несмотря на свою тщедушность, пытался оказать сопротивление, его злой взгляд не предвещал ничего хорошего. А когда понял, что пришли свои, плакал, не стесняясь слёз.

Очень много тех, кто остался на той стороне, которые так и живут вдали от дома, создав новые семьи. Обрели ли они счастье в своей новой жизни или мечтают вернуться домой? Вопрос этот по сей день остаётся открытым.

Аркадию удалось избежать их участи, он смог избавиться от кошмаров во имя любви к жене и детям. Дарья была убеждена, что мужа спас Бог, за то, что тот не дал себя сломить и отстоял свою православную веру.

Через два года, после начала войны, семья наконец воссоединилась. А ещё через год умер Леонид Ильич Брежнев. Это случилось 10 ноября 1982 года. Эпоху его правления позже назовут застойной, однако, в народе бытует другое мнение.

На похоронах гроб с телом покойного едва не уронили, что посчитают недобрым знаком. И действительно, своей смертью генсек открыл так называемую "пятилетку пышных похорон".

Немудрено, политбюро компартии Советского Союза было заполонено старцами, вот они и мёрли, один за другим, едва встав у руля власти. Об этом помнят многие из тех, кто застал то удивительное время.

Перемены конечно же коснулись и Усовых. Глава семьи наконец ушёл на пенсию, отдав службе в органах большую часть жизни. Два сына пошли по его стопам и занимали не самые последние должности.

Дети, снохи, зятья и внуки по-прежнему собирались вокруг Шуры и Михаила. Жизнь текла своим чередом, а афганская война всё ещё продолжалась. Увы, закончилось всё бесславно, выводом войск в 1989 году.

В итоге, за всё время только по официальной статистике советская армия потеряла около 15 тысяч человек убитыми и пропавшими без вести. Можно ли считать все эти жертвы оправданными? Едва ли. Тем не менее, это наша история и мы должны знать о ней и помнить.

Глава 51 Держаться вместе...

"Пятилетку пышных похорон" в Стране Советов выполнили досрочно, как и было заведено во всём, что касалось обязательств. Настало время молодых и дерзких. В марте 1985 во главе власти встал политик нового образца. В воздухе запахло переменами, к которым были готовы далеко не все.

Старшему поколению нелегко было признать тот факт, что большая часть их жизни прошла в обмане. По крайней мере, так вещали с высоких трибун те, кто ещё вчера присягали на верность коммунистической партии, а уже сегодня быстренько переобулись воздухе и стали уверять в обратном.

Газеты пестрели нелицеприятными заголовками, от которых выворачивало наизнанку. Кровавая революция, госпереворот, братоубийственная война, репрессии, культ личности и прочая словесная эквилибристика.

Цензура вдруг опустила свои крепкие вожжи, дав возможность говорить и писать, что ни попадя, всем, кому было, что сказать, а таковых оказалось немало. Вдруг выяснилось, что в стране проживает великое множество недовольных социалистическим строем.

Однако, большая часть граждан, не зная, как отличить правду от вымысла, просто растерялась от бурного потока информации, полившейся на их головы. Новым генсеком была провозглашена перестройка, а с ней гласность и плюрализм мнений.

Все эти словечки завораживали своей необычностью, обещая лучшую жизнь, что вот-вот настанет. Нужно всего лишь взять другой курс, затянуть пояса потуже и подождать, когда свалится благосостояние.

Оказывается, нам было чему поучиться у капиталистического Запада, той же демократии, к примеру. Однако, чуда не случилось, никто не собирался протягивать СССР руку помощи, не для этого всё затевалось.

В итоге, мнимая вседозволенность привела к развалу мощной страны, которая уже была подорвана экономически. Несмотря на проведённый референдум и большинство проголосовавших за сохранение Союза, он распался на несколько независимых государств.

Люди получили свободу в полной мере, можно сказать ели её ложками, но одними обещаниями сыт не будешь, поэтому приходилось в буквальном смысле выживать. Не дай Бог жить в эпоху перемен, особенно молодым, кто не окреп морально и не способен отличить истинное от лживого.

В то время, как в стране устанавливались новые порядки, в семье Усовых всё оставалось по-прежнему. Они продолжали держаться вместе, что позволило им избежать большой нужды.

Все были в равных условиях, цены росли каждый день, люди подолгу не получали зарплату. Шура передала дочерям и снохам свои премудрости по части готовки, выпечка у неё никогда не переводилась.

- Девочки, когда в доме пахнет пирогами, никто не останется голодным.

- Мы знаем, ты нас всех научила, поэтому в первую очередь покупаем мешок муки и масла впрок.

- Ничего, мы со всем справимся.

- Да, главное держаться вместе.

- Вместе мы сила.

- Что бы ни случилось, живите дружно.

- Да мы уж и так друг за друга горой.

- Вот и правильно, поэтому мы с отцом за вас спокойны.

- Главное, чтобы вы с папой жили долго, тогда мы точно не пропадём.

- Это уж, кому как на роду написано. Мы-то с ним, конечно, постараемся.

- Всё будет хорошо, лишь бы не было войны.

- Не приведи Господь испытать подобное ещё раз.

Такие разговоры велись, когда собирались все вместе на каком-нибудь семейном празднике. Женщины помогали матери готовить и накрывать на стол. Мужчины в это время обсуждали насущные темы, не обходились и без споров о политике.

В 1991 Александре исполнился 71 год, а Михаилу 75. Оба получали пенсии от государства, что их очень выручало. Шура хоть и не работала большую часть своей жизни, тем не менее, как многодетной матери, ей тоже полагались соответствующие выплаты.

У них уже было трое правнуков и это был ещё далеко не предел, учитывая количество детей и внуков. Понятно, что силы и здоровье уже не те, что раньше, но сдаваться было рано, ответственность за родных и близких не позволяла опустить руки.

Те, кто пережил лихие девяностые, знают, что поддержка семьи очень много значила. Старшим Марье и Павлуше было уже за 50, а Егор лишь подкрадывался к этому возрасту. Юбилей отца прошёл бурно, по давней привычке за одним столом собрались все родные и близкие.

С каждым годом семья разрасталась и становилась ещё больше, в родительском доме не смолкал детский смех. Праздник удался на славу, юбиляра чествовали на все лады, пели, танцевали, декламировали стихи.

Захар Фадеев тоже присутствовал, он был примерно одного возраста с Михаилом. Мужчины не были большими друзьями, тем не менее, хорошо общались. Да и чего им собственно делить?

Шура и старшие дети не держали зла на Захара, даже Егор забыл свои обиды, пусть не сразу, но смог его простить. Младший сын Алексей жил со своей семьёй в Санкт-Петербурге, отца навещал редко. Был, так сказать, отрезанный ломоть.

Вот почему вся жизнь Захара проходила возле старшеньких, он больше не женился и жил их проблемами. Сестра овдовела за пару-тройку лет до юбилея Михаила, её муж Иван умер от тяжёлой болезни, на лёгких осел металл, сказалась работа в кузне.

Хорошо, что успел вместе с женой вырастить и довести до ума сына, тот как раз доучивался на последнем курсе сельскохозяйственного института. Потом Юрка вернулся назад в Покровку, женился на своей однокласснице.

Мать конечно не одобряла его выбор, однако, старалась не вмешиваться, Иван всё-таки смог её перевоспитать. Раиса долго тосковала и страдала по нему, более менее она ожила только, когда родился внук, помогала снохе его нянчить, благо жили все вместе, в одном доме.

Дочь Стеша с мужем и детьми проживала в городе, к ним не наездишься часто. Это брат, как только вышел на пенсию, так сразу же переехал в райцентр, чтобы быть поближе к своим детям. Дом матери продавать не стал, мало ли, вдруг пригодится кому-нибудь из внуков?

Младший Лёшка не предлагал отцу переехать, в отличие от старших. Да и вряд ли бы Захар согласился жить так далеко от родных мест. С бывшей невесткой Рая виделась редко, у той свои заботы, знай себе, шуршит по дому.

Шуре легче, она не одна, муж рядом с ней, живой, дай Бог ему здоровья. Работу следователя не сравнить с кузнечным делом, Михаил по кабинетам всё сидел, тяжелее ручки ничего не поднимал. Раиса не завидовала, просто рассуждала про себя.

В чужом двору трава зеленее, всегда ведь кажется, что у других людей намного меньше горестей и бед. Однако, нельзя забывать, что у всех свои трудности, просто не всяк про них рассказывает.

Как бы кто ни хорохорился, а подорванное здоровье даёт о себе знать. Через полгода после юбилея случилось то, чего никто не ждал. Семья вновь собралась в родительском доме, только на сей раз повод был печальный. Оборвалась жизнь главы семьи, не стало Михаила.

С его уходом померк свет для жены его, Шурочки. Ничто не предвещало, такого исхода. Мужчина особо ничем не болел, он просто лёг спать и не проснулся. Со многими случается, хоть и не часто.

Михаил Усов прожил счастливую жизнь рядом с любимой женой и детьми, он выполнил свой долг на земле и заслужил лёгкую смерть. Он останется в сердцах своих родных и близких, которые будут вспоминать его добрым словом.

Глава 52 Приходи ко мне во снах...

Горе сплотило семью, хотя, казалось бы, куда ещё больше? Шура сидела возле тела покойного супруга и смотрела прямо перед собой безучастным взглядом, воспалённым от не до конца выплаканных слёз. Иногда вставала с места, заботливо поправляла в изголовье подушку, заново укрывала ноги.

- Чтобы не озяб, а то сквозняк в доме, - смущённо объясняла свой жест.

Дети всерьёз опасались и переживали за мать, ведь неизвестно, чем всё закончится, вдруг что-нибудь сделает с собой? Это они ещё не слышали, что она говорит временами, склонившись к мужу, когда рядом никого нет.

- Встань, пробудись ото сна, Мишенька. Если б знал ты, как мне плохо без тебя. Ты обещал, что мы уйдём вместе, так почему же не взял меня с собой? Сокол мой ясноглазый, нет мне жизни без тебя.

- Что ты там всё шепчешь, мама? Пойдём, я тебе укольчик сделаю, поспишь маленько, а то завтра на похоронах совсем расклеишься, - увещевала мать Марьюшка.

- Нет, доченька, я в порядке. Какой уж теперь сон? Я должна, как и положено, сидеть возле отца, даже ночью.

- Не сходи с ума, второй день на ногах, ты же так свалишься.

- Ну и пусть, я бы очень этого хотела. Жаль, что невозможно уйти из жизни по щелчку пальцев.

- Мамуль, ну что ты такое говоришь, тебе нас не жалко? Тут и так воздуху не хватает, как представишь, что папки больше нет.

- Вот и мне не хватает воздуху без моего Мишеньки, зачем он так со мной?

- Приляг ненадолго, хотя бы на полчаса, а потом снова сядешь рядом с ним. Пойдём, моя хорошая, не противься.

Пришлось подчиниться, Шура жила на автомате, сил и в самом деле почти не осталось. На третий день должны состояться похороны, а она всё надеялась, что это ошибка и муж наконец проснётся.

Встанет, засмеётся в голос, подойдёт сзади, обнимет крепко и скажет о том, как сильно её любит. Она, конечно, поворчит немножко, поругает за неудачную шутку, а потом сразу простит, да и как иначе?

Хотя, Миша никогда бы так не поступил, он знал о больном сердце жены и оберегал её, как мог. В голове женщины лихорадочно проносились мысли, одна, нелепее другой, она лежала в дальней комнате, но никак не могла успокоиться.

Марья всё-таки сделала матери укол, после чего та, наконец, погрузилась в объятия спасительного сна, но тут вдруг что-то заставило её очнуться. Едва открыв глаза, Шура увидела супруга, тот стоял перед ней и улыбался.

- А что же ты тут легла, а не в нашей спальне, Шурочка? Я ждал тебя всё это время, а ты не идёшь. Хорошо, что догадался сюда заглянуть.

- Мишенька, ну, слава Богу. А я ведь знала, что ты живой, но мне никто не верил. Не делай больше так, пожалуйста, - произнесла женщина слабым голосом и счастливо вздохнула, протягивая мужу руки.

- Милая моя, я наверное напугал тебя? - взволнованно спросил он, присаживаясь рядом и целуя её холодные пальцы.

Глаза Александры опухли от слёз, она даже не сразу заметила, что с Михаилом что-то не так. И только потом увидела, что он полон сил и выглядит совсем как раньше, когда они только познакомились.

Молодой, подтянутый, стройный, хотя, с той поры прошло без малого 46 лет. Это было так странно, она смотрела на него во все глаза, а потом вдруг всё поняла. Любимый муж умер, но вместе с тем находится рядом с ней. Он ухитрился подать о себе весточку, чтобы подбодрить и утешить.

- Господи, значит ты и в самом деле мёртв, Мишенька? Как же так?

- Прости, любимая. Я не хотел, но ты же знаешь, не всё зависит от нас.

- Я понимаю, родной мой, и ни в чём тебя не упрекаю. У меня к тебе будет только одна просьба.

- Слушаю тебя, Шурочка.

- Забери меня с собой, если сможешь. Я не хочу просыпаться без тебя.

- Ты просишь о невозможном, я всего лишь простой смертный, мне просто дали возможность с тобой попрощаться.

- Значит, со смертью ничего не заканчивается? А я тебе говорила.

- Помню, любовь, моя.

- А ты всё твердил, что Бога нет.

- Признаю, был не прав.

- Так ты его видел?

- Нет, милая, не видел. Но он повсюду, нет надобности говорить с ним напрямую.

- Как хорошо, ведь это означает, что всё не зря.

- Конечно, не зря.

- И всё же, я очень хочу к тебе.

- Нельзя, твоё время ещё не пришло, ты должна жить за нас двоих.

- Но почему, Мишенька? Дети наши давно выросли, все самостоятельные. Зачем мне коптить небо и землю?

- Ты увидишь рождение всех наших правнуков, а потом расскажешь мне об этом.

- Мы с тобой ещё встретимся?

- Обязательно, я буду ждать тебя, моя родная. Ты мне веришь?

- Всем сердцем, любимый.

- Ты больше не будешь плакать?

- Я постараюсь, только ты приходи ко мне во сне, пусть не часто, а по возможности.

- Обещаю, Шурочка. Но для этого ты должна спать в нашей с тобой спальне, чтобы я мог найти тебя сразу.

- Договорились, Мишенька.

- Я очень люблю тебя.

- И я тебя люблю, мой хороший.

Тут Шура окончательно проснулась, села в кровати и огляделась, ища глазами мужа. В комнате находились их с Мишей дети, все шестеро, они были обеспокоены, что мать долго не просыпается, но не решались её разбудить, поэтому говорили шёпотом.

- Вы видите, как она улыбается?

- Да, наверное снится что-то очень хорошее.

- Я знаю, это папа.

- Как бы я хотела тоже увидеть его во сне.

- Все бы этого хотели, не только ты.

- Может и нам приснится когда-нибудь, как знать?

Оказалось, Шура проспала всю ночь, она выглядела бодрой и больше не плакала, даже наоборот, излучала спокойствие всем своим видом. Дети выдохнули, поняв, что опасность миновала.

- Мамочка, ты в порядке?

- Да, мои хорошие. Сейчас я переоденусь и выйду.

На похоронах яблоку было негде упасть. Помимо родных и близких, Усова пришли проводить в последний путь бывшие коллеги, друзья, соседи и те, кто его просто знал. Он был хорошим человеком, это признавали все.

Завершив свои земные дела, Михаил с лёгким сердцем ушёл из этого мира. Единственно, за кого болела его душа, так это за любимую жену. А вот за своё потомство он был абсолютно спокоен.

Дети и внуки выросли и твёрдо стояли на ногах. Каждый выучился, получил профессию, никто не остался без дела, даже с учётом того бардака, что произошёл в стране за короткий период времени.

Усов умер коммунистом, предателей в их семье никогда не было, их с Шурой дети были воспитаны правильно и не искали лёгких путей. Егор и Илья продолжили свою работу в органах, страна остро нуждалась в знающих оперативниках.

С развалом страны пышным цветом расцвёл бандитизм. На поверхность, как грибы, после дождя, повылазили так называемые бизнесмены. Чтобы остаться на плаву, им приходилось договариваться с уголовниками, которые их крышевали, за что брали положенную мзду.

Под крышей бандитских группировок было примерно 80–85% российских коммерческих предприятий. Это было страшное время, у многих произошла переоценка моральных ценностей и этических норм.

Людей отстреливали, как мух, они гибли за презренный металл, не желая расставаться с деньгами просто так. Золотой телец встал во главу угла, заслонив собой всё человеческое.

Однако, остались и другие, для которых понятия о чести и совести не были пустым звуком, для кого семья и долг были превыше всего. Таким был и Михаил Усов. Он выполнил своё обещание и иногда приходил к Шуре во сне.

Днём она сновала по дому, занималась насущными делами, общалась с детьми и внуками, а ночью ложилась спать в счастливом ожидании мужа, надеясь, что он явится именно сегодня.

А когда это случалось, они раздвигали границы сна, в котором были счастливы вместе. Наверное, каждый из нас хотел бы испытать нечто подобное, жаль, что получается далеко не у всех и не всегда.

Глава 53 Простить и отпустить...

Что бы ни случилось плохого, как бы ни было тяжко на сердце, а жить дальше всё равно придётся, несмотря ни на что. Человек рождается и умирает в одиночестве, уж так заведено. Смерть чаще всего приходит под покровом ночи, чтобы никто не помешал ей забрать чью-то жизнь.

Повезло тем, чьи близкие, ушедшие в мир иной, смогли ухитриться подать знак, что всё в порядке и ничего не закончилось. Душа, в отличие от физической оболочки, вечна и продолжает своё существование.

Мы нуждаемся в этом знании, поскольку склонны подвергаться сомнениям, которые периодически посещают нас и не дают спокойно реагировать на факт того, что однажды родной человек может уйти навсегда.

Хотя, невозможно подготовить себя к такому исходу событий, мозг подсознательно блокирует информацию, отказываясь воспринимать из чувства самосохранения, чтобы файлы не сгорели от перегрузки.

Но когда всё уже случилось и невозможно отмотать назад, человек вынужден искать спасительный выход и даже находит его. Так было в случае с Шурой, муж пришёл к ней во сне и успокоил, дав надежду, что они обязательно встретятся в лучшем из миров.

С уходом Михаила из жизни, дом Усовых не сказать, чтобы совсем опустел, нет. Дети и внуки каждый день навещали Шуру, но ночью она оставалась одна, постоянно с ней никто не жил, у всех давно было своё жильё.

Каждый из детей предлагал матери переселиться к нему, хотя бы на время, но та мягко отказывалась. Да и с чего бы вдруг покидать насиженное место, где рядом с любимым мужем прошла большая часть жизни?

- Мамуль, ну что ты тут будешь одна куковать? Мы с Ксенией уже и комнату тебе приготовили, поживи у нас, не отказывайся. Хотя бы временно, вдруг понравится и ты захочешь остаться? - предлагал Павел.

- Спасибо, сыночек, но я уж как-нибудь одна.

- Или к нам давай, будете с Леночкой музицировать по вечерам, а то ты совсем гитару забросила и не поёшь больше.

- Не до песен мне боле, Егорушка. Душа молчит, не поёт.

- Да как так, мамочка? Неужто мы больше не услышим твоего голоса?

- Не знаю, что будет дальше, но пока не поётся мне что-то.

- Ну, ладно, не поётся, но почему ты не хочешь переехать к кому-нибудь из нас? Тебе уже и Марья предлагала, и мы со Стешей. Теперь и Пашка, с Егором настаивают, - включился в разговор Илья.

- Да и младшие девчонки не против тебя к себе забрать, - подтвердила старшая дочь.

- Нас у тебя шестеро, могла бы у каждого пожить, а там бы сама выбрала, где тебе лучше.

- Нет, мои дорогие. Никуда я отсюда не съеду, если только вперёд ногами, по-другому никак.

- Мам, ну не начинай, пожалуйста.

- А я и не начинаю, всего лишь отвечаю на ваши предложения.

- Вот ведь упрямая.

- Это не упрямство, Илюшенька. Родительский дом - такое место, где собираются все. Даже когда меня не станет, вы сможете здесь встречаться, если не продадите, конечно.

- Мамочка, живи долго, очень тебя просим.

- Тогда не настаивайте, в своём доме я дольше проживу, чем если буду скитаться по гостям.

Порыв детей был понятен, все они переживали за мать и не хотели, чтобы та жила одна, без присмотра. Александру больше удивила Раиса, когда, приехав на поминки, стала вдруг в открытую намекать, что им с Захаром нужно жить вместе.

Это произошло примерно через полгода после смерти Миши. Рая тогда осталась с ночёвкой, они вместе убрали всю посуду, а потом состоялся тот памятный разговор, от которого у Шуры остался горький осадок. Началось всё с того, что она рассказала о предложении детей забрать её к себе.

- Понимаю, что беспокоятся они за меня, вот и предлагают каждый свой дом.

- Не соглашайся, Шурочка. На одной кухне нет места двум хозяйкам. Я хоть и живу со снохой, но у себя в доме не даю командовать. Моё слово закон.

- Ох, доиграешься, Рая. Уйдут они от тебя, что тогда делать будешь?

- Не уйдут я стараюсь не перегибать палку. Да и помощь от меня им большая, с внуками помогаю управляться.

- Ну да, кто же ещё им поможет, если не ты?

- Вот и я об этом. А знаешь, о чём я вдруг подумала? Почему бы тебе не съехаться с Захаром?

- Что? Да в своём ли ты уме, Рая?

- А что здесь такого? Давно пора простить моего брата, Шурочка. Он ведь тоже один живёт, вы бы вместе жизнь коротали. Ведь старая любовь не забывается, все так говорят.

- Вот чего угодно ожидала я от тебя, но только не этого.

- Зря ты артачишься, Шура. Уверена, что Захар с радостью бы согласился с тобой жить, да и дети твои вряд ли будут против.

- Зато я против, а у меня между прочим тоже право голоса имеется.

- Ну чего ты обижаешься? Я же добра вам желаю.

- Не надо мне такого добра. У Захара своя жизнь, у меня своя, и не надо нас сводить вместе, тоже мне, сваха выискалась. Ты лучше о себе подумай, взяла бы и сошлась с кем-нибудь в деревне, а то легко советы раздавать.

- Ой, что ты, мне после Ванечки моего никто не нужен.

- Вот и мне после моего Михаила никто не нужен. Ещё не хватало подбирать кого попало.

- Мой брат не кто попало, он, между прочим отец твоих старших детей.

- Вот пусть с ними и общается, а мне он никто. И знаешь что, если ещё раз заговоришь об этом, можешь больше ко мне не приезжать, ясно?

- Куда же ещё яснее? Ты всегда была гордячкой, а с годами так и вовсе, ещё хлеще стала.

- Думай, что хочешь, мне всё равно. Но я тебя предупредила.

Захар, когда узнал об этом разговоре, схватился за голову. Он был шокирован действиями сестры, потому что совсем не думал о таком раскладе и не собирался предлагать Шуре сожительство.

Коли уж по молодости не удалось её вернуть, то спустя годы и надеяться на это не стоило, да он, признаться, и не надеялся. Инициатива сойтись бывшим супругам исходила только от Раисы, а она всегда была бесцеремонна.

В остальном жизнь Шуры ничем не отличалась от других. Дети работали, внуки кто учился, кто женился. Михаил поручил увидеть всех правнуков и она собиралась выполнить его задание, чтобы потом было, что рассказать.

Егор и Илья по-прежнему стояли на страже закона, две младшие дочки, Дарья и Нина, учительствовали. Старшие дети, Павлуша и Марья, лечили людей, всех без разбору, кто обращался к ним с жалобами. Врач не может отказать больному, даже если тот закоренелый бандит.

Однажды в больницу, где работали брат и сестра, заявились несколько молодчиков. Они затащили в процедурную своего раненого товарища, двое остались охранять его и насмерть перепуганную медсестру, а двое других отправились на поиски врача.

Первым, кто им встретился, оказался Павел. Ему пришлось не только оказывать первую помощь, но и вытаскивать, застрявшую в теле опасного пациента, бандитскую пулю. Подельники не пожелали оставить раненого в больнице, утащили с собой.

А через пару месяцев тот самый бандит пришёл в больницу своими ногами, чтобы поблагодарить доктора за спасение. Он предлагал Паше не только деньги, но и своё заступничество, тот, конечно, отказался.

Сошлись на том, что преступный авторитет оплатил покупку дорогущего аппарата для исследований, в котором нуждалась больница. Девяностые гремели вовсю, перестрелки между группировками продолжались долго. В органах МВД творились свои разборки.

От одной из таких пострадал Илья Усов. Он дал в морду зарвавшемуся ставленнику высшего руководства и по причине неудовольствия начальства был вынужден уйти на пенсию, благо позволял выработанный стаж. Причина его несдержанности была достаточно веская.

Глава 54 Ни одной нельзя верить...

После того, как Илья разбил нос своему коллеге, поднялся большой переполох. В ходе разбирательства быстро выяснилось, что послужило виной такому выплеску эмоций. Оказалось ссора случилась не на пустом месте, дебошир, ни много, ни мало, отстаивал честь своих родителей.

Многие сошлись во мнении, что зарвавшийся субчик огрёб за дело, надо было ещё больше наподдать, чтобы в следующий раз было неповадно молоть языком, что ни попадя. Головой надо думать, а не задним местом.

Но, поскольку у начальства был свой взгляд на вещи, увольнение всё равно состоялось. Зачинщик драки ещё легко отделался, его запросто могли привлечь к уголовной ответственности. Как говорится, был бы человек, а статья всегда найдётся.

В конфликте был замешан сородич высокопоставленного чина МВД, Геннадий Митрофанов, который пока что ничем не отличился на своём месте, зато тяготел к стяжательству и был очень несдержан на язык. А кроме того, обожал наушничать и стучать на товарищей.

Звёзд с неба он не хватал, однако, был нацелен на то, чтобы занять тёплое местечко в кресле начальника милиции. Родственные связи позволяли ему надеяться, что в будущем это непременно случится.

В тот день, когда произошло так называемое избиение, в отделе, где работал Илья, бурно обсуждали одно преступление, в котором был замешан один из патрульных милиционеров. Якобы тому изменила жена.

Он застукал её с любовником, а всё потому, что во время патрулирования улицы, как раз проходил мимо своего дома и решил забежать на минутку по малой нужде. Запертую дверь конечно же открыл своим ключом.

Вошёл в прихожую и был привлечён звуками, исходящими из супружеской спальни. Не смог сдержать своё любопытство и пошёл проверить, а там картина маслом. На беду, при нём было табельное оружие.

В итоге, два трупа, виновник сдался сам и теперь находился под арестом в ожидании суда. Вот это и послужило причиной бурного обсуждения, в котором принял непосредственное участие и капитан Митрофанов.

Во время разговора он позволил себе нелицеприятные высказывания в оскорбительной форме обо всех женщинах, вместе взятых. Всё сводилось к тому, что все они одинаковы и нет среди них честной.

- Ну и дурак, пострадал ни за что, - высказался один.

- Как это ни за что? Нечего было жениться, а уж коли взял на себя такую смелость, должен был держать свою бабу в ежовых рукавицах, чтобы даже думать не смела о дурном, потому как ни одной верить нельзя, каждая из них так и ждёт удобного момента, чтобы лечь под другого. А уж тем более та, которая уже побывала замужем, - возмутился Геннадий.

- Ну, это ты загнул конечно, парню просто не повезло с женой. И вообще, ситуации бывают разные, что ж ты про всех говоришь? Ну не сложилось у женщины с одним мужем и что ей теперь, в монастырь податься? - не согласился с приведёнными доводами оппонент.

- Коли не сложилось, сама виновата, значит не смогла дать мужу то, что ему было нужно. Вот и пусть остаётся одна, нечего другим жизнь портить.

- И всё же, не следует говорить обо всех женщинах плохо.

- Я знаю о чём говорю, есть у меня одна такая знакомая, все говорили, что она честная, вот я и решил проверить. И что вы думаете, мужики? Стоило мне показать свой интерес, как она тут же повелась, бегала потом за мной, как хвостик, всё просила повторить, - бахвалился Митрофанов.

- А ты что?

- Ну а что я? Пару раз ещё к ней понырял, а потом надоело, слишком назойливая оказалась. Люблю, не могу, и всё такое, прочее.

- То есть, сам ты своей жене верность не хранишь, так? - спросил другой слушатель.

- Я мужик, мне можно. Пусть радуется, что вообще с ней живу.

В разгар спора в кабинет вошёл Илья, он сел за стол и склонился над бумагами, не прислушиваясь к разглагольствованиям капитана. Тот сам полез на рожон, когда решил вовлечь его в общий разговор.

Митрофанов не был в курсе семейного расклада Усовых, так как перевёлся на новое место службы недавно, но это его конечно никоим образом не оправдывает. Гена знал, что Илья Усов и Егор Фадеев были братьями, но был уверен, что они двоюродные.

- Чего молчишь, Илюха?

- Я занят, не мешай. Мне дело нужно оформить в суд.

- Да что ты, в самом деле? Успеешь ещё поработать, давай, выскажи своё мнение, подтверди мои слова. Или я не прав?

- Я даже не знаю о чём вы тут спорите.

- Ну ты даёшь, Усов. Ты пропустил самое интересное, мы обсуждаем двойное убийство, а ты весь зарылся в какой-то краже.

- Ааа, так вы о том патрульном? Лично мне жаль парня, определят теперь на зону.

- Вот и я об этом, будет мотать срок, а мог бы этого избежать.

- Согласен, не следовало мараться об этих двоих, надо было повернуться и уйти.

- Не об том говоришь, Усов. Ему не следовало жениться на этой конченой бабе.

- Ты такой интересный, откуда же он знал, что так будет?

- Должен был знать, она ведь до него уже одному жизнь испохабила. Или думал, ошибочка вышла? Дурак, кто же женится на разведёнках?

- Ну, знаешь, моя мать тоже была разведена, когда встретила отца, да и для него это был второй брак. Зато прожили душа в душу, больше 45 лет, шестерых детей воспитали. Они очень любили друг друга.

- А с первым мужем что случилось? Почему развелись? Помер что ли?

- Да нет, живой, просто не сложилось у них, а в причины я особо не вникал.

- Вот и зря не вникал, а то мог бы многое узнать. Уверен, что твой отец всю жизнь рогатым ходил, потому что мать твоя...

Митрофанов не успел договорить, Илья резко соскочил с места и кулаком вогнал последние слова обратно ему в пасть. Прежде чем их разняли, он успел нанести обидчику несколько сильных ударов.

После разбирательства, скандал предпочли замять, не то Усову бы не поздоровилось. Своё увольнение из органов он воспринял спокойно и ни о чём не жалел. Справедливости ради, следует заметить, что капитана из отдела сразу убрали.

Видимо высокопоставленный родственник понял, что здесь Митрофанову работать точно не дадут и перевёл его в другое место. Истинную причину увольнения Илья не озвучивал и Егору тоже запретил говорить об этом.

Стеша несказанно обрадовалась, что муж наконец ушёл со службы, да и сколько можно подвергать свою жизнь опасности? Хватит, отслужил своё, пора и на покой. Шура тоже поддержала решение сына уйти на пенсию.

Времена всё ещё были неспокойные, каждый день гибли люди, опасность поджидала в каждом закоулке. А власть предержащие были заняты тем, что разъезжали по заграницам и всё время за что-то извинялись.

У руля стоял запойный политик, который хоть и не умел так же красиво изъяснятся, как его предшественник, зато был свой в доску, что называется от сохи, рубаха-парень, закладывающий за воротник, как простой работяга.

В своё время он тоже состоял в компартии и подвизался во властных структурах, но это не помешало ему впоследствии хулить всё советское и порицать социалистический строй.

Страна была наводнена иностранцами, приехавшими обучать нас, как правильно ковыряться в носу. Найти работу было достаточно непросто, особенно таким непримиримым, как Илья Усов.

Промаявшись какое-то время без дела, он решил заняться частным извозом и пошёл таксовать, благо к тому времени обзавёлся собственным автомобилем. А ещё через пару месяцев устроился в охранное агентство.

Глава 55 Навязчивое внимание...

Сфера услуг охранного агентства, куда устроился Илья, была довольно обширной и включала в себя не только военизированную охрану недвижимых объектов, но и людей. Контингент работников состоял из ребят от 30 до 37 лет, Усов был прилично старше и намного опытнее.

В отцы он им конечно не годился, но старшим братом мог называться по праву. Ребята несли службу в разных местах, были очень дружелюбны и относились друг к другу, как настоящие товарищи. Не было ни намёка на желание подставить, чтобы выслужиться перед начальством.

К сожалению, на государственной службе такое случалось, особенно с тех пор, как к ним в отдел попал капитан Митрофанов. По рассказам Егора, с уходом губошлёпа Генки все наконец глубоко вздохнули.

Понятное дело, без работы этот лизоблюд не остался, пристроили на другое тёплое местечко, где он продолжил пакостить, уж такова была его натура. Не дай Бог такому дорваться до власти, тогда точно пиши пропало.

К сожалению, выражение: "Я начальник - ты дурак, ты начальник - я дурак", актуально во все времена. В угоду своим амбициям, такие вот самодуры ломают отлаженный механизм работы и портят комфортный микроклимат в коллективе.

Для Ильи Усова это было пройденным этапом, теперь он наслаждался относительной свободой и стабильностью. Счастливым считается тот, кто с удовольствием ходит на работу и с радостью возвращается домой, где его любят и ждут.

Илья дорожил своей семьёй и знал, что близкие окажут ему поддержку во всех начинаниях. Оставаясь наедине со Стешей он частенько вспоминал тот давнишний случай, когда она решила женить его на себе, выбрав для этого не совсем обычный способ.

Понятное дело, тогда парню было не до смеха, но по прошествии времени, было очень весело смотреть на безмерно смущающуюся жену, которой было очень стыдно вспоминать о случившемся.

Она уходила от разговора, старательно увиливая от прямого ответа на его вопросы, но однажды всё же раскололась. Это стало лишним поводом для того, чтобы Илюха всякий раз просил её снова рассказать, как было на самом деле.

- Стешенька, мне одно непонятно, как же ты умудрилась штаны с меня стянуть? Для этого ведь ворочать меня пришлось, а я уже тогда был здоровым, как бык.

- Как, как, молча, ты сам с готовностью приподнялся, между прочим.

- Что? Неужто правда?

- Правда, конечно.

- А раньше чего молчала?

- Раньше стеснялась.

- Стеснительная ты моя. А что было дальше?

- Дальше, ты схватил меня за руку, пробормотал, что любишь и женишься на мне, а потом повернулся на бок и захрапел.

- Да ладно, прямо так и сказал?

- Ну а смысл мне теперь врать? Так и сказал, слово в слово.

- Знаешь почему?

- И почему же?

- Потому что я всегда знал, чем всё закончится.

- Ой, не ври, ты бегал от меня постоянно, шарахался, как от чёрта.

- Так ты и была чёртом в юбке, всё время выводила меня на эмоции, неужто забыла?

- Да помню, я помню, как такое забудешь? Просто любила тебя очень, вот сколько себя помню, столько и любила.

- А почему в прошедшем времени? Сейчас разве не любишь?

- Сейчас ещё больше люблю, потому что чувствую взаимность.

- Верно чувствуешь, я тебя не просто люблю, я вообще не мыслю существования без тебя и наших детей. Вот думаю, может нам ещё одного замастырить, как думаешь, жена?

- Ой, да ну тебя, на нас и без того уже соседи косо смотрят, - шутливо отмахивалась Степанида.

- Пусть косятся, коли завидки берут, главное, чтобы руками не трогали, - резонно заметил Илья.

А соседи и впрямь судачили напропалую, это Стеше всё время было некогда, с утра на работу бежит, а вечером домой торопится. Семья большая, надо всё успеть, только успевай поворачиваться, благо, две подросшие дочки помогают.

Она родила своему любимому мужу четверых и это был далеко не предел, потому что Илья мечтал продолжить традицию, чтобы было всё, как у родителей. Неудивительно, Шура и Михаил были примером для своих детей.

Другое дело, что все, кроме Ильи и Стеши, имели по два ребёнка. Времена стояли непростые, хотя, в нашей стране обычным людям всегда жилось нелегко, но даже в самые голодные годы рожали и ничего не боялись.

Кто бы мог подумать, что из Стеши получится образцовая жена и хозяйка? Казалось, только сам Илья, да Усовы старшие ни в чём не сомневались. Шура всегда знала, что дочь Раисы намного лучше, чем хочет казаться.

Все вокруг просто диву давались, насколько может измениться человек, под влиянием настоящих чувств. Семейная идиллия продолжалось ровно до тех пор, пока Илья вдруг не ушёл из охранного агентства в свободное плавание.

Он и не подозревал, что на старости лет снова столкнётся с проявлением навязчивости от юной девушки. Богатый бизнесмен Витольд Лесневский предложил Илье стать телохранителем для своей дочери Ариши и по совместительству её личным водителем.

Богачу импонировало, что бывший мент вынужден ему прислуживать, проводя возле охраняемого объекта 24 часа в сутки. Он навёл справки и точно знал, за что того попёрли со службы, хоть и прикрыли благостным словом пенсия.

Наряду с легальным автомобильным бизнесом, Лесневский занимался торговлей оружием и наркотиками, но поймать его на этом никому не удавалось. Нелицеприятная информация тщательно им оберегалась.

Витольд считался честным бизнесменом и настолько уверовал в свою безнаказанность, что не побоялся притащить в дом бывшего легавого. Впоследствии на том и погорел, хоть и вёл себя предельно осторожно.

Стеша вначале обрадовалась, муж стал приносить зарплату в несколько раз больше, но через какое-то время взбунтовалась. Да и кому понравится видеться с любимым человеком всего два-три раза в месяц?

Между любящими супругами начались размолвки, переросшие в большие трения. Шура ничего об этом не знала, пока Раиса в один из приездов не просветила. Якобы, Илья загулял, мол, она своими глазами видела зятя в компании молодой барышни, которая в открытую вешалась на него.

- На дочери моей лица нет, похудела, глаза ввалились, краше в гроб кладут. Не знаю, говорит, что делать, мама. Посоветуй, разводиться с ним, или как?

- Не придумывай, пожалуйста, Рая. Быть этого не может, мой Илюша не такой.

- Вот тебе крест, Шурочка. В тот день я упросила своего Юру отвезти меня в город. По дороге заехали с ним в новый торговый центр, чтобы внукам колготы прикупить, вот там и увидела их.

- Что, они тоже колготы покупали?

- Да нет же, они были в соседнем бутике. Я смотрю, Илюха наш стоит, обрадовалась, хотела подойти, поздороваться, а тут эта фря бессовестная из примерочной вышла, крутится перед ним, смеётся. А потом чмок в щёку и назад полетела, новые шмотки мерить.

- А ты что?

- А что я? Повернулась и ушла.

- Вот и зря, надо было подойти и расспросить, что происходит.

- Не могла же я скандал устроить прямо на людях?

- Юра твой тоже это видел?

- Нет, он как раз отошёл.

- И ты, не разобравшись до конца, рассказала обо всём Степаниде?

- Рассказала, конечно, нешто, ты бы промолчала?

- Нет, я бы точно не промолчала. Но всё же вначале надо было во всём разобраться. Ну, попадись он мне только на глаза, уж я ему задам.

Воинственный настрой угас, когда наконец выяснилось, что Илья был на сложном, ответственном задании. Показательное увольнение из органов было ничем иным, как заранее спланированной акцией.

Так было нужно для отвода глаз, скандал с Митрофановым был настоящим и сослужил им хорошую службу. Остальное дело техники, Лесневский увидел Усова в качестве охранника на своём объекте и сразу же его узнал. Вот тогда и заглотил наживку, решив облагодетельствовать мента.

Ну а потом его дочь влюбилась в Илью и стала в открытую вешаться на него в присутствии посторонних, считая своей собственностью. Она всё время пыталась его соблазнить и жутко бесилась, не понимая причину отказа.

Устраивала скандалы отцу, требуя, чтобы тот заставил охранника жениться на ней, даже не спросив, чего хочет сам Илья. Много раз он порывался плюнуть и уйти, особенно, когда начался разлад с женой, но слишком многое было поставлено на кон.

- Поцелуй меня, Илья. Я приказываю.

- Да как ты не поймёшь, глупая? Я же в отцы тебе гожусь.

- Ну и что с того? Я всегда любила мужчин постарше. Ну, посмотри на меня, любимый, неужели не нравлюсь?

- Прикройся сейчас же, пока кто-нибудь сюда не вошёл.

- Пусть войдут, мне скрывать нечего.

- Где твоя гордость, Арина?

- Была, да вся вышла. Я люблю тебя, слышишь? Женись на мне, не пожалеешь.

- Я уже женат и люблю свою жену.

- Ну и катись к ней, подонок.

- Хорошо, сегодня же попрошу твоего отца найти мне замену.

- Попробуешь уйти, я сделаю что-нибудь с собой, он тогда с тебя с живого шкуру спустит.

- Выпороть бы тебя, чтобы поумнела.

- А и выпори, сейчас принесу ремень отца, с широкой пряжкой. Любишь пожёстче? Я согласна.

Все эти разговоры выводили взрослого мужчину из себя. Он возненавидел взбалмошную девчонку, понимая, что она действует сознательно. Однако, именно влюблённость Ариши спасла его от неминуемой гибели.

Хозяин с какого-то перепугу решил, что они и в самом деле в скором времени породнятся, поэтому расслабился и перестал осторожничать. А когда понял, что свадьбы не будет, решил убить Усова, посчитав, что тот слишком много знает.

Подручные Лесневского вырубили Илью ударом по голове, сковали наручниками по рукам и ногам и заперли в багажнике машины, собираясь увезти его в лес и там расправиться.

Однако, дочь хозяина не дала этого сделать, она угнала машину у них из под носа. Отъехав подальше, освободила Илью и отстегнула наручники. После того, как избитый мужчина с трудом вылез из багажника, она подошла к нему и впилась в губы долгим поцелуем.

Потом, ни слова ни говоря, девушка села обратно в машину и умчалась. Когда в дом Лесневского ворвались оперативники, он сидел на полу и плакал, обнимая окровавленный труп дочери, которую убил выстрелом в упор за предательство.

Стараниями Ильи, была изъята крупная партия оружия и наркотиков и отслежена вся преступная цепочка, вплоть до самого верха. Он наконец смог реабилитироваться перед женой и снова вернулся на службу.

Усов сожалел о случившейся трагедии, чисто по-человечески ему было жаль погибшую, но он не мог дать того, что ей было нужно, потому что и в самом деле обожал жену и дорожил своей семьёй.

Глава 56 - Где ты настоящая?

После того, как Илья чуть не погиб, выполняя особое задание, Стеша дала себе зарок, что больше никогда в жизни не подвергнет сомнению его любовь. Подумать только, а ведь их семья могла развалиться на пустом месте. Немалую роль во всём этом сыграла мать, принесшая дурные вести.

После смерти Ивана некому было осаживать Раю, муж единственный, кто мог на раз, два, охладить её пыл. Особенно в тот год, когда чуть было не ушёл от неё, всерьёз собираясь развестись. Он и до этого пытался повлиять на поведение жены и частенько заявлял:

- Мне иногда кажется, что в тебя вселился кто-то другой, настолько мы стали друг другу чужими.

- Не болтай глупости, Ванечка. Какой другой, почему вдруг чужими?

- Потому что ты перестала быть той Раисой, которую я полюбил когда-то. Ты была цельной натурой, сильной, смелой, а потом резко изменилась, стала завистливой, злой, беспощадной к чужим слабостям.

- Это не так, любимый. Посмотри на меня, я всё та же Рая, которую ты полюбил. Просто я немного запуталась, но обязательно исправлюсь, ты только не бросай меня, очень тебя прошу.

На какое-то время женщину хватало, она становилась шёлковой и смирной, но потом всё снова возвращалось на круги своя. Всегда находилось что-нибудь такое, что вызывало её глухое раздражение.

Особенно это было заметно на примере родного брата, когда тот освободился из лагерей. Его неожиданное возвращение стало основной причиной, вызвавшей смерть матери. Хотя, Раиса знала, что Захар попал под амнистию, но не рассказала, закружившись в водовороте событий.

Потом она конечно сто раз пожалела, что не подготовила мать к приезду сына, но было слишком поздно. Сердце Авдотьи не выдержало радостных эмоций и она померла. Видимо это и стало причиной изменения характера Раисы.

Она злилась на Захара и одновременно жалела его. Обижалась на Шуру, что та живёт припеваючи с другим, в то время, как брат мается по белу свету, словно неприкаянный, в поисках прощения.

Но как только он женился на Василисе, стала раздражаться теперь уже на новую золовку и превозносить до небес его прежнюю жену. Сравнивала обеих женщин, даже то, как они поют и пыталась донести свою правду.

Позже случился тот некрасивый поступок Степаниды и Иван окончательно вышел из себя, всерьёз вознамерившись уйти. Потом состоялось их бурное примирение и рождение долгожданного сына Юрочки. После полёта в космос Гагарина, это имя стало самым популярным во всём Союзе.

На радостях Раечка снова стала прежней, той, что смогла влюбить в себя своего Ванечку. Долгое время она пыталась быть хорошей, но смерть мужа выбила её из колеи и постепенно вернулась злыдня Райка, завидовавшая всем, кто хоть в чём-то её превосходил.

Василиса давно умерла и она переключилась на Шуру, которая жила при муже и как сыр в масле каталась. После смерти Михаила их положение с бывшей золовкой уравнялось, исчезли все причины для зависти и злости.

После чего Раиса взялась за Степаниду, накручивая ей хвоста по поводу и без. Сама она считала, что не делает ничего плохого, предупреждён, значит вооружён. Любовь любовью, а бдительность прежде всего.

Ничего, профилактика ещё никому не повредила, зато Илья будет больше дорожить семьёй, и, прежде чем изменить жене, сто раз подумает. Каково же было удивление матери, когда в следующий её приезд, Стеша на корню пресекла все разговоры вокруг своей семейной жизни.

- Значит снова вернулся на службу, твой муженёк?

- Да, вернулся, он был на спецзадании, поэтому пришлось охранять ту девицу, а мы ведь из-за неё чуть не расстались. Бедный Илья, я ему весь мозг вынесла своими подозрениями.

- Ох, доченька, что-то мне подсказывает, что Илюша наш всё-таки не удержался и попробовал молодого тела.

- Не пори чушь.

- Вот ты мне не веришь, а я ведь видела её, такая миленькая, тоненькая, хорошенькая, из тех, что обычно мужикам нравятся.

- Мам, заканчивай, даже слышать ничего не хочу.

- А что делать, дочь? Ты у меня конечно красавица, но видно потянуло твоего на свежатинку.

- Хватит наговаривать на моего мужа, достала уже. Ещё раз услышу что-то подобное, на порог больше не пущу, мне моя семья дороже.

- Вот значит как ты заговорила? Он твоя семья, а я нет?

- Ты моя мать и я очень тебя люблю, но разрушать наш брак я не позволю.

- Так ведь и я хочу, чтобы всё у вас было хорошо, а для этого ты должна...

- Никому и ничего я не должна, поэтому уймись уже наконец. Ты и в Юркину семью лезешь, а теперь решила за нас с Ильёй взяться? Так вот, ничего у тебя не выйдет.

- Да ты что это такое говоришь? Когда это я в семью сына лезла или в твою? И как язык только повернулся клеветать на мать?

- Ой, знаю я тебя, как облупленную. Юркиной жене памятник нужно при жизни ставить, за то, что терпит такую свекруху, как ты.

- Ну, спасибо, дочь. Я и не знала, что ты обо мне такого мнения.

- Всегда пожалуйста. Хоть раз послушай правду о себе, может научишься наконец держать рот на замке и не лезть, куда тебя не просят? Ты и тёте Шуре всю жизнь козни строила, думаешь, я не помню?

- Неправда, у меня с Александрой всегда были хорошие отношения.

- Лишь благодаря её доброте и терпению, другая бы тебя давно прогнала из своего дома взашей за всё, что ты делала.

- Что это у тебя сегодня, день ненависти к родной матери?

- Не говори ерунды, просто надоело ждать от тебя подвоха во всём.

- Вся в отца, такая же упрямая, тот тоже, как вобьёт себе что-нибудь в голову, не успокоится, пока своего не добьётся.

- Очень хорошо, я рада, что пошла в отца. Я всё сказала, если не хочешь, чтобы мы с Ильёй жили мирно, больше к нам не приезжай.

- Я же добра тебе желаю, как ты не поймёшь, глупая?

- Спасибо, не надо нам такого добра, мы уж как-нибудь обойдёмся.

Раиса тогда крепко задумалась, всё-таки дочь родная, не чужой человек. В последнее время она часто вспоминала слова своей матери, что слухи и сплетни разрушают людей и делают их несчастными, после этого ей самой становилось совестно. В кого же она превратилась с годами?

Где та Райка, которая в жизни бы не опустилась до сплетен и пересудов? Ведь было же время, когда она была выше всего этого? Неужто жизнь в деревне, среди досужих кумушек, сделала её похожей на них?

В тот день, поссорившись с дочерью, Рая отправилась в гости к брату, в надежде на его поддержку, но не тут-то было. Услышав откровения сестры, Захар прямо сказал, что она во всём виновата сама.

- Если не прекратишь так себя вести, от тебя все отвернутся, и дочь, и сын.

- И это после всего, что я для них сделала?

- А что ты такого сделала?

- Как что? Юркиных детей из говна вытряхнула, или скажешь, не считается?

- Так ты же бабка, кто, кроме тебя, им поможет?

- То-то и оно, так что, не за что им от меня отворачиваться. Подумаешь, невестку поругаю иногда, для острастки.

- Ничего-то ты не понимаешь, сестра. Где ты настоящая, Рая? Ты ведь не была такой, когда мы росли? Что с тобой стало?

- Вот только не читай мне нотаций, Захарушка. Сам ведь тоже далеко не святой.

- Это ты верно заметила, никогда я не был праведником и много ошибок в жизни совершил. Мне до сих пор стыдно перед матерью, она столько горя в жизни испытала, но сумела остаться человеком и ведь старалась привить нам хорошее воспитание, но отцова дурная кровь всё вытеснила.

- Во всём ты прав, братец. Бедная наша мамочка, если бы она была жива, то отчихвостила бы меня сейчас, как следует.

- Ты просто постарайся не мешать своим детям, не лезь в их жизнь, сами разберутся во всём.

Великовозрастные брат и сестра, давно разменявшие восьмой десяток, долго разговаривали, вспоминая своё общее прошлое, в котором на самом деле было много хорошего, а не только плохое. Это был 1993, год очередных катаклизмов для нашей многострадальной страны.

Глава 57 Ложь проникла в семью...

В мае 1993 Александре исполнилось 73 года, близилась вторая годовщина её вдовства. Женщина стойко переносила горе, достойно проживая свои дни. Не жаловалась никому на болезни, тихо сновала по дому, управляясь с насущными делами, обязательно молилась на ночь перед образами.

Так повелось ещё с войны, тогда только вера помогала выжить. Поминки по любимому мужу она справляла два раза в год. В День Рождения Михаила и в День его смерти, в доме собирались родные и близкие.

За день до этого Шура обязательно просила кого-нибудь из детей отвезти её на кладбище. Ритуал был неизменен, вначале уборка могилки, потом она садилась на скамеечку, прямо напротив памятника и разговаривала с фотографией мужа, обстоятельно пересказывая все новости.

- Ты не беспокойся обо мне, родной мой. Дети и внуки меня не забывают, навещают, заботятся. У Марьи и Александра дома и на работе всё хорошо, у Павлуши с Ксенией тоже в порядке. Егорушка наш на повышение пошёл, большим начальником стал, Леночка его работает всё там же, в ДК. Илюша тоже не отстаёт от брата, недавно его в звании повысили и в должности, а ещё, представляешь, у них со Стешей скоро пятый малышок народится. Сноха их старшая тоже беременна, так что родит вместе со свекровью. Одна из фоторабот нашей Дарьи первое место заняла на международной выставке, денежную премию получила, Аркаша ходит гордый за любимую жену. У Ниночки тоже потихоньку, с мужем вот только разладилось, не знаю, что и думать. Тебя нам всем очень не хватает, уж ты бы вставил младшему зятю пару пистонов. А в остальном всё по-старому в нашей семье. Спасибо, Мишенька, что навещаешь меня во сне, как и обещал, иначе, не знаю, как бы я жила. В стране неладное что-то творится, всё не нажрутся, власть никак не поделят. В Москве волнения происходят, всех лихорадит, не дают покоя народу нашему, неизвестно, чего ждать. Дай Бог, чтобы всё нормализовалось, а то сильно за детей душа болит. Ладно, пойду я, Мишенька. Дел невпроворот, завтра поминать тебя будем. Прощевай, теперь до следующего раза.

Этот разговор Шуры с покойным мужем пришёлся на конец сентября 1993 года. Несогласие парламента с действиями президента вылилось не просто в очередной конфликт, а в попытку государственного переворота.

Власти пошли на беспрецедентный шаг и стянули к Белому дому танки и машины БТР, с целью вынудить забаррикадировавшихся изнутри депутатов покинуть здание. Противостояние привело к поджогу Парламента, боям на московских улицах и сотням жертв среди мирного населения.

По мнению многих экспертов на тот момент решалась не только судьба политического устройства страны, но и её целостности. Позже расстрел Белого дома назовут защитой демократии, а как обстояло на самом деле остаётся только гадать.

Это ещё одна неприглядная страница нашей истории, показавшая на наглядном примере, как легко можно посеять вражду между людьми и столкнуть их лбами. Для этого достаточно исказить некоторые факты и выдать их за правду.

Всё зависит под каким соусом подать информацию и у кого находятся в руках рычаги давления на общественное мнение, то бишь, радио и телевидение. Ещё Ленин называл захват телеграфа, телефона, почты и железнодорожных станций первыми условиями для успешного восстания.

Монархию удалось свергнуть в том числе благодаря этим факторам. В отличие от революции 1917 года, путч успехом не увенчался, восстание инакомыслящих было быстро подавлено, зачинщики подверглись аресту.

Трудно судить о том, хорошо это или плохо, однако, нельзя не заметить одну повторяющуюся тенденцию. С завидной регулярностью нашу страну с привлечением третьих сил пытаются ослабить и отбросить назад путём революций и войн.

От этого в первую очередь страдают простые люди, то есть, мы с вами. Времена и нравы изменились до неузнаваемости, в искусстве подмены понятий поднаторели не только политики, ложь стала проникать в семьи.

Нина, младшая дочь Усовых, всё чаще стала замечать в поведении мужа некоторые странности, начавшиеся с тех пор, как он ушёл из инженеров и занялся прибыльным бизнесом. Несмотря на первоначальные трудности, дела его довольно быстро пошли в гору.

Мужчина не в меру возгордился своими успехами и даже перестал участвовать в общих посиделках в гостеприимном доме тёщи. Но это ещё полбеды, Игорёк стал тайком погуливать от некогда любимой жены.

Причём, совсем не чувствовал своей вины, поскольку считал, что раз приносит в дом большие деньги, значит имеет право на невинные шалости. Нинка-то совсем обабилась, быт заел, все мысли о доме и детях.

Нет, она конечно и о муже заботилась, старательно наглаживала ему рубашки, кормила свеженьким, всё с пылу, с жару. Но слишком уж пресной стала их сексуальная жизнь, никакого разнообразия, рутина.

Оно и понятно, устаёт сильно в своей школе, ребятишки ушлые пошли, учится никто не хочет, а с учителей спрашивают за неуспеваемость. С работы приходит, в домашние дела окунается, к ночи падает от усталости, тут уж не до фейерверков в постели.

Муж предлагал бросить работу и сидеть дома, слова Богу, есть на что жить. Но нет, ни в какую не соглашалась, вот он и добирал на стороне. Как водится, жена обо всём узнала последней, да и то по чистой случайности.

Спалился Игорёк во время очередной командировки, когда заверив жену, что едет проверить работу одного из филиалов фирмы, отлучился из дому на целую неделю. На самом деле никуда он не уезжал.

Всё то время, что отсутствовал, мужчина провёл на съёмной квартире со своей пассией, понадеявшись на то, что жена об этом никогда не узнает. Такое всегда прокатывало, но в тот раз что-то пошло не так.

Близился День Рождения Игоря и Нина заехала с сестрой Дашей в поисках подарка на другой конец города, где из-за постоянной нехватки времени бывала редко. Хотелось чего-нибудь необычного для любимого мужа.

Наконец, она остановилась на стильных запонках и курительной трубке, которые с недавних пор стал коллекционировать драгоценный супруг. Совершив покупку, решили заглянуть с сестрой в небольшой уютный ресторанчик, .

Официант показал жестом на свободный столик и тут Нина остановилась как вкопанная прямо посреди зала. Проследив за её взглядом, Даша увидела целующуюся парочку, расположившуюся в самом дальнем углу.

В мужчине, тесно прижавшемся к грудастой блондинке, она узнала мужа сестры. Тот был настолько увлечён, что даже не заметил, что за ними наблюдают. Дарья потянула сестру за собой, но Нина вырвалась и подбежала к изменнику.

- Здравствуй, Игорёк.

- Нинуля? Ты что здесь делаешь?

- Да вот, мимо проходила, а тут ты, дай, думаю, поприветствую.

- А мы с коллегой...

- Вижу, что не один сидишь. Рада, что находишься в добром здравии, хоть и горишь на своей работе. Вот значит, как выглядит ваш филиал? Думаешь, не слишком молодо для тебя? Смотри, жилы не надорви, а то ведь всяко бывает, так и крякнуть недолго.

- Ты всё неправильно поняла.

- Правда? Откуда знаешь, как я поняла? Ну, давай, не отвлекайся, работа сама себя не выполнит.

- А ты куда?

- Я? Домой конечно, куда ты можешь не возвращаться.

- Но это и мой дом тоже.

- Ничего, разведёмся и поделим. Ладно, некогда мне с тобой разговоры разговаривать, прощай.

Оставив ошарашенного Игорька наедине с блондинкой, Нина гордо отвернулась и направилась к выходу, в глазах её блестели слёзы, но мужу она их не показала. В голове не укладывалось, как он мог так поступить?

Как бы потом ни клялся, ни божился новоявленный бизнесмен, развод с женой был неизбежен. Она простить не смогла, так же, как в своё время не простила и Шура. Игорю хватило наглости вернуться домой, поэтому на время развода и раздела имущества Нина переехала к матери.

Глава 58 Прощать или нет?

Говорят, хочешь узнать человека получше, начни с ним разводиться, вот тогда и откроются худшие его черты. Ещё вчера муж казался идеальным и Нина была уверена в нём на сто процентов, но уже сегодня была поражена тем, с какой циничностью он себя вёл, обвиняя её в том, что произошло.

Нет, поначалу Игорь признал свою вину, пытался убедить жену в своей любви, мямлил, что изменил случайно, что всё это было не всерьёз, бес попутал. Ну, с кем не бывает, в конце концов? Что же теперь, семью из-за этого рушить?

А потом, поняв, что такая тактика не приносит свои плоды и жена не собирается его прощать, перевернул всё с ног на голову. Чего только не пришлось выслушать от этого страдальца, который оказывается до такой степени натерпелся, что измена в его понимании стала вынужденной.

Для последнего разговора с женой Игорь не постыдился прийти в дом тёщи слегка подшофе, правда, Нина поймёт это не сразу, а немного позже, когда он откроет рот и станет поносить её почём зря.

Их 15-летняя дочь Настя переехала вместе с матерью, она должна была вот-вот вернуться с учёбы. Сын Андрей второй месяц, как ушёл в армию и пока был не в курсе предстоящего развода родителей.

Шура не стала препятствовать зятю и оставила наедине с дочерью, решив дать им пообщаться. Своих мозгов не приставишь, пусть сама думает, как жить, прощать блудного мужа или нет.

Одевшись, она вышла из дома и побрела в магазинчик, расположенный неподалёку, чтобы купить чего-нибудь к чаю. Пусть зять попробует убедить жену не разводиться, хоть и нет оправдания его измене.

Да как бы не так, Игорь с самого начала повёл себя отвратительно. Слушая его хамские высказывания, Нина задохнулась от гнева и возмущения, а потом вдруг учуяла запах спиртного.

- Да ты никак пьян? Всё с тобой ясно.

- Ну выпил немного и что? Думаешь, не отдаю отчёта своим словам?

- Фу, как же ты отвратителен и жалок.

- Ой, вот только не строй из себя интеллигенцию, мать твою так.

- Ууу, всё с тобой ясно, конструктивного разговора у нас с тобой не получится.

- Не преувеличивай, я выпил всего пару рюмок.

- Да тебе пробку достаточно понюхать, чтобы оскотиниться.

- Зато ты у нас правильная до тошноты. Потому и пошёл от тебя налево, чтобы ненароком не оскорбить своими низменными инстинктами. С другими я могу быть собой и вести себя просто, называя вещи своими именами. И они в отличии от тебя не морщатся, а ублажают меня так, как я велю.

- Так и иди к ним, кто тебя держит?

Нина смотрела на мужа во все глаза. Это насколько же нужно было быть наивной и слепой в своей любви? Слава Богу, хватило ума не пойти у него на поводу и не бросить любимую работу.

Хорошо бы она себя сейчас чувствовала, будучи в полной зависимости от мужа и не имея за душой стабильного заработка. А ведь поначалу была такая мысль, уж больно настойчиво тот уговаривал её осесть дома.

Твердил, что Нина не пожалеет ни о чём, мол, нет ничего лучше, чем посвятить себя семье и воспитанию собственных детей, а не чужих оболтусов, которые её ни во грош не ставят.

К тому же, останется уйма времени для себя, а это значит, она будет во всей красе встречать его с работы, отдохнувшая, полная сил. Между ними не останется никаких разногласий, это ли не счастье?

- Сама посуди, одни сплошные плюсы. Ты, всегда ухоженная, спокойная. С утра выспишься, потом приберёшься чуток, выйдешь прогуляться на улицу, вернёшься домой, приготовишь поесть. Большая часть дня в твоём полном распоряжении.

- Э, нет, я не согласна с таким раскладом.

- Это ещё почему?

- Да я с ума сойду, не видя людей.

- Ну почему сразу не видя людей? А как же прогулки? Можно ездить по магазинам, чем не разнообразие? Тем более, сумки на себе таскать не надо, для этого есть машина.

- И всё же, это плохая идея.

- Почему?

- Пойми, я не хочу сидеть на твоей шее, я тоже должна привносить свой вклад в семейный бюджет.

- Любимая, неужели ты думаешь, что я не прокормлю тебя и детей без этих жалких копеек?

- Ну, не такие уж и копейки, платят мне неплохо, учитывая классное руководство и количество часов, которые я веду.

- Вот именно, на тебя столько навесили этих самых часов, что скоро ты будешь приходить домой только для того, чтобы переночевать, а утром снова уйти на работу.

- Не преувеличивай, пожалуйста, милый.

- Нисколько не преувеличиваю, ты совсем нас забросила.

- Ты так говоришь, будто все домашние дела сами собой делаются. Я успеваю и сготовить, и постирать, и погладить.

- А меня кто будет гладить? Я уже забыл, как это делается.

- Послушай, по-моему, я тебе никогда не отказываю в ласке, секс у нас регулярный, скажешь, нет? Стоит тебе руку протянуть и я готова.

- Не смеши мои подковы, готова она. Спать с полусонной женщиной так себе удовольствие.

- Ну, извини, иногда я устаю.

- В том-то и дело, что ты всё время уставшая. Стоит тебе только голову на подушку положить, как моментально вырубаешься.

- Мог бы помогать мне немного по хозяйству, когда находишься дома.

- Вот ещё, не для этого я женился, чтобы женские обязанности исполнять. Моя задача обеспечивать и я с этим хорошо справляюсь.

- Скажи, к чему эта дискуссия?

- К тому, чтобы ты сидела дома.

- В общем так, хочешь ты того, или нет, а с работы я не уйду.

Всё это Игорь припомнил, когда стал нападать на жену с обвинениями в попытке сделать её виноватой. Он загибал пальцы, считая сколько раз в месяц они занимались любовью, причём, делали это наспех, а не с чувством, толком и расстановкой, как хотелось ему.

- Я половозрелый мужчина, у меня есть свои жизненные потребности, а секс - это та часть жизни, которую никто не отменял. И мне недостаточно двух раз в неделю, я хочу больше.

- Какие проблемы? Теперь ты можешь делать это хоть трижды в день.

- Правда? Означают ли твои слова, что ты не прочь вернуться домой и начать новую жизнь на моих условиях? Учти, потом не отвертишься, будешь исполнять всё в точности.

- Игорёк, неужели ты считаешь меня настолько глупой и наивной?

- Нет, просто я знаю, что ты трезво смотришь на жизнь.

- То есть, ты уверен, что я не только вернусь, но ещё и сделаю это на твоих условиях?

- Конечно уверен.

- Ты видно совсем уже сбрендил. Я не собираюсь этого делать и уж тем более не буду обсуждать никаких условий. Мне не нужен муж, который кидается на всё, что шевелится.

- Зато как они шевелятся, тебе бы точно не помешало поучиться этому искусству. А то вечно расплывёшься, как амёба

- Пошёл вон, идиот.

- Я сделаю вид, что ничего не слышал. Пойми, все мужики изменяют, ну нет среди нас верных. Так зачем менять шило на мыло? Думаешь кто-то другой будет сохранять тебе верность? Ты ещё попробуй найди хоть какого-нибудь, самого завалявшегося.

- Вон, я сказала.

- Сама подумай, кому ты будешь нужна, разведёнка с двумя детьми? Я-то завсегда себе бабу найду, любая будет рада согреть мою постель, а вот ты будешь ночами выть в голос и подушку грызть от тоски.

- Это уже не твоя печаль, на тебе свет клином не сошёлся, так что мы ещё посмотрим, кто будет ночами выть. Как бы тебе самому подушку обнимать не пришлось, вместо бабы. А я и мужика себе хорошего найду, не тебе чета, и замуж во второй раз выйду, так и знай.

- Вот значит, как ты заговорила? Ну-ну, а то может уже нашла мне замену?

- Ты по себе-то всех не равняй, мне от тебя сначала надо отделаться.

- Ну и дура же ты, Нинка, ох, и дура. На хорошие алименты можешь не рассчитывать, приползёшь ещё ко мне на коленях.

Тут стукнула дверь и вошла Шура с внучкой, обе прекрасно слышали последние слова. Хозяйка дома усмехнулась и молвила:

- Никогда ещё Усовы не ползали на коленях перед ничтожными людьми. А ну убирайся из этого дома, быстро.

Игорь хотел было ответить чего-нибудь эдакого, но быстро передумал, поскольку ему не хотелось нарываться на разборки с сыновьями старухи. Натолкнувшись на полный презрения взгляд собственной дочери, он предпочёл спешно ретироваться.

Как бы ни хорохорилась Нина, показывая, что ни о чём не переживает, выкинув с видимой лёгкостью из своей жизни мужа предателя, на душе всё равно кошки скребли. Шутка ли, столкнуться с изменой, через 19 лет совместного проживания?

Никогда она не думала, что в свои 38 останется одна. Хотя, сын совершеннолетний, дочь тоже уже самостоятельная, Правда ей ещё учиться предстоит и без материальной помощи от мужа придётся туго.

- Ничего, дочка. Пенсия у меня хорошая, накопления есть кой-какие. Неужто я внучке родной выучиться не помогу? - сказала проницательная Шура, правильно истолковав понурый взгляд Нины.

- Ох, мама. Что бы я без тебя делала, родная моя?

Глава 59 Гены пальцем не раздавишь...

Если и были какие-то сомнения у Нины в правильности своего поступка, то после последнего визита мужа-изменщика она ещё больше укрепилась в своём желании развестись. Вспоминая о том, что тот наговорил, находясь под парами алкоголя, её так и передёргивало от отвращения.

Неадекватное состояние ни в коем случае не оправдывало Игоря, не зря говорят, что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. Ишь чего удумал, решил поставить условия, да ещё, как всё преподнёс.

Мол, ублажай мужа на всю катушку, чтобы не смотрел на сторону, а если вдруг пойдёт налево, тут уж сама виновата, недостаточно крутилась под ним, огня давала мало, не сумела согреть любвеобильную натуру.

При одной только мысли об этом, тошнота подступала к горлу, как при посещении общественного туалета. Сколько же времени длится этот обман? Возвращаясь из своих так называемых командировок, блудный муж ложился с ней в одну постель.

Одному Богу известно, какую заразу он мог притащить в дом, общаясь с доступными женщинами. Вряд ли те ограничивали себя одной связью, а значит, могли наградить его целым букетом заболеваний. Хорошо, если предохранялся, а вдруг нет?

Надо срочно сходить к врачу и сдать все анализы, чтобы исключить развитие какой-нибудь серьёзной венерической болячки. Не дай Бог, вот стыдоба будет, она ведь с детьми работает.

Нет и ещё раз нет, развод - это единственный выход в такой ситуации. Конечно, на первых порах придётся туго, даже не в материальном плане, а скорее в моральном. Что и говорить, девятнадцать лет совместной жизни стараниями муженька гуляки выкинуты коту под хвост.

Ничего, справится, чего бы это ни стоило. Родные и близкие, и мать, в первую очередь, оказали неоценимую поддержку. Вместе с тем, никто не давал непрошенных советов, своё решение Нина принимала сама.

С ней не вели душещипательных бесед, не обсуждали поведение Игоря, а уж тем более в присутствии несовершеннолетней дочери. Он всё сделал сам, в тот день, когда не сдержался и пригрозил, что не будет помогать материально, Настя своими ушами это слышала.

Девочка не знала, что послужило настоящей причиной для развода родителей, но догадывалась. Видно отец знатно проштрафился, раз мать решилась на такой отчаянный шаг. Его поведение говорило само за себя. Вместо того, чтобы объясниться по-человечески, стал ругаться.

Вопросов с кем жить, с мамой или папой, не возникало. Настя любила обоих родителей, но мать есть мать. В доме бабы Шуры хватало места, она так и сказала, мол, живите, сколько хотите, можете насовсем оставаться.

Получив повестку в суд, Игорь снова пришёл в дом тёщи, на этот раз был трезв, как стекло и вёл себя смирно. Но Нина сказала, что не отступится и тогда он решил воздействовать через дочь. В один из дней подкараулил её за воротами школы, после уроков.

- Привет, доченька.

- Привет, папа. Ты что здесь делаешь?

- Тебя жду, поговорить вот хотел, без свидетелей. Или тебя уже успели настроить против меня?

- Никто меня не настраивал, мама сказала, что это ваши личные дела.

- Ясно, ну и на том спасибо.

- Так о чём ты хотел поговорить, па?

- Может вернёшься? Что вы там у бабки ютитесь вдвоём с матерью?

- Не переживай, нам совсем не тесно.

- Но дома у тебя своя комната.

- Бабушка нам с мамой целый пристрой выделила.

- Значит, мать выбираешь?

- Я выбираю вас двоих, но жить буду с мамой.

- Всё с тобой ясно, предательница.

- Вообще-то, я никого не предавала. Может тебе стоит взглянуть на себя?

- Вот видишь, а говоришь, никто не настраивает против.

- Я не понимаю, чего ты от меня хочешь? Что плохого в моём желании жить с мамой?

- Она не сможет обеспечить тебя всем, в отличие от меня.

- Па, скажи честно, тебе чего больше хочется, быть хорошим отцом или досадить маме?

- Что за глупости, Настя? Чему вас только в школе учат? Ты моя дочь и я обязан тебя содержать до совершеннолетия.

- Так содержи, кто мешает?

- Но у меня нет гарантий, что эти деньги пойдут на тебя. Вот если бы ты жила со мной, тогда другое дело.

- Ну да, тогда мама бы платила алименты, да?

- Ой, да какие там с неё алименты? Себя бы прокормила.

- Пап, можно я пойду? Меня мама с бабушкой ждут.

- Не отказывайся сразу, обещай хотя бы подумать. Если скажешь на суде, что остаёшься со мной, никуда твоя мать не денется.

- Нет, так я точно не скажу, даже не уговаривай.

- Почему? Неужели ты не хочешь, чтобы она ко мне вернулась?

- Пап, я не знаю точно, что между вами произошло, но прошу тебя, не вмешивай меня во всё это, разбирайтесь сами.

- Могла бы и помочь отцу. Ладно, надеюсь сын меня поймёт, когда приеду к нему в часть.

- Может не стоит ему говорить? Вдруг он сделает что-нибудь эдакое?

- Не сделает, Андрюха вырос настоящим мужиком. Он ведь даже не захотел, чтобы я его от армии отмазывал.

- Помню, ты тогда сильно орал на него.

- Орал, не спорю, а теперь горжусь им. Ничего, полтора года пролетят быстро, не заметишь, как.

- Даже меньше, два месяца службы уже пролетели.

- Это верно, дочь.

- Пап, и всё-таки, не рассказывай Андрею ничего.

- Ладно, я подумаю. Садись в машину, давай отвезу тебя к бабушке.

- Спасибо, пап.

Развод всё-таки состоялся. Судья два раза давала супругам по месяцу на раздумье, а на третий их развели. Чтобы не делить бизнес, Игорь оставил квартиру бывшей жене и дочери, на большее Нина претендовать не стала и даже подписала официальный отказ от алиментов.

Захочет помочь дочери, поможет и так, а на нет и суда нет. Вот только Шура на бывшего зятя особо не рассчитывала, поэтому каждый месяц откладывала внучке на учёбу из своей пенсии.

Игорь съехал в съёмное жильё, а через какое-то время купил себе трёшку в самом центре города. Первое время гулял на всю катушку, теперь уже ни от кого не скрываясь, но такой образ жизни быстро ему приелся.

Оказывается, от беспорядочных половых связей тоже устаёшь, тянет к семейному уюту. За бывшей женой всё это время следил беспрестанно, не появился ли у неё кто-то? Не дай Бог, приведёт какого-нибудь мужика.

Но Нина совсем не думала об этом, она просто наслаждалась свободой, работала, растила дочь, ждала сына из армии, впрочем, Игорь тоже ждал. Родители не могли знать, что через год, когда начнётся Первая чеченская война, сын останется на сверхсрочную, подпишет контракт и уйдёт воевать.

В крови Андрея превалировали гены Усовых. В своё время Игорь был единственным, кто не поехал в Афган. Конечно, если не считать, Нину с Дашей и Илью, забракованного врачебной комиссией. Но тот до последнего обивал пороги военкомата, в попытке завербоваться.

Глава 60 Он наконец увидел, что хотел...

О своём решении сын написал в письме. Он отказался от отпуска, потому что знал, родители буду отговаривать его от опрометчивого шага, отец даже в большей степени, чем мать. Андрей не позволил отмазать себя от армии и заявил, что никто не вправе решать за него, как поступить.

Скандал тогда вышел грандиозный, ему даже пришлось на время свинтить из дома, благо бабушка Шура всегда была рада внукам. Парень вырос в семье, где понятия о чести и совести, а так же о долге перед Родиной, не были пустым звуком.

Даже тётушка Марья побывала в Афгане, не говоря уже о мужчинах их семейства, к коим причисляли себя не только сыновья и внуки, но и зятья Шуры и Михаила. Все, кроме мужа младшей дочери, который был совсем из другого теста.

Игорь считал, что служить должен кто угодно, только не он и уж, тем более, не его сын. Тесное общение Андрея, с не в меру героическими родственниками со стороны жены, раздражало его до чрезвычайности.

Мужчина не признался бы самому себе и под пытками, что испытывает зависть к тому, что они имеют непререкаемый авторитет у его сына. Андрей с благоговейным трепетом смотрел на своих дядьёв.

Разве мог он подвести своих близких? Конечно нет, вот потому и принял единственно верное решение остаться на сверхсрочную и подписать контракт. Как ни странно, но Нина поняла порывы своего мальчика.

В своё время она сама не захотела, чтобы муж пошёл воевать и была рада, что тому дали бронь от производства. Хотя, в глубине души догадывалась об истинной причине его нежелания идти на войну.

Всё просто, на самом деле Игорьком руководил элементарный страх за свою жизнь. В принципе, вполне объяснимое явление, не все вырастают храбрецами, но при этом совсем необязательно принижать чужую удаль, как это делал муж Нины.

Он был одним из тех, кто по окончании той войны восклицал, мол, мы вас туда не посылали, и всячески глумился, радуясь, что подвиг афганцев оказался не нужен новому государству, руководство которого открещивалось от всего, что делали партийные функционеры.

Конечно, Игорь не позволял себе лишнего в присутствии жены и её родичей, но среди своих дружков-единомышленников ни в чём себя не сдерживал, всячески охаивая презренный совок.

После развала Союза стало модным хулить всё, что было с ним связано. На тот момент Игорь ещё не был бизнесменом и встречался с друзьями, где придётся, в гараже или на рыбалке. Однажды он взял с собой на речку и сына.

После нескольких рюмок начались очередные словесные баталии, на этот раз вокруг Второй Мировой. Многие уже тогда позволяли себе оспаривать результаты Великой Отечественной Войны. Договорились до того, что посчитали бессмысленной защиту Ленинграда.

- Да и вообще, ни к чему было оказывать сопротивление. Надо было с самого начала сдаться на милость победителя и тем самым изменить ход истории, - разглагольствовал один.

- Согласен, сейчас бы жили гораздо лучше, ездили бы на хороших немецких машинах, пили бы качественное пиво, вкусно бы ели и сладко спали, - поддержал другой.

- Я тоже так думаю. То, как живётся сейчас тем, кого освобождали советские воины, говорит само за себя. Даже ФРГ на фоне ГДР всегда смотрелось гораздо выигрышней.

Один из друзей Игоря излагал свои мысли очень громко и Андрей, которому едва исполнилось 16 лет, гневно сжимал кулаки, слушая крамольные для себя речи, а потом принялся спорить с пеной у рта:

- Да знаете кем бы вы сейчас были, если бы СССР сложил оружие, как другие страны?

- Ну и кем же?

- Рабами третьего Рейха, это в лучшем случае.

- Да ладно? А в худшем?

- А в худшем, вас бы просто на свете не было, потому что даже на роль рабов вы не годитесь. Что с вас взять, хилые дистрофики, только и можете, что животы свои почёсывать, мечтая о дармовом пиве. Такие, как вы, хуже предателей.

- Думай, что говоришь, недоносок.

- Что, правда глаза колет? От предателей хотя бы знаешь, чего ожидать, а от вас нет. Хамелеоны-притворщики, вот вы кто.

- Игорёк, слышал, что твой щенок говорит?

- Уйми своего гадёныша, не то я за себя не ручаюсь.

- Не трожь моего сына, иначе будешь иметь дело со мной, понял?

- Пусть попробует, я и сам могу ему вдарить, не обрадуется, - петушился подросток, сжимая кулаки.

Игорь не на шутку испугался, увидев полный ярости взгляд сына, ему стоило огромных усилий успокоить мальчишку. Он отвёл его в сторону и принялся увещевать, стараясь говорить веско и авторитетно.

- Тебе не следовало подслушивать. Купался бы себе, рыбачил, разве не видно, что они выпили?

- Я не собирался подслушивать, но этот гад орал так, что невозможно было не услышать. Значит, и ты такого же мнения о войне?

- Ты всё неверно понял, сынок. Но нужно смотреть правде в глаза, развал Союза показал, что нам нужно переосмыслить историю нашего народа, покаяться и жить дальше с лёгким сердцем, понимаешь?

- Нет, никогда мне этого не понять. Оставайся с ними, я поймаю попутку и сам уеду домой.

- Никуда я тебя одного не отпущу, вместе приехали, вместе и уедем.

Кому понравятся разногласия в собственной семье? Вот и приходилось отцу скрывать свои убеждения, в том числе от жены и детей. В целом у них было всё в порядке, если не считать тайные походы главы семьи налево.

Окончив школу, Андрей принял решение поработать до 18 лет, а потом пойти служить. Он считал, что институт никуда не денется, поступит, как только вернётся из армии. Но тут началась война и о возвращении не могло быть и речи.

Пришло время внуков защищать границы Родины. Следом за Андреем, контракт подписал 27-летний Николай, сын Егора, позже к ним присоединился Денис, старший сын Ильи и Стеши.

У Дарьи и Марьи было по две дочери. Погодки Павлуши не подходили по возрасту, им было 17 и 16 лет. Павел с Ксенией долгое время не могли обзавестись потомством и впервые стали родителями незадолго до афганской войны, на момент начала которой, старшему исполнилось два года, а младшему год.

Однако, их отец ни секунды не раздумывал и не сомневался, когда понадобилось исполнить свой гражданский и врачебный долг, впрочем, как и остальные члены семьи Усовых.

Узнав о решении сына, разъярённый Игорь пришёл с разборками к бывшей жене, но, к своему большому неудовольствию, дома никого не застал. Пришлось поджидать на лавочке, возле подъезда.

Дверные замки были давно поменяны, чтобы он не смел появляться в квартире в отсутствие хозяек. Мужчина уже собрался уходить, когда наконец увидел, что хотел. Нина возвращалась с работы в сопровождении ухажёра. Через год, после развода, у неё появился провожатый.

Женщина шла с букетом цветов и сияла от счастья. Это больно резануло по самолюбию Игоря. Ах, вот оно что? Ах, вот значит как? А он-то дурак квартиру ей подписал, куда она теперь любовников водит.

Глава 61 Где твоя скромность?

До сего дня Игорь питал надежду, что, рано или поздно, сможет вернуть Нину. Наверняка, она уже пожалела о своём решении развестись. Поживёт одна, поймёт, что никому не нужна и он её дожмёт. Возвращение сына из армии должно было стать толчком для их примирения, но не тут-то было.

Мало того, что Андрей в очередной раз проявил упрямство и всё сделал по-своему, так ещё выяснилось, что бывшая жёнушка вдруг завела себе хахаля. И когда успела? Вроде бы вот только коротала дни в компании дочери, а тут бац и ухажёр нарисовался.

Спутник Нины на вид был крепким и спортивным малым, поэтому Игорь не решился пойти на открытую конфронтацию. Ничего, позже он обязательно поговорит с этой стервой и всё выяснит, а точнее, поставит вопрос ребром. Наверняка, этот хмырь не просто так околачивается возле его бывшей.

Поди на квартирку позарился, задурил бабе голову, цветочки, ухаживания, все дела, а та и рада стараться. Ишь как сияет, тьфу ты, смотреть противно. Так и хочется спросить, где твоя скромность, родная? А ещё учительница, детей учит.

Нина была поглощена разговором, поэтому не сразу заметила бывшего мужа. Тот долго буравил их красноречивым взглядом, потом вскочил и пролетел мимо. Она удивлённо посмотрела ему вслед.

- Что-то не так, Ниночка?

- Да нет, всё нормально.

- А кто этот решительный товарищ, что ураганом пронёсся мимо, испепелив нас взглядом?

- Никакой он не товарищ, всего лишь бывший муж.

- Надеюсь, у тебя не будет проблем из-за меня?

- Какие могут быть проблемы, Максим? Я свободная женщина. И потом, мы же не делаем ничего предосудительного?

- Я бы и рад сделать что-нибудь из ряда вон, но вынужден сдерживать свои порывы.

- Извини, я уже говорила, что пока не готова к чему-то большему.

- Я помню и прекрасно всё понимаю.

- За это и ценю.

- Надеюсь, наша договорённость насчёт завтрашнего похода в цирк остаётся в силе?

- Конечно, разве я могу пропустить такое представление? Настя тоже вся в предвкушении.

- Это хорошо, тогда до завтра, Ниночка. Спасибо за прогулку.

- Тебе спасибо. Со своим бешеным ритмом жизни, я уже и забыла, как это здорово ходить пешком.

Под зорким взглядом соседки, высунувшейся из окна, мужчина поцеловал Нину в щёчку, попрощался и ушёл. К слову сказать, он жил неподалёку, причём в собственной квартире, поэтому в чужих квадратных метрах не нуждался.

С Максимом Нина познакомилась совершенно случайно, когда проколола колесо на дороге. Тот ещё издали приметил хрупкую женщину, вышедшую из припаркованной на обочине машины с включённым аварийным сигналом.

Ему ничего не оставалось, как предложить свою помощь. Сердечно поблагодарив, она заверила, что справится сама, после чего, деловито натянула рабочие перчатки, достала из багажника запаску, насос и домкрат с баллонным ключом, словно всю жизнь только этим и занималась.

Увиденное настолько потрясло бывалого мужика, что он завис, забыв куда ехал, и остался понаблюдать за всеми манипуляциями. Чтобы поменять колесо, Нине понадобилось минут 20, не больше, причём, всё было сделано по правилам, как, в своё время, учили старшие братья.

Закручивая последний болт, она вопросительно посмотрела на изумлённого Макса. Тот широко улыбнулся и развёл руками, как бы показывая своё удивление, после чего, наконец, изрёк:

- Как ловко вы справились с поставленной задачей, я восхищён.

- Было бы чем восхищаться.

- И кто же вас научил так лихо управляться с домкратом? Только не говорите, что муж, а то я умру от горя.

- Ну, что вы, не умирайте, пожалуйста, муж меня этому точно не учил.

- То есть, муж всё-таки есть?

- Не много ли вопросов из-за простой смены колеса?

- Извините, я не хотел вас обидеть.

- Да вы меня и не обидели. Я вообще не склонна обижаться, а тем более по пустякам.

- Это лишь добавляет вам очков.

- Правда? И в какой же игре?

- В игре под названием жизнь.

- Как интересно. С удовольствием бы послушала ещё, но, увы, не могу.

- Куда-то спешите?

- Да, мне пора, спасибо за неравнодушие и сопереживание, - серьёзно произнесла Нина, убирая в багажник инструменты.

- Подождите, я бы хотел познакомиться. Как вас зовут? - запоздало поинтересовался Максим, спохватившись в самый последний момент, но она уже села в машину и тронулась с места.

Однако, в этом мире нет ничего случайного, вторая встреча мужчины и женщины произошла через два дня. Нина вызвала в школу родителей пятиклассника, застуканного в туалете с сигаретой и уже на следующий день мальчик постучал к ней в кабинет.

- Нина Михайловна, папу с работы не отпустили, я дядю Максима привёл, можно?

- Ну, что ж, дядю, так дядю, пусть заходит.

Этим дядей оказался тот самый неравнодушный водитель, что не проехал мимо, а остановился и предложил свою помощь. Он конечно не ожидал увидеть перед собой понравившуюся женщину, мысли о которой не выходили у него из головы.

- Здравствуйте, Нина Михайловна. Меня зовут Максим Волевой, я по поводу этого оболтуса, - бодрым голосом произнёс мужчина, заходя в кабинет учительницы.

- Проходите, Максим Волевой.

- Ой, это вы? Как хорошо, что я вас нашёл, - обрадованно воскликнул он.

- Ну, предположим, не вы меня нашли, это я вас вызвала к себе.

- И я пришёл по первому зову, как чувствовал, что вы меня ждёте. Итак, что же натворил Леонид?

- Ничего особенного, он всего лишь курил в туалете.

- Замечательно.

- Что?

- То есть, ах, как нехорошо. Лёнька, ты чего это, другого места не нашёл?

- Максим, ээ...

- Владимирович, но лучше просто Макс.

Вот так они и познакомились. Позже выяснилось, что с Леонидом они даже не родственники, просто живут по соседству. Своих детей у Макса не было и он с удовольствием общался с шустрым пацаном.

- Ай-яй-яй, а ведь он представил вас своим дядей.

- Нет, он сказал, что привёл дядю Максима и нисколько не соврал.

- И всё же, мне нужно поговорить с его родителями.

- Лучше не надо, пьющие они у него, оттаскают за уши, пацан от этого ещё больше обозлится. Обещаю, я с ним обязательно поговорю.

- Ну, хорошо, поговорите, раз он к вам прислушивается.

С того дня Максим Волевой стал с завидной регулярностью появляться в школе, обычно приходил к концу рабочего дня. Однако, Нина старалась держать дистанцию, хотя, мужчина был ей глубоко симпатичен.

Всё решила третья встреча, которая произошла в доме матери, на Дне Рождения Егора. Когда-то они с Максимом вместе лежали в Питерском госпитале и всё это время не теряли друг друга из виду, общаясь на расстоянии.

Правда Макс был гораздо младше, но это не мешало им дружить. Долгое время Волевой жил и работал в Санкт-Петербурге и не собирался ничего менять, но не всё в этой жизни зависит от нас. Многое решают те или иные обстоятельства.

Несколько месяцев назад, Максим перевёлся работать в МВД Хабаровска, предварительно разменяв с бывшей женой питерскую квартиру. Своё новое жилище он самым случайным образом приобрёл неподалёку от дома Нины.

Это тоже говорило в пользу того, что рано или поздно, они бы обязательно встретились ещё раз, но всё случилось гораздо раньше. На Дне Рождения друга Максим весь вечер не отходил от его младшей сестры, приглашал танцевать и развлекал разговорами. С того дня стал в открытую ухаживать за Ниной, но к более близким отношениям их подтолкнул именно Игорёк.

Глава 62 Беременность портит фигуру...

Так уж повелось, что дети Шуры и Михаила справляли свои личные праздники в родительском доме. Вот и День Рождения Егора провели там же, а не в ресторане. От проницательного взора матери не укрылось, с каким интересом Макс смотрел на Нину, он не отходил от неё ни на шаг.

Да и та весь вечер порхала, словно бабочка, с удовольствием танцевала, улыбалась, шутила. Александра беспокоилась за судьбу своей младшей дочери, уверявшую всех, что больше не хочет выходить замуж.

- Ниночка, ты ещё совсем молодая, не следует ставить на себе крест.

- Мамуль, мне и одной неплохо. Как вспомню о своём браке с Игорем, так всю и передёргивает. Только и радости, что у меня от него дети, причём самые замечательные, за что ему большое спасибо.

- И всё же, не отказывайся от счастья, если встретишь достойного мужчину.

- Где они достойные? Такие с жёнами живут, берегут свои семьи, не ходят налево.

- Всяко в жизни бывает, Ниночка. Жизнь после измены не заканчивается, поверь мне на слово. Я ведь тоже была уверена, что больше никого не полюблю, пока не встретила твоего отца. Он сделал меня по-настоящему счастливой, мне с ним очень повезло.

- А папа говорил, что это ему с тобой повезло.

- Да, он всегда это подчёркивал. Хотя, я была самая обычная, да ещё и с тремя детьми на руках.

- Ну что ты мамочка, ты всегда была у нас красавицей и умницей.

- С таким мужем, каким был мой Мишенька, любая бы расцвела.

- Ой, как бы я хотела встретить человека, похожего на отца, да только нет другого такого.

- Обязательно встретишь, вот увидишь.

- Твои слова, да Богу в уши, мамуль.

Несмотря на очевидную симпатию к обаятельному Максиму, Нина совсем не планировала переходить грань дружеского общения. Уж слишком горьким было разочарование от предательства бывшего мужа.

В своё время тот долго добивался её благосклонности, красиво ухаживал и клялся в вечной любви. Вот только потом, куда что делось? Как оказалось, всё было ложью, от первого и до последнего слова. Разве можно предать, если по-настоящему любишь человека?

А Игорь смог и ещё как смог. Более того, делал это регулярно, как сам потом признался во хмелю, да ещё бахвалился, что тем самым сохранял их скучный брак. Мол, в том, чтобы сходить налево, нет ничего плохого, главное, чтобы вторая половина ни о чём не догадалась.

Ну, а когда всё открылось, стал отбрехиваться, обвинив во всём жену. Понятное дело, сама виновата, не сумела дать того огня, что требуется мужчине. Ну, изменил, и что с того? Смирись и живи дальше, тем более, что он не собирался ничего менять и неизменно возвращался домой.

Миллионы женщин терпят, прощают многочисленные измены, чтобы не остаться одной. Зачем рушить семью из-за такой мелочи? Но нет, Нина не захотела понять и простить, развелась со скандалом под сраку лет, разом перечеркнув годы совместной жизни.

Забыли современные бабы, как в прошлом тряслись их старшие товарки над своими мужиками, соглашались на всё, лишь бы был хозяин в доме и отец детям. Радовались даже мужьям-калекам, на руках готовы были их носить, настолько оголодали за годы войны без мужской ласки.

Сколько тогда осталось вдов по всей стране, ведь и не сосчитать? Мужички пользовались своей востребованностью, погуливали напропалую от законных супружниц, оставляя своё семя где ни попадя.

И женщины мирились с такой ситуацией, не устраивали истерик. Бывало во дворах, расположенных по соседству, бегали ребятишки, похожие один на другого и все от разных матерей, зато папаша мог быть один. Разве мало таких случаев?

Да что там далеко ходить, когда у бывшей тёщи Игоря первый муж, отец старших детей, притащил с войны походно-полевую жену и поселил её чуть ли не вместе с первой семьёй, прямо в соседнем доме?

Александра Александровна женщина гордая, терпеть не стала, показала свой норов, подала на развод и ушла с тремя детьми в никуда, не захотела мириться с существованием соперницы. И что интересно, совсем недолго оставалась одна, ведьма, не иначе.

Она быстро нашла себе второго мужа, не побоявшегося взять на себя ответственность за чужих детей. Вот в кого пошла Нинка, в мать свою вредную. Вся семья носится со строптивой старухой, как с писаной торбой.

Игорь откровенно недолюбливал родителей бывшей жены, уж слишком они были правильными. Никаких поблажек ни себе, ни людям и детей такими же воспитали. Одна Нинка чего стоит, честная, до мозга костей, никогда не обманывает и от других лжи не терпит, коммунистка хренова.

С такой не забалуешь, во всём любит порядок, секс два раза в неделю, по расписанию, как ещё не по звонку. Училка, одним словом, что с неё взять? С такой пресной, до одури и зубовного скрежета, бабой было откровенно скучно.

Смешно сказать, даже оставаясь наедине, они в последнее время только и делали, что обсуждали бытовые вопросы. Что приготовить на обед или на ужин, куда поехать в отпуск, на море или ограничиться дачей?

Ну, и само собой, про огородную рассаду, это святое, а то и вовсе про школьную успеваемость, причём, не только своих отпрысков, но и чужих. Вот как тут не загулять, а тем более, когда бабки лишние завелись?

Молодые девахи, падкие на деньги, сами липли к нему и такие кренделя выписывали в постели, знай только поворачивайся. Ну и кому от этого плохо? Радуйся, тебе же меньше головной боли.

Не надо придумывать причины для отказа от близости, ссылаться на усталость и откладывать на потом. Ни скандалов по этому поводу, ни ругани, одни сплошные плюсы.

Так рассуждал раздосадованный Игорёк, не понимая мотивов гордой Нины. Прошёл год, а она так и живёт одна, тогда как он сменил десяток любовниц, но это отнюдь не мешало ему лелеять мечту о примирении с бывшей женой.

В конце концов, она мать его детей, да и вообще, приличная женщина, верная и бескорыстная, что тоже немаловажно. В тот день Игорь пришёл поговорить не только насчёт решения сына остаться в армии, но и чтобы поставить вопрос о своём возвращении домой.

Увиденное у дома Нины ему очень не понравилось, однако, затевать склоку он не рискнул из чувства самосохранения, которое у него было весьма развито. Ничего, завтра же сходит к ней на работу и всё выскажет.

Не мешало бы тёщу на свою сторону переманить, убедить, что этот гад неспроста вертится вокруг её дочери, к гадалке не ходи, хочет оттяпать квартиру. Игорь и не подозревал, что Шура давно всё знает и даже успела расспросить сыновей о личности Максима Волевого.

Мужчина внешне интересный, возраст тоже вполне подходящий, молодой, всего 40 лет, и самое главное свободный. Был в браке 15 лет, полтора года назад развёлся, детей нет, с тех пор жил один. А потом и вовсе переехал из Питера на Дальний Восток.

Хотелось бы знать причины, побудившие его развестись и уехать так далеко. Не каждый способен по доброй воле поменять свою жизнь. Вдруг он ходок или пьяница, а может домашний тиран? Всякое бывает, на лбу не написано, чего от него ждать.

- Егорушка, что за человек этот Максим Волевой? Ты не подумай, я не из праздного любопытства интересуюсь.

- Да я уже понял, за Нину беспокоишься?

- Ну а за кого ещё? Не хотелось бы, чтобы снова обожглась наша красавица.

- Не волнуйся, мать. Макс здравый мужик, адекватный, серьёзный и справедливый. Он не способен на подлость.

- А с женой почему развёлся? Детишек не дождался или жена нашла другого?

- Нет, он сам подал на развод, она не хотела его отпускать.

- Неужто изменила?

- Нет, не изменила, по крайней мере он её не ловил. Просто узнал, что по молодости Рита сделала от него три аборта, но сказала только о первом разе, не захотела рожать без мужа. Он тогда пропал в Афгане, все думали, что погиб.

- А следующие два аборта почему сделала?

- Когда всё открылось, она сослалась на то, что просто не захотела портить фигуру, поскольку всегда была зациклена на своей внешности. Он ничего не знал, иначе, ни за что бы не допустил прерывание.

- О, Господи, твоя воля, да как так можно?

- Видимо, посчитала, что можно.

- Но неужели Максим смирился с тем, что никогда не станет отцом?

- Смирился, потому что считал себя не вправе бросить жену, она уверяла его в своём бесплодии, которая и в самом деле развилась. Он уговаривал усыновить ребёнка, но и в этом не получил поддержки. Мол, неизвестно, какие гены у брошенных детей.

- А как он вообще узнал об обмане?

- Близкая подруга жены просветила.

- Хорошая подружка, однако.

- Та осталась без мужа и стала к Максу клинья подбивать, мол, ты живёшь с обманщицей, а вот я бы могла тебе родить. Он конечно её послал, да и вообще, был уверен, что это враки, но когда всё подтвердилось, одним днём собрался и ушёл.

- Понятно, не смог простить обмана.

- И я прекрасно его понимаю.

- Значит, нам не стоит беспокоиться?

- Уверен, Максим точно не обидит Нину.

- Дай-то, Бог. Так хочется для неё счастья.

Этот разговор состоялся незадолго до того, как Игорь припёрся к Нине на работу. Для смелости он снова выпил, забыв, что это может всё испортить. Охранник его знал, поэтому не только пропустил, но и показал, куда идти.

Оказывается, бывшую жену повысили до завуча, отдельный кабинет выделили, уважаемым человеком стала. Ничего, сейчас он ей устроит, быстро опустит с небес на землю, чтобы знала своё место.

Глава 63 Мечты сбываются...

Заместителем директора школы по учебной части Нина стала совсем недавно. Вначале она была временно исполняющей обязанности, с которыми, надо сказать, справлялась отлично, а потом из управления образования пришло распоряжение о назначении на постоянной основе.

О своём разводе женщина старалась не распространяться, справедливо полагая, что коллегам не должно быть никакого дела до её личной жизни. Мужа Нины Михайловны знали в лицо, поэтому нет ничего удивительного в том, что его пропустили.

Охрана в школе появилась чуть больше года назад, когда с целью выкупа похитили сына местного предпринимателя, забрав его прямо с уроков. В итоге, мальчик остался целым и невредимым, но дело о его похищении получило общественный резонанс.

Обеспокоенные родители предприняли определённые шаги и настояли на том, чтобы администрация школы заключила договор с частным охранным агентством. Они даже были готовы доплачивать охранникам из своего кармана, лишь бы уберечь своих детей от бандитского произвола.

Но даже в вопросах детской безопасности всё решает человеческий фактор, иначе, чем ещё можно объяснить, что подвыпившего гражданина свободно пропустили в общеобразовательное учреждение?

Хотя, тот твёрдо стоял на ногах, был предельно вежлив и вёл себя достаточно корректно. В общем, ничто не выдавало в нём нарушителя общественного порядка, как позже запишут в протоколе задержания.

Откуда охраннику было знать, что, едва закроется дверь, муж завуча устроит грандиозный скандал? Меж тем, Игорь мог завестись от чего угодно, поскольку даже от одной рюмки становился агрессивным.

- Здравствуй, любимая. Гляжу, трудишься в поте лица? Ну, правильно, что ещё остаётся одинокой незамужней женщине, кроме работы? - произнёс он с ухмылкой, с порога приветствуя хозяйку кабинета, склонившуюся над рабочим столом.

- Ты? Зачем пришёл? - взгляд Нины выражал удивление, она явно не ожидала его увидеть.

- Что значит, зачем? Соскучился, потому и пришёл. Давно хотел, да всё некогда было, выжидал, когда сама осознаешь, что натворила из-за своего несносного характера.

- Понятно, снова пьян. Не часто ли ты стал прикладываться к бутылке?

- А что такое? Никак, за моё здоровье волнуешься? Значит, не так уж я тебе безразличен, как хочешь показать.

- Не обольщайся, я к тебе не испытываю ничего, кроме человеческой жалости.

- Ты себя лучше пожалей, от тоски совсем похудела, взгляд голодный.

- Не говори глупости, Игорь. Иди домой, проспись.

- Ладно тебе, не тушуйся. Хочешь, приласкаю, как следует?

- Спасибо, обойдусь.

- Что, нашла уже утешальщика?

- Не твоё дело, уходи, здесь не место для выяснения отношений, не позорь меня перед людьми.

- Да ты сама себя позоришь, скажешь, нет?

- Это чем же, интересно?

- Видел я, как вчера прижималась к какому-то мужику левому, цветочки нюхала, будто тебе в жизни никто букетов не дарил. Что, хахаль твой новый?

- Ну, раз сам всё видел, чего спрашиваешь?

- Думал, постесняешься, станешь опровергать. Совсем стыд потеряла? У тебя дочь подросток, а ты любовника в дом приводишь.

- С чего ты взял, что мы с ним дома встречаемся? У него для этого и своя квартира имеется.

- Ах ты сука, играть со мной вздумала? - прохрипел Игорь и подскочил к Нине.

Пелена застила разум, он забыл о том, что за неё есть кому заступиться. Замахнувшись со всей дури, выбросил кулак вперёд, женщина в ужасе отшатнулась. Бывший муж никогда не поднимал на неё руку, а тут словно ополоумел, глаза налились кровью, сознание напрочь отключилось.

После увиденного накануне он накрутил себя донельзя, нарисовав в своём воспалённом воображении даже то, чего не было. Удар не достиг своей цели, мгновение спустя Игорёк взвыл от адской боли, почувствовав во рту шатающийся зуб и солоноватый привкус.

Глаз заплыл, из носа хлыстала кровь, чьи-то сильные руки бесцеремонно скрутили его и шваркнули мордой об пол, заведя вывернутую конечность за спину и пристёгивая наручниками к другой.

Максим продолжал время от времени навещать Нину на работе. Он услышал разборки, ещё на подходе к её кабинету, поэтому не стал медлить и сразу вмешался, тем самым предотвратив возможную трагедию.

- С тобой всё в порядке, милая?

- Да, всё хорошо, - прошептала Нина, приходя в себя от страха.

- Надеюсь, этот утырок не причинил тебе боль?

- Нет, ты появился вовремя. Спасибо, Максим.

- Да не за что, рад помочь. Ты ещё долго будешь занята?

- Минут 40, не больше.

- Тогда заканчивай свои дела, я скоро вернусь.

- А ты куда?

- Сейчас, этого товарища транспортирую в обезьянник и сразу назад.

- Может не надо?

- Надо, очень надо, ему это пойдёт на пользу, пусть посидит и подумает над своим поведением, - твёрдо сказал Макс и добавил, обращаясь к поверженному:

- Ну что, поехали, друг ситный, прокатимся.

Картина того, как мужик, протянувший ему корочку на входе, ведёт разукрашенного бизнесмена, ввела охранника в ступор, он открыл рот от удивления, но не стал вмешиваться, дабы не получить нагоняй за своё попустительство.

- Сегодня же поставлю ваше руководство в известность о несоответствии вами занимаемой должности, - молвил служитель закона, проходя мимо, словно почувствовав его страх быть наказанным.

Закрыв нарушителя, Максим направился к Егору, чтобы поставить того в известность о прибытии особенного гостя. Нина никогда не жаловалась братьям на бывшего мужа, иначе те давно бы приняли меры.

- Ладно, вы тут с ним пока разбирайтесь, а мы с Ниной и Настей на цирковое представление поедем.

- Куда-куда?

- В цирк, на шоу воздушных акробатов.

- А клоунов там не будет?

- Клоуна я вам оставляю.

- Поезжайте, конечно, а этому шуту гороховому сейчас точно не поздоровится.

В участке с Игорем никто не церемонился, но он предпочёл помалкивать в тряпочку и не возмущаться, страшась встретиться с братьями бывшей жены и те не разочаровали его ожиданий, устроив перекрёстный допрос.

- Назовите себя.

- Что?

- Глухой что ли? Фамилия, имя, отчество.

- Илюх, хорош придуриваться, ты же меня хорошо знаешь.

- Впервые вижу, говори свои данные или закрою на 48 часов до выяснения личности, - зловеще ухмыльнулся Илья.

- Громов Игорь Дмитриевич.

- Так и запишем. С какой целью проникли на территорию школы, гражданин Громов?

- Хотел поговорить с женой.

- С бывшей женой, - уточнил Егор.

- Не придирайся к словам, ты понял, кого я имел в виду.

- Ты не охренел ли, убогий? У нас как раз висяк один есть, дело об изнасиловании школьницы, ты подходишь под описание. Хочешь проблемы, так мы тебе их устроим, не отмоешься.

- Я буду жаловаться. И вообще, слова больше не скажу без адвоката.

- Это сколько угодно, а пока подождёшь в общей камере с уголовниками. Илья, шепни там кому надо, в чём его подозревают, пусть порезвятся.

- Прошу, не делайте этого, ради детей моих.

- Про детей раньше надо было думать, когда их матери угрожал.

- Клянусь, больше никогда не подойду к Нине, ближе, чем на пятьсот метров.

- А чем клянёшься, хоть?

- Богом клянусь, только не сажайте к уголовникам.

- Ух ты, неужто в Бога уверовал?

- Могу чем угодно поклясться, даже своим здоровье.

- Ладно, поверим тебе на слово в последний раз, но в одиночной камере ты всё-таки посидишь, ровно 48 часов, понял? И только попробуй жалобу написать.

- Ничего не буду писать, вот те крест.

С того дня Нина и Максим стали официально жить вместе, а Игорь забыл дорогу к бывшей жене. Правда, он ещё какое-то время питал иллюзии, что она может вернуться, но потом сошёлся с другой женщиной.

Однако, счастья с ней так и не обрёл, та пилила его каждодневно, требуя денег, которых становилось всё меньше, потому что дела его бизнеса постепенно пошли под откос. Хорошо, хоть жильё успел приобрести.

Сын Андрей к расставанию родителей отнёсся спокойно. С Максом он познакомился через три месяца, когда прибыл в командировку, сопровождая раненых земляков. Ему дали две недели отпуска.

Нина ахнула увидев на пороге резко повзрослевшего сына, это был не тот юнец, который уходил в армию. Она была вне себя от счастья и радости. Члены семьи Усовых снова собрались в доме матери почти полным составом.

Макс и Нина объявили перед всеми, что ждут ребёнка и скоро поженятся. Рано или поздно мечты сбываются. Свадьба состоялась через неделю, за три дня до отъезда Андрея обратно. Первая Чеченская война с каждым днём набирала обороты.

Глава 64 Последнее прости...

В конце марта 1996 года дочери Максима и Нины исполнилось два месяца, малышке дали поистине символичное имя - Вера. Только надежда на лучшее, вера во спасение и любовь к ближнему помогали гражданам нашей страны держаться и не падать духом.

Андрей вернулся весной, а Денис и Николай прибыли к концу лета, все трое остались целыми и невредимыми. Парни считались заговорёнными и на это были свои причины. Шура дала каждому внуку по ладанке, так делали многие.

Чеченская война оставила свой след в душах вчерашних мальчишек. Их матери денно и нощно молились Богородице, заклиная заступиться за сынов своих перед Господом, чтобы те вернулись домой живыми и по возможности здоровыми.

Мир сузился до новостных каналов и щели в почтовом ящике, в котором в любой момент могло появиться письмо. А больше и неоткуда было ждать весточку. Мобильных телефонов не было, мессенджеров и электронных адресов тоже.

А ведь всё могло быть иначе, прояви руководство страны сознательность ещё в начале 90-х, сразу же после провала ГКЧП, и сделай хоть что-нибудь, чтобы предотвратить создание Чеченской республики Ичкерия.

Российское высшее командование ещё тогда предлагало решить силовым способом «чеченскую проблему», но на тот момент ввод войск на территорию Чечни был предотвращён усилиями Егора Гайдара, Руслана Хасбулатова и иже с ними.

27 октября 1991 года в республике, под контролем сепаратистов, прошли выборы президента и парламента. Президентом республики стал Джохар Дудаев. Эти выборы были признаны Российской Федерацией незаконными.

Победа сепаратистов в Грозном привела к распаду Чечено-Ингушской АССР. Республика Ингушетия осталась в составе Российской Федерации, а правительство Чечни отказалось подписывать федеративный договор с Российской Федерацией

Ичкерия стала фактически независимым, но юридически не признанным ни одной страной, государством, у которого имелась даже своя символика - флаг, герб и гимн, органы власти - президент, парламент, правительство и светские суды.

Предполагалось создание небольших Вооружённых сил, а также введение собственной государственной валюты — нахара. В конституции, принятой 12 марта 1992 года, Ичкерия охарактеризовывалась, как «независимое светское государство».

В действительности, эта государственная система оказалась крайне неэффективной и в период 1991-1994 годов Чеченская Республика Ичкерия стремительно криминализировалась, прикрываясь ширмой свободолюбия и демократии.

В страну толпами повалили либералы, известные политики, с громкими именами, во весь голос восхвалявшие по центральному и местному телевидению Джохара Дудаева. Гласность в стране была в самом разгаре, СМИ России наперебой облагораживали дудаевцев.

Их представляли бескорыстными борцами за светлое будущее чеченского народа, а те, кто был против, назывались «марионетками Москвы», боящимися потерять свои «кормушки». Люди в провинции привыкли верить всему, что скажут по телевизору.

На самом деле массовой поддержки народа у Дудаева не было, по крайней мере в самом начале. Наоборот, в стране произошло несколько открытых столкновений с оппозицией, вылившихся в гражданскую войну.

В республике даже был создан антидудаевский Временной совет. В первых числах июня 1993 года по приказу Дудаева в Грозном произошёл расстрел из самоходных орудий городского собрания, где хранились бюллетени для проведения референдума по ряду судьбоносных вопросов.

Например, о взаимоотношениях с Россией и о том какой люди хотят видеть свою республику. Зная, каким будет ответ народа, Джохар предпочёл расстрелять мэрию. Дурной пример заразителен.

Через пару месяцев Ельцин отдаст похожее распоряжение о расстреле Верховного совета. Меж тем, именно члены Верховного Совета приняли решение о финансовой блокаде республики.

Однако, по рассказам очевидцев, в аэропорту Чечни, один за другим приземлялись самолеты, битком набитые наличкой. Уже доказано, что финансирование шло из Москвы, по распоряжению свыше.

Кроме того, активно поставлялось оружие, со всеми сопроводительными документами. В общем, всё шло к тому, чтобы развязать полномасштабную войну. Рано или поздно, там должно было серьёзно полыхнуть и очень скоро это случилось.

Все знают чем всё закончилось. Первая чеченская началась в конце 1994 года и длилась около двух лет. Боевикам мало было воевать на территории республики, они бесчинствовали по всей России.

Брали заложников, захватывали больницы и школы, минировали госучреждения, выдвигали ряд невыполнимых условий и открыто глумились над переговорщиками. Этот кошмар длился на протяжении нескольких лет.

В ночь на 22 апреля 1996 года у чеченского села Гехи-Чу был уничтожен президент Ичкерии Джохар Дудаев. Ракета, выпущенная с штурмовика СУ-25, была наведена по сигналу с его спутникового телефона.

Некоторым полевым командирам удалось избежать справедливого возмездия, но многие были уничтожены. Свою смерть в разные годы нашли Шамиль Басаев, Хаттаб, Салман Радуев, Аслан Масхадов и другие.

Это не отменяет тех кругов ада и кровавого ужаса, через которые пришлось пройти нашим солдатам. Первая чеченская закончилась позорным выводом войск в августе 1996, Ельцину на тот момент было важнее быть переизбранным на пост президента.

В 1999 году наступила вторая фаза. Официально вторая чеченская война закончилась в апреле 2009, но прежде чем в страну придёт окончательный мир, ещё долго будут слышны отголоски, вплоть до 2017.

Тому, кто наживался на крови ни в чём неповинных мальчишек, было выгодно, чтобы вся эта вакханалия продолжалась, как можно дольше. Чеченская война была самой грязной из всех возможных.

По свидетельствам очевидцев, во время удачной атаки на боевиков, когда можно было дожать и уничтожить, нашим ребятам отдавали приказ остановиться и сдать назад, давая возможность врагу перегруппироваться.

Ответит ли кто-нибудь за предательство собственного народа? Едва ли, но всё же хочется верить, что справедливое возмездие когда-нибудь настигнет каждого виновного и это время непременно придёт.

_______________________________________________________________________________________________________

К осени 1997 серьёзно занемог Захар, к 80 годам открылись все болячки разом, но он относился к этому спокойно. Считал, что всё закономерно, и так хорошо пожил, учитывая, через что ему пришлось пройти на фронте и в лагерях. Об одном мечтал, уйти быстро, как мать, чтобы не быть обузой.

Так и случилось, когда пришло время, пролежал всего два дня. Захар жил один, но старшие сыновья и дочь часто его навещали, так же, как и сестра Раиса. Та тоже была в годах, но всё ещё бегала на своих ногах.

Дети приложили немало усилий, чтобы вытащить отца из лап болезни, вот только всё было бесполезно, ему с каждым днём становилось хуже, но он не показывал вида, пока совсем не свалился. В больницу ехать наотрез отказался, просил лишь вызвать сына Алексея и привезти к нему Шуру.

Уже не мог встать с постели, а проститься хотелось. Последняя воля умирающего закон, как тут проигнорируешь? Александра Александровна редко выходила из дома без надобности, у самой здоровье оставляло желать лучшего.

О том, что Захара скоро не станет, она знала. Примерно за месяц до того, как тому слечь, ей приснился странный сон. Раскинув руки, голая Матрёна танцевала на пепелище и громко хохотала. Когда заметила Шуру, остановилась, зло сверкнув глазами.

- Чего вылупилась? Никак снова планам моим решила помешать? Ничего у тебя не выйдет, теперь он мой. Даже не пытайся нас разлучить, поселимся мы с ним в этом доме. А хочешь, присоединяйся, тут и тебе, и щенкам твоим места хватит, - насмешливо пропела и снова закружилась на горящих углях своей личной преисподней.

Незаметно появилась Василиса, встала рядом и долго смотрела на танцующую Мотрю. У Шуры похолодело сердце от страха, даже во сне она осознавала, что обе женщины покоятся на одном кладбище, правда по разные стороны. Она боялась не за себя, за воюющих внуков.

- Не пугайся, твоё время не пришло, ты проживёшь ещё долго, а вот Захарушке остались последние денёчки. Но можешь быть уверена, этой ведьме я его не отдам. Когда всё случится, читай заупокойную молитву в течении 40 дней, я знаю, ты можешь.

Александра ничего не успела ответить, проснулась в холодном поту в своей комнате, в полумраке которой сидел Михаил. Его она не боялась и ждала практически каждую ночь.

- Мишенька, ты пришёл за мной?

- Нет, Шурочка, всего лишь хотел тебя успокоить. Не бойся, нашим мальчикам ничего не угрожает.

- Ну, слава Богу.

- Испугалась, милая?

- Нет, с тобой мне ничего не страшно.

- Ты сходи к Захару, выполни его последнюю просьбу, когда позовёт.

- Значит, он правда скоро умрёт?

- Правда, любовь моя.

Шура окончательно проснулась, за окном серел рассвет. Она очень хорошо помнила события своего сна, поэтому ничуть не удивилась, когда, спустя несколько недель, дети передали ей просьбу бывшего мужа.

Поехала конечно, не могла по-другому. Алексей вылетел из Питера первым же рейсом, успел вовремя. Дом был полон народа, Захар уже успел попрощаться со всеми. Он тяжело дышал и говорил с большим трудом:

- Я ждал тебя, Шурочка. Спасибо, что не отказала.

- Ты чего это, Захар Петрович? Никак помирать надумал?

- Да пора уж.

- Ну, это ты зря, конечно.

- Отгулял я своё, на том свете мне прогулы давно ставят.

- Раз есть силы шутки шутить, значит не всё потеряно.

Захар смотрел во все глаза на седую женщину преклонных лет, но видел перед собой юную девушку, которую встретил однажды и полюбил. Много воды утекло с тех пор, былого не вернуть, да он и не пытался, просто хотел сказать ей своё последнее прости, да попросить спеть ту самую, про клён заледенелый.

- Что ты, не пою я давно, да и слова позабыла.

- Хоть пару строчек, мне тогда и помирать легче будет. Прошу тебя, - прошептал и прикрыл глаза.

Чуть помедлив, Шура несмело взяла первую ноту, ком стоял в горле, тихий с хрипотцой голос был изломлен, но потом куда что делось, появилась прежняя сила. Дети сидели на кухне, шептались, чтобы не мешать их разговору, а услышали песню и разом замолчали.

Клён ты мой опавший,

Клён заледенелый,

Что стоишь, нагнувшись,

Под метелью белой?

Или что увидел?

Или что услышал?

Словно за деревню

Погулять ты вышел

И, как пьяный сторож,

Выйдя на дорогу,

Утонул в сугробе,

Приморозил ногу.

Ах, и сам я нынче

Чтой-то стал нестойкий,

Не дойду до дома

С дружеской попойки.

Она пела, а Захар слушал с закрытыми глазами, сознание медленно угасало. Голос Шуры становился всё более отдалённым, а потом вдруг песня снова зазвучала громко, только теперь пела покойная Василиса, мать Алёшки:

Там вон встретил вербу,

Там сосну приметил,

Распевал им песни

Под метель о лете.

Сам себе казался

Я таким же кленом,

Только не опавшим,

А вовсю зеленым.

И, утратив скромность,

Одуревши в доску,

Как жену чужую,

Обнимал березку.

Стихла песня, Захар наконец уснул, убаюканный её звуками. А глубокой ночью он скончался, отмучился. Помогая Василисе противостоять Матрёне, Шура 40 дней читала заупокойную. Велика сила молитвы, ей ли этого не знать?

Глава 65 Жизнь, как она есть...

После возвращения мальчиков, Шура наконец вздохнула с облегчением, хотя, прекрасно знала, что таких переживаний за семью ещё будет много, больше, чем предостаточно. Войны на планете Земля не прекращаются, сколько уж довелось пережить тревог и волнений за родных и близких?

Многое пришлось повидать Александре на своём веку. Совсем сопливой девчонкой была, когда вышла замуж и родила. К началу второй мировой только-только исполнилось 21, двое малолетних детей на руках, да ещё и третьим беременна.

Сама с ними управлялась, воспитывала, растила, Захар все 4 года был на фронте. Она терпеливо ждала его, переживала трудности, впрочем, как и все, работала в совхозе до изнеможения, да и дома тоже дел хватало.

Дети, как галчата, всё время есть хотели, приходилось крутиться, как белка в колесе. А уж как в лес с ружьём ходила, стреляла птицу, да живность разную, той же белке с первого выстрела в глаз попадала, до сих пор вспоминать страшно.

Потом плакала над трупиком, жалея зверушку, пока не запретила самой себе переживать так сильно. Всё это ерунда, в сравнении с тем, что творилось, когда муж вернулся с войны и поселил под самым её носом зазнобу свою.

Как будто вырвали сердце из груди и бросили под ноги, топча и пиная, как футбольный мяч. Израненная душа Шуры обливалась кровью, натыкаясь взглядом на то и дело милующихся голубков, не стеснявшихся никого.

Разбитная Мотря так и норовила обнять Захара прямо при законной жене, оба чуть ли не из трусов выпрыгивали, демонстрируя свои игрища, как будто им доставляло удовольствие ранить её и причинять боль.

По ночам, чтобы не выть от тоски в голос, Александра до крови вгрызалась в подушку зубами, лишь бы никто не услышал. Она не понимала, как жить дальше, куда ехать и что делать. Казалось жизнь кончена, ан нет.

Некто всемогущий, там наверху, увидел страдания женщины, сжалился и вознаградил за терпение, возместив сторицей всё плохое, через что пришлось ей пройти. Он послал Шуре лучшего из лучших, самого достойного из всех возможных.

До встречи с Михаилом, она могла по пальцам пересчитать дни, когда была по-настоящему счастлива. Сиротское детство не в счёт, хоть ей и хотелось иметь родителей, но в детдоме все были на равных.

Там были конечно детки, ранее жившие в семьях, но потерявшие мать и отца, все по разным причинам. Вот такие тосковали больше всех и совсем не так, как остальные. Шуре не суждено было узнать об отце, сведений о нём не было никаких.

О матери было известно только то, что она была приезжей, в больницу поступила без сопроводительных документов и умерла родами. То есть, не отказалась, не бросила, просто так сложилось, на роду видно написано.

Имя и фамилию Шуре дали ещё в роддоме, перед тем, как определить в Дом малютки. Акушерка, принимавшая роды, была восхищена силой голоса и красотой девочки, поэтому предрекала ей великое будущее. Она привязалась к ней всей душой и часто проведывала, заступая на смену.

- Вы только посмотрите, как мелодично, я бы даже сказала, артистично она плачет, заслушаться можно. А красавица какая, глаз невозможно отвести, Шамаханская царица, да и только, - говорила она дежурной медсестре и санитарке.

- Имя ей дать надобно, уж третий день, как родилась, а всё девочкой кличем, не по людски это.

- Может Тамарой назовём, раз царица?

- Неплохо, звучит.

- А давайте мы у неё спросим. Как тебе, нравится? Тамара, Тома, Томочка, хорошая девочка.

- Смотрите, не хочет, орёт, протестует.

- Зато как благозвучно орёт. Быть ей королевой сцены, примой среди оперных див, поэтому нужно дать такое имя, чтобы красиво смотрелось на афишах и гремело на всю страну.

- Александра Александровна Шаховская, - вдруг пришло на ум акушерке.

- Ой, глядите-ка, сразу стихла, ну надо же.

- Ага, мне тоже кажется, что ей по вкусу пришлось.

- А почему именно это имя?

- Не знаю, вдруг пришло на ум. Был в прошлом веке такой русский драматург и театральный деятель Шаховской Александр Александрович.

- И откуда ты только всё знаешь, Марьюшка?

- Книжки люблю читать. Ну, раз малышке нравится, значит, так и назовём.

Саму акушерку звали Марья, она настолько прониклась к новорожденной, что приняла решение её удочерить, долго ходила по всем инстанциям, добиваясь своего. Да видно не суждено им было жить одной семьёй.

Возвращаясь с ночной смены, женщина погибла под колёсами машины, водитель которой не справился с управлением. Если бы не эта трагическая случайность, неизвестно, может Шура и впрямь бы стала артисткой? Но не срослось, к сожалению, а может и к счастью.

Сразу же после выпуска из детского дома она встретила Захара и вышла за него замуж. Об истории возникновения своего звучного имени и фамилии, воспитанница детского дома узнала от пожилой нянечки, та была соседкой Марьи и знала всю её подноготную.

Шуре было горько и обидно, казалось, в том, что всё так вышло, есть доля её вины, иначе, чем ещё можно это объяснить? Настоящая мать умерла родами, названая погибла в аварии. Это потом уже придёт понимание, что в случившемся не было ничьей вины.

В честь акушерки Александра назвала свою старшую дочь, именно Марьей, а не Марией. Сколько она себя помнила, всегда хотела иметь много детей и ни разу не пожалела, что родила шестерых.

Да с таким мужем, как Михаил, можно было и больше родить, жаль, умер рано, что такое 75 лет? Сейчас бы вместе с ней гордился детьми и внуками, радовался бы их успехам, дожидался бы рождения правнуков.

Эх, если бы, да кабы, кому сколько отмеряно, тот столько и живёт. Захар вон дожил до 80. Сама Шура тоже перешагнула 75-летний рубеж, уж 5 лет, как одна живёт, без мужа. Хотя, не одна, конечно, нельзя гневить Бога.

Вокруг неё сплотились дети и внуки, снохи и зятья. Каждый из них гордится своей принадлежностью к фамилии Усовых, никто ещё не посрамил семью. Игорёк вот только не выдержал испытание деньгами, ну так, кто ему доктор? Каждый сам выбирает, как жить.

Не вышло из Александры Александровны Шаховской примы оперного театра и королевы сцены, ну и что с того? Сколько себя помнила, столько и пела, слушала грампластинки, даже гитару освоила.

Пела исключительно для себя и своей семьи, на всех праздниках. Разве могут бурные несмолкаемые овации незнакомых людей сравниться с искренним восхищением и восторженными улыбками родных и близких?

Даже если бы можно было взять и отмотать всё назад, ни один день из своей жизни Шура не променяла бы на возможность быть богатой и знаменитой. Это всё пустое, главное для женщины - семья, любовь и уважение близких, а остальное - ненужная мишура.

Она прожила достойную жизнь и умирать пока не собиралась, ещё чего? Как часто любил повторять Миша: "Неизвестно, сколько лет нам отмеряно, но пока бьются сердца, мы ещё повоюем. Значит, мы ещё на что-то годны."

Дети просят только об одном, повторяя, как мантру: "Мамочка, родная, пожалуйста, будь здорова и живи, ради нас всех живи, заряжай каждого своим оптимизмом и жизнелюбием. Мы черпаем силы и вдохновения у твоих ног и готовы горы своротить на своём пути".

Ради этого стоит задержаться на свете, не правда ли?

Глава 66 Вот теперь, пожалуй, хватит...

Хотелось бы ненадолго вернуться в 1996 год, чтобы вспомнить ещё одно радостное событие для семьи Усовых. И снова отличились Степанида и Илья, разменявшие пятый десяток, хотя, оба были уверены в том, что все сюрпризы остались в прошлом, ан нет, как бы не так.

Оказывается, в этом возрасте тоже можно быть способным на многое. Во время прохождения ежегодной медицинской комиссии, Стеша вдруг узнала о том, что ждёт ребёнка. Несмотря на приличную задержку, она и не думала о беременности, подозревая обычное наступление климакса.

"Господи, стыд-то какой, что теперь люди скажут? У нас с мужем внуки подрастают, а всё туда же, как детям в глаза смотреть?" - с тревогой думала женщина, по дороге домой.

Илья будет рад несомненно, он всегда мечтал о шести наследниках, но смирился, когда понял, что этого не случится. После пятого ребёнка, Стеша и впрямь больше не беременела, им даже предохраняться не было нужды.

Забрав трёхлетнего сынишку из садика, Степанида шла по дороге, попутно отвечая на вопросы любознательного малыша. Подходя к дому, увидела мать с двумя сумками, притулившуюся на скамеечке.

По всей видимости, дома никого не было, Илья на работе, средний сын ещё в школе. Раиса приметила дочь и привстала, демонстративно ойкнув, якобы от боли в спине, желая показать свою немощность:

- Ну, наконец-то, я уж думала, так и помру здесь на улице, не дождавшись никого.

- Мам, ну ты же знаешь, мы с Ильёй в такое время на работе, Генка с учёбы ещё не пришёл.

- А старшие где?

- Как это где? В своих семьях.

- В смысле? В каких ещё семьях?

- Ты чего, мать? Забыла, сколько лет твоему старшему внуку и двум внучкам? У тебя уже и двое правнуков имеется, между прочим.

- Да помню я, помню. Подумаешь, немного запуталась, у тебя детей до хрена, нарожала футбольную команду, то ли дело у Юрочки, всего двое.

- Так и сидела бы у своего Юрочки, ко мне зачем приехала, чтобы гадостей наговорить?

- Злая ты стала, Стешка. Вот умру, тогда узнаешь, каково это, без матери.

- Ой, мам, не начинай. Пошли лучше чай пить, я торт купила.

- Это в честь чего торт-то? У кого День Рождения?

- Ни у кого, просто так.

- Делать тебе нечего, деньги просто так транжиришь.

- А для чего ещё зарабатывать?

- Как для чего? Копить надо на чёрный день.

- Ну, знаешь, если думать о чёрном дне, то он неизбежно настанет.

- Я сегодня к вам с ночёвкой, Юрочка только завтра за мной приедет. Надеюсь, не прогоните?

- Глупости не болтай, дом большой, места всем хватит.

- Охохонюшки, если бы братец не угодил в больницу, у него бы переночевала, чтобы вас не стеснять.

- Сказано же тебе, оставайся, никого ты не стеснишь.

- А Илюха твой на меня ворчать не будет?

- Когда он на тебя ворчал?

- И всё равно, иной раз как зыркнет на меня, аж не по себе делается.

- Это потому что ты иногда городишь такую чепуху, что на уши не натянешь, вот он и недоумевает. Поэтому, прошу тебя, мама, веди себя прилично и не будет никаких эксцессов.

- Вы меня за дуру принимаете, что ли? Как будто я совсем из ума выжила.

Однако, опасения не были напрасными. Вечером, когда Илья вернулся с работы, состоялся грандиозный скандал и уж конечно не обошлось без участия самой Раи. Пожалуй, впервые за всё время замужества дочери, зять орал так, что в кухне, где они сидели, чуть стёкла не вылетели.

Она не сдержала обещания и повела себя вполне предсказуемо, нечаянно подслушав разговор супругов. Средний и младший внуки пошли в баню после бабушки, которая, напарившись, отдыхала в дальней комнате. Как раз в это время Стеша беседовала с Ильёй.

- Как продвигается твоя медкомиссия, жена? Успела сдать анализы?

- Успела, - ответила со вздохом.

- А чего так тяжко? Много ещё врачей осталось пройти?

- Почти всех уже прошла, а сегодня у гинеколога побывала.

- И что он сказал, надеюсь, всё в порядке?

- В порядке, если не считать того, что я беременна.

- Да ладно? Это из-за этого ты выглядишь расстроенной?

- Я и сама не знаю, не по себе, если честно. Что будем делать, Илюш?

- Как что? Рожать конечно.

- Да вы с ума сошли? Опомнитесь, какой рожать в вашем возрасте? - тёща влетела в кухню с грозным видом.

- Раиса Петровна, можно мы с женой сами решим, что нам делать? Уж как-нибудь без ваших советов обойдёмся.

- Я не позволю, пусть идёт на аборт. Подумать только, шестой ребёнок, что вы можете ему дать?

- Мам, не вмешивайся, иди в комнату, дай нам поговорить.

- Какие тут могут быть разговоры? На какие шиши вы собираетесь ребёнка растить? Ты вот только вышла на работу, после декрета и снова дома засядешь?

- А вам какая разница?

- Имейте в виду, на меня не рассчитывайте. Денег не дам.

- Интересно, а когда это вы вообще нам что-то давали? Или я чего-то не знаю, а? Стеша, ты у неё что, деньги просишь?

- Никогда не просила, зачем мне это?

- Тогда непонятно, на каком основании твоя мать смеет указывать, что нам делать?

- Понятия не имею, у неё видимо с головой не в порядке. Путает меня с Юрой.

- Ага, ещё чего скажешь про мать? В психушку может меня сдашь?

- Мам, тебе сколько лет было, когда ты родила Юру?

- Ты не путай, я родила второго, а ты шестым забеременела. Опомнись, пока не поздно, избавься от дитя.

- Вон отсюда, быстро. Собрала свои манатки и вперёд, - Илья потерял терпение и указал тёще на дверь.

- Да куда же она поедет? Юра за ней только завтра заедет.

- Вот значит как? Хорошо, я сейчас договорюсь насчёт машины и пусть валит.

- Может сам её отвезёшь?

- Ну уж нет, я в баню сейчас с тобой пойду, а потом праздник устроим.

- Нашли чего праздновать.

- Не ваше дело. И запомните, Раиса Петровна, чтобы без приглашения у нас не появлялись.

- Да я и сама не приеду к вам больше. Хотела между вами деньги разделить, что откладывала, а теперь кукиш с маслом, всё Юрочке отдам.

- Вот и славно, нам ваши деньги без надобности.

В тот вечер обиженная Рая уехала назад в деревню, а свои сбережения, как и обещала, отдала сыну. Зато Шура была очень рада за сына и сноху и обещала им свою поддержку и помощь.

В конце августа 1997 года Степанида родила дочь Юлию, теперь у них с мужем было всё, как у Усовых старших, три сына и три дочери. Как сказал Илья: "Вот теперь, пожалуй, хватит, на этом можно остановиться".

Позже, на похоронах брата Захара, Раиса помирилась с зятем и дочерью, но в гости приезжала только по праздникам и по приглашению. А ровно через год, в августе 1998 грянул дефолт, который был в несколько раз тяжелее чёрного вторника 1994 года.

Все деньги Раисы, вложенные предприимчивым Юрием в банк, пропали, поскольку банк этот попросту перестал существовать. Рубль обесценился, цены резко взлетели вверх. Жители нашей страны снова испытали невероятный шок.

Разорились многие бизнесмены, в том числе и бывший муж Нины. Он плюнул и снова устроился работать простым инженером. Надо отдать ему должное, Игорь прописал дочь в своей квартире и всякий раз повторял, что случись с ним что-нибудь, Настя вступит в наследство.

Андрей остался жить в материной квартире, а Нина с двумя дочками переехала ко второму мужу. Для членов семьи Усовых финансовый кризис не стал чем-то из ряда вон, если не считать повышения цен, конечно.

Шура сама была бессребреницей и детей так воспитала. Все жили на трудовые доходы, по принципу, на жизнь хватает и ладно. Самое главное, у всех было своё жильё, а ещё, успели заработать на личные автомобили.

К счастью, больших накоплений никто не имел, иначе, вылетели бы в трубу. Уж больно время было непредсказуемое, государство в очередной раз кинуло своих граждан, позволив толстосумам поживиться за их счёт.

Глава 67 На рубеже веков...

Год 2000 приближался стремительно, всё мировое сообщество с большим нетерпением ожидало наступления Миллениума, новостные газеты и журналы оставили место на главном развороте для его описания, но Новогодняя ночь принесла ошеломляющее известие, заставив всех ахнуть.

На рубеже веков мир готовился перейти по мосту времени из XX в XXI век, именно это должно было стать главной сенсацией, однако, нашлась другая. Всему виной стала поздравительная речь президента России и его обращение к нации.

Борис Николаевич Ельцин нашёл в себе силы попросить прощения за то, что не справился с предвыборными обещаниями, после чего снял с себя полномочия и передал их премьер-министру.

Это было поистине историческое событие. Народ нашей страны устал от бесконечных потрясений и унижений, устал стыдиться действий своего главы, который большую часть правления пролежал под капельницами, в то время, как за его спиной орудовали прихвостни, разворовывая казну и продавая за бугор всё, что можно и нельзя.

Видимо поэтому многие восприняли произошедшее равнодушно. Для семьи Усовых 2000 год состоял из сплошных юбилеев. Самой старшей, Шуре, исполнилось 80 лет. Она и сама не верила этой цифре, помнила себя молодой, да резвой, а пришло время и куда, что делось?

На юбилей матери собрались все члены семьи, не хватало только двоих, пришёл черёд сыновей Павла и Ксении испытать все тяготы войны, вторая Чеченская была в самом разгаре.

Стояла на удивление тёплая погода и столы накрыли во дворе, народу было много, но места хватало всем, впрочем, как и всегда. Праздник удался на славу, все гости веселились, шутили, танцевали, пели.

Даже именинницу заставили спеть несколько песен, под аккомпанемент баяны и гитары. Было много подарков, шумных тостов и сюрпризов. Но самым главным стало появление в самый разгар веселья Кирилла и Леонида, они вернулись насовсем, подгадав своё возвращение.

Это стало неожиданностью для всех, в первую очередь для именинницы. Внуки были одеты в парадную военную форму, они обступили бабушку с обеих сторон и целовали её дружно, стирая поцелуями катившиеся по щекам слёзы. Потом уже попали в объятия отца и матери, а юбилярша попросила слова.

- Понимаю, что я должна была произнести тост в конце праздника и я обязательно сделаю это снова, чтобы поблагодарить вас за всё, что вы для меня сделали, сегодня и всегда. А сейчас позвольте просто высказаться и заявить на весь мир, что я счастлива безмерно и горжусь всеми вами. У меня такая дружная семья, замечательные дети, внуки и правнуки. Нет большего счастья для родителей, чем видеть своих детей живыми и здоровыми. Смотрю на вас и в каждом вижу частичку нашей с Мишей души, теперь и умирать не страшно.

- Ещё чего, ты у нас молодая.

- Какой умирать? Тебе ещё мальчишек надо женить, Кольку, Андрюху и Дениску окольцевали, остались наши солдатики.

- Ага, а про младших внуков забыли? У нас ещё есть Родион и Миша, да и Юльке всего 3 годика.

- Да, а нашей Верочке 4, так что, впереди ещё много торжественных мероприятий.

- Ой, ребята, так глядишь и на свадьбе всех правнуков заставите плясать.

- Да, мамочка, мы очень этого хотим.

- Было бы здорово, бабуль. Мы стольких нарожаем, что ты у нас будешь жить больше ста лет.

- Ну, уж нет, больно многого вы от меня ждёте. Единственно, что могу пообещать, так это дожить до своего следующего юбилея, а там поглядим, что и как.

- Договорились, мамуль.

- Даёшь 85 лет, а там зададим другую планку.

С наступлением восьмидесятилетия, Шуре приходилось большей частью сидеть дома, она всё реже стала бывать на людях. Ничего не поделаешь, годы берут своё, совсем перестали слушаться ноги, да и общее состояние оставляло желать лучшего.

Давление часто беспокоило, сердце. Немудрено, в последние годы ни дня не проходило, чтобы она не волновалась, всё время душа болела за родных и близких, молилась за их здоровье, денно и нощно.

В остальном, всё у Шуры, было как у всех, по-стариковски, благо, дети не оставляли, собирались вокруг неё, заботились, помогали. А ведь у самих забот полон рот, да и возраст далеко не юный. Младшая Нина плавно к 45 годочкам подошла.

Да что там говорить, вроде бы вот только старшая дочь появилась на свет, семимесячной родилась, недоношенной. Золовка всё подзуживала мать и брата, мол, неизвестно от кого девочка, нагуляна, не иначе.

Уж сколько Шура слёз из-за этого пролила, одному Богу известно. Сама ещё молодая, глупая, проку, от того, что 18 лет было. Хорошо, что свекровь одёргивала Райку, помогала снохе во всём, прибегала каждый день, помогала купать, нянчила, давала отдохнуть молодой невестушке.

А через год Павлуша родился, потом Егорушка. Если бы не Авдотья Ефимовна, тяжко бы им всем пришлось. Царствия ей небесного, хорошая была женщина, рано умерла, могла бы ещё пожить, жаль, не получилось.

Теперь уж Марье за 60, на пенсию вышла, но работу свою не бросает, Павел после 60 тоже намеревался работать дальше. Хорошо, когда в семье есть медики, лишний раз давление померят, на обследование запишут и отвезут, уколы сделают.

По первости, пока силы у Шуры были, дети отправляли её в санаторий. Всё смеялись, смотри, мол, мать, не загуляй, а то там дедков разных полно, свободных и не очень. Шутили, конечно, знали, что она однолюб по жизни и своему Мишеньке ни за что не изменит, даже после его смерти.

Да и стара уж стала для амурных дел, хотя, старички до последнего подкатывали, к её удивлению и стыду. Правда, получив от ворот поворот, они приносили извинения и больше попыток не предпринимали.

Чего только не навидалась Шура в этих санаториях. Некоторые, с первых же дней заезда, пускались во все тяжкие, как с цепи срывались. Неправда, что только мужики способны на измену, замужние дамы тоже многое себе позволяют и у всех на то свои причины.

Кто-то гуляет из любви к самому процессу, кто-то из мести. Гулящие мужчины в основном ссылаются на свою полигамность, придумали себе красивую сказочку и передают из уст в уста. Мол, нагуляются вдоволь, а потом к любимой жене под бочок, чтобы дальше холить её и лелеять.

Дай Бог, чтобы ни о чём не догадалась, не то пиши пропало. Хотя, далеко не факт, потому что некоторые женщины прощают измену. Всё из-за своей незащищённости, особенно финансовой, когда нужно думать не только о себе, но и о детях.

Многими руководит страх одиночества и они согласны закрывать глаза на измену, лишь бы иметь статус замужней. В общем, проявляют мудрость, если можно так выразиться. В любом случае, это личное дело каждого, осуждать никого не стоит.

Во все времена хватало тех, кто не ограничивался одним партнёром, но в наши дни дело приняло некоторую массовость. Вот к чему привело слепое подражание Западу и смена ориентиров со смещением на чужеродные ценности.

С развалом Союза в страну грянула сексуальная революция, с экранов телевизоров и глянцевых журналов хлынули потоки информации, с яркими иллюстрациями. А уж с тех пор, как интернет стал доступен для широкого потребления, запретных тем почти не осталось.

Молодые люди начинают жить вместе до брака, чтобы проверить свои чувства и совместимость в постели. Страшное дело, вдруг не подойдут друг другу по темпераменту? Чаще всего, такие пары не доходят до ЗАГСА.

Тем не менее, многие искренне полагают, что лучше узнать обо всём заранее, чтобы не допустить никаких проколов. Постепенно отошли в прошлое обряды сватовства, может и остались где-нибудь, но это лишь исключение, подтверждающее правило.

Однако, справедливости ради, следует отметить, что на сегодняшний день Россия остаётся чуть ли не единственной страной, где пропаганда ЛГБТ, сиречь однополой любви, находится под строжайшем запретом.

В остальном мире царит свободомыслие, граничащее с разнузданностью, рушатся семейные устои и ценности, подменяются новыми. Мать и отец стали называться родителем № 1 и родителем № 2, им запрещено влиять на своих детей и ограничивать их в стремлении на самоопределение.

А ведь, в первую очередь, всё идёт из семьи, поскольку правильное воспитание играет главную роль в становлении личности. Взять, к примеру, Усовых, в их семье не было ни одного случая, чтобы кто-то, из детей или внуков, сожительствовал, не регистрируя брак.

Дети Шуры и Михаила сами выросли достойными людьми и такие же качества воспитали в своём потомстве. А те, в свою очередь, передадут полученные установки следующему поколению.

К сожалению, никто не вечен, рано или поздно, каждый придёт к своему финишу. Однако, Шурочка выполнила обещание, данное на праздновании своего 80-летия и дожила до своего следующего юбилея.

Глава 68 Прилетит вдруг волшебник...

Ещё пять лет пролетели для Шуры одним дуновением ветерка. Ничего удивительного, жизнь человеческая имеет свойство проходить незаметно. Хотя, нет, даже не проходить, скорее мчать, галопом, из места в карьер. Некоторые учёные вообще заявляют, что сутки стали намного короче, а один час давно уж состоит не из 60 минут, как раньше, а где-то из 45.

Гипотеза, конечно, спорная, тем не менее, имеет право на существование. А чем ещё можно объяснить быстротечность времени, когда, вроде бы, вот только взял ключ на старт и уже оказался на финише?

Особенно остро это замечается в старости, что ни говори, а в детстве и юности время течёт гораздо медленней. Хочется наоборот ускорить процесс, чтобы повзрослеть и принимать самостоятельные решения.

Только потом приходит понимание, что многое упущено, а прожитые годы уже не вернуть, ушли безвозвратно. Мы сами торопим дни, приближаем весну, лето, потом ждём Новый год, а с его приближением вновь чувствуем себя детьми и надеемся на чудо.

В общем, настоящий бег по кругу, но даже осознавая это, продолжаем по инерции свой марафон, хотя, давно пора остановиться и оглядеться вокруг. Вместо этого бежим себе дальше, правда к финишу приходим каждый в свой день и час, кто-то раньше, кто-то позже.

Знать бы в самом начале, как всё получится, наверняка бы никто и никуда не спешил, а просто впитывал бы в себя медленно, по глоточку, каждый прожитый день, смакуя его, до самого донышка.

Если провести аналогию, жизнь каждого человека похожа на песочные часы. Сосуд сверху наполнен количеством лет, отмерянных для жизни, а нижний сосуд - это некий отстойник, куда стекают годы.

Оба сосуда связаны между собой перемычкой с двумя отверстиями, через которую песчинки времени спускаются вниз. Вот эта перемычка и есть сама жизнь, наполненная разными событиями, хорошими и плохими.

И чем меньше остаётся песка наверху, тем быстрее течение. Оттого-то и складывается ощущение, что со временем отверстия значительно расширяются с обеих сторон, пропуская через себя чью-то судьбу.

К сожалению, эти песочные часы невозможно перевернуть и начать новый отсчёт времени, хотя, как знать, может и впрямь существует что-то вроде реинкарнации? В любом случае, нам сие знание неведомо.

Александра очень бы хотела вернуться в прошлое, хотя бы для того, чтобы заново пережить все эмоции, даже самые плохие, когда поступок первого мужа принёс ей невероятную боль и страдание.

Но не будь всего этого, не состоялась бы встреча с любимым Мишенькой и не было бы каждодневного счастья рядом с ним на протяжении более 45 лет, которые, увы, тоже остались позади, прошелестев, как один миг.

За каждодневными заботами, Шура и сама не заметила, как пролетела жизнь. Оставшись одна, частенько задумывалась о несправедливости этого мира. Почему Миши больше нет, а она всё ещё жива?

Ну, ладно, не ушла вместе с ним в тот год, но уж спустя 15 лет разве она не заслужила право быть с любимым мужем? Хотелось уйти к нему на небеса и оттуда вместе наблюдать за детьми, радоваться за их успехи, переживать за неудачи.

Оглядываясь назад, Шура была довольна каждым прожитым днём. Однако, к 85 годам, пришла старость, а следом немощность, накопилась усталость от мирской суеты. Бодрилась, старалась не показывать виду, держалась, но с некоторых пор всё меньше хотелось просыпаться по утрам.

Особенно после тех ночей, когда отсутствовал Михаил. Удивительно, всё это время он продолжал навещать её во сне, подтверждая своё главное правило, не врать, ни при каких обстоятельствах.

- Ты придёшь ко мне завтра, Мишенька?

- Приду через три ночи.

- Я буду тебя ждать.

- Знаю, милая.

И ведь приходил, как обещал, в точно назначенное время, ни раньше, ни позже. Если бы не эти сладкие сны, она бы просто не знала, как жить дальше, настолько невыносимо ей было без присмотра мужа.

Дети не оставляли мать без внимания, навещали, звонили, оставались на ночь, проводили в родительском доме все праздники, внутрисемейные в том числе. Шура оживала в такие дни ещё больше, хворь куда-то отступала.

Как же всё-таки хорошо иметь большую семья, когда, что ни день, так особая дата, только успевай отмечать. Хандрить в общем-то было некогда, но иногда накатывало. И чем ближе подходил 85-летний юбилей, тем чаще.

Наступил 2005 год, не за горами День Рождения, а там всего неделя до празднования 60-летия со дня Великой Победы. Весна - пора расцвета, природа расцветает и совсем не хочется умирать, да и летом тоже.

В то же время, окончить свои дни зимой, когда земля выстужена, означало бы создать трудности собственным детям. Тоже не дело, значит остаётся осень. Нет, не подходит, осенью сплошные праздники.

Дни рождения детей не хочется портить. Это что же получается, даже невозможно выбрать подходящее время года? Непорядок, жить вечно совсем не входило в планы Александры. Но вот своё обещание она решила твёрдо выполнить.

Готовиться к своему дню стала заранее, дети наметили нечто грандиозное, шептались о сюрпризе. Они всё время старались удивить и порадовать её на День Рождения чем-нибудь эдаким, то телефон подарят, то ещё что.

- Да есть же у меня телефон.

- Мам, у тебя стационарный, а это мобильный, чтобы ты всегда была на связи, понимаешь?

- Ой, дорогой наверное?

- Не дороже денег.

- А как им хоть пользоваться?

- Внуки научат, не переживай, они у тебя всё могут.

- Это я в курсе, умные у нас детки, как и все вы у меня.

- Так ведь есть в кого, мать.

- Точно, вы с отцом нас такими воспитали, да и в воспитании внуков есть немало вашего труда.

- Эх, был бы жив Мишенька, но он и там за вас радуется, я знаю.

- Ладно, мам, не разводи сырость.

- Сегодня праздник, ты должна улыбаться.

- А я и улыбаюсь.

- Вот и молодец, мамуль.

- Так держать, родная.

Юбилей и на этот раз обещал пройти весело. Члены семьи распределили все роли, кто и что будет говорить и делать. Михаил всегда появлялся в ночь накануне Дня Рождения жены и непременно после.

Они всякий раз наговориться не могли, обсуждая в деталях мельчайшие подробности прошедшего празднества. В этом году будет точно так же, Шура это запланировала заранее.

- Ты только обязательно приходи, Мишенька.

- Само собой, любимая, разве я могу пропустить такое событие?

Утро 2 мая 2005 года встретило именинницу ласковым солнышком. Она проснулась с улыбкой на устах и соскочила с кровати легко и бодро, совсем, как раньше, словно не было позади прожитых лет.

Всё в этот день спорилось в её руках, впрочем, как и всегда. Через час стали собираться помощницы, дочки, снохи и внучки. Залетели в дом с цветами и улыбками, поздравляли, обнимали, целовали.

Чуть позже, с охапками букетов, подъехали мужчины, ритуал не менялся на протяжении многих лет. Правда на этот раз случилось новшество. Во двор, куда вышла Шура следом за всеми, зашёл большой бурый медведь и устроил целое представление, с песнями и плясками.

Ненастоящий, конечно, всего лишь переодетая кукла высокого роста, но Шура была просто в восторге, рядом скакали маленькие внуки и правнуки. Юбилярша с удовольствием подпевала, глаза её искрились от счастья и сияли от радости, как будто и в самом деле прилетел волшебник:

Пусть бегут неуклюже

Пешеходы по лужам,

А вода по асфальту рекой.

И не ясно прохожим

В этот день непогожий

Почему я весёлый такой.

А я играю на гармошке

У прохожих на виду,

К сожаленью, День Рожденья

Только раз в году.

Прилетит вдруг волшебник

В голубом вертолёте

И бесплатно покажет кино.

С Днём Рожденья поздравит

И, наверно, оставит

Мне в подарок пятьсот эскимо.

Смолкли звуки песни и раздались овации, дети бросились поздравлять, желать здоровья и долгих лет. На этот раз Шура получила в подарок большой музыкальный центр с караоке.

- О Господи, это ещё зачем?

- Как зачем, мама?

- Чтобы ты каждый день пела.

- Да, а мы будем слушать и записывать тебя на видеокамеру.

- Вот же выдумщики, спасибо мои дорогие, - с улыбкой молвила Шура.

- Сегодня же опробуем, ладно, мам?

- Ну конечно, обязательно споём все вместе, под гитару и баян, а опосля и под караоке.

Накрыли несколько столов, скоро уж совсем перестанут все помещаться, хорошо, что двор большой, места много. Вокруг царило оживлённое веселье, Егор травил анекдоты, он всегда был балагуром и весельчаком.

Шура обводила всех ласковым взглядом, словно старалась запомнить черты каждого. Вот сидит старшая Марьюшка с мужем Александром и двумя дочками, Сашей и Танюшей, обе давно замужем, у каждой уж есть свои детки.

Неподалёку уместились Павлуша с женой Ксюшей, умницей и красавицей. Мальчики их, Кирилл и Лёнька, успели жениться, как и обещали. Девчушки хорошие, мужьям под стать, обе беременны.

Егор с женой Леночкой, с внуками, снохой и сыном Николаем, дочерью Викторией и зятем. Неподалёку расположились Дарья и Нина, в окружении своих мужей, детей и внуков. Макс Волевой очень хорошо вписался в семью Усовых, как будто всю жизнь жил среди них.

А вот и Илюшка со Стешей, все шестеро детей рядом, с внучатами. Подумать только, какая замечательная получилась пара, молодец Степанида, отличная из неё вышла жена, мать и хозяйка. Раиса на юбилей не приехала, приболела, вроде как, сказала, что заглянет после праздников.

Гуляли до поздней ночи, вначале во дворе, потом плавно переместились в дом, где продолжили празднество. Пели под гитару, перебрав все песни, фотографировались вместе, внуки снимали видео на память, а потом уже подключили музыкальный центр.

- Это как же так много песен поместилось на такой тоненький кругляш? - не переставая, изумлялась Шура.

- Так ведь живём в век высоких технологий, мама.

- Чудеса, да и только, до чего техника дошла.

- Мамуль, давай, исполни нам что-нибудь эдакое.

Шура спела вначале коронный "Клён ты мой опавший" и ещё несколько песен, искренне радуясь высшему баллу, полученному от строгого судейства. Смущалась по-девичьи, увидев, что её снимают, на фотоаппарат и телефоны.

С юбилея осталось очень много фотографий и роликов, которые потом пересматривали всей семьёй. Как будто чувствовали, что этот праздник с мамой станет последним.

Глава 69 Там, за горизонтом...

Ближе к полуночи Шура совсем вымоталась, ноги гудели так сильно, словно намотали десятки километров. Хотя, в принципе, всё так и было, учитывая, сколько пришлось натоптаться за день, плюс ко всему, много танцевала, с сыновьями, зятьями и внуками. Праздник удался на славу.

Впереди ещё свидание с мужем, если можно так выразиться, после этого они больше никогда не расстанутся, даже на миг. Александра была в этом твёрдо убеждена, а Михаил подтвердил только накануне, ответив, наконец, на прямо поставленный вопрос.

- Почему молчал, Мишенька?

- Не хотел расстраивать, но ты ничего не бойся, Шурочка, я буду рядом.

- Ты только обязательно приходи.

- Разве может быть по-другому?

Предчувствие смерти появилось у Шуры не так давно, а именно, после того, как ей снова привиделась убиенная Матрёна Савинова. Уж сколько лет прошло, а всё никак не желала оставить их всех в покое.

Она приходила редко, но всякий раз, когда это случалось, происходило какое-нибудь нехорошее событие. Чаще всего война и призыв на службу кого-то из близких, или чья-то кончина, например, Авдотьи Ефимовны или Ивана, мужа Раисы.

Перед смертью Захара тоже кружила во сне голой в ритуальном танце на раскалённых углях. Потом долго не снилась, почитай лет 8 уж прошло с тех пор, а под Новый год явилась. Но на этот раз не танцевала, плакала всё, да прощения просила.

- Прости ты мою душу грешную.

- Давно уж простила.

- Холодно мне здесь одной, думала, хоть Захар ко мне присоединится, да где там? Почему так? Ведь он не меньше меня виноват, тебе ли не знать?

- Виноват, не спорю, но он уже за своё сполна ответил.

- А я, разве не сполна? Почему я всё ещё здесь, на этом пепелище?

- Откуда же мне знать? Могу только помолиться за тебя, ещё усерднее, чтобы Господь смилостивился над тобой.

- Ты правда молишься за меня?

- Зачем мне тебя обманывать?

- Спасибо, - со вздохом молвила Мотря, опуская голову, никогда она не была такой кроткой, особенно при жизни.

- Постой, ты ведь зачем-то ещё приходила? Что-то плохое произойдёт?

- Ааа, ты об этом? Готовься, недолго тебе осталось, скоро воссоединишься со своим Мишенькой.

- И когда же?

- Не волнуйся, ты сама поймёшь, когда придёт твой час, - грустно улыбнулась и исчезла, растворившись в воздухе.

Разговор этот происходил всё на том же пепелище, в сгоревшем дворе. Надо сказать, место это считалось в деревне нехорошим. Сколько уж раз пробовали построить здесь что-нибудь, чтобы не торчал выжженный пятачок земли посреди улицы, да только всё без толку.

Один пришлый предприниматель не послушал ничьих советов и решил сделать по-своему. Вычистил всё вокруг и ларёк небольшой поставил, обычный, пластиковый, как делали многие в то время.

Место проходное, люди сновали туда-сюда, прибыль обещала быть знатной, но нет, не случилось. Однажды ночью проводка заискрила и сгорел тот магазинчик вместе с товаром, хорошо, не погиб никто. Люди потом долго болтали про шалости Мотри.

Вот после Нового года Александра Александровна и стала готовиться. В первую очередь выправила все документы на дом, на пристрой, чтобы детям не пришлось потом бегать по судам и что-то доказывать.

К юбилею все бумажки были готовы, письмо родным и близким написано. Она не хотела уходить просто так, не оставив послание с объяснением собственным детям. За столом мысленно попрощалась с каждым.

Праздничный вечер подходил к концу, а гости только в раж вошли и продолжали танцевать и веселиться, хотя, впереди каждого ждал рабочий день. Все праздники в семье Усовых справляли без переносов на выходные, а нынешний юбилей матери пришёлся на понедельник.

- Мамуль, ты выглядишь уставшей. Может приляжешь?

- Да как же я вас оставлю? Столько посуды.

- Не волнуйся, мамочка, а дочки со снохами и внучками тебе на что? Мы сами всё здесь уберём, иди отдыхай.

Глаза именинницы слипались, она наконец сдалась и отправилась спать. Её перецеловали все, от мала, до велика, пожелав спокойной ночи. Перед тем, как выключить свет и лечь, Шура положила на тумбочку рядом с кроватью пакет с вещами, свёрток с деньгами и два конверта.

Странное дело, сон куда-то пропал, она улыбалась, прислушиваясь к приглушённым голосам и спонтанным взрывам неудержимого хохота. Потихоньку, все угомонились, разместившись, кто где, в пристрое, мансарде, на кроватях или на полу вповалку.

Наконец, вместе со всеми провалилась в сон и сама виновница торжества. Михаил уже ждал её и первым делом спросил:

- Как всё прошло?

- Замечательно, как всегда. Дети подарили музыкальный центр с караоке.

- А что это?

- Такой ящик, вроде магнитофона, можно проигрывать диски, а ещё есть один с множеством разных песен, микрофоном и книжечкой. Набираешь на пульте нужную комбинацию и в телевизоре появляются слова песни. А в конце выставляют оценки, представляешь?

- Молодцы, угадали с подарком. Ты так и сияешь от счастья.

- Да, наши дети всегда были внимательными.

- Это правда.

- Миш, разве нам ещё не пора?

- А ты уже готова?

- Да, я всё успела.

- Тогда пойдём?

- Пойдём.

- Не боишься?

- Ни капельки, с тобой куда угодно, хоть на край света.

- Зайдём, попрощаемся.

- Конечно, тем более, все здесь.

Страшно и правда не было, расстройств и сожалений никаких, главное, идти рука об руку, вместе со своим любимым и остаться с ним навсегда. Для детей прощание стало обычным сном, причем оно было одинаковым для всех, вне зависимости, кто, где спал.

Живой отец держал улыбающуюся маму за руку, так же, как раньше. В этом не было абсолютно ничего странного, всё, как при жизни, родители вместе, собрались куда-то и прощаются со всеми.

- Пап, мам, а вы далеко?

- Далеко, за горизонт, - ответили одновременно.

- Туда, где облака соприкасаются с морем?

- Примерно так, но скоро узнаем точнее.

Повернувшись, оба пошли в сторону горизонта, появившегося прямо в доме, в открытой стене. И чем дальше шли, тем выше поднимались, пока совсем не исчезли из виду. Завораживающее зрелище, даже во сне.

Связь детей с родителями была огромной, поэтому проснулись резко, все шестеро и каждый поспешил в спальню к матери, столкнулись прямо у двери. Марья и Павел вошли первыми, на правах старших и как медики.

Шура лежала на кровати абсолютно расслабленной, словно просто спала, но пульс не прощупывался. Паника накатывала острой лавиной, но тут обнаружились два конверта, в одном было завещание, в другом письмо от матери.

Удивительное дело, она обо всём знала заранее, поэтому и написала. Письмо было большое, с напутствием каждому по отдельности и общее для всех. Вот некоторые выдержки из этого письма:

"Мои дорогие любимые дети, пришёл мой день и час, отпустите меня с миром. Не плачьте и не рвите себе сердца, просто примите, как данность, что ваша мама наконец воссоединилась с вашим любимым отцом... Я завершила свой путь на земле и буду вместе с ним оберегать вас с небес. Каждому из вас причитается по одной шестой от нашего дома, всё по справедливости. Спасибо вам за всё, мои дорогие.... Вы самые лучшие дети на свете, я спокойна за каждого из вас. Верю, что вы всегда останетесь честными, открытыми и достойными людьми... Держитесь друг друга, вместе вы сила, постарайтесь передать это знание своим детям и внукам, берегите свои семьи, своих половинок... Чаще встречайтесь, празднуйте вместе праздники, пойте и веселитесь, вспоминайте нас с отцом добрым словом. Любящая вас, мама".

Вот так закончилась жизнь Александры Александровны Усовой, простой русской женщины. Она прожила долгую, насыщенную разными событиями жизнь и считала себя по-настоящему счастливым человеком.

Не каждому дано знать свой день и час и умереть тихо, без боли, во сне, в окружении родных и близких людей, успев попрощаться с каждым. Всё было в жизни Шуры, горести и радости, расставания и встречи, слёзы и море улыбок.

Михаилу, до встречи с любимой женщиной, тоже пришлось перенести немало бед. Отца его арестовали, как врага народа, по доносу. Пока разбирались и выясняли суть, да дело, мужчина скончался в тюрьме.

Обвинения все были сняты, но было слишком поздно, мать Миши не вынесла горя и вскоре ушла следом за мужем. Времена были смутные и ломались многие, но только не Усов, он выстоял и продолжал служить на своём месте, где принёс много пользы.

"Можно обижаться на государство, но Родина у нас одна", - именно так часто любил повторять Михаил. На этом его беды не закончились. Первая жена прикрыла его собой, погибла под пулями, и он долго жил один, пока не встретил Шуру.

Это была любовь с первого взгляда. Он взял на себя ответственность за женщину и её детей, оберегал их даже после своей смерти. Александру похоронили рядом с любимым мужем, да и разве могло быть по-другому?

Они шли рука об руку на протяжении многих лет. Память о Михаиле и Шуре жива, история их большой любви передаётся из уст в уста, её будут рассказывать каждому последующему поколению.

Усовы крепки своими традициями и знают свои корни и историю своей семьи. Генеалогическое древо, разработанное совместными усилиями, висит дома у каждого, на самом видном месте.

Семья Усовых в наши дни ещё больше разрослась, пополнилась новыми людьми, приняв в себя множество других фамилий. Все они по-прежнему собираются вместе в родительском доме, на все праздники и юбилеи.

Обязательно включают памятные видео с родителями, смотрят альбомы с фотографиями и конечно же слушают в записи песни мамы. Самой любимой в её исполнении по-прежнему остаётся "Клён ты мой опавший" на стихи Сергея Есенина. Теперь эту песню поют вместе со всеми ещё и правнуки Михаила и Шуры.